Текст книги "Тайная свадьба моего мужа (СИ)"
Автор книги: Лу Берри
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)
Но потом он заговорил и это впечатление рассеялось.
– Я рад, что оказался здесь и каким-то чудом встретил тебя.
Он произнес это совершенно не в тему, словно бы в ответ на какие-то свои мысли, которые мне были недоступны и неизвестны…
Но я откликнулась вполне искренне:
– Я тоже.
Взяв небольшую паузу, добавила…
– Я бы хотела на этом закончить не самый приятный разговор, но не могу не спросить, что именно Витя сделал.
Саша поморщился.
– Мне даже вспоминать об этом противно. Сам себе кажусь таким беспросветным идиотом…
Я хмыкнула:
– Поверь, ты тут такой не один.
Он усмехнулся в ответ. И краткими, сухими фразами изложил самую суть…
– Витя предложил вложиться в совместное дело. Мол, проверенные люди хотят построить завод, бизнес будет прибыльный, потому что это постоянно развивающаяся отрасль. Он выглядел таким… знаешь, воодушевленным, буквально горел этой идеей. И я вложился, хотя планировал потратить эти деньги иначе. И, так как это был друг детства, человек, которому верил, как себе, никаких гарантий не потребовал. Дальше все банально – эти самые проверенные люди слились, никакого завода никто не строил, а Витя сказал, что они и его обманули, а когда я стал задавать неудобные вопросы – просто перестал брать трубку. Тогда я приехал к вам, чтобы разобраться, хотел попросить тебя как-то на него повлиять… Хотел даже не столько деньги вернуть, сколько просто понять, почему он так поступил.
Александр пожал плечами, глубоко вдохнул и протяжно выдохнул.
Я сглотнула. Куда Витя дел эти деньги?.. Хотелось отчаянно надеяться, что к моей компании это все не имело никакого отношения, но на душе все равно стало муторно.
– Спасибо… за откровенность, – произнесла, когда молчание стало уже неуютным.
Александр коротко кивнул. Усилием воли вернул прежнее, беззаботное выражение лица… Спросил:
– Заеду за вами завтра? Или уже устали от моей компании?
Я ответила просто и искренне, не задавая самой себе излишних вопросов…
– Заезжай.
Коротко попрощавшись, зашла в отель. Подхватив дочку за руку, повела её к лифту…
Мы заказали в номер ужин, поговорили о всяком, и Даша как-то незаметно уснула…
А ко мне сон никак не шёл. Я подтянула к себе телефон, чтобы посмотреть какое-нибудь видео или полазить в соцсети, и только теперь заметила среди прочих уведомлений, что нападали за день, электронное письмо…
Результаты днк-теста.
В груди почему-то дрогнуло, но я не стала медлить. Открыла прикрепленный файл, быстро пробежала глазами, ища нужную строчку…
Ребёнок, которого притащила ко мне на порог эта сумасшедшая бабка, был не от Виктора.
Глава 21
Глава 21
Виктора трясло, словно оказался вдруг голым на морозе.
Это состояние, похоже, постепенно становилось для него хроническим. Но взять себя в руки никак не получалось.
Больше не было смысла пытаться убедить себя, что Веру можно уговорить, обмануть, обдурить. Судя по тому, что она наделала, она и вовсе не намеревалась его слушать.
Хороша же жена! Поверила какой-то первой попавшейся бабке, которая ей на порог ребёнка притащила! Поверила просто на слово, безо всяких доказательств! Видимо, Вера давно уже искала повод ему поднасрать, отсюда и её придирки в последнее время – то Италию ей подавай, то подарок на годовщину не тот!
Она просто хотела его кинуть, сука хитрожопая! Тварь неблагодарная! Дождалась, когда он эту шарашкину контору с колен поднимет и погнала его, как пса бродячего!
Витя кипел. Все внутри него буквально бурлило от ненависти к жене!
Знала ведь, гадина, где его самое уязвимое место! И именно туда и ударила!
Надо было давно найти способ выдоить эту компанию и бросить Веру, но он поверил её обещаниям, а она вот так с ним поступила! А он все ждал, как наивный дурак, и вот – дождался! Только совсем не того, на что рассчитывал!
Витя вышел из офиса, двигаясь практически вслепую, не видя ничего вокруг себя, дошагал кое-как до машины…
Прислонился к джипу в поисках опоры. Выдохнул…
Только что ему пришлось подписать все необходимые при увольнении бумаги – выбора не было. Он с испугом наблюдал, как по его офису шарятся посторонние – чёртовы аудиторы, которые, несомненно, разроют, как он выводил деньги в свой карман…
Он проклинал себя за то, что пошёл на поводу у Лили, которая замучила ныть, что он должен бросить жену и уйти к ней, хотя он много раз ей объяснял, что пока не может развестись и она должна потерпеть… Она соглашалась с этим, но потом в очередной раз закатывала ему истерику. Поэтому он устроил ей эту поездку, эту свадьбу, чтобы угомонилась, чтобы считала себя тоже его женой…
И вот итог. Эта чёртова проверка покажет, что он, по сути, обворовал компанию. И что дальше? Суд, который в лучшем случае обязует его все вернуть, а в худшем… что? Небо в клеточку?
Виктор сглотнул. Возникла даже мысль – сбежать к чёртовой матери из страны, пока не поздно…
***
Несколько лет назад
– Ну ты как тут?
Вернувшись с работы, Витя первым делом подошёл к жене, чтобы её обнять.
Вера, чьи переживания выдавала только бледность – она всегда умела держать себя в руках – обняла его в ответ. Он наклонился, поцеловал её волосы…
Её голос прозвучал ровно, но он знал, что под этим прячутся эмоции, которым она не даёт хода, чтобы не расклеиться.
– Нормально.
Его ладонь скользнула по её волосам, слегка растрепав привычно-идеальную причёску. Вера вся была такая… идеальная.
А может, ему так просто казалось, потому что в ней сошлись все те качества, которых ему самому не хватало.
Было в ней какое-то врождённое достоинство. Твёрдость. Безупречное чувство вкуса. Устойчивость перед лицом любых неприятностей.
Он черпал в ней все то, чего ему не доставало. Возможно, за это её и полюбил когда-то – за то, как она его дополняла. За то, что рядом с ней ощущал себя увереннее.
По крайней мере, так было поначалу. А потом ему стало не хватать чувства власти. Заиграли старые амбиции…
Витя давно болел идеей замутить собственный бизнес. Но не получалось. А ведь он даже пошёл на то, чтобы обобрать лучшего друга…
Вписался в сомнительную схему, где ему обещали долю от собранных средств с обманутых вкладчиков. Но в итоге кинули и его самого…
И вот теперь судьба, кажется, давала ему новый шанс. И он загорелся этой идеей, как безумный, оставалось лишь… уговорить Веру.
– Родная, ты уже решила, что будешь делать с папиным бизнесом?
Он задал этот вопрос осторожно, вкрадчиво, зная, что для жены эта тема пока неприятна. Но ждать он не мог. Он хотел действовать!
Тесть умер чуть больше недели тому назад, оставив дочери небольшое дело. И Витя видел в этом для себя возможность наконец-то реализоваться…
Вера отстранилась от него, и сразу возникло ощущение, что она отдалилась и морально тоже.
– Продам, скорее всего, – ответила после паузы. – Ты же знаешь, я крайне далека от всего этого, ничего в бизнесе не смыслю… Да и папина компания сейчас не в лучшем состоянии и хорошо, если удастся за неё выручить хоть что-то…
– Не продавай! – перебил он горячо. – Дай мне шанс там все наладить. Ты ведь знаешь – я смогу…
Вера покачала головой.
– Не хочу, чтобы между нами вставал бизнес и вообще вопрос денег…
– Но ведь это наследство твоего папы! Ты можешь его сохранить, приумножить… Что тебе терять? Сама ведь говоришь, что сейчас все плохо. Вер…
Он взял её за руки, заглянул в глаза…
– Я бы очень хотел помочь, сделать это для тебя. Просто назначь меня генеральным директором и главбухом…
Она прикусила губу. Сомневалась…
– Это как-то неправильно, что ты столько сил вложишь в компанию, к которой даже не имеешь особого отношения…
Витя отмахнулся:
– Ну как же не имею? Мы ведь семья. Я буду получать зарплату, мы вместе раскрутим этот бизнес до новых высот!
Конечно, его намерения были не такими уж и альтруистическими. Витя намеревался потом попросить Веру отписать ему долю за все его старания…
Хотя зачем же потом? Можно все обговорить на берегу…
Он аккуратно закинул удочку:
– Знаешь что? Мы можем вот как договориться, чтобы ты не переживала… если мне удастся поставить компанию на ноги – ты подаришь мне в ней долю… по-моему справедливо, как думаешь?
Вера молчала. Так долго, что он стал думать, что поторопился…
– Пять лет, – наконец сказала она. – Я дам тебе пять лет на то, чтобы ты наладил дела. И если все получится… подарю долю.
Витя был на седьмом небе. Пахал, как проклятый, не сомневаясь, что Вера сдержит свое слово…
И дела действительно пошли в гору. И оговоренные пять лет постепенно таяли…
Но тут появилась Лиля. И ему так снесло крышу, что он потерял всякую осторожность и стал делать то, чего не делал раньше – выводить деньги компании себе на счет…
Глава 22
Глава 22
Лиля перевернулась со спины на бок и довольно вздохнула.
Постель была тёплой и мягкой, по телу разливалось ощущение уюта и спокойствия, давно уже забытое, а может – никогда даже не познанное…
Она протянула руку, чтобы найти рядом Витю, но ладонь встретила лишь холодную пустоту. Лиля резко приподнялась на локте – любимого рядом и впрямь не было.
Накануне Витя вернулся злой, практически не в себе. Долго метался по квартире из угла в угол, ничего не объясняя, не отвечая на вопросы, чем немало её напугал.
А потом просто набросился на Лилю, как голодный зверь, словно хотел найти в ней успокоение и утешение… Или забытье.
И вот теперь его рядом не было. Внутри сразу же вспыхнул застарелый страх – что, если он… исчез?..
Лиля испуганно вскочила на ноги, сердце забилось тяжело, тревожно, надрывно. Она бросилась в соседнюю комнату, обвела её испуганными глазами…
Витя сидел на диване за ноутбуком. Из ее груди вырвался вздох облегчения…
Вот уже вторую ночь она провела в его квартире. Той, которую он делил раньше с Верой…
Эта мысль вызывала отвращение, но вместе с тем… Лиле здесь нравилось.
Она ещё раз, уже более неторопливо, осмотрела окружающую её обстановку…
Квартира была чистой и светлой. Окна спальни вместе с балконом выходили на парк, что порождало ощущение умиротворения, а окна гостиной – на дорогу. Вера удачно подобрала занавески и мебель: казалось, эти светлые цвета добавляли комнате дополнительного пространства.
Но, глядя вокруг себя, Лиля уже думала о том, как она здесь все переделала бы. Под себя, под свой вкус, чтобы об этой женщине не осталось даже воспоминания, ни малейшего следа…
Лиля хотела бы остаться здесь.
У неё, по сути, никогда не было собственного дома, по-настоящему своего убежища. Квартира матери несла в себе лишь жуткие воспоминания, а то жилье, которое Витя для неё арендовал, ей не принадлежало и родным так и не стало…
А в этой квартире она ощущала себя, как дома. Это было место, дарящее спокойствие и безопасность.
Лиля подошла к Вите, обняла его сзади за шею, окутывая облаком своих светлых волос…
Хотелось почувствовать его ответное тепло, хотелось понять, что, несмотря на все проблемы, он все ещё любит её…
Что он её не бросит.
Но Витя даже не коснулся её в ответ. Лишь проронил обрывисто…
– Проснулась? Приготовь завтрак, я проголодался.
Это звучало почти грубо, потребительски. Но Лиля так долго ждала этого – возможности просыпаться с ним рядом, баловать его своей стряпней, заботиться о нем… И просто быть с ним. По-настоящему. Не несколько часов в день, а полностью делить жизнь…
Может, потому эти слова показались ей сбывшейся мечтой.
– Иду, мой хороший.
Она оставила на его холодной щеке поцелуй и прошла на кухню. Открыв холодильник, поморщилась – продуктов там было не слишком много. Похоже, эта Вера мало того, что как человек – дрянь, так ещё и хозяйка паршивая…
Лиля изъяла с полки яйца, достала молоко, понюхала его и осторожно попробовала – кажется, годится…
Нашла каким-то чудом и колбасу. Вставила в кофеварку капсулу…
Поймала себя на мысли, что это – её идеальная жизнь, где все находится на своих местах. И, словно бы… им с Витей даже больше никто не нужен.
От этой мысли в душе пожаром полыхнул стыд. Её ребёнок где-то в больнице, один… и если она срочно что-то не предпримет – Ефимку, скорее всего, отправят в дом малютки…
А ведь он ни в чем не виноват, он такого не заслужил! Ей нужно восстановить документы и вернуть сына. И больше не допускать таких диких, крамольных мыслей… Какая же она ужасная мать!
Кусая губы, Лиля проверила омлет и выключила газ. Осторожно выложила готовое блюдо на тарелку, взяла в одну руку её, в другую – чашку с капучино…
Когда поставила все это перед Витей на столик в гостиной, он недовольно поморщился.
– Я ем на кухне, – процедил как-то зло. – И что это за омлет?..
Он с отвращением покопался вилкой в тарелке…
– Слишком много жидкости… Вера так не делает. И кофе по утрам я пью только чёрный.
Лиля стояла перед ним, словно оплеванная. Растерянная…
– Я…
– Господи, да сделай ты хоть банальную глазунью, что тут сложного?!
– Яйца кончились…
– Так закажи!
Она прикусила губу. В её мечтах все было совсем не так…
Но она послушно поплелась обратно на кухню. Как раз пыталась сделать заказ, когда раздался телефонный звонок…
– Старший сержант Кармов, – представился ей уже знакомый до тошноты голос. – Нашлись ваши документы у вашей же матери в кармане пальто. Обнаружили, когда с ней разбирались. Я вам вчера звонил – вы не ответили. Так что приезжайте, скажу, что дальше делать.
***
Сжимая документы в дрожащих руках, Лиля стояла перед стойкой регистрации в детской больнице, адрес которой ей наконец-то дали.
Витя, кажется, совсем не обрадовался тому, что пришлось куда-то тащиться голодному, но все же отвёз её в участок, а потом – сюда… Высадив её, сказал, что, пока она тут возится, он где-нибудь перекусит…
Ей бы хотелось, чтобы он держал её сейчас за руку, внушая спокойствие и уверенность, но устраивать истерику на этот счёт было попросту некогда.
Когда до неё наконец дошла очередь, Лиля протянула в окошко документы и затараторила:
– У вас мой сын! Его сюда привезла полиция! Я хочу забрать его немедленно!
Женщина по ту сторону взглянула на неё без особого участия, словно бы даже сквозь неё, и, взяв документы, стала неторопливо-флегматично что-то вбивать в компьютер…
Лиля стояла, смотрела на все это и ощущала, как её вновь почему-то накрывает паника…
И не зря.
Потому что вдруг услышала:
– А я не могу вам ничем помочь. Вам сначала в органы опеки надо. Они вас взяли на контроль.
Глава 23
Глава 23
– Что вы несете?! Отдайте сейчас же моего ребёнка!
Весь ужас, весь страх, затаившийся внутри, вырвался наружу истеричным криком. А ведь этот сержант говорил, что ситуацию донесли до органов опеки, но Лиля решила, что раз документы нашлись – то все худшее осталось позади…
А оно, похоже, только ещё начиналось.
Женщина за стойкой подняла на неё тяжёлый, усталый взгляд, выглядевший ещё более давящим из-за нависающих век…
– Вы на меня тут не орите, дамочка, – последовал ответ. – Я сейчас охрану вызову – будете потом в участке полицейском голос свой показывать.
Лиля сглотнула. При упоминании полиции тело охватила дрожь, холод пробежал по венам, а горло словно застыло, заморозилось…
Она отступила. Растерянно огляделась по сторонам, словно ждала откуда-то помощи, которая явилась бы вдруг чудесным образом…
Но никому не было до неё дела. Хмурые, прибитые собственными заботами люди внимания на неё не обращали…
Лиля поднесла кулак ко рту, тихонько заскулила. Это её наказание. Да, наказание за то, что вот только пару часов тому назад думала о том, что ей было бы хорошо и без сына…
За то, что бросила его тут с матерью, зная, какая она ненадёжная…
Но ей ведь просто хотелось для себя кусочек счастья! Всего несколько дней с любимым человеком, красивую церемонию! Так почему расплата за это такая жестокая?!
Лиля попятилась к выходу из больницы. Мысли разбегались, разлетались, как стая встревоженных птиц. Она совершенно не понимала, что делать дальше… Боялась даже думать о том, что будет теперь с ней и сыном.
Выйдя на улицу, ощутила, что её трясёт. Стылый осенний ветер, предвестник скорой зимы, ударил в лицо, пробрался под одежду…
Только теперь Лиля поняла, что ее куртка осталась в машине у Вити и что стоит на крыльце больницы в одних лишь свитере да джинсах…
И поделом ей. Может, замёрзнет тут насмерть за то, что потеряла сына…
Слезы побежали по лицу – такие же мертвенно-холодные, как все её внутренности. Она обняла себя за плечи, не соображая, куда дальше двигаться…
Всё казалось бессмысленным.
Из этого транса её вывел лишь Витин голос.
– Ты чего тут стоишь раздетая?! Почему не позвонила?!
Лиля поняла, что даже не заметила приближение его машины. Того, как он вдруг оказался рядом…
Прикосновение его тёплых рук к её озябшим показалось обжигающим…
Витя спешно увёл её в машину, усадил на переднее кресло и включил на полную мощность обогрев. Спросил:
– Где Ефим? Что случилось?
Только теперь Лиля снова вернулась к реальности. Беспомощно всхлипнула, простонала…
– Не отдали. Органы опеки… надо туда ехать, с ними разбираться...
– Значит, поехали.
– Я боюсь…
Руки Виктора опустились ей на плечи, требовательно их сжали…
– Соберись. Если ничего не делать, то тем более сына больше не увидишь. Так что решай, что тебе важнее – страх или Ефим.
Лиля подняла глаза, перехватила его взгляд, словно от Вити сейчас зависела её жизнь и лишь он один мог направить её туда, куда нужно…
Кивнула, признавая его правоту.
– Тогда гугли, где там они сидят, эти органы… и поехали, – скомандовал Витя.
***
Очередь на пути в нужный кабинет казалась бесконечной. За время ожидания Лиля то успокаивалась, то снова впадала в истерику. Её словно бросало на американских горках – то вверх, то вниз.
К моменту, когда наконец подошла её пора, Лиля как раз снова разнервничалась. Поэтому влетела в кабинет, сотрясаемая страхом и гневом. Ей нужно было кого-то обвинить, кого-то ненавидеть, кроме себя самой. И злость выплеснулась на эти чёртову опеку… точнее, её представительницу.
– Верните моего ребёнка! – выкрикнула буквально с порога. – Вы не имеете права так поступать!
Круглолицая, полненькая женщина лет сорока с чем-то посмотрела на неё снисходительно, словно таких мамаш у неё каждый день бывало тут по сотне.
И, наверно, так оно и было в самом деле.
Лиля сразу почувствовала себя глупо. Очередной истеричкой, просравшей ребёнка и пришедшей что-то требовать…
– Дверь хотя бы за собой закройте, – проговорила женщина. – Ни к чему остальным крики ваши слушать.
Лиля автоматически послушалась. Было что-то в голосе собеседницы такое, что спорить с ней не возникало ни желания, ни даже мысли.
– Теперь садитесь и говорите, – скомандовала работница опеки.
Лиля на ватных, едва гнущихся ногах, растеряв весь свой боевой запал и праведный гнев, подошла ближе к столу и упала на стул.
– Сын мой… Ефим… в больнице… а мне его не отдают… – пробормотала жалобно.
– Фамилия, имя, отчество. Имя Ефим нынче редкое, конечно, но его маловато.
Лиля все назвала. Подняв взгляд на женщину, обнаружила, как та вносит данные в систему, потом сокрушенно качает головой…
– Ну как же вы так, Лилия Владимировна? Ребёнка оставили с матерью, страдающей алкоголизмом…
Она говорила без осуждения, скорее, журила её, как провинившегося ребёнка и от этого Лиля не сдержалась – расплакалась…
– Она говорила, что завязала…
– Все зависимые так говорят. Что ж… я дам вам направление – пройдёте нарколога и психиатра, а потом поговорим…
Лиле показалось, что её внезапно ударили. Она вскочила на ноги, снова закричала…
– Я не алкашка! И не психбольная, как вы смеете?!
Женщина посмотрела на неё, не теряя прежних спокойствия и невозмутимости.
– Ну, судя по вашему поведению, психиатра вам пройти точно не помешает. Вот ваши направления, на этом – все. Придёте снова, когда пройдёте специалистов.
Глава 24
Глава 24
Я всегда была крайне далека от бизнеса, жажды обогащения, стремления кичиться своим положением.
Другие вещи виделись мне куда более важными – семья, надёжные люди рядом, реализация в том деле, которым по-настоящему хотелось заниматься в жизни.
В то время, как мой отец мечтал, чтобы я получила экономическое образование и помогла ему в его деле, я стремилась к совсем иному.
Всю жизнь, с самого детства, моей страстью было рисование – и ничего иного я попросту не желала.
Так и вышло, что к моменту, когда папу внезапно, прямо на рабочем месте, сразил сердечный приступ, и ко мне перешла по завещанию его небольшая компания, я совсем не была готова к тому, чтобы продолжить папино дело.
Каждый в жизни должен заниматься тем, что умеет, к чему лежит душа. А я точно была не в состоянии управлять этим бизнесом и уж тем более – вытащить его со дна и сделать действительно прибыльным.
Продать компанию, несмотря на то, что папа оставил её именно мне, казалось лучшим выходом. Но вдруг ею заинтересовался Витя…
То, до чего мы договорились – о дарении ему доли, если он сумеет поставить бизнес на ноги, казалось справедливым решением. Мне нечего было дать компании, а у мужа было желание, возможности, необходимые знания…
Наверно, мне стоило заподозрить неладное, когда Витя стал напоминать о доле все чаще, хотя пятилетний срок еще не вышел. Наверно, он даже заслуживал того, чтобы эту долю получить, учитывая, как много сил он вложил в это дело…
Но он ударил меня в самое уязвимое место – прямо в сердце, которое ему так сильно верило, и я ударила его в ответ – туда, где ему тоже было бы больнее всего.
Я годами строила с ним семью, со многим мирилась, во многом шла на уступки. Он – годами строил бизнес, вкладывая туда все силы…
Мы оба потеряли то, что было дорого. Мы теперь были квиты. И о своём решении я ничуть, ни единой секунды, не жалела.
Вот только была уверена, что в покое он меня так просто не оставит. И от того так сильно не хотелось возвращаться назад, но – было нужно. Было неминуемо.
А может, была и иная причина?..
Машина плавно остановилась у входа в терминал. Александр легонько, деликатно коснулся моей руки, словно опасался позволить себе нечто большее, отпугнуть…
За эту неделю, что находилась в Турции, мы провели вместе много времени – виделись каждый день, общались о разном, делились впечатлениями обо всем вокруг…
И я в этот момент, когда он выжидающе смотрел на меня, вдруг поняла, что… привыкла к нему.
Куда сильнее, чем мне хотелось бы.
– Все в порядке? – негромко поинтересовался он. – Ты за всю дорогу до аэропорта не сказала почти ни единого слова.
– Я не хочу назад, – призналась глухо, откровенно.
– Так оставайся.
Я покачала головой:
– Не могу. Нельзя без конца бегать от тех дел, которые все равно догонят.
Я с тяжёлым сердцем подумала о том, что мне придётся теперь хорошенько вникнуть в дела компании, подыскать нового генерального директора, который не испортит погоды… Пока эта должность легла на мои плечи, но оставаться в ней я была не готова.
Александр склонил голову набок, и, отыскав мой взгляд, спросил…
– Не будешь против, если навещу вас, когда вернусь из Стамбула?
Хотелось с детской наивностью спросить – зачем? Но все казалось и без того очевидным. Потому я не стала проявлять ненужного кокетства – мы ведь оба взрослые люди, а не подростки, чтобы придумывать себе препоны и задавать глупые вопросы…
Но раньше, чем я успела открыть рот, вмешалась с заднего сиденья Даша:
– Я – точно не против!
Я усмехнулась её непосредственности и, в свою очередь, пожав плечами, сказала:
– Почему нет?..
Александр кивнул – коротко, благодарно. И таким ровным тоном, словно мы только что не говорили о личном, перешел к насущному:
– Вам пора. Давайте провожу вас до стоек регистрации, донесу багаж. А то тут, у терминала, долго стоять нельзя…
***
Обратная дорога пролетела практически незаметно.
Повезло, что до нашего города летел из Стамбула прямой рейс, а дальше – на такси, и вот, мы уже почти дома…
Неладное я почувствовала ещё тогда, когда мы с дочкой только подошли к двери квартиры, хотя внешне все выглядело, как обычно.
Мой взгляд метнулся к дверному замку – он был прежним, хотя меня ничуть не удивило бы, если бы Витя в отместку его сменил. Но, очевидно, он, как и я, прекрасно понимал бесполезность этого действия. Менять перед отъездом замки я не стала по той простой причине, что Витя, будучи наравне со мной собственником, спокойно бы их вскрыл и тогда в квартиру не попала бы уже я сама.
Вставив ключ, я открыла дверь и шагнула внутрь.
Глаза сразу уперлись в чужую обувь. Женскую. Довольно пошлые ботинки в стразах на высоком каблуке…
Значит, не постеснялся в моё отсутствие поселить тут свою шалаву…
Но и я подобного терпеть не собиралась.
Оглядевшись по сторонам, заметила на вешалке мамину резинку-шнур с крючками – обычно она использовала её для закрепления сумки на тележке, когда привозила мне какие-нибудь соленья…
И забыла её здесь в прошлый раз. Весьма кстати.
Я прислушалась – из зала шли какие-то звуки. На кухне, в свою очередь, света не было – значит, она пустовала…
– Дашуль, солнышко, иди на кухню, закрой дверь и подожди меня там, – попросила я дочь.
Она посмотрела на меня с привычным упрямством.
– Но… – начала было говорить.
Я твёрдо перебила…
– Пожалуйста.
Видимо, ощутив, что спорить сейчас не стоит, Даша все же кивнула и ушла на кухню. А я, сорвав резинку с вешалки, крепче сжала её в руках и пошла в зал.
Она сидели на диване, обнявшись. Перед ними на столе, уже порядком загаженном, стояли коробки пиццы. На телевизоре работал Ютуб…
Я вышла вперёд, закрывая собой экран. Девица, ради которой Витя решил потерять все, сначала нервно дернулась, завидев меня, а потом в её глазах полыхнула ненависть…
Такая поразительно сильная для той, которая даже не знала меня до этого момента лично.
Рядом шевельнулся Витя, но на него я даже не смотрела.
Быстро, мимолетно изучала её.
Молодая. Симпатичная. Приглаженная по последней моде – пухлые губы, широкие брови…
И кого-то она мне напомнила, но кого – я понять так сразу не смогла, а терпеть и дальше её присутствие – не намеревалась.
– Встала, вещи свои собрала и вышла вон из моего дома, – скомандовала я ледяным тоном.
Она и впрямь вскочила на ноги, вот только убегать не торопилась. Сжав ладони в кулаки, с вызовом выпалила…
– С какой это стати?! Витя, скажи ей!
Я даже не повернула головы в его сторону. Холодно отчеканила…
– С такой, что я не люблю, когда в моем доме дурно пахнет. И, кстати, я дважды повторять не стану. На выход!
Но она не прислушалась. Упрямо обернулась к Вите, что-то стала возмущённо ему говорить…
Размахнувшись, я недрогнувшей рукой огрела ее шнуром по спине.
Глава 25
Глава 25
Раздался пронзительный визг.
Лиля подскочила на месте, замахала руками, словно хотела взлететь, и в итоге, в поисках то ли защиты, то ли опоры, свалилась на Витю.
– Она больная! – заверещала любовница моего мужа. – Витя, сделай что-нибудь! Она хочет меня убить!
Я с некоторым удивлением посмотрела на шнур в своей руке…
Да, прихватила его, полагая, что, возможно, придётся этим воспользоваться, но до этого момента не думала, что и впрямь на такое способна… За всю я свою жизнь я ни разу не ударила человека. И даже вообразить не могла, что до такого когда-нибудь дойдёт.
Впрочем, за последнее время я уже сделала немало того, чего не ожидала сама от себя. Но, возможно, недаром существует поговорка: «С волками жить – по-волчьи выть»?
Стало горько, на миг – даже стыдно за то, что до такого дошла. Но как иначе? Я ведь сначала русским языком сказала ей выметаться из моего дома, но эта дрянь посчитала, что меня можно проигнорировать. Что Витенька её спасёт, что он тут – главный.
Весь стыд как рукой сняло. Она явилась в мой дом, поселилась в моей квартире, успела загадить её своими грязными лапами…
Я не ради неё здесь обустраивала уют, и не собиралась уступать двум мерзавцам моё жилье, убегая, как трусливая собака, поджав хвост.
С такими паразитами нельзя давать слабину, показывать страх и неуверенность. Иначе – сожрут.
– Мне ещё раз тебе показать доходчиво, где выход? – проговорила металлическим голосом.
Лиля обернулась ко мне, красивое лицо исказилось в гримасе ненависти.
– Да я полицию вызову, побои сниму!
Я усмехнулась. Затем, не сдержавшись, захохотала.
– Да ну? Так понравилось общаться с нашим участковым? Пожалуй, я сама его вызову, скажу, что какая-то посторонняя женщина нагло поселилась в моей квартире… И органам опеки, наверно, будет интересно узнать обо всей этой ситуации, как думаешь? Сейчас достаточно одной жалобы, чтобы они в тебя вцепились…
Я обвела глазами комнату, сознавая, что младенца нигде не видно. И не слышно. Полиция им его не вернула? Или эти двое решили, что раз ребёнка забрали – то и к лучшему? А может, скинули опять дите на сумасшедшую бабку?
От захлестнувшего отвращения стало трудно дышать. Я даже не представляла, что могла бы так отнестись к своей дочке… к самому дорогому, что у меня есть.
Взгляд метнулся в коридор. Даша, к счастью, видимо прислушалась к моим словам и спокойно сидела на кухне, не высовываясь и не подслушивая.
Я не хотела, чтобы она видела и слышала разборки взрослых. Но и уходить из собственной квартиры не собиралась, позволяя меня отсюда выкурить так легко.
Если б знать заранее, что Витя опустится так низко и притащит сюда свою шлюху… я бы оставила дочку с моей мамой, но дара предвидения у меня не было.
Лилю, тем временем, заметно затрясло. Она вцепилась в Витю, встряхнула его, закричала…
– Ты что, позволишь ей так со мной говорить?!
Я впервые встретилась глазами с почти уже бывшим мужем. Он тоже смотрел в ответ прямо на меня… вопреки тому, как Лиля пыталась обратить все его внимание на свою персону.
Я ощутила, как в горле встаёт ком. Было в его взгляде что-то такое… давно забытое, и показалось вдруг, будто бы резко окунулась в прошлое… Будто бы всего этого кошмара между нами никогда не было.
Там, в этом прошлом, я беззаветно верила, что меня любят. Может, он и впрямь любил? Хотя бы в самом начале? Или всегда только использовал?
Эти некстати всплывшие в голове вопросы причиняли неожиданную боль. С усилием отмахнувшись от них, я наблюдала, как Витя, отпихнув в сторону свою девку, поднимается с дивана…
Я крепче сжала в руке шнур, вдруг подумав о том, что не знаю, чего от него ждать. Но показывать опасений не собиралась.
Заговорила первой.
– Я бы на твоём месте не дергалась, Баженов. Помни о том, что я тебя присадить могу за хищение денег из моей компании. Так что забирай свою шалаву и уходите по-хорошему.
Он хмыкнул. Покачал головой…
– Я так долго ждал твоего возвращения, дорогая моя Вера, что никуда не уйду, пока мы с тобой не поговорим нормально…
Меня передернуло от его слащавого обращения. Я уже и не помнила, когда он последний раз говорил со мной по-настоящему ласково и сейчас это его «дорогая моя» звучало просто мерзко, с учётом всего, что он сделал.
