Текст книги "Запретный король волков"

Автор книги: Лея Стоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 8

Заниматься любовью с Аксилом, а потом спать рядом с ним всю ночь напоминало прекрасный сон. Я столько раз думала об этом в подростковом возрасте и даже после. Он был гораздо нежнее, чем я представляла, но также и страстным. Я попыталась тихонько выскользнуть из постели и уйти, но он зарычал, отчего я улыбнулась.

– Как ты смеешь соблазнять меня, а потом ускользать без завтрака, – пожурил он.

Я рассмеялась из-за того, что чуть не повела себя так, как поступала с другими мужчинами. Я делила постель только с двумя, помимо Аксила, но все было непринужденно, и завтрак не предусматривался.

– Что ж, тебе лучше поторопиться, мне еще нужно выиграть бой, – сказала я ему.

Он подполз через кровать и потянул меня за руку, заставляя упасть на него сверху, заливаясь смехом.

Аксил провел по линии моих волос, глядя мне в глаза с нежностью, которой я никогда не замечала в нем пятнадцатилетнем. Возможно, он стал таким за два года заточения. Похоже, теперь он был благодарен даже за мелочи.

– Ты чертовски права.

Это заставило меня ухмыльнуться.

– Так… ты думаешь, я выиграю? – я не смогла сдержать растянувшуюся почти до ушей улыбку.

– Я видел, как ты сражалась, Зара. Даже когда мы были детьми, ты была самой сильной женщиной, которую я когда-либо встречал. Ты умеешь выживать. Я не сомневаюсь, что ты самая сильная среди волчиц и точно станешь моей королевой.

Я хотела обрадоваться его комплименту, но вместо этого к горлу подступила желчь. В мой разум проник образ милой Элизы, лежащей мертвой у моих ног. Я знала, что ее физическая сила катастрофически мала по сравнению с моей… но я проявляла эмоциональную слабость, когда дело касалось этой девушки. Мой товарищ по стае. Моя сестра. Я не трону и волоска на ней.

– Мне нужно потренироваться, – внезапно сказала я.

Он, должно быть, заметил перемену в моем настроении и отпустил меня, кивнув.

Слуга принес завтрак, и мы быстро поели, а затем я поцеловала Аксила на прощание. Мне нужно было правильно настроиться на этот бой, а нахождение рядом с Аксилом этого не позволяло. Я не хотела тратить слишком много времени на свой приз, прежде чем выиграю его и потеряю бдительность.

– Мы справимся, – сказала я Элизе, и она кивнула, хотя выглядела так, словно ее вот-вот вывернет наизнанку.

Целая толпа пришла посмотреть на парный поединок. Еще две девушки добрались с окраин незадолго до окончания испытания: все остальные считались мертвыми. Теперь победившая пара – Иванна и Шарлиз или мы с Элизой – будет драться с только что прибывшей парой. Они обезвожены и ранены, так что их тоже можно исключить из списка соперниц.

Аксил сидел на своем троне высоко над рингом, когда я встретилась взглядом с братом. Я верила, что он поможет мне пройти через это и всегда подсобит мудрым советом, поэтому я приготовилась впитывать все, что он собирается сейчас сказать.

– Ты пахнешь им, – заметил брат и бросил взгляд на короля.

Я напряглась от его слов, покраснела, а затем мысленно дала себе оплеуху за то, что не приняла ванну после ночи с Аксилом.

Совсем не это я ожидала услышать от Сайруса.

Наклонившись к моему лицу, он прошептал:

– Используй это. Вбей Иванне в голову, что ты уже заполучила короля.

Затем он отстранился, и я с трудом сглотнула, коротко кивнув ему. Игры разума. Его конек. Вместо того чтобы дразнить ее за то, что она спит со своим тренером, я щегольну тем, с кем сплю я. Что может пойти не так?

Тренер Элизы положил свою ладонь мне и ей на плечи, сближая нас.

– Используйте связь стаи и тот факт, что Элиза здесь самая крупная волчица.

Мы обе кивнули: нашей стратегией всегда было использовать крупногабаритную волчицу Элизы. Ее размер был большим преимуществом.

Я обратилась к Элизе.

– Ты пьешь медовуху?

Она обескураженно изогнула брови.

– Не совсем. Я больше люблю смаковать вино… когда это уместно, конечно.

Я усмехнулась. Она была одновременно очаровательной и такой правильной.

– Сегодня вечером, после нашей победы, мы так напьемся, что забудем наши имена, – сообщила я ей.

Ее тренер неодобрительно прищелкнул языком в ответ на мои слова.

Это вызвало улыбку на губах Элизы, и я отметила, как улетучилась ее тревога.

– Заметано.

Мы готовы.

Я вышла на ринг, взяв предложенный советником меч. На этот раз я не стала глупить и не отказалась от оружия. Только не в бою против Иванны. Он предложил оружие команде противника, и Иванна взяла его. Кажется, у нас была похожая стратегия. Мы останемся людьми и будем защищать своих напарниц в волчьем обличье.

Звонок еще не прозвенел, но я взвесила клинок в руках, не осмеливаясь взглянуть на Аксила из опасения потерять концентрацию. Я не позволю своему разуму поколебаться, я должна быть безжалостной и неумолимой, пока эти две женщины не окажутся либо мертвыми у моих ног, либо на коленях, вымаливая пощаду.

Советник поднял руку, чтобы утихомирить толпу.

– Этот бой должен быть начат в человеческой форме, только один из партнеров может использовать оружие, и только один партнер может обратиться в волка. Включая частичное обращение. – Он посмотрел на нас с Иванной.

Мы обе кивнули, и Иванна шагнула ближе ко мне, ее ноздри раздувались, когда она, казалось, вдыхала мой запах. Ее взгляд метнулся к Аксилу, а затем обратно ко мне, и она зарычала.

Я притворно зевнула.

– Я та-а-ак устала. Бурная выдалась ночка. – Я выбрала этот момент, чтобы посмотреть на Аксила и подмигнуть, и тут же прозвенел звонок.

Едва я успела обернуться к Иванне, как она уже наступала на меня с боевым кличем. Тогда я совершила нечто безумное, то, что подвергло меня риску, но убедило в нашей победе. Отведя руку назад, я метнула меч прямо в напарницу Иванны – Шарлиз, когда она пыталась превратиться в волчицу. Лезвие выскользнуло из моих пальцев и вонзилось в грудь девушки, опрокинув ее навзничь на землю.

Она мгновенно истекла кровью с торчащим из груди мечом. Роковое попадание.

Мы на полпути к цели.

Собравшиеся волки обезумели от моего смелого шага.

Было не время праздновать. Теперь я безоружна, Элиза в процессе обращения позади меня, а Иванна, полная ярости, намеревалась вонзить сталь мне в шею. Я едва успела увернуться, когда лезвие просвистело у меня над головой. Я нырнула Иванне под живот, повалив ее на землю и молясь, чтобы она при этом выронила меч.

Но нет. Мы рухнули на твердую землю, а затем она взяла рукоятку оружия и несколько раз ударила меня им по спине. Агония пронзила мою спину, когда я попыталась прижать ее руки к земле, но она была подобна дикому зверю, набрасываясь на меня со всех сторон.

Поторопись, Элиза!

Запрокинув голову, я врезалась лбом в лоб Иванны, и она вскрикнула от боли, а толпа одобрительно взревела. Внезапно бедра Иванны дернулись вверх с такой силой, что меня отбросило от нее на бок.

Я ударилась о твердую землю, и тогда Иванна попыталась выставить меч между нами. Протянув руку, я схватила пригоршню мелкой земли и бросила ей прямо в лицо. Она закашлялась и отплевывалась, и тогда я с трудом поднялась на ноги.

Элиза подбежала ко мне в своем гигантском волчьем обличье, и я вздохнула с облегчением.

Иванна стояла перед нами, высоко подняв меч и быстро моргая, чтобы очистить глаза от грязи.

Элиза предупреждающе тявкнула, но я уже увидела, что Иванна начала наступать, и повернулась в ту сторону.

Она направлялась прямо на меня с поднятым мечом, и я знала, что мне придется принять несколько ударов, чтобы Элиза смогла прикончить ее. За эти годы мы с братом проработали сотни сценариев сражений. Мы проводили тренировки с тех пор, как я была маленьким щенком. Я была создана для этого. Но этот сценарий – застрять в человеческом обличье, когда кто-то нападает на тебя с клинком, когда ты безоружен, – был худшим.

Реши сама, куда твой противник нанесет удар, – всплыл у меня в памяти совет брата, словно воспарив на облаке воспоминаний.

Будет чертовски больно, но у меня не было выбора. Протянув руки, я схватила лезвие пальцами и сжала так сильно, как только могла, чтобы оружие не вонзилось мне в живот. Толпа ахнула, и среди них я различила даже голос Аксила. Раскаленная докрасна боль вспыхнула между моими пальцами, и я не смогла сдержать вопль агонии, вырвавшийся из моего горла. Моя волчица хотела вырваться на свободу, но я должна подавить ее согласно правилам боя. Моим естественным инстинктом было отпустить лезвие и покончить с мучениями, но я заставила себя держаться за него, пытаясь сохранить свои кишки в желудке.

Я выдержала убийственный взгляд Иванны, когда она закричала мне в лицо, изо всех сил нажимая на рукоять лезвия. Когда тень Элизы упала на Иванну, ее лицо обмякло, и я отвела взгляд, когда Элиза заключила голову Иванны в свои гигантские челюсти и оторвала ее от тела.

Ее череп с глухим стуком ударился о землю, а тело Иванны на мгновение замерло, что привело меня в ужас.

Я выронила клинок, мои окровавленные руки дрожали, когда ее ноги наконец подогнулись и ее тело упало на пол.

Образ жизни нашего народа сохранялся веками. Это было грубо, по-животному и инстинктивно, но это не значит, что не травмировало меня.

Я посмотрела на Элизу, на кровь, залившую ее рот, и прочла ужас на ее лице. Мы выжили, но после этого уже никогда не будем прежними.

Медовуха целого королевства не сможет стереть это воспоминание, но я была уверена, что, во имя Гадеса, попытаться стоит. Толпа скандировала наши имена, а затем появился Сайрус с чистыми льняными кусочками ткани, в то время как Элиза принимала человеческий облик. Я вздрогнула, когда он перевязывал мои ладони, прижимая лоскуты кожи обратно. Затем я перевела взгляд на Аксила. В его глазах была гордость, но к ней примешивалось что-то еще.

Страх.

Чего он боялся? Наш следующий бой будет не самым простым из-за моей травмы, но я слышала, что девушки почти при смерти, так что, думаю, все не так плохо.

Аксил прочистил горло, чтобы сделать объявление, и волки притихли.

– Третья команда, которая вернулась из мертвых земель и должна была сразиться с победителями, сбежала на Пепельную гору, сдавшись…

Пространство заполнило возмущенное «у-у-у-у», и сквозь меня словно пропустили электрический разряд.

– Теперь они считаются изгоями, и их разорвут на части, если они когда-нибудь вернутся. Это значит, что Элиза и Зара наши финалистки.

Теперь я знала, почему он выглядел испуганным.

У меня закружилась голова, когда я осознала, что мой следующий бой будет против нее. Моей сестры по стае.

Нет.

Кажется, в тот же момент осознание обрушилось и на нее.

– Я не стану, – тихо сказала она рядом со мной, и мой брат напрягся.

Я кивнула.

– Я тоже. Не думай об этом. Сегодня мы празднуем.

Она опустила подбородок, но подступающая к горлу тошнота не покидала меня.

Медовуха текла рекой, и стаи отовсюду начали вливать ее мне в горло, так как я не могла пользоваться перебинтованными руками.

Каждый час нас с Элизой поднимали в воздух и носили по усеянному палатками полю, скандируя:

– Финалистки.

К четвертой пинте медовухи мы с Элизой уже покатывались со смеху из-за любого пустяка. Даже Аксил присоединился к компании, собравшейся у костра перед моей палаткой. Будучи оборотнем, было трудно напиться: мы слишком быстро трезвели, но сейчас я была по-настоящему подшофе.

– То, что ты бросила горсть земли ей в глаза, было так круто! – сказала мне маленькая девочка-волчонок. – Однажды я воспользуюсь этим приемом, когда меня выберут участницей.

Я улыбнулась ей.

– Мы позаботимся о том, чтобы у тебя был хороший тренер. – Я постаралась не сболтнуть лишнего, и маленькая девочка кивнула.

Ее мать понимающе улыбнулась мне и сказала ребенку, что пора спать.

К тому времени, когда прошло еще два часа, совсем стемнело, и почти все остальные легли спать. Элиза, Сайрус, Аксил и я топтались вокруг костра, распевая старые песни и потряхивая недопитыми кружками медовухи. Все казалось онемевшим и приятным, а пропитанная кровью ткань на моих руках была далеким воспоминанием. Несколько волков из моей стаи играли песни на барабанах, когда Аксил пригласил меня потанцевать.

Элиза была в курсе, что мое сердце принадлежит ему, и поэтому я знала, что она не будет возражать, если мы потанцуем. Хотя отношения с королем были запрещены, танец уж точно никому не навредит.

Я обвила руками его шею, заботясь о своих заживающих руках, когда он обхватил меня за талию, и мы закачались в такт музыке. Всегда, когда медовуха попадала в мои вены, я переставала фильтровать поток своих слов.

– Я никогда не переставала любить тебя, – прошептала я ему на ухо, когда он крепко обнял меня. – Даже когда я ненавидела тебя, я любила.

В моем сердце была дыра размером с Аксила, которую никто, кроме него, никогда не залечит.

Его губы коснулись моего уха.

– Я полюбил тебя с того первого дня в лагере, Зара, – сказал он, и мое нутро затрепетало. – И именно поэтому ты должна завтра убить Элизу.

Мое тело напряглось, и я отстранилась с широко раскрытыми глазами. Я энергично покачала головой, и Аксил прижался своим лбом к моему.

– Только последняя оставшаяся в живых волчица сможет стать моей женой, Зара, – сказал он, и медовуха внезапно выветрилась из моего организма. На меня нахлынула смешанная с ужасом трезвость.

Разве я могу убить ее? Чтобы быть с любовью всей моей жизни?

Я взглянула в сторону костра и увидела смеющуюся Элизу со своим старшим братом. Она была такой беззаботной, ее улыбка такой искренней, а смех полон такой невинности. Она не была создана для этого соревнования, и все же каким-то образом она пробилась к вершине.

Лишить сестру жизни ради мужа?

Я убрала руки с шеи Аксила и сделала шаг назад.

– Я устала. Мне нужно немного поспать, – сказала ему я.

Беспокойство промелькнуло на его лице, и он кивнул.

– Не хочешь пойти ко мне…

Я покачала головой.

– Я буду спать со своей стаей. Последнюю ночь, – сказала я.

Завтра я либо умру, либо стану его женой.

Он кивнул, нервно сглотнув, а смех Элизы затих, когда она посмотрела на меня.

– Идешь спать?

Я кивнула.

– Валюсь с ног, – солгала я. Скорее всего, не сомкну глаз. Я не уверена, что способна убить кого-то, с кем настолько сблизилась.

Она нахмурилась.

Напряжение нашей реальности повисло в воздухе и казалось осязаемым. Аксил сделал два шага к Элизе.

– Утром первым делом приходи ко мне, Элиза. Я разорву твою временную связь со стаей Илистых Отмелей и заберу тебя обратно в стаю Горы Смерти.

Временную? Это ранило, и все же я знала, что это нужно было сделать. Я не могу сражаться с товарищем по стае насмерть. Это безумие.

На ее лице не отразилось никаких эмоций, и она просто кивнула.

Барабаны смолкли, и мой брат, казалось, осознал всю неловкость происходящего.

– Что ж, нам пора ложиться спать. Всем спокойной ночи, – сказал он тем, кто все еще задерживался у костра, а затем подошел ко мне, заталкивая меня внутрь нашей палатки.

Я посмотрела на своего старшего брата со слезами на глазах и была удивлена, увидев, что он тоже был на грани.

– Сайрус, я не могу, – захныкала я.

Он прерывисто вздохнул.

– Ты должна, Зара.

Я не подписывалась на это – убивать того, кто мне дорог!

Я бросилась через палатку, а затем скользнула в свой гамак, закрыв лицо меховым одеялом, чтобы спрятаться от всего мира.

Это нечестно, и я не могу этого сделать. Я услышала шипение огня, когда брат затушил его ведром воды, а затем мои товарищи по стае шепотом пожелали друг другу спокойной ночи. Они все забрались в свои гамаки, пока я лежала без сна, действие медовухи полностью выветрилось благодаря моей стремительной регенерации. Руки почти не болели: они уже зажили, а в голове царил полный кавардак. Меня преследовали воспоминания об Аксиле и нашей истории любви. Кто встречает свою вторую половинку в пятнадцать лет? И тут же в моем сознании всплыли воспоминания об Элизе. О том, как она постоянно защищала меня и прикрывала спину с тех пор, как я попала сюда. Я нужна ей.

Как сказал когда-то Аксил: «Я никто, если не предан». Но кому я должна быть предана? Своей любви к Аксилу? Или Элизе? Я ворочалась в течение нескольких часов, даже после того как Сайрус и остальные погрузились в глубокий сон и начали храпеть.

Я просто лежала, мои мысли путались, когда я выглянула из-за открытого полога палатки и посмотрела на луну.

Создатель, помоги мне. Я помолилась впервые за долгое время. Это невыносимо.

Глава 9

Я знала, что не засну – и смирилась с этим. Вместо этого я просто лежала без сна, пока тикали часы. Снаружи послышались шаги, и я встрепенулась, заметив тень, пересекшую палатку. Внезапно в дверях появилась Элиза, и на какую-то безумную секунду я подумала, что она собирается убить меня перед нашим боем, и обрадовалась.

Прими решение за меня и просто положи всему этому конец, взмолилась я.

Но у нее не было оружия, и она выглядела заплаканной. Она подошла прямо к моему гамаку, уставившись на меня сверху вниз.

– Не можешь уснуть? – прошептала она мне.

Я покачала головой, и она кивнула в сторону улицы. Я села, вылезая из гамака, и последовала за ней в бодрящую прохладу ночи. Было холодно, и я накинула меховой плащ, чтобы не замерзнуть.

– Что стряслось? – спросила я, молясь, чтобы она не стала просить меня сохранить ей жизнь.

Она повернулась ко мне с жутким спокойствием.

– Я попрощалась со своей семьей несколько часов назад, а затем попыталась сбежать на Пепельную Гору, – сказала она ровным голосом, и я ахнула.

– Что ты… что случилось? – Теперь я присмотрелась к ней повнимательнее, заметив немного грязи и порезов на ее руках.

Она вздохнула.

– Советники расставили по всему периметру горы королевскую стражу. После того как две другие девушки сбежали, никто не сможет выбраться. Они хотят получить свой последний бой, они хотят получить свою королеву.

Тогда мое сердце разбилось. Она пыталась уйти, чтобы дать мне шанс победить, никого при этом не убив. И потерпела неудачу.

– Элиза, я не могу…

Она подняла руку и наконец встретилась со мной взглядом.

– Я и не думала, что смогу продержаться так долго, – сказала она с улыбкой. – Моя семья понимает ситуацию, и завтра я собираюсь сдаться.

Я широко распахнула глаза.

– Ты не можешь, тебя разорвут на части!

Она заглянула в палатку, а затем оттащила меня подальше, чтобы я никого не разбудила.

– Той, кто сдастся, буду я, – упрямо воспротивилась я ей.

Она покачала головой.

– В таком случае тебя разорвут на части, и я выйду за Аксила. Ты действительно хочешь, чтобы я спала с ним всю оставшуюся жизнь?

В моем горле зародилось рычание, и она усмехнулась.

– Так я и думала. Вы, ребята, созданы друг для друга, вы пара. Ты сильнее из нас двоих. Ты заслуживаешь быть королевой.

Неожиданный всхлип сотряс мое тело, и она притянула меня в объятия, от которых захрустели позвонки. Тогда я заплакала, кажется, в десятый раз с тех пор, как добралась до этой чертовой горы, а она обнимала меня, сохраняя самообладание все это время.

– Ты такая спокойная, – сказала я ей, отстраняясь.

Она кивнула.

– Я смирилась со своей участью, Зара. Пойдем, я хочу показать тебе мое любимое место в городе. Когда ты станешь королевой, ты сможешь пойти туда, чтобы полюбоваться восходом солнца и вспомнить меня.

Взяв меня под локоть, она потянула меня за собой, но мой разум все еще играл в догонялки.

Вспомнить ее.

Она хотела, чтобы я помнила о ней, потому что она собиралась умереть? Я шла в оцепенелом молчании рядом с ней, пока мы обходили замок и поднимались на гору, которая возвышалась за ним. Она уже примирилась с тем, что ее разорвет на части собственная стая? И я должна сидеть и смотреть, как это произойдет?

– Элиза…

– Тсс, я хочу, чтобы моя последняя ночь была счастливой. – Она прервала меня, и еще одно рыдание застряло у меня в горле. Мы шли рука об руку мимо нескольких королевских гвардейцев добрых двадцать минут, пока не добрались до плоской каменной скамьи. Там мы сели и стали смотреть на лунный свет, который освещал бескрайние просторы земли.

Было темно, свечение исходило лишь от луны, и все равно было так красиво. С этой смотровой точки я могла наблюдать за десятками патрулирующих стражников по всему периметру горы. Мы застряли здесь. Наша судьба решена.

– Я рада, что это ты, – наконец произнесла Элиза, напугав меня. Некоторое время мы сидели рядом в тишине.

Я посмотрела на нее, а она рассматривала замок и раскинувшийся за ним город.

– Я рада, что ты станешь королевой нашего народа.

Я не знала, что на это ответить. Я все еще не была уверена, что меня устраивает то, что она собирается сделать. Уступит мне, а позже ее разорвут на кусочки? Должен быть другой выход.

– Может быть, если бы те две сбежавшие девушки нашлись…

Элиза протянула руку и сжала мои пальцы, чтобы успокоить меня, а затем откинулась на камень, и я последовала ее примеру, легла на спину и взглянула на звезды.

– Когда я была младше, мне было трудно заводить подруг. Ты знаешь, каково это – быть доминирующей волчицей, – сказала она.

Я кивнула, потому что действительно знала. Другие доминирующие девушки видели в тебе соперницу, а покорные были слишком напуганы, чтобы находиться рядом с тобой слишком долго. В итоге ты бóльшую часть времени проводила с парнями, но все равно чувствовала себя одинокой.

– Я никогда по-настоящему не чувствовала, что мое место здесь. Но когда ты приняла меня в стаю Илистых Отмелей… это трудно описать. – Я посмотрела на нее. Она задумчиво улыбалась звездам. – Я впервые почувствовала, что у меня появилась настоящая семья, стая и сестра. – Она сжала мою руку.

Я ненавидела это. Я ненавидела то, что она прощалась.

– Я что-нибудь придумаю, – сказала я ей, но знала, что мои слова были ложью. Что оставалось делать? Прекратить традицию, которой больше тысячи лет? Нас обеих разорвут на части. Народу волков нужна сильная королева, и именно так они ее выбирали. Я была такой же жертвой обстоятельств, как и Элиза.

Мы продолжали держаться за руки, пока тянулась ночь, и сон одолевал меня. Должно быть, до восхода солнца оставалось всего несколько часов, но я чувствовала, как на меня наваливается тяжесть усталости. Дыхание Элизы выровнялось, и, закрыв глаза всего на секунду, я заснула.

– Проснись. Смотри! – Голос Элизы проник в мою голову, и мои веки резко открылись. На мгновение я забыла, где я, и не поняла, почему меня будят. Я легко могла бы проспать еще часов десять. Густая сонливость навалилась на меня, но потом я вспомнила, что заснула на скале с Элизой и сегодня наш бой.

Я приняла сидячее положение и ахнула, когда увидела, что передо мной. Царство, которое до этого было погружено во тьму, теперь было покрыто оранжевыми и розовыми оттенками по всему горизонту. Солнечный свет заливал землю, насколько хватало глаз, и я была потрясена тем, насколько далеко отсюда было видно. Я почти могла различить размытый вдалеке край Илистых Отмелей.

Я посмотрела на Элизу и увидела, как по ее щеке скатилась одинокая слезинка. Она была так полна жизни и невинности, что я просто не могла позволить этому угаснуть. Именно в этот момент я поняла, что из нее получилась бы потрясающая королева. Любовь к своему народу и к этой земле была именно тем, что должно быть у королевы. Я потянулась и сжала ее руку, примиряясь со своим собственным будущим так же, как и она.

– Разве не прекрасно?

Я кивнула.

– Захватывающе.

Мы посидели в тишине еще несколько мгновений, а затем люди внизу начали разжигать костры и готовить завтрак.

– Аксил хотел меня видеть, – сказала она.

Я кивнула.

– Я пойду с тобой.

Мы встали, а затем спустились с горы мимо стражников, которые внимательно наблюдали за нами, держа руку на клинке у бедра.

Когда мы подошли к парадным дверям замка, страж без вопросов отступил в сторону и впустил нас. Нам было приказано пройти в обеденный зал, где мы нашли Аксила, сидящего перед нетронутой тарелкой с едой.

Казалось, мы были не единственными, кто был озабочен предстоящим боем. Элиза была его волчицей – он вырос с ней. Осознание того, что мне придется убить ее, чтобы быть с ним, не могло ему приходиться по душе.

– Элиза, Зара, спасибо, что пришли. – Он натянул фальшивую улыбку, когда мы приблизились.

Элиза встала перед ним и протянула руку.

– Я думаю, всем нам будет легче, если я присоединюсь к стае Горы Смерти перед боем.

Фальшивая улыбка Аксила дрогнула, но он кивнул.

– Согласен.

Затем он посмотрел на меня, как будто спрашивая, все ли в порядке. Это было трудно объяснить, но я чувствовала себя альфой Элизы. Я действительно не знала, как все это работает, поскольку Дориан был моим альфой, но… я чувствовала ее своей.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки и кивнула. По какой-то причине мне было грустно. Я не хотела чувствовать зияющую дыру, оставленную ею, ту же дыру, которую оставляет любой член стаи, когда женится и присоединяется к другой стае. Но она… она моя, я предъявила на нее права, и мы помогали друг другу, чтобы остаться в живых там, в мертвых землях.

Аксил превратил пальцы в когти и провел ими по ее руке, заставляя выступить на поверхности кровь. Затем он полоснул по своей руке, смешивая кровь.

Мое сердце бешено забилось в груди, и я почувствовала нерешительность Элизы. Она тоже не хотела этого делать. Теперь она была частью стаи Илистых Отмелей, и это казалось таким правильным. Но я взяла ее в качестве сестры по стае без разрешения моего альфы или ее, и поэтому я знала, что так нужно.

Аксил пробормотал что-то себе под нос, и я почувствовала, как у меня внезапно резко сжалось сердце, Элиза ахнула, и я поняла, что она тоже это почувствовала. Я посмотрела на Аксила, и его брови сошлись на переносице. Он снова пробормотал что-то себе под нос, и я вновь почувствовала ту боль в своем сердце, но Элиза все еще была там. Я чувствовала ее силу и невинность.

Аксил прерывисто вздохнул, а затем уставился на меня.

– Ваша связь слишком сильна. Я не могу забрать ее обратно.

У Элизы сохранилось смиренное выражение лица, но я была в ужасе от происходящего. Очередное доказательство того, что теперь мы семья.

– Ты оставишь нас на минутку? – спросила я ее.

Она кивнула, сжав мое плечо, когда проходила мимо.

– Я пойду повидаюсь с родителями и сестрой в последний раз, а потом встретимся с тобой на ринге.

При этих словах к горлу у меня подступила желчь, а она ушла. Как только дверь закрылась, я ворвалась в личное пространство Аксила.

– Я не могу, Аксил. Я не буду. Я люблю тебя, но я не могу убить ее.

Он тяжело сглотнул, кивая:

– Она сдастся.

Я застыла.

– Как ты узнал?

– Она пришла ко мне вчера поздно вечером и рассказала. – Он тоже выглядел нездорово. – И с тех пор я не смог сомкнуть глаз. Честно говоря, я и не ожидал, что она зайдет так далеко. Ты сделала ее сильнее, ты превратила ее в жесткого соперника.

Да. Я оттягивала неизбежное. Глупая я.

– А ты можешь… не знаю, поговорить с советниками? Аксил, она моя подруга по стае, в испытаниях должна участвовать только одна женщина из каждой стаи.

Он избегал моего взгляда, уставившись в свою тарелку с едой.

