355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лаура Тонян » Создавая будущее (СИ) » Текст книги (страница 3)
Создавая будущее (СИ)
  • Текст добавлен: 15 сентября 2016, 01:05

Текст книги "Создавая будущее (СИ)"


Автор книги: Лаура Тонян



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 5

Бойсе, штат Айдахо

Адель

Я беру Ронни на руки, пока папа вытаскивает коляску из багажника моей синей «Хонды». Кажется, ремень детского авто-кресла надавил ему на живот. Он хнычет, держась за него. Я целую сына в лоб, мысленно прося прощения. Я спешила за покупками, поэтому даже не заметила, что сделала малышу больно. Папа целует меня и внука. Рон похож на Алекса. Здесь даже доказательства не нужны. Каштановые мягкие волосы, белая кожа, синие глаза, те же ямочки на щеках, та же улыбка, черты лица. В общем, всё. Елена и Мэг не приезжали в Бойсе больше восьми месяцев. Рон так подрос, они действительно удивятся. Теперь он может ходить, правда, плохо. Ещё не разговаривает, лишь произносит невнятные звуки, когда соска находится не во рту.

Папа открывает дверь. Мы входим в дом родителей. Мать выбегает из кухни и уже начинает болтать без умолку, рассказывая обо всех сплетнях, что собрала сегодня. Она выглядит обеспокоенной. Меня не проведёшь. Но я решаю об этом ничего не говорить. Папа спорит с ней на счёт яблони, растущей у нас в саду. Он хочет её срезать из-за того, что дерево пускает корни под фундамент дома. Но мать против. Она готова убить за свою яблоню. Как ведьма из сказки. Кстати, и яблоки очень вкусные. Всегда. Подозрительно. Пока они без перерыва ругаются, я хватаю голубую сумку сына, что у меня всегда собой, поднимаю с дивана Аарона и иду наверх, в мою бывшую спальню. Там я меняю ему памперс.

Мой сын дёргается и смеётся во время того, как я щекочу его. Снова надеваю джинсовый комбинезон. Склоняюсь и шепчу, глядя в его бездонные синие глаза:

– Я тебя очень люблю. Ты самый лучший ребёнок в мире,– провожу ладонью по его шелковистым волосам.– Самый замечательный сын у своей мамочки.

Аарон слушает, внимая, как будто, каждое моё слово.

– Рик! – кричит мать. Она где-то рядом.

Верно. Без стука заходит в спальню и небрежно забирает у меня Ронни, передавая его отцу.

– Малыш,– приговаривает,– поиграй пока с дедом. Бабушке нужно поговорить с твоей мамой.

Я немного удивляюсь, но всё же решаю выслушать её. Она закрывает дверь, поправляет короткую стрижку и поворачивается ко мне. В её глазах поселился страх.

– Адель, ты знаешь, кто в городе?

Собираюсь сказать что-то, но закрываю рот. Сильно морщусь, догадываясь, о ком идёт речь.

– О, нет!– выставлю руки перед собой.– Нет! Нет! Ты больше не заставишь меня общаться с тётей Бэтти! Клянусь, мама, я уеду из города, пока она будет гостить у нас! – Я смотрю, как мать спокойно поправляет цветастую блузку.– Она опять начнёт говорить,– зажимаю пальцы на руках,– какая я ужасная мать, какой плохой женой стану, как Говарду повезло со мной, а я его, естественно, не достойна. И ещё…

– Адель!– строго перебивает мать.

Я замолкаю, сказав коротко:

– Что?

– Тётя Бэтти здесь не при чём. И она бы уж точно не приехала на годовщину смерти Пола.

Развожу широко руки, после чего упираю их в талию. Облизываю губы в нетерпении. С кем в этот раз, по её просьбе, мне придётся проводить время и фальшиво улыбаться? Больше я не подамся на её уговоры.

– Отец Аарона здесь,– произносит нарочито медленно.

Только что случилось вот что: моя душа ушла в пятки, забрав с собой весь воздух. Тяжело дышать…

Я ожидала, что она скажет всё, что угодно, но только не это. Всё, что угодно. Алекс…Его не было в прошлом году. Он не приехал почтить память брата. И насколько знаю, много лет его не было. Почему именно сейчас?

– Что? – Наконец, удаётся мне вымолвить.

– Никаких волнений, – мать загораживает мне дверь, словно я захочу выбежать и найти его.– Адель, я говорю это за тем, чтобы ты поняла, тебе двадцать пять лет, а не семнадцать, ты почти замужем и у тебя есть ребёнок. У тебя есть Говард, замечательный мужчина, который заботится о тебе. Я не заставляю тебя позволить ему усыновить Ронни, какой бы эта идея хорошей не была. Я лишь прошу тебя не впадать в крайности и не искать встреч с Алексом,– переводит дыхание. Сглатывает.– То, что ваша встреча неминуема, по крайней мере, завтра, я не могу отрицать. Но он должен понимать, ты занята. И,– пауза,– не упоминай про сына. Ни слова. Алекс не имеет права всё это разрушить!

– Мама,– пытаюсь вставить я, но мой голос сломлен. Еле удаётся двигать языком.– Но Алекс отец Аарона.

