![](/files/books/160/oblozhka-knigi-bezumno-lyublyu-si-380728.jpg)
Текст книги "Безумно люблю (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
Глава 5
Сторонники нудизма посещают места своего отдыха, чтобы поваляться на пляже в чём мать родила, а вот мы с Рэем даже умудрились слегка оголить друг перед другом душу и это оказалось куда сложнее, чем просто сбросить одежду сверкая пятой точкой. И что мы теперь имеем – какое-то странное смущение, неловкость, желание помолчать. Я время от времени кусаю себе губы, он бросает на меня задумчивые взгляды, и чёрт возьми продолжает держать за руку, иногда поглаживая подушечкой большого пальца. Клянусь, в этом движении интимности больше, чем если бы он щупал меня за грудь. Но это лично мои заморочки, возможно, кто-то не придал бы этому никакого значения, может быть, Рэй тоже не придаёт. Но почему-то же он это делает. Даже в лифте. Из-за чего дыхание периодически срывается и слегка подрагивают коленки. И причина не в том, что мы видели друг друга голыми, и не потому, что он предложил мне переспать, а я отказалась. Здесь что-то ещё. И это ускользающее «что-то» очень не хочется спугнуть. И меня волнует вопрос, почему я не отнимаю своей руки? Мне приятно это прикосновение и вот это моё состояние уже серьёзный повод для беспокойства.
И видимо беспокоюсь не я одна. Едва переступив порог номера, хватаю орущий телефон. Нужно будет сменить рингтон, который я поставила на Мэг, мало того, что люди вокруг пугаются, так я сама каждый раз подпрыгиваю.
– Привет. Со мной всё хорошо! – весело бросаю в трубку, скрыв за улыбкой своё сожаление, по поводу того, что Рэй отпустил мою руку и мне пришлось выскочить на балкон, чтобы поговорить с подругой.
– Ты уверена? А я вот думаю ты перегрелась или в самолёте головой при турбулентности стукнулась. Видела фотки, хорошо, что я в этот момент валялась в кровати. Нудистский пляж? Серьёзно? Я только через двадцать минут своё ржание смогла прекратить. И что значит он не отдаёт твой паспорт? Зачем ты написала об этом Хлое? Ты же знаешь, какая она перепуганная паникёрша! Нам вылетать или подождать, пока она своему дядюшке генералу нажалуется и мы с собой по пути ещё отряд морских котиков прихватим?
– О, понеслось! Вас только здесь и не хватает. Я в порядке. Мы просто веселимся. Тебя пора выдавать замуж, Мэг, твоя гиперопека созрела, ягодка ты моя.
– Стефани! – по ледяному натянутому голосу Рэя, возникшего в дверном проёме, по этому разъярённому взгляду понимаю, что мной недовольны, но хоть убей не понимаю за что.
– Мэг, я тебе позже перезвоню, – отключаюсь, оставив подругу умирать от любопытства в полном недоумении.
– Не прячь телефон, – цедит сквозь зубы Рэй. Ого впервые вижу его таким злющим. – Иди сюда. Зайди в свой инстаграм. Что это такое, Стеф? – рявкнул он, когда я открыла свой последний пост с фото. – Удаляй! Немедленно! Я полагал ты меня поняла во время нашего утреннего разговора. Думал, ты умнее. Я не хочу, чтобы мои коллеги, мои клиенты и тем более недоброжелатели видели, как я лежу с перекошенной рожей на нудистском пляже. Я заработал себе имя, я уважаемый адвокат, а ты меня так подставляешь!
Вот и развеялось очарование того загадочного состояния, ускользнуло тепло его руки, приятной дрожи и многоточия многозначительных взглядов. Интересно, это стерва Натали прислала ему сообщение? Потому что вряд ли Рэй бродит по инстаграму. Самое гадкое, я понимаю, что он прав. Я повела себя глупо. По крайней мере, нужно было выложить не такие откровенные фотки. Молча удаляю прямо при нём, а после сверлю взглядом его удаляющуюся спину. Рассердился. Взял свой ноут, уселся прямо на кровати и уставился в него с самым сосредоточенным видом. Я выждала ровно пять минут, на большее меня бы не хватило. Самое странное, что я не хочу, чтобы этот парень на меня злился. … Потому что мне хотелось бы ещё разок испытать рядом с ним «то» состояние.
– Сильно сердишься? – тихо интересуюсь, подойдя ближе. Никакой реакции. – Разочарован? – поднимает глаза и выжидательно смотрит. – Прости, Рэй. Сглупила, не подумав о твоей карьере. Мир? – протягиваю ему мизинчик и жду.
– Мир, – сцепив наши пальцы, кивает Рэй и эти зеленоватые глаза теплеют. А я слишком громко издаю облегчённый вздох, за что заработала ещё один испытывающий взгляд.
– Ты вроде собирался отдыхать и отрываться.
– Некоторые дела удалось отложить. Но есть парочка, которые ну никак не потерпят. Слушание уже через неделю, а мне нужно изучить некоторые материалы. Но ты можешь спуститься вниз, там своя развлекательная программа. Ужин, опять же таки объедение.
– Одной не интересно, – конечно же я взяла с собой в поездку «дневник для потомков». Поэтому умащиваюсь поближе к Рэю, открываю блокнот, и лёжа на животе готова сделать пост на бумаге, я уже знаю, что я туда запишу. Боковым зрением замечаю, что Рэй начинает коситься на меня всё чаще. И в конце концов не выдерживает:
– Что это? Стихи сочиняешь?
– Ага, о тебе, – хихикаю я. – Я веду дневник. Называется «дневник для потомков», где я записываю свои наблюдения, важные события, делаю выводы. Это очень полезно для самоанализа. Иногда мои подруги читают мои записи, устраивая бурные обсуждения.
– А мне можно прочесть?
Вскидываю голову и задерживаюсь взглядом на этих смеющихся глазах:
– Нет. Ты не входишь в клуб. Даже Николас ни разу в него не заглядывал, – зря я это сказала. Снова насупился.
– О, ну раз даже Николас, тогда я вообще не смею.
– Куда вы с Натали планировали поехать в свадебное путешествие?
– Стефани, давай не будем об этом!
Наблюдаю за ним и не могу заставить себя оставить его в покое, дать человеку заняться своими неотложными делами.
– Как мы будем ночевать?
– Как люди, на кровати. Я на том узеньком диванчике укладываться не собираюсь. Боишься, что буду приставать? – приподнимает бровь, но от ноутбука не отрывается.
– А ты не боишься, что это я буду к тебе приставать? – смеюсь я.
– Интригует. Такое возможно? – наконец-то ирония. Боже, как я за ними соскучилась. За этими его шпильками. Перчик мой острый.
– Вряд ли ведь удастся поработать. Пойдём вниз. Аниматоры в отелях иногда проводят прикольные конкурсы. Я даже готова поучаствовать в парочке, чтобы мистер умник улыбнулся и окончательно меня простил.
– Обещаешь? Заметь, ты снова это сама предложила и опять я хочу это увидеть!
– Скоро я начну думать, что тебе начинает нравиться на меня смотреть!
– Фантазёрка, – фыркает Рэй, спрыгивая с кровати и его настроение заметно улучшилось.
Идём туда, где слышится музыка и заразительный смех, который периодически переходит просто в истерический. И снова я согласилась на какое-то безумие. Своим согласием поучаствовать буду теперь смешить не только Рэя, но и всю толпу отдыхающих.
Как раз попали на отбор участников и Рэй буквально вытолкнул меня вперёд, заняв место в первом ряду. Судя по его позе, этот гад собирался отвести душу, насмеявшись от души. Первый конкурс оказался несложным, кроме меня было ещё четверо отчаянных девушек, двое из которых были прилично выпившими. Поэтому весь зал умирал со смеху именно с них, когда нужно было показать, как мужчина просыпается, писяет и моется. Я изобразила очень даже натурально. Но вот когда нужно было десять метров нести зажатое между ног свежее куриное яйцо, чтобы потом «снести» его в шляпу. … Я думала я убью этого аниматора, эту морду египетскую! «Снести» яйца у меня не получалось, они падали у меня по дороге, и это я ещё молчу о своей походке. Рэй согнулся пополам, держась за живот. А затем, когда я попыталась сжать яйцо сильнее – оно треснуло, растекаясь белком и желтком по моим ногам. И этот массовик-затейник мне ещё салфетки предложил, успев объявить на весь зал, что курицы из меня не вышло.
– Дурацкие конкурсы, – бубню я под пальмой, уничтожая следы яйца. – Что за узколобая фантазия?!
– Дай помогу. Не дёргайся, – выхватывая из моих рук салфетку, Рэй присаживается на корточки, …приподнимает подол моего платья, всего лишь чуть-чуть, но я уже успела всхлипнуть и замереть. Не могу понять, почему на меня так действуют его прикосновения. Я себе такой не нравлюсь, я то ли тупею, то ли слабею рядом с ним. С меня вот даже курицы не вышло.
– Пошли, сходим в более безопасное место, – улыбается как ни в чём не бывало. Было бы хорошо, если бы он не заметил этого моего вздрагивания.
– Любишь танцевать? – разглядываю романтически оформленную площадку для танцев, эти фонарики в форме сердца, увитые цветами колонны, живая музыка.
– Люблю, – подаёт мне руку Рэй. Желающих позажиматься в медленном танце не много, отдыхающие в основном скачут на дискотеке. Сегодня в этом уголке только мы и пожилая пара.
– Сто лет не танцевала медленный танец, – обвиваю его за шею, а он обнимает меня за талию. И вот под мелодию «Perfect» Еда Ширана, глядя в глаза мы начинаем двигаться и … господи боже, «это» состояние возвращается. Когда тебя одновременно покалывает иголочками страха, обдаёт теплом, что-то щекочет в груди, губы начинают непроизвольно подрагивать, поэтому приходиться постоянно улыбаться, чтобы этот твой мандраж не прорвался наружу. Но сильнее всего действует притяжение, и я прижимаюсь к нему сильнее положенного. И я не могу ничего с собой поделать, даже не хочу пытаться. Просто задыхаясь от смущения кладу ему голову на плечо, наконец, ощущая, где находятся его руки, что одна его ладонь греет дракончика на моей заднице. Можно, конечно, корчить из себя недотрогу, рыдать над разбитым сердцем и давиться от обиды и злости, но я хочу послать всё это к чёрту! Возможно, я буду потом всю жизнь жалеть, что не сделала этого или наоборот, что сделала, но я … просто поддалась порыву. Вскинув голову, обхватываю ладонями его лицо и целую. В губы. Первая. Практически набросилась. Руки Рэя сжав меня за попку подтягивают меня ближе, и он перехватывает инициативу. И этот умник как на зло умеет так суперски целоваться, так вкусно. Чувствительность накалилась до предела. Кажется, что, если он сейчас остановится я закричу. Не закричала, разочаровано застонала.
– Ты уже большая девочка, ты должна понимать, чем это закончится, если мы продолжим, – отстраняясь, шепчет Рэй. – А учитывая наши слова на пляже, о потребности в настоящем и всё такое, нам лучше остановиться, Стеф. Я хочу тебя, и ты хочешь меня, но я боюсь, как бы мы ни стали пластырем друг для друга.
– Да, ты прав. Слишком спонтанно. Нужно остановиться. У тебя была любовь, а тут я, – резко убираю руки, пытаясь отодвинуться, но Рэй меня не отпускает.
– Мы ещё не закончили танцевать.
Ладно. Танцевать после такого? Еле касаюсь его плеч, стараюсь изо всей силы сопротивляться этому магниту продолжаю танцевать.
– А у тебя, значит, была не любовь? – спрашивает Рэй, безрезультатно пытаясь поймать мой взгляд.
– Он мне нравился, мы встречались. Я надеялась, что любовь вот-вот случится, но… Наверное, я больше злюсь, что столько времени угробила, сил, столько было переживаний, старалась, чтобы меня полюбили, заставляла себя быть тем, кем не являюсь. Не знаю, сможет ли меня полюбить кто-то такой, какая я есть.
– Ты себя слишком недооцениваешь, – шепчет Рэй, и с таким видом будто не удержавшись, целует меня в шею, водит губами по мочке уха. – Очень сложно остановиться, Стеф. Помоги мне.
– Не буду. Потому что не хочу, – всё, расстояния между нами больше нет, я снова прилипла к нему не отодрать.
– Не пожалеешь?
– Я не хочу сейчас задавать себе вопросы, Рэй.
– Пойдём, – и опять он берёт меня за руку, как сегодня после пляжа. И я иду за ним не спрашивая куда. Может, бросится со мной в бассейн, чтобы мы оба остыли.
Глава 6
Бассейн миновали, прошли через холл, в лифте понимаю, что градус страсти не падает и «это» состояние упорно вцепилось в нас обоих. Стыдно сказать – ноги просто подкашиваются, будто у меня это должно случиться впервые, хотя в тот самый первый раз я так испуганно не сопела.
– Всё хорошо? – Рэй касается моей щеки. Его голос тоже охрип. Я киваю, слегка растягивая губы в улыбке. Хотя на самом деле со мной не всё хорошо, я теряю голову из-за этого мужчины, вот так ни с того ни с сего взяла и сошла с ума, испытывая дикий чувственный голод, каждой своей клеткой, словно наркоман, желая его прикосновений как дозы. Что это? Последствия стресса или чертовское обаяние Рэя? Я даже слово произнести не могу, куда только подевались эти ядовитые шуточки убийственной кокетки.
– Ничего себе! – замираю посреди номера, глаза от восторга расползаются на пол лица. Кругом расставлены зажженные свечи, в ведёрке со льдом «вспотела» очередная бутылка шампанского, рядом блюдо ароматной клубники, политой шоколадом, а кровать и пол усыпаны лепестками роз.
– Бонус для номера молодожёнов, спец обслуживание, – хмыкает Рэй, – Говорят вечером, во время уборки номера на тумбочку даже кладут три презерватива.
– Почему три?
– Видимо, такая планка для медового месяца, – мне нравится эта его загадочна улыбка. Рэй достаёт свой телефон, выбирает музыку из плейлиста, вскинув на меня такой многозначительно-пылающий взгляд. Да, это случится сегодня, на этих лепестках роз, с мужчиной, которого я почти не знаю, но которого безумно желаю.
– Прекрасная леди, окажите мне честь, разрешите вас пригласить? – с улыбкой протягивает мне руку. Секунда и я уже в его объятьях, ловлю вдох с его губ. Теперь можно целовать. Не стесняясь. Можно не сдерживать дрожь, касаясь губами его шеи, глаз, кончика носа. Пока он кружит меня в танце, пока его губы тоже бродят по моему лицу. Теперь можно смело скользить ладонями по его телу, стягивая с него одежду, пока он избавляет меня от моей. В танце. Когда поцелуи похожи на прикосновения крыльев бабочки, когда его обнажённое тело трётся о моё и это так естественно, так прекрасно. Не смущает ни капли, я в восторге от его возбуждения, мне нравится, как он тихо охает, когда я к нему прикасаюсь, нежно водя рукой по горячей бархатной коже, страстно сжимая твёрдую плоть. В эти моменты его поцелуи становятся жадными, напористыми, он стонет, легонько кусая меня за нижнюю губу. Сегодня он мой, а я его.
– Знаю, что между нами нет тех настоящих чувств, – шепчет Рэй. – Но я буду тебе очень благодарен за ласку и нежность. В ответ я утоплю тебя в своей. Возможно, это именно то, что нам с тобой сейчас нужно, Стефани.
– Если в тебе, то я согласна утонуть. Хватит трёх? – сейчас громче шепота говорить не получается.
– Не волнуйся, кудряшка, у меня есть ещё, – целует меня в улыбку, подхватывает на руки и бережно опускает на кровать. Вначале поцелуев удостоились мои ножки. Я знаю куда он шагает своими губами. Как же его заводят мои стоны! Особенно когда выгибаюсь всем телом навстречу движениям его языка, зовущая, дрожащая от страсти. Долго он таких пыток, естественно, не вынес, накрыв меня своим телом. И как только я почувствовала его в себя, обвиваю ногами, жадно вбирая в себя его толчки, полностью поработив эти губы своими. Бурно? Страстно? Не совсем подходящие слова, кажется нас вынесло в открытый космос, и мы там на фиг посбивали все звёзды.
– Ого, малышка, ты горячее, чем можно себе это представить, – чуть отдышавшись, Рэй открывает шампанское и тянет в кровать поднос с клубникой.
– Так ты себе это ещё и представлял?
– Возможно, – пытается спрятать смущенную улыбку. – Подкрепись. Это ещё не конец, наше свидание в самом разгаре. За нас! – легонько чокаемся бокалами. Пока у меня ещё есть силы мне так о многом хочется его спросить. Сколько у него было женщин, скольких из них он любил, было ли это по-настоящему. Но я молчу. Пью шампанское, ем клубнику, глажу его ногу пальчиками своих ног и глаз с него не свожу. До тех пор, пока он не отнимает у меня бокал и я снова не ныряю в его нежность. Он и я осмелели окончательно, наши тела отзываются друг другу, будто слеплены из одного сгустка. Говорят, любовники позволяют себе то, что не решились бы предложить своей невесте, жене, парню или мужу. Не знаю, я не согласна, я хотела бы, чтобы мой будущий муж был откровенен в словах, делах и в постели, вот как сейчас Рэй. Сразу можно понять, что Рэй любит секс, движения рук, пальцев уверенные, он прекрасно знает, как пользоваться членом, чтобы доставить удовольствие, он офигенный любовник. Спасибо йоге и моей гибкости от природы, я подвижна в каждой нашей позе и ему это нравится. А мне нравится смотреть ему в глаза, как он рычит и сжимает меня во время оргазма и после обязательно целует в губы нежно-нежно короткими поцелуями. Но сильнее всего он обалдел, когда я оказалась сверху, это было видно по его взгляду, смотрел и сходил с ума от моих движений с благоговением касаясь моих грудей, живота, сжимал бёдра, сливаясь в этом танце. Это было пылко. То, что будешь помнить очень-очень долго и любой другой последующий секс сравнивать с этой ночью. Ума не приложу почему Натали оставила этого восхитительного мужчину, потому что Николас в плане секса ему и в подмётки не годится. А может у них с Натали никогда не доходило до такой вспышки? Хотелось бы верить. Я и сама могу уверенно сказать, что у меня такого взрыва не было ни разу. Что это страсть на грани отчаянья или начало чего-то нового?
– Теперь я буду хотеть тебя всегда, – выдал Рей после этого, сгребая меня в охапку, засыпая со счастливой улыбкой на губах. В целом нам удалось поспать часа четыре. Но мой чуткий сон – моя кара, уловив за окнами шевеление человечества, открываю глаза, пытаюсь потянуться в объятьях Рэя и возможно мягко его разбудить.
– Натали, – шепчет он, не открывая глаз …и меня будто ледяной водой облили или грязным сапогом наступили. Нет, только не это, только не так! Взвыв от злости, бью его локтем в живот, вскакиваю с кровати, мчусь и запираюсь у ванной, пытаясь открыть кран дрожащей рукой. Как он мог называть меня её именем, именем этой гадкой стервы?! Интересно, ночью, когда мы занимались любовью, он тоже её представлял? И видимо от той же злости начинаю плакать.
– Стефани, открой. Я могу узнать в чём дело? – стучит он в дверь.
– Отстань, я принимаю душ!
– Хм, странный тон. И что, я удивлюсь, увидев тебя голой? Открой и объясни, что это за психи и почему ты меня ударила?
– Мне очень жаль, что тебе её не хватает! – распахиваю дверь, бросаю ему в лицо. Впадаю в другую крайность, хватаю свой чемодан и начинаю собирать вещи. Рэй тихо выругался рядом.
– Стефани, у меня сейчас мозг взорвётся. Что ты делаешь?!
– Я уезжаю. Обращусь в полицию, скажу, что у меня украли паспорт, – всхлипываю я. – Ладно бы назвал меня какой-нибудь Сарой или Бетани, но не её именем. После такой ночи ты не имел права называть меня её именем!
Резко схватив меня в охапку, Рэй тащит меня к огромному зеркалу, я конечно же вырываюсь, но безуспешно.
– Посмотри на меня и ответь мне по-человечески, по слогам, как умеешь, что твою мать произошло?!
– Утром, обнимая меня, ты прошептал с такой нежностью «Натали», – всхлипнула я, глядя в глаза его отражению. И мне себя вдруг стало так жалко, будто я потеряла что-то очень-очень важное.
– Стеф, ты серьёзно? Но я ведь спал! Я даже не помню, как это произнёс! Это выкрутасы спящего мозга, привычка. Я не думал о ней и вовсе за ней не страдаю, как это ни странно после девяти месяцев наших с ней отношений. Не глупи, Стеф, это же смешно. Не делай этого, – он тоже не отрывает от меня своего взгляда. – Не разрушь то, что возможно будет иметь значение. Прошу тебя. Ты мне нравишься, Стеф. Особенно после такой ночи. Успокойся, это просто глупый сон, – наклоняясь Рэй начинает целовать мои плечи, продолжая всё так же сильно сжимать. – Я тебя не отпущу, не придумывай. Кудряшка, давай примем душ вместе.
– У меня нет настроения.
– Хм, нет настроения мыться?
– Ты знаешь, о чём я.
– Как вы строги, госпожа судья, – Рэй пытается шутить. – Приписали мне преступление, которое я не совершал. Я не предлагал заняться сексом, я не кролик я не могу постоянно. Я предлагаю просто душ, я, вода, мыльная пена и девушка, взорвавшая мне мозг. И вчера, и сегодня, и оба раза по-разному. Я так понимаю ты в этом деле дока, но я всё равно тебя не отпущу, потому что мне кажется, что ты могла так психануть только по одной причине. Я тебе не безразличен. Не-а, ничего не говори, – качает головой его отражение.
На самом деле я и не хочу разрушать то хрупкое «нечто» между нами, что ещё не имеет названия. Знаю, что если сейчас взбрыкну и уеду стану ещё более несчастной, жалкой и потерянной. С ним мне тепло, с ним мне хочется улыбаться, с ним мне …хорошо. Поэтому согласно киваю, Рэй размыкает объятья, бережно подталкивая меня в ванну. Мы молчим, а слова сейчас и не нужны, они ещё не сформировались, достаточно осторожных улыбок и ласкающих взглядов, в которые вплелось столько всего. А ещё поцелуев, невинных, нежных, как и его движения, когда он намыливает моё тело, которого он теперь может касаться без всякого стеснения во всех местах без исключения, что он и делает. Я тоже не скромничаю, разбудив утомившегося «кролика». А что, он сам про кролика вспомнил.
– Боюсь, что ты истощишься, сотрёшься, тебе это надоест и при слове секс ты будешь вздрагивать и прятаться под стол.
– Ахаха, смешно. Не думаю, что надоест. Ты открываешь во мне второе дыхание, – Рэя уверенно раздвигает мне ноги, слегка приподнимает, прижимает к стене и вот уже его бёдра активно двигаются под мои стоны. При чём с каждым движением он произносит моё имя, видно приучая мозг бормотать спросонья лишь «Стефани».
– Ты помнишь, что сегодня я придумываю для нас развлечения? – спускаясь к завтраку, уточняет он у меня в лифте, держа за руку. Это уже становится знаком. Когда он берём меня за руку это «нечто» между нами продолжает крепнуть.
– Мне брать с собой успокоительное?
– Возможно, – лыбится он. – Хотя ты у меня девочка смелая, думаю, выдержишь.
Чтобы впасть в ступор мне уже хватило этого его «ты у меня девочка».
– Тебе со мной хорошо? – выпалила я.
– Очень, – став серьёзным, погладил меня по щеке Рэй. – Чувствую сегодня нам светит классный день, Стеф. Я в приятном шоке, оттого, как разочарование обернулось восторгом и что меня бросила не моя женщина, и что мы сейчас не на Гавайях. Не знаю, кого благодарить сильнее, Натали, твою подругу подсунувшую тебе настойку или её бабулю, которая заколотила эту дрянь.
– Благодари меня, что мне пришла идея попереться к тебе.
– Спасибо тебе, кудряшка, ты просто гений придумывать идеи, – в награду я получаю жаркий поцелуй. …Я влюбляюсь. А когда я влюбляюсь, моя жизнь становится похожей на катастрофу! Может, его сразу предупредить или пускай это станет для него неожиданностью?