355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лоуренс Стефани » Вкус невинности (ЛП) » Текст книги (страница 3)
Вкус невинности (ЛП)
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 22:00

Текст книги "Вкус невинности (ЛП)"


Автор книги: Лоуренс Стефани



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

– На вашем месте я бы построила сразу два склада. Или один, но с площадью вдвое больше обычной. У меня, конечно, нет опыта в подобных делах, но, судя по всему, поток товаров и грузов, следующих через Уотчет, в ближайшее время возрастет в два-три раза, а это значит, что ваши склады не будут пустовать.

Чарли усмехнулся.

– Да, вы правы. – Он смерил площадку взглядом. – Я уже собирался разместить здесь два склада, чтобы не подвергаться чрезмерному риску. Ожидаемый объем грузов не даст им простаивать. Не будем слишком алчными: двух складов будет вполне достаточно.

Сара просияла, услышав эти слова.

– А кому принадлежит этот участок земли? – спросила она.

– Мне. Я купил его несколько лет назад.

Погуляв еще немного по площадке, они отправились назад на постоялый двор. По дороге Чарли и Сара любовались морскими далями и видами гавани, в которой стояло множество кораблей под разными флагами. Вокруг кипела работа, шла погрузка и разгрузка судов.

Вернувшись в гостиницу, они решили пообедать, где их приветствовал хозяин заведения, который был знаком и с Чарли, и с Сарой. Он лез из кожи вон, чтобы угодить знатным клиентам. Их посадили за столик, стоявший в укромном уголке у окна, из которого открывался вид на гавань.

Им подали превосходный обед. Сара думала, что они не найдут подходящую тему для разговора за столом, но Чарли стал расспрашивать ее о соседях по поместью и недавних событиях. Время пролетело удивительно быстро. И только выйдя из-за стола, Сара поняла, что Чарли хотел освежить в памяти все, что было связано с жизнью в деревне. В течение последних десяти лет он редко наведывался в поместье, предпочитая жить в Лондоне.

Выйдя из гостиницы, они остановились на широком крыльце и взглянули на море. Сильный ветер утих, и теперь на побережье дул легкий бриз, поднимавший невысокие волны. Между облаков проглянуло солнце, окрасив ландшафт в золотистые тона и разогнав утреннюю прохладу.

– Вы храбрая женщина? – спросил Чарли.

– Надеюсь. Где ваша лодка?

Он повел ее к причалу, расположенному в восточной части порта за доками. Его лодка была пришвартована к одному из пирсов. Взглянув на ярко окрашенные борта и крепкую корму, Сара поняла, что судно находится в отличном состоянии.

Она помогла Чарли отдать швартовы и поднять парус. По блеску в его глазах Сара поняла, что море является его страстью. Он очень ловко отчалил от пирса и направил лодку в глубину залива, на открытое водное пространство. Его точные, выверенные движения свидетельствовали о том, что он часто выходит в море или, вернее, раньше выходил. В последние годы ему вряд ли удавалось ходить под парусом.

Сидя на корме, Сара наблюдала, как он ловко управляется с румпелем. Ветер трепал его золотистые локоны. Видя это, Сара боялась подумать, во что превратилась ее собственная прическа. Она отправилась из дома без головного убора.

– В Лондоне, наверное, вам очень не хватает таких морских прогулок?

Он устремил на нее взгляд серо-голубых глаз, которые теперь утратили голубоватый оттенок.

– Да.

Ветер относил в сторону звук его, голоса. Продолжая править лодкой, Чарли наклонился ближе к Саре, и она тоже придвинулась к нему, чтобы лучше слышать, что он говорит.

– Я обожаю это чувство свободы, когда ветер наполняет паруса и лодка быстро скользит на волнам. В такие минуты ты ощущаешь власть над стихией, которая, впрочем, в любой момент может выйти из-под твоего контроля. Каждый такой день является для меня настоящим блаженством. – Он взглянул ей в глаза. – Словно улыбка богов.