– И что? – теперь кричит она.– Что теперь? – Я замечаю морщины в области век, которые она так тщательно пытается скрыть с помощью тонального крема.– Ты забыла, что говорила мне? Что говорила друзьям! Алекс плохо поступил с тобой! Он тебя унизил! Предал! Ты сказала, он не заслуживает знать правду. Это твои слова, Ади.

– Я была на эмоциях, мам,– запускаю обе руки в волосы. Такой подавленной я не чувствовала себя давно.

Я думала, Алекс – это прошлое. Он должен был остаться в прошлом. Но даже, если я хочу ему рассказать о его ребёнке, спустя так много времени, мне страшно. Я серьёзно боюсь его реакции. Если Алекс увидит Аарона, мне не нужно будет объяснять, чей это сын. И от этой мысли меня бросает в холод. Хочется забрать Рона и увезти его далеко. Только, мне кажется, я больше за себя переживаю. И за своё сердце.

– Посмотри на меня, Ади,– говорит мама, когда подходит ближе и привлекает к себе за плечи.– Посмотри на меня. Что ты видишь?– спрашивает, подняв мою левую руку, и водит пальцами по обручальному кольцу.– Ммм?

Я не могу ничего говорить. Уже знаю, к чему она клонит. Но я не хочу думать об этом. О Говарде. О нас. О том, чего нет. Слёзы готовы вылиться из моих глаз, но я держу всё под контролем.

– Кольцо,– шепчу еле слышно.

– Твоя жизнь принадлежит Говарду,– она пытается достучаться до моего разума, пока сердце протестует.– А его жизнь – тебе. Вы – семья, и ты должна ценить это. Пройти все радости и горести вместе до конца, как мы с твоим отцом.– Выдерживает небольшую паузу.– Это является правильным. Я хочу…

Она закрывает глаза, выдыхая. Я понимаю, что мы обе на пределе.

– Я хочу, – продолжает не спеша,– чтобы ты при встрече с Алексом посмотрела на безымянный палец левой руки, и думала только о том, что ты занята. За-ня-та!

Я киваю головой, но слёзы всё же стекают по моим щекам.

– Ты поняла меня? – Мать грубо сжимает мои плечи, встряхивая.– Поняла?

– Да,– говорю, сквозь боль в душе.

Говорю, не смотря на рвущееся и мечущееся сердце внутри меня.

– Ну, вот и отлично.– Вытирает мои слёзы, затем и свои.

Мама открывает дверь, берёт меня за руку. Пока мы спускаемся по лестнице, я пытаюсь найти глазами Аарона, а она обращается ко мне:

– Сейчас я научу тебя готовить баранину под чесночным соусом.

– Я не люблю баранину. – Прохожу вслед за ней на кухню.

– Зато, её любит Говард.– Пожимает плечами.– Жениха нужно баловать, чтобы не передумал жениться.

И она смеётся над собственной шуткой. Да только ей она кажется она забавной.

Могла ли я подумать, что в одно мгновенье больше не захочу возвращаться домой в, теперь уже, нашу квартиру?

***

Сан-Франциско, штат Калифорния

Камилла

В моей жизни было мало радости. Я не помню свою мать. А все фотографии с ней сожгла первая жена отца, моя мачеха. Только Рейчел и её мать стали для меня спасением. В буквальном смысле. Я действительно очень надеюсь, что моя семья поверит в непричастность Рейчел к моему исчезновению. И пускай отец поклялся проклясть меня и не принять обратно, если я сбегу, мне всё равно. Он так и поступил. Я уверена.

Всё равно…

Я счастлива по-настоящему сейчас…

Счастлива…

Счастлива…

Свободна…

Эштон всё ещё немного злится на меня из-за того, что я выиграла наш спор. Баскетбольная команда, на которую я ставила, победила. Самое интересное в том, что Эштон заплатил за ремонт моей «Тойоты», хотя не должен был. Как и не должен был предлагать мне остаться жить у него на время. Но он предложил. А я не смогла отказаться. Мне больше некуда идти…

– Твой ход,– говорит Эштон, тем самым вырывая меня из своих раздумий.

Мы играем в шашки. И, кажется, в этот раз я проиграю, – слишком сильно отвлекаюсь на собственные мысли.

– Я победил, детка!– Смеётся парень, высыпая шашки на стол с игровой доски.

– Ещё нет! – возмущаюсь я.

– Всё к этому шло.– Пожимает плечами и указывает рукой в сторону кухни.– Посуду моешь ты.

Я, вздохнув, показываю ему язык и поднимаюсь из-за журнального столика. Замечаю, как Эш откидывается на спинку красного кресла. Его серая кофта натягивается. Кубики торса мне хорошо видны теперь. На мгновение я задерживаю взгляд на этом зрелище. Но Эштон ловит его. Одна бровь у него изгибается, а кривая улыбка говорит сама за себя. Тихо извиняюсь, надеясь, что он всё услышал.

