Текст книги "Ловушка для высшего лорда"

Автор книги: Маргарита Гришаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Как видишь, все мы ошибаемся, – пожала я плечами. – Я-то считала тебя вселенским злом.

– Ты не сильно ошибалась, – хмыкнула она в ответ.

– Флора, что у тебя произошло? – вздохнула я. Вегеросс не казалась мне человеком, которого легко вывести из себя.

– Родители снова активизировались. – Она оттолкнула тарелку, так и не приступив к еде.

– Судя по тому, что я помню из нашей пьяной болтовни, ничего хорошего это не значит, – покачала я головой.

– Боюсь, в моем блистательном плане нашелся один прокол, и именно на нем сыграют дражайшие родственнички, – устало призналась она.

Я не считала Вегеросс близким человеком, но то, что ее пытаются выдать замуж против воли, ужасно, и я хотя бы попытаюсь ей помочь.

– Давай подробнее! – решительно сказала я.

Удивительно, но Флора послушалась.

– Весь мой план строился на том, что среди наших благородных семейств никто из «достойных», – скривилась она, – не позарится на перестарка. То есть я вынуждена, чтобы не вызвать подозрения, изображать покорность и пытаться привлечь внимание нужных людей. Но тут, знаешь, главное выработать такую линию, чтобы всем окружающим казалось, будто я обольщаю жертву, но самого мужика это оттолкнет. Соответственно охота на жениха неизменно проваливалась. А примерная дочь, но бездарная совратительница могла пару месяцев жить спокойно. Но роли поменялись. Ты не поверишь, но нашелся совершенно больной придурок, который жаждет на мне жениться, – обреченно взглянула она на меня. – И самое ужасное, он здесь учится.

Я недоверчиво уставилась на нее.

– Извини, а он точно тебя знает лично? Может, просто издалека видел? Уверяю, пообщавшись с тобой, он точно передумает.

– Ха-ха-ха, – не оценила она попытки поднять ей настроение. – Нет, судя по тому, что мне написала счастливая и уже планирующая свадьбу мама, он меня не просто знает: мы с ним общались, а я даже не представляю, кто это!

– И что? Проблема только в том, что ты его не вычислила? – недоумевала я. – Что меняет наличие поклонника в стенах академии?

– Это меняет все! Я не знаю, откуда ждать удара. Вот я сейчас съем этот несчастный кусок мяса, а через пару часов буду по уши влюблена в какого-то придурка. И через три года, прямо в день нашего выпускного, выскочу счастливая замуж. – На ее лице проступило откровенное отвращение к воображаемой картине.

– Ты боишься того, что когда-то провернула сама? – с легкой насмешкой глянула я на нее.

– Да, я тоже усмотрела в этом иронию, – прикрыла глаза Вегеросс. – Для справки, я была абсолютно против идеи привораживать магистра. Повернутый на тебе высший – удовольствие ниже среднего. Приворотное подсунула моя маман, и я совершенно не представляю, каким способом.

– Ну что ж, – улыбнулась я. – Ваше с магистром счастье, что вы знакомы со мной.

– В смысле? – недоуменно глянула она на меня.

– Как ты думаешь, кто снял этот приворот?

– Это я уже давно поняла, – подмигнула она. – Честно говоря, меня больше интересуют подробности того, что тогда произошло.

– Не твоего ума дела, – бросила я.

– Знаю, – вздохнула она. – Ну и каким образом наше знакомство решает мою проблему?

– Я скорее всего смогу приготовить универсальное противоядие от приворотов любого типа и от ментального вмешательства в целом, – призналась я, прикидывая, можно ли скинуть поиск нужного состава на Храна.

– Серас, если ты спасешь меня от доли счастливой новобрачной, я тебе по гроб жизни должна буду, – серьезно проговорила Флора, крепко взяв меня за руки.

– Значит, будешь, – согласилась я. – И не думай, что я забуду.

– Не думаю. – Редкий случай, когда она была такой искренней. Да, нелегко ей с такой-то семейкой.

– И кстати, это мясо можешь есть спокойно, – кивнула я на нетронутую тарелку. – Там ничего лишнего.

– А ты откуда знаешь? – бросила она на меня недоверчивый взгляд.

