![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tochka-bifurkacii-ili-znaki-sudby-370099.jpg)
Текст книги "Точка бифуркации, или Знаки судьбы"
Автор книги: Людмила Филиппова
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)
Такой учительницей не смогу быть
Первого сентября на школьной линейке ученики 9 «Б» узнали – их классный руководитель Тамара Степановна ушла в декретный отпуск; кто-то очень огорчился, кому-то была безразлична такая новость. Рита и Алеся стояли в сторонке и тихо переговаривались.
– Так у неё же живота не было видно, я её встретила на улице две недели назад, – удивлённо шептала Рита.
– Ой, Рита, ты как всегда ничего не видишь, был у Тамары живот, она ходит в широких платьях, вот и не бросалось в глаза. А я знала, что она беременная, ¬ говорит Алеся, раскрасневшаяся и важная, что она-то, оказывается, раньше всех знала новость.
– А почему мне не сказала? – обиженно шепчет Рита.
– Думала, ты знаешь, – беспечно отвечает Алеся.
Разговор подруг прервался появлением директора школы Дины Васильевны, властной и крайне строгой к учащимся, школьники всех возрастов боялись её и старались на глаза не попадаться лишний раз. Рядом с директором стояла молодая учительница невысокого роста, чуть полноватая, с темно каштановыми волнистыми волосами стрижкой типа каре, у неё тёмные глаза, и взгляд их напряжённый. Или ожидающий. Класс затих. Директор представила ученикам педагога:
– Ваш классный руководитель Лидия Александровна, приехала к нам из Краснодара, будет преподавать литературу и русский язык. – Поворачивается к учительнице и торжественным тоном говорит:
– Приступайте к работе, Лидия Александровна, 9 «Б» – класс сильный как по успеваемости, так и дисциплине, здесь основной актив школы, у вас не будет проблем.
Лидия Александровна залилась румянцем и несмело сделала шаг вперёд. Директор совершенно иным, чем только что голосом, обратилась к ученикам, в нём зазвучали строгие нотки:
– А вы оправдайте доверие администрации и покажите молодому педагогу, чему вас научили. Маргарита, Алеся, на вас возлагаю персональную ответственность за порядок в классе. – И вышла, плотно закрыв за собой дверь.
– Лидия Александровна, расскажите о Краснодаре! – Саша Синцов первый нарушил стоявшую в классе тишину, другие закивали головой.
– О Краснодаре рассказать, – заговорила учительница, – а что вас интересует?
– Всё интересует, – говорит Саша, – у нас ещё не было учителей из Краснодара.
Учительница улыбнулась глазами, поблагодарила за интерес к её родному городу и предложила разговор о Краснодаре и другие интересующие учеников темы вне учебной программы проводить в свободное время, организовав, например, литературный клуб. Саша удручённо вздохнул, но поддержал предложение учительницы, попросил не откладывать разговор в долгий ящик.
– Лидия Александровна, можно собраться в музыкальной гостиной, там очень уютно, – подала голос Алеся.
Предложение приняли, назначили время и дату, когда соберутся на «душевное знакомство», так сказала учительница и перешли к теме урока литературы.
Лидия Александровна отличалась от учителей школы не столько внешним видом, сколько умением заинтересовать учеников темой урока, она призывала учащихся оценивать героев произведений не только ссылками на официальных и признанных в литературном сообществе критиков, а в первую очередь со своей точки зрения. Если в ответе не было собственного взгляда ученика на события, описанные в произведении или характеристики героя произведения, Лидия Александровна снижала оценку на бал. На недоумения и обиды учеников спокойно отвечала, что пока они не научатся видеть героя своими глазами и оценивать его своим сердцем и умом, литература для них будет мёртвым предметом.
Особенно тяжело переживала новые требования к учёбе Рита, она собиралась по окончании школы поступать в пединститут на филологический факультет, много читала сверх обязательной программы, изучала статьи критиков, но никогда даже не пыталась высказывать своё личное мнение, считая себя не достойной этого делать. Ни один учитель за все годы обучения не предлагал ученикам представить собственное мнение по изучаемой теме, будь то история или литература; само собой разумеющееся было то, что есть официальная точка зрения и ученики должны её знать. Всё.
На одном из заседаний Литературного клуба Рита подняла тему правомерности собственного суждения учеников о классических произведениях и была удивлена ответом учительницы.
– От того, что человек, вдумчиво прочитавший произведение классика и не согласился с автором, не умалит значения произведения, оно не перестанет быть классическим, – говорила Лидия Александровна. – Это покажет только то, что произведение и его герои живы в настоящем времени и вызывают интерес, но в изменившихся условиях они вызывают новые чувства и эмоции, именно этот факт подтверждает их жизненность и поэтому произведение считается классикой. Чем больше вы будете самостоятельно оценивать прочитанное и услышанное, тем быстрее научитесь понимать, что истинно, а что навязывается мнению людей, не оставляя им выбора. Такой подход оправдан не только в изучении литературных произведений, но и межличностных отношений.
Среди участников Клуба послышались робкие возражения, и учительница предложила высказаться, с чем не согласны слушатели. Установилась тишина, ребята пересматриваются, но с ответом не спешат.
– Марго, ты подняла вопрос, вот и оппонируй, – распорядился Саша.
– Мне и оппонировать нечем, – поспешно ответила Рита, – всё логично, смущает то, что у нас пока ещё мало жизненного опыта, чтобы судить, а в будущем, наверное, это будет правильным подходом к жизни.
К выпуску из школы Рита обладала великолепной памятью, большим объёмом знаний по литературе и истории, богатым словарным запасом, умением чётко и грамотно сформулировать мнение по обсуждаемой теме (принижала значение этого свойства тем, что считала – не собственное мнение высказывает, а опирается на мнение признанных и уважаемых людей). Она делилась знаниями и доходчиво их передавала другим: часто занималась с отстающими одноклассниками по разным предметам, так как ей одинаково легко давались как гуманитарные дисциплины, так и точные – математика, физика. Руководство школы поручало ей в случае отсутствия учителя истории вести урок в пятом или шестом классе (ученики считали её строгой учительницей, по их мнению – она занижала оценки за ответы). Умела организовать коллектив на выполнение общественных работ, это её качество высоко ценили руководители школы и пророчили успешную карьеру.
Разговор в Литературном клубе изменил мнение Риты о себе и своих способностях, умалив в себе всё, что знала и умела, вынесла тяжёлый для собственного «Я» вердикт: «Такой учительницей, как Лидия Александровна я не смогу быть, а другой быть не хочу»! Она готовилась к преподавательской деятельности, но приняв решение не поступать в педагогический институт, не знала чему себя посвятить.
Алеся хотела быть врачом, но боялась одна поступать в мединститут и звала подругу подавать документы вместе с ней, Рита морщилась и отвечала, что ни за что и никогда не пойдёт в медицину, Алеся с сожалением заявила, что тогда она не будет поступать в медицинский институт. В итоге, полистав справочник для поступающих в высшие учебные заведения, выбрали несколько вузов, написали на бумажках их названия, скатали листочки в трубочки, положили в шапку и по очереди вытянули по одному жребию. Так примитивно буднично определили своё будущее: Рита вытянула Новосибирский торговый институт, Алеся – Институт народного хозяйства. Смех сквозь слёзы!
Предложила Алесе поступать вместе с ней на экономический факультет, ведь по жребию ей тоже быть экономистом, вместе будет интереснее и не грустно, что кругом незнакомые люди. Подруга не отказалась категорично, но сказала – посмотрит, понравится ей здание торгового института, тогда она будет сдавать документы, а сначала надо увидеть институт народного хозяйства. Институт народного хозяйства располагается в центре города в современном белом здании, рядом Центральный парк и Театр музыкальной комедии, в шаговой доступности площадь Ленина с Оперным театром, кинотеатр Победа, по Вокзальной магистрали пешком можно дойти до железнодорожного вокзала. Эти критерии оказались главными, и Алеся сдала документы в Институт народного хозяйства; Рита, сдав документы в Торговый институт, записалась на подготовительные курсы к вступительным экзаменам и заселилась в общежитие.
Первым экзаменом на факультетах экономики в том и другом вузе была математика. Алеся приехала на экзамены за пару дней до их начала, разместилась в общежитии, кругом все незнакомые люди, занятые собой, на вопросы не отвечают, уткнулись в книги, напряжение ощущается электрическим разрядом. Как шла на экзамен Алеся не помнила, в большой аудитории было светло, в окна ярко светило солнце, на улице штиль – в помещение жарко и душно. Место ей досталось крайнее справа в пятом ряду, рядом сидел щуплый молодой человек в очках, беспрестанно подталкивал указательным пальцем правой руки очки на переносице, это его судорожное движение почему-то напрягало и раздражало Алесю. Аудитория постепенно заполнялась абитуриентами, слышались долгие вздохи и извиняющийся шепот тех, кому места выпали в середине ряда. Наконец председатель экзаменационной комиссии объявил о начале экзамена, ассистенты пошли по рядам, раздавая экзаменационные задания. Получив задание, Алеся внимательно прочла их условия и приступила к выполнению исходя из правила «от простого к сложному». С тремя заданиями справилась быстро, окрылилась успехом и … зависла на задаче, которая изначальна ей показалась не очень сложной, – почему-то не получалось проверить ответ, выходит – нет ответа? Разволновавшись, Алеся начала оглядываться по сторонам, все заняты решениями заданий, а сосед почти носом уткнулся в лист бумаги, на котором строчил решение, Алеся не решилась его беспокоить. Члены комиссии прохаживались между рядами, изредка делали замечание, не нарушая сосредоточенную тишину. Через минуту её сосед поднимает руку, к их ряду подходит член комиссии, спрашивает, что случилось и в ответ слышит, что задние выполнено, можно ли сдать досрочно, получив согласие, просит Алесю его пропустить к выходу. Она встаёт, освобождая проход молодому человеку и ни минуты не раздумывая, собирает со стола бумаги выходит следом, унеся с собой экзаменационную работу. Интереса к удалявшейся абитуриентке никто из состава экзаменационной комиссии не проявил. Алеся уехала домой.
Подруги-одноклассницы поступили в вузы, уехали в город, наступившая зима показалась ей бесконечно долгой и тоскливой, она устроилась временно на работу, а однажды заглянула в своё экзаменационное задание и сразу же увидела ошибку, которая ей не позволила решить задачу. Обида на себя, свою торопливость и невнимательность захлестнула до слёз, поплакала Алеся и начала готовиться ко второму заходу поступления в вуз, но теперь она решила идти в торговый институт, ну её эту математику, подумала она и подала документы на факультет товароведения. Выучилась на товароведа и всю жизнь она работает по специальности, меняются названия компаний и люди, профессиональные навыки и задачи остаются прежними.
У тебя нет «лапы волосатой»
Во время учёбы в вузе Рита предприняла ещё одну попытку стать педагогом, – на последнем курсе она подала заявку на продолжение учёбы на педагогическом факультете в московском вузе по специальности педагог торгового училища или техникума. Комиссия института заявку удовлетворила и, в предвкушении исполнения заветной мечты, Рита писала дипломную работу, готовилась к государственным экзаменам. Вот и окончен вуз: триумфально защитила дипломную работу (это был самый счастливый день на данном отрезке жизни), на «отлично» сдала государственные экзамены. Завтра состоится распределение бывших студентов по местам их работы, Рита тихо радуется, что для неё всё уже закончилось: она поедет в Москву, продолжит учёбу, а через год будет работать преподавателем. Счастливая она сидит на скамье в сквере рядом с институтом, ест эскимо, довольная жмурится на ярком солнце. Из благостного состояния выводит громкий голос:
– Счастливцева! Быстро иди в деканат.
Поднимает глаза: рядом стоит секретарь декана Марина.
– Зачем?– голос Риты дрогнул, и в этот миг поняла, что-то случилось, – всегда жизнерадостная и приветливая Марина смотрит хмуро.
– У декана узнаешь, – быстро ответила и, развернувшись, скорым шагом удалилась. Рита выбросила остатки эскимо в урну, медленно поднялась и направилась к зданию института, дорога ей показалась бесконечной, сердце тревожно билось, а на глаза почему-то наворачивались слёзы. Декана на месте не было, как и Марины, Рита остановилась в нерешительности у распахнутой настежь двери кабинета заместителя декана.
– Входи, Счастливцева, – говорит Зоя Александровна.
Рита выдохнула, прикрыла глаза и переступила порог, поздоровалась.
– Маргарита, – обратилась к ней Зоя Александровна, – завтра распределение, у тебя есть время подумать и выбрать, где ты будешь работать. На распределение приехал представитель Центра, в списках на обучение на педагогическом факультете твоей фамилии нет
– Почему? – тихо спросила Рита и побледнела, у неё в этот момент даже мыслей в голове не было, настолько абсурдным показалось сообщение.
– Нам не дали объяснений. Выбери себе организацию, где отработаешь положенные три года, а педагогом можешь стать позже. Или передумаешь им быть.
Рита вышла в коридор, там не было ни одного человека, она остановилась у окна и тихо плакала. Послышались тяжёлые шаги по бетонному полу, она платочком промокнула глаза, но осталась стоять спиной к идущему человеку. Шаги замерли рядом, слышит голос заведующего кафедрой экономики Василия Александровича:
– Сказали, значит, тебе новость. Не плачь.
Рита развернулась всем корпусом и с вызовом спросила:
– Почему именно меня исключили? У меня же очень высокий балл.
Василий Александрович усмехнулся и резко ответил:
– У тебя есть высокий бал, задатки педагога, желание работать и учиться, но у тебя нет «волосатой лапы», – он внезапно покраснел и тихим голосом продолжил, – не плачь, они того не стоят.
– Кто вместо меня поедет? – криво улыбнувшись, спросила Рита.
– Дочь преподавателя товароведения продовольственных товаров.
– Наташа Новикова? Так у неё же в основном тройки…, – растерянно прошептала Рита.
– Не трать силы на это, в жизни много несправедливого. Иди к спискам на распределение, обрати внимание на Калининградский институт труда, туда есть место, займись исследованиями, может, тебя привлечёт наука. Мне искренне жаль, что так получилось, но ты сильная, справишься с ситуацией и добьёшься успехов в профессии экономиста. Успеха тебе.
И он решительным шагом направился в приёмную декана, а Рита пошла к спискам на распределение, они висели на доске объявлений возле кабинета ректора на третьем этаже.
Утром следующего дня она спокойная, насколько было это возможным в её состоянии, подошла к кабинету ректора, где будет утверждение мест распределения. Бывшие студенты, а через пять минут молодые специалисты нарядные и взволнованные делятся своими планами, кто-то хочет поехать на БАМ, кто-то в свои родные регионы. В воздухе витает радость и волнения и некая печаль; слышатся слова сожаления о скорой разлуке и слова надежды на встречи, кто захочет поддерживать дружбу и дальше. Потихонечку стали выстраиваться в очередь согласно баллам успеваемости, всего сто пятьдесят человек, Рита – девятая. Вот и её черёд подошёл, входит в огромный кабинет ректора (или он ей таким показался), называет фамилию, имя, отчество и произносит организацию, куда хочет поехать работать – Калининградский институт труда.
А дальше было то, чего умом принять она не могла.
Секундная тишина и… рык, иначе назвать нельзя то, как говорил толстый мужчина в чёрном пиджаке:
– Это что ещё такое, я вас спрашиваю?
Рита озадаченно смотрит на кричащего человека – к кому он обращается, к ней? И она снова повторяет: Калининградский институт труда.
– Товарищ Туров, – гневный взгляд на ректора, – вас ещё вчера поставили в известность, что все места от Урала на запад из списка исключить, почему это не сделано? – и, повернув голову в сторону Риты, тем же гневным голосом продолжил:
– Идите, барышня, и подберите себе другое место. И поторопитесь.
Ноги Риту не слушались, она невидящим взглядом смотрела на людей за столом, стояла в оцепенении. Послышался чей-то голос, и кто-то взял её за руку, она увидела рядом с собой Зою Александровну, та проводила Риту до двери и тихо сказала, – поспеши.
Смотрела Рита на список предлагаемых мест работы и понимала, что ничто не привлекает, но диплом ей не выдадут, если она не определится. Выбрала Первоуральск: промышленный город со стотысячным населением, рядом со Свердловском, предоставляется общежитие и должность старшего экономиста по финансам. Себя утешала: не в деревню поедешь, не рядовым специалистом, да к тому же специализация, в которой плаваешь как рыба в воде: тема финансов была и курсовой и дипломной работы; много знала, была уверенная в своих знаниях, спасибо руководителю работ – Виктору Евлампиевичу Бахареву.
Здравствуй Новосибирск, я вернулась
Прямого сообщения со Свердловском нет, пересадка в Татарске, между поездами несколько часов, поезд, на который куплен билет, уходит в три часа ночи. Ян заявил, что одну дочь он отпустить не может и поехал вместе с ней до Татарска. Диктор объявил прибытие поезда и сообщил, что стоянка две минуты, пассажиры загудели, почему сократили стоянку, но выяснять было некогда и не у кого, поспешили к перрону, на который прибывает поезд. Ян шёл тяжело, Рита поняла, что у отца видимо опять прихватило сердце, одну сумку она несла сама, вторую отец. Вместе с Ритой на посадку ещё двое, она последняя в очереди. Встала на подножку и протянула руку за другой сумкой, в это время поезд дёрнулся и начал набирать скорость, она не успела взять из рук отца сумку, тот побежал за поездом, но тщетно. Проводник кричит, чтобы заходила в вагон, надо закрывать дверь, а Рита не может шевельнуться, у неё от страха за отца сжимается сердце, поезд набирает ход, фигура отца становится меньше и меньше. Тяжёлой от дум была дорога, через сутки, прибыв на место, позвонила домой, узнать как отец, облегчённо выдохнула, обошлось, а страх за него остался.
В Новосибирск Рита вернулась через полгода. Условия жизни и работы на Урале, куда она приехала, не соответствовали заявленным в информации, предоставленной вузу. Уволили по собственному желанию, не настаивая на обязательной отработке три года.
Вещи Рита оставила в камере хранения, медленно дошла от вокзала Новосибирск Главный до площади Ленина11
В царское время Новая Базарная, после установления советской власти короткое время называлась Красная площадь, потом Ленина, Сталина, снова Ленина.
[Закрыть], остановилась, за спиной красное здание Управления Центрального банка, напротив Оперный театр, вправо и влево простирается Красный проспект22
До 1920 года Николаевский проспект
[Закрыть], оглядывается по сторонам и мысленно говорит: «Здравствуй, Новосибирск, я вернулась!». Где жить, где работать будет решаться позже, сейчас она наслаждается встречей с городом, любимым местом в нём.
На работу устроилась через три дня после прибытия, через месяц ей предоставили место в общежитии в двухкомнатной квартире, где жила женщина с годовалой дочкой и девушка ровесница Риты.
Работала экономистом в Бюро по трудоустройству, через месяц после вступления в должность руководитель поручил провести обследование предприятий пищевой промышленности Новосибирска по запросу Министерства труда Российской Федерации и написать отчёт. Рита ездила по предприятиям, знакомилась с производством и организацией труда, социальными условиями, встречали её всегда хорошо, заполняли представленные опросные листы, водили по производственным цехам. Побывала на хлебозаводах, мукомольных предприятиях, кондитерской и шоколадной фабриках, жировом комбинате, маслозаводе, винно-водочном заводе. Интересно было наблюдать технологический процесс: как печётся хлеб; по конвейеру движутся конфеты; мелется зерно; затаривается мука или макароны в мешки. Однако категорически отказалась посетить цеха мясокомбината, там только встретилась со специалистами и получила ответы на вопросы в анкетах. Особое удовольствие доставило написание отчёта о пищевой промышленности города, здесь проявились её аналитические способности в лучшем виде. Министерство труда высоко оценило представленное обследование, директор Бюро по трудоустройству с чувством большого удовлетворения поздравлял Риту, она снова мысленно благодарила Виктора Евлампиевича, руководителя курсовой и дипломной работ за знания и умения, которые дал ей.
За время, что было потрачено на обследование предприятий, Рита хорошо познакомилась с городом, его улицами и площадями, транспортной инфраструктурой, ведь ездить на предприятия приходилась городским транспортом.
Через два года Риту пригласили в плановую комиссию горисполкома. Это был особый период в её жизни. Решился жилищный вопрос – она купила кооперативную квартиру, родился сын Елисей – счастливейший из дней в жизни, её назначили начальником отдела, менялись объёмы работ, повышалась ответственность, расширялся штат сотрудников, осваивали новые методы работы, её отдел первым в горисполкоме получил компьютеры, на качественно другом уровне подавалась информация городскому руководству и депутатам городского совета. Огромнейший пласт знаний, ей всё было интересно, трудилась вдохновенно. Масштабы развития города поражали воображение, охватывала гордость за людей, трудившихся на предприятиях. Сотрудники горисполкома участвовали в общественных работах с энтузиазмом и весело: летом выезжали на заготовку травы, на прополку овощей, осенью на копку картофеля. Стабильное и счастливое было время.
Но главным в этот период для Риты было рождение сына, занятия с ним и его успехи. Она ждала его, любила ещё не родившегося нежной любовью. Мальчик был спокойный, бессонных ночей Рита не знала, развивался быстро, имел великолепную слуховую память, читать начал после четырёх лет, писать печатными буквами с пяти.
Елисею исполнилось полгода, когда помочь любимой внучке приехала бабушка Марфа. Малыш уже вставал, держась ручками за спинку кровати, ему очень нравилось перебирать ножками и прыгать, улыбчивый ребёнок растрогал Марфу до слёз, между нею и правнуком сразу же проявилась любовь и теплота, мальчик не спускал глаз с прабабушки, а она его не спускала с рук. Хватило силы у помощницы на три дня, и запросилась она обратно домой, всплакнула, что старая стала и не может помочь внучечке. Рита обнимала бабушку, утешала и говорила, что Елисей крупный мальчик и очень подвижный, она и сама устаёт, а чего же говорить о ней. С горечью на сердце и слезами в глазах уезжала Марфа, но каждое лето приезжал Елисей в деревню и Марфа с правнуком и в шашки играли, она его научила, и книги читали, вот только в огороде она ему не разрешала поливать. Рита просила родителей привлекать сына к посильному труду, в деревне всегда работа найдётся на любые руки, сыну уже было пять лет, вполне может посильную работу выполнять. Анфиса определила делянку с кустами помидоров для полива внуку и позвала того в огород, дала ему лейку небольшую и указала что поливать. Прежде, чем приступить к поливу, Елисей прошёл по рядам посчитал кусты – их было двадцать пять, и сказал бабушке Анфисе, ему столько не съесть и поливать он не будет! Бабушка Марфа правнука поддержала и с огорода его увела. Дед Ян провёл беседу с ним, что тот неправ, в хозяйстве работают все по мере своих сил и если он, дед, косит сено для коровы, не значит, что он один будет пить молоко и есть сметану, на что внук парировал, – он сметану не любит. Посмеялись дед Ян с бабушкой Анфисой, да отстали от внука с поливом, как поспела ягода, поручили ему её собирать, такую работу тот делал с удовольствием. Родителям сын писал короткие письма, в которых сообщал, что уже ест викторию и здоровье у него хорошее; или – долго не писал, потому что писать не хотелось, а сейчас напишет весёлое письмо и тут же его заканчивает словами «до свидания мама и папа». Родителей радовали милые послания сына.
Насмотревшись мультиков про Тома и Джерри, Чипа и Дейла, появилась у сына мечта посмотреть Америку. Часто вслух рассуждал, хорошо бы было там побывать, на что ему отец отвечал, не реально, Америка на другой стороне земного шара находится, лететь долго, билет туда стоит дорого. Замолчал Елисей, родители решили – покинула мечта ребёнка. В один из вечеров сын сидел за столом-партой, с сосредоточенным видом писал, время от времени поднимая голову от листа бумаги, о чём-то думал, закончив писать, с важным видом подходит к матери и подаёт лист с написанным на нём крупными печатными буквами текстом. Рита, едва сдерживала слёзы от радости за сына, что тот может чётко сформулировать мысль и за его упорство, в исполнении задуманного, читала письмо американскому президенту: «УВАЖАЕМЫЙ УПРАВИТЕЛЬ АМЕРИКИ МНЕ ОХОТА СО СТОЭТАЖНОГО ДОМА С САМОЙ МАКУШКИ ПОСМОТРЕТЬ НА АМЕРИКАНСКУЮ ЗЕМЛЮ». Вот такое желание было у пятилетнего мальчика, письмо сохранили на память, не стали отправлять его в Америку, рассудив, – посмотрит Елисей на американскую землю, если захочет, будучи взрослым.