Текст книги "Развод. Новое начало (СИ)"

Автор книги: Лена Грин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7

– Что такое? – поинтересовался Олег, увидев, что я застыла на месте. – Идём?

– Д-да, – запнулась я, не в силах оторвать взгляд от Миши с любовницей.

Нет, он не собирался её бросать. Судя по тому, как он облизывал взглядом её задницу, затянутую в тугие джинсы, вероятность этого сводилась к нулю.

Если бы он отвлёкся, то увидел меня, но всё его внимание было приковано к Инге.

В укороченной шубке, сапогах на шпильке и с дорогущей сумочкой в руке, она небрежно откинула назад шикарные волосы и улыбнулась Мише.

Они классно смотрелись вместе. Внутри болезненно кольнуло, слёзы от обиды уже готовы были пролиться, но я сжала зубы и взяла себя в руки.

Вместо этого разозлилась.

Почему он так со мной? Не любишь – просто уйди. Но нет, ему удобнее врать мне в лицо. Хочет, чтобы всё осталось по-прежнему. Удобно и комфортно.

Только что у него вообще в башке творится, если, выбравшись, из одной западни, он снова стремится в неё угодить? Ему плевать, что люди её папика увидят их вместе?

Или… А что, если нет никакого папика? Если всё это очередная ложь? И никто ему не угрожал…

– Настя, мы идём? – снова напомнил о себе Олег.

– Прости, можешь подождать? Всего минуту.

Я достала телефон и трясущимися пальцами набрала мужу.

Услышал. Посмотрел на телефон, как будто ему дерьмо продемонстрировали, но всё-таки дал знак Инге подождать.

– Что такое, Настюш? – отозвался он с другой стороны улицы.

– Вот скажи, Миш, а ты не боишься, что «туша», с которой спит твоя Инга, узнает о вашем очередном свидании?

Миша мгновенно обернулся и увидел меня. Я помахала ему, натянув улыбку.

Внутри меня взрывались бомбы. Вдребезги разбивалась последняя надежда, что всё удастся уладить мирно.

Мы смотрели друг другу в глаза. Инга, видимо, так и не догнав, что происходит, жеманно дула губы и тянула его в кафе.

– Тебя твоя «киса» ждёт, – зло ухмыльнулась я и сбросила звонок. – Пойдём, Олег.

Развернулась и оставила их позади. Мне предстояло найти новое жильё.

Вечером, подписав договор, я собирала наши с Тёмой вещи.

– А куда мы поедем? – волновался он, ходя за мной хвостиком.

– Недалеко. В новую квартиру.

– Зачем?

Я остановилась и присела на корточки.

– Тём, – взяв в руки маленькие ладошки, я заглянула ему в глаза и постаралась сказать как можно мягче: – Помнишь, я говорила тебе, что родители иногда расходятся?

Он кивнул.

– В этом нет ничего страшного. Мы просто будем жить отдельно от папы.

– Почему?

Тёма нахмурил брови, понимая, что «ничего страшного» – обыкновенная ложь от взрослых.

Я понятия не имела, что ему сказать. Папа больше меня не любит? Но тебя будет любить всегда? Папа нашёл другую женщину? Папа изменял мне полгода, а потом украл наши с тобой деньги? Папа оказался тем ещё козлом?

– Тёмочка, – попросила я его, – давай я постараюсь объяснить попозже? Мне нужно собраться с мыслями. Просто знай, что и я, и папа очень тебя любим!

Я прижала его к себе и погладила по голове.

– А ещё скоро Новый год, – улыбнулась я. – И мы пойдём покупать тебе подарок.

– Да? – Тёма тут же воспрял духом.

– Конечно. А сейчас беги, собирай вещи. Выложи из комода всю одежду на кровать.

– Хорошо, – крикнул уже убегающий Тёма.

– Что происходит? – донеслось мрачное из прихожей.

Я поднялась и набрала воздуха в грудь.

– Мы съезжаем.

Миша огляделся и увидел собранные сумки. Не разуваясь, он направился прямиком ко мне. По напряжённым скулам и холодному взгляду, я поняла, что нам предстоит непростой разговор. Но всё же осталась стоять на месте.

Приблизившись, Миша навис надо мной и схватил за плечо. Даже сквозь кофточку я почувствовала его ледяные руки.

– Что ты опять придумала?

– Ты, наверное, собираешься мне рассказать, что привёз Ингу в кафе, чтобы там расстаться?

На миг по его лицу проскользнула тень досады. Я не сдержала ухмылку. Именно это он и планировал мне сказать.

– Ты не так поняла.

– Разумеется.

Я сбросила с себя его руки и отправилась в спальню.

– Сегодня мы ночуем здесь, но завтра вечером, после работы, я перевезу вещи. Я бы предпочла, чтобы ты спал на диване.

Миша хлопнул дверью и скинул пальто на кровать.

– Никуда вы не поедете. Решила у меня сына отобрать?

Я развернулась и уставилась на него в изумлении.

– Вчера ты сказал, что если я не заткнусь, то мы с Тёмой окажемся на улице.

– Я не всерьёз, – раздражённо бросил он.

– Да? А я так поняла, что сын тебя не волнует. Ты мне повторил это несколько раз. Не помнишь?

– Ну давай, припоминай мне каждое слово! Я был в стрессе, меня чуть не прикончили, я же рассказывал!

– Ты поэтому сегодня с Ингой встречался среди бела дня? Люди её папика тебя больше не пасут?

– Она с ним рассталась.

– Как удобно для вас обоих. Выкупил всё-таки шлюшку на мои деньги.

– Прекрати паясничать! Я говорил, отдам всё до копейки. Расписку написать?

– Напиши!

– Отлично, – ворчливо отозвался он. – Где у нас бумага?

Я с ухмылкой продолжила разбирать шкаф, пока он носился по комнатам в поисках бумаги.

– Держи, – сунул мне под нос расписку, в которой прописал даже то, сколько месяцев займёт возврат долга. – Теперь ты довольна? Никуда я не денусь. Всё верну.

– Я хочу всё и сразу, – ответила я. – У тебя есть квартира. Ты можешь её продать. Купи себе что-нибудь попроще. Для секс-встреч вам с Ингой и однушки хватит.

– Ну что ты заладила: Инга, Инга. Да срать я хотел на Ингу! Я сегодня с ней порвал, как и обещал.

– Или купил ей машину на мои деньги. Почему я должна верить?

– Я ведь сказал… – вновь сорвался он.

– Не ори! Тёма и так не понимает, что происходит. Что мне ему сказать? Что папочка оказался жалким предателем? Что обокрал твою мамочку, и теперь мы с тобой съезжаем от него?

– Насть, – Миша тут же сбавил громкость на пару оборотов. – Не уходи. У нас семья.

– Семья? Ты так это называешь? Ты хоть понимаешь, насколько изменилась моя жизнь с прошлой ночи? Насколько ты всё перевернул? Ты по нашей семье в грязных сапогах прошёлся. Мало того, что врал полгода, так ещё и деньги украл, как последний мудак!

Миша заткнулся, глядя на меня исподлобья. Ещё бы, я его мудаком назвала, а ему ответить нечего.

– Мы не разведёмся, – хмуро пообещал он. – Меня такой расклад не устраивает. Я на тебе женился не для того, чтобы разбегаться по пустякам.

Я хотела возмутиться, но он не дал мне и слова вставить.

– Да, я трахался с другой, – Миша пошёл на меня, заставляя отступать. – Но я всё ещё тебя люблю. Не веришь?

Лопатками я почувствовала стену, попыталась скользнуть в сторону, но он поймал меня и впился в губы жёстким поцелуем. Он просто сминал мои губы, кусал их, будто метил меня, как свою собственность.

Я колотила его кулаками в грудь, но он меня игнорировал.

Взяв меня за волосы на затылке, потянул назад, заставив открыть шею, и оставил там засос. Твёрдый член упирался в меня, заставляя дрожать от страха. Я никогда не испытывала ужаса из-за мужа, но сейчас…

– Пусти, – сдавленно просила я, стараясь не кричать, чтобы не пугать Артёма.

Отпихивала от себя Мишу, но он не поддавался.

– Ты моя, – почти рычал он, шаря жадной рукой по моему телу. Второй держал, не позволяя вырваться.

– Не хочу. Пусти!

– Вытрахаю из тебя все обиды, – хрипло пообещал он, отрывая меня от стены и бросая на кровать.

Я рванулась в сторону двери, но он преградил мне дорогу.

– Ты поймёшь, почему я спал с ней. Теперь у нас в постели всё будет, как я люблю.

Глава 8

– Подойдёшь – я за себя не ручаюсь! – попыталась передать голосом, насколько я серьёзна.

Схватила лампу с тумбочки и сжала в руке так, что пальцы побелели.

– Серьёзно? – усмехнулся Миша.

– Меня от тебя тошнит. Ты во что превратился?

– А, может, я всегда таким был? – его кривая ухмылка и безумный взгляд напоминали, насколько он для меня опасен. – Просто боялся лишний раз применить к тебе силу.

– Тебе это нужно? Это тебе Инга позволяет с собой делать?

– А если да? – с вызовом бросил он. – Я только с ней понял, насколько круто не сдерживать свои инстинкты. Не быть хорошим мужем. Не думать о прелюдиях.

– Так в чём проблема? Кто тебя держит? Иди к ней прямо сейчас.

Я и в самом деле надеялась на такой исход. Пусть просто уйдёт отсюда. Но если нет, буду бороться всерьёз.

– И отпустить тебя?

– Если подойдёшь, – повторила я, качнув лампой в руке, – ударю. На мои крики прибежит Артём. Ты хочешь, чтобы он таким тебя запомнил?

Я продолжала говорить, увидев, что у него чуть прояснилось во взгляде.

– Если и правда хочешь сохранить отношения с сыном, уйди. Иначе он никогда не захочет с тобой общаться.

– Ты не настроишь его против меня, – прорычал Миша.

– Ты без меня справляешься.

– Ты моя жена! – рявкнул он, подходя.

Я отступила, снова взмахнув лампой.

– Не переходи черту. Дай нам спокойно съехать. А дальше делай, что хочешь. С кем хочешь спи – я тебе мешать не буду.

– Ма-ам, – донёсся голос Артёма. – А куда игрушки сложить?

По лицу Миши скользнула тень. Он словно очнулся и сделал шаг назад. А потом окинул меня мрачным взглядом, схватил пальто и вышел из комнаты.

Я бросилась за ним, испугавшись, что, уходя, он заберёт Артёма. Но этого не случилось.

Не оглядываясь, он ушёл, хлопнув дверью. А я побежала закрывать её на все замки.

– Мы возьмём мои игрушки? – Тёма вышел из детской с охапкой своих сокровищ, даже не подозревая о том, что сейчас происходило.

Прижавшись спиной к двери, я пыталась унять дрожь и ни жестом не показать сыну, как напугана. Надо поскорее уходить отсюда, чтобы он никогда не увидел наших скандалов.

Пришлось ускориться со сбором вещей, вызвав грузовое такси на утро. До следующего вечера побоялась тянуть.

Не знаю, как всё успела. Отвела Тёму в садик, вернулась домой к приезду грузчиков. И, пользуясь лояльностью Алины, пришла на работу на час позже. Она не возражала. Обычно для неё главным был результат, а не график работы.

Но в этот раз что-то пошло не так.

Как только я зашла в офис, Катя, моя коллега, посоветовала скорее идти к начальству.

– А что случилось?

– Из головного приехал её муж, они там о чём-то спорят, – шёпотом сказала она. – Тебя звали, как придёшь.

С тяжёлым предчувствием я отправилась в кабинет Алины. Постучалась и толкнула дверь.

Паша, её муж, тут же разогнулся, перестав нависать над её креслом.

– Привет, – как можно дружелюбнее поздоровалась я.

– Привет, Насть, присядь, пожалуйста, – Алина смутилась и отвела взгляд.

– Что-то случилось?

– Насть, а ты где ходишь? – Паша прислонился к подоконнику и сложил руки на груди.

– Я отпросилась по личным причинам.

– Личные причины – это понятно, но иногда и работать нужно.

О чём это он? Я впервые за два года отгул взяла. Перевела взгляд на Алину и спросила:

– К моей работе есть претензии?

Она что-то хотела сказать, но Паша перебил её.

– Если у тебя так много неотложных дел, может, стоит взять перерыв? Или ты пользуешься нашей дружбой?

– В каком смысле?

Я уже понимала, что без Миши не обошлось. Попросил друга меня уволить. А Алина толком возразить не может, она ниже по должности.

– В том смысле, что мы вынуждены прекратить с тобой сотрудничество.

– На каком основании?

Я вскинула взгляд на его довольное лицо. А ведь он всегда казался мне хорошим человеком. Ещё одно разочарование.

– Твой непосредственный начальник, – он кивнул на притихшую Алину, – недовольна твоими результатами. А постоянные опоздания только ухудшают картину. Я рекомендую тебе написать заявление по собственному желанию.

– Я не стану, – как можно спокойнее ответила я, расправив юбку на коленях, а потом подняла взгляд на Пашу. – Это ведь Миша тебя попросил?

– Миша не имеет к этому никакого отношения.

– Имеет. Ты ведь в курсе, что мы разводимся? Помогаешь ему мстить?

Он окатил меня волной презрения. Будто узнал обо мне что-то ужасное. Интересно, что ему Миша наговорил? Или он просто так ему помогает, по дружбе?

– Паш, – Алина попыталась вставить хоть слово, но он дал ей знак молчать.

– Или сама, или по статье.

А раньше он был со мной таким милым. И с Артёмом возиться любил.

Я поняла, что у него уже сложилась какая-то искажённая картина о том, что у нас произошло. Мишу он знает намного дольше, он мне просто не поверит. И всё же сделала попытку:

– Что именно он тебе сказал? В чём меня обвинил? Ты в курсе, что он...

– Или сама, или по статье, – не дослушав, холодно повторил он.

Понятно.

– У меня нет ни одного дисциплинарного взыскания, – возразила я, стараясь держать голос ровным.

И тут пошло давление. Он прессовал меня больше часа, так и этак уговаривая написать «по собственному». Сначала я приводила доводы и требовала назвать конкретные причины. Что именно я нарушила?

Мы оба прекрасно понимали, в чём дело, поэтому я стояла на своём. Под конец намекнула, что буду судиться. Надо будет, в прокуратуру обращусь. Я держалась, уцепившись за то, что без компенсации не уйду.

В итоге мы пришли к тому, что я увольняюсь по соглашению сторон с выплатой компенсации в размере пяти окладов. Не хочешь меня здесь видеть? Плати.

Я еле сдерживала омерзение к Паше, но хотя бы гордилась собой за то, что выбила себе неплохие деньги.

Под конец мне казалось, что он уже и сам не рад, что во всё это ввязался. Моё увольнение по просьбе друга обошлось ему в бессмысленные траты. Но откатывать назад он не стал.

Мы подписали договор. Причём Паша пытался мне пихнуть на подпись бумажку, в которой я подтверждаю, что компенсацию уже получила.

– А это я подпишу завтра, прямо в кассе, – ответила я. – После получения денег.

Нашёл дуру. Скрежетнув зубами, он отпустил меня, я собрала вещи с рабочего стола, передала свой проект недоумевающей коллеге и ушла.

Во рту разливалась горечь. Мне нравилось здесь работать. Очень. Но Миша и сюда сунул свои грязные лапы.

И всё же его план сработал не идеально. С компенсацией у меня будет возможность спокойно найти работу, и от квартиры отказываться не придётся. А он, видимо, на это и рассчитывал.

Всё-таки удивительно, как быстро любовь может превратиться в отвращение. Видимо, по-хорошему расставаться он не согласен и собирается устроить мне войну.

Но я ему уступать не собираюсь.

Глава 9

Наш с Тёмой первый вечер в новой квартире прошёл не так уж и плохо. Поначалу он расстраивался, не понимая, что происходит у нас в семье, но я постаралась его отвлечь.

Пока Миши не было дома, я забрала коробку с игрушками и гирляндами. Вряд ли он расстроится без новогодней иллюминации. Пусть ему там Инга без трусов сверкает вместо ёлки.

Заодно захватила кое-что из посуды, чтобы не тратиться лишний раз. Он всё равно готовить не умеет, и вряд ли найдёт, с какого бока к сковородке подойти.

У хозяйки квартиры в кладовке нашлась неплохая искусственная ель, и вечером мы с Тёмой её наряжали.

– Передай мне звёздочку, на верхушку повесим.

Тёма сосредоточенно нанизывал шарики на ветки, иногда по несколько штук в одно и то же место. Ничего, нам не нужно идеально. Нам нужно вместе.

Я старалась изображать хорошее настроение, хотя Миша в эти дни прошёлся по нему катком.

Как встретишь Новый год, так его и проведёшь, так ведь говорят? Не хотелось бы весь год заниматься разводом, а потом пытаться вытащить из бывшего мужа свои же деньги.

Они мне сейчас очень бы пригодились. А если бы он не лишил меня работы, я бы ипотеку взяла. А теперь ни того, ни другого.

И если работу найти не такая уж проблема, то вытрясти из него деньги ещё надумаешься. Хотя на крайний случай у меня есть его расписка.

Днём я погуглила, насколько это вообще серьёзный документ, и поняла, что стоит сходить к нотариусу. Там хотя бы заверят подлинность его подписи.

Но даже если он не будет артачиться и станет выплачивать долг, как и написал, это займёт немало времени. И, что бесит больше всего, он эти деньги потратил на Ингу. Теперь я в этом уверена. Никто его не шантажировал.

Как мне заставить его вернуть деньги быстрее? Полиция – это крайний шаг, и готова ли я на него пойти… Сама не знаю, что меня останавливает.

Он изменил мне. Украл деньги. Потом чуть не изнасиловал. До сих пор тошно.

Почему же я медлю? Почему не пошла в полицию сразу? Из-за Тёмы? Или просто из жалости сглупила?

Уже на следующий день я поняла, что жалости он не заслуживает.

Как и договаривались с Пашей, пришла вовремя. Он встретил меня холодно, но я другого и не ожидала.

– Готова подписать? – он снова помахал передо мной бумажкой.

– Как только получу деньги.

– Да, насчёт этого. Сегодня будет половина, остальное через пару дней.

– Мы договаривались…

– Уж как есть, два дня-то подожди, – раздражённо перебил он.

Я не стала лезть в бутылку и кивнула. Мне отсчитали половину суммы, и Паша снова сунул мне бумажку на подпись.

– Паш, ты серьёзно? – не выдержала я. – Я подпишу только тогда, когда получу все деньги на руки.

– Что ты устраиваешь, Насть? Мне нужна твоя подпись.

– А мне мои деньги.

Кажется, он начинал терять терпение.

– В чём дело? Ты мне не доверяешь?

– Разумеется, не доверяю, – даже не стала притворяться я. – Ты сговорился с Мишей и уволил меня просто так, ни за что. С чего бы мне тебе доверять? Заплати мне мои деньги, и я подпишу.

– А он прав насчёт тебя, – злобно выплюнул Паша. – Та ещё стерва. Кто бы мог подумать…

Хотела бы я сказать, что осталась невозмутимой, как скала. Руки сами сжались в кулаки, оставляя на ладонях следы от ногтей.

– Мне всё равно, что ты думаешь. Ты в моей жизни – никто. Выдай мне мои деньги, и я буду рада тебя никогда больше не видеть.

– Через два дня, – стоял он на своём. – Забирай половину и подписывай.

– Иначе?

– Иначе ничего.

Не говоря ни слова, я вышла. Жаль, дверью хлопнуть нельзя, дурацкие доводчики. Не знаю, что он там подумал. Что переиграл меня, наверное.

Видимо, каждый мой шаг теперь будет сопровождаться какими-то неприятностями. Козлы. Оба.

Пока ехала домой, нашла на сайте телефон приёмной генерального директора и позвонила. Вкратце обрисовала ситуацию секретарю, очень приятной женщине среднего возраста. Мне повезло, она так прониклась, что шепнула по секрету:

– Знаете, у Евгения Викторовича будет минут пять. Он заканчивает совещание, я вас перенаправлю.

Я оставалась на удержании вызова минут пятнадцать, но в конце концов меня соединили с гендиром.

– Слушаю, – в трубке раздался приятный голос.

Я так долго ждала, что приветствие прозвучало неожиданно.

– Д-да, – встрепенулась я, выходя из автобуса. – Здравствуйте, Евгений Викторович.

Какие-то школьники, розовощёкие от мороза, едва не сбили меня с ног, и я немного растерялась.

– Простите, у меня только пять минут, – поторопил гендир, а потом добавил мягче: – Как вас зовут?

– Анастасия Савина, – наконец собралась я.

– Мне передали, что это насчёт незаконного увольнения. Верно?

Я попыталась сбивчиво пересказать ему, что произошло, не вдаваясь в личные подробности. Упомянула и про отказ выплачивать полную сумму компенсации, и про требования подписать эту филькину грамоту.

– Так, – произнёс гендир и замолчал.

Я даже на экран взглянула, не сбросил ли он. Но тут до меня донеслось:

– Постараюсь заехать в ваш филиал сегодня, ближе к вечеру. Разберёмся. Не волнуйтесь, Анастасия.

– Спасибо, – горячо поблагодарила я. – Так мне вам перезвонить? Когда?

– Я с вами свяжусь. До свидания.

Надо же, не ожидала, что он так отреагирует. Думала, перешлёт к кому-нибудь, а оттуда дальше, так моя претензия и затеряется в корпоративных лабиринтах.

Я вернулась домой и продолжила отмывать квартиру. После предыдущих жильцов отмыли её не очень. В перерывах искала работу и рассылала резюме.

А вечером, когда мы вернулись с Тёмой из садика, зарулив на ледяные горки, Евгений Викторович внезапно перезвонил.

– Анастасия, – донёсся его серьёзный голос.

– Здравствуйте ещё раз, – взволнованно отозвалась я.

– Значит, так. Я был в вашем филиале, поговорил с Алиной Юрьевной, с вашими коллегами и выяснил, что вы отличный работник.

Затаив дыхание, я слушала, что он скажет, и на последних словах меня затопило благодарностью к этому хорошему человеку.

– Далее я пригласил подъехать Павла Сергеевича, который непосредственно занимался вашим увольнением, и выяснил неприятный факт. Не буду долго занимать ваше время, скажу только, что с сегодняшнего дня он уволен, а вы, если желаете, можете вернуться.

От удивления я зависла. На это я точно не рассчитывала.

– Или вы от нас уходите? В таком случае, полную сумму компенсации можно будет получить завтра.

– А что Алина Юрьевна? Она ведь сохранит своё место?

– Да. С некоторыми санкциями.

Ей я зла не желала, хоть она и не вступилась за меня. С таким мужем-мудаком… В общем, я ей просто сочувствовала. Но работать дальше под её руководством... Нет, мстить за Пашу она мне, конечно, не станет, но отношения уже не будут прежними.

– Я бы предпочла уволиться, – решилась я.

– Что ж, – помолчав, ответил он. – Жаль, но это объяснимо. В таком случае подъезжайте завтра в девять утра в головной офис, мы всё оформим.

– Хорошо, спасибо вам большое, Евгений Викторович! – горячо поблагодарила я.

– Что вы. Приношу свои извинения.

Мы попрощались, и я готова была плясать от радости. Наконец-то и на моей улице праздник. Хоть один мерзавец повержен. Пусть про свои обидки Мише расскажет. Представляю, что он ему предъявит.

На душе потеплело, и этим вечером мне уже не приходилось притворяться перед Тёмой.

– Знаешь что? Завтра идём выбирать тебе подарок, – чмокнула его в макушку, пока он рисовал новогоднюю открытку своей подружке.

– Правда? – поднял он на меня счастливую мордашку. – А можно и Лике что-нибудь?

– И Лике можно, – потрепала я его.

Этой малышке тоже нужно немного радости. Надо бы поговорить с Полиной, её матерью. Ей сейчас тоже несладко, тоже муж ушёл. Нет, «уплыл в закат», как сказал Тёма.

Туда им и дорога.

А на следующее утро я приехала в головной офис и встретилась с моим спасителем, Евгением Викторовичем.