Текст книги "Развод. Новое начало (СИ)"

Автор книги: Лена Грин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 41

Женя был прав, Юлина атака ощутимо ударила по нам.

Он был в постоянных переговорах с адвокатами, я прикрывала тылы, понимая, что всё это скажется и на Вике.

Так и вышло.

Уже на следующий день, отправляя детей на занятия, я поймала на себе ядовитый взгляд одной из мамочек.

Она не постеснялась подойти и прямо при детях заявила:

– И не стыдно тебе? Дочь матери лишаешь!

Я растерялась, но присутствие Вики с Тёмой заставило меня собраться.

– Во-первых, давайте не устраивать скандалов. Здесь для этого не место. Во-вторых, вы понятия не имеете, о чём говорите.

Развернувшись, я повела притихших детей дальше, но эта неравнодушная мамаша не отставала.

– Вика, ты в курсе, что твоя мама по тебе скучает?

– Отстаньте от неё!

Я поскорее отвела их в группу и закрыла дверь. А потом развернулась и, уже не сдерживаясь, произнесла:

– Вместо того, чтобы сплетни собирать, своей жизнью займитесь.

– Вот такие, как ты, мужиков из семьи и уводят.

На нас оборачивались.

– Что тут происходит?

К нам подошла Анна Сергеевна, одна из преподавателей, всегда милая и отзывчивая.

– Вы бы смотрели, кого пускаете! – продолжала плеваться ядом истеричка. – Потворствуете тому, что такие, как она, родителей с детьми разлучают. Семьи рушат!

– Я не собираюсь слушать этот бред, – я сжала кулаки, но Анна Сергеевна неожиданно поддержала не меня.

– Вы, наверное, всё же должны учитывать, какой резонанс вызвала эта ситуация, – сказала она осторожно. – Люди реагируют эмоционально.

Я почувствовала, как внутри всё похолодело.

– Вы тоже верите в этот бред?

Она отвела взгляд. Ответа не потребовалось.

Я стиснула зубы и развернулась, чтобы уйти, но Лариса – а теперь я вспомнила её имя – не унималась:

– Как можно было так поступить с матерью?!

– Меня больше интересует, какой дурой надо быть, чтобы верить в любую, даже самую очевидную ложь, – не сдержалась я. – Если бы вы знали, как всё обстоит на самом деле, сейчас бы со стыда сгорели.

Она замолчала, но по лицу было видно – никакая правда ей не нужна. Она уже всё для себя решила.

Я больше не тратила на неё ни секунды. Просто развернулась и вышла, чувствуя, как спина горит от множества осуждающих взглядов.

А на улице получила новый удар.

Сообщение от Верещагина:

«Уверена, что тебе не нужна моя помощь?»

И ссылка на новое интервью Юли.

В самом начале был вставлен чёрно-белый отрывок, в котором Юля обмахивалась ладонями, задрав голову вверх, будто хотела проморгаться и не дать волю слезам. Выдохнув, она жалобно попросила:

– Ты ведь это вырежешь? Не хочу, чтобы они думали, что сломали меня.

Сидя в машине, я с ненавистью смотрела на эту чёртову актрису.

– Я пыталась с ней говорить, представляешь? – обратилась она к блогерше. – Я пришла к ней и умоляла, чтобы она оставила мою семью в покое! Чтобы не разлучала меня с дочерью.

– А она что?

– Сказала… – она снова всхлипнула. – Что я проиграла.

– Проиграла?..

– Для неё это всё какая-то игра. Цель – заполучить влиятельного мужчину.

– Влиятельного? – перебила её блогерша. – Если она сама на него влияет, не такой уж он и влиятельный?

Я выключила, не желая слушать дальше эту дрянь. Юля знала, на какие кнопки давить, кого тронет её «страдание».

И, судя по сцене в детском центре, её спектакль прекрасно сработал.

Об ещё одном неожиданном последствии я не подумала.

Партнёры Жени высказывали недовольство, не желая, чтобы бизнес полоскали в прессе, заставляя и их принимать последствия Юлиных атак.

Вечером, обсуждая, что нам делать дальше, я рассказала об утренней сцене.

Его это напрягло похлеще проблем на работе.

– Она перешла все границы, – Женя сжал челюсти.

Я видела, как он злится. Не на меня – на ситуацию.

– Тебе не стоит больше водить туда детей.

– Что? – нахмурилась я.

– Ты думаешь, это последняя сцена?

– Но детям там нравится.

– Ничего, могут дома позаниматься.

Я прикусила губу. Он говорил логично, но внутри всё протестовало.

– Ты предлагаешь нам спрятаться?

– Я предлагаю не подставляться. Она не может причинить тебе вред напрямую, но может создать условия, при которых ты сама начнёшь ломаться.

Я молчала. Потому что в глубине души знала: он прав.

– А что насчёт тебя? – спросила я.

Женя помолчал.

– Я всё решу.

– Твои партнёры уже недовольны. Если они…

Он подошёл и взял меня за плечи, серьёзно взглянул в глаза.

– С этим я разберусь. Сейчас меня волнуешь ты и дети.

– Хорошо, – кивнула я, – больше не буду возить их на занятия.

– Этого недостаточно. Я хочу, чтобы вы с Тёмой уехали. Отдохнёте пару месяцев вдали отсюда.

– Что? – опешила я, вырвавшись из его рук.

– Это временно, – настаивал он. – Свозишь сына к морю.

– А как же Вика?

– Вика останется со мной. Попрошу мать приехать.

– Я не понимаю. Мы тебе мешаем? Что всё это значит? Для нас?

– Она не успокоится, пока ты рядом. Мне нужно, чтобы она заткнулась. Нужна небольшая передышка, чтобы мои адвокаты сработали, как надо.

– И что потом?

Беспокойство давно переросло в уверенность, что меня бросают.

– Потом я с ней закончу, – мрачно пообещал Женя. – Она перестанет представлять опасность. Для Вики. Для тебя и Тёмы.

– Я никуда не поеду, – твёрдо сказала я.

Он снова прижал меня к себе.

– Так надо. Пожалуйста, просто сделай, как я прошу. Я не хочу, чтобы она причинила тебе вред.

– Ничего она мне не сделает.

– Она знает, что ты моя слабость.

Я не поняла, что это значит. Я мешаю ему, заставляю отвлекаться на себя и Тёму, когда ему нужно собраться для последней атаки?

Наверное, в его словах было рациональное зерно. Он хочет защитить нас всех. Просто мысль, что мы с Тёмой ему мешаем, показалась мне обидной.

Я вообще в последнее время слишком бурно на всё реагировала.

Юля достала до чёртиков. Миша с Пашей постоянно пытаются играть в какие-то игры. Верещагин со своими предложениями…

Будь я не в таких растрёпанных чувствах, посчитала бы за счастье оказаться вдали отсюда, на море и с Тёмой. Но как же Вика? Мы оставим её здесь?

А Женя? Почему любимая и любящая женщина для него слабость, а не сила?

– Ты предпочитаешь избавиться от нас, чтобы не путались под ногами?

Не знаю, что на меня нашло. Я хотела, чтобы хотя мы друг для друга были опорой. Выстояли вместе против нападок.

А он, выходит, во мне не нуждается? Лучше сплавить подальше, чтобы не оттягивала на себя его внимание?

– Иди сюда, – он притянул меня к себе, и я почувствовала, что на грани.

Как же я устала. С того дня, как узнала, что Миша меня предал, мне постоянно что-то мешает быть счастливой. Неужели это никогда не закончится?

Удар за ударом.

– Я люблю тебя, – горячо произнёс он. – И сейчас мне нужна твоя помощь.

– Уехать? Это помощь? – слёзы катились по щекам, я сама себя не узнавала.

Да что со мной? Головой понимала, что веду себя, как капризная дура, но ничего не могла с собой поделать.

– Это ненадолго. Обещаю. Как только вы уедете, у неё пропадёт рычаг давления. Я брошу все силы на то, чтобы она наконец заткнулась. Пойми, я не могу просто оставить всё, как есть. Не могу допустить, чтобы Даня остался с ней.

– Нет, – внезапно сказала я, отстранившись. – Если ты хочешь, чтобы мы были одной семьёй, я остаюсь.

– Настя… – в его голосе прорезалось лёгкое раздражение.

– Я знаю, ты привык всё решать в одиночку. Тебе так приходилось, потому что бывшая, мягко говоря, оказалась ненадёжной. Но я – не она. Я не твоя слабость. Я твоя сила.

Мой голос дрожал, но я сжала кулаки, заставляя его поверить мне.

– Нет, – мотнул он головой. – Я всё решил. Вы должны уехать.

Он заходил по комнате, уже начав исполнять свой план.

– Отправлю с вами своего человека, для безопасности. Вас не тронет ни твой бывший, ни Юля со своими нападками.

– Мы семья или нет?

Мне нужен был чёткий и внятный ответ.

– Или я просто няня твоей дочери?

Опешив, он вскинул на меня злой взгляд.

– Я потому так и поступаю, Настя. Потому что вы с Тёмой – моя семья. Неужели это непонятно?!

Мы впервые ссорились. Никто не собирался отступать. Моя нервозность мне сейчас не помогала. Наверное, в слезах, я выглядела как истеричка, хоть и старалась говорить спокойно.

– Тогда тебе придётся считаться с моим мнением, – твёрдо сказала я. – Если ты нас оттолкнёшь, мы уйдём.

Я впервые видела злость в его глазах, направленную на меня.

Но я и сама злилась.

Мы молчали, стоя друг напротив друга. Оба непримиримые, оба хотели, как лучше. Только я точно знала, что проблемы нужно решать, а не бегать от них.

Я готова была вступить в бой, стоя рядом с ним. Не прятаться за спину, не бежать трусливо, поджав хвост, будто всё, что говорила эта дрянь, – правда.

– Нет.

– Нет? – опешила я.

– Вы уезжаете.

Он не передумает, я увидела это в его жёстком взгляде. И, помолчав, кивнула.

– Хорошо. Я соберу вещи и вызову такси.

– О чём ты? – теперь уже удивился он.

– Мы съезжаем.

Я вышла из комнаты. Нужно было собрать Тёму, как-то объяснить детям, что нам придётся расстаться, и при этом умудриться не нанести Вике новую травму.

Сердце обливалось кровью за нас всех. И в особенности за малышку, которую уже начала воспринимать, как дочь.

И только за одно я могла себя похвалить. Хорошо, что теперь у нас с Тёмой есть своя квартира.

Глава 42

Женя

Настя молча собирала вещи.

Я стоял в дверях, скрестив руки на груди, и смотрел, как она методично заполняет чемодан. Хотел сказать что-то, но злился. На неё, на себя, на весь этот бардак.

– Давай поговорим, – мой голос прозвучал слишком резко.

– О чём? Ты уже всё сказал.

Я стиснул зубы. Господи, как же меня всё это достало. Я просто хотел защитить её, уберечь от этого дерьма, от Юли, от судов, от всей этой грязи.

– Это единственный верный шаг.

– Вот я и шагаю, – горько усмехнулась она. – Ты хочешь, чтобы мы были на расстоянии? Отлично. Но тогда на моих условиях.

– Настя… – в моём голосе не было ни приказа, ни раздражения, только усталость.

Она продолжала собирать вещи, но я видел, как напряглись её плечи. Я протянул руку и осторожно взял её за запястье.

Тёплая кожа под пальцами. Знакомая. Её дыхание сбилось.

– Ты правда не понимаешь? – её голос был полон разочарования. – Я не хочу просто сидеть в стороне, не зная, что тут с вами происходит.

Я нахмурился.

– Я делаю это ради твоей безопасности.

Она фыркнула.

– Конечно, как же. Всё ради меня. Ты отправляешь меня подальше, чтобы мне не досталось. А что насчёт тебя?

Я сжал челюсти.

– Это не имеет значения. И если ты всё равно уходишь, то какая разница, где будешь? В другой квартире или на море?

Она вскинула голову.

– Разница огромная! – её голос дрогнул. – Там, на море, я останусь в режиме ожидания. Буду сидеть, кусать ногти и ждать, когда ты соизволишь меня вернуть. А если я уйду сейчас…

Она замолчала, слова застряли у неё в горле.

Я напрягся.

– То?

– Если уйду сейчас, то постараюсь начать всё заново. Без тебя.

В груди сдавило.

– Чушь.

Она усмехнулась, но в глазах блестели слёзы.

– Думаешь? Я в тебя, как дура, влюбилась. Быстро, глупо, по-настоящему. Думала, ты другой. Думала, мы будем вместе. Как партнёры. Как семья. Но, видимо, поторопилась.

– Настя…

– Только выбралась из брака, где была просто приложением к мужу. Где меня никто не считал равной. И что теперь? Опять? Только теперь ты будешь решать за меня, как лучше?

Я почувствовал, как внутри всё закипает.

Она схватила чемодан и направилась к выходу.

– Что насчёт детей? Ты подумала, как они отреагируют?

Слова ударили точно в цель. Я видел, что, если нажму сильнее, она сдастся. Потому что любит мою дочь сильнее, чем её собственная мать.

Но если я это сделаю, то для себя потеряю окончательно.

– Прости, – я устало потёр виски. – Говорю не то, что нужно. А как ещё тебя остановить – не знаю.

– Надеюсь, Алла сможет прилететь первым рейсом, – она задержалась у двери детской, а потом нажала на ручку и вошла. – Тёма, мы сейчас поедем в нашу новую квартиру. Ты же хотел её увидеть, да?

В голове, как обычно, прокручивались сотни вариантов. Что ещё сказать, как поступить. Как убедить её. Отпустить? Она остынет. Я разберусь с Юлей и верну их домой.

Она считает, что это окончательный разрыв. Меня это не устраивает. Но, похоже, сейчас мне её не переубедить. Надо сделать шаг назад.

Мозг уже разрабатывал план, учитывая новые данные.

Позвонить Вячеславу, приставить к ней охрану. Купить билеты матери. И решать вопрос с Юлей. Быстрее.

Пока Настя действительно не послала меня к чёрту. На неё и так свалилось слишком много всего. И я ей сейчас не помогаю.

Уж, наверное, не на второго нашего совместного с Юлей ребёнка она рассчитывала. Чёрт.

Но какие варианты? Пусть Юля и дальше её в своих грязных интервью полощет? Пусть уж заткнётся, успокоится, подумав, что мы расстались. Может, так даже лучше.

Квартира готова, безопасностью я их обеспечу. Что ещё?

Мысль о том, что я снова буду засыпать и просыпаться один, царапнула большее, чем я мог предположить.

Она была нужна мне.

Влюбилась.

Как бы гнусно всё сейчас ни было, это её эмоциональное признание смягчило ситуацию.

Тёма, уже слегка сонный, вышел из комнаты, натягивая свитер. Вика с плюшевым зайцем в руках шла за ними. Растерянная, расстроенная.

Настя уже успела с ними поговорить. Как ей удалось сделать так, чтобы Вика сейчас не рыдала, забившись в угол?

Господи, как же она мне нужна. Моя жена.

Я чуть выдохнул. Всё нормально. Пусть немного отдохнёт от нас. Я всё решу и верну их с Тёмой.

На пороге она достала телефон.

– Не надо. Возьмёшь свою машину.

– Она не моя, – упрямо отозвалась Настя.

– Твоя. Не спорь. Иди сюда.

Я сдавил её в своих объятиях, вдохнул аромат волос, поцеловал в висок.

– Я тебя не отпускаю. Хочу, чтобы ты это поняла.

Расчувствовавшись, она смотрела на меня блестящими от слёз глазами.

– Ты решила сделать перерыв, я тебя услышал. Но ты по-прежнему моя женщина. Я всё решу, и вы вернётесь.

– Женя, не надо… – её голос дрожал, она отказывалась мне верить.

Я не стал спорить, просто поцеловал так, чтобы запомнила, чья она.

– Веди осторожно.

Подхватил Тёму на руки:

– Береги маму. Она видишь, какая чувствительная.

Тёма посмотрел на меня серьёзно и кивнул.

Вика подбежала прощаться, Настя присела на корточки и что-то прошептала ей. Сумела остановить набежавшие слёзы.

А потом поднялась, взглянула на меня и сказала:

– Дай знать, когда поймёшь, что мы тебе действительно нужны.

Взяла Тёму за руку и вышла.

Вика ткнулась мне в колени, почувствовав, что её привычный мир снова пошатнулся. Я отнёс её в детскую, долго укладывал спать. Успокаивал и обещал, что скоро всё снова будет как прежде.

Проверил по навигатору, добрались ли Настя с Тёмой. Выдохнул.

А потом вернулся к себе. В комнате пахло её духами.

Я успокаивал себя, что всё решу, но в гнетущей тишине мысль о том, что я потерял нечто безумно дорогое, звучала всё громче.

Глава 43

В нашей новой квартире было слишком тихо.

Я уже привыкла к шуму утренних сборов, к смеху детей, к звону тарелок на кухне, к голосу Жени.

А теперь – пустота.

Я пыталась чем-то себя занять. Разбирала вещи, переставляла мебель, делала вид, что это поможет почувствовать себя дома.

Но нет. Это место было удобным, просторным, но ещё не было «нашим».

Тёма чувствовал то же самое.

Даже новая детская его не радовала. Зайдя, он посмотрел на стену, разрисованную художницей с его любимыми персонажами из мультиков, и ничего не сказал.

За завтраком рассеянно водил ложкой по тарелке, вздыхал и грустил.

– Мам, – поднял он ко мне несчастную мордашку, – а когда мы поедем обратно?

– Обратно? – переспросила я, сделав вид, что не поняла.

Тянула время в поисках подходящего ответа.

– Я соскучился.

– Тём, это ведь не только от меня зависит. Женя хочет, чтобы мы побыли на расстоянии.

– Почему? – нахмурился он.

– Ну, потому что у него сейчас в жизни непростой период.

Я не представляла, как всё это объяснить пятилетнему сыну.

– Он не хочет, чтобы его проблемы задевали нас с тобой.

– А мы можем ему помочь? – с надеждой взглянул он на меня. – Бабушке мы помогли!

В его голосе прорезалось воодушевление. Если бы всё было так просто.

– Мы об этом подумаем, – я малодушно отложила тему. – А пока, что насчёт твоего дня рождения?

– А что с ним? – снова загрустил он. – Мы пригласим Вику?

– Конечно, – сдалась я.

В конце концов, наш разрыв не означает, что я обязана вычеркнуть её из своей жизни. Я сама по ней ужасно скучала.

Укладывая Тёму спать, думала и о ней. Как она там? Кто о ней заботится? Алла уже приехала?

– Тогда мне нужно ей позвонить! – ворвался в мои мысли Тёма.

– Хорошо, – вздохнула я. – Только давай попозже. Может быть, она сейчас на занятиях? Давай пока в магазин съездим? У нас в холодильнике пусто.

Тёма взглянул на меня с совсем не детской проницательностью. Но я не врала. Я и сама хотела ей позвонить. Жаль только, что при этом придётся говорить с Женей. Снова рану ковырять.

Садясь в машину, я увидела чёрный внедорожник, припаркованный через дорогу. Просто мазнула по нему взглядом, он напомнил мне машину Верещагина.

А выходя из магазина с полной тележкой продуктов, увидела его снова.

Тёма что-то рассказывал про своих любимых трансформеров, а я зависла. Совпадение?

Он следовал за нами до самого дома. Ошибки быть не могло. Я специально петляла, добираясь абсурдно длинным маршрутом.

Подъехав, я увидела, как он припарковался неподалёку. Я была не настолько самонадеянной, чтобы пойти и выяснять, что всё это значит.

Нагрузившись пакетами, чтобы не спускаться за ними второй раз, быстро запустила Тёму в подъезд, убедившись, что за нами никто не идёт.

Что за… Юля? Её выходки?

Как только мы с Женей расстались, она тут же перестала полоскать меня в своих грязных интервью. Наверное, победу праздновала.

А если не она, то кто? Верещагин? Но зачем? Это он так своеобразно помощь предлагает?

Разобрав дома покупки, я решилась ему позвонить.

В телефоне до сих пор оставался его контакт. «А.В».

– Настя? – ответил он почти мгновенно.

Я даже растерялась, не думала почему-то, что он так быстро отреагирует.

Его голос, как всегда, прозвучал властно. Как будто я начальнику звоню.

– Андрей, – я впервые обратилась к нему по имени. – Скажите, это не ваша машина меня преследует?

Он помолчал. И пока секунды тянулись, я уже успела пожалеть, что вообще позвонила.

– Тебя преследуют?

Теперь уже я замолчала. Главную ставку я делала именно на него.

– Давно ты это заметила?

– Сегодня утром. Сначала у дома, потом возле магазина. И обратно она тоже за нами ехала.

– Ты сейчас её видишь?

Я выглянула в окно.

– Да, стоит на месте.

– Номера записала?

– Эмм… Нет.

Вот глупая, мне почему-то это даже в голову не пришло.

– Подождите.

Я вышла на балкон в спальне, отсюда ракурс был удобнее. Назвала две буквы, которые распознала с уверенностью.

В ответ Верещагин хмыкнул.

– Вы знаете, кто это? – догадалась я.

– Об этом тебе стоит поговорить с твоих «женихом», – последнее слово он озвучил так, будто вокруг него стояли кавычки.

– О чём вы?

– Может, уже прейдёшь на «ты»? – ответил он вопросом на вопрос.

– Я бы предпочла оставить как есть.

Мой голос прозвучал холодно, но его это только развеселило.

– А ты ещё удивляешься, чем заинтересовала меня. С тобой весело, – вздохнул он.

– Андрей, – остановила я его неуместные размышления. – При чём тут Женя?

– Это его машина.

– Его?

– Его.

– Но…

– Зачем? – подсказал он. – Вопрос не ко мне. Слышал, вы расстались.

Я не собиралась перед ним отчитываться. И что это за намёк? Женя не какой-то там сталкер.

– Хорошо, спасибо. Вы меня успокоили.

– То есть, если бы это была моя машина, ты бы напряглась? – усмехнулся он. – А преследования от бывшего тебя не смущают?

– Спасибо. Всего хорошего.

Я сбросила звонок, но тут же получила сообщение:

«Раз ваше расставание подтвердилось, считай меня претендентом. Всерьёз».

Щёки залил румянец. Что он себе позволяет?

Я предпочла отвлечься на кексы для Тёмы. Готовка всегда меня успокаивала.

А потом услышала его голос из соседней комнаты. Пошла проверить и обнаружила, что он стащил мой телефон и кому-то звонит.

– Тём?

Он обернулся на меня, в глазах читалась вина.

– Кто там?

– Вы придёте на мой день рождения?

Он держался за телефон, как будто я прямо сейчас буду вырывать у него его из рук.

Я присела устало. Жене позвонил.

– Хорошо, – наконец улыбнулся с облегчением. – Скажешь ей, что я скучаю?

В этот момент я засомневалась, в том, что я хорошая мать. Мало Тёме было нашего с Мишей развода. Теперь ещё и это.

Я потому и боялась сближаться с Женей. Хотела, но боялась.

Если мы не помиримся, я, наверное, вообще на себе крест поставлю. Потому что очередной такой подставы мне Тёма не простит.

– Мам, – окликнул он меня, виновато протягивая телефон. – Там Женя.

Я взяла его и дала себе пару секунд собраться с мыслями.

– Алло.

– Привет. Ты не против, если Вика придёт на день рождения?

– Нет, конечно.

Я встала и вышла, закрыв за собой дверь. Не хотела, чтобы Тёма слышал то, что последует дальше.

– Мы с Тёмой всегда ей рады. Только у меня есть один вопрос.

– Какой?

– Почему твоя машина нас преследует?

Вместо ответа он тяжело вздохнул и замолчал.

– Женя?

– По ушам надаю.

– Что?

– Ну вообще, ты не должна была их заметить. Я приставил к тебе охрану.

– Охрану? – опешила я.

Почему-то именно это мне в голову не пришло.

– Я не хотел, чтобы тебя это напрягало. Прости, что напугал.

– Но зачем? Юля что-то затевает?

– Нет, пока затихла. Но я не хочу рисковать. Впереди важное слушание.

– Тогда тебе стоит побеспокоиться о безопасности Вики. Вряд ли я её цель.

– Разумеется. Но и тобой я рисковать не буду.

– Ты снова не спросил меня.

– Разве тебе это как-то мешает? Они не вмешиваются. Просто всегда наготове.

– И всё же, ты мог меня предупредить, – начала я выходить из себя.

Как будто закусила удила. Забота – это одно, но когда тебя даже не думают посвящать в такие вещи…

– Настя, родная, – Женя мгновенно срезал накатывающую на меня волну раздражения. – Я забочусь о своей семье.

Он говорил устало, будто повторял в сотый раз.

– Мне важно, чтобы вы с Тёмой были в безопасности. Я объясню им, чтобы не напрягали. Но и ты пойди на уступки.

Раздражение мгновенно превратилось в жалость к себе. Нет, я просто отказывалась понимать своё расшатанное состояние. Пора валерьянку вместо чая пить.

– Ты что, плачешь?

Я промычала что-то отрицательно.

– Чёрт, я уже жалею, что послал к тебе Сергея.

– Сергея?

– Да, того, что помогал тебе с разводом, – вздохнул он.

– Прости, тут звонят, – шмыгнула носом я.

– Угу. Это он. Только прошу, не выходи из себя.

– Почему я должна…

Я посмотрела в глазок. За дверью действительно стоял Сергей.

– Потому что я не очень понимаю твоё состояние. И боюсь, что ты мою заботу можешь воспринять, как… Не знаю, давление.

– Что ещё ты сделал? – напряглась я, открыв дверь.

– Настя? – улыбнулся Сергей. – Могу я войти?

Я пропустила его, а Женя отговорился срочными делами и повесил трубку.

– У меня для тебя приятные новости, – улыбался Сергей, не подозревая, в каких растрёпанных я сейчас чувствах.

А потом, пройдя в гостиную, достал папку с бумагами и сбросил на меня бомбу:

– Поздравляю, квартира твоя.

– Эмм… Я в курсе.

– Нет, – усмехнулся он. – Я говорю о том, что рассрочка за неё полностью погашена. Распишись.

Он протянул мне бумаги, в которых говорилось, что Женя подарил мне квартиру.

Я подняла на него ошалелый взгляд.

– И машина, кстати тоже.