– Неважно, знаю, и все тут, – отмахнулась я.

– Ну и пофиг, главное, что есть можно, – не стала допытываться Флора и с радостью накинулась на свой обед. – Ты не представляешь, какая я голодная.

Благо времени до следующего занятия хватало, я терпеливо дождалась, пока боевичка насытится.

– Прости, Серас, но, боюсь, пока не получу это мудреное противоядие, тебе придется терпеть мое присутствие раза три в день, – усмехнувшись, заметила девушка, когда мы уже направились к выходу из столовой.

– Лучше уж видеть твое хмурое лицо, чем щенячий восторг в глазах и беготню за кем-то, – заявила я.

– Знаешь, что-то изменилось, – внезапно остановилась она, пристально разглядывая меня. – Что-то в тебе стало неуловимо другим. Не знаю, более жестким.

Странно, что это заметила именно она.

– Просто я решила не жить прошлым, – пожала я плечами.

– Хорошее решение, – подняла она большой палец.

Разворачиваясь, я внезапно на кого-то налетела и с тихим писком отскочила прямо на Флору, которая едва успела меня удержать от падения. Подняв голову, увидела знакомый скальпельный холодный взгляд. И… ничего.

Надо извиниться, наверное, не уходить же молча. Это невежливо.

– Простите магистр Бриар, я задумалась. – Обойдя его, пошла дальше. Занятие уже начинается, а я много времени потратила на болтовню с Флорой.

Через пару шагов меня нагнала боевичка.

– Слушай, я никогда не верила в силу в самовнушения, но ты заставляешь меня задуматься, – пораженно уставилась она на меня.

– В смысле? – бросила я недоуменный взгляд.

– У трупа на лице больше эмоций, чем было у тебя, когда вы столкнулись с Бриаром, – объяснила она.

Я равнодушно пожала плечами.

– Я же говорю, что не хочу жить прошлым. У меня и без этого проблем навалом.

– Вот я и говорю… самовнушение, похоже, великая сила, – пробормотала девушка.

Если бы…

После последней пары Флора перехватила меня прямо на выходе из кабинета:

– А ну стоять!

– Что-то еще случилось? – устало поинтересовалась я. Надеяться, что девушка просто соскучилась, было глупо. Если Флора здесь, значит, ей что-то нужно.

– Нет, все проблемы исключительно старые, – заявила она и поволокла меня куда-то. – Серас, я понимаю, что у тебя несколько извращенные понятия о красоте, поэтому ты не ужинаешь принципиально, это я заметила. Но мне нужно нормально питаться, потому как физические нагрузки адские. А трапезничать без тебя я пока побоюсь. Хочешь – присоединяйся, не хочешь – сиди рядом и сверли меня голодным взором. Но пока ты мне не выдашь обещанное зелье, я буду вытаскивать тебя на все перекусы, – категорично произнесла она.

Что ж, раз на то пошло, то и мне ужин не повредит, – ночь предстоит непростая.

– Вас действительно так мучают на физподготовке? – поинтересовалась я, когда мы устроились в столовой подальше от чужих глаз. Похоже, Вегеросс тоже опостылели навязчивые чужие взгляды.

– А ты как думаешь? – фыркнула она, после моего одобрения усиленно поглощая двойную порцию мяса. – Все-таки мы боевики.

Я вспомнила коллекцию у нее в комнате.

– Неужели ты владеешь всеми видами оружия?

– И могу смело сказать, что неплохо, – похвасталась девушка.

Мысль пришла внезапно. Как я раньше об этом не подумала! Меня же учили слишком давно и слишком мало.

– Флора, давай баш на баш, – уверенно взглянула я на нее.

– В смысле? – напряглась девушка, откладывая вилку.

– Я приготовлю тебе зелье, а ты научишь меня обращаться с оружием.

Пожалуй, я удивила ее гораздо больше, чем когда заявила о предложении Бриара.

– Серас, оно тебе надо? – нахмурилась она.

– Надо, – без сомнений кивнула я.

– Я не буду спрашивать зачем, потому что ты не ответишь. Во всяком случае, я бы не ответила. Но есть проблема. Ты не справишься со стандартным мечом, – окинула она меня профессиональным взглядом. – Слишком мало кашки в детстве кушала. Чтобы привести тебя в форму, придется долго тренироваться, а тебе, я так понимаю, нужен ускоренный курс.

– Зачем мне меч, – поморщилась я, прекрасно осознавая, что это не мой уровень. – Мне нужно поладить с этим. – Аккуратно засучив рукав платья, я показала закрепленный на запястье нож.

Советами Даньки никогда не стоит пренебрегать, как и ее подарками. И если она сказала, что ножи мне пригодятся, значит, так тому и быть.

– Симпатичная вещичка, – с интересом изучила Флора небольшой аккуратный нож, протянув руку, вытащила из крепления и взвесила в ладони. – Хорошая балансировка. Профессиональная штука. Не игрушка какая-то.

– И мне нужно, чтобы ты из меня сделала этого профессионала, – попросила я.

Девушка снова оценивающе осмотрела меня.

– Ну, метательное – это твое. Здесь будет проще. Но если я возьмусь, обратного пути не будет, Серас, – серьезно заявила она. – Никаких стенаний и отлыниваний. А я жестокий учитель.

– Спасибо, – поблагодарила я, пряча нож на место.

Нет, метать ножи я умела и даже в цель попадала. Но вот скорости мне определенно не хватало, да и силы. С меткостью тоже, кстати, следовало поработать.

– Интересная ты девушка, Серас. С виду – мышь мышью, а тут такие повороты. И лучшего жениха Империи отвергаешь, и метательные ножи под одеждой прячешь, – покачала она головой с легкой улыбкой на лице.

– Ты, знаешь ли, тоже не самый простой персонаж, – парировала я. – Вроде стерва стервой, а на деле и сострадание у нас есть, и забота о ближнем.

– А знаешь, что еще у меня есть? – заговорщически перегнулась она через стол.

– Что? – склонилась я к ней.

Протянув руку, она закатала рукав комбинезона, продемонстрировав мне пару маленьких ножей, тоже пристегнутых к руке.

Я тихо рассмеялась.

– В наше суровое время девушка не может выйти из комнаты без защиты, – пожала плечами боевичка, пряча столь оригинальное украшение.

– Сегодня вечером постараюсь заняться зельем, – пообещала я.

– Тогда предлагаю не откладывать тренировки, – предложила девушка. – Когда тебе удобно? Благо материала у нас полно, целый арсенал под рукой.

– Я могу только по выходным, – вздохнула я, понимая, что с моим-то расписанием такие тренировки, возможно, излишни. Но… умение обращаться с ножами не повредит.

– Значит, ближе к ним и договоримся, – кивнула собеседница, отставляя пустую тарелку. – Фух, можно жить дальше. Спасибо, я хотя бы спокойна, что не сойду с ума от любви к неизвестно кому.

Весьма довольные друг другом, мы разошлись в разные стороны. Меня ждали Хран, работа и множество других проблем.

Для начала пришлось отвести Храна в загадочную комнату с каталогом и оставить разбираться с книгой посещений. Сама же я готовилась к ночной смене. Нужно выяснить: удалось ли вылечить ребенка, обнаружили ли то, что она выздоровела, заинтересовало ли это кого-то из высших. А еще предстоял разговор с Грантом. Ведь нам еще работать вместе!

Эх, знала бы я, какие неприятности меня ждут…

В приемном покое было куда оживленнее. Ну да, хотя на улицах еще лежали снега со льдом, морозы уже начали спадать. Весна на подходе. Люди выползают из домов, пациентов становится больше.

Весело поприветствовав меня, Майлина сообщила, что я работаю на приеме. Судя по очереди, все мои сегодняшние планы отменялись. Времени для расспросов и разговоров у меня не будет… Прием проходил как обычно. К переломанным в драках носам присоединились переломанные из-за гололеда руки и ноги. Несколько простуженных, пара «хроников».

– На что жалуетесь? – деловито поинтересовалась я у сидевшей на смотровом столе хрупкой брюнетки, судя по карточке, всего на пару лет старше меня. Эта просто одетая бледная девушка ничем не отличалась от остальных пациентов.

– Я упала на улице, хотела удостовериться, что ничего не повредила, – тихо произнесла она.

Что ж, еще один случай из разряда переломов.

– Ложитесь, – попросила я девушку и привычно запустила заклинание проверки, медленно ведя ладонями вдоль тела.

Первый тревожный звоночек прозвенел, когда я почувствовала довольно большие синяки на предплечьях. Словно от пары держащих рук. Такие же синяки обнаружились на тонких запястьях, спрятанных под плотной тканью платья. Я еще надеялась, что это просто совпадение. Но кровоподтеки в районе бедер и внутренние повреждения убедили меня в скверных подозрениях. И я определенно не тот человек, который должен заниматься этим делом. Бедняжке нужны дружелюбие и спокойствие, а с этим у меня всегда было не очень.

– Переломов нет, – мягко заметила я, позволяя ей подняться. – Но есть внутренние повреждения. Подождите, пожалуйста, я посоветуюсь со специалистом.

– Со мной что-то серьезное? – перепугалась она, хватая меня за руку.

– Нет, – поспешила я успокоить ее. – Но я стажер, поэтому с некоторыми травмами не сталкивалась. Вы одна или с кем-то из родственников? Может, хотите, чтобы я их позвала?

При упоминании родственников девушка судорожно вздрогнула и поспешно покачала головой. Похоже, дело совсем плохо. Торопливо покинув комнату, я направилась к Майлине.

– У меня проблема, – склонившись к ней, тихо сказала я.

– Что случилось? – нахмурилась женщина.

– У меня в кабинете сидит жертва изнасилования, – мрачно ответила я. – Судя по реакции, сделал это кто-то из родных.

Глаза Майлины расширились от ужаса.

– Я тут не очень некомпетентна, – призналась я. – Можно вызвать кого-то из старших?

– Конечно, – вскочила женщина. – Иди пока к ней, я сейчас найду кого-нибудь. – И убежала вверх по лестнице.

Я, сделав пару вдохов, пошла обратно. Зайдя в смотровую, застала картину полного отчаяния. Подтянув колени к груди, девушка медленно раскачивалась из стороны в сторону. Заслышав звук открывающейся двери, подняла на меня несчастный взгляд.

– Вы догадались, – прошептала она, спрятав лицо в коленях. Смысла отпираться не было.

– Сейчас придет специалист. Он поможет вам, – мягко проговорила я и попыталась опустить руку ей на плечо, чтобы пустить легкое заклинание успокоения. Но девушка резко дернулась:

– Не трогайте меня!

Я поспешно отступила, чтобы не нервировать ее. Пару минут сидели молча. Я не знаю, что нужно говорить в таких случаях, да и стоит ли вообще. Через пару минут, коротко постучав, зашел целитель Гардиас, который когда-то принял меня на работу, а я покинула несчастную, зная, что ей помогут. Жалко девчонку, но у меня много других пациентов, требующих внимания. Потому, заняв соседнюю смотровую, я продолжила работать, пока вместо очередного пациента в кабинет не вошел Грант с уже знакомым мне штативом.

– Привет, – спокойно поздоровалась я. – Ты за новой порцией крови?

– За ней самой, – кивнул мужчина, усаживаясь напротив, пока я закатывала рукав. Кровь брал молча, закончив, хмуро взглянул на меня: – Тоди, насчет прошлого вечера…

– Я тоже хотела поговорить об этом, – оборвала я его. – Давай просто забудем о том, что произошло, и продолжим общаться как друзья. У меня есть жених, и он меня очень даже устраивает. Никаких романов я заводить не желаю, особенно на работе. Так что лучше не загромождать наше общение лишними эмоциями.

Пару секунд мужчина молча рассматривал мое спокойное лицо. Вздохнув, развел руками.

– Что ж желание дамы – закон. Жаль, что я не встретил тебя раньше твоего жениха.

Я лишь нейтрально улыбнулась в ответ.

Грант явно собирался что-то спросить, но его оборвал обеспокоенный метр Гардиас.

– Она отказалась со мной говорить. Требует, чтобы ей занималась ты.

– У меня нет квалификации, – заметила я.

– Тоди, ей нужна помощь, – серьезно ответил целитель.

– И я точно не тот человек, который окажет правильную психологическую поддержку, – увещевала я. – Залечить синяки и повреждения не проблема, а вот справиться с ранами души сложнее.

– Тоди, ты будущий целитель, – строго возразил метр Гардиас. – Учись справляться и с такими ситуациями. Просто поговори с ней. Уговори пообщаться со специалистом. В конце концов, залечи хотя бы физические повреждения, – она никого не подпускает.

Тяжело вздохнув, я поняла, что мне действительно придется ей заняться. Я люблю помогать людям, когда уверена, что принесу пользу. Здесь же, боюсь, только наврежу.

…Мы сидели в одной комнате уже больше десяти минут и просто молчали. Я не знала, с чего начать, да и о чем разговаривать. В голове крутилась тысяча мыслей, какую же выбрать?

– Почему именно я? – спросила, сама не зная почему.

– Потому что ты такая же, как я, – безразлично пожала плечами девушка. – Ты поймешь.

– Но я не понимаю, – покачала я головой. – Я не представляю, чем тебе помочь, как облегчить твою боль. Лучше бы ты поговорила с метром Гардиасом. Он хороший специалист.

– Я хочу говорить именно с тобой, – упорствовала девушка.

– Как тебя зовут? – вздохнув, поинтересовалась я, поняв, что не помню имя, записанное в карточке.

– Кира, – выдохнула девушка.

– Я Тоди, – представилась в ответ.

Между нами снова повисла тишина.

– Ты уже?.. – робко бросила она на меня взгляд, не оставляющий сомнений о смысле вопроса.

– Нет, – покачала я головой, и девушка снова зажалась, погружаясь в себя. – Я знаю, тебя лишили контроля над собственными телом и жизнью, – это тяжело. И сейчас ты пытаешься показать, что тоже можешь контролировать не только себя, но и окружающих. Поэтому выбрала меня. Ты получила власть над другим. Я не могу тебе отказать, не имею права, это моя работа. Ты сейчас пытаешься контролировать меня. Но мне кажется, это не поможет. Нужно просто осознать, что ты ни в чем не виновата. Все случилось так, как случилось, просто признай это и оставь позади. Тебе кажется, это невозможно. Но со временем, говорят, это пройдет.

– Я знаю, что это не моя вина, – подняла она на меня какой-то заледеневший взгляд. – Как я вообще могу быть в этом виновата! Я же не просила! Но чья же тогда? Почему же это произошло именно со мной? За что я наказана?

– Ни за что, – ответила я. – И никто не скажет, почему это произошло с тобой. Потому что причины нет. У нашего мира, откровенно говоря, погано с логикой и причинно-следственной связью. Почему умирают хорошие люди, а плохие живут и творят зло дальше? Почему маленькие дети остаются сиротами или болеют неизлечимыми недугами? Ежедневно страдают от боли? В этом нет справедливости. Большинство не совершило ничего, чтобы заслужить страдания, но в отличие от них у тебя есть возможность идти дальше. Жить новой жизнью, не оглядываясь на прошлое.

– Как?! – закричала она. – Как можно это забыть? Ты бы смогла?

– Не знаю, может, и нет, – честно сказала я. – Но одну бы вещь, чтобы облегчить собственные страдания, я бы сделала.

– Какую? – Ее глаза начали оживать.

– Отомстила бы, – призналась я, понимая, что моя ситуация не так уж далека. – В твоем случае – посадила бы виновного.

Девушка передернулась от ужаса.

– Нет, – прошептала она, – я не могу.

– Почему? – Вспомнив, что это родственник, тихо спросила: – Кто он? Отец, брат, дядя?

– Отчим, – проговорила она одними губами.

– Тогда тем более. Он тебе не родной, что тебя останавливает?

– Ты не понимаешь, – в отчаянье забилась она в угол кушетки. – Это же ославит меня на весь район! Все будут знать, что он меня… – Голос ее заглох. – Я никогда не отмоюсь, не смогу завести семью.

– Почему это все узнают? – спокойно спросила я. – Ты будешь им рассказывать?

– Нет, – вздрогнула Кира. – Но суд…

– Судебные дела такого типа не публичны, – развеяла я ее страх. – Никого, кроме судьи, свидетелей, жертвы, обвиняемого и сотрудников правопорядка не будет. Так что если ты и твои родные болтать не будут, соседи не узнают, за что осудили твоего отчима.

