Текст книги "Другой взгляд на Сталина (Запрещенный Сталин)"

Автор книги: Людо Мартенс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

"Согласно заявлению сионистов Гитлер уничтожил шесть миллионов евреев, но Сталин, поддержанный еврейским государственным аппаратом, оказался способен убить в десять раз больше христиан".(32)

Фашистские первоисточники Конквеста.

Заголовок ключевого раздела – главы 12 – книги «Урожай скорби» называется «Голодные страсти». Эта глава содержит впечатляющий список из 237 ссылок. Внимательно рассмотрев этот список, можно заметить, что больше половины из него относится к писаниям крайне правых украинских эмигрантов. Книга украинских фашистов «Черные дела Кремля» цитируется 55 раз! Нечего и удивляться, что Конквест пользуется тем вариантом истории, который предоставляется украинскими пособниками нацистов и секретными службами США.

В той же главе Конквест 18 раз цитирует книгу "Девятый круг" Олексы Воропая, изданную в 1953 году молодежным крылом фашистской организации Степана Бандеры. Автор детально рассказывает свою биографию с тридцатых годов, но ничего не говорит, что он делал во время нацистской оккупации! Попросту утаив свое нацистское прошлое. Он возвращается к своей биографии опять с 1948 года, когда он был в Мюнстере, где нашли убежище многие украинские фашисты. Именно там он расспрашивал украинцев о голодоморе 1932-1933 годов. Имена свидетелей не даны, из-за чего книга стала бесполезной с научной точки зрения. Имея в виду, что автор ничего не говорит о том, что он делал во время войны, можно предположить, те, кто "открыл ему правду о Сталине", были сбежавшими украинскими пособниками нацистов.(33)

Бил, писавший для пронацистской прессы Херста в тридцатых годах, а позже сотрудничавший с Комиссией по расследованию антиамериканской деятельности Маккарти, цитируется пять раз.

Кравченко, эмигрант-антикоммунист, появляется как источник информации десять раз;

Лев Копелев, другой русский эмигрант, пять раз.

Среди "научных" ссылок есть и роман Василия Гроссмана, упомянутый Конквестом пятнадцать раз!

Далее, Конквест дает цитаты из Гарвардского сборника "Проект интервью беженцев", который финансировался ЦРУ. Он цитирует труды Комиссии Конгресса по коммунистической агрессии эпохи Маккарти, а также книгу нациста Эвальда Аменде за 1935 год. Пять раз Конквест ссылается на Юджина Лайонса и Уильяма Чемберлена, которые после Второй Мировой войны были в правлении Радио Свобода, центральноевропейской радиосети ЦРУ.

На странице 244 Конквест пишет: "Один американец обнаружил в деревне в двадцати милях южнее Киева,... что они готовили еду, бросая в котел все, что попало" (were cooking a mess that defied analysis). Ссылка дана на "Нью-Йорк Ивнинг Журнал" от 28 февраля 1933 года. На самом же деле, это взято из статьи Томаса Уокера из газеты Херста за 1935 год! Конквест преднамеренно исказил дату, чтобы связать это сообщение с голодом 1932-1933 годов. Но он не дал имени американца: он боялся, что любой мог вспомнить, что Томас Уокер был лжец, никогда не бывший на Украине. То есть, Конквест есть обыкновенный жулик.

Оправдывая использование слухов, описанных в эмигрантских книгах, Конквест заявил, что "правда может просачиваться только в виде молвы", и что "основной, хотя и небезошибочный источник есть слухи".(34) Это заявление придало фашистской клевете, дезинформации и лжи академическую респектабельность.

Причины голода на Украине.

В 1932-1933 годах на Украине был голод. Но вызван он был главным образом той жестокой борьбой не на жизнь, а на смерть, которую вели украинские крайне правые силы против социализма и коллективизации сельского хозяйства.

В тридцатых годах крайне правые, связанные с гитлеровцами, уже вовсю эксплуатировали пропагандистскую тему о "голоде, вызванном преднамеренно для уничтожения украинского народа". Но после Второй Мировой войны эта пропаганда дополнилась "уточнениями" с главной целью скрыть варварские преступления, совершенные немецкими и украинскими нацистами, защитить фашизм и мобилизовать силы Запада против коммунизма.

На самом деле с начала пятидесятых годов реальность уничтожения шести миллионов евреев утвердилась в мировом сознании. Крайне правые силы мирового сообщества нуждались в большом числе смертей, "вызванных коммунистическим террором". Так в 1953 году, в момент торжества Маккартизма, случился резкий рост числа погибших двадцать лет назад на Украине. Так как евреев убивали с помощью заранее обдуманных, научных и систематических методов, "уничтожение" украинского народа также должно было принять форму хладнокровного геноцида. И крайне правые круги, страстно отрицавшие уничтожение евреев, изобрели украинский геноцид!

Голод 1932-1933 годов на Украине имел четыре причины.

Прежде всего, он был вызван гражданской войной, которую вели кулаки и реакционные круги, добивавшиеся возврата к старому, против коллективизации сельского хозяйства.

Фредерик Шуман в качестве туриста путешествовал по Украине в тот период. Став впоследствии профессором колледжа Уильямса, он в 1957 году опубликовал книгу о Советском Союзе. Он писал о голоде.

"Их (кулацкая) оппозиция вначале приняла форму выражения в виде забоя своего скота и лошадей, предпочитая это коллективизации. В результате был нанесен серьезный удар по Советскому сельскому хозяйству, так как большая часть скота и лошадей принадлежала кулакам. С 1928 по 1933 год число лошадей в СССР сократилось с почти 30 миллионов до менее чем 15 миллионов; рогатого скота – с 70 миллионов (включая 31 миллион коров) до 38 миллионов (из них 20 миллионов коров); овец и коз – со 147 миллионов до 50 миллионов; и свиней – с 20 миллионов до 12 миллионов. Советская сельская экономика так и не восстановилась после этих организованных потерь к 1941 году.

"Некоторые кулаки убивали советских служащих, сжигали колхозное имущество, сжигали даже собственный урожай и посевное зерно. Отказывались сеять или убирать урожай, возможно полагая, что власти сделают уступку и в любом случае будут давать им еду.

Последствием стал "украинский голод" 1932-1933 годов... Зловещие подсчеты, большей частью фиктивные, появились в нацистской прессе в Германии и в херстовской прессе в США, зачастую иллюстрированные фотографиями, оказывавшимися сделанными в 1921 году на Волге... "Голод" не был в его высших проявлениях результатом нехватки пищи, несмотря на резкое уменьшение количества посевного зерна и урожая, проистекавших от весенних реквизиций 1932 года, которые очевидно были вызваны страхом войны с Японией. Большинство жертв голода составляли кулаки, отказывавшиеся засевать поля или уничтожившие свой урожай".(35)

Интересно отметить, что эти свидетельские показания были подтверждены в 1934 году статьей Исаака Мазепы, лидера Украинского Националистического движения, бывшего премьера правительства Петлюры в 1918 году. Он хвастался, что правые на Украине преуспели в организации широкого саботажа сельскохозяйственных работ.

"Во-первых, были беспорядки в колхозах, а еще были убиты коммунистические служащие и их агенты, но позже получила предпочтение система пассивного сопротивления, которая была нацелена на систематическое расстройство планов большевиков по посеву и сбору урожая... Катастрофа 1932 года была тяжелейшим ударом, которому должна была противостоять Советская Украина со времен голода 1921-1922 годов. Осенняя и весенняя посевные кампании провалились. Целые поля остались незасеянными, а в дополнение, когда урожай был собран... во многих местах, особенно на юге, 20, 40 и даже 50 процентов его осталось на полях, и было или вообще не убрано, или потеряно при молотьбе".(36)

Второй причиной голода была засуха, поразившая некоторые области Украины в 1931 и 1932 годах. Для профессора Джеймса Мейса, защищавшего украинских крайне правых в Гарварде, это просто "басни", созданные Советским режимом. Однако, Михаил Грушевский, признаваемый самими националистами как "ведущий украинский историк", описывая 1932 год в своей "Истории Украины" заявил, что "Вновь засушливый год совпал с хаотическими сельскохозяйственными условиями"(37). Профессор Николай Рясновский, преподававший в Русском исследовательском центре Гарварда, писал, что в 1931 и 1932 годах наблюдалась засуха. Профессор Михаил Флоренский, боровшийся против большевиков во время Гражданской войны, писал: "Жестокая засуха 1931 и 1932 годов, особенно на Украине, ухудшила состояние хозяйств, создав условия близкие к голоду".(38)

Третья причина голода была связана с эпидемией тифа, свирепствовавшей на Украине и Северном Кавказе. Доктор Ганс Блюменфельд, широко известный и уважаемый архитектор, награжденный Орденом Канады, работал в Макеевке на Украине во время голода. Он писал:

"Нет сомнения, что голод унес многие жизни. У меня нет данных, на которых можно оценить их число... Возможно, что большинство жертв в 1933 года случилось вследствие эпидемий тифа, тифозной лихорадки и дизентерии. В Макеевке часты были смерти, связанные с плохой водой для питья; я сам едва перенес приступ тифозной лихорадки".(39)

Хорсли Грант, человек, давший абсурдное число в 15 миллионов погибших от голода – 60 процентов всех украинцев в 1932 году – отмечал, что в то же самое время, "когда пик эпидемии тифа совпал с голодом,... невозможно было определить, какая из этих двух причин была более существенной в наступлении смерти".(40)

Четвертой причиной голода был неизбежный беспорядок, вызванный реорганизацией сельского хозяйства, а также глубокие потрясения в экономических и общественных отношениях: недостаток опыта, самовольство и неисполнительность, недостаток подготовки и левацкий радикализм среди части беднейших крестьян и гражданских служащих.

Один или два миллиона умерших от голода – это совсем немалое число. Эти людские потери во многом произошли вследствие жесточайшего сопротивления эксплуататорских классов реорганизации и модернизации сельского хозяйства на социалистических основах. Но буржуазия хотела бы провозгласить Сталина и социализм виновниками этих смертей. Число один или два миллиона надо также сравнить с девятью миллионами погибших от голода 1921-1922 годов, вызванного главным образом вооруженной интервенцией восьми империалистических держав и оказываемой ими поддержкой реакционных вооруженных групп.

Голод не продолжился долее периода, предшествовавшего урожаю 1933 года. Советское правительство предприняло чрезвычайные меры по обеспечению успешной уборки урожая того года. Тридцать пять миллионов пудов зерна, продовольствия и фуража было выделено Украине весной 1933 года. Была улучшена организация и укреплено управление колхозами, поставлено несколько тысяч дополнительных тракторов, комбайнов и грузовиков.

Ганс Блюменфельд представил в своей автобиографии описание того, что он испытал во время голода на Украине:

"Голод был вызван совпадением нескольких факторов. Во-первых, жаркое и сухое лето 1932 года, которое я провел на Севере, в Вятке, вызвало низкие урожаи в засушливых районах на юге. Во-вторых, борьба за коллективизацию подорвала сельское хозяйство. Коллективизация не была спокойным, упорядоченным процессом, шедшим по бюрократическим правилам. Она состояла из действий бедных крестьян, вдохновленных партией. Бедные крестьяне стремились экспроприировать кулаков, но имели гораздо меньше стремления к организации кооперативной экономики. К 1930 году партия уже выделила кадры для укрепления и исправления крайностей... Проявив самообладание в 1930 году, партия вновь предприняла наступление в 1932 году. Результатом было падение производства кулацкой экономики в этом году, а новая социалистическая экономика оказалась пока слаба. Первые претензии на несоответствующий уровень были к городской промышленности и вооруженным силам (и первые вложения направлялись туда); так как будущее всего народа, включая крестьян, зависело от них, иначе и быть не могло...

В 1933 году дождей было достаточно. Партия направила свои лучшие кадры на помощь в организации колхозов. И успех пришел: после сбора урожая 1933 года ситуация улучшилась коренным образом и удивительно быстро. У меня было чувство, будто мы тащили тяжелую телегу на вершину горы, не будучи уверенными в успехе; но осенью 1933 года мы перевалили вершину и с того момента смогли двигаться вперед нарастающими темпами".(41)

Ганс Блюменфельд подчеркивал, что голод также поразил районы Нижней Волги и Северного Кавказа.

"Это опровергает "факт" антиукраинского геноцида, сравнимого с гитлеровским антисемитским холокостом. Любому, знакомому с отчаянной нехваткой рабочей силы в тогдашнем Советском Союзе, сама мысль о том, что его лидеры преднамеренно снижали бы ее и без того скудные ресурсы, была абсурдом...".(42)

Украина под нацистской оккупацией.

Японские войска оккупировали Маньчжурию в 1931 году и заняли позиции на Советской границе. Гитлер пришел к власти в 1933 году.

Программа реорганизации промышленности и сельского хозяйства, предпринятая Советским Союзом в 1928-1933 годах, пришлась на то же время. Только их успех, достигнутый ценой полнейшей мобилизации всех сил, позволил успешно противостоять нацистам.

Одна из гримас истории состоит в том, что нацисты начинали с верой в их собственную ложь об украинском геноциде и слабости Советской системы.

Историк Гейнц Хене писал:

"Два отрезвляющих года кровавой войны в России представили жестокое доказательство фальши сказок о сверхчеловеке. Уже в августе 1942 года СД в своих "Рапортах из Рейха" отмечала, что в немецком народе росло чувство того, что мы стали жертвами ложных представлений. Главное, потрясающее впечатление – огромное количество Советских вооружений, их техническое качество и гигантские усилия Советов по индустриализации – все это в резком контрасте с предыдущими представлениями о Советском Союзе. Люди спрашивают себя, как большевики смогли управиться с производством всего этого".(43)

Американский профессор Уильям Мандель писал в 1985 году:

"В большей, восточной части Украины, где Советы правили уже двадцать лет, преданность и активность были ошеломляющими. Там было полмиллиона организованных советских партизан... и 4,5 миллиона украинцев сражалось в Красной Армии. Ясно, что армия была бы основательно ослаблена, если бы существовало недовольство властью у столь большого ее контингента".(44)

Историк Роман Шпорлюк полагает, что "зона действия организованного украинского национализма... ограничивалась бывшими польскими территориями", то есть Галицией.

Фашистское украинское движение имело основу под польской оккупацией до 1939 года".(45)

Ложь об украинском холокосте была придумана гитлеровцами как часть их подготовки к завоеванию украинской территории. Но, вступив на землю Украины, "освободители" встретили жесточайшее сопротивление. Алексей Федоров возглавлял партизанский отряд, уничтоживший во время войны 25 тысяч нацистов. В его книге "Подпольный обком действует" живо показано отношение народа Украины к нацистам. Чтение этой книги настоятельно рекомендуется в качестве противоядия тем, кто толкует о "сталинском украинском геноциде"(46).

Глава 6.
Борьба с бюрократией.

Троцкий придумал пакостный термин «сталинская бюрократия». Он уже маневрировал в попытках захватить власть в партии, когда еще был жив Ленин:

"Бюрократизация грозит тем, что она... станет причиной более или менее оппортунистического вырождения старой гвардии".(1)

В своих положениях об основах оппортунистической позиции от июля 1926 года, он указал в качестве главного направления атаки "разнузданный бюрократизм".(2) А когда началась Вторая Мировая война, Троцкий все время призывал Советский народ "действовать против сталинской бюрократии так, как прежде он сражался против царской бюрократии и буржуазии".(3)

Троцкий постоянно пользовалс словом "бюрократия" для глумления над социализмом.

Узнав это, кто-то может удивиться, что на протяжении тридцатых годов партийные лидеры, главным образом, Сталин, Киров и Жданов отдавали много энергии для борьбы против бюрократических элементов в партийном и государственном аппарате.

Как же проявлялась борьба против бюрократизма и бюрократов в тридцатых годах?

Антикоммунисты против «бюрократии».

Сначала мы должны договориться о значении терминов.

Как только большевики захватили власть, правые стали использовать слово "бюрократия" для того, чтобы таким образом охарактеризовать и унизить революционный режим. Для правых любое социалистическое и революционное начинание было отвратительным и автоматически получало клеветнический ярлык "бюрократического". Начиная прямо с 26 октября 1917 года, меньшевики выразили свою непримиримую вражду к "бюрократическому" режиму большевиков, режиму заговорщиков, который не мог быть социалистическим, поскольку страна была крестьянской, режим, характеризуемый ими, как "государственный капитализм" и "диктатура над крестьянами". Такая пропаганда явно намеревалась отменить диктатуру пролетариата, установленную большевистским режимом.

Но в 1922 году, столкнувшись с разрушением производительных сил в стране и желая сохранить диктатуру пролетариата, большевики были вынуждены отступить, сделать уступки крестьянам-единоличникам, разрешить свободную торговлю. Большевики хотели создать в стране своего рода "государственный капитализм", то есть развить малые формы капитализма, ограничиваемые и контролируемые социалистическим государством. В то же самое время большевики объявили войну бюрократии: они боролись с неизменными привычками старого бюрократического аппарата и склонности новых советских служащих перенять их.

Тогда меньшевики предприняли попытку вернуться на политическую сцену, заявляя: "Вы, большевики, сейчас против бюрократии и вы допускаете строительство государственного капитализма. Это то, о чем мы говорили, о чем мы всегда говорим. Мы правы". Ленин отвечал:

"Наставления... меньшевиков и проповедь эсеров выражает их истинную натуру: "Революция зашла слишком далеко. То, что вы говорите сейчас, мы высказывали все время; разрешите нам высказаться еще раз". Но в ответ мы говорим: "Разрешите нам поставить вас под расстрел за эти слова. Или вы воздерживаетесь от выражения ваших взглядов, или, если вы в нынешних обстоятельствах настаиваете на выражении ваших политических взглядов публично, когда наше положение намного более трудное, чем во времена, когда белогвардейцы атаковали нас, тогда вся вина падет на вас, если мы обойдемся с вами как с самыми худшими и самыми разорительными белогвардейскими частями".(4)

Из приведенного выше видно, что Ленин страстно боролся с контрреволюционерами, атакующими так называемую "бюрократию", пытающимися свергнуть социалистический строй.

Большевики против бюрократизации.

Ленин и большевики всегда вели революционную борьбу против бюрократических отклонений, которые были неминуемы в аппарате диктатуры пролетариата отсталой страны. Они полагали, что угроза диктатуре также шла «изнутри» вследствие бюрократизации Советского государственного аппарата.

Большевикам пришлось принять на работу часть старого царского государственного аппарата, который лишь частично трансформировался в социалистическом смысле.

Более того, сельский партийный и государственный аппарат представлял собой большую проблему по всей стране. С 1928 по 1931 год в партию было принято 1,4 миллиона новых членов. Среди этой массы на самом деле было много политически безграмотных людей. У них был революционный настрой, но не было реальных коммунистических убеждений. Кулаки, старые царские офицеры и другие реакционеры легко проникали в партию. Все, кто имел какие-то организаторские способности, принимались в партию почти автоматически, поскольку кадров не хватало катастрофически. С 1928 по 1938 годы удельный вес партийного элемента в селе остался низким, и коммунистам было трудно влиять на верхние слои, интеллектуально и экономически господствовавшие в деревнях. Все эти факторы привели проблеме бюрократического вырождения.

Первое поколение революционных крестьян имело опыт Гражданской войны, где они сражались с силами реакции. Дух Военного Коммунизма, приказной стиль работы, поддерживался сам по себе и давал начало бюрократии, которая имела мало общего с вдохновенной политической деятельностью.

Ввиду всех этих причин борьба против бюрократии всегда рассматривалась Лениным и Сталиным как борьба за чистоту большевистской линии, против влияния старого общества, старых общественных классов и эксплуататорских структур.

При Ленине, как и при Сталине, партия стремилась сконцентрировать в Центральном Комитете и руководящих органах лучших революционеров, самых дальновидных, деятельных, прочно и органично связанных с массами. Руководство партии всегда стремилось мобилизовать массы на выполнение задач социалистического строительства. В то же время бюрократические элементы, карьеристы и оппортунисты легче всего могли устроиться и прятаться на среднем уровне, в особенности в республиканских аппаратах. Весь период своего лидерства в партии, Сталин призывал руководство и массы к мобилизации для того, чтобы изжить бюрократию критикой как сверху, так и снизу. Вот директива 1928 года, типичная для сталинского взгляда на этот вопрос:

"Бюрократия есть один из злейших врагов нашего прогресса. Она существует во всех органах... Беда в том, что мы имеем дело не со старыми бюрократами. А дело в том, что это проявление новых бюрократов, бюрократов, которые благожелательно относятся к Советскому правительству и, наконец, коммунистических бюрократов. Коммунистический тип бюрократа есть самый опасный тип бюрократа. Почему? Потому что он маскирует свой бюрократизм титулом члена партии".(5) Представив несколько чреватых тяжкими последствиями случаев, Сталин продолжал:

"Какое может быть объяснение этим позорным случаям коррупции и морального разложения в некоторых наших партийных организациях? Факт, что партийная монополия на власть простирается до границ абсурда, что голос простого человека задушен, что партийная демократия отменена, а бюрократия стала повседневной... Я думаю, что нет, и не может быть другого пути для борьбы с этим злом, кроме организации партийного контроля снизу, внедрения внутрипартийной демократии. Какие могут быть возражения против того, чтобы поднять ярость масс рядовых большевиков против коррумпированных элементов и дать возможность этим массам полностью управлять ими, или избавиться от них?"(6)

"Немало разговоров о критике сверху, критике от Рабоче-Крестьянской Инспекции, критике от Центрального Комитета партии и т.д. Все это, без сомнения очень хорошо. Но этого все еще совсем недостаточно. Более того, сейчас это ни в коем случае не главное. Главное сейчас – начать широкую волну критики против бюрократизма вообще, против недостатков в нашей работе в частности. Только тогда мы сможем рассчитывать на проведение успешной борьбы против бюрократизма и на его искоренение".(7)

Подъем народного образования.

Во-первых, чтобы вести борьбу с бюрократизмом, Сталин и руководство большевистской партии заботились о подъеме народного образования.

В начале тридцатых годов были организованы партийные школы для проведения первичных курсов для людей из села, не имевших основ политического образования.

Первый систематизированный курс по истории партии был издан в 1929 году Ярославским: "История Коммунистической Партии Советского Союза" (Так в тексте, должно быть "История Всесоюзной Коммунистической Партии (большевиков)). В 1938 году вышло второе издание, написанное под личным наблюдением Сталина, под тем же названием с добавлением: "Краткий курс".

С 1930 по 1933 год число партийных школ увеличилось с 52 тысяч до 200 тысяч, а число учащихся с одного миллиона до 4,5 миллионов. Это было замечательное достижение по приданию слаженности рядов тех сотен тысяч человек, которые только что вступили в партию.(8)

Регулярные чистки партии.

Один из самых эффективных методов борьбы против бюрократического разложения – проверка и чистка.

В 1917 году в партии было 30 тысяч членов. В 1921 году – почти 60 тысяч. В 1929 уже было полтора миллиона, а в 1932 – два с половиной миллиона. После каждой из волн массового набора в партию руководству приходилось проводить отбор. Первая кампания проверки проводилась в 1921 году, при Ленине. Тогда было исключено 45 процентов членов партии-селян, двадцать пять процентов всех членов партии. Это была самая крупная кампания по чистке партии из всех, когда-либо проводившихся. Одна четвертая часть всех ее членов не отвечала самым элементарным требованиям.

В 1929 году во время второй проверочной кампании партию покинули одиннадцать процентов членов партии.

В 1933 году вновь проводилась чистка. Было задумано, что ее проведение займет четыре месяца. На деле она продолжалась два месяца. Текущий контроль центрального руководства, вообще партийные структуры и контрольные механизмы были настолько слабы, что было просто невозможно спланировать и провести проверочную кампанию. В конечном счете, из партии было исключено 18 процентов ее членов.

Каковы были критерии для исключения? Исключались:

– те, кто когда-либо числился среди кулаков, белых офицеров или контрреволюционеров;

– коррумпированные или чрезмерно амбициозные люди, нераскаявшиеся бюрократы;

– лица, совершившие преступления, пьяницы и т.п.

Во время партийной проверки в 1932-1933 годах руководство партии отмечало, что трудности того периода заключались не только в том, что инструкции не всегда выполнялись, но и в том, что партийная администрация на селе не отвечала требованиям времени. Никто точно не знал, кто действительно является членом партии, а кто нет. К тому времени было утеряно 250 тысяч партбилетов, и еще более 60 тысяч незаполненных партбилетов исчезло, то есть были или утеряны, или украдены.

Во время этой проверки положение было настолько угрожающим, что центральное руководство угрожало исключением региональным лидерам, если те не примут личного участия в кампании. Но беспечное отношение региональных лидеров зачастую оборачивалось бюрократическим вмешательством: рядовые члены изгонялись из партии без какого-либо тщательного политического расследования. Эта проблема часто обсуждалась на высшем уровне в 1933-1938 годах. 18 января 1938 года в "Правде" было опубликовано постановление Центрального комитета, еще раз напомнившее об отношении Сталина к данному вопросу:

"Некоторые из наших партийных руководителей страдают от недостаточно внимательного отношения к людям, к членам партии, к рабочим. Более того, они не учат партийных работников, не знают, как идут их дела, как они развиваются, не знают свои кадры вообще.... И именно потому, что они не используют индивидуальный подход при оценке работы членов партии и партийных работников, они обычно действуют без разбора – или дают им огульную оценку, действуя вне всяких рамок, или карают, также, не разбираясь и без всякой меры, исключая людей из партии тысячами и десятками тысяч.... Но только глубоко антипартийные по своей сути люди могут применять такой подход к членам партии".(9)

В этом документе Сталин и остальное руководство обращаются к конкретным средствам и методам чистки партии от проникших в нее нежелательных элементов. Но в этом тексте была уже обозначена совершенно новая форма чистки: та, что очистит руководство партии от наиболее обюрократившихся работников. Отсюда могут быть видны две вещи, о которых заботился Сталин более всего: ко всем кадрам и членам партии должен применяться индивидуальный подход; каждый должен лично и глубоко знать своих сотрудников и подчиненных. В главе об антифашистской работе мы еще покажем, как сам Сталин подходил к такого рода задачам.

Борьба за революционную демократию.

Чтобы покончить с бюрократией, партийное руководство начало борьбу за революционную демократию. В связи с трудностями в применении инструкций во время кампании чистки партии Центральный Комитет своим распоряжением от 17 декабря 1934 года впервые обратил внимание на более фундаментальную проблему. Там критиковались «бюрократические методы руководства», когда небольшая группа кадровых работников решает насущные вопросы без какого-либо участия масс.

29 марта 1935 года в Ленинграде была принята резолюция, критикующая отдельных руководителей, пренебрегающих воспитательной работой и сосредоточенных только на экономических задачах. Идеологические задачи при этом исчезают в бумаготворчестве и бюрократизме. В этой резолюции подчеркивалось, что руководители обязаны знать возможности и способности своих подчиненных. Необходимо вести учет их работы, чем достигался бы более тесный контакт между руководством и кадрами, и обеспечивалась политическая линия по выдвижению новых кадров.(10)

Сталин высказался по этому вопросу 4 мая. Он осуждал "возмутительное отношение к людям, к кадрам, к рабочим, которое мы нередко видим на практике. Лозунг "Кадры решают все" требует того, что наши руководители должны показать самое заботливое отношение к нашим рабочим в "малом" и "большом", поддерживая их, когда они нуждаются в поддержке, Вдохновляя их, когда к ним приходит первый успех, продвигая их, и так далее. Однако на практике мы в некоторых случаях встречаемся с бездушным, бюрократическим и поистине возмутительным отношением к рабочим".(11)

Арч Гетти в блестящей работе "Происхождение великих чисток" дает такой комментарий.

"Партия стала в нетерпимой степени бюрократической, экономической, механической и административной. Сталин и другие лидеры в центре воспринимали это как окостенение, как аварию и извращение функций партии. Местные партийные и государственные руководители стали уже не политическими лидерами, а экономическими администраторами. Они противились политическому контролю как сверху, так и снизу, не хотели заниматься идеологией, воспитанием, массовыми политическими кампаниями, или личными делами и карьерой членов партии. Логическим продолжением этого процесса стало бы превращение партийного аппарата в сеть местных администраторов– деспотов от экономики. Подтверждено неоднократно, что Сталин, Жданов и другие руководители, предпочитали восстановить воспитательные и агитационные функции партии, уменьшить абсолютную власть местных царьков и поддержать некоторые формы самоуправления".(12)

Партийные выборы 1937 года: «революция».

В конечном счете, в феврале 1937 года состоялся весьма важный пленум Центрального Комитета по вопросам демократии и борьбы с бюрократизмом. Именно на этом пленуме было решено организовать чистку партии от враждебных элементов.

Важно отметить, что за несколько дней до того, Центральный Комитет занимался проблемами внутрипартийной демократии, призванной укрепить революционный характер организации, а, следовательно, и ее способность разоблачать проникших в нее врагов. В докладах Сталина и Жданова говорилось о развитии критики и самокритики, о необходимости кадров представлять доклады о состоянии в массах. Впервые были проведены выборы в партийные органы после публичного обсуждения всех кандидатур и тайным голосованием с несколькими кандидатами. Резолюция Центрального Комитета от 27 февраля 1937 года гласила: