Текст книги "Осеняя прогулка (ЛП)"

Автор книги: Лия Этвуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Переводчик:  Юлия Цветкова

Редактор:  Леруся Нефедьева

Вычитка:  Светлана Симонова

Обложка: Екатерина Белобородова

Оформитель : Юлия Цветкова

Глава 1

Пейдж Хопкинс взяла в руки теплый стакан и подула через отверстие на крышке на свой первый в этом сезоне горячий яблочный сидр с карамелью. Каждый год она отмечала первый холодный осенний день сладким напитком, но в этом году осенняя погода наступила поздно. Единственный раз на ее памяти, когда ей приходилось ждать осеннего равноденствия, чтобы не нарушить свою традицию. Всего на день, но на целых две недели позже обычного.

Ожидание того стоило. Сегодня температура достигла максимума в пятьдесят девять градусов (прим. 15), и листья шелестели от легкого ветерка. Скоро эти деревья заиграют всеми оттенками красного, желтого и оранжевого. Из-за теплого лета сезон осенней листвы, который привлек многих туристов в Ковингтон, штат Вермонт, затянулся.

Она выехала с парковки и перешла улицу, направляясь к парку, где была двухмильная пешеходная дорожка. С тех пор как несколько лет назад открылся «Clyde's Coffee», у Пейдж вошло в привычку сделать круг после того, как выпьет свой напиток, всякий раз, когда у нее появлялось время.

После этих выходных у нее практически не оставалось свободного времени. Всю следующую неделю она будет занята последними приготовлениями к открытию тыквенной грядки на ферме Хопкинса. Хотя в течение следующих нескольких месяцев ей не хватало времени на себя, ей нравилось быть частью семейного бизнеса.

Ступив на мощеную дорожку, она мысленно составила список дел, которые нужно выполнить по возвращении домой. Как координатор мероприятий на ферме, она отвечала за планирование мероприятий, которые оставляли у каждого гостя незабываемые впечатления. Тыквенная грядка «Собери сам» и кукурузный лабиринт год за годом оставались популярными аттракционами, но небольшие аттракционы выделяли ферму среди других в округе.

Ей нужно было проверить насосы для гонок на резиновых уточках. Когда она опробовала их ранее на этой неделе, два насоса заклинило, и ее брат Джош, отвечающий за техническое обслуживание, должен был починить их вчера. Мама также попросила ее помочь с оформлением после того, как она заберет цветы из детской сегодня днем.

Пейдж улыбнулась. Даже когда она вспоминала, какие задачи еще нужно было выполнить, никакого стресса не было. Она любила все в своей работе и считала, что ей повезло. Сколько людей могли позволить себе роскошь работать по специальности, которую любили, не выходя из дома?

Налетевший порыв ветра сорвал листья с веток над головой. Они разлетелись по тропинке, некоторые зацепились за ближайшие ветки, а другие упали на землю. Пейдж наклонилась и подняла лист овальной формы, который уже успел пожелтеть, с несколькими коричневыми пятнышками между жилками. Когда снова подул ветерок, она отпустила лист и смотрела, как он улетает прочь.

Девушка потягивала сидр, наслаждаясь мирной обстановкой. Хотя ей нравилась домашняя суета, она также наслаждалась спокойствием одиноких прогулок на природе. Это было время, чтобы собраться с мыслями и взбодриться, не обременяя себя обязательствами. Вернувшись домой, она погрузилась бы в любимую работу, но на ферме была бы по-прежнему суета. Только поздно ночью, когда все уже легли спать, она тоже погрузилась в сон.

Напевая на ходу, она взглянула на небо. Ей всегда нравилось смотреть на листья на фоне лазурно-голубого неба. Яркая зелень весной и отблески огня осенью. Если бы у нее когда-нибудь было время, она бы с удовольствием взяла мольберт и палитру и отправилась в лес, чтобы запечатлеть эту сцену. Пейдж ухмыльнулась, вспомнив, как в последний раз рисовала одиннадцать лет назад на факультативном занятии в старшей школе. Всего за один семестр она поняла, что ей никогда не стать Ван Гогом или Пикассо.

Звук тяжелых шагов отвлек ее внимание от созерцания неба. Она посмотрела вперед и увидела мужчину, который бежал к ней, прижимая к уху телефон. Очевидно, не замечая ее, он не сделал ни малейшей попытки отойти в сторону и обойти ее.

Как грубо. Неужели никто ничего не может сделать без своих телефонов? У нее в кармане был телефон, но только в качестве меры предосторожности.

Не имея другого выбора, как избежать столкновения, она отошла на обочину мощеной дорожки. К сожалению, мужчина, занятый разговором по телефону, выбрал этот момент, чтобы сунуть руку в карман спортивных штанов, и свернул с прямой дорожки.

Незнакомец вытащил связку ключей за мгновение до того, как Пейдж успела сообразить, что он собирается сделать, и они столкнулись.

Ее левая рука, в которой она держала стакан, приняла на себя основной удар, и сидр выплеснулся, а затем стакан упал на землю и напиток пролился на ее новые замшевые сапоги. Жидкость просочилась сквозь хлопковую рубашку из пимы (разновидность египетского хлопка) и обожгла кожу. Бросив быстрый взгляд на ее ботинки, он увидел огромное пятно со следами брызг.

Мужчина опустил телефон.

– Прошу прощения.

Прежде чем она успела ответить, он прижал трубку к уху и убежал. Никаких вопросов, все ли в порядке. Не предложения помощи убрать за собой. Даже не проявил вежливости, подняв с земли пустой стакан.

Раздражение нарастало, поднимаясь в животе, к груди, затем и ко рту, пока ей не захотелось обернуться и накричать на этого человека, указать на его варварское поведение. Вместо этого она сжала кулаки, словно вцепилась в поручень, который не позволял ей повернуться, и сосчитала до десяти. В каком печальном состоянии мы живем, когда телефонный разговор выходит за рамки элементарных манер.

Все еще пошатываясь, она опустилась на колени и стряхнула с ботинок остатки сидра. Пейдж почистит их, когда вернется домой, и замочит рубашку. Стакан, подхваченный порывом ветра, откатился на несколько футов в сторону. Она поспешила схватить его, но новый порыв ветра унес его дальше.

Пейдж выдохнула. Не смешно. Ее хорошее настроение и весь день были испорчены из-за неосторожного идиота. Если бы она продолжила прогулку, то, возможно, смогла бы вернуть себе спокойствие, которое присутствовало несколько минут назад, но гадкая липкость на руке сильно отвлекала ее. Лучше всего вернуться домой, переодеться, а потом поработать над поднятием настроения.

Она поймала стаканчик и выбросила его в ближайший мусорный бак. К тому времени, как девушка добралась до своей машины, она уже успокоилась. Практически. Мимолетное раздражение вспыхивало каждый раз, когда ткань рубашки прилипала к руке, но девушка не позволила грубому незнакомцу лишить ее последней радости.

Глава 2

– Не хочу куртку. – Шестилетняя Майла топнула ногой и уперла руки в бока.

Уэс Колдуэлл узнал ее по упрямо сжатой челюсти. Он много раз видел это у мамы Майлы. Если он сейчас же не возьмет себя в руки, то все пропало.

– Тогда сегодня мы не получим тыкву.

– Ладно. – Майла легкомысленно пожала плечами.

– Хорошо. – Он глубоко вздохнул и мысленно пересчитал столицы штатов, пока не смог ответить без раздражения. – Если ты не хочешь идти, то можешь прибраться в своей комнате. Я позвоню бабушке и скажу, что мы не придем.

– Но я не хочу убираться. – Ее маленькие губки задрожали. – Я хочу увидеть бабушку.

Не был ли он слишком суров? Его раздражали эти родительские штучки.

– Если ты хочешь пойти на ферму и выбрать тыкву, нужно надеть куртку. Сегодня слишком холодно, чтобы идти в одной рубашке.

Он уже объяснял ей это – не меньше пяти раз. Даже зашел так далеко, что открыл дверь и впустил холодный воздух.

Она по-прежнему настаивала на том, что ей не нужно надевать куртку.

Девочка прикусила нижнюю губу, в ее глазах читалась борьба.

– Можно мне надеть мою толстовку с принцессой?

Вот к чему привела моя жизнь – к переговорам с ребенком. На его губах появилась улыбка. Майла была сущим наказанием, но он безумно любил ее.

– Да.

Напряжение покинуло ее маленькое тело, она подбежала к нему и обняла.

– Спасибо, дядя Уэс. Ты самый лучший.

– Ты тоже. – Он обнял ее в ответ и похлопал по плечу. – Давай, надевай свою толстовку. Если будешь хорошо себя вести, мы поужинаем где-нибудь по дороге домой.

Ее глаза расширились.

– В желтой «М»?

Он посмеялся над тем, как она назвала популярное заведение быстрого питания. Когда она была маленькой, у нее были свои названия для разных заведений, и с годами они прижились.

– У меня на примете кое-что получше.

– Но что может быть вкуснее их чизбургеров? – Она сморщила носик. – Мама всегда брала мне побольше кетчупа, чтобы макать в него. – При упоминании о маме лицо Майлы вытянулось. – Когда мама вернется домой?

Что ей ответить? Для ребенка год – это целая вечность.

– Как только она поправится настолько, что сможет снова заботиться о тебе.

– Я скучаю по ней.

– Я тоже, малявка, но она там, где ей помогут выздороветь.

– Значит, она не спит все время? – Майла подняла на него невинные светло-карие глаза. Несмотря на все, что ей пришлось пережить за свою короткую жизнь, она, к счастью, осталась невредимой.

– Да. – У него защемило в груди, когда он подумал о своей племяннице, которая осталась дома одна с матерью без сознания.

Его сестра.

Борьба Дженны с наркотиками и алкоголем достигла кульминации две недели назад. До конца своих дней он никогда не забудет, как машина скорой помощи отъезжала от ее дома, когда он свернул на ее улицу.

Он нашел ее внутри, Майла обнимала ее, плакала и боялась, что больше никогда не увидит свою маму. Хотя он хотел поскорее отправиться в больницу, он остался с Майлой, чтобы мама и папа могли побыть с Дженной. Он разобрался с полицейскими отчетами и прибывшим социальным работником.

На следующее утро, когда Дженна выкарабкалась, она прошла шестидневный курс детоксикации, а Уэс взял временное опекунство над Майлой. Неделю спустя Дженну поместили в реабилитационный центр сроком на год, и Уэс согласился взять Майлу на это время.

Какие же это были сумасшедшие несколько недель. Забота о Майле вымотала его – он не помнил, чтобы в детстве у него было столько энергии и целеустремленности, – но он не жалел о своем решении. Папа часто путешествовал по работе в качестве инспектора по контролю за соблюдением законодательства, и мама помогала по возможности, но у нее были проблемы с волчанкой. Она предоставила полный холодильник продуктов, за что он был благодарен.

Он слишком долго был холостяком и привык к еде навынос и сэндвичам. Он, конечно, не был экспертом по воспитанию детей, но даже он понимал, что ребенку не понравятся корн-доги и куриные наггетсы. И, конечно, чизбургеры из «М».

– Почему ты так смотришь на меня, дядя Уэс? – Майла уставилась на него, склонив голову набок. Во внешности она во всем унаследовала черты своей матери и Колдуэллов, от шоколадно-карих глаз до прически в тон. Ни одно из ее физических качеств не могло быть приписано ее непутевому отцу.

– Просто думаю, как мне повезло, что ты живешь здесь, со мной. – Он подмигнул и ухмыльнулся. – Иди, надень свою толстовку, чтобы мы могли выйти.

Она побежала по коридору в свою комнату. Несколько минут спустя, когда Уэс уже собирался проверить, все ли в порядке, она появилась в коридоре, одетая в свою любимую толстовку с изображением принцессы.

– Тебе нравятся принцессы, дядя Уэс?

Он ущипнул ее за нос.

– Ты принцесса, и ты мне нравишься, так что, наверное, да.

– Я не настоящая принцесса. – Она тяжело вздохнула. – Мне просто нравится наряжаться принцессой.

Его милая, непосредственная племянница. Она унаследовала это качество от своего прадеда, хотя он умер до того, как познакомился с Майлой. Уэс обладал той же чертой характера, но с годами научился ее укрощать.