– Я пытался. Час назад. Они сказали, что королевой должна быть самая сильная женщина, и именно поэтому Испытания были спланированы таким образом. Люди не согласятся на меньшее.

Я потерла затылок.

– Что, если ты отменишь Испытания? Не женишься? – внезапно выпалила я. – Мне не нужно быть королевой, я могу просто быть твоей любовницей, тайной…

Тогда он притянул меня к себе, и у меня перехватило дыхание.

– Они не позволят мне остаться королем без королевы и, в конечном счете, наследника.

Верно. Родословная должна продолжаться.

Я позволила ему обнять меня, снимая все напряжение, которое я носила с тех пор, как мы с Элизой убили Иванну и Шарлиз. В любом случае, как бы вы это ни назвали, либо я, либо Элиза должна умереть сегодня.

– Можешь ли ты издать закон, согласно которому можно сдаться, но при этом сохранить свою жизнь?

Аксил посмотрел на меня, как на маленького ребенка.

– Это и есть закон. Люди сами взяли на себя смелость убивать члена стаи за то, что тот решит сдаться.

Я почувствовала себя пойманной в капкан.

Отстраняясь от него, я наконец заставила его встретиться со мной взглядом.

– Скажи мне, что делать, – взмолилась я.

Позволить ей сдаться? Сдаться самой? Попытаться сбежать и позволить стражникам убить меня? Мне просто нужно, чтобы кто-то другой принял решение за меня, снял с меня это бремя.

Он нахмурился.

– Ты действительно любишь ее, не так ли? Как сестру?

Я кивнула.

– Мне не следовало заводить с ней дружбу. Но теперь уже слишком поздно. И она спасла мне жизнь там, в мертвых землях. Она такая преданная и невинная…

Он протянул руку и провел пальцем по моей нижней губе, останавливая мои слова.

– Я эгоист. Я хочу, чтобы ты была моей женой и королевой, поэтому не спрашивай меня, что ты должна делать. Я разочарую тебя.

Я нахмурилась, услышав его, но оценила честность.

Он провел пальцем по линии моего подбородка.

– Делай то, с чем сможешь жить, и я позабочусь о том, чтобы мы были вместе.

Я прикусила губу. Как он мог быть уверен, что мы будем вместе, если я сдамся, а затем меня разорвет на кусочки стая? Он мечтал о сценарии, которого не существовало.

Я знала, что должна была уйти, и все же я не была готова попрощаться с Аксилом. Я хотела, чтобы у нас было больше времени, больше поцелуев, больше всего на свете.

Потому что, как бы сильно я ни любила Аксила и ни хотела быть с ним, ни за что на свете я не позволила бы Элизе умереть из-за меня. Я бы проиграла, толпа разорвала бы меня на части, а Элиза стала бы королевой. Полюбил бы Аксил ее так же, как любил меня? Нет. Не сразу, но я надеялась, что они смогут полюбить друг друга по-своему и предложить дружеские отношения.

Для этой ситуации не было слов, поэтому я позволила своему телу говорить за меня. Потянувшись, я схватила Аксила за подбородок и притянула его рот к своему. Его тело немедленно отреагировало, и его пальцы обхватили мои бедра, крепко прижимая меня к себе. Мой рот открылся, когда его язык скользнул внутрь, и мое сердце на самом деле заболело в этот момент. Целовать Аксила было все равно что дышать, и я не знала, как я так долго обходилась без этого, без него. Мой внутренний пятнадцатилетний влюбленный подросток втайне молился об этом моменте. Ради нашего воссоединения; и теперь… все кончено.

По моей щеке скатилась одинокая слезинка, и я сосредоточилась на сомкнутых губах, запоминая наш поцелуй и запечатывая его навсегда.

Тогда он напрягся.

Он понял.

Он понял, каким будет мой выбор.

Отстранившись, я поцеловала его в нос и слабо улыбнулась.

– Я люблю тебя, Аксил Мун. Сейчас, отныне и навеки, – сказала я, а затем отступила назад, его руки отпустили меня, а лицо поникло. Я больше не могла на него смотреть, поэтому развернулась и вышла из комнаты, уходя от него так же, как он покидал меня, когда мне было пятнадцать.