На кухне меня ждёт не гора посуды, но её достаточно, чтобы обеспечить мне время подумать о дальнейшем. Я знаю, что Эштон завтра уезжает. Не знаю, надолго ли, но, в любом случае, я не могу больше оставаться у него. Хоть и живу в гостевой спальне, – это не значит, что я его не стесняю. Наверное, временно мне придётся пожить в машине.

Когда я увидела Эштона, я подумала: у этого красавца есть девушка, это очевидно. Но, как оказалось, это не так, что меня весьма удивило. Нет. Это не означает, я претендую на что-то…Господи, нет! Просто…да…ладно! Эш невероятно привлекателен. У него ярко-выраженные скулы – то, что мне нравится в парнях. У него зелёные глаза, полные губы, сексуальное тело. И …он высокий! Чёрт возьми, это важно. Никогда не отличалась низким ростом, поэтому меня всегда беспокоило, каким будет будущий избранник. Эштон возвышается надо мной. Даже, если надену туфли, он будет выше. О чём я…? Конечно, он не мой будущий избранник…!

– Хей.– Слышу позади.

Подпрыгиваю от неожиданности. Парень стоит, облокотившись о стену. Он улыбается мне.

– Да? – Киваю, продолжая вытирать тарелки полотенцем.

– Почему ты оказалась именно в Калифорнии? Ты сбежала из дома во Флориде…почему именно сюда? И как ты получила права? Откуда у тебя машина?

Я не смотрю назад и не могу увидеть выражение лица парня, когда она задаёт этот вопрос. Но мне очень любопытно!

Прежде, чем ответить, я закусываю губу.

– Думаешь, я преступница? – фыркаю, смеясь. – Рейчел, подруга, о которой я рассказывала, дала мне адрес своей тёти. Та живёт в Сан– Матео (прим. 1. город в штате Калифорния).– Всё, что я говорю, правда.– Я гостила у неё чуть более двух недель, но потом…В общем, они ждали родственников из Европы. Я занимала лишнее место. Сразу всё поняла. Поблагодарила и уехала.– Перевожу дыхание.– Права я получила в шестнадцать. Смогла уболтать папу, хотя мачеха была не в восторге. Все карманные деньги, что я получала от него, копила несколько лет. Рейчел помогла мне с покупкой машины, пока я, как бы, «гостила у неё».

Некоторое время Эштон молчит. Как же я хочу посмотреть на него сейчас. Что он скажет? Мне пора уходить? Я и так это знаю. Я бы ушла, независимо от того, попросит ли они, или нет. Это нормально – понимать, когда уже ты лишний.

– Слушай,– вдруг всё же говорит он.– Как на счёт того, чтобы поехать в Бойсе со мной? Я еду, ну ты знаешь…на годовщину смерти друга, но планирую задержаться на пару недель у родителей.

Теперь я устремляю на него удивлённый взгляд, когда всё-таки решаю повернуться. Эштон смеётся.

– Я не предлагаю тебе жить у моих родителей. Они этого не поймут. Я готов оплатить тебе гостиницу, пока ты не подыщешь себе жильё и работу. Ну, как идея?

Потом он резко вытягивает руки перед собой и вскидывает брови.

– Только, если ты сама этого хочешь.

На моём языке вертится один вопрос, и я не могу его не произнести. Вдыхаю через нос, говорю на выдохе:

– А почему ты хочешь мне помочь?

Эш прячет руки в карманах пижамных штанов. Притупляет взгляд. После делает медленные шаги в мою сторону. Меня бросает в дрожь от того, какой он серьёзный в это мгновение. Но он улыбается, и почему-то мои губы тоже ползут вверх.

– Не знаю.– Парень пожимает плечами.– Просто хочу помочь. У тебя тяжёлая судьба.

Он в шаге от меня. Мне ничего не стоит дотянуться рукой до его шикарного пресса, до его груди. Мне так этого хочется. И это так странно. В смысле, раньше у меня тоже возникали подобные мысли, когда я смотрела на других мужчин. Но, наверное, эти мужчины не замечали меня, ведь одета я была в длинные тряпки, прикрывающие всю меня. Сейчас же, в коротких джинсовых шортах и малиновом топе я ощущаю себя раздетой. Но рада, что смогла позволить это себе, пусть и это не так комфортно, как казалось.

Возможно ли то, что я хоть немного привлекаю Эштона?

– Хорошо,– я ненароком облизываю губы. Это нервы.– Я поеду с тобой. И, надеюсь, всё сложится.

– Я тоже надеюсь,– бормочет Эш, сверкнув глазами.

***

Бойсе, штат Айдахо

Адель

«Зеркала всегда обманывают»,– любит повторять мне мама. Она уверена, что отражение в них неверное. Отражение нас самих. Она уверена, что всё это фарс. А как мы выглядим в действительности, нам никогда не понять, потому что не увидеть себя со стороны.

Я, возможно, согласна с ней, но дело в том, что мне бы хотелось выглядеть сегодня великолепно. Да, годовщина смерти Пола. Да, мы все собираемся в церкви. Да, я не должна думать о внешности. Но…Алекс здесь…Он…Знает ли он, что я живу в этом городе уже почти два года? Надеется ли встрече со мной, как я, почти замужняя женщина? «Тебе двадцать пