Текст книги "Конвой для ведьмы (СИ)"

Автор книги: Леока Хабарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

ГЛАВА 17. Пробуждение

Кайден плотнее прижался к дереву. Стиснул зубы и впился взглядом в подопечную.

Из одежды на ней оставался лишь заговорённый ошейник. Длинные каштановые волосы тяжёлыми волнами ниспадали до поясницы.

Кай хорошо рассмотрел полную грудь с розовыми бутонами сосков и тёмный треугольник между ног. Не оставила его равнодушным и сочная попка.

Девушка несла в руках сердце. Кроваво-красное бьющееся сердце. Вполне возможно, что человеческое…

Кайден сглотнул. Коротко обрезанные ногти вонзились в шершавую кору, но не смотреть на ведьму он не мог.

Она опустилась перед монстром на колени и вскинула руки. На ладонях пульсировал алый сгусток. Дух чуть заметно кивнул, и девушка положила страшный дар к его ногам. Одна из полупрозрачных фей вручила ведьме кинжал. Та приняла его и, крепко сжав, занесла руку для удара…

Кай вскрикнул. Он сам не понял, как это вышло, но он вскрикнул. Приглушённо и сдавленно. Как раз в тот самый миг, когда блестящее лезвие устремилось к окровавленной плоти.

Тонкая рука застыла на полпути. Фейри разом обернулись на звук. Дух вскинул череп и уставился в сторону Кайдена пустыми глазницами, в чёрной глубине которых вспыхнули блуждающие зеленоватые сполохи…

Кай попусту цеплялся за кипарисовый ствол: неведомая сила заставила его покинуть укрытие, и он, обнажённый и безоружный, предстал перед кошмарным плотоядным чудовищем.

Могучая пятерня медленно поднялась, и длинный узловатый палец, подрагивая, указал на него.

Кайден хотел закричать, но не смог разлепить губы. Он хотел убежать, да ноги вросли в землю…

"Господь всемогущий защити меня!" – мысленно взмолился Кай, ощущая, как по спине струится ледяной пот.

Ведьма обернулась. Изумрудные глаза светились точь-в-точь, как болотные огни. Зрачки по-кошачьи вытянулись. Девушка гневно поглядела на Кайдена, а потом вдруг резко распласталась ниц перед Духом-людоедом.

– Нет! – выпалила она. – Не забирай его! Его время ещё не настало! Назначь мне другую жертву!

Когтистая пятерня опустилась так же медленно, как и поднялась. Кай испугался, что вот-вот хлопнется в обморок.

– Ты! – ведьма окликнула его громким сердитым шёпотом. – Зачем ты пришёл? Тебя не должно быть здесь! Тебе ещё рано! Уходи! Немедленно уходи! Проснись!

Просинь!

Проснись!!!

ПРОСНИСЬ!!!

– А-ах! – Кайден шумно втянул в себя воздух и дёрнулся, порываясь встать, но боль уложила его на лопатки. – О-ох!

– Ты чего всполошился? – Ведьма присела рядом.

– Л-лес… – прохрипел Кай, тупо озираясь по сторонам. Обветшалые стены, колченогий стул, крошечное оконце, очаг… и никаких чудовищ. Совершенно никаких.

– Тебе снился лес? – Девушка как-то слишком уж по-хозяйски накрыла его лоб ладонью.

– Т-ы… – он сглотнул. – Ты была там. Я пошёл за тобой… Пошёл к трясине…

– Пошёл? – Она лукаво улыбнулась. – К трясине?

Кайден попытался изобразить праведный гнев. Получилось плохо, но суть ведьма уловила.

– Уж не знаю, куда ты там пошёл. – Она сложила руки на груди и скривила губы. – Ты и встать-то, наверное, не сможешь. А если встанешь – тут же упадёшь.

Кай непонимающе уставился на неё, и девица снова поняла его без слов.

– У тебя сломана пара рёбер и плечо прострелено, – сообщила она. – А рана на бедре воспалилась. Да так, что ты чуть Богу душу не отдал.

Кайден понурился. Во время блужданий по лесу он чувствовал себя лучше некуда, а сейчас боль пронзала каждый дюйм тела. Он даже вдохнуть толком не мог…

Неужели… Лес, феи, болотные огни и кошмарный монстр… Всё это… Просто сон? Всего лишь жуткий сон?

– Тебя лихорадило три ночи кряду, – сказала ведьма. Мысли она читает, что ли? – В бреду и не такое привидится.

Кай тяжело вздохнул. Давно он не чувствовал себя таким потерянным и разбитым. Он попытался сжать кулак, но ничего из этого не вышло: сил совсем не осталось.

– На вот, выпей. – Девица поднесла к его губам глиняную кружку.

– Что это? – Кайден попытался отстраниться. Нахмурился.

Да, сейчас он беспомощнее котёнка. Но зеленоглазой чертовке совершенно не обязательно знать об этом!

– Зелье, разумеется, – совершенно спокойно отозвалась девчонка. – Сделаешь глоток и превратишься в мула. Весьма полезный в хозяйстве зверь.

Кай сердито зыркнул на подопечную. На бледном лице не дрогнул ни один мускул. Лишь в глазах плясали бесенята.

– Ну? – спросила девица строго. – Лечиться будем, или характер показывать?

Кайдену вдруг стало стыдно. Зачем вот ей травить его? Глупость несусветная! Ведь это она дотащила его на себе до хижины, когда он едва мог сделать шаг. Не бросила. Не уехала, хотя могла. Осталась. Выхаживала. Обработала его раны, грудь стянула плотным жгутом, что бы рёбра быстрее срослись…

Не говоря ни слова, он послушно сделал глоток. Закашлялся. На глазах выступили слёзы.

– Ну и дрянь!

– Эта дрянь поставит тебя на ноги быстрее, чем примочки стоумовых эскулапов.

– Дай мне шнапса, женщина!

– Прости, солдат, но всё пойло ушло на обработку твоих ранений, – вздохнула чертовка.

Кай чуть не взвыл.

– Не печалься, – девица аккуратно поправила перевязь у него на плече и бережно подоткнула края пледа. – Так и быть. Будешь хорошо себя вести, схожу в деревню и принесу тебе сидра.

Он нахмурился.

– В… деревню?

– Угу, – промычала ведьма и принялась выгребать золу из очага.

– Ты про ту деревушку, что зовётся Белой Рощей?

– Угу.

– Но… она же на северной окраине чащобы!

– Угу.

– Туда же идти полдня, девушка. И столько же обратно!

– Знаю, – она выпрямилась и откинула со лба тёмную прядь. – Я туда уже наведалась разок. Надо же было привести в божий вид эту хибару и хоть какими-то припасами разжиться.

Кай похолодел. Нехорошее предчувствие разлилось по венам.

Ведьма посмотрела на него каким-то странным взглядом. Во взгляде этом смешалась тоска, усталость и участие.

– Мы обретаемся здесь почти две недели, солдат, – сказала она. – И сегодня ты впервые пришёл в себя.

ГЛАВА 18. Знакомство

Компресс пришлось отдирать чуть ли не с кожей – так он присох. Однако ведьма действовала с величайшей осторожностью. Задубевшая материя с хрустом отставала от плоти, обнажая шеренгу аккуратных стежков.

– Ну вот, – девица оглядела швы и кивнула, видимо, вполне удовлетворившись их видом. – Уже не так страшно. Потихоньку заживает.

Она вдруг наклонилась и понюхала рану.

– Эй! – возмутился Кай и дёрнулся. – Прекрати!

– С чего бы? – нахмурилась она. – Как еще мне понять, что нагноения нет?

– Его нет, – угрюмо буркнул Кайден. – И хватит нюхать мою ногу!

Ведьма упёрла руки в бока.

– Не в том ты положении, чтобы указывать мне, что нюхать, а что нет, солдат. Буду нюхать всё, что заблагорассудится!

– Но только не моё бедро, – глухо прорычал он и набросил плед. Глянул волком.

Тёмные брови подопечной грозно сошлись над переносицей… но вместо гневной отповеди девица вдруг прыснула со смеху. Кайден не сдержался и тихонько рассмеялся сам.

– Надо принять отвар, – сказала она, успокоившись, и смахнула с ресниц невольные слёзы. – Лежи, сейчас принесу.

– Захвати воды, что бы запить эту гадость, – попросил Кай и зевнул.

– Хорошо.

Он теперь знал, что именно это за гадость. Ведьма варила древесные грибы, щедро добавляла можжевеловой живицы и сдабривала настойкой полыни. Вкус был отвратный, зато силы возвращались не по дням, а по часам.

– Вот, держи.

Она всучила ему две кружки. Маленькую, чуть больше напёрстка, с отваром, и другую, здоровенную, с водой.

– Что ж, за здоровье! – Кай выдохнул и одним махом опрокинул в себя лекарство. Зажмурился. Сморщился, и скорее кинулся запивать.

– Сколько тебе лет?

Вопрос оказался настолько неожиданным, что Кай поперхнулся.

– Смерти моей хочешь, женщина? – Он стёр с подбородка и шеи пролитую воду. – Скоро двадцать четыре. Зачем тебе это?

– Ну… – Она улыбнулась. – Ты казался таким суровым, однако во сне, когда твоё лицо смягчается, ты выглядишь совсем мальчишкой.

– Не стоит тебе называть меня мальчишкой, – с мрачной серьёзностью заявил Кайден.

– А я и не называла. – Девица поднялась. Забрала у него чашки. – Сказала просто, что ты очень молод. Только и всего. А теперь отдыхай, солдат.

Кай схватил её за локоть.

– Меня зовут Кайден, – тихо проговорил он. – Но друзья называют Кай. Ты… ты тоже можешь.

Девушка улыбнулась мягкой тёплой улыбкой.

– А меня зовут Вейлинн.

– Я знаю. – Кай усмехнулся краешком губ. – Вейлинн из Эльса. Жуткое имечко.

– Это почему же? – нахмурилась она.

– У нас так звали замкового псаря, – пояснил Кай. – Этот толстый полудурок был вечно пьян и в итоге свалился с крепостной стены прямиком в ров. Расшибся насмерть.

– Печальная история, – криво улыбнулась ведьма. – Если хочешь, можешь звать меня просто Линн.

Девушка отнесла кружки и вернулась с кувшином и тряпицей.

– А как зовут твою невесту, солд… Кайден? – спросила она.

– С чего опять интерес к моей невесте? – сердито рыкнул он.

– С того, что люди в бреду частенько зовут близких и любимых. – Она аккуратно приложила влажную тряпицу к ране на плече. Кай не шелохнулся. – А ты её совсем не звал. Если только её имя не Леот.

От упоминания Леота передёрнуло. Перед глазами мелькнуло искажённое злобой лицо друга, а потом его же остекленелый взгляд, устремлённый в небеса…

– Её зовут Айли… – Кайден отвернулся. Сморщил лоб. – Мою невесту.

Вейлинн внимательно посмотрела на него, но не проронила ни единого слова. Она молча продолжила обрабатывать раны заживляющим настоем, а поленья уютно потрескивали в очаге.

– На самом деле, она не слишком-то хочет за меня замуж.

С чего это пробрало на откровенность? Может, дело в чудодейственном отваре? Или в том, что он никогда и никому не рассказывал о том, что его беспокоит? Кай не знал.

– Её отправляют к алтарю против воли, – пробормотал он, проклиная себя за болтливость.

Не стоило говорить этого ведьме! Ох, не стоило! Но молчать он не мог. Больше не мог.

– Твоя Айли не первая, кому предстоит выйти замуж без любви, но по воле родителей, – резонно заметила Вейлинн, продолжая возиться с его плечом. – Однако ей повезло: ты явно не из тех, кто станет без причины поколачивать жену.

Она посмотрела на него, и в зелёном взгляде промелькнула хитринка.

– Ну… если только лорд Галивий не прикажет.

Кайден почувствовал, как жар заливает щёки. Насупился.

– Тогда… в большом чертоге… – начал он, кашлянув. – Прости, что побил тебя.

Ведьма как-то странно посмотрела на него. Он поймал этот взгляд и растворился в нём, как капля росы в лесном озере.

– Давно простила. – Слова достали до самого дна души. – Есть хочешь?

Кай был голоден, как волк. Он мечтал о здоровенном шмате хорошо прожаренного мяса, но ведьма заявила, что ему надо беречь желудок. Три дня она пичкала его бульоном, а сегодня торжественно преподнесла горшочек с тушеными овощами и курятиной. Кайден долго и сердито ворчал: какой толк кормить его, как старика на смертном одре? Однако первая же ложка свела всё возмущение на нет.

– Вкусно, – буркнул Кай с набитым ртом.

– Не забывай жевать, так будет ещё вкуснее. – Вейлинн опустилась на колченогий стул и расправила юбки.

Он фыркнул, но совету последовал.

– Откуда здесь такое богатство? – спросил Кайден, когда горшочек опустел, и обвёл взглядом хижину. Она пустовала долгие годы, и изобилие утвари и снеди казалось более чем странным.

– Я же сказала: пришлось прогуляться до деревни.

– Но… – Кай нахмурился. – Ты ведь должна была чем-то расплатиться за всё это добро.

– Разумеется, – улыбнулась девица, и от улыбки этой мороз побежал по коже. – Одной богатенькой матроне опостылел муж, и я помогла несчастной избавиться от супруга-рогоносца. А такие услуги, знаешь ли, стоят недёшево.

Кайден чуть не выронил ложку. Он вскинул голову, и их с Вейлинн взгляды скрестились.

Для того, что бы всё осознать и взвесить, потребовалась бесконечно долгая минута.

– Ты продала лошадь, – заявил Кай, и это был не вопрос.

– Да. Я продала лошадь, – ответила ведьма и подмигнула.

ГЛАВА 19. Признания

Кай сжимал в ладони опал, ощущая его прохладную твёрдость, и ждал, когда камень наполнится теплом. Согреваясь, самоцвет начинал переливаться золотыми и бирюзовыми бликами. Интересно было смотреть, как камень меняет цвет. Но ещё интереснее оказалось наблюдать за ведьмой. Особенно за тем, как она выскребает золу из очага. Вот как сейчас.

Чтобы достать подальше, Вейлинн встала на четвереньки, и Кайден сглотнул, ощутив совершенно неуместное томление. Надо бы сказать ей, что бы больше так не делала. Неужели не понимает, что такая поза может лишить мужчину душевного равновесия?!

Как вот теперь перестать думать о её заднице? Чёрт!

Кай решил переключиться и заставил себя вспомнить кровавую бойню на поляне. Желание как рукой сняло, и тревога принялась терзать душу.

Эд и Айван. Что с ними?

Кайден мог поклясться, что не видел их тел среди остальных мертвецов, но… Сам он был еле жив и вполне мог ошибиться. Вполне…

А если их утащил Дух? Или…

Ему вдруг вспомнилось сердце, которое ведьма преподнесла в дар жуткому монстру. То сердце билось, а исходящее от него тепло курилось дымком в прозрачном ночном воздухе… Но это же был только сон. Лихорадочный бред и не более.

Так ведь?

Кай закрыл глаза. Тяжело вздохнул.

– Ты чего? – Ведьма приблизилась к лежанке. Растрёпанная, чумазая… и такая невероятно красивая, что захватило дух. – Опять бедро дёргает?

– Нет, всё в порядке. – Он снова сжал опал в кулаке. – Надоело бревном лежать.

– Предлагаешь выплясывать джигу? – Девица вскинула бровь. – С переломанными рёбрами это весьма затруднительно. Но дело твоё.

Она взялась за метлу, а у двери дожидалось своего часа ведро с водой и половая тряпка.

Шурх-шурх-шурх-шурх…

Звук убаюкивал, но спать Кайден не собирался.

– Я помню, как ты согревала меня, – сказал он. А когда ведьма прекратила подметать и уставилась на него, добавил: – Ты разделась и легла ко мне в постель. Голая.

– Легла. – Вейлинн заправила тёмную прядь за ухо. – Надо же было как-то тебя угомонить. Иначе бы ты до рассвета метался.

– Ты что, – он нахмурился, – совсем не боишься за свою репутацию?

Девица поставила метлу в угол и вытерла руки о подол.

– От моей репутации, солдат, давным-давно ничего не осталось, – сказала она. – Я обвиняюсь в колдовстве и чародействе. Мне ли бояться осуждения? Меня ждёт виселица, и это в лучшем случае.

Кай, сжав зубы, принял этот удар. Да, он везёт на верную смерть женщину, которая спасла ему жизнь. И отпустить её не может. Не имеет никакого права.

Чёртова клятва, будь она проклята!

– Почему ты не дала мне погибнуть? – Кайден вперился в подопечную взглядом.

– Так я дала, – возразила девушка, пожав плечами. – Оставила тебя, израненного, на поле брани, и ускакала в ночь. Кто же знал, что ты выживешь.

– Ты могла уехать… – глухо пробормотал Кай.

– Могла, – серьёзно согласилась Вейлинн и присела на лежанку рядом с ним. Глаза её блестели. – Но не уехала.

– Понимаю, о чём ты хочешь попросить, но… Я не могу отпустить тебя, – прохрипел Кайден. Он отвёл взгляд: близость ведьмы тревожила всё сильнее.

– Знаю, – кивнула она. Протянула руку и коснулась его небритой щеки. – Ты любишь её?

– Ч-что? – Кай растерялся чуть больше, чем полностью. Нахмурился.

– Ты любишь эту свою Айли?

В изумрудных глазах мерцали жёлтые искры. Кай засмотрелся на них и вдруг осознал со всей ясностью, как легко ответить на этот странный вопрос.

– Нет, – ответил он тихо. – Я не люблю её.

– Тогда зачем тебе так важен этот брак?

Кайден облизнул запекшиеся губы.

"Не твоё дело, ведьма", – обычно огрызался он, но теперь…

Разве можно сказать такое женщине, которая кормила тебя, когда ты сам не мог донести ложки до рта, и выносила за тобой ночной горшок?

Ведьма могла бросить его, израненного и беспомощного, и уйти. Но не ушла. Она имеет право спрашивать. А он обязан уважить её ответом.

– Старый лорд Лиам был любовником моей матери, – Кай понурил голову. Признаваться в том, что ты – ублюдок, рождённый вне брака – не самое приятное занятие.

– Ты… брат лорда Галивия? – Тёмные брови удивлённо поползли вверх.

– Единокровный, – угрюмо кивнул Кай. – А моя невеста – внучатая племянница Старого лорда. Женившись на ней, я получу законное имя. Надеюсь, всё теперь ясно?

– Более чем, – девушка кивнула. – Ясно и гусю, что Галивий не способен зачать дитя, и ваш с Айли ребёнок станет полноправным наследником, а потом и владетелем Зелёного Простора. Так?

– Именно, – Кай тяжело вздохнул. Всю эту хитросплетённую схему придумал его будущий тесть.

Вот кто по – настоящему станет владетелем Простора…

– Не терзай себя, Кайден. – Так странно и непривычно было слышать, как она зовёт его по имени. Он даже вздрогнул.

Вейлинн наклонилась к нему, и Кай закрыл глаза. Отчего-то он не сомневался, что сейчас почувствует сладкий вкус манящих губ, но девушка лишь бережно укрыла его пледом.

– Спи, – сказала она. – Набирайся сил, солдат. Скоро они тебе понадобятся.

И он уснул. Провалился в черноту глубокого сна без сновидений. Лишь в самый тёмный предрассветный час ему пригрезилось, будто ведьма всё-таки поцеловала его. Долго и сладко, жадно и так горячо, что в паху мучительно заныло. Кай гладил девушку по спине и ягодицам, сжимал ладонью полную грудь, ощущая, как под тканью напрягаются соски. Хотелось большего, и Кайден, задрав её юбки, провёл ладонью по шелковистому бедру. Мечтал он только об одном: насадить девчонку на твердокаменный член и сделать так, что бы она выкрикивала его имя снова, и снова, и снова…

Когда он проснулся, её уже не было. На перевёрнутой бочке рядом с лежанкой Кай обнаружил кувшин молока, ломоть хлеба с вонючим козьим сыром и записку.

От дурного предчувствия противно засосало под ложечкой. Дрожащие пальцы развернули бумагу, и взору открылись ровные строчки. Изящные, с завитками, буквы, были выписаны с завидной аккуратностью, но смысл слов ранил глубже самого острого ножа:

«Теперь, когда твоя жизнь вне опасности, я должна покинуть тебя. Прощай, Кайден. Прощай навсегда»…

ГЛАВА 20. Поиски

Кай вымотался и замёрз. С утра с серого неба посыпалось снеговое крошево, и ветер швырял его горстями прямо в морду.

"Я убью её, когда отыщу, – сердито подумал Кайден, споткнувшись о выбоину. – Придушу чертовку!".

Хотя нет. Убить он ведьму никак не мог: священная клятва не позволяла. Но вот влетит девчонке основательно. По первое число.

Он замерз так, что не чувствовал пальцев. В сапогах хлюпало – вчерашний ливень превратил дороги в грязевую реку. Последнюю ковригу Кай доел два дня назад, а заработанные колкой дров монеты потратил на шнапс – надо же как-то согреваться!

И теперь он брёл, голодный, промокший и не до конца протрезвевший по широкому Кедровому тракту. Брёл и проклинал тот день, когда вытащил из петли пойманную вилланами ведьму.

– Чтоб тебя черти взяли, Вейлинн из Эльса! – рычал Кай и, словно живой мертвец, ковылял вперёд.

Он мог бы вернуться. Да, он мог бы повернуть и добраться до Простора к Рождеству. Вполне мог бы. Но…

Дома ждала неизбежная свадьба с ненавидящей его Айли и тяжёлый разговор с лордом Галивием. Кто-то ведь должен поведать владетелю горькую правду о судьбе его людей.

Леот и Брох мертвы. Бригг, Айван и Эд бесследно исчезли…

– Будь ты проклята, ведьма! – крикнул Кайден в морозную пустоту. – Будь ты проклята!

За что он её проклинал? Кай и сам не понимал толком. Слишком уж он измучился, а шнапс вытворял с нм пакостные шутки: живот противно урчал, а тошнота то и дело подкатывала к горлу. В голове гудело, во рту пересохло, а спать хотелось так, что ноги подкашивались. Но Кай продолжал упрямо переставлять их.

Чёртова ведьма!

Он вышел на её след еще в Белой Роще. Девчонка помогла жене местного головы благополучно разродиться. В награду получила лошадь – свою же пегую кобылку. Кайден в жизни не догадался бы, куда беглянка направится после, но Вейлинн допустила роковую ошибку: она попросила деревенского кузнеца снять ошейник.

"Обещала любую прихоть исполнить, – поведал красномордый детина. – Сними, говорит, и проси, что пожелаешь".

"И что же ты попросил?" – хмуро поинтересовался Кай.

"Ну… – здоровяк расплылся в улыбке и почесал брюхо. – У бабёнки с такими сиськами я бы только одно попросил. Да вот только не под силу мне ошейник снять. Мало кто такое умеет. Вот и отправил я её…".

Кузнец отправил её в Шатгард – город мастеров. Там и только там рукодельные искусники моги расковать заговорённый ошейник без дозволения Священного совета.

Кайден не сомневался, что туда она и поехала. А он отправился следом, но сильно поотстал: всё ж таки у ведьмы имелась лошадь.

В крошечной деревушке у переправы беглянка провела два дня и три ночи. За это время она успела подлатать местного дровосека, на которого в лесу напал медведь-шатун. В таверне "Синий кот" разругалась с хозяином – он, дескать, разбавлял эль водой. Стародуб – город на пересечении главных торговых трактов – Вейлинн и вовсе обошла стороной: ни в одной гостинице там не видели молодой темноволосой женщины с глазами цвета листьев. Кай предполагал, что ночевать тогда ей пришлось под открытым небом, или вообще спать в седле. Жуткое дело – те ночи выдались особенно холодными.

Погода портилась стремительно. Солнце пряталось за свинцовыми тучами, ледяной ураганный ветер срывал с деревьев последние листья. Но Кайден шёл за ведьмой по пятам. Он знал, что настигнет её. И ни секунды не сомневался в этом. Как и в том, что перед побегом она опоила его какой-то сонной гадостью.

На постоялом дворе было душно, как в преисподней. Воняло потом, мочой, лошадьми и перегаром. Благодать!

Кайден протиснулся между порядком осоловевшими постояльцами и уселся за стойку. У него имелся план. Простой, как бревно.

– Чего желаете, – хрипло пробасил угрюмый бородатый толстяк. Передник на нём смотрелся, как седло на собаке. В волосатой лапище он держал тряпицу, которой периодически принимался протирать всё подряд: столешницу, кружки, собственную шею…

– Кровяной колбасы и тёмного эля.

Трактирщик смерил его оценивающим взглядом и буркнул:

– Серебро вперёд.

– Нету денег.

– Тогда проваливай, нищеброд, – спокойно ответил толстяк, схватил тарелку и начал остервенело тереть. – У нас приличное заведение.

– Дров на месяц наколю, – подался вперёд Кайден. – Воды натаскаю, и конюшни от навоза вычищу.

На сытой физиономии трактирщика не дрогнул ни один мускул.

– Идёт, – по – прежнему без каких-либо эмоций заявил он. – Сначала работа, потом – еда.

Кайден согласился. На выполнение условия ушло часов шесть, не меньше. Махать топором он умел неплохо, да только каждое движение причиняло адскую боль – это напоминали о себе сломанные рёбра. С водой оказалось проще, хотя путь до колодца по заледенелой тропинке, да еще и под горку, никто не назвал бы лёгким. А уж конюшни чистить Кай привык с детства – старина Пит то и дело поручал им с Леотом сие ответственное задание и грозно требовал: "Чтобы всё блестело как в церкви перед Пасхой!".

Когда Кай управился с работой и рухнул – грязный, потный и измотанный – на единственную свободную лавку у очага, трактирщик вручил ему щедрый дар: миску наваристого супа, кружку эля и ломоть свежего, только-только из печи, хлеба.

Кайден набросился на еду с такой жадностью, что даже на время забыл о ведьме. От души набив желудок, он прислонился спиной к стене и провалился в сон под гул голосов и взрывы пьяного хохота.

Хорошо это, прикорнуть у очага, где ярко пылает огонь, а поленья уютно потрескивают. Редко такая благодать выпадает людям с бродячей жизнью, а уж если выпадает – ценить её надо как великое сокровище.

Кай проспал совсем недолго, всего пару-тройку часов. Разлепил глаза, потянулся до хруста в суставах и смачно зевнул. Эх, недурственно!

Интересно, как провела эту ночь Вейлинн?

Он выбрался на улицу справить малую нужду и ахнул: белый саван укрыл всё вокруг. Снег блестел и хрустел под ногами, а изо рта вырывался пар. Лютый холод пробирал до костей, ветер выл и гнал по дороге позёмку.

– Холодно? – флегматично поинтересовался трактирщик, когда Кай нырнул обратно в теплоту. Здоровяк размеренно полировал столешницу замызганной тряпкой.

– Не тепло. – Кай прошёл к очагу и принялся отогревать озябшие руки.

– А будет ещё холоднее.

– Знаю. – Кайден несколько раз сжал и разжал кулаки, разгоняя кровь.

– Оставайся, – предложил здоровяк. – Сильный мужик во время Лютых ветров – отличное подспорье.

– Не могу. – Кай подошёл к стойке и взгромоздился на стул. – Я ищу свою сестру. Мы… эммм… немного разминулись.

Хозяин постоялого двора бросил на него равнодушный взгляд, и Кайден продолжил:

– Она молодая. Высокая. У неё тёмные волосы, зелёные глаза и…

– Железный обруч на шее?

Кай аж подскочил. Перегнулся через столешницу.

– Ты видел её? – выпалил он. – Она была здесь?

– Вот чудак человек! – фыркнул трактирщик и принялся за кружки. – Она же сидела в зале, когда ты сюда ввалился и принялся еду выпрашивать.

– Ч-что?

– То, что слышал, – пожал плечами бугай. – Хороша сестрёнка! Едва братца завидев, напялила капюшон и дала дёру.

Рука как-то сама собой сжалась в кулак. Кайден от души жахнул по столешнице и выругался, поминая по матери всех чертей преисподней.

Хозяин постоялого двора даже бровью не повёл.

– Женщины, – философски изрёк он, обтирая очередную кружку. – Такова уж их порода. Хитрее выхухоли, коварнее куницы.