Текст книги "Красавица в бегах (СИ)"

Автор книги: Макси Фэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Глава 7. Господа, пташки и пронырливые юноши

В этом городе вечного праздника и веселья было много публичных домов. Но самым лучшим по праву считался Дом Наслаждений, уже более сотни лет принадлежащий Амиральде Фон Крон. Здесь были самые прекрасные и раскованные женщины, великое множество взрослых игрушек и приспособлений на любой вкус, а ставка за ночь равнялась стоимости хорошей лошади. И мужчины сюда приходили тоже не абы какие. Состоятельные господа съезжались со всего Правомирья, чтобы отдохнуть от скучных будней и выпустить на волю свои самые тайные и постыдные желания.

Амиральда лично встречала их в дверях и уводила в рубиновую гостиную, где поила изысканными винами и расспрашивала о предпочтениях. А потом приглашала своих прекрасных пташек и давала клиенту выбирать, ненавязчиво направляя его выбор на более подходящую по темпераменту особу. Господа всегда оставались довольны и задерживались в Доме Наслаждений на несколько дней, а то и недель, опустошая свои карманы и наполняя золотом кладовые Амиральды.

Под началом мадам Фон Крон были не только красивые девушки, но и очень пронырливые юноши. Которые освобождали господ от лишних богатств, пока те были заняты удовлетворением своих страстей. А половину награбленного отдавали Амиральде. Потому что мадам и её пташки всегда давали точную наводку, у кого из их клиентов после посещения остаются ценности и где они спрятаны. А потом, на большом тракте, на любителей любви за деньги устраивали засаду и забирали последнее. Потому что негласный закон Развратикуса гласил: всё богатство, привезённое в Город Страстей, должно оставаться тут же.

С местными жителями действовала немного другая схема. Пока они развлекались с продажными красавицами сутками напролёт, пронырливые юноши обчищали их дома, незащищенные магией в отсутствии владельцев. Ведь магическая защита держалась ровно семнадцать часов, потом её нужно было обновлять. Но девушки из Дома Наслаждений знали своё дело, и им не составляло труда удержать своих гостей рядом подольше, чтобы партнёры успели пробраться в их замки и вынести оттуда немало ценностей.

Кстати, о принципе добровольности: мадам Фон Крон ведь была очень умна, она заставляла каждого гостя подписывать специальную бумагу, в которой он соглашался на всё, что будут делать с ним работники Дома. Естественно, исключительно в его интересах. Бедняги думали, что речь идёт только о наслаждениях, которые им будут дарить прекрасные пташки. Но всем любопытствующим чёрным и лохматым Амиральда могла показать приписку в нижней части договора, где говорилось, что “исключительно в интересах гостей, для избавления их от лишних забот, работники Дома Наслаждений могут уменьшать количество принадлежащих им благ”.

Как раз сейчас один из пронырливых юношей, без сомнения самый ловкий и хитрый, возвращался к Амиральде с добычей. В седельных сумках у него были золотые кубки и драгоценные перстни, расшитые алмазными нитями пояса и то, ради чего всё затевалось – таинственный артефакт, похожий на обычный глиняный кувшин.

Но по дороге пронырливый юноша нашёл кое-что ещё. Очень неожиданное кое-что, стройное и прекрасное, и совершенно мокрое. Он не смог пройти мимо этого прелестного создания, хоть и совершенно не знал, что будет теперь с ним делать. Но девичьи руки крепко сжимали рубашку на его груди, холодный носик громко сопел, а мягкие губки волнующе прикасались к шее, и юноша наслаждался этим всем без зазрения совести.

Миновав неприметные ворота в одном из темных переулков, юноша заехал на задний двор большого особняка и аккуратно спешился, беря полусонную красавицу на руки. Она тут же встрепенулась и попыталась вырваться, но была лишь крепче прижата к груди:

– Тише, верши, не бойтесь. Отнесу вас в дом, там тепло и сухо, и есть во что переодеться.

Девушка затихла, а юноша быстрым шагом направился к небольшой двери, скрытой за стеной из вьюнов.

Катеньку опустили на пол в небольшой комнатушке, где помимо узкой кровати, тумбы в углу и стола со стулом ничего не было. Мужчина скинул капюшон, и девушка наконец-то разглядела своего спасителя. Это был совсем молодой, но ужасно привлекательный парень со светло-рыжей шевелюрой. Он скинул плащ, и взгляду открылось красивое поджарое тело с приплипшей к нему мокрой рубашкой, кстати говоря, мокрой стараниями Катеньки. Нисколько не смущаясь, красавчик снял рубашку, подошёл к кровати и наклонился, снимая с неё покрывало. Катерина даже рот открыла от восторга, разглядывая татуровку в виде озорной лисицы на его спине.

– Отомри, красавица, – вдруг обратился он к девушке, тепло улыбнувшись, – надо снять мокрое, а то простудишься. Завернись пока в это, а я пойду и раздобуду тебе сухую одежду.

Катенька смутилась, но взяла протянутое покрывало, а парень, так и не надев сухую рубашку, вышел из комнаты. Девушка сняла мокрые халат и сапожки, завернулась в покрывало и прилегла на жёсткую кровать. Эти день и ночь были слишком долгими и напряжёнными, она очень устала и теперь, постепенно отогреваясь, совершенно не имела сил бороться со сном. К тому же, после рождения детей Катерина обрела удивительную способность засыпать сразу же, как окажется в благоприятных условиях, и высыпаться за любое количество времени, которое ей удастся отдохнуть. Спасителя не было слишком долго, и она решила не тратить время зря и немножечко подремать.

Парень вернулся спустя почти час, и вернулся он не один. Вместе с ним вошла взрослая женщина невероятной красоты. Она внимательно оглядела фигуру Катеньки, завернутую в покрывало, всмотрелась в её лицо и даже потрогала прядь волос.

– Совсем недурна, – негромко сказала Амиральда Фон Крон, а это была именно она. – Пожалуй, стоит оставить её в Доме. Давно у нас не было свеженьких пташек. Можем даже устроить аукцион среди постоянных гостей за право первой ночи с ней. Как думаешь, она ещё цельная? Впрочем, это совсем не важно. Я знаю, как поправить ситуацию, если нет…

– А если она не согласится? Вдруг она из благородных? – так же тихо спросил юноша.

– Локли, дорогой, благородные верши не бегают по ночам практически без одежды. Да и к тому же, посмотри внимательнее на её шею – она не из Правомирья, хоть и выглядит, как верхняя. Псам на неё будет плевать, а значит, мы можем делать с ней всё, что хотим.

Локли наклонился над девушкой и, действительно, увидел, что кожа прямо под левым ухом была чиста. А если бы она принадлежала этому миру, там бы вихрились и завивались золотисто-чёрные линии, по которым безошибочно можно было определить верхнего или верхнюю. У него самого такие были с рождения, так же как и у мадам, и у всех верхних с начала времён.

Другие люди появлялись в Правомирье нечасто, но всё же их видели, и судьба их часто была незавидна, особенно, если они попадали в Развратикус. Ведь принцип добровольности на них не распространялся, и с ними могли сделать что угодно: обокрасть, искалечить, забрать в рабство или даже убить. Всё-таки Локли хорошо сделал, что привёз девушку сюда. Тут ей грозило разве что сексуальное рабство, от которого многие получают удовольствие. А если она умна, будет вообще кататься как сыр в масле, носить лучшие одежды, есть из золотой посуды и иметь постоянных друзей из самых знатных господ Развратикуса.

– И что мне теперь делать?

– Пусть останется у тебя до утра. Проследи, чтоб не ходила по дому, пока не нужно никому её видеть. Можешь проверить, какова она в постельных играх, ты заслужил сегодня. Завтра ближе к обеду приведёшь ко мне в опаловую комнату, я сама с ней поговорю.

Прекрасная мадам ушла, а парень ещё какое-то время постоял возле кровати, задумчиво теребя свои рыжие волосы. Потом вздохнул, бросил на пол высохший уже плащ, улёгся на него, подложил руку под голову и уснул.

Глава 8. Соглашаться нельзя отказать

Спустя какое-то время Катерина открыла глаза. Ещё одной её чудесной способностью было даже во сне слышать всё, что происходит вокруг, чтобы сразу подскочить, если детям что-то будет нужно. И теперь она была почти что в ужасе от того, где оказалась. Из огня да в полымя – вот как это называется. Да что ж за судьба у неё такая! Неужто кто-то там услышал её тайные фантазии о великой страсти и жарких ночах, и спешит исполнить их все, подсовывая всё новые и новые возможности? И новых мужиков тоже, кстати! Да если б она знала, что так всё повернётся, даже мыслишки бы подобной не подпускала! Ох, Петенька, забрали у тебя жену да и творят, что хотят. Да как же ты допустил-то такое?..

Катенька тихонько плакала в подушку, жалея и себя, и мужа, и бедных деточек, оставшихся без мамы. А потом вдруг поняла, что спасший её красавчик спит рядом на неудобном и, наверняка, очень холодном полу, хотя ему явно предлагали, и Катерина это слышала, опробовать её в постельных делах. Но он не стал, следовательно, парень честный и благородный. А значит, Катерина может попросить его о помощи, расскажет всё про свою беду – и он обязательно сжалится и поможет ей найти какую-нибудь возможность вернуться домой. Точно, так она и сделает утром, а сейчас надо последовать примеру рыжего милахи и хорошенько выспаться, пока временно ей никакой опасности не грозит.

К величайшей досаде девушки, проснулась она очень поздно и совершенно одна. И всё ещё голенькая. Да что ж такое!!! Надоело уже! Катенька подскочила с кровати, схватила простыню и обернула её вокруг себя наподобие индийского сари, закрепив кончик. Потом вспомнила про свой халатик и сапожки – но их в комнате уже не было, будто их специально спрятали, чтобы она никуда не сбежала. Ну, знаете ли! Катерина бросилась к двери, но та оказалась заперта. Потратив несколько минут на безуспешные попытки выбить её своим изящным бедром, девушка обратила взор на небольшое окно.

Ставни легко распахнулись в небольшой фруктовый сад, до земли было метра три, высоковато, конечно, но Катенька была полна решимости как можно скорее покинуть это ужасное место. Пыхтя и бормоча под нос всякие неприличные слова, девушка с большим трудом перелезла через подоконник и повисла на нём, не решаясь отпустить руки. Простыня развязалась и грозила спрыгнуть раньше девушки, но ещё держалась, зажатая между телом и стеной. Прекрасно понимая, что долго так не провисит, беглянка ещё раз чертыхнулась и, крепко зажмурившись, отцепила пальцы от подоконника.

Летела она недолго, а приземлилась прямиком в сильные руки, вместе со скомканной простыней, которая всё ещё продолжала скрывать наиболее важные части тела. Вчерашний красавчик смотрел на неё, усмехаясь, с зажатой в уголке губ тонкой сигареткой.

– Отпустите! – возмущенно буркнула Катерина.

Он выплюнул сигаретку на землю и перехватил девушку поудобнее.

– Приятного пробуждения, верши! Сбежать от нас решила? – парень смотрел с такой нежностью и так тепло улыбался, что Катеньке стало очень стыдно за свою попытку бегства.

– Мне очень нужно попасть домой. Меня там ждут, – девушка умоляюще посмотрела в глаза своего спасителя, надеясь отыскать там сочувствие.

– Сначала тебе нужно поесть и одеться. Потом расскажешь, откуда взялась и куда тебе теперь нужно, – ответил он уже прохладнее, будто рассердился на что-то.

Повернулся и, всё так же с Катенькой на руках, пошёл в дом. Она не смела шелохнуться, предчувствуя неприятности, но не оставляя надежды убедить его помочь.

Катерине сложно было сказать, проникся ли Локли, так звали рыжего красавчика, её пламенной речью. Она старалась изо всех сил, даже всплакнула пару раз, рассказывая о своих дочурках, которых теперь будет воспитывать неизвестно кто, потому что муж вечно на работе пропадает.

Он сидел напротив неё, нахмурившись, и напряжённо что-то обдумывая.

– Завтра я еду в Магикус, нужно… кое-что отвезти. Возьму тебя с собой. Там живёт большинство магов нашего мира, кто-нибудь из них наверняка сможет помочь. Только вот Амирадьда тебя не отпустит, она уже прикинула, сколько может заработать на новой пташке, а алчности в ней всегда было больше, чем сочувствия… Придется нам быть хитрее. Сейчас я отведу тебя к ней. Соглашайся на всё и делай вид, что для тебя это лучшее, что могло случиться. Продержись только до утра, не вызывая подозрений. Скорее всего, сегодня у тебя будет первый клиент…

– Нет-нет, я не буду! Я не такая!!! – возмущённо воскликнула Катенька.

– Успокойся, Катри. Я дам тебе сонного порошка. Когда уйдете в спальню, подсыпешь ему в вино. А потом дождешься предрассветного часа, когда уснёт весь дом, и придёшь сюда. Я буду ждать. Спрячу тебя в повозке и провезу через ворота. К тому времени, как мадам и пташки проснутся, мы будем уже далеко.

