Текст книги "Лишний Бог (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц)

Глава 5. Судьбоносная точка

Из-за низкосидящих облаков Квинлар казался мрачным, по левую руку от странников пенилось и волновалось ещё более тёмное море, на каменистый берег падали первые капли дождя, по правую руку шагов в пятидесяти, низким, зелёным ковром раскинулись джунгли. Когда ты самый могучий зверь во вселенной, ты можешь опасаться лишь таких же драконов как ты, вот и Светлана шла в своём темпе за которым еле поспевал пленённый босоногий эльф в свободной больничной светло-голубой рубахе и таких же светлых штанах.

Забывший о смирении ангел прекрасно понимал на кого он охотится и не готовил реплик и пустых слов. Меч позволял ему видеть сквозь миры, а межреальность хрустела под его стопами, когда он настиг её и, битый час шёл в некотором отдалении, опасаясь, что даже находясь в параллельном мире бестия учует его. Девушка казалась хрупкой, но лишь казалась, дракон в человеческом обличии был всё так же опасен. Дракон он всегда дракон, даже если прячется под соблазнительной оболочкой миловидной девушки.

Наконец падший решился на прыжок сквозь миры. Быстрее молнии устремился артефактный клинок к её шее, разрезая и разрывая грани бытия Миллар/Квинлара. Светлана была безмятежна и не смогла бы почувствовать засаду, слишком молода была её душа, слишком уверовала в свою неуязвимость опасаясь лишь Красного змея. Всё случилось столь быстро, что для взора Шашлыка это выглядело, как мгновенное появление рядом с ними крылатого создания. Занесённый сияющий клинок в руке титана лился пронизывающим светом от которого хотелось спрятаться, как в детстве просто зажмурив глаза, вот только свет лучился сквозь материю и просвечивал и сквозь веки, и будь на их месте окованный металлом щит, светил бы и сквозь него.

Гиллиус успел вовремя, не отражаемый ничем клинок летел уже в свою цель и даже если бы Кай встал на его пути в своей драконьей форме, то меч с легкостью распорол бы сразу обоих ледяных змеев. Бывший второй борт стрелок врезался в ангела, а лезвие клинка распороло пространство перед Светланой.

Они покатились кубарем, крылаты титан с сияющим мечом и белый вытянутый в позвоночнике ящер. Когти и зубы ледяного змея рвали ангельскую плоть вырывая из неё целые куски, однако носящий смешную фамилию Чижиков уже дрался и с более опасными из вида драконов, и сумел выжить в составе светлого легиона даже без великого меча Серафима. Его крылья раскрылись прекратив их вращение уперевшись в грязную квинларскую почву словно распорки, а ноги прижались к груди, вставая между собой и грызущими воздух драконьими челюстями. Лапы змея сдерживали его руки, впиваясь в предплечья четырёхпалыми острыми словно ножи когтями. На выдохе Ангел выпрямил обе ноги отбрасывая ящера от себя, но тот, словно кошка извернулся в воздухе и приземлился на четыре лапы шипя оскаленной пастью, неестественно расширившейся словно для поглощения чего-то крупного. Длинные усы на морде и теле дракона дрожали вырабатывая энергию для магических ударов или щитов, белый плоский хвост угрожающе скользил вокруг ледяного змея.

Чижикову не удалось убить одного ледяного дракона с наскоку, но тот кто пришёл на помощь, явно не понимал насколько сильны могут быть закованные в мече Серафима светлые души. Руки титана перехватили меч двуручным хватом, с одной стороны его лица невольно застыла оскаленная гримаса, из под оторванных лоскутов кожи виднелись окровавленные кости скул и верхней и нижних челюстей. Вязким красным киселем кровь стекала вниз, а над светлой головой ангела восходило облако пара, в котором свечение от меча странным образом случайно складывалось в очертание символа восстания титанов, красного отбойного молотка направленного вниз.

– Свобода и труд значит! – прошипел драконьей пастью Кай что-то вспоминая.

Ангел не ответил, а шагнул прямо на змея, и тут Светлана поняла, что сейчас произойдет, она видела страшный артефакт в руках Чижикова и, не могла допустить этого размена ударами после которых всё неотвратимо изменится.

Драконы странные создания, самки сильнее и значимее для их общества, самцы же выполняют периферические роли, будь Света обычным ледяным змеем она бы просто отпрыгнула назад проваливаясь в брешь между мирами и покинула бы Квинлар, запутывая следы, на этот раз зная, что за ней охотятся уже два опасных существа. Но она была еще и Одиннадцатой, душой созданной в инкубаторах бога-императора Ра, душой бойца “B” класса, гибнущего и не сдающегося, ради великой цели. Не было уже никакого Ра, да и великой цели тоже, но меньше чем через секунду Гиллиус расстанется с жизнью и этого никак нельзя было допустить.

Кай был готов к удару, был готов пронзить падшего ангела своими когтями, даже если энерго-щиты генерируемые усами-тросами не сработают и его драконье тело примет на себя весь удар странного артефакта, но тут, в глазах вспыхнуло, а крылатый титан оказался дальше чем был, а вместо него Кая, удар меча на себя приняла Света. Тело разрубленное пополам не трансформировалось в его драконью форму и теперь, как срубленное дерево сползало вниз с еще удерживаемых в стоячем положение заклинанием защиты ног. Она совершила перенос, она поменялась с ним местами, лишь ради того, чтобы спасти ему жизнь.

Второй борт стрелок бы ринулся в бой и погиб бы как полагается солдату императора Ра, но внезапно дракон, дрогнул всем телом и попятился. Его ум вдруг заслонили страх и боль, обреченность и нескончаемая паника рождённая памятью крови всех предков его линии вдруг наполнили его. Ангел уже шёл навстречу, чтобы совершить еще один смертоносный прыжок, как Кай дернулся и отпрыгнув назад провалился в межреальность, а оттуда прыгнул в Миллар.

– Ну нет, ты от меня так просто не сбежишь… – прорычал ангел и уже был готов разрезать грань Квинлара, чтобы последовать за тварью, но его клинок почему-то потяжелел, потяжелел так, что нельзя было поднять его даже двумя руками.

Чижиков повернулся взглянув на сидящего на пятой точке плененного эльфа и на разрубленную на две части драконицу. Она была мертва, но она улыбалась, смотря то ли на него, то ли сквозь.

Тем временем меч стал настолько тяжёлым, что если бы трусливо не сбежал тот – второй дракон, ему – ангелу пришлось бы ох как туго. Чижиков ухмыльнулся заглядывая в стекленеющие глаза девушки, а потом обратился своим разумом к тем, кто был в мече. Смятение наполнило его сознание, в артефакте Серафима пополнилось и пополнилось ровно на одну, но драконью душу. Светлые заключённые в мече приняли её к себе, но не как военнопленную, а как равноценного защитника Земли.

– Вы сошли с ума, это душа дракона, она убийца от начала и до конца?! – прохрипел он, а кровавая маска на его лице начала срастаться оставляя вместо ранений глубокие розовые шрамы.

– Она совершила жертву! – хором отозвались светлые души.

– Одумайтесь, если бы не сбежал тот второй, меня бы уже не было в живых! – устыдил он их, но немного подумав обратился уже к трупу Светы, – Ты пожертвовала собой и обманула души меча, но твой приятель оказался слишком труслив чтобы драться, впрочем как и весь ваш змеиный род.

Однако, мёртвое тело не отвечало, а так и продолжало улыбаться смотря в никуда. Меч тяжелел впившись лезвием в грунт и уже немели руки пытающиеся держать его рукоять, словно бы клинок сам решил устремится к ядру этой планеты. Но было ли тут в Квинларе ядро или это был обычный подмир, лишь иллюзия чего-то материального ангел не знал, да и знать не хотел.

– Меч слишком тяжёл для Квинлара! – догадался Чижиков, – Проклятая душа дракона совершив жертвенный поступок нарушила баланс светлых душ и теперь клинок стремиться стать центром тяжести этого подмира…

Ангел держался за меч, ведь тот мог реально провалиться сквозь почву, а его ноги спешно чертили в грязи и камнях символы вокруг торчащего из грунта металла, всё глубже и глубже уходящего вниз. Наконец, нужные символы были вычерченны, однако и эфес меча раскалился так, словно бы готов был расплавится прямо в руках у крылатого. Чижиков осел на колени и подставил под гарду клинка своё плечо, чтобы тянуть еще и спиной, чтобы дать символьному заклинанию сработать.

Треснула грань Квинлара, треснула грань времени, вспыхнули символы вокруг меча Серафима. Однако ангельские руки и не думали отпускать меч и, падший ангел в один момент провалился куда-то вниз.

Эльф именуемый Шашлыком остался сидеть на том же месте на каком и был, в одну секунду не стало его пленителей, и спустя еще несколько мгновений и сам повергающий драконов крылатый титан, будто бы сгинул под мокрый грунт.

“Ну вот и хорошо,” – подумал эльф привставая.

По его мнению зло победило зло, осталось лишь найти выход из подмира и вернутся в Миллар, или уже смириться с тем что ты чужой для всех кто тебя знал и отправится в личное путешествие, пускай и змеиными тропами. Зрачки Шашлыка сузились, когда он попытался посмотреть в междумирье, тропа на Землю была не то что отрублена, а яростно уничтожена, и теперь с каждой секундой, расстояние между Землёй и Милларом росло астрономически.

“Снова хорошо,” – кивнул сам себе Шашлык.

Заключив, что от этого моста были одни проблемы, ведь то, что в результате этой битвы миры навсегда оказались разъединены сыграет на пользу всему мирозданию.

Худощавые ноги с лёгкостью подняли эльфийское тело и он не спеша потопал в сторону джунглей, теперь он был свободен и от своих и от чужих, оставалось найти или сделать оружие. А стервозная дракониха пусть сгниет трупом тут, не погребённая, и возможно, послужит пищей местным падальщикам.

Эльф обернулся на мгновение, чтобы убедится, точно-ли мертва его мучительница, и удостоверившись продолжил свой путь.

Глава 6. Ледяной трус

Я бежал со всех лап, пока паника не отпустила мой разум, а вместо неё тут же навалилось дикое, вяжущее сознание горе. Как я мог просто сбежать? Простое и логичное понимание, что останься я драться дальше, меня бы настигла неминуемая гибель – не утешало. Первый раз в своих жизнях я ощутил неведомое себе чувство и оно полностью овладело мной, овладело настолько, что я оставил Одиннадцатую, и имея возможность продолжать, пускай и не выигрышный бой – сбежал.

Драконья кровь, которая несла так много мудрого спасовала перед обычным страхом смерти, драконья кровь и драконье тело было всего лишь животным, словно собака, или кошка, или какая-то полевая мышь.

Глаза словно бы жгло огнем, жгло и парное драконье сердце, а в виски бил словно неистовым молотом болезненный пульс.

Поступил бы солдат флота Фаэтона так? Нет!

Поступил бы так мамаяктли Ра? Никогда!

Но род ледяных драконов распорядился за меня, буквально приказав моему телу бежать, с точки зрения рода пока жив хотя бы один "ледяной змей" война не проиграна, а на чувства и делания одного отдельного индивида огромной родовой памяти передаваемой с кровью было всё равно. Рациональность, а не трусость, рефлексы всех драконов до меня, а не мой разум.

Милларская почва тянула меня к себе и белые чешуйчатые лапы послушно подкосились опуская моё длинное драконье тело в грунт. Я согнул шею опуская голову под себя, будто желая пробуравить лбом почву, словно африканский страус спрятаться от всех проблем, лишь бы не ощущать всего этого. Но холодная и мокрая почва промялась под весом драконьего тела не принося покоя. Чутьё крови завыло снова, завыло о том, что я единственный ледяной дракон в Милларе, о котором уже зазвенели все тревожные телепатические линии во все материки и цитадели, и за мной очень скоро придут.

Может и хрен с ним, что придут? Может и правда, вид который способен ощущать страх, а главное трусит – не достоин жизни?

– У тебя не было шансов, поэтому род ледяных приказал тебе отступить, но теперь шансы появились. – прошипело откуда-то снизу.

– Они предпочли, чтобы я сбежал… – пробормотал я, не особо понимая с кем говорю, мне было всё равно, – Они решили, что бы я, струсил…

– Страх, гордыня, ярость, всё то, что мешает смертным, всё это должно было указать тебе путь.

– Но не указало. – выдохнул я не вставая.

Оно говорило снизу, прямо оттуда, где пролегали его корни. Случайно-ли я прибежал в ту же точку откуда ушёл из Миллара, или корни исполинского дерева тюрьмы раскинулись тут везде? Всё это меня уже не волновало и не удивляло.

– Стыд, вина, обреченность всё это гложет тебя, но вскоре уже не будет, потому, что красный змей идёт к тебе, идет чтобы убить навсегда. Последнего из рода Ледяных – прошипели корни.

– Мне всё равно. – помотал я головой, с длинных тросов-усов и лба посыпались куски грязи.

– Ты тряпка, а не дракон! Твоя самка оказалась самцовей чем ты, поэтому ты пока еще жив, а она… – голос помедлил, – А она в плену у крылатого, который настолько глуп, чтобы сражаться мечом Серафима в тонких мирах.

– Она жива? – приподнялся я.

– Её душа обращена и законсервирована в искру, которая заточена в артефакте, мече коим уже никто не сможет управлять. Уколи себя октаканом стань моим мамаяктли и сможешь забрать своё и отомстить! Но решай быстрей, второго такого шанса у меня, да и у тебя уже не будет.

– Давай свои корни. – прорычал я.

Уговаривать дважды не пришлось, оно поднялось из земли и ударило в шею, сломавшись о чешую и от этого заострившись, скользнула между кожных броне пластин войдя прямиком в одну из шейных артерий.

Зубы заскрежетали от боли, глаза перестали видеть, что-то едкое потекло внутри меня, а кожа словно бы разрывалась от растущих под ней новых мышц, новых костяных каркасов. В левую переднюю лапу сам собой лег плотный, но короткий острый словно нож стебель.

– Коли этим всех до кого доберешься! – усмехнулось оно, и я открыл глаза.

Перед моим разумом вдруг проплыли события прошлого, как толпы демонов рванули из Земли в Миллар, как были разбиты предатели ледяные драконы и армада змееголовых двинулась в контрнаступление и, лишь выкованный титанами меч Серафима смог отбросить их назад.

– В этот раз мамаяктли, мы сыграем иначе! Так, что Распятый не успеет выковать меч, в новой ветке времени не будет никакой войны с драконами, потому, что мы победим сегодня!

– Что мне надо делать? – спросил я наблюдая, как где-то далеко ко мне уже летят боевые группы драконов, совершенно не замечая, что тот, кто закован в дереве в открытую говорит, что всё это уже было.

– В этот раз, как и в тот я предоставлю тебе свободу воли, сдержи первую волну драконов тут и можешь делать всё, что захочешь.

– У мамаяктли Ра была цель. – попробовал конкретизировать я то, что хочет от меня чернобог.

– Чистое зло не имеет цели, но лишь чистое зло способно победить и Ра, и Титанов, – прошипело в моей голове, а тем временем крылатые твари приближались на немыслимой для живых существ скорости.

Семь боевых групп спешило ко мне по воздуху, я видел их за тысячи километров, я чувствовал биение их сердец, фиксировал тепловые излучения, ощущал их энергетический потенциал – то, что тут в Милларе называлось драконьей магией.

Но одна цель была стремительней всех групп, одна особь была крупнее всех особей, в её душе горела ярость достойная одного охотника. Первым ко мне должен был прибыть сам Красный змей, предводитель клана Огненных, самый крупный и сильный вожак, тот кто охотился за мной и Светланой на Земле и сейчас не веря своему счастью спешил к своей жертве. Жертве, которая имела неосторожность самолично явиться к нему на суд.

– Где ты оставил свою сучку?! – прогремели тёмные небеса, это Красный змей обращался ко мне будучи еще очень далеко.

Гнев заполнил мой разум и, я не нашёлся, что ему ответить, настолько сильный оказался удар по струнам моей души, что издав яростный крик я ринулся на противника.

Он был крылат и огромен, в длину наверное в сотню метров, и в два раза больше в размахе крыльев, что являлись кожными тканями между его лапами и телом. Длинный хвост оканчивался острым, как бритва расширением, наподобие плоской кисточки художника которую змей использовал в полёте как стабилизатор. Естественно тварь летела не только на маховой тяге, а так же как и я создавала вокруг себя электромагнитное поле.

Столкновение с драконом произошло на моём взлете, в воздухе я повернулся пузом вверх, чтобы использовать все свои четыре лапы и хвост и искромсать врага в труху. Однако лапы сцепились с лапами, хвосты сплелись в попытке ужалить и мне ничего не оставалась, как пустить в ход зубы, как раз тогда, когда шея красного змея оказалась наиболее уязвимой.

Рефлексы сработали быстрее разума и я вцепился в шкуру огненного дракона, но вместо места где текут артерии с горячей кровью, под моими зубами вдруг возникла жесткая шкура плеча, а через мгновение мою левую часть шеи обожгло болью. Огненный змей дёрнул свою голову на себя, вырывая из меня кусок. Его серо чёрная чешуя окрасилась красной кровью, во взгляде читался триумф, этот ящер неоднократно побеждал в боях на голой силе, что ему был какой-то новичок у которого за плечами была лишь интуиция и память крови.

Сознание провалилось во тьму, наверное так и умирают трусы, бесславно, глупо, быстро…

– Где ты оставил свою сучку?! – прогремели тёмные небеса, а я поймал себя на мысли, что я абсолютно цел, воспоминания о грядущем, или прожитая вероятность смерти чуть отрезвили меня. Голос из дерева не соврал, я снова был мамаяктли, я снова учился на своих ошибках.

На что я рассчитывал в рукопашной, ведь я даже в драконьей трансформе был меньше и слабее моего противника? Мой взгляд упал в мою ладонь, где находился обломок отравленного октаканом корня, того самого о котором я совсем забыл в моей предыдущей атаке.

Раз тебя не побить в змеиной форме будем драться как приматы! – Решил я и пересобрал себя в человеческий вид, встав в левостороннюю стойку, отведя правую руку с колом за спину.

Дракон приземлился в двадцати шагах от меня, он буквально рухнул в грунт, отбрасывая от себя комья камней, грязи и дерна.

И в этот миг я рванул к нему изо всех ног. Ветер обжигал моё лицо, а я бежал широкими быстрыми шагами, как не может бежать ни один человек. Шаг, еще шаг, прыжок с замахом, чтобы раз и навсегда покончить с этой тварью, вогнав октакановый кол туда, где ему самое место, в мерзкую драконью голову. Но тут, что-то замедлило мой полёт, словно бы невидимое силовое поле задержало меня в воздухе.

– Магия… – прорычал я стиснув зубы, однако раздувшийся в груди змей уже выдохнул в мою сторону чем-то горячим, ярким, всепоглощающим.

Боль была мимолетной. Пламя слизало мясо с костей и испепелило их так, что пепел еще болтался серым искрящимся облаком в магнитной ловушке. Взгляд моей души угасал медленнее, драконье пламя убивало саму душу, но и он погас погружая меня в темноту.

– Где ты оставил свою сучку?! – разразилось с небес и я выдохнув принял образ человека. Плюсы мамаяктли были в возможности бесконечных попыток, минусы же были в том, что не всякая душа переживет в здравом уме бесконечную пытку.

“Тебя не убить драконом, не убить человеком, но что если ты погубишь себя сам?” – с этими мыслями я бросил кол вперёд, туда, где в прошлой моей попытке приземлился красный змей. Палка бухнулась в траву тут же слившись с общей картиной.

Все свои силы я направил на защитные средства, всё что я мог вытащить из драконьей памяти всё легло на моё поле, чтобы создать видимость моей готовности к бою. При полном моём понимании, что мой противник при желании раскусит всю выставленную магию словно белочка орех, однако план был не в этом.

Я ускорял свое дыхание пропуская через всё своё тело огромные потоки доступной мне энергии, готовясь к магическому поединку когда Огненный змей рухнул туда, куда он уже приземлялся в моей предыдущей попытке.

– Слишком молод, чтобы драться! Ты не дракон и никогда им не станешь! – прорычало существо медленно шагнув в мою сторону.

– Нет такой задачи! – выдохнул я и потянулся телекинетическими нитями вниз, казалось бы мимо дракона, однако прямиком к отравленному обломку, который словно ждал где-то под стометровой тушей, придавленный и смешанный с грязью, но от этого не потерявший своей опасности.

Кол выскочил словно пуля уколов огненного змея в ногу снизу, чуть левее паховых складок, чуть выше колена, туда где должна была пролегать крупная артерия.

– Вот тебе первый и последний урок, драконы иммунны к октакану! Мы материальны и за столетия нашей жизни способны перебороть яд, что не делает нас слабее. Я пожру твою душу ледяной! – телепортировал мне в разум дракон и я уже был готов снова перерождаться как, желтые радужки глаз змея вдруг почернели, а его голос изменился на уже знакомый мне раскатистый.

– Прекрасное тело мамаяктли! Ты вселил меня в альфа самца ведущего из кланов, теперь этот мир мой!

– Ты перенёс свой разум в кол? – догадался я.

– Частицу своего разума, но и этого достаточно, чтобы покинуть тюрьму моего основного духа.

– Отлично, тогда я полетел убивать ангела с мечом. – произнёс я ощущая, что тут я больше не нужен.

– Если не найдёшь его в межреальности, начинай искать с Земли, правда я чувствую, что мост между нашими мирами разрушен, однако ты, будучи тем кто ты есть, можешь попробовать полететь туда напрямую, или остаться со мной, приступить к трансформации общества драконов, построить межзвёздные корабли и вернутся туда с флотом.

– Строить корабли долго. – выдохнул я.

– Может получится быстрее, чем лететь самостоятельно. Кроме того мы с Землёй разнесены во времени, в данный момент там нет даже твоего Ра, по моим догадкам ты прилетишь как раз в эпоху расцвета титанов. – мысли рождались в моей голове и дублировались ожившей мимикой возникающей на драконьей морде.

– Как это так, лететь на прямую и попасть в прошлое? – не понял я.

– Это мост соединял миры на прямую, в данный же момент прошлое это у тут в Милларе. – произнёс захвативший тело дракона и в моей голове начали прорисовываться двумерные графики с линиями времени обоих миров Земли и Миллара, где были отмечены все значимые для наших планет события, и кривизна междумирсокого моста, который и правда вёл в прошлое когда существовал.

– Когда я был Ра я видел в памяти одной рептилоидной генеральши их мир, переполненный капиталистический киберпанк… – начал было я вспоминая, слишком уж Миллар походил на планету в системе Сириус.

– Таким этот мир будет через двадцать четыре тысячи лет, тогда мы с тобой и полетим на землю отсюда. А еще через двенадцать тысяч лет их планеты умрут. – словно бы прочитал мои мысли мой собеседник.

– Не хочешь ли ты сказать, что ты тот самый чёрный бог, кого у нас и у них именовали Несущим свет? – начал догадываться я, вспоминая рептилоидное нашествие.

– У меня много имён. – многозначительно сообщил он.

– Почему ты не сказал об этом сразу?

– И тогда бы ты не принял мое предложение и смирился с гибелью Одинадцатой, или не пожелал бы совершить месть за всё что тебе сделал мир Земли и Фаэтона?

– Тогда бы я знал с кем я говорю и заключаю сделки. – опустил я взор себе под ноги.

– Я дал тебе силу равную силе мамаяктли Ра, я дал тебе свободу воли, а тебя заботит моё имя? – дракон улыбнулся.

– Делай же то, что должен и когда мы встретимся вновь, ты удивишься сколько у тебя будет новых имён.

– Обещай, что никогда не полетишь на Землю! – вдруг потребовал я.

– Ты не властен надо мной, не забывай кто чей мамаяктли, но мы можем заключить еще одну сделку. – снова улыбнулся дракон.

– Какую сделку?

– Я могу прилететь туда, однако не как душа коллективного сознания, а как техногенная цивилизация без какой-либо магии. Это даст Земле Фаэтону и Марсу фору.

– Зачем тебе губить Фаэтон? – прорычал я.

– Разве я губил Фаэтон даже в годы твоей белковой жизни? Я прибыл на Солнце как идея, как флаг, как символ. Вспомни головы кормовых козлов, разве там была какая-то магия?

– Что ты хочешь взамен? – выдохнул я, понимая, что выторговать для Фаэтона лишь физического врага, уже половина победы.

– За это ты Гиллиус больше не посетишь Марс, Фаэтон и Землю в физическом воплощении и вынужден будешь в Солнечной системе довольствоваться лишь не материальными подмирами.

– А это что тебе даст? – удивился я понимая, что уже играю в какую то игру, что Несущий свет и вообще мог не заключать со мной никаких сделок.

– Игру, веселье, радость. Ты играешь на духовном фронте, а я так и быть на моём не любимом физическом. Каждый получит своё, ты сможешь получить душу Одиннадцатой и всех кого сможешь спасти при теперешнем понимании собственной нелинейности, а я жатву сразу нескольких видов.

– Души людей не игрушки, я видел как ты собирал души “D” класса на обломках Фаэтона. – вспомнил я.

– Ты меня плохо слушал Гиллиус? Духовный план теперь твой план, ха. – дракон усмехнулся, – возможно, борт стрелок, тогда ты видел не меня…

– А кого же? – не понял я.

– Себя…