Текст книги "Измена. Ты старая и скучная (СИ)"

Автор книги: Лиза Шимай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Глава 9

Сейчас я понимаю, насколько глупым был поступок уехать за город. Но я же не могла такого ожидать? Я же не знала, что с моей дочерью что-то случится.

Конечно, у меня были опасения, но я до последнего надеялась, что ей и окружающим хватит здравого смысла, чтобы не устроить подобное сегодня.

Мне понадобилось довольно много времени, чтобы вызвать такси, а потом еще доехать до больницы.

Когда я приехала туда, то довольно долго не могла найти свою семью.

В регистратуре произошла какая-то путаница с фамилиями. И только минут через пятнадцать меня провели к дочери.

Когда я забежала в палату, то там она была одна. Нога в гипсе. А на лбу... повязка.

– Как ты? Как ты так умудрилась, моя хорошая?

Я тут же подлетаю к дочери. Она надувает губы и отворачивается, складывая руки на груди.

– Ну и долго же ты ехала?

– Я только узнала, мне отец дозвонился.

– Конечно, непонятно чем занималась…

– Я отключила телефон.

– Да, мне уже сказали!

– Что значит непонятно чем занималась?

– Ты даже на звонки ее не отвечала!

– Я думаю, ты прекрасно понимаешь, что именно произошло и по какой причине я не отвечала на ее звонки. Твой отец должен был позвонить мне сам.

– Он звонил, и все звонили. Но у тебя был выключен телефон. Как ты могла выключить телефон, мама?

– Мне нужно было отдохнуть.

Я резко встаю и смотрю на дочь. Не могу поверить своим ушам. Теперь она меня еще упрекает в том, что я не прилетела к ней в первые секунды. Конечно, я понимаю, что я должна была это сделать. Но я же тоже живой человек!

– Как ты себя чувствуешь? Как ты умудрилась попасть в аварию?

Пытаюсь я перевести тему разговора.

– А ты радуешься, наверное, да? – Заявляет Настя. – Довольна, что это произошло? Ты так и думала, да? Ну давай говори. Я же говорила, я знала, что так будет.

– Я не буду говорить подобное. Я сейчас забочусь только о твоем здоровье.

– Конечно, так я тебе и поверю. Радуешься, наверное. Так вот, мама, я даже за рулем не сидела. Я была на пассажирском кресле, потому что побоялась сесть за руль этой машины.

– А кто был за рулем?

– Это неважно. Кто-то еще пострадал? Что случилось? Настя, расскажи мне все.

Я уже начинаю злиться и срываюсь на крик. Поведение дочери меня возмущает. Она попала в аварию, но ведет себя так, будто я в чем-то виновата. Будто я это сделала, а не она.

В этот момент в палату заходит Андрей.

В его руках поднос с едой. Он подходит к Насте, ставит его на предубежной столик. Говорит:

– Поешь. Тебе нужно принимать лекарство через полчаса.

– Я не хочу есть эту отвратительную больничную еду. Неужели нельзя привезти мне что-то нормальное?

– Настя, прекрати вести себя как ребенок. Ты уже взрослая. Неси ответственность за свои поступки, – не выдерживаю я.

Андрей осторожно берет меня за руку и ведет к выходу.

– Мам, пойдем. Успокойся.

– Ну ты видишь, Андрей, ты видишь?

– Мам, пойдем, – настаивает Андрей, вытаскивает меня из палаты. М

не на самом деле очень хочется остаться с дочерью. Я правда за нее очень сильно волнуюсь. Но ее поведение меня возмущает.

Поэтому я выхожу за Андреем.

– Скажи мне, никто больше не пострадал?

– Пострадал. За рулем сидела ее подруга. Она в соседней палате, сейчас без сознания.

– Боже, какой кошмар.

– Настя говорит, не сидела за рулем. Не знаю, я ей не верю. Когда их нашли, то они обе были в сознании. Но у ее подруги сильное сотрясение. Могу только предположить, что она была пристегнута, а подруга сидела на пассажирском и не пристегнута. Возможно, они поменялись местами, не знаю. Но это только мое предположение. И еще нога Насти… Я не понимаю как она ее сломала…

– Я надеюсь, что с девочкой все будет хорошо. Где она, где ее родители?