Сара улыбнулась, убирая с лица выбившиеся из прически пряди волос. Чарли повернул румпель, и лодка изменила направление движения. Теперь она шла еще быстрее. Откинувшись на спинку своего сиденья, Сара взглянула на бегущие по небу облака и засмеялась от счастья. В этот момент в борт ударила большая волна, и лодка содрогнулась. Однако боги продолжали улыбаться им.

Время от времени Сара ловила себя на том, что не сводит глаз с Чарли и при этом на ее губах играет блаженная улыбка. Она любовалась им, его трепещущими на ветру волосами, его глазами, которые он щурил, когда в него летели брызги, его мощными плечами и сильными руками, которыми он сжимал румпель. Сегодня он действительно был похож на древнего викинга.

Сара заметила, что Чарли тоже тайком наблюдает за ней. Когда она встала, чтобы направить парус, его взгляд скользнул по ее фигуре, останавливаясь то на груди, то на бедрах. Он смотрел на нее по-хозяйски, как на свою собственность. Почувствовав его цепкий взгляд на себе, Сара затрепетала. У нее замирало сердце всякий раз, когда он отдавал ей команды.

К счастью, Чарли, казалось, не замечал, в каком состоянии она находилась.

Они быстро нашли взаимопонимание, управляя лодкой, Сара споро выполняла команды Чарли, то приспуская паруса, то снова натягивая канат с помощью блока. Она ловко пригибалась, ныряя под рею, и ни разу не задела ее головой.

Когда Чарли направил лодку назад к пирсу, Сара почувствовала физическую усталость. Однако несмотря на это, у нее было приподнятое настроение. Хотя во время морской прогулки они мало разговаривали, она узнала о Чарли кое-что новое и была поражена сделанными ею сегодня открытиями.

Сидя в лодке, быстро приближавшейся к причалу, Сара взглянула на берег и заметила, что на земельном участке, на котором Чарли собирался строить склады, стоят два человека. Приставив ладонь козырьком колбу, она пристальнее вгляделась в них.

– Кто-то осматривает ваш участок земли, – сообщила она.

Чарли проследил за ее взглядом и нахмурился. Один из мужчин, светловолосый человек средних лет, судя по одежде, был джентльменом.

– Вы знаете этого господина? – спросил он.

– Нет, джентльмена я вижу впервые, он не местный. А рядом с ним стоит Скиллинг, агент по продаже земельных участков.

Чарли повернулся лицом к пирсу, собираясь пришвартовать лодку.

– Я купил этот участок при посредничестве Скиллинга, поэтому он прекрасно знает, что земля принадлежит мне.

– Может быть, этот джентльмен тоже собирается строить склады, – предположила Сара, пожав плечами.

Чарли, прищурившись, снова взглянул на таинственного незнакомца, который вместе со Скиллингом, повернувшись, направился в сторону города.

– Возможно.

Он решил расспросить Скиллинга об этом джентльмене. Чарли интересовали личность и намерения незнакомца, который, по словам Сары, не был местным жителем. Если таинственный джентльмен был его конкурентом, Чарли следовало знать о нем все.

К сожалению, сейчас у Чарли не было времени для того, чтобы встретиться и поговорить со Скиллингом. Солнце уже стояло низко над горизонтом. Ему нужно было успеть отвезти Сару домой до того, как начнет смеркаться.

Выпрыгнув из лодки на пирс, он крепко привязал свое суденышко к причалу. Сара свернула парус и, закрепив его, протянула руки к Чарли. Он подхватил ее как пушинку и, на мгновение прижав к себе, поставил на землю. Огонь желания вспыхнул в его крови, когда он ощутил прикосновение ее мягкого женственного тела.

Чарли охватило желание прижать Сару к себе и впиться в ее губы жадным поцелуем. Сила этого желания поразила его, он едва сумел укротить бурю вспыхнувших в нем чувств.

Не замечая, что творится в его душе, охваченная безмятежной радостью, Сара звонко рассмеялась, и Чарли натянуто улыбнулся, глядя в ее лучистые глаза. Он не мог позволить себе поцеловать ее на глазах у снующих вокруг людей.

Стиснув зубы, Чарли взял себя в руки.

– Пойдемте, – хрипловатым голосом промолвил он, – нам пора возвращаться в поместье.

На следующий день, в воскресенье, Чарли, как обычно, поехал на утреннюю службу в церковь деревушки Кумб-Флори вместе со своими родственниками, которые жили в Моруэллан-Парке с матерью, братом и младшей сестрой Августой.

Три старшие сестры – Алатея, Мэри и Алиса – были замужем и жили отдельно. Правда, Алатея, вышедшая замуж за Габриэля Кинстера, жила поблизости от Моруэллан-Парка, в поместье Касли. Однако она посещала церковь, находившуюся неподалеку от имения мужа. Этот факт радовал Чарли. У Алатеи был зоркий глаз, она пристально следила за жизнью брата, отстаивая его интересы. Во многом благодаря ее усилиям поместье, которое унаследовал Чарли, находилось в хорошем состоянии. Алатея заботилась о благополучии семьи и рода Мередитов. Поэтому она наверняка заметила бы изменения, произошедшие в жизни Чарли.

Но Чарли не желал пока привлекать внимание к себе и Саре.

Сидя в церкви в первом ряду слева от прохода на резной деревянной скамье, которую всегда занимали Моруэлланы, он вполуха слушал проповедь. Краем глаза Чарли видел Сару, сидевшую на скамье Коннингемов, которая стояла в первом ряду справа от прохода.

Когда Чарли проходил мимо, ведя под руку мать, Сара учтиво улыбнулась ему. Он тоже выдавил улыбку, хотя ему было совсем не весело.

Вчера ему так и не удалось поцеловать ее.

Он надеялся, что они хотя бы на несколько минут останутся наедине, когда Сара пойдет провожать его до двери. И тогда он улучит момент и заключит ее в крепкие объятия. Но когда они вернулись в Коннингем-Мэнор, им навстречу из дома выбежали сестры Сары. Они засыпали Чарли вопросами, разглядывая его серых лошадей. От его внимания не ускользнули странные взгляды, которые они при этом искоса бросали на него и Сару.

Наконец служба закончилась. Чарли встал и повел свою мать к выходу из церкви. За ними следовала толпа других прихожан, среди которых были и Коннингемы. Возможно, ему удастся поговорить с Сарой на церковном дворе.

Но церковь Кумб-Флори посещало много местных дворян, и Чарли с матерью на каждом шагу останавливались перекинуться с ними парой слов. Чарли в последнее время редко приезжал в поместье, и поэтому теперь был нарасхват. Все стремились поболтать с ним.

Стараясь скрыть раздражение, Чарли учтиво побеседовал с сэром Уолтером Крискомбом об особенностях охоты на лис, а с Генри Уоллисом о состоянии дорог в графстве. Но даже рассуждая о качестве щебеночного покрытия, он краем глаза следил за Сарой. Она стояла в ярде от него. Напрягая слух, Чарли пытался расслышать, о чем она беседовала с миссис Данклифф, женой священника.

Они вели разговор о помощи сиротскому приюту в Кроукоме. Чарли снова заметил, с каким уважением окружающие относятся к его будущей невесте. Впервые это бросилось ему в глаза на званом вечере в доме леди Финсбери. Молодые леди и джентльмены, с которыми она беседовала в перерыве между танцами, внимательно прислушивались к ее мнению. Чарли видел, что сверстники высоко ценят ее за ум и сдержанность.

Судя по тону миссис Данклифф, старшее поколение тоже с большим уважением относилось к Саре, считая ее мудрой не по годам. Несмотря на ее молодость и статус незамужней девушки, с ней обсуждали важные для прихожан вопросы, интересуясь ее точкой зрения.

Став графиней, Сара, несомненно, укрепит свое положение в обществе. Почет, которым ее окружат в свете, возникнет не на пустом месте.

Простившись наконец с Генри Уоллисом, Чарли повернулся, собираясь подойти к Саре, но увидел, что ее отец уже повел свое семейство к ожидавшим их экипажам.

– До скорой встречи, Чарли! – обернувшись, крикнул ему лорд Коннингем.

Сара и ее близкие были приглашены сегодня на ленч в Моруэллан-Парк.

Чарли заставил себя улыбнуться. Сев в экипаж, Сара бросила на него сочувственный взгляд. Она хорошо понимала досаду Чарли. Поклонившись, он поспешил к своим родственникам, чтобы вместе с ними тоже отправиться в Моруэллан-Парк.

Сара удобно расположилась в уютном кресле в гостиной усадебного дома Моруэлланов.

Коннингемы получили письмо с приглашением вчера, когда Сара уехала на прогулку с Чарли. Но в том, что оно пришло накануне того дня, когда должен был состояться званый завтрак, не было ничего необычного. Моруэлланы и Коннингемы часто ездили друг к другу на воскресный ленч после, утренней службы в церкви. Матери Сары и Чарли являлись ровесницами, их дети были примерно одного возраста и нередко играли вместе, поскольку семьи жили по соседству.

Взглянув на Серену, сидевшую вместе с ее родителями у горевшего камина и обсуждавшую с ними последний светский скандал, Сара подумала, что мать Чарли, наверное, уже все знает о ней и своем сыне. Или, во всяком случае, догадывается о его намерениях. Недаром Серена время от времени бросала на нее ободряющие взгляды и с многозначительным видом поздоровалась при встрече, сильнее обычного сжав пальцы будущей невестки.

Судя по всему, Серена одобряла выбор сына. Это было понятно без слов. То, что мать Чарли была расположена к ней, не могло не радовать Сару. Но прежде чём принять окончательное решение, она должна была убедиться в том, что Чарли способен полюбить ее.

За последние несколько дней Сара многое узнала о нем, но главный вопрос, ответ на который она хотела во что бы то ни стало получить, все еще оставался открытым.

– Сара! – окликнула ее Клэри. – Мы хотим прогуляться вдоль озера. Ты пойдешь с нами?

Улыбнувшись, она покачала головой, и ее сестры вместе с Августой, которая была на год старше Клэри и уже выезжала в свет, вышли в сад через двустворчатую застекленную дверь гостиной, ведущую на террасу. Джереми в это время в дальнем конце комнаты мучил Чарли каким-то нудным разговором. Но, увидев, что девушки вышли из гостиной, он усмехнулся и, что-то быстро сказав старшему брату, бросился вслед за ними.

Взглянув на свою мать и Моруэлланов, увлеченно беседовавших у камина, Чарли направился к Саре. Подойдя к ней, он протянул руку:

– Пойдемте тоже выйдем на воздух.

Подняв свои васильковые глаза, Сара внимательно посмотрела на него. Она была уверена, что он не собирается присоединяться к компании сестер, и догадывалась, зачем именно Чарли приглашает ее на прогулку. Подав свою руку, она встала.

– И куда же мы пойдем? – спросила она, стараясь сохранять спокойствие.

Он показал рукой на застекленные двери:

– Сначала на террасу, а там посмотрим.

Не оборачиваясь – Сара не хотела видеть устремленные на нее, исполненные надежды взгляды родителей, – она направилась вместе с Чарли к двустворчатым дверям. Выйдя на воздух, Сара запахнула на груди теплую шаль и, взяв Чарли под руку, стала прогуливаться с ним по мощенной каменными плитами открытой террасе.

– В отличие от других дам вы, похоже, не слишком любите светские развлечения, – заметил он.

Сара пожала плечами.

– Я продолжаю выезжать в свет. Но восторг от первых балов уже прошел. Наши домашние вечеринки порой вызывают у меня больше приятных эмоций, чем светские рауты. За внешним блеском часто скрывается пустота. Меня убивает бесцельное времяпрепровождение.

Чарли удивленно поднял брови, но промолчал. Они повернули за угол и продолжили путь по участку террасы, который шел вдоль южного фасада здания.

– Вы, наверное, знаете этот дом не хуже, чем я.

– Сомневаюсь, что кто-нибудь знает его так же хорошо, как вы. Если только Джереми… – сказала Сара, но тут же покачала головой: – Впрочем, пожалуй, нет. Вы выросли здесь, это ваш дом, и вы с детства знали, что он перейдет к вам по наследству. Джереми тоже живет здесь, но все же это не его дом. Я уверена, что вы хорошо, знаете каждый уголок этого здания – от подвала до-чердака.

Чарли усмехнулся:

– Вы правы. Я облазил этот дом сверху донизу и всегда знал, что он принадлежит мне.

Остановившись у двустворчатых застекленных дверей, которые вели с террасы в одну из комнат, он распахнул их и поманил Сару за собой.

– Это библиотека, – промолвила она. – Я несколько лет не была здесь. – Переступив порог, она огляделась вокруг. – Вы сделали ремонт в этом помещении? – Чарли кивнул.

– Раньше, до замужества Алатеи, здесь находились ее владения. А потом библиотека стала моей любимой комнатой. Я часами просиживал здесь. Отец почему-то редко заходил сюда.

Сара огляделась. Произошедшие перемены бросались в глаза. Изящные вазочки, лампы и безделушки, которые украшали это помещение во времена Алатеи, исчезли. Теперь здесь царила мужская атмосфера. В библиотеке стояли темно-коричневые кожаные кресла и массивные книжные шкафы красного дерева. На окнах висели тяжелые портьеры из зеленого бархата. Однако ощущение роскоши осталось прежним. Над камином в золоченой раме висел живописный портрет одного из предков графа, на специальной подставке стояли хрустальные графины с напитками, а у двери Сара увидела большую старинную напольную вазу.

– Узнаю этот письменный стол, – сказала Сара. Массивный, украшенный причудливой резьбой стол стоял и дальнем конце комнаты. Его поверхность была тщательно отполирована. Однако разбросанные по нему бумаги, перья и карандаши свидетельствовали о том, что хозяин дома здесь часто работает.

Из сада тянуло сыростью и прохладой, и Чарли закрыл двери. В камине, отделанном мрамором, весело потрескивая, горел огонь. Пляшущие языки пламени бросали отблески на новый ковер с коричневато-зеленым узором и кожаные корешки книг с золотым тиснением, которые стояли на полках.

Сара долго, как зачарованная, осматривала обстановку библиотеки. Наконец она, повернувшись, взглянула на Чарли. Он стоял у одной из трех выходивших на террасу застекленных дверей и смотрел на залитую лунным светом лужайку, за которой блестел южный рукав озера.

Сара, осторожно ступая, подошла к нему.

Повернув вполоборота голову, Чарли взглянул на нее и тихо проникновенным голосом спросил:

– Вы хотите стать хозяйкой всего, этого?

Он имел в виду дом, усадьбу, все свое родовое поместье. Но Сара претендовала на большее.

Их взгляды встретились, и Сару охватил трепет. У нее был готов ответ на вопрос Чарли, но в какие слова облечь его?

– Да, – промолвила она, – но… мне этого недостаточно.

Он нахмурился:

– Чего же еще вы хотите?

– Чего я хочу? – задумчиво переспросила она, и тут вдруг ее осенило. Сара поняла, как объяснить Чарли, чего она ждет от брака с ним. – Когда вы вкладываете деньги в какое-нибудь дело, вы хотите, чтобы оно было безопасным и надежным, но вместе с тем оно должно увлекать вас, быть вам по душе, ради этого вы готовы пойти на риск. Только в этом случае вы получите моральное удовлетворение, ощутите радость. От брака я хочу того же самого. – Она сделала паузу. – Мне нужны не только надежность и уверенность в завтрашнем дне, но и… – Сара осеклась, не находя подходящих слов. Помолчав и собравшись с мыслями, она продолжала: – Я хочу бурных эмоций, острых ощущений, полноты бытия, риска, приносящего удовлетворение. Я хочу быть счастливой.

Чарли не верил ушам. Он привык скрывать свои чувства, и поэтому ни один мускул не дрогнул на его лице, хотя слова Сары потрясли его до глубины души. Она была невинным созданием, девственницей, в этом Чарли не сомневался. Но требования, которые Сара предъявляла к браку, означали лишь одно – она хотела страстных отношений, приносящих удовлетворение и блаженство.

Стало быть, стараясь лучше узнать Чарли, она одновременно оценивала его, пыталась понять, сможет ли он заронить в ней искру страсти, сделать ее счастливой, способен ли он на сильные чувства.

Чарли был не готов к такому испытанию, но не стал спорить с Сарой.

– Я не вижу никаких препятствий на пути исполнения ваших желаний, – усмехнувшись, промолвил он.

Сара нахмурилась.

– Вы в этом уверены?

Этот вопрос был вызван робостью Сары. Она была не уверена прежде всего в себе, Сара сомневалась, что способна воспламенить в нем страсть.

Если принять во внимание репутацию Чарли, то ее сомнения были вполне обоснованными. Но Чарли искренне верил, что сможет дать ей блаженство.

Чарли осторожно обнял Сару, стараясь не испугать, не взволновать ее. Его ладони легли на талию Сары, и он привлек ее к себе.

Сара не знала, как реагировать на его действия. Чарли чувствовал, что она сжалась, как дикий своенравный зверек, не привыкший к человеку. Она была чиста и непорочна, и это возбуждало Чарли. Он хотел ее, его охватило непреодолимое желание овладеть ею.

Но он сумел безжалостно подавить свои инстинкты.

– Я смогу дать вам то, чего вы хотите, – заявил он.

Она провела кончиком языка по пересохшим от волнений губам, не спуская с него широко распахнутых васильковых глаз.

– Я…

– О, прекрасно понимаю, что прежде чем вы согласитесь стать моей женой, вы должны убедиться в моей способности дать вам счастье.

Чарли с трудом заставил себя отвести глаза от ее сочных алых губ.

Лицо Сары озарилось радостной улыбкой.

– Как хорошо, что вы понимаете меня.

Чарли склонил голову.

– Я уже сказал, что не вижу препятствий, которые могли бы помешать осуществлению вашей мечты.

Последние слова он прошептал, приблизившись к ее губам. Ресницы Сары затрепетали. Чарли осторожно коснулся ее туб, а затем припал к ним в жадном поцелуе, который должен был успокоить ее девичий испуг и унять бившую ее дрожь.

Поцелуй Чарли становился все более страстным, и Сара сначала робко, а потом все смелее отвечала ему. У нее были нежные податливые губы. У Чарли перехватило дыхание, когда он провел кончиком языка по нижней губе Сары и она впустила его внутрь.

Его язык стал исследовать теплую пещеру ее рта. Несмотря на свою опытность, Чарли испытывал небывалое волнение. Его возбуждение нарастало. Дрожь пробегала по телу Чарли. Сара отвечала на его ласки, и это доставляло ему ни с чем не сравнимое наслаждение.

У Сары кружилась голова, ее мысли путались. Бешено колотившееся сердце, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Чем дольше длился поцелуй, тем сильнее становилось волнение Сары. Магия обольщения сводила ее с ума, и вскоре она погрузилась в полузабытье.

Ласки Чарли опьяняли ее, по телу Сары разлилась сладкая пега. У нее подкашивались колени. Губы ее пылали, и теперь она уверенна и дерзко отвечала на поцелуи Чарли.

Обвив руками его шею, она крепко прижалась к его сильной груди. Но тут Чарли прервал поцелуй и слегка отстранился от нее. Ему не хотелось этого делать, но он боялся перевозбудиться и потерять контроль над собой.

Подняв тяжелые веки, которые как будто налились свинцом, Сара взглянула на Чарли и увидела, что он смотрит поверх ее головы в сад.

– Наши сестры возвращаются, – прошептал он.

В его тоне звучало недовольство. Он был явно разочарован тем, что их свидание прервали. Сара взглянула в сторону озера и поморщилась. Она разделяла чувства Чарли.

– Да, нам надо возвращаться, – вздохнув, сказала она. – Иначе нас хватятся и начнут искать.

Глава 3

Одетая в изящное серое платье для верховой езды. Сара прогарцевала по двору на своей гнедой кобыле по кличке Мулатка, названной так потому, что у нее был роскошный густой темный хвост, и, выехав из ворот усадьбы, направилась на север по проселочной дороге.

Стояла прекрасная тихая погода, на небе неярко светило солнце, прохладный воздух бодрил наездницу. Она пустила Мулатку легким галопом и через некоторое время услышала за спиной стук копыт, а затем и голос догонявшего ее всадника:

– Сара!

Натянув поводья, она повернула голову и увидела мчащегося к ней рысью Чарли. Сара улыбнулась ему. Он скакал на своем сером в яблоках мерине, мощном, широкогрудом, с большим крупом. Но сравнению с ним Мулатка казалась маленькой изящной лошадкой. Чарли, как всегда, ловко и непринужденно держался в седле, правя своим скакуном с искусностью опытного наездника.

Поравнявшись с ней, он попридержал коня, и его взгляд скользнув по лицу Сары, остановился на ее алых манящих губах.

– Я рад, что встретил вас… Я собирался съездить к мосту над водопадом и хотел пригласить вас на эту прогулку.

Сара вздохнула с сожалением.

– Я с удовольствием проеду с вами часть пути, но не смогу составить вам компанию. По понедельникам я обычно посещаю сиротский приют. Сейчас я как раз направляюсь туда. В десять часов начнется, заседание попечительского совета, на котором я обязательно должна присутствовать.

Она пришпорила свою Мулатку, и лошадь пошла шагом. Шторм Чарли не отставал от нее.

– Стало быть, вы держите путь в сиротский приют близ Кроукома? – нахмурившись, спросил Чарли. Он вспомнил разговор Сары и миссис Данклифф на церковном дворе, и в его памяти всплыло название приюта. Чарли взглянул на Сару. – Речь идет о Квилли-Фарме?

Она кивнула:

– Да. Здание приюта, и земля, на которой он стоит, принадлежат мне.

Чарли огорчило то, что он еще многого не знает о своей будущей невесте. Ему следовало внимательнее следить за событиями в округе.

– А я думал, что владелицей дома и земельного участка является леди Криклейд.

Губы Сары изогнулись в улыбке.

– Да, все это до недавнего времени принадлежало ей. Она была моей крестной матерью. Но три года назад леди Криклейд умерла и завещала мне в наследство дом, землю и кое-какие денежные средства для приюта. С тех пор ответственность за живущих там сирот лежит на мне. – Сара снова пришпорила лошадь. – Мне надо спешить, иначе я опоздаю.

Мулатка, а за ней и Шторм перешли на легкую рысь.

– Вы не будете возражать, если я поеду с вами? – неожиданно спросил Чарли, искоса поглядывая на Сару. – Мне хочется посмотреть, как строится работа приюта.

Окинув Чарли задумчивым взглядом, Сара кивнула:

– Как вам будет угодно.

И она снова сосредоточила все свое внимание на дороге. Сара гнала лошадь, спеша на заседание, но Шторм не отставал.

– Кто еще входит в попечительский совет? – поинтересовался Чарли.

– Кроме меня и моей матушки, которая, впрочем, редко бывает на заседаниях, его членами являются мистер Скеггз, поверенный из Кроукома, и миссис Данклифф, жена приходского священника. Скеггз, миссис Данклифф и я составляем костяк совета. Мы изо дня в день следим за работой приюта и заседаем каждую неделю, решая текущие вопросы. Мистер Хэндли, мэр Уотчета, и мистер Кемпсет, чиновник из Тонтона приезжают в приют раз в год, зимой, или наведываются чаще по нашему приглашению.

Чарли кивнул.

– Сколько сирот воспитывается в вашем приюте?

– Сейчас в нем тридцать один человек, начиная от младенцев и заканчивая тринадцатилетними подростками. Как только нашим воспитанникам исполняется четырнадцать лет, мы находим для них работу в Уотчете или Тонтоне. Большинство детей родом из этих городов. Сейчас в Тонтоне работает много фабрик, а на производстве часто случаются аварии, и дети остаются без отцов. Без главного кормильца семьи голодают, матери несчастных детей умирают от недоедания и болезней. Так ребятишки становятся сиротами. А в Уотчете и других городках побережья много рыбаков и матросов гибнут в море.

– Стало быть, последние три года вы занимались приютом?

– О, я начала заниматься им еще при жизни леди Криклейд. Она была близкой подругой моей матушки. Ее муж умер вскоре после свадьбы, и леди Криклейд так и осталась бездетной. Много лет назад она вместе с моей матушкой основала сиротский приют. Леди Криклейд давно решила передать Квилли-Фарм мне и поэтому начала вводить меня в курс дела, когда я была еще совсем юной. Сколько я себя помню, я всегда ездила в приют по понедельникам.

На горизонте показались крыши Кроукома. Не доезжая до деревушки, всадники свернули на узкую дорогу, которая вела к приюту, и вскоре впереди на ровном открытом участке земли увидели Квилли-Фарм, бывшую ферму, на территории которой теперь разместилось воспитательное учреждение для маленьких сирот.

– А какую территорию занимает приют? – спросил Чарли, когда они уже подъезжали к жилому дому бывшей фермерской усадьбы.

Фасад главного здания, возведенного из местного красного песчаника, утратившего с годами свой первоначальный цвет и ставшего розовым, был обращен к востоку, где за долиной возвышались холмы Квонтокс. Оно было двухэтажным, с надстроенной из дерева мансардой. Как и многие другие строения в округе, приют имел серую шиферную крышу. Здание было довольно старым – его фундамент под тяжестью толстых каменных стен врос в землю, но благодаря заботам Сары и других членов попечительского совета постройка находилась в хорошем состоянии. Просторный двор был выровнен и усыпан гравием. За его пределами простирались поля.

– На юге территория бывшей фермы граничит с рекой, – сказала Сара, показав рукой на тянущуюся вдали линию кустарников и деревьев, за которой скрывалось русло небольшой речки.

Вход в приют находился строго по центру длинного главного фасада и был оформлен небольшим портиком. Симметрично расположенные по обеим сторонам от него окна были закрыты деревянными ставнями.

Спешившись, Сара и Чарли привязали своих лошадей к перилам, крыльца. На дворе стояла двуколка, запряженная смирной-кобылой, которая, казалось, дремала.

– Миссис Данклифф уже здесь, – сказала Сара, кивнув на коляску, и направилась к двери, снимая на ходу перчатки.

Сара открыла дверь и вошла в приют. Чарли поспешил за ней и через несколько мгновений оказался в настоящем бедламе.

Во всяком случае, ему так показалось. Восемь ребятишек обоих полов как сумасшедшие носились по прихожей. Увидев Сару, они с громкими радостными криками бросились к ней и стали приветствовать ее, перебивая друг друга.

У Чарли закладывало уши от их пронзительных голосов, и ему потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя. Дети обступили их со всех сторон. Однако Сара в отличие от него не растерялась. Она гладила ребятишек по головам и расспрашивала их о житье-бытье.

– Вы хотите поучаствовать в заседании совета или пойдете осматривать приют? – спросила Чарли Сара.

– Если вы не возражаете, мне хотелось бы послушать, что вы будете обсуждать на заседании совета. Я еще успею осмотреть приют.

Она улыбнулась:

– Я не возражаю. Думаю, вы узнаете кое-что интересное, послушав нас.

Чарли не понял, что хотела сказать Сара этими словами, но с решительным видом последовал за ней в комнату. По правде говоря, ему самому хотелось больше узнать о жизни сиротского приюта. Как-никак он был самым именитым аристократом в округе и должен был находиться в курсе событий, происходящих в графстве. К сожалению, он почти ничего не знал о приюте Квилли-Фарм, о том, как он финансируется, как живут сироты.

Увидев графа, члены попечительского совета не смогли скрыть удивления. Переглянувшись, они учтиво поздоровались с ним.

Чарли был знаком с ними. Поздоровавшись и пожав им руки, он выдвинул стул для Сары и помог ей сесть.

– Надеюсь, вы не будете возражать, если я послушаю обсуждение текущих дел, – с улыбкой сказал он, усевшись поодаль от них. – Мне хотелось бы познакомиться с жизнью приюта.

Миссис Данклифф и мистер Скеггз в один голос заявили, что рады его присутствию на заседании попечительского совета.

– Чем больше местных жителей, занимающих высокое положение в обществе, будут поддерживать нас, тем лучше, – сияя от радости, заявил он.

Достав из портфеля стоику документов, мистер Скеггз, худой человек с бескровным анемичным лицом, водрузил на свой острый нос пенсне.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю