Текст книги "Случайная шпионка (СИ)"

Автор книги: Лиса Зареченская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 33 страниц)

– Рейна, нет, – меня попытался остановить Айтанер, заметив, как странно я рассматривала пол под своими руками. – Хватит на сегодня, вы достаточно сделали.

– Зачем же добру пропадать?! – усмехнулась я, хотя едва ли даже краешек губ дернулся. – Во-первых, помогите мне, киньте артефакт в чашу, он растворится. Во-вторых, я теперь полноценный маг жизни и прошу вас отойти к стене и не топтаться на нитях силы.

Айтанер поджал губы, быстро окинул взглядом происходящее за окном и решительно направился к чаше. Стоило камню очутиться в воде, как она приобрела бирюзовый цвет и наполнила жизнью руны. Да, теперь определенно стало лучше видно. Льдистый встал к окну, закрывая широкой спиной вид на бой, хотя мне было совсем не до созерцания сражения. Я откинула перчатки в сторону и приложила свои руны к истощенной линии жизни, делающей систему защиты неполноценной.

– Я отдаю свою силу на благо драконам. Дасифель, прими мое подношение. Эта жертва благородна, а если это не так, то покарай ту, что нарушила заветы, – прошептала я, понимая, что простая фраза ложится тяжелым камнем на мое тело, придавливая в мрамор неведомой силой, забирая не только магию, а даже воздух из легких. Слезы потекли ручьем, хлынула кровь из носа, кожа начала трескаться, вслед покрываясь красными пятнами и синяками.

Из меня нещадно тянули силы, а я, ощущая нереальную боль, просто лежала не в силах даже простонать, выгнуться от мук. Застыла. И только Айтанер кинулся ко мне, что-то шептал, взволнованно озираясь и пытаясь меня оторвать от пола, будто жалел о принятом решении. Потерять бы сознание, только вот незадача, мука должна быть осознанной, добровольность нужно доказать, и я терпела, не смея отречься от решения.

Краем глаза заметила, как вдруг подобрался Айтанер. Мгновение, и он стоял в боевой стойке, обнажив меч и расправив крылья за спиной, закрывающие меня. Окно с шумом разбилось, впуская в зал разъяренного изумрудного дракона. Из ноздрей валил пар, с бока был вырван кусок мяса, а глаза налились кровью, зверь кого-то искал… А когда нашел, кинулся вперед уже в облике мужчины, но был схвачен на полпути Айтанером. Блондин буквально когтями вцепился в плоть Шииса, разрывая льняную рубашку и вспарывая тому кожу. Боль его совсем не отрезвила.

Если Эаран здесь, то… он император?! Драконов!! Прослезилась бы, если могла. Чувство облегчения и радости захлестнуло с головой, теперь все будет в порядке, лучшего правителя и не найти. Осталось только спасти драконов от рурхов, и дело сделано. На миг мелькнула мысль, что я едва не стала женой целого драконьего императора. В это точно, отец не поверит, если я попытаюсь объяснить, где и с кем была… и тем более не отпустит обратно, скорее направит в лечебницу для излечения от излишней фантазии.

– Рейна, – прорычал Шиис, слишком жесткого полоснув льдистого и отбросив того к стене. Силу он явно не рассчитал, сверху отвалился кусок штукатурки свалился на блондинистую голову, на время деморализуя моего пособника. Шиис был потрепан, обессилен, но пытался оторвать меня от плит, которые магическими щупальцами держали мое бренное тело и, казалось, уже добрались до души, источника магии, осушая его до последней капли. – Ты. Что. Здесь. Устроила. Кто дал тебе право распоряжаться жизнью?! ЧТО ТЫ, РУРХ ТЕБЯ ДЕРИ, ДЕЛАЕШЬ?!

Что? А-то неясно, жертвую, между прочим, героически, ради любви, ради него, а он, крылатое неблагодарное существо, пытается прервать мое саможертвоприношение. Дасифель, шарахни его, что ли чем-нибудь. Едва не плачу сама от своего поступка, от душевной боли, от ощущения неполноценности внутри, но другое, более сильное чувство, вспыхивает внутри – страх, всепоглощающий, доводящий до сумасшествия страх предчувствия опасности. Перед глазами все расплывается, когда чьи-то острые когти вцепляются в Шииса, раздирая того насквозь, и отшвыривают в сторону на разбитые стекла. Надо мной, пыша ненавистью, капая слюной, перемешанной с кровью, нависает алая драконья голова…

Хочется заорать, но я едва ли могу распахнуть глаза от дикого ужаса. Отползти?! Ну же, тело, давай… Только как это поможет в битве с озлобленной тварью, охваченной жаждой мести той, что сорвала все планы?! Верно, Шиис не расквитался с ним, потому что торопился ко мне, и теперь мы оба заплатим за эту ошибку. Понимаю, что меня убьют прежде, чем я тут изволю сотворить благое дело. Парадоксальная ситуация, добровольная жертва не хочет добровольно умирать.

Вспышка, задевающая мое хрупкое человеческое тело, и к лицу склонился уже сам император драконов, точнее его некая промежуточная трансформация. Человеком это назвать сложно. С плотоядной безумной улыбкой он разрывает корсет легкого платья длинными ногтями. Я в диком ужасе, ведь сердце, так сильно бьющееся в грудной клетке, вдруг замирает под его кожистыми руками. Секунда, и он пронзит его насквозь. Нет в нем ничего человеческого, только слепая ярость, ненависть, жажда, и смотрел он как сумасшедший, зверь контролировал полностью его сознание. Страшно было даже смотреть на существо с алой кожей, торчащими наростами из ребер и спины, клыками, рвущими человеческий рот, с нанизанными на них кусками мяса, на тело с торчащей в разную сторону содранной чешуей вперемешку с выжженной до костей кожей. Меня выворачивало наизнанку от одного вида, а стоило существу коснуться груди, как я стала мысленно просить потерять сознание, только лишь бы не сознавать, что придет тому в голову…

– Отдашшшь магию и сдохнешшшшь, красотка, – прошептал он, чувствуя мое внутреннее трепыхание, язык слизал выступивший пот с оголенного живота. Мысленно я впала в истерику, орала, нет, вопила от ужаса, брыкалась, а на деле распятая на полу лишь могла с ненавистью смотреть на дракона, что масляным взглядом прошелся по фигурке. Но когда его запекшиеся от огня руки потянулись к моей груди, зал оглушил такой неистовый рев, что мне показалось, сами боги пришли на землю…

Остатки одежды алого распались на лоскуты, обнажая кожу с оставленной на ней длинным росчерком раной. Шиис располосовал его еще сильнее, заставляя оторвать от меня. На пол полилась влага, а через секунду хлынула рекой, заставляя ноги мужчин, что кружились в опасном танце, противно хлюпать, наступая в кровь. Эаран был сам на себя не похож с этим черным взглядом и заострившимися чертами лица, и больше он был не намерен кого-то щадить. Только смерть могла смирить Шииса с тем, что позволил себе алый. Прикосновение ко мне определило его судьбу.

В нос ударил металлический запах, вызывая тошноту, от обилия красного рябило в глазах. Все походило на кошмар на яву и даже очнувшийся Айтанер просто молча наблюдал за битвой. Не желая раздражать Шииса, он не смел даже подойти ко мне и только прошептал: «отвернись, не смотри». Но я не могла перестать быть свидетельницей битвы драконов, сражающихся за самое главное в жизни. У кого-то власть, у кого-то любовь. Они не боялись рвать друг друга в клочья, вцепляясь острыми когтями в бока, не боялись направлять пламя, кидаться заклятиями из последних сил, они не боялись… ничего.

Но даже едва стоящий на ногах, в оборванной одежде, истекающий потом вперемешку с кровью Шиис подавлял свергнутого правителя… Он подавлял всех нас, даже Айтанер морщился от боли, хватаясь за виски и корчась на полу. Алый буквально упал к ногам изумрудного, впервые истошно завопив, будто сосуды в его голове лопались от давящего взгляда, от магии, что незримыми цепями сковало уже неподвластное тело. В какой-то момент Эаран без сомнений резким движением просто вырвал сердце дракона, который в угоду власти пошел на преступление против своего народа. Безжалостно и не сомневаясь. Сжигая в своих руках. Тело, как ненужную тряпку, он откинул льдистому.

Толпа на улице безмолвствовала, и взорвалась криками, прекрасно видя произошедшее во дворце. Но Шиис не обращал на них никакого внимания, на дрожащих ногах подошел ко мне, ужас замер в его глазах, как и он сам. Он смотрел на свои окровавленные руки и не посмел прикоснуться к моему телу, даже прикрыть обнаженную грудь оставшимися лоскутами. Хрупкая Рейна, утопающая в облаке невесомой органзы, пропитанной чужой кровью, стала персональным кошмаром дракона. И он не мог простить себя за то, что допустил подобное.

Что сказать?! Я увидела слишком многое, теперь осознала каждой клеткой тела, кто такие драконы и как будут сражаться за свое, до последнего вздоха и капли крови. Спорить бесполезно. Здесь мне никогда не дали бы свободы, почему я раньше считала это преувеличением?! Но такова их безграничная любовь.

– Ты испугалась… меня?

Ритуал был завершен, единственное, чего я боялась, не сбылось. Эаран остался живым, а драконы спасенными, ведь нить жизни сияла отданной магией. Хотела бы я успеть сказать, что приняла бы его любовь, но даже не успела улыбнуться, прежде чем отключилась. Очнулась я уже на руках Шииса, с остервенением прижимающего меня к себе. Судя по всему, он решил для себя, что отказаться от своей гиесы не силах. Неловко отстранилась, ибо мужские руки уж слишком сильно стиснули мое истерзанное тело.

– Я… в порядке, – голос показался незнакомым. Прислушалась к внутренним ощущениям, но не заметила никаких изменений, будто отчуждая магию, я не лишилась части себя. Сумасшествие явно не угрожало сознанию. Эаран с неохотой отпустил меня, наблюдая за реакцией. Скажем так, сил с воплями кинуться в окно у меня все равно не было, а отсутствие подобной реакции уже его вдохновляло на дальнейшие действия.

Попытки встать самостоятельно были провалены, с колен я собиралась бухнуться лицом в пол. Надеюсь, Шиис принял бы это за поклон перед будущим императором.

– Рейна, – прошепатл он, не позволяя мне благородно первым поздравить его, бухнувшись на пол. Очень вовремя поймал. – Что такое?! Почему ты не смотришь на меня?! Отвечай! Я едва не умер, не понимая, что с тобой происходит!

– Я не магиня…

– Да мне плевать, почему ты теряешь сознание и ничего не говоришь?!

– А ты знал, что в тебе есть дар менталиста?!

– Великая Дасифель, ты об этом хочешь говорить сейчас?

Он прав. Не об этом.

– Я люблю тебя, – с грустью произнесла, пряча взгляд. Все-таки, где девчонка, хоть и дочь лорда, а где император. К тому же мне о последствиях все же известно чуть больше, чем ему…

– Так, – дракон будто почувствовал неладное и, подхватив меня на руки, поволок в скрытый альков. Чаща богини Дасифель искрилась, освещая небольшое помещение божественным светом. Аж глаза резало.

Я попыталась снова потерять сознание, но Эаран галантно меня встряхнул, кое-как завязал остатки платья на груди морскими узлами, попытался смыть кровь с лица, но лишь больше размазал. Поправил мои волосы, больше напоминавшие гнездо, причем уже после вывода не одного поколения птенцов, поправил свою рубашку. Увы (или не очень) ткань практически истлела и походила на кружевную салфеточку.

– Господин, – за нашими спинами раздался голос Айтанера, – вас ожидают поданные.

– Я занят, подождут!

Видимо, внизу начались разборки, раз что-то подозрительно громыхнуло. Часть драконов взвилась в воздух, пытаясь высмотреть происходящее в тронном зале. Взбудораженные битвой звери снесли часть стены, подозрительно посыпалась штукатурка… настолько подозрительно, что с частью перекрытия.

– Как у правителя у вас теперь есть обязанности… – Эаран лишь хмыкнул, прожигая меня раздраженным взглядом. Айтанера он даже не слушал. – Что вы творите, ваше величество?!

– Пытаюсь жениться перед лицом богини Дасифель! – как дуракам, объяснил он нам.

– ЧТО?! – воскликнули мы оба.

Я уже почти вырвала руку из захвата, но меня удержали, одарив таким многообещающим взглядом, что я даже поправила пальцы Эарана. Тут вроде он представитель власти, а приказы императора ведь не обсуждаются. Я это поняла, и только Айтанер не постарался подумать:

– Не по протоколу?! Откуда такая спешка?! Ваша невеста… она…

В драном платье, в полуобморочном состоянии, искупавшаяся в крови и обессиленная после двух ритуалов. Да, но жениха совершенно не смущает, что он лишает меня красивой церемонии… Думаю, его лучше не раздражать в такой… эээ…ответственный момент и радостный день. Во всяком случае каждый имеет право организовать торжество по своему вкусу, особенно император, особенно дракон.

– Эаран, – издалека начала я, – ты ведь не сер… К чему подобная спешка?!

– О, кто это у меня спрашивает?! – с нервным смешком ответил он, беря меня и за вторую руку, опуская наши сцепленные руки в чашу. Она подозрительно ярко искрилась, будто одобряя действия. – Знаешь, я больше не намерен ждать и входить в твое положение.

– Почему?!

– Да потому что, стоит мне отвернуться, как ты горишь в огне, тонешь или сбегаешь! Хуже того – жертвуешь, не удосужившись предупредить самого важного мужчину в твоей жизни. Меня! Рейна, меня! Ты вечно ускользаешь, но ничего, сейчас мы прервем череду недоразумений… Перед лицом богини Дасифель, я вручаю тебе себя, свою жизни, сердце, душу и зверя навечно. Ты согласна?

Знаете, он так смотрел, преданно, влюбленно, измученно и в то же время с надеждой, что я не могла ответить никак иначе:

– Да…

– И я принимаю тебя, Рейна как равную себе. Навечно.

Уже через секунду, Эаран понял, насколько оказался прозорлив и сразу напрягался, будто почувствовал нутром не высказанное мной «но». Последний взгляд на него, и я вижу, как черные глаза стекленеют… потому что я, хоть и без магии, но растаяла у него на руках, так и не подарив поцелуй. Клятва исполнена, я вернулась к отцу. Теперь точно той послушной дочерью, о которой грезили в семье.

В Икарионе наступило время ужина, и, как всегда, со мной случалось, я успела максимально вовремя. Матушка как раз заботливо наливала отцу освежающий морс, тот в свою очередь поднес вилку с нанизанным куском мяса ко рту, как прямо на ковер спланировала я. Как есть. Ткань не выдержала нагрузки перехода и превратилась в неприглядную марлечку. Учитывая, что я еще была перемазана в крови, родным предстала ужасающая картина. Хуже, чем день назад. Отец выронил вилку, мама упала в обморок, слуги завизжали, а сестры, некоторые с мужьями, впали в ступор. Единственный, кто остался невозмутимым, это герцог Ладорт и то, только потому, что был изображен на картине.

– Я дома, – прошептала, внезапно осознавая, чего на самом деле лишилась. Дракон был прав, магия мне совершенно ни к чему, в отличие, от его любви. Брачная вязь не успела появиться на запястье, стало быть, нас… ничего не связывало? – Надо привести себя в порядок, день был трудный. Вы подыскали для меня пансион благородных девиц?

Голос звучал надломлено, но притворная собранность позволяла удержать себя от рыданий. Щупальца опустошенности коснулись души, теперь я понимаю, что появились все шансы сойти с ума. Никто так и не ответил, только половицы скрипели от моего мерного шага наверх по лестнице. Эмоции отключились, я не позволила себе страдать, просто падая на пол в комнате и засыпая.

А дальше начался мой персональный ад, причину которого все видели в лишении магии. Я, конечно, рассказала сокращенную версию событий отцу, но едва ли он до конца поверил. Про неудавшийся брак с драконом и вовсе предпочла умолчать, где это видано, чтобы император женился на оборванке, такой невоспитанной обнаженной девице?! Конечно, я думала, как обойти клятву, но после нескольких неудавшихся попыток сбежать дальше границ города, меня захватывало отчаяние. Слово нужно держать, об этом напоминал с завидной регулярностью лорд Алиросо, а мама пыталась расспросить о потери магии. Правда, принималась сразу же уверять, что благородной леди она совершенно ни к чему, счастье не в способности творить пульсары.

Эпилог

Через три месяца

Уже поникшая, смиренная, то есть, до раздражения приличная с головы до пят, одетая в самое премилое лимонное платье с кучей оборочек цвета экрю и, о боже, под ручку с компаньонкой, я мерно вышагивала под ажурным зонтиком, будто боялась палящего солнца. Теперь моими главными врагами были веснушки. Вот это размах! Аж, поджилки тряслись, страшнее только составление меню на званный ужин. Вы знали, что подгоревшая утка может стать первым звоночком упадка рода, а чересчур жидкий пудинг вызвать насмешки?!

Мы пришли в академию, чтобы я распрощалась окончательно с мечтой стать магом. И хоть ректор был безгранично счастлив, подписывая указ об отчислении, я едва не расплакалась и обняла гнома. Сколько воспоминаний!!! Сколько выговоров!!! Сколько честности было в его словах, когда он меня отчитывал, едва не проклиная день зачисления! Никаких лицемерных «это неподобающе для леди», только жестокая правда: «Тыыыы мое личное проклятье! Я буду разорен и пристыжен правителем!»

Стоя в кабинете, возвышаясь на две головы над гномом, я кажется, теперь поняла, что дело действительно не в проклятии, я просто всегда искала приключений, а потом расплачивалась за свое неконтролируемое желание влипать в истории. Кстати, башню восстановили за счет частных вкладов, видно, без канализации детям богачей жилось туго, ибо бытовые заклятия требовали определенного мастерства.

– Рейна, ты правда уходишь? Сейчас? – ко мне подлетела Ирэна, соседка по парте. – Но почему так внезапно?

– Может передумаешь? – протянула миловидная блондинка Лети, с который мы часто бывали у ректора, правда, по разную сторону баррикад. Она являла собой образец правильной ученицы, которую ставили в пример, но несмотря на это, она нередко покрывала меня. – Я же… до сих пор не смогла с вами никуда вляпаться…

– Нашла чему расстраиваться. Ребят, кое-что произошло… я… – на их лицах появилось недоумение, да, они меня знали другой, рвущей любого на пути к цели, то есть к получению диплома. – Я… выгорела.

– Что? – услышала сзади хриплый голос Томаса. – Нет, я от тебя ожидал любого, но чтобы на каникулах выгореть… Ты чем занималась? И без нас еще?

– Вы все равно не поверите.

– Судя по последствиям, поверим.

– И все же… Я пришла попрощаться. Если захотите, то приходите в гости в дом лорда Алиросо.

Надо ли говорить, какие каменные лица обратились ко мне при упоминании отца? Да, слава бывшего советника не располагала к душевным посиделкам и тем более, к проделкам.

– Рейна, нет, ты обязана рассказать, что произошло… – снова заладил Томас, вырывая меня из объятий девушек.

– Может быть когда-нибудь, – слезы не удалось удержать, и они блеснули в глазах. Девочки снова обняли меня, а я уже чувствовала затылком недовольный взгляд компаньонки. Для нее это чуждый мир, на который она смотрела с прищуром и «фи» в мыслях, для меня же это – всё, что я выстроила сама и чем пожертвовала. Но эта боль казалась ничтожной по сравнению с той, что оставила рану на сердце.

– Леди Алиросо, – крикнул Томас, догоняя меня уже у входной арки, и снова я была вынуждена обернуться и окинуть взглядом свой второй дом, – могу я переговорить с леди Алиросо?

Тон уже пугал, то ли Том проникся атмосферой присущей самой строгой академии, то ли… решил перейти в наступление, то есть использовать последний шанс, а зная о нашей давней дружбе, могу с уверенностью сказать, что и единственный. Поползновений с его стороны не было после первой неудавшейся попытки.

– Томас, – угрожающе произнесла я, – мне стоит беспокоиться?

– Я знаю, Рейна, – он нервничал, но смотрел в глаза. Не сказать, что сильно влюбленно, но восхищение там определенно было, – мы не были настолько близки, как парень и девушка, но я считаю, что наша дружба это… мало. Та полевка, которую ты случайно раздавила и которую кинула мне в лицо, смазала первое впечатление и положило конец романтике между нами.

Я пыталась не скривиться, поскольку, полевка не просто была мертвой, она была поднятой случайно использованным некромантским заклятием, вновь убитой мной, точнее затоптанной, и снова воскресшей, когда мы пытались ее прикопать. Но кто бы об этом знал в тот день… Том тогда отважно нес меня на плечах, после того как увидел мой обед на своих туфлях. Раньше я потерять сознание не догадалась. Подумать только, удачные свидания у меня были только с Ш… в общем, в академии ни с кем не клеилось. До сих пор.

– Прошу подумай, такие леди, как ты, долго свободными не остаются, – вполне серьезно произнес Том, галантно кланяясь. – Лучше выйти замуж за друга, чем стать женой незнакомцу, подобранному отцом.

– Благодарю, господин Хэртон, за ваше предложение, – как полагается ответила я, делая книксен и ощущая неприятный осадок от разговора. Просто… я не желала быть ни с кем из них, только не сейчас, когда так тяжело…

Но Томас оказался прав, леди из семьи Алиросо не могли ходить незамужними слишком долго. Во-первых, происхождение слишком притягивало кандидатов. Во-вторых, их притягивало солидное приданое. В-третьих, их охотно притягивал лорд под руководством мамы. Даже не знаю, как не упала, когда меня торжественно оглушили новостью «о решенном деле». Я даже принялась упрашивать отправить меня в ссылку к благородным девицам, резко рукоделие показалось просто наиувлекательнейшем занятием, возможно, я даже с кем-нибудь подружилась бы и открыла мастерскую по украшению нижнего белья фривольным кружевом. Лавка с провокационным названием «Внезапная Рей» обещала бы покупателям падение мужчин к ногам буквально с первого раза. Хоть какое-то подобие жизни, но брак…

– Кто он? Я могу знать хотя бы имя… этого счастливца!

– Он уважаемый господин, Рейна. Я не считаю нужным раскрывать тебе его имя, иначе ты просто напросто сбежишь или что-то устроишь. Смею напомнить, что данное слово необходимо держать. Так что прошу не портить такой светлый день… – отец вздохнул и подошел обнять меня. – Я так волновался за тебя столько лет, а сейчас я хочу знать, что ты в полной безопасности.

– Томас Хэртон, приходил к тебе? – спросила я, стараясь вновь не скатиться до банальных слез.

– Был, но…

– Лучше Томас Хэртон, отец, он говорил мне о своем намерении, но я проигнорировала его из-за гордости. Прошу учесть мое мнение…

– Вот как, что ж, Рей, если ты так желаешь…

Нет, совершенно не желаю, но с Томасом можно договориться. Он внук самого успешного в Икарионе финансиста, стало быть, не бедный, и ему мое состояние ни к чему, он склонен к авантюрам, стало быть… Ох, Рейна, хватит уже изобретать планы по побегу из отчего дома, клятва на крови распространяется на всю жизнь, тебя отсюда не выпустят, как бы ты не стремилась сбежать.

В самый счастливый день в жизни каждой девушки жених не всегда счастлив, но у нас было совершенно наоборот. Я, конечно, не наблюдала за сборами Томаса и совсем не интересовалась, какой же фрак он выберет, как будет смотреть его галстук с моим платьем и что подадут после нашпигованного яблоками гуся. Более того свое платье я узрела буквально перед выходом и едва не разревелась, потому что оно было великолепным, из кружев, плотно облегающих мое тело и расшитых прозрачным бисером, застегнутых на сотню мелких пуговиц сзади. Этакое истязание для нетерпеливого жениха могло свести с ума любого, я же надеялась, что Томас уснет где-то на середине. Хотя по моему плану, мы должны были заключить взаимовыгодную сделку до первой брачной ночи, которой не должно было состоятся вовсе.

– Ты просто волшебная, – произнесла мама, поправляя фату перед моим лицом. Как бы не оскалиться в храме, а то Томас испугается и сбежит раньше времени. Может, это и неплохо?! – Родная, как ты себя чувствуешь? Взяла с собой нюхательные соли?!

– Конечно.

О да, это даже не план Б, а уже В – я взяла снотворное, а план Г – в кармашке припрятано слабительное. Буду надеяться, что Томас окажется понимающим мужем и не станет препятствовать жене в ее желаниях… быть подальше. Моя покорность была притворной. Как билась в силках пойманная птица, так же трепетало сердце в страхе от происходящего. Если Томас пожелает взять силой, то противопоставить ему мне попросту нечего.

В храм, возвышающийся над огромной площадью Монарте острыми шпилями, я входила, как и полагается благовоспитанной леди, понурив голову, покоряясь судьбе. Двери распахнулись, лорд Алиросо подхватил меня под руку, пытаясь заглянуть в глаза, но его дочь мраморной скульптурой застыла в одном положении, а несколько слоев фаты скрывали обреченный взгляд и плотно сжатые губы. Гости поднялись с мест, полетели красные лепестки, опадая к ногам той, что недавно ходила отнюдь не по алому цветочному полю. Торжественная музыка стала гимном прощания с прошлой жизнью, и я едва не закричала, когда отец подвел к священнику и жениху, который сразу же сделал шаг вперед ко мне от нетерпения.

Пресветлая, а я ведь не замечала подобного от Томаса, явно та полевка убила всякий романтический интерес только у меня, но смогла распалить его. Но ничего, лучше иметь мужа-друга, чем вручить свою жизнь незнакомцу. Пока мне нужно время, чтобы понять, как связаться с драконом и все объяснить…

Священник быстро говорил стандартные фразы про любовь, веру и всепонимание, про радость и особенно много про горе, и с каждым словом моя участь приближалась к исполнению.

– Если кто-то против союза этой пары… Так, никто не против… – перескочил он быстро, будто торопился отвязаться от нас. Собственно, а куда было торопиться священнику?! – Перейдем к сути, согласны ли вы, Рейна Алиросо, взять в мужья этого господина, стоящего перед вами?! Да?!

Очень странно, и голос такой смутно знакомый, да нет, очень знакомый. Наверное, ходила когда-то на его проповеди, напортачила в храме, а теперь он желал избавиться от опасной девицы в своей обители. Голос такой, будто его зажали между двумя шкафами, писклявый и пронзительный. Разве так священники разговаривали? Только очень нервные.

– Невеста, даааа?! Да??!! Перед лицом светлейшей!!!

– Да… – такому попробуй откажи, он меня своим талмудом точно стукнул бы.

– Прекрасно. Жених, вы согласны обручиться с этой… прекрасной леди?! Подумайте еще раз. Важный шаг. Богиня не приемлет разводы, это очень грешно!

Что за двойные стандарты?! И разве может священник так откровенно намекать?! Стало быть, это в его храме я десять лет назад оплавила витраж. Я, конечно, не подарок, но вот жениху об этом знать явно не стоило, но он все равно ответил быстро и уверено:

– Да.

Тоже очень знакомо. У меня, кажется, галлюцинации на фоне переживаний. Мужчина подошел ко мне, прикасаясь к краешкам фаты, дабы приоткрыть лицо и посмотреть на лицо уже своей женщины. Я прикрыла глаза, даже отвернулась, ожидая целомудренного поцелуя в щеку, только дальше ничего не происходило. Пришлось открыть глаза и увидеть нетерпеливый взгляд священнослужителя в рясе не по размеру, рассмотреть притворно одухотворенное лицо, испорченное лишь шрамом, пересекающим бровь. Я тронулась?!

– Кер… – вовремя исправилась, поймав предостерегающий взгляд, – преподобный Керион, это вы?!

– Да, дитя мое, – протянул он, кивая в сторону жениха, – объявляю вас мужем и женой. Скрепите союз поцелуем. БЫСТРЕЕ!

А это вообще законно?! Я медленно повернулась и встретилась взглядом с изумрудными глазами, таящими в себе и безграничную любовь, и нетерпение, и ласку, и конечно, раздражение. Слишком долго соображала, а ко всему прочему все же расплакалась. Эаран сделал еще шаг вперед, обхватывая руками мое лицо и прошептал в губы перед поцелуем:

– Попалась.

– Церемония завершена, – объявил самый дерганный из священников, – освобождаем храм, идем праздновать, не мешаем молодым… им еще молиться пресветлой.

Мы обернулись на Кериона, не размыкая объятий. Дракон с присущей тому скрупулёзностью наводил порядок после обряда. Интересно, а откуда он знал, как нужно все правильно делать?! И разве в его полномочиях обручать людей?! Меня через несколько минут не перенесет в имение и Томасу?!

– Все в порядке, Рейна, – ответил Шиис, будто знал, о чем я подумала в этот момент, – у Кериона интересное прошлое… Ровно два дня назад он убедил священнослужителя передать ему на пару часов полномочия перед пресветлой, так что в Икарионе наш брак более, чем законный, а по драконьим обычаям… уж прости, но ты уже месяц как законная жена, пренебрегающая своими прямыми обязанностями. И вот я нашел супругу в Икарионе, и в каких условиях?! Ты настолько бесстрашная?!

– Эаран, дело в клятве… – залепетала я, но дракон огорошил признанием.

– Ты еще не поняла, что ее не нарушила?! – дракон пронзил меня взглядом и процитировал, чем поверг в шок. – «Жить правильно, Рейна. Беречь себя, вести, как леди, держать лицо, быть аристократкой от и до, забрать документы из академии и поступить в более надежное подходящее девушке заведение, возможно, выйти замуж. Здесь, в Икарионе». И я совершенно не понимаю, почему нужно было искать нового мужа при такой формулировке?! А если бы не успел, ты бы сейчас, прости, что делала?! Выходила замуж?!

Упс. Я придумала гораздо более изощренный план… Можно сказать, в этот раз мне неимоверно повезло, что крылатый оказался быстрее в своих умозаключениях. Только откуда ему известна моя клятва?! Отец что, в курсе этого спектакля?!

Мужчина скривился, подхватил меня на руки и направился к тайному выходу храма с видом, обещавшим любые муки тому, кто посмеет его остановить. Меня буквально затолкали в карету, прочно заблокировав выходы, снова вцепились в руки, одаривая самой обворожительной улыбкой. Я таращилась во все глаза, понимая, что меня по старой, даже древней, традиции похищают самым наглым образом. А кто-нибудь вообще понял, что произошло?!

– И как это понимать?! – Если что, этот резонный вопрос задала не я. Поэтому опешила и промычала:

– Что именно?

– Уже радует, что ты понимаешь, моментов сомнительных много, – нервно посмеялся Эаран, прожигая меня взглядом изумрудных глаз. – Почему ты снова от меня сбежала, Рейна? Почему это все время происходит?

– Чисто технически, я растаяла.

– А чисто фактически, тебя снова не было рядом, я едва не сошел с ума, думая, что ты это специально. Продумала, рассчитала и смылась в свой прекрасный Икарион!

– Вовсе нет, Эаран…

– Да я знаю, Рейна! Ты лишилась магии, и других причин возвращаться домой не было, и единственное, что могло заставить тебя уехать – это данное обещание или хуже того – клятва. Но, знаешь, тогда мне сложно было утихомирить эмоции, я стал мужчиной, которого так нагло покинули! Я думал, что ты испугалась меня, моей сущности, передумала… Очень хотелось что-нибудь сжечь от ярости, – тут глаза дракона почернели, обещая стребовать расплату за причиненный ущерб, и я поняла, что ждёт меня этой ночью, возможно, даже не ночью. Но пока Эаран злился и выговаривал то, с чем боролся весь месяц. – И вот я нахожу тебя здесь, заявляюсь к твоему отцу, выражая самые серьезные намерения, доводя его до икоты. Оказывается, он уже присмотрел тебе женишка! Знаешь, мы проговорили всю ночь, и Лорд Джеймс первые три часа просто молча сидел, не двигаясь. Он до конца не верил, что ты не врала, а я… влюбился. Следующие два часа я убеждал, что ты самая достойная супруга для императора Миисшеса, и другой быть не может. Конечно, он согласился, вовсе не испугавшись международного скандала, ведь правителям не отказывают, а проговорившись, что ты, кажется, сильно страдаешь без меня. О, мы вовсе не планировали сюрприз, дорогая, я хотел тебе раскрыться за несколько дней до свадьбы, когда все формальности были улажены, но вместо тебя на встречу пришел твой отец и ошарашил меня новостью, что его дочь просит выдать ее за некого Томаса! Зачем ты собралась замуж за другого?!