– Мама его очень любит, – прошептала Кира, и слезы полились по усталому несчастному лицу.

– Она в курсе? – старательно контролируя голос, спросила я.

– Нет. Он сказал, что если я ей расскажу, это разобьет ей сердце. Она меня возненавидит, – всхлипнула девушка.

– Кира, для матери нет ничего важнее ребенка. Если бы она узнала, то сама бы его убила, – мягко проговорила я. – Что бы ни произошло, она будет на твоей стороне. Он просто запугивал тебя, чтобы ты молчала.

– А если нет? Если она действительно возненавидит меня? – еще сильнее разрыдалась девушка.

– Значит, эта женщина тебе не мать, – твердо заявила я. – И от такого человека лучше уйти самой, как можно скорее.

Кира подняла заплаканное лицо, пытаясь осознать услышанное.

– Еще возражения? – спокойно поинтересовалась я.

– Мне не поверят. Он подкупит стражу, я знаю, он может, – пробормотала она.

– Медицинское освидетельствование мы тебе предоставим. А насчет стражи… У меня там хороший знакомый. Я попрошу проследить, чтобы все сделали добросовестно. – Видя, что девушка колеблется, я решилась на крайние аргументы: – Ты хотела вернуть контроль над своей жизнью, так верни! Докажи, что он не имел права так поступать с тобой. Что ему это не сойдет с рук. Подлецов нельзя оставлять на свободе. А если завтра он начнет вылавливать на улицах маленьких девочек? И все, что пережила ты, произойдет с кем-то еще? А ты будешь знать, что могла его остановить, но ничего не сделала. Побоялась, позволяя мерзавцу и дальше контролировать себя. Поверь, чувство вины хуже, чем осознание того, что с тобой произошло.

– Что я должна сделать? – наконец раздался тихий, но уверенный голос.

Я поднялась со стула.

– Раздевайся. Я зафиксирую следы насилия. Потом мы все это залечим и вызовем стражу. Ты напишешь заявление, и его тут же арестуют, – объяснила я порядок действий, надеясь, что это поможет ей проще отнестись к предстоящей процедуре.

Кира молча следовала моим указаниям. Я постаралась побыстрее справиться с отчетом, чтобы избавить несчастную от лишних воспоминаний. Но, добравшись до живота девушки, застыла. Боги безмирья, что делать? Как провести ее через следующую новость?

Залечив синяки на бедрах и подождав, пока она оденется, попросила ее сесть. Взяв ее за руки, аккуратно пустила волну успокоения, чтобы мои слова не добили ее морально.

– Кира, ты беременна, – произнесла я без обиняков, ведь смягчить ничего не получится.

Девушка впала в ступор. Я не хотела прерывать ее размышления, давая ей время. Но через десяток минут все же подала голос:

– Что ты будешь делать?

– В каком смысле? – подняла она на меня затравленный взгляд.

– С ребенком. Ты его оставишь? – Не тот вопрос, который ожидает услышать девушка, только что узнавшая, что беременна.

– Конечно. – Она явно еще не вникла, что происходит. – Как я могу убить живое существо?

Я поняла, что это будет сложно. В отличие от нее я в приюте видела многое. И, к сожалению, знаю, к чему может привести подобное решение.

– Кира, то, что я скажу, может тебе не понравиться, но, пожалуйста, выслушай меня и хорошенько подумай, – начала я тяжелый разговор. – То, что сейчас в тебе, это даже не ребенок. Это несколько клеток. Не прошло недели, как они начали делиться. Если ты их оставишь, да, они вырастут в ребенка. Настоящее живое существо, с мыслями, чувствами и эмоциями. И это существо будет живым напоминанием того, что с тобой произошло. Ты будешь убеждать себя, будто все хорошо, ребенок-то не виноват. Будешь стараться забыть все, но, глядя на него, все равно будешь вспоминать свою трагедию. И ребенок будет это чувствовать. Ты начнешь ненавидеть себя за то, что не можешь забыть. Ненавидеть ребенка за то, что он есть. Если твоя жизнь не сложится, станешь винить именно малыша. Что из-за него твоя жизнь пошла наперекосяк. А если он пойдет в отца? Изо дня в день видеть ненавистное лицо… Я была в приюте и видела таких детей. Не понимающих, за что их предала собственная мать. Я не говорю, что ты плохой человек и что все пойдет именно так. Мы можешь быть просто прекрасным человеком и все равно не справиться с этой травмой. Но ты еще можешь дать ему шанс. Дать шанс своему будущему ребенку родиться в любви, в настоящей семье. Быть желанным. Дать шанс себе. Я тебя ни к чему не призываю. Я даю тебе выбор. Прикинь спокойно: когда ты посмотришь в глаза плоду не любви, но насилия, что ты будешь чувствовать и сможешь ли это чувство преодолеть? Возможно, я не права и слишком мрачно размышляю. Но ты сказала, что хотела говорить со мной, потому что мы похожи. Я рассказала, каким бы я видела свое будущее в такой ситуации. Потому что я бы не смогла… – честно призналась я.

Девушка молча заливалась слезами, закрыв руками живот.

– Посиди пока и обдумай произошедшее, а я пока сдам отчет и попрошу вызвать стражу, – проговорила я, собирая бумаги. – Прости, но дальше с тобой будет метр Гардиас. Но я всегда к твоим услугам.

Кира, так ничего и не ответив, кивнула. Я уже собиралась выйти, когда меня остановил ее тихий голос:

– Спасибо.

– За что? – недоуменно спросила я. На мой взгляд, я не справилась. Вместо того чтобы облегчить ее страдания, только усугубила их.

– За то, что помогла выплыть из этого ужаса, из этой бури эмоций. Я буквально потерялась в страхе и боли. А ты четко смогла мне указать направление, в котором нужно двигаться. Ты подарила мне надежду, что все еще образуется, – со слабой улыбкой проговорила она, а я с удивлением покачала головой.

За дверью меня ожидала нервничающая Майлина.

– Ну что? – тихо спросила она, подталкивая меня к своему столу.

– Я ее излечила. Здесь результаты обследования. Она согласилась написать заявление.

– Стражу мы уже вызвали, – кивнула женщина. – В целом она как?

– Плохо, – мрачно ответила я. – Но, думаю, справится.

Надеюсь, во всяком случае.

За спиной раздался знакомый голос:

– Я по поводу вызова стражи, к кому обратиться?

Вот уж везет как утопленнику! Осторожно скользнула к лестнице, надеясь, что со спины он меня не узнал. Но не успела сделать и шага, как донеслось удивленное:

– Касс?

Обреченно вздохнув, повернулась к нему:

– Привет, Рик.

Таким злым я не видела его никогда. Зрачки стража сузились, выдавая животную натуру. Пожалуй, впервые я осознала, что Рик не просто прекрасный человек и мой добрый друг, но и яростный хищник. Наверное, если бы не свидетели, мне бы сейчас сильно всыпали. А так мужчина, яростно стиснув зубы и старательно контролируя эмоции, ухватил меня под локоть. Заметив настороженный взгляд Майлины, которой явно не понравилось столь фамильярное обращение, я поспешила успокаивающе покачать головой. Затолкав меня в служебный коридор, оборотень дал волю эмоциям.

– Какого демона Касс! – прошипел он, показывая внезапно удлинившиеся клыки. – Почему ты здесь?

– Я тут работаю, – спокойно ответила я. – И ты делаешь мне больно, – заметила, пытаясь вытащить свой локоть.

Меня тут же отпустили из железной хватки рук, но не взгляда:

– Я сейчас не шутки шучу. Коротко и по делу, почему опять шляешься черт знает где?

– Серьезно, Рик. Я здесь работаю, лечу людей, спасаю жизни, – сказала я, лихорадочно размышляя, как выпутаться из этой истории.

– А как насчет того, что по уставу академии ты не имеешь права этого делать? – взял себя в руки оборотень.

– Признаю, нарушение правил на моей совести. Но ты же знаешь, я не отличаюсь приверженностью к правилам, особенно когда не считаю их важными. – Я пожала плечами и, не дав возразить, продолжила: – Прежде чем костерить меня за безголовость, вспомни, что мы оба сейчас на работе. Тебя дожидается потерпевшая, а меня пациентка.

Хмуро осмотрев меня, страж кивнул.

– Во сколько ты заканчиваешь?

– В четыре утра, – честно ответила я, понимая, к чему он ведет.

– Никуда не уходи, жди меня. Я тебя провожу до академии. Заодно поговорим об этой твоей «работе», – процедил он, разворачиваясь ко мне спиной.

– Подожди, – удержала я его за рукав, – ты же по поводу изнасилования? Пойдем, провожу тебя. – Я повела его к смотровой, понимая, что помощь метра Гардиаса уже не понадобится. Рик знает, что я здесь, так что можно не мучить и так настрадавшуюся Киру.

– Ты занимаешься ей? – удивился мужчина. – Мне кажется, что это не тот случай, с которым стоило разбираться молодой девушке.

В целом я с ним была согласна, но все же возразила:

– Прежде всего я – целитель. И работаю со всеми пациентами независимо от их расы, пола, возраста и болячек. Рик, после всех трупов, которые я вскрывала, определяя причины смерти, меня уже мало чем можно напугать.

– Не убедила, – покачал он головой.

– Кстати, а почему послали именно тебя? Это не твой уровень, насколько я понимаю.

– Всего лишь одолжение другу. У его дочери день рождения, я согласился отдежурить за него, подозрительная ты наша, – сразу понял он подоплеку. – Я за тобой не следил, иначе бы, поверь, ты бы здесь давно не работала.

…Это было трудно. Хотя и не стоило ожидать, что будет легко. Во время Кириной исповеди я держала ее за руку и потихоньку вливала силу и спокойствие. Рик был подчеркнуто вежлив и тактичен. Безусловный плюс в его появлении – лучшему специалисту передать Киру я и не могла. Составив протокол, я вызвалась проводить Рика, и уже на пороге меня настиг негромкий, но уверенный голос девушки:

– Я решила. Я дам ему второй шанс. Шанс на то, чтобы быть желанным.

Я мягко улыбнулась и кивнула ей.

– Я пришлю метра Гардиаса и буду рядом. Ты в надежных руках, не бойся. Но сегодняшнюю ночь придется провести здесь, – предупредила я девушку.

– Спасибо, – снова поблагодарила она меня.

И я вышла вслед за Рином.

– О чем она? – убирая бумаги, поинтересовался он.

– Это происшествие… – проговорила я, не зная, как аккуратнее подать новость, – не прошло бесследно.

– В каком смысле? – нахмурился он.

– Не в психологическом. И не в плане травм и синяков.

Аларик всегда был сообразительным. Тихий рык, донесшийся до моего слуха, ясно показал мне его отношение к произошедшему.

– О каком решении шла речь?

– Я посоветовала ей прервать беременность, – сказала честно, не видя причины утаивать.

– Что?! – Он неверяще уставился на меня.

– Я была не права? – засомневалась я в своем праве предлагать ей такой вариант.

– Может, и права, – покачал он головой. – Но я от тебя не ожидал.

– Почему?

– Это слишком… цинично. И расчетливо, что ли. Такой совет мог дать взрослый и опытный человек, не двадцатилетняя барышня.

– А что было делать? Сесть рядом и поплакать над ее незавидной судьбой? Легче ей бы не стало. И проблемы не решило. А ты слишком часто припоминаешь мою молодость, – заметила я. – Молодость – это не дефективность и не отсутствие мозгов.

– Вот насчет последнего я бы поспорил, особенно в твоем случае, – хмыкнул он. – Но об этом позже, только прошу не сбегать, а действительно дождаться меня. Поговорить нам все равно придется, – сурово заметил оборотень.

– Даже и не думала сбегать! – поклялась я.

Еще бы, в моих же интересах поговорить с Риком прежде, чем он побежит к с Бриару.

Отдав документы, я вместе с метром Гардиасом занялась Кирой. Еще полчаса, и мы погрузили девушку в глубокий восстанавливающий сон. Она сегодня многое пережила, да и в последующие дни ей придется нелегко, так что отдых ей необходим. Потом меня отправили на обход в отделение неизлечимых. Все были стабильны, новых не появилось, что безмерно радовало, но еще больше порадовало другое. Палата Каны пустовала.