Они вышли из дома, и он усадил ее в детское кресло «Камри» его мамы. В его «Мустанге» не было места для ребенка на заднем сиденье, поэтому они с мамой временно поменялись машинами. Мама не жаловалась – она была в восторге от возможности сесть за руль «Мустанга». И хотя он не признался бы в этом никому из своих холостых приятелей – может быть, друзьям отца, который водит минивэн, – но ему нравилась машина его мамы. Если бы ему когда-нибудь пришлось сменить спортивную машину на семейный автомобиль, он бы не возражал против «Камри».

Он заехал за мамой, чтобы забрать ее. Без ее обычных осенних украшений внешний вид дома выглядел голым. Обычно они появлялись не позднее первых выходных октября, но здесь, во вторую субботу месяца, им было нечего показать. Он сделал мысленную пометку задержаться здесь на неделю и помочь ей с выбором. В зависимости от того, сколько времени займет сбор тыквы и приготовление ужина, возможно, он сможет сделать это сегодня вечером.

Майла отстегнула ремень безопасности, как только Уэс припарковал машину. Она выскочила из машины и подбежала к входной двери, прежде чем он успел открыть свою. Он перевел дыхание и поспешил за ней, решив выбрать, с чем ему сражаться. У Майлы была дурная привычка выскакивать из машины, не дождавшись его. У его мамы это не имело большого значения, но на людях это могло быть проблематичным. Он часто проявлял к ней благосклонность, поскольку Дженна давала Майле полную свободу действий, почти не соблюдая дисциплины, но когда дело касалось благополучия его племянницы, он делал все возможное, чтобы привить ей безопасное поведение.

Когда он шел по цементной дорожке от подъездной к дому, его мама открыла дверь. Майла бросилась к ней и с энтузиазмом обняла.

Он видел, как его мама боролась с весом Майлы, висевшей на ней, но она продолжала улыбаться, и в ее глазах светилась любовь к внучке. Она осторожно опустила Майлу на пол.

– Беги к столу. Тебя там ждет печенье.

Уэс направился было за племянницей в дом, но мама остановила его, положив руку ему на плечо.

– Отпусти ее. На столе только одно печенье, так что она не переусердствует.

– Что происходит? – спросил я, обеспокоенный выражением ее глаз.

– Дженна звонила мне несколько минут назад.

Он помолчал, обдумывая свой ответ.

– Как она? – спросил я.

– Трудно сказать. – Она скрестила руки на груди и прислонилась к дверному косяку. В глубине ее глаз таилось отчаяние. – Дженну всегда было трудно понять.

– Не вини себя. Вы с папой замечательные родители. – Хотя это казалось слишком незначительным жестом, он одарил ее улыбкой. – У меня все получилось, не так ли?

Мама рассмеялась.

– С Божьей помощью.

– С Дженной все будет хорошо. – Он должен был поверить в это, ради них всех. – Мы будем продолжать молиться.

– Она спрашивала о Майле, и я сказала, что с тобой она в надежных руках. – Она заглянула в дом, в том направлении, куда убежала Майла. – Я горжусь тобой за то, что ты проявил инициативу.

– Это самое малое, что я мог сделать. – Он услышал топот маленьких шагов, и через несколько секунд появилась Майла. – Готова к веселому осеннему дню?

Майла расплылась в широкой улыбке.

– Я хочу найти самую большую тыкву, которая у них есть.

Он приподнял бровь и послал ей дразнящую улыбку.

– Как ты донесешь ее до машины?

– Ты это сделаешь вместо меня. – Она уставилась на него так, словно в этом вопросе не было необходимости.

Ее обыденный ответ рассмешил его, но в то же время наполнил сердце радостью. Майла доверяла ему, он мог позаботиться о ней, и это было довольно красноречиво для маленькой девочки, которой слишком часто пренебрегали.

Глава 3

Алек, один из сезонных работников фермы Хопкинса, работающий неполный рабочий день, подбежал к Пейдж с напряженным лицом.

– У нас проблема.

Она подавила стон. Неделя открытия прошла без сучка и задоринки, но сегодняшний день был одной сплошной проблемой.

– Что случилось?

– Трактор не заводится.

– Марк сказал, что сегодня утром он работал. – Она посмотрела в сторону очереди, но палатки поставщиков загораживали ей обзор. – А как насчет того, который у нас стоит для особых случаев?

– Я не уверен, мэм. Не думаю, что он готов. – Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. – Марк может починить этот?

– Да, но это займет время. Может, около часа.

Ее глаза расширились.

– Мы не можем отложить поездку с сеном на час. Люди приезжают в первую очередь ради тыквенной грядки, и именно так они сюда попадают.

– Извините, мисс Хопкинс, но Марк подумал, что Вам следует знать. – Руки Алека неловко повисли по бокам. – Чем могу помочь?

– Дай мне минутку подумать. – Она закрыла глаза, сосредоточилась на насущной проблеме и оценила ситуацию. – Сколько человек сейчас в очереди?

– Около сорока.

– Им сообщили, что придется подождать?

Алек кивнул.

– Да. Мисси пока что отвлекла их, рассказывая о жизненном цикле тыквы. Когда я уходил, она объясняла им разницу между мужскими и женскими соцветиями.

– Это даст нам всего пять минут. – Мысли метались в ее голове. – Ты можешь взять тележку для гольфа и встретить меня на складе?

– Да, мэм. – Он повернулся и побежал к сараю с инвентарем.

Пейдж быстрым шагом направилась к складу за недавно построенным рестораном. Раздражение по отношению к братьям росло. Папа много раз говорил им, чтобы они держали наготове один из тракторов, так почему у них не было запасного варианта? Она подавила свое раздражение, понимая, что это ни к чему хорошему не приведет. Возможно, этому было хорошее объяснение.

Сейчас это не имело значения. Что действительно имело значение, так это то, что их гости получили незабываемые впечатления, а этого нельзя было добиться, простояв час в очереди за покупками. Она отстегнула карабин от ремня и, достав нужный ключ, отперла кладовую.

Пейдж поспешила к полке, где хранился яблочный сидр из соседнего сада, и схватила несколько бутылок, прежде чем пересечь комнату и подойти к тому месту, где хранились бумажные изделия. Она взяла с полки упаковку стаканчиков для образцов и вышла на улицу.

Алек только что остановился, и Пейдж сложила все в тележку. Она побежала обратно в дом и достала из мусорного ведра несколько упаковок яблочных чипсов. Аккуратно бросив их рядом с другими продуктами, она запрыгнула на пассажирское сиденье.

– Поехали.

Пока Алек вел машину, она составила на своем телефоне список продуктов, которые взяла с собой, чтобы вечером их можно было снять с учета. Денежные потери были невелики по сравнению с тем, что они могли потерять из-за недовольных покупателей.

Тележка еще не успела полностью остановиться, как Пейдж помахала младшей сестре.

Мисси, с косичками и в комбинезоне, чтобы играть роль деревенской девушки, поспешила к ней.

– Что мы будем делать? Они начинают беспокоиться.

Пейдж указала на продукты.

– Я принесла яблочный сидр и чипсы. Можешь начать раздавать образцы, пока я поговорю с Марком?

Мисси облегченно вздохнула.

– Отличная идея. Ты потрясающая.

– Давай сначала посмотрим, сработает ли это. – Она нервно улыбнулась сестре и отправилась на поиски Марка.

Он поднял капот трактора и засунул под него голову, возясь с чем-то в двигателе – она не смогла бы назвать технические названия деталей, даже если бы попыталась.

Она подошла с противоположной стороны, дав ему возможность заметить ее, не будучи оглушенным, и случайно задрать голову, чтобы не удариться о металл.

– Что случилось?

Марк отступил назад и выпрямился.

– Ничего такого, что я не смог бы починить, но мне придется убрать несколько деталей, чтобы решить проблему.

– Сколько нужно времени? – Она боролась с желанием прижать руку к бедру.

– Максимум двадцать минут. – На лбу у него выступили капельки пота – признак того, что он усердно работал, чтобы устранить проблему.

– Почему у нас не было запасного? – Вопрос вырвался прежде, чем она успела его обдумать, несмотря на то, что пообещала себе, что подождет с этим вопросом позже.

– Был, но Джош заметил, что запасной сломался. В таком виде его использовать небезопасно, но у «Statter's» есть запас для нас. – Он скривил губы. – Не думал, что будет проблемой подождать до понедельника.

Все негативные чувства по отношению к братьям исчезли, когда она поняла, что ошибалась на их счет.

– Я должна извиниться перед тобой и Джошем за все плохие мысли, которые посещали меня в последние десять минут.

Марк рассмеялся и кивнул в сторону трактора.

– Что-нибудь еще, прежде чем я вернусь к работе?

– Нет. Я принесла яблочный сидр и закуски для покупателей. Надеюсь, это доставит всем удовольствие. – Она хлопнула себя ладонью по щеке. – А как насчет наших гостей, которые уже на месте?

– Джош этим занимается. Он приехал на тележке и объявил, что будет задержка, и предложил привезти обратно всех, кто спешит, на тележке. – Марк многозначительно посмотрел на рацию, прикрепленную к его карману. – Я связался с ним как раз перед твоим приходом, и он сказал, что все довольны тем, что бродят по полям и лазают по стогам сена.

– Хорошо. – Ее охватило облегчение. Пока что поломка не была такой катастрофой, как она себе представляла. Спасибо, Господи, за понимающих гостей.

Она вернулась в очередь и помогла Мисси раздать десерты. Сидр и яблочные чипсы пользовались успехом у посетителей. Многие благодарили Пейдж после того, как она раздала им по пробнику, и только один человек пожаловался – усталая мама с двумя маленькими детьми.

Понимая недовольство клиента, Пейдж принесла свои извинения.

– Если вы хотите насладиться другими развлечениями, которые мы предлагаем, пока вы ждете, я буду рада подарить вам пропуск, который позволит вам первым попасть на следующий аттракцион.

Лицо женщины смягчилось.

– Я подожду здесь, но спасибо Вам.

– Как Вас зовут, мэм?

– Бекки Дэвис. – Мама указала на самого высокого ребенка, затем на другого. – Это мои дочери, Хейли и Шана.

Пейдж улыбнулась им и опустилась на колени.

– Вам нравятся пони?

– Да. – Хейли с энтузиазмом покачала головой. – Мы с Шаной их обожаем.

– Вы знали, что у нас здесь катаются на пони? – Глаза Шаны стали круглыми, как блюдца.

– Правда?

– Если ваша мама не возражает, вы можете прокатиться на ферме. – Пейдж поднялась на ноги, ее позабавило удивление на лицах девочек. Она никогда не забудет, с каким трепетом каталась на пони в детстве.

– Можно, мам? – Хейли умоляюще сложила руки.

Бекки кивнула.

– Мы покатаемся после того, как выберем тыквы.

Пейдж почувствовала удовлетворение. Хотя она не хотела бы иметь недовольных клиентов, она находила удовольствие в том, чтобы обращать вспять любой негатив.

– Я оставлю Ваше имя в билетной кассе. Когда будете готовы, зайдите туда, жетоны будут Вас ждать.

– Это очень любезно с Вашей стороны. Спасибо. – Улыбка Бекки противоречила грусти в ее глазах. – Простите, что сорвалась несколько минут назад. Девочки скучают по своему папе, который сейчас на службе, и они не спали всю ночь. Я вымотана, но мне не следовало вымещать это на Вас.

– Не нужно извинений. Мы хотим, чтобы все наши гости хорошо и с пользой провели время. – Она кивнула в сторону трактора. – Это не займет много времени.

Пейдж прошла в конец очереди, пока не нашла следующего клиента, которого еще не обслужили. Пока она разговаривала с Бекки, Мисси позаботилась о большинстве других посетителей. Она увидела маленькую девочку с темными каштановые волосы, такие же, как у мужчины, стоявшего рядом с ней, но он отвернулся. Отец девушки? С ними также стояла женщина средних лет.

– Не хотите ли попробовать сидр и яблочные чипсы? – Она протянула пластиковую тарелку, которую использовала вместо подноса.

Дама взяла набор и передала их девочке, затем взяла набор для себя.

– Спасибо.

– Не за что. Не хотите ли немного, сэр? – спросила она мужчину, когда он обернулся. Она разинула рот, увидев лицо и узнав его. – Вы…

Он прищурился и уставился на нее.

– Кто?

Вдохнув глоток свежего воздуха, она почувствовала, как весь гнев, который испытала в тот день две недели назад, возвращается к ней. В тот день она не осознавала, насколько он привлекателен. Его волосы были почти такого же цвета, как у нее, и коротко подстрижены. Проникновенные карие глаза уставились на нее, словно пытаясь вспомнить, откуда он мог знать ее, в то время как его рот, похожий на лук купидона, скривился в замешательстве.

Перестань думать, что он милый. Он придурок, а это важнее любых хороших генов, которые он унаследовал. Кроме того, эта девушка, скорее всего, его дочь, а это значит, что он, вероятно, женат, а значит, тебе не стоит обращать на него внимание. На долю секунды она подумала, не выплеснуть ли в него остатки сидра из маленьких стаканчиков в отместку за то, что он пролил на нее, но передумала.

– Вы не могли оторваться от своего драгоценного телефона на пешеходной дорожке в городе и налететь на меня, выбив мой стакан из рук. Мои новые ботинки испорчены из-за пятна на них, из-за Вас, а Вы даже не потрудились убедиться, что со мной все в порядке.

– Ой. – На него снизошло озарение, и у него отвисла челюсть.

– Уэсли Мэтью Колдуэлл, пожалуйста, скажи, что это неправда. – Женщина справа от него прищурилась. – Я воспитывала тебя лучше.

Пейдж не смогла сдержать ухмылку. Очевидно, эта женщина была его матерью, и у нее не возникло проблем с тем, чтобы поставить его на место.

Он поднял руку, защищаясь.

– Это, правда, но все было иначе.

– Тогда как именно все было? – Она уперлась рукой в бедро, на мгновение забыв, что он платящий клиент.

Его мама скрестила руки на груди.

– Да, пожалуйста, просвети нас.

Маленькая девочка, не обращая внимания на разногласия между взрослыми, постучала по тарелке.

– Можно мне еще, пожалуйста?

Вкрадчивый голос заставил ее улыбнуться и протянул девчушке еще один стакан сидра.

– Да, конечно.

Уэсли приподнял бровь и посмотрел на девочку, когда она ничего не ответила, кроме как взяла стакан.

– Что скажет маленькая мисс?

– Благодарю Вас, мэм.

– Не за что. – Она не получила ответа от Уэсли, но, несмотря на грубость, которую он проявил в тот день, это не давало ей права плохо с ним обращаться, тем более что он был гостем на ферме. – Скоро снова начнется сенокосная прогулка. Хорошего дня.

– Подождите. Я не успел ничего объяснить. – Уэсли попытался остановить ее, нежно коснувшись плеча.

Она выскользнула из-под его прикосновения и, оглянувшись, дала ему отпор.

– Сделанного не воротишь. Мне нужно возвращаться к работе.

Глава 4

Мама хлопнула его по руке.

– Что ты сделал?

Он уставился на женщину, когда она бросилась прочь, остро осознавая, что не расслышал ее имени.

– Это было в тот день, когда с Дженной что-то случилось. Когда ты позвонила мне, я бежал и пытался добраться до Дженны как можно быстрее.

– Ты действительно толкнул ее?

– Да. – Тогда он не заметил ее – был слишком рассеян и беспокоился о Дженне, – но сегодня заметил. Особенно ее блестящие темные локоны, развевающиеся на ветру. Ее янтарные глаза, в которых вспыхнуло раздражение, когда она узнала его. Длинные стройные ноги, обутые в высокие сапоги из телячьей кожи.

Он был идиотом.

– Что случилось? – Мама не разжимала рук – верный признак того, что она не оставит эту тему, пока не получит ответы на все свои вопросы.

Образы того момента всплыли в его памяти. Событие было как в тумане. Большая часть того, что он помнил, касалось его страха за жизнь Дженны.

– Ты передала телефон папе, и он пытался сообщить мне последние новости, пока я бежал обратно к своей машине. Я помню, как вытаскивал ключи из кармана и столкнулся с кем-то, пробормотал извинения, а затем продолжил свой путь.

– Ты не остановился, чтобы убедиться, что с ней все в порядке? – Ее осуждающий тон ранил сильнее, чем слова.

– Кажется, нет. – Он прикусил нижнюю губу, чувствуя себя полным идиотом. Даже если его отвлекли по уважительной причине, это не оправдывало его поведения.

Мама опустила руки.

– Есть только один выход. Иди, найди ее и все исправь.

– Прямо сейчас? – Он посмотрел на очередь, которая, наконец, сдвинулась с места. – Я не пропущу тыквенную грядку.

– Тебе двадцать восемь лет, а не восемь. – Мама фыркнула. – Я думаю, ты выживешь.

Он закатил глаза.

– Ради Майлы.

– Я знаю, но это входит в мои материнские обязанности – доставлять тебе неприятности. – Она шлепнула его по руке во второй раз. – И не закатывай глаза на свою мать. Я начинаю сомневаться, так ли уж хорошо я тебя воспитала.

– Люблю тебя, мам. – Он обнял ее и поцеловал в щеку. – Почему бы мне не поискать ее после того, как мы купим тыквы, а ты сможешь отвести Майлу в амбар на занятия декоративно-прикладным искусством.

– Звучит как план. – Она замолчала и пристально посмотрела на него. – Вообще-то, в идеальном мире ты бы не вел себя как имбецил, и тебе не пришлось бы извиняться в первую очередь.

– Я знаю, знаю. – Он похлопал по своему телефону в кармане и подумал об иронии судьбы: его всегда в первую очередь раздражали люди, у которых телефоны отнимали всю жизнь. Он даже сходил на несколько свиданий, после которых никогда не доходило до второго свидания, потому что девушка тратила слишком много времени на просмотр и печатание смс. Теперь он случайно присоединился к их числу. – Это больше не повторится.

Очередь продвигалась, но трактор заполнился, когда впереди оставалось еще пять семей. Им пришлось бы подождать еще немного, но девушка в комбинезоне заверила их, что это займет не больше десяти минут. Он умолчал о том факте, что к этому времени мог бы уже раз пять дойти до этого места пешком. Случались вещи, которые невозможно было предотвратить, и персонал делал все возможное, чтобы ожидание было терпимым.

Оглядевшись, он заметил девушку, стоявшую в очереди, и заметил ее сильное сходство с девушкой, с которой столкнулся. Если бы она была блондинкой, а не брюнеткой, и прибавить лет пять или около того, они могли бы быть близнецами. Они были сестрами? В любом случае, поскольку обе девушки работали на ферме, она должна была знать имя второй.

– Я сейчас вернусь. – Он взглянул на маму. – Ты присмотришь за Майлой?

В ее глазах появилось любопытство, но она не стала задавать вопросов.

– Мы будем здесь.

Широкими шагами он подошел к блондинке и похлопал ее по плечу.

– Извините, мэм.

Она встретилась с ним взглядом и улыбнулась.

– Чем могу Вам помочь?

– Как зовут женщину, которая помогала Вам разносить закуски?

Нахмурив брови, она секунду колебалась, прежде чем ответить.

– Пейдж. Она координатор мероприятий на ферме. Все в порядке?

Он кивнул.

– Возможно, я был немного груб и хотел найти ее, чтобы извиниться.

– Ей будет приятно, но желаю удачи в ее поисках. – Девушка сделала широкий жест рукой. – В те дни, когда мы открыты для посетителей, ей приходится бегать по всей ферме.

– Спасибо за предупреждение и информацию. – Он начал поворачиваться и возвращаться к своей маме и Майле, но остановился, решив, что комплимент не повредит. – У вас отличное местечко. Моей племянницей здесь очень нравится проводить время.

– Рада это слышать.

Когда он снова встал в очередь, прошло всего несколько минут, прежде чем трактор вернулся. Майла выбрала стог сена с правой стороны и плюхнулась на него. Его мама села с одной стороны от нее, а он – с другой. Человек, управляющий аттракционом, давал указания через мегафон. На ферме действовали три правила: во время движения оставаться на месте, держать руки в пределах рамы фургона и веселиться.