– Отец и братья пошли к ним общаться. Пытаются выяснить, что произошло. Уже вызвали полицию. Тут просто настоящее сумасшествие.

– Какой кошмар, а я еще глупо отключила телефон.

– Ничего, не волнуйся. – Андрей гладит меня по плечу. – Они прекрасно, что ты за городом. Даже если бы ты не выключила телефон, там иногда очень плохо ловит связь. Такое бывает. Я собирался поехать за тобой или отправить кого-то, но тут такая суета.

– Ничего. Вы мне звонили, а я…

– Мам, я еще хочу кое-что сказать. Я не хочу в это лезть. И я не понимаю всей ситуации. Это ваши отношения с отцом. Но здесь Тамара. Я так подозреваю, видеть ты ее не хочешь?

Мне становится не по себе, тошнота снова подкатывает к горлу, я с трудом удерживаюсь на ногах.

Только её не хватало!

Поворачиваюсь и вижу, как по коридору в нашу сторону идут Тамара и Сергей.

Глава 10

– Заходила к Насте? – Спрашивает Сергей.

Тамара останавливается в сторонке, хоть на это мозгов у нее хватает, не подходит ближе.

– Да, Сергей нам надо поговорить, – я перевожу взгляд на Тамару, – в узком, семейном кругу.

Сергей даже не смотрит на Тамару, она отступает на пару шагов.

– Пойдем, тут есть комната отдыха, там и поговорим.

Мы идем в комнату отдыха, если бы не обстоятельства, я бы предпочла не разговаривать с Сергеем, больше никогда, но нас вынуждают обстоятельства.

– Настя была за рулем? – Спрашиваю, как только мы остаемся втроем.

– Говорит что нет.

Андрей фыркает и отходит в сторону, складывая руки на груди.

– И ты ей веришь? – Спрашиваю я, – Сереж, это серьезно. Это уже не просто подростковые проблемы. Девочка попала в больницу. По Настиной вине. Настя ногу сломала. Как она могла сломать? Ты понимаешь что это мутная история.

– С девочкой все хорошо. Просто сотрясение.

– Просто сотрясение, – повторяю я, – сотрясение это очень серьезно, даже легкое. И в этом виновата твоя дочь.

– Все решим.

– Решим? – Взрываюсь я, – тут не решать надо, а принимать меры. Ты хоть понимаешь что произошло? А в глазах нашей дочери я даже вины не вижу. Серёж, она не чувствует себя виноватой.

– Она в шоке. Не осознала.

– Она избалованная, – говорю я, – не осознает. Ждет что папочка, как всегда, все решит.

– Не нужно перекладывать на меня всю вину за воспитание!

Я сжимаю руки в кулаки и делаю глубокий вдох.

– Андрей, подожди нас в коридоре, – говорит муж.

Андрей уходит и я моментально чувствую страх. Раньше я не боялась оставаться со своим мужем наедине, а сейчас у меня мороз по коже от его взгляда.

– Альбина, – говорит муж, – прекрати истерику и не вздумай ничего, никому говорить. Поняла? Я сам во всем разберусь. На счет дочери, она ответит за свой поступок.

– Как ответит? – Говорю слабым голосом, – заберешь у нее телефон на неделю? Это не решение проблемы, она должна понимать что все очень серьезно.

– Поймет. Успокойся.

– Как я могу успокоиться? Как ты можешь быть таким спокойным? Наша дочь могла ее убить.

– Все живы!

– Ты черствый, – шепчу я, – бессердечный. Не могу с тобой спокойно разговаривать, ты изменился. Я будто не со своим мужем говорю.

Иду к выходу, но муж хватает меня за руку.

– Это я черствый? У тебя эмоциональный диапазон, как у стула.

– Я… нет… В отличии от тебя, я волнуюсь за судьбу нашей дочери.

– Пока ты волнуешься, я решаю проблемы. Лечение Яны оплатил, с её родителями все обсудил. С дочерью сам разберусь.

– Где машина?

– Ее еще раз осмотрит полиция, затем я продам ее, в разборку, уже договорились.

– Она не чувствует вину.

Я убираю свою руку и иду к выходу, не успеваю открыть дверь, как слышу какие-то крики.

Палата Насти совсем рядом, поэтому я сразу бросаюсь туда.

В палате Настя, а рядом, та самая Яна, у нее перебинтована голова и девочка выглядит бледной, в угол забилась Тамара и Андрей схватив ее за руку пытается вытащить из палаты.

– Что тут происходит?

– Мама, выйди! – Кричит Настя.

– Яночка, ты как? – Я подбегаю к Яне и обнимаю её за плечи.

– Плохо тетя Альбина, – слабым голосом говорит Яна, – ваша дочь нарушила правила, попала в аварию, а теперь валит все на меня. Я в больницу попала и меня прав лишат, – Яна всхлипывает, – я завтра должна была ехать на стажировку в Германию. Теперь мне нельзя лететь.

– Ты была за рулем, – говорит Настя.

– Нет. Пусть мои родители согласились. Но я взрослая, совершеннолетняя, я не буду молчать. Я говорила тебе медленнее ехать, а ты гнала как сумасшедшая. Тетя Альбина, – Яна поворачивается ко мне и смотрит глазами, полными слез, – я не сидела за рулем, правда. Мои родители в шоке, они говорят что я должна вам деньги. Но это не так. Настя быстро ехала, я говорила ехать медленнее, мы врезались в остановку… А что, если бы там были люди? А что, если бы кто-то пострадал?

– Хорошо. Мы во всем разберемся.

– Ты ей веришь, а не мне? – Кричит Настя, – вот так всегда. У тебя все хорошие, а я плохая. Это она все сделала. Это она. Но ты же, мама, мне не поверишь. Даже тетя Тамара мне верит, а ты нет. И папа не верит. Все не верят, а меня там не было.

Я в замешательстве.

Не знаю что и думать.

Я хочу верить дочери, но Яна так убедительна.

Я оборачиваюсь и вижу, что Андрей вытолкал Тамару из палаты. Обнимаю Яну, а затем подхожу к дочери и сажусь на край её кровати.

– Милая, скажи как ты ногу сломала? Как так получилось?

– Яна меня толкнула, когда мы выбрались из машины.

– Неправда! – Кричит Яна.

Я вижу что у Яны сил много, а сразу она мне показалась уставшей. И правда, не пойму кому верить.

– Так, девочки, давайте все по палатам. Будем разбираться, на счет стажировки… мы подумаем.

Девчонки снова кричат друг на друга, обвиняют во всех смертных грехах, но мы с Сергеем отправляем Яну в ее палату, а затем садимся на лавочку в коридоре.

– Я не верю Насте, но и подруга ее врет. – Говорит Сергей, – в любом случае мы должны дочь защитить. Не вмешивайся, я сам все решу.

– Реши, только Тамару свою выгони отсюда.

– Не о ней сейчас надо думать.

Глава 11

– О ней тоже надо думать, – настаиваю я, – я ей не доверяю, не знаю что она еще выкинет.

– Вы столько лет были подругами…

– Пока она не залезла моему мужу в штаны, – выплевываю я, – Тамара не подарок, я всегда это знала. Но я никогда не ожидала, что она меня так предаст. Да что Тамара, ты меня предал.

– Альбина, сейчас не время для этого. Давай сосредоточимся на нашей дочери. – Сергей резко встает и отходит в сторону. – Сейчас нет ничего важнее, чем решить эту проблему.

– Проблему? Эта проблема возникла только из-за того, что ты всегда потакал нашей дочери. Любым ее капризам, любым ее выходкам. Ты никогда не наказывал ее. И когда я пыталась проявить участие в воспитании, ты всегда все пресекал. Мальчиков ты воспитывал не так.

– Мальчики, это другое.

– Нет, все должны жить по одним правилам. Все должны знать, что такое хорошо и плохо. А у Насти стерты границы морали. Она сейчас даже не осознает то, что натворила. Она не понимает и не сожалеет об этом. Сергей, ты понимаешь, с какими проблемами дальше мы можем столкнуться? Дальше будет только хуже. В этот раз мы должны быть вместе, единогласно решить, как наказать Настю.

Я сама не верю своим словам. Последнее, что мне сейчас хочется, это быть рядом с моим мужем. Но я понимаю, что ради будущего дочери я должна забыть о своих обидах.

Мы должны решить этот вопрос.

А еще меня очень сильно раздражает поведение Тамары. Я не доставлю ей такого удовольствия. Да, мы разойдемся с Сергеем, но не сейчас.

Сейчас я буду делать вид, что я его простила, и у нас все хорошо. Понимаю, что это будет сложно, очень сложно. Но я не дам ей победить. Сергей сказал, что не хочет развод. Я сделаю вид, что я с ним согласилась.

– Пойдем к нашей дочери, нам нужно быть с ней.

Я снова пытаюсь поговорить с дочкой, но она только закатывает истерики. Сергею звонят из полиции и он уходит, чтобы поговорить, а я сажусь на край кровати и беру Настю за руку.

– Милая, пойми, это твоя машина. Я сейчас не говорю о том, кто был за рулём. То, что ты говоришь ты и говоришь Яна, совершенно противоречит друг другу. Но если ты была за рулём, ты должна сказать правду.

– Мам, я уже сказала, меня там не было, она села за руль.

– Хорошо, но зачем ты пустила ее? Я знаю, что ты не пила даже шампанское на своем празднике. Про Яну не знаю, пила она или нет.

Настя отворачивается, молчит.

– Как ты могла посадить за руль своей новой машины свою подругу?

– Она попросила прокатиться, сказала, что я очень плохо выезжаю из ворот. Сказала, что выйдет и потом даст пересесть мне. Но когда она газанула, то потом уже не захотела пересаживаться. Я надеялась, что мы доедем до ближайшего удобного места для стоянки и там поменяемся местами. А затем она так разогналась, мам, она так разогналась, я кричала и просила ее остановиться. И мы врезались. Хорошо, что никого не сбили…

Мне хочется обнять дочь, но я смотрю в ее глаза, и у меня ощущение, что она абсолютно ни о чем не жалеет.

Не знаю, как это объяснить, но я это чувствую.

Я ее мать, я ее знаю.

– Настя, то, что произошло, просто ужасно. Отец поможет во всем разобраться. И полиция обязательно установит, кто именно был за рулем. Ты же понимаешь, что в наше время об этом узнают? Поэтому нужно обязательно все рассказывать, как есть.

– Я всё рассказала, мне больше нечего говорить.

Дочку оставляют в этот день в больнице. Я решаю съездить домой, переодеться, привести себя в порядок и приехать позже.

Братья Насти уже уехали. Поэтому я беру такси, еду в свой старый дом.

Он выглядит просто ужасно. Мне хочется стереть все следы прошедшего вечера. Поэтому я беру мешки для мусора, сама собираю гирлянды и выбрасываю, грязную посуду складываю в посудомойку.

Я не собиралась этого делать, но видно, что нервное напряжение настолько сильное, и мне нужно его куда-то направить. Прихожу с себя только спустя несколько часов.

Собираюсь снова вызывать такси, и в этот момент приезжает домой Сергей.

– Все очень плохо, – говорит Сергей. – Я договорился, чтобы все тщательно проверили. Установить, кто был за рулем на данный момент, не удается. То, что у Насти сломана нога, еще больше усложняет ситуацию. А то, что Яна толком не говорит правду, тем более. У Яны и Насти взяли кровь. Скоро придут ответы. Мы узнаем, кто из них пил или что-то еще принимал.

– Боже, какой кошмар. Как ты мог допустить? Как ты позволил?

– Но она сказала, что поедет, сделает кружок по нашему району и вернется.

– Ну, а ты не видел, что Яна села за руль?

– Меня отвлекли. В тот момент я не смотрел, кто именно сел за руль.

– Что значит отвлекли? Отвлекся на свою драгоценную Тамару, да? Ты был с ней? – Я чувствую, как во мне закипает ярость. А ещё недавно я немного смогла успокоиться. – Скажи мне честно, ты что в этот момент был со своей любовницей? В этот момент, когда наша дочь села за руль автомобиля и потом попала в аварию? Когда ты уже поймешь какая наша дочь!

– Прекрати истерику, – жестко говорит муж, – сколько можно? Все. Уже случилось. Сейчас надо не истерить, а решать проблему.

Глава 12

– Камеры. Ты смотрел камеры?

– Зона, где была машина Насти не просматривается, там дерево и…

– Я давно говорила спилить это чертово дерево!

– И в этом я виноват?

– Да! Ты виноват в том, что испортил мне жизнь. Ты виноват, что наша дочка себя так ведет. Единственный адекватный в нашей семье – это Андрей. Только он понимает, что здесь происходит.

– Андрей, – усмехается Сергей, – может быть, потому что это мой сын, а не твой.

Бьет по больному месту.

– Я его воспитывала практически с самого рождения.

– Но кровь-то не твоя.

Я чувствую, что меня начинает трясти. Злоба окутывает.

– Твои дети. Посмотри, что вытворяют твои дети. – Говорит Сергей. – Настя, ты хочешь переложить всю вину на меня? А не думаешь, что есть какая-то твоя вина в том, как она себя ведет? Не задумывалась об этом? И ты все время забываешь, что у нас есть еще один сын. Ты вообще в курсе, как он живет? Ты в курсе, сколько раз я вытаскивал его из самых разных проблем, о которых ты даже и не слышала? Поэтому не нужно сейчас продолжать. Ситуация уже случилась, а ты продолжаешь кричать и размахивать руками. Какой в этом толк?

– Да тебя послушать, вообще, все, что я делаю, не имеет никакого смысла.

– То, что ты делаешь, усугубляет ситуацию.

– Это ты связался с другой женщиной. Это не усугубляет ситуацию?

– А ты хотя бы подумала, почему это произошло? Ты холодная, бесчувственная. Даже не знаешь, как к тебе подойти. Постоянно фыркаешь, отталкиваешь от меня. Чего ты ждала? Что я буду сидеть ждать, пока у тебя появится настроение на секс? Правда удивительно, что это случилось только сейчас? А мне вот удивительно, что это не случилось раньше. Слишком я долго ждал.

– Ты жесток. Это неправда… Я всегда старалась…

– Старалась. – Повторяет Сергей с такой неприязнью, что я вздрагиваю. – Ты отстранилась от меня, я только и слышу, я устала, я пораньше лягу спать. От чего ты устала? От шикарного дома? От клининга раз в неделю, от еды из ресторанов? Ты ничего не делаешь весь день и устала. Я делал все чтобы тебе было проще жить, но ты устала…

Это жестоко со стороны моего мужа говорить подобные вещи. Конечно, наша личная жизнь немного изменилась за последние годы. Но я была уверена, что дело в возрасте.

Я уже не молода, что бы там ни говорили. Но с возрастом тело меняется, и либидо падает. Я знаю, что у некоторых женщин все происходит иначе. Но у меня именно так.

Я неплохо выгляжу, стараюсь ухаживать за собой, но уже давно не чувствую себя привлекательной. И правда, вечерами у меня совершенно нет сил на какую-то близость. Иногда, конечно, она у нас есть. Но, видимо, не так часто, как хотелось бы моему мужу. Но я все же не считаю, что он имел право мне изменять и так поступать со мной.

Я всегда старалась о нем заботиться и уделять достаточно внимания.

Мы прошли через очень сложные испытания. Когда я вышла за него замуж, то у него уже был Андрюша. Маленький, крохотный, беззащитный ребенок, которому я была совершенно не готова.

Но мне пришлось взять себя в руки и ради любви к Сергею воспитывать чужого ребенка. Да, я полюбила его как своего. И сейчас считаю своим сыном. Он не имеет права говорить подобное. Я воспитывала этого мальчика. Я заменила ему мать.

Потом у нас появилось еще двое детей. И я была безумно счастлива. Я думала, это то, что хочет Сергей, и то, что хочу я. Но вот с возрастом, когда дети выросли, он захотел что-то еще.

Новое, другое.

Моложе, чем я.

Активнее, чем я.

И это обидно.

Мне не нравятся некоторые поступки Сергея. Иногда он меня пугает, а иногда очень злит. Но я никогда и мысли не допускала, что из-за этого каким-то образом разрушу нашу семью.

Мне тоже некоторых вещей не хватает в браке. Например, нежности или какого-то участия. Мне очень не хватает духовной близости. Но это же не в счёт, это же не имеет никакого значения. Когда мне что-то не хватало, то я просто старалась подавить себе эти чувства.

Я никогда и мысли не допускала о том, что могу пойти на сторону и кого-то искать. А вот он это сделал, а теперь обвиняет меня в своей измене. Говорит, что это я виновата.

– Ты несправедлив ко мне и жесток.

Я разворачиваюсь и хочу выйти из комнаты, но Сергей хватает меня за руку и притягивает к себе.

– Сейчас ты успокоишься, возьмешь себя в руки и будешь вести себя, как и раньше, как ледяная королева. Спокойная и уравновешенная, поняла? Все эти сутки ты будто с цепи сорвалась. И меня это дико раздражает. Сейчас не та ситуация, чтобы выяснять отношения. Ты моя жена, я твой муж. Не важно, что произошло. Мы решаем проблему нашей дочери. А затем… – Сергей окидывает меня презрительным взглядом. – Поговорим, посмотрим, что будет дальше.

Мне не нравятся его слова.

Посмотрим, что будет дальше.

Ощущение, что он мне выставит какие-то условия, которые мне совершенно не понравятся.

Глава 13

Настю выписали из больницы через неделю, я думала сложно пережить аварию, но вот восстановление после аварии, далось мне еще сложнее.

Настя ведет себя, как капризный ребенок. Лежит в кровати, смотрит сериалы и постоянно жалуется что ей все не так.

Чай слишком холодный, котлеты невкусные, а салат не, тот который она хотела. Я превратилась в сиделку и обслуживающий персонал.

Я понимаю, что она моя дочь, я должна о ней заботиться, все-таки она лежит со сломанной ногой. Настя очень активная и подвижная, ей тяжело переносить подобное, но это же не моя вина.

Я стараюсь изо всех сил, но у меня ощущение что чем больше я делаю, тем хуже становится, в некоторые моменты я просто закрываюсь на кухне, и хочу кричать от боли и жалости к себе.

Не представляю, что мне делать дальше.

Полиция все еще разбирается с аварией, Сергей сказал, что совсем разберется, но в последний момент родители Яны дали попятную, сказали, что буду защищать свою дочь до последнего.

Полицейские внимательно осмотрели место аварии, машину. Но так и не смогли установить, кто именно сидел за рулем, а девочки постоянно друг другу противоречат.

Полиция уже начала нас убеждать в том, что мы должны подписать мировую, но никто не соглашается.

А я хочу все это поскорее закончить и забыть, хочу стереть из памяти, и чтобы в личном деле моей дочери это ужасная трагедия никогда не появлялась.

Сегодня я снова закрылась на кухне, вцепилась руками в край стола и склонила голову.

Дышу.

Сдерживаюсь.

Только бы не закричать. Не могу больше.

Настя сведет меня с ума.

Андрей и Миша первые дни помогали, а сейчас испарились. Я их понимаю, я и сама хотела бы испариться.

– Что с тобой происходит? – На кухню заходит мой муж.

Да, мы все еще продолжаем жить вместе, под одной крышей, правда, спим разных спальнях. И по моему нас обоих это устраивает.

– Пытаюсь успокоиться. – Киваю в сторону подноса, на котором стоит стакан апельсинового сока и овсяная каша с фруктами. – Отнеси Насте, я больше не могу с ней разговаривать. Я приготовила ей кашу. Она сказала, что не хочет с ягодами, а хочет с фруктами. Я уже не могу все это переделывать.

– Ты преувеличиваешь.

– Преувеличиваю? А давай, проведи с ней один день. Давай позаботься, помоги ходить в туалет. Помоги расчесывать волосы, потому что у нее начинается колотуны на волосах. А ты знаешь, как она о них заботится. Давай замени меня на день-два. Я посмотрю, что с тобой будет.

– Ты преувеличиваешь, – повторяет муж.

– Преувеличиваю? Так давай, в чем дело?

– Ну хорошо, давай, я останусь.

– Тебе же сегодня нужно было навстречу?

– Без проблем, отменю. Мне уже надоело видеть твою кислую мину. Все тебе не так. Это твоя дочь. Да, она попала в аварию, да, по своей вине. Но нет ничего страшного в том, чтобы ей помочь.

Я стискиваю зубы до боли.

Хочу его придушить на месте.

Ненавижу.

Он постоянно принижает мои заслуги.

Он постоянно говорит, что я делаю недостаточно.

– Вперед. И обед ей сам приготовишь, а потом еще и ужин.

Подхожу к комоду, хватаю с него свою сумку и ключи от машины.

– А у меня дела. Вернусь вечером. Посмотрю, как вы справитесь.

В итоге я немного отъезжаю от дома и сижу в машине. Не могу пошевелиться. Не знаю, куда именно я собиралась. Плана у меня не было.

Сейчас я чувствую вину.

Ну как я могла оставить дочь?

Да, она у меня капризная. Но она всегда такой была. Сейчас ничего не изменилось. Мне сложно с ней общаться, но это не значит, что я должна сбегать от своих обязанностей.

В итоге больше часа просто сижу в машине и поглядываю на телефон. Жду, что Сергей позвонит и скажет, что не справляется.

Но, скорее всего, это не так. Дочка с ним ведет себя совершенно иначе, не так, как не со мной. Она с ним более мягкая и уступчивая.

Разворачиваю машину и подъезжаю ближе к дому, но снова останавливаюсь, в ворота не заезжаю.

Замечаю Тамару, которая приехала на такси. Она выходит из машины, оглядывается по сторонам, а под стем быстро бежит к своему двору.

Приехала, зараза.

Несколько дней ее не видела. И я до сих пор не понимаю, общается она с Сергеем или нет.

Сергей убедил меня отложить развод. На время.

Я даже не знаю, по какой причине я согласилась.

Наверное, я просто трусиха.

Боюсь делать важный шаг.

Не могу на него решиться. Хоть я головой понимаю, что должна закончить эти отношения.

Веду себя глупо сидя в это машине. Хочу завести её и уехать, как вижу что подъезжает еще одна машина, тоже такси. Из нее выходит мой сын – Миша.

Я уже радуюсь, что он пришел к сестре, но вместо того чтобы зайти в наш двор он идет к Тамаре.

Быстро выхожу из машины и направляюсь во двор Тамары.

Я знаю, код от её калитки, могу спокойно зайти во двор.

Миша. Что он там делает? Только его не хватало.

Я не очень близка со своим сыном, но мы в довольно хороших отношениях. Он занимается своей жизнью, а я в нее не лезу.

Но что он делает у моей бывшей подруги и любовницы отца, у меня в голове не укладывается?

Наверное, адекватная женщина бы закрыла на это глаза и не стала лезть. Но, судя по всему, я не такая.

Я захожу во двор к Тамаре, быстро подхожу к двери, резко открываю ее и захожу в дом.

Вижу Тамару и своего сына, которые стоят друг напротив друга и энергично о чем-то разговаривают, размахивая руками.

Они тут же замолкают, смотрят на меня.

– Мам, что ты тут делаешь? – Спрашивает Миша.

– Тебя-то я точно сегодня не ожидала, – говорит Тамара и улыбается. – Соскучилась, подружка?

– Что вы тут делаете? Миша, что ты здесь делаешь?