![](/files/books/160/oblozhka-knigi-eto-zhizn-382230.jpg)
Текст книги "Это жизнь"
Автор книги: Лера Колосок
Жанр:
Прочие приключения
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)
–Господи, помоги! Она даже не поняла, как повернулась на бок. Чуть оттолкнулась от камня, схватилась за ветки куста, камень тут же покатился вниз, она висела на нескольких веточках куста. Она легла на живот и старалась схватить побольше веток куста, теперь её опорой были лишь несколько веток колючего куста, она висела на нём, как ёлочная игрушка в новогоднюю ночь. Под ногами была только рыхлая земля, как песок, опоры не было. Она подтянулась, перебирая ветки в руках, и как лягушка, лежа на животе, упиралась согнутыми коленями в сыпучий грунт. Наконец она дотянулась до основания куста, там ветки были потолще. Немного передохнув она перелезла через куст, повернулась на спину, оседлала его и сидела теперь прочно. Теперь можно было немного отдохнуть. Сколько она так сидела – не знает, вдруг она услышала недалеко от неё разговор.
–Люди. Подумала она радостно. Она привстала, выпрямилась и увидела головы двух мужчин, совсем недалеко.
–Ребята, ребята. Закричала она.
–Помогите, пожалуйста. Один подошёл к самому краю.
–Там женщина. Они сцепили кисти рук в замок, один парень начал медленно спускаться.
–Давайте руку, не бойтесь. Зацепил руку Альки за кисть.
–Тяни, давай. Вытянули Альку.
Каково же было удивление Альки, всего в трех метрах сбоку от горы проходила дорога. Почва здесь была утоптанная и твердая.
–Спасибо ребята.
–Как вы там оказались?
–Я скатилась с верху.
–Вас проводить?
–Нет – нет, спасибо.
Да, было бы очень смешно наблюдать за Алькой, как она там летела, потом копошилась, борясь с горкой, когда в трех метрах была дорога, по которой ходили люди. Но Альке было не до смеха. Горка, по которой катилась Алька, казалась небольшой. Алька шла в низ по краю дороги, изучая траекторию своего полета и чем ниже она проходила, тем ей было больше страшно. Вот здесь её ноги висели, её охватил ужас, похолодело в груди. После того места, где она висела, под её ногами была отвесная скала. Она спустилась вниз по дороге встала и посмотрела на то место куда она могла бы упасть, если бы не тот камень, в который она уперлась ногами. В низу после отвесной скалы земли и кустов не было, там лежали огромные, острые, тяжелые камни. Ей казалось, что они смотрят на неё, такие злые, холодные, вечные. Ей стало так холодно. Толи от того, что солнце стало садиться за гору и его кроваво красный закат зловеще окрасил огромные камни. Толи от того, что кровь в её венах от увиденного ужаса застыла. Ноги её онемели, и она повалилась на пенёк сухой травы, от страха, ужаса, который мог бы произойти с ней несколько минут назад.
Она увидела себя, как она лежит с разбитой головой, раскинув руки и ноги, а парни которые её вытащили, проходят мимо, и видят её окровавленное тело.
–А-А-А. Закричала она во весь голос, потом зарыдала, припав к холодной, сырой земле. Потом подняла поцарапанное, грязное лицо к небу:
–Благодарю тебя, Господи, что ты спас меня, что ты послал ко мне ребят, чтобы я без тебя делала?
РОДСТВЕННИКИ
С Алькой в комнате проживали ещё три женщины. Они были похожи между собой своей полнотой, степенностью, холодным высокомерием. Хотя им было немного за 40 лет, Алька, в сравнении с ними, казалась их дочкой. Потому они и держались всегда вместе, а Алька сама по себе.
–Как тебя зовут?
–Аля.
–Аля. Это полное имя Алевтина? Альке так не нравилось, когда её называли полным именем, её просто всю коробило.
Папа и мама Альки познакомились на Камчатке, тогда молодёжь со всего Союза, вербовали на рыбные заводы. Там они полюбили друг друга и у них родился сын Павел. У отца Альки, Сергея, родители жили в Алма-Ате. Сергей и Таня поехали к ним, Таня была беременна вторым ребенком. Она не понравилась дяде мужа.
–Ты городской парень, женился на колхознице, необразованной. Когда вечером Таня согрела воды и начала мыть мужу ноги, отец Сергея, Семен, подошёл и пнул ногой таз.
-Что бы я этого никогда не видел. Сергей говорил жене:
–Не похож Павлик на меня, нагуляла. Мама Сергея взяла фотографию сына и подала ему.
–Ой мам, откуда у вас фотография Павлика? Мы же ещё его не фотографировали.
–Это же ты, маленький.
Семен в молодости был Донским казаком. Он залезал на дерево и наблюдал, за высоким забором, возле огороженного огромного дома, за красивой ухоженной девушкой. В длинном, светлом, пышном платье. Она часто с подружками прыгала на лужайке, смеялась, веселилась, а иногда в тени раскидистой шелковицы сидела с книгой или рукоделием. Ей не разрешалось выходить одной за ограду. Но подружки так разыгрались, разбегались, играя в прядки, Граня выбежала за калитку и спряталась. Семен заприметил девушку, схватил её своими огромными ручищами. Как зверь, жадно тащит свою добычу в нору. Перекинул её как куклу через плечо, сел на коня и ускакал. Закрыл её в холодном, тёмном, грязном подвале, в заброшенной избушке, в лесу. Носил ей хлеб, кашу, воду и насиловал её. Только когда живот стал большим и ей нужно было скоро рожать, она увидела свет, он привёл её домой. Отец Семена, узнав об этом, три дня порол сына плетью и сказал, что отдаст его на съедение волкам. Граня родила крепенького, здорового сына, назвали его Сергеем. Внук смягчил сердце деда, и он не стал убивать сына. Так Граня родила мужу 6 сыновей и дочку. Родители Сергея полюбили Таню, но муж, прежде ласковый и заботливый, стал пить, унижать и бить жену. Таня родила второго сына, он был просто богатырь, пошёл в деда. В 10 месяцев он заболел, как не старалась Таня, бегала по бабушкам травницам, лечила, спасти его не удалось. Когда он умер, Павел долго бегал по дому, заглядывал под кровать, долго искал брата и кричал, звал его по имени.
Когда Тане, пришёл срок рожать третьего ребенка, была уже теплая весна. В огороде посадили картошку, помидоры, огурцы набирали цвет. Павлу уже было 3,5 года. Он с родителями копался в огороде, споткнулся о кочку и упал вниз лицом, и громко кричал. Сергей взял сына на руки:
–Не смотришь за ребёнком, убился мой сын первенец. И со всего размаху ударил Таню кулаком по лицу. Таня перекрутилась и упала животом вниз, закричала от сильной боли внизу живота. Муж сел на велосипед и поехал за повитухой в соседнее село.
–Ставь воду, готовь тряпки, начались роды. Кричала Сергею повитуха.
–Таня, у тебя дочь.
–Ой, вторая мученица. Сказала Таня и потеряла сознание.
–Детское место не отходит, нужно вести в город. Сергей положил жену на тележку вместе с ребенком и повёз на станцию, бегом, глотая пыль и соленые слёзы.
Поезда здесь не останавливаются, только для роженицы притормозил скорый поезд. Женщину с ребенком погрузили. Только когда санитары несли Таню на носилках в городе Алма-Ате и на её лицо капал мелкий, холодный дождик, женщина открыла глаза. Врачи после операции сказали:
–Счастливые твои дети, им повезло, что у них такая мужественная мама.
Таня хотела назвать дочку, Наташа, но Сергей пошёл и записал её Алевтиной, в честь своей любовницы. Потому Таня не признавала это имя и звала её:
–Ляля, моя Ляля, моя доченька Ляля. Так все стали называть девочку Ляля.
Девочка росла болезненным ребенком. Как и её умерший брат, в 10 месяцев, Ляля заболела двухсторонним воспалением легких. Таня травами, примочками, выходила дочь. Ляля подрастала, уже встала на слабенькие ножки и снова заболела, её положили в больницу с мамой. Было холодно, маленькая больница отапливалась плиткой, мать согревала дочь своим телом. Но после приезда комиссии из города матерей отправили домой. Аля сильно простыла, заболела, пошло обострение. Сказали, что неизвестная болезнь, средств лечить, как и денег у родителей, нет. И ребенка отдали домой, родителям, умирать.
Таня несла дочь домой, закутав её в старенькое одеяльце. Она просто шла, не разбирая дороги, заливаясь горькими слезами:
–Ляля. Моя Ляля. Доченька моя. Милая моя доченька. Ляля. Моя Ляля. Она шла отрешенно, даже не вытирая слезы, они падали на платок, пальто, одеяльце ребенка и тут же замерзали, превращаясь в иней и маленькие льдинки.
–Что ты дочка плачешь? Что случилось? Куда ты в такой мороз несёшь ребенка? Таня рассказала пожилой женщине о своем несчастье.
–Дочка крещеная?
–Нет. И сынок у меня умер некрещёный. Не было там церкви. Свекровь знала молитвы, я её просили почитать над ребенком, но она отказалась.
–Один Господь ведает путь наш. Когда нам прийти, когда нам уйти. Пути Господние неисповедимы. По крести дочку. Если умрёт, предстанет перед Господом Ангелом. Господь не оставляет своих чад, даст ей жизнь вечную. Что сынок умер некрещёный, не твоя вина. По крести дочку. На всё воля Божья. Иди с Богом дочка.
Таня взяла младшую сестру, ей было 9 лет, и пошла с детьми, здесь была маленькая церковь.
–Батюшка, дочка умирает некрещёная, денег нет оплатить.
–Не беспокойся за деньги. Таня принесла ребёнка домой и положила бездыханное тело на кровать, пищу она уже не принимала, даже вода со рта выливалась. Вся семья села за стол ужинать, только Таня есть не могла, она только смотрела на свою любимую доченьку и вместо еды, она глотала слезы. Заметила, как муха села на бледное, как снег лицо ребёнка. Таня подошла, отмахнула от лица муху, ребёнок не реагировал. Таня встала на колени перед кроватью, положила голову к щеке дочки, обняла её маленькое, умирающее тельце.
–Ещё теплая. Какое страшное испытание для матери, когда на твоих глазах умирает её любимый ребёнок и ничего нельзя исправить. Она не знала ни одной молитвы, если бы она могла, она бы умерла вместо неё. Таня подняла голову, дочка чуть-чуть сморщилась и тихонько застонала. Таня села за стол и положила голову на руки, сын с мужем покушали и ушли в другую комнату. Таня подняла голову и посмотрела на ребенка. Аля, не поворачивая головы, скосив большие глаза, она так похудела, что одни только синие, большие глаза и остались, и заостренный носик на осунувшемся бледном лице. Она, широко раскрыв глаза, смотрела на стол. Таня взяла кусочек селёдки со стола, очистила от костей и кожицы, пока никто не видит, потому, что врачи запретили её кормить соленой пищей, сунула в маленький ротик маленький кусочек. Девочка закрыла глаза и тихонько почмокивая, долго его смаковала. Открыла глаза и снова стала смотреть на стол, Таня проделала тоже самое ещё, девочка не выплевывала пищу. Так Таня скормили ей целый кусочек, она подумала – если умрёт, так хоть не голодная, пусть лучше сытая умрёт. Девочка закрыла глаза и больше не смотрела на стол. Таня увидела, что её бледное лицо чуть-чуть порозовело, губки стали чуть-чуть отличаться от её бледной кожи и грудь стала тихонько приподниматься при дыхании. Только поздно вечером, ближе к ночи, девочка открыла глаза и тихим шёпотом сказала:
–Пить.
АЛЯ
Аля была очень худенькая потому, что плохо кушала. Отец был очень строгий, все беспрекословно подчинялись ему, он увидел нетронутую тарелку с супом на столе.
–Не ела?
–Нет. Он вытащил ремень из брюк, Алька заплакала.
–Бери ложку. Аля взяла.
–Ешь. Она плакала и морщилась, он ударил её ремнём по спине. Аля со слезами начала есть. Отец держал ремень перед её лицом, она хныкала и плакала.
–С хлебом ешь. Алька взяла хлеб и вместе со слезами и соплями съела весь суп.
Альки было уже 6 лет, в садик она не ходила, сидела дома одна. Она брала табурет, ставила его к стенке, где висела в рамочке фотография старшего брата:
–Павлик, иди домой, я тебя жду. Я тебя люблю, приходи скорей. Она со слезами, целовала фотографию брата. Зимой она обычно сидела в комнате на подоконнике и смотрела во двор, ждала брата, разговаривала сама с собой или с собакой и курами, общипывала по листочку цветок и ела его. Мать приходила с работы и ругала её:
–Опять объела весь цветок.
–Это щавель.
–Нет, это цветок, не трогай его, цветы не едят.
–Петя, Петя, петушок, золотой гребешок, маслина головушка, шелкова бородушка. Говорила она петуху через окно, он так важничал, поднимал высоко голову, поднимал перья, высокомерно смотрел на кур.
–Что ты важничаешь, дурак, глупая птица. Петух сразу сердился и разгонял кур, чтобы они не слушали Альку. Из-за этого, а может из-за того, что Алька выходила на улицу и громко пела, петух невзлюбил Альку. Стоит ей выйти на улицу, только он услышит её голос, где бы он не был, распускал крылья и летел, прыгал на неё и клевал. Пришлось Тане сварить из него суп.
Когда брат приходил из школы, он читал Альке книжки, рассказывал сказки, они играли в шашки, шахматы, морской бой. Она уже умела читать, считать до 100 и очень хотела в школу. С утра шёл снег и когда на улице все побелело, Алька оделась и прыгая от радости, взяла санки, и пошла на горку в огороде. Но санки почему-то не катились.
–Всегда катились, а сегодня нет, почему? Удивлялась Алька. Она выпачкалась вся в грязи, обиделась и ушла домой.
ШКОЛА
Наконец она дождалась, завтра она пойдёт в школу. Алька сразу почувствовала себя важной и взрослой. Сердце радостно колотилось от волнения, что она уже большая, как брат. Мама привела её в класс и ушла на работу. Вокруг было много чужих детей, Алька озиралась по сторонам, но мамы и брата не было. Альке было страшно. А высокая и большая тетя махала указкой, громко говорила и кричала. Она подошла к Альке и начала сильно кричать:
–Петрова? Петрова Алевтина? Ты что, глухая? Я к тебе обращаюсь. Она схватила Альку за шею и подняла её из-за парты.
–Когда к тебе обращаются нужно встать и сказать: Я, здесь.
В школе Альке не понравилось, учительница била указкой детей по голове, тыкала в грудь, спину, головой тыкала в тетрадь, дети плакали, она ставила двойки и колы. Алька пришла домой и всё рассказала и то, что она в школу больше не пойдёт. Отец сказал:
–Тебя звать Алевтина.
–Нет, я Ляля, Ляля!
–Нет, ты Петрова Алевтина. Алька не понимала, почему в школе называют Алевтина. Дома родители ругались между собой.
–Это моя доченька Ляля.
–Нет это моя дочь Алевтина. Вот представь, вырастешь ты большая, а тебя будут звать тетя Ляля или баба Ляля.
–Я Ляля, Ляля!
В школе ей ставили двойки, дома её отец бил за двойки и она решила не ходить в школу. Гуляла возле школы в садике, а когда все дети из школы выбегали, она тоже шла домой.
–Что получила?
–Ничего. Порки сегодня нет.
Однажды она как всегда гуляла в скверике, там были красивые деревья, ей очень нравились. Листья были красные, а на конце ветки пушистые пёрышки. Она собирала красивые листья и веточки с пёрышками и гуляла. К ней подошёл высокий дядя.
–Какие ты красивые листочки собираешь. Он ходил рядом.
–А как тебя зовут?
–Аля, Ляля.
–У тебя два имени?
–Дома меня зовут Ляля, а в школе Аля.
–Какая ты счастливая девочка, у тебя два имени. А хочешь, я тебе зайчика покажу.
–Хочу. Они присели на травку.
–Сейчас мы зайчика вытащим из норки. Он стал расстёгивать брюки, Аля отвернулась. Она интуитивно чувствовала, что туда смотреть нельзя.
–Посмотри какой зайчик. Аля не поворачивала голову, он рукой легонечко повернул её голову. Она зажмурилась.
–Открой глазки. Когда её брат говорил:
–Покажи писю. Аля говорила:
–Сначала ты, покажи свою писю.
–Нет девочкам нельзя смотреть на писю мальчиков.
–Тогда и я не покажу свою.
–Ну и не надо, я уже видел твою писю, когда ты была маленькой. Я даже видел, как ты из маминой писи вылезла вся в крови. Алька никогда не видела, но понимала, что на этом месте пися и смотреть туда нельзя.
–Открой глазки, посмотри на зайчика. Открой глазки. Громко и строго сказал мужчина. Аля на секунду открыла и тут же, закрыла и отвернулась.
–Зайчику холодно, зайчик замёрз, погрей зайчика. Мужчина взял её ручку и положил на зайчика, зайчик вздрогнул. Аля одёрнула руку и спрятала их за спиной. Когда проходили люди, мужчина закрывался плащом.
–Мне нужно идти домой. Он держал девочку за руку.
–Нет, мне надо идти домой, захныкала девочка. Прозвенел звонок. Дети высыпали из школы, шумно и весело. Мужчина отпустил девочку, она побежала домой. Она бежала и думала:
–Какой противный урод, этот зайчик, это что у каждого мальчика в штанах, такой противный зайчик. Потому брат и говорил:
–Нельзя показывать писю девочкам. Потому, что она такая противная, страшная, фу, ужас. Мало того, что все мальчики такие глупые хулиганы, да ещё и пися у них в штанах такая страшная, б-р-р.
Алька купила себе электрогрелку, положила её под одеяло, под ноги, отопление ещё не включили. После процедур, она приходила, садилась на кровать, ноги на грелку, укрывалась одеялом и вязала, а что ещё тут делать? Она всегда брала с собой вязание, когда лежала в больнице. Она не могла просто сидеть без дела, ей нужно было чем-то заняться, так и время быстрей летит. Хорошо, что ей скоро ехать домой, через два дня. Когда она вышла из столовой, она встретила того высокого брюнета с танцев, которого она просила с ней танцевать. Они посидели в зале на диване, чтобы её бабки не косились, вышли на улицу, поболтали, так не о чём, на следующий день Алька уехала.
Алька уже ехала в автобусе.
–Ура! Домой! Дома тепло, муж. В этот раз она уже не звонила и не сообщала, когда приедет, стала умнее. Она уже соскучилась по мужу, как хорошо, что есть своя квартира, есть красивая мебель. Алька сама накопила деньги и купила, когда муж отказался дать деньги с книжки, на которую она сама складывала.
–Это мне на машину. Заявил Влад, пришлось Альке копить снова деньги, теперь на мебель.
–Вот бы нам ещё ребеночка для полного счастья. Ничего не получается, как уже надоело каждый год по курортам, по больницам, бегать по врачам, по бабкам. Надеяться на что-то каждый раз, а результатов ноль.
ПЕРВЫЙ
Да нет, были у неё результаты, вот, например, случай. Отчим нашёл Альке и Владу съёмную квартиру, дом барачного типа на два хозяина. Семья из пяти человек – муж, жена и трое детей, самому младшему из которых, на тот момент, было 5 месяцев. Уезжали в другой город на 12 месяцев, а может и больше. Алька с Владом отдали деньги сразу за год, под расписку.
–Ну не будет же такая большая семья с малышами, из-за наших денег срываться с места, чтобы выгнать нас на улицу. Тем более на вид приличные люди. Подумала Алька. Алька с Владом зажили своей семьёй, как хозяева, хотя бы на год. Выгнали немного самогонки для гостей. Алька приходит с работы, а её муж сидит за столом с таким мужчиной. Алька аж обалдела – там такой бич, грязный, запитый, просто жуть. Она вывела мужа в другую комнату:
–Это что там сидит?
–Да это знакомый, пришёл самогон дегустировать. Мужчина услышал разговор и сразу же ушёл.
–Эх ты, такого нужного человека выгнала, да он за пол литру водки любого человека убьёт.
Как-то Алька возилась с едой на кухне и вдруг слышит какой-то звук, как звон, как будто стекло разбилось. Дома некого не было, проходит по комнатам, зашла в спальню, а там, в их спальне, стояло зеркало их хозяев. Оно стояло на полу, прислонено к шкафу, Алька смотрит – зеркало раскололось по вдоль и пополам.
–Это же к беде. Подумала Алька. Да ещё чужая собака, уже несколько дней на улице, прибежит и усиленно роет землю под фундаментом их дома. Алька прогонит собаку, землю притопчет, она на следующий день рядом роет. Алька такими событиями была сильно напугана.
Прожили Алька с Владом спокойно на этой квартире всего 2 месяца. Вдруг среди ночи стук в дверь, хозяйка приехала, у неё там, в другом городе, малыш умер, она с мужем поругалась. На утро был выходной, она собрала подружек, друзей.
–Давайте помянем мою кровиночку. И так она поминала своё дитя две недели, кое как отправили её к мужу. Когда она уехала, вместе с ней уехали носки, рубашки Влада, кое-что из посуды и вещей Альки. У Альки была небольшая задержка, Алька уже мечтала о ребёнке. На нервной почве, её просто трясло, внезапно полило, Алька сутки не могла встать с постели. Через неделю хозяйка приехала жить, её муж выгнал за пьянку.
–Я вас не гоню, живите. Но как можно жить молодым людям с посторонним человеком в одной квартире, да ещё с неадекватным. Они уехали на другую квартиру, платили за съёмную, да ещё отдавали долги за прошлую квартиру.
ВТОРОЙ
Алька пролежала в больнице, прошла курс лечебной терапии, врачи сказали:
–После этого лечения, через полгода, может раньше, можете забеременеть. Не переохлаждайтесь, не нервничайте, хорошо питайтесь, берегите себя. Прошло две недели, конец февраля. Мама Альки начала выгонять из квартиры Влада и Альку. Они жили с мамой Альки в одной комнате, перегороженной шкафом. Они занимали место, кровать, рядом холодильник у головы и стул у ног для одежды. И всё это закрыто шторкой, всего получается 2 на 1,5 метра.
–Мама, куда мы пойдём? На улице зима, я только что из больницы, дайте хоть до лета дожить.
–Пошли на хуй, у меня в апреле день рожденье, ко мне придут люди, куда я их посажу, ещё ремонт надо делать. Пошли вон, пошли на хуй от сюда. Кричала Таня. Алька могла бы сказать:
–Никуда мы от сюда не пойдём, это тоже моя квартира и терпеть всё это дальше. Но Алька, когда её гонят, всегда уходит, хоть на улицу. Она не любила скандалов, криков, ссор. И когда обстоятельства обострились до предела, 6 марта они переехали в летнюю времянку, где раньше, жил Влад. Стены из металла, с наружи обиты фанерой, на улице ещё лежал снег. Влад поставил под кровать плитку, что бы не замёрзнуть и всё время ночью заглядывал под кровать, чтоб матрац не загорелся. Альке было так стыдно за свою мать. Она думала, что его мама никогда бы их не выгнала зимой на улицу, она ведь такая хорошая, добрая, заботливая. Алька уткнулась лицом в плечо мужа и плакала навзрыд, он обнял вздрагивающее её тело, глаза его тоже увлажнились и появились слёзы. На день рожденье к матери Алька не пошла и даже не позвонила, она сильно обиделась, да ещё и брат уехал на сессию.
Лето, июль, суббота. Хорошая солнечная погода, жара. Владимир, Кира, Влад и Алька пошли на озеро, 3 квартала от их дома. Взяли трехлитровую банку пива, вяленой рыбки, картошки, овощи и 0,5 водки. Сидели отдыхали, загорали, веселились и когда всё было выпито, и всё было съедено, вдруг Влад встал, взял Киру за руку, потом под ручку и они молча пошли. Алька не понимала, что происходит, они удалялись от Альки и Владимира. Влад всё время оглядывался, смотрел, не идут ли за ними. Они так быстро удалялись, как будто сильно торопились куда-то.
–А куда это они так быстро побежали? Владимир показал рукой на Влада и Киру. Наконец они были довольно далеко, пока совсем не исчезли из вида. Через много лет Алька и Владимир узнают, что они уже давно были любовники. Альку мутило, ей было плохо, она отошла в сторону, села на корточки, и когда у неё вырвало, ей стало немного полегче. Алька стала собирать всё в сумку, покрывало, посуду и они пошли домой
На утро Кира позвала Влада и Альку за накрытый стол, похмеляться, веселились, танцевали, прыгали. Во вторник у Альки внезапно хлынуло. Обычно у неё за неделю болит живот, потом помажет и всё, а тут как из ручья, потом пошли сгустки. Она увидела шарик, размером 2 х 3 сантиметра, Алька надавила на него, а оттуда потекла прозрачная жидкость. Она сильно удивилась, когда рассказала своему врачу, она ответила:
–У тебя вышло плодное яйцо.
–Какое ещё яйцо?
–Эмбрион, находится в яйце, а ты что думала, зародыш там без оболочки плавает, нужно было принести в лабораторию, у тебя был выкидыш, ты что не понимаешь?
ТРЕТИЙ
А вот ещё был случай. Альке дали адрес бабушки, говорят:
–Кого не полечит, помогает с первого раза, беременеют все. Денег не берёт. К ней приходят уже с ребенком, с подарками и благодарят. Бабка сначала делала массаж, как будто собирала всё к середине пупка, потом на живот положила большой глиняный сосуд, предварительно его прогрев свечой, как банки ставят. Весь живот у Альки сразу всосало в сосуд, стало сразу в животе тепло, приятно, как будто все внутренности из живота вытащили и там было пусто и легко. Пока горшок стоял на животе, бабушка долго читала над животом молитвы, разводя руками, как будто что– то невидимое собирала и стряхивала с рук.
–Иди, я денег не беру, придёшь с ребенком, благодарить. Алька не верила, что что-то получится, не может быть так, она вон сколько лечится и ничего не помогает, а тут прямо с первого раза, и придёшь с ребенком.
Прошёл почти месяц, Алька уже всё и забыла. Она шла с работы домой, рядом у овощного магазина на улице стояла большая куча арбузов. Алька очень захотела арбуз, она начала выбирать один, другой, третий, лучше вот тот, на самом верху, ей понравился. Она наклонилась вперед, потянулась за ним, вот уже достанет, ещё чуть-чуть и дотянется, дотянулась, взяла его в руки. И вдруг в животе что-то как будто плюхнулось, как будто что-то опустилось. Альки вдруг стало так страшно и обидно, как будто она что-то очень дорогое потеряла. Она от обиды и злости хотела этот арбуз бросить со всего раз маху об асфальт. Она шла и плакала, она ненавидела себя, ей хотелось умереть. Пошли месячные. Она поехала к бабушке.
–У меня пошли месячные.
–Не может быть, ко мне второй раз не приходят, заходи посмотрю. Она подавила живот.
–Что ты делала? Поднимала тяжести?
–Арбуз. Она так начала кричать, материться, что было мочи, казалось, что все стены и окна падали на Альку и давили на неё, ей было тяжело дышать.
–Весь мой труд насмарку, весь мой авторитет насмарку. Алька залилась слезами, ей стало страшно. Она боялась, что от такого гнева, бабка начнёт бить её.
–Уходи, и не приходи ко мне больше никогда. Алька громко рыдала, она не могла успокоиться, потом всхлипывая, пошла на выход, уже на лестничной клетке бабушка сказала ей в след:
–Ладно, как закончатся месячные, приходи. Алька была так напугана, ещё долго в её ушах стоял пронзительный крик бабушки, она так к ней больше и не пошла.
РОЗА
Когда Алька с Владом жили у её двоюродной сестры в доме, Алька шла с работы домой, за ней увязалась маленькая, рыженькая собачка, дворняжка.
–Хочешь ко мне? Ну пойдём, у нас ещё нет собачки, будешь жить у нас, охранять наш дом, пойдём со мной. Так Роза стала жить у Альки, в старой будке, оставшейся от прежней собачки. Через некоторое время собачка принесла трех очаровательных бутузов. Они были такие крупные, толстенькие, смешные.
–Молодец Роза, теперь ты стала мамой. Алька так радовалась и таскала ещё слепых щенят по двору, выносила их на солнышко, нянчилась с ними в свободное время.
Алька в выходной после завтрака вышла во двор, был душный летний день. Алекс уже уехал домой. Влад вышел на улицу. Алька взяла щенят, они уже начали открывать глазки и жмурились от солнца. Собака позволяла забирать щенят из будки, она ей доверяла, чувствовала, что хозяйка любит её детей и не причинит им вреда. Было так здорово, Алька играла с собачкой и с её щенками и ни что не предвещало беды.
–Надо избавиться от щенков. Влад подошёл к Альке и погладил щенка по голове, который был на руках у Альки.
–Как это избавиться?
–А зачем они нужны? Кормить их надо, подрастут будут гадить везде. Он сказал эту фразу так спокойно, как будто между прочим, как говорят, например.
–У нас кончился хлеб, надо сходить в магазин.
–Топить будешь? Алька вспомнила, рассказывали, как некоторые хозяйки топят котят, когда их кошка приносит. Влад взял с земли щенка, который сидел у ног Альки.
–Да нет, вот об бетонный забор глушить, они не почувствуют боли, быстро умрут. Он со всего размаху, бросил щенка в забор, был такой страшный глухой звук. Щенок отлетел от забора, упал на землю и тихо застонал. Алька прижала обеими руками щенка к груди.
–Нет. Нет. Не надо. Пожалуйста. Влад подошёл к Альке, схватил из её рук щенка и пошёл к забору. Алька зажмурилась, закрыла уши руками.
–Не надо. Не надо. Они ещё живые.
–Всё равно они уже не жильцы, лучше добить, чтоб не мучились. Алька посмотрела на собаку. Она смотрела на Альку грустными глазами. Альки стало так стыдно, ведь она доверяла ей.
Алька забежала домой, упала на кровать и рыдала в подушку.
–А-А-А. Она орала и била подушку кулаками.
–О Боже! Она вспомнила, как совсем недавно, несколько месяцев назад, он также хладнокровно стоял над ней и пинал, и убивал её. С виду тихий и спокойный человек, так же тихо и спокойно, без эмоций и сожалений может убивать. Она поняла, что он тогда мог хладнокровно и без эмоций и сожалений, не мучаясь угрызением совести, убить и закапать её в огороде. И никто из родных даже не догадался бы, что она лежит здесь в их огороде, в земле, по которой они ходят каждый день. А сколько людей пропадают без вести, каждый день, вышел из дома и не вернулся, он также мог сказать:
–Вышла из дома, пошла на работу, больше я её не видел. И спокойно жил, ел, пил, смотрел телевизор, любил женщин. Это же страшный человек, а может он и не человек вовсе, даже звери так не поступают, они убивают, чтобы не умереть с голоду. Она уткнулась в подушку и уже не плакала, она думала, как дальше жить с этим страшным человеком. Заскрипела дверь, вошёл Влад, сел рядом.
–Не плачь, я их закопал в огороде. Алька вздрогнула, мурашки пробежали по спине.
–Ну да, убил и закопал в огороде.
–Что?
–Ничего.
СНОВА ПЕРЕЕЗД
В августе приехала мама сестры Альки и сказала, что дочка с детьми и мужем переезжают в дом и Альке с мужем нужно собираться и освобождать дом. Кира нашла им квартиру рядом с её домом, милое жильё. Одна большая комната, в которой кровать, стол, печка, большой коридор, который не отапливался. Рядом, в другой половине, жили муж с женой, такая приветливая бабушка. У неё всё время болела голова, давление. Она сразу предупредила Альку, что бы не занимали денег её мужу.
–Пьёт, где не спрячу деньги, везде найдёт, даже в грязном белье и пропьёт. Через три месяца бабушка умерла, так жалко её было. Дочка бабушки продала её половину, а отца забрала к себе жить, но ему надо пить. Он приходил к квартирантам и спал на полу в холодном коридоре – когда было холодно Алька запускала его домой на ночь.
Через месяц на работу Альки позвонила её мама и сказала, что её муж умер.
–С ним в последнее время что то происходило. Идёт, вдруг ноги отказывают, и он падает как бревно. Врачи ничего не находили, анализы хорошие. Жаловалась Таня. В последнее время он много пил, даже не вставал, выпьет и спит, потом он начал ездить по гостям, как будто прощался со всеми.
–Ещё к этим надо успеть съездить. И так зимой, в гостях, он поскользнулся, упал и ударился головой о бетонные ступеньки. Утром они приехали домой, Таня вызвала скорую, врачи посмотрели, там была небольшая шишка, смазали зелёнкой, а вечером он умер. Таня думала, что теперь, после вскрытия в морге, врачи скажут, чем он болел, почему ноги отказывали. Но врачи сказали, что он был здоров как бык и легко бы мог прожить до 100 лет. А умер от кровоизлияния в мозг. Ещё милиция вызывала всех проживающих в квартире, не убили ли его, при каких обстоятельствах он упал. А кто его будет убивать, Таня его любила, денег и недвижимости у него не было. Он ушёл от жены в чем был, всё оставил жене, потом Таня его так приодела, только костюмов было 5 штук. Его дочка пришла, увидела его одежду и говорит, что у него за всю жизнь столько одежды не было.