Ох, не нравилась Катеньке эта затея. Во-первых, мама учила не доверять незнакомцам. Этот красавчик был очень милым и заботливым и, кажется, действительно хотел помочь. Но так ли это? Что он вообще делает в публичном доме? Она знает его не больше суток, может, парень просто притупляет её бдительность?

Но, допустим, он честный и добрый, и действительно собирается отвезти её в город волшебников. Как пережить встречу с этой мадам Амиральдой? Ведь врать придётся, а делать это она не умела, да и не любила. Ну, допустим, сможет. Целый день и ночь прикидываться доступной женщиной? Завлекать какого-то мужика, усыпить его и сбежать? А если не получится и он её возьмёт насильно? Слишком всё сложно, у неё ни за что не получится! Девушка обхватила плечи руками и отвернулась к окну. Её немного потряхивало от страха, она мотала головой, словно споря сама с собой, и даже собиралась заплакать. Как вдруг ощутила тёплые ладони на своих плечах.

– Не бойся, Катри, всё получится, – тихо сказал Локли, стоя за её спиной. – Если ты хочешь скорее вернуться к детям, ты должна взять себя в руки и сыграть роль. Это не так сложно, вообрази себя актрисой и получай удовольствие от игры, не забывая о цели.

Он нежно поцеловал девушку в макушку и отошёл. Катерина чуть не расплакалась, ощутив такую нужную поддержку. Но парень был прав, нужно просто сыграть роль. Это она сумеет. Катенька решительно повернулась и увидела в руках юноши одежду и обувь.

– Пора одеваться, мадам уже ждёт. Я буду за дверью, – Локли протянул ей вещи и вышел.

Платье было из мягкой и тонкой тёмно-зелёной ткани. Оно красиво обхватывало грудь, а ниже талии широкими складками опускалось до щиколоток. Два разреза по бокам открывали ноги почти полностью. Белья не было вообще. Катерина сначала громко возмутилась, но потом подумала, что такой наряд без белья очень поспособствует вхождению в роль развратной женщины. Надела туфли на высоком, но очень устойчивом каблуке, расчесала пальцами волосы и заплела их в косу, а потом вышла за дверь.

Глаза Локли восхищенно блеснули при виде девушки, и она улыбнулась, довольная произведённым эффектом.

– Вот, возьми, это даже лучше сонного порошка, кинешь в бокал, и она сразу растворится, а эффект будет через пару минут, – парень протянул ей маленькую пластинку белого цвета. – Спрячь где-нибудь, мы, скорее всего, больше не увидимся, мне нельзя появляться в той части здания.

Катерина растерялась. Пластинка была небольшой, сантимер в длину и полсантиметра в ширину, и очень тонкой. Но вот у неё даже карманов не было.

– А куда спрятать? – прошептала девушка.

Локли очень выразительно посмотрел на её грудь, и Катенька смутилась. Но потом всё поняла, и засунула пластинку в лиф платья.

– Спасибо! – она бросилась парню на шею, крепко обняла и благодарно поцеловала в щёку.

Он тоже обнял её, прижимая к себе, но лишь на секунду. Потом взял за руку и повёл по затемнённым коридорам.

– Дорогу запомнила? – шёпотом спросил Локли, остановившись у массивных дверей.

Катенька неуверенно кивнула.

– Всё будет хорошо, – красавчик ободряюще улыбнулся, постучал, распахнул дверь и легонько подтолкнул её в комнату.

Глава 9. Красавица и мадам

Амиральда Фон Крон гордилась своим Домом Наслаждений. За сто десять лет она превратила его в лучшее заведение города. Смешно вспоминать, но когда она выкупила его у прежнего владельца, здесь было приземистое одноэтажное здание, больше похожее на конюшню, чем на место, где должны дарить наслаждение. Там было серо, мрачно, грязно, да и девки, по-другому их и не назовёшь, были обычными развязными шлюхами. Дом в тот же год снесли и отстроили шикарный особняк. Сотни нижних трудились день и ночь, а вермулы подвозили всё новые повозки с мрамором и гранитом.

В золоте у неё недостатка не было. Бывшая первая леди, любовница самого короля, получила хороший откуп. Когда Суэ Вэ Пятый влюбился в заморскую принцессу, он удалил из столицы всех своих бывших любовниц, щедро их одарив. Амиральда не держала на него обиды. Те пятьдесят лет в качестве фаворитки короля были невероятно скучны. Наряжайся, улыбайся, делай вид, что получаешь удовольствие, ведь его величество был не слишком искусным любовником. А ей хотелось власти, хотелось исполнения самых порочных желаний, хотелось опасных игр. Неудивительно, что она выбрала для жизни Развратикус. Ведь тут можно было всё и по-всякому.

Она собрала в свой дом лучших красоток, для которых вообще не существовало запретов. Обучала их сама и училась у них. Ей нравилось видеть женскую власть над мужчинами. Ведь господа теряли голову от обитательниц дома и возвращались сюда снова и снова, отдавали всё, что имели. Впрочем, отдавали они даже больше, чем думали сами.

Мадам Фон Крон нравились азартные игры. Она собирала под своё крыло ещё и юношей. Хитрых, изворотливых, алчных, настоящих лисиц в мире людей. И давала им шанс на лучшую жизнь. Около десятка симпатичных парней проживало в заднем крыле её Дома, куда не было хода пташкам и их гостям. Амиральда давала им разные интересные задания. Обчистить дом какого-нибудь графа, устроить засаду на выезде из города для королевского посла, выкрасть ценную диковинку прямо из-под носа её развратного хозяина. И смотрела, что они сделают потом. У многих появлялись мыслишки забрать награбленное себе и сбежать из города. Некоторые делали неверный выбор. Мадам такого не прощала.

Она сама отпускала своих лис спустя семь лет верной службы, отдавая при этом ещё половину от своей доли из награбленного ими за эти годы. Неплохой стартовый капитал для начала самостоятельной жизни после обучения ремеслу. Но некоторые лисы пытались уйти раньше, прихватив часть богатств Амиральды. И тогда вдогонку за ними отправлялись псы. С нарушителями правил Дома безжалостно расправлялись, а богатства возвращали на место.

Это была чёткая и отлаженная система. Пташки не знали о существовании лис, лисы не знали об истинном предназначении псов. А мадам знала всё и про всех. И она очень не любила, когда её пытались обмануть.

В дверь постучали – и в комнату вошла вчерашняя добыча Локли, её самого перспективного лисёнка. Амиральда мысленно похвалила себя за выбор платья: изумрудный цвет девушке невероятно шёл, подчёркивая фарфоровую кожу и тёмные глаза. Только вот косу она заплела зря, волосы женщины должны упругими локонами спадать по плечам, но это они скоро исправят.

– Здравствуй, прекрасное дитя, присаживайся ко мне, – женщина похлопала по дивану рядом с собой, и девушка опасливо присела на самый край. – Не нужно меня бояться. Как тебя зовут?

– Катерина… Катри, – тут же поправилась она.

– Катри гораздо лучше и привычнее для наших мужчин, – кивнула Амиральда. – Ты знаешь, куда попала? Что именно Локли уже успел рассказать тебе?

– Ничего, – она помотала головой. – Я только проснулась. Я вообще не понимаю пока, где очутилась. Я заснула у себя дома, а очнулась в каком-то древнем замке с какими-то уродцами и сразу убежала, а потом тот парень меня сюда привёз…

Девушка выглядела ужасно растерянной, а это было Амиральде только на руку. Теперь нужно рассказать правильную легенду – и птичка попадётся в клетку.

– Такое случается, – она ласково взяла испуганную красавицу за руку, – существует множество миров, и иногда между ними открываются порталы и затягивают в себя случайных людей. Тебе просто не повезло. К сожалению, пути обратно нет. Эти порталы отрываются раз в несколько недель в разных местах мира, и невозможно угадать, где и когда это случится в следующий раз.

Девушка подняла на мадам широко раскрытые от ужаса глаза и, кажется, собиралась заплакать. Отлично, пора переходить ко второй части.

– Наш мир не так радужен, как хотелось бы, – на этих словах женщина тяжело вздохнула. – На улицах очень опасно, там бродят насильники и убийцы. Просто счастье, что Локли нашёл тебя раньше них. Ты можешь остаться здесь с нами, мы с радостью примем тебя в нашу большую и дружную семью. Будешь работать, как и все, будешь моей любимой пташкой…

– А что нужно будет делать? – несмело спросила девушка.

– Ублажать мужчин, – ответила мадам, пожимая плечами. – В нашем мире у женщин нет других обязанностей. Не волнуйся, тебя всему научат, – она ободряюще улыбнулась и позвонила в серебряный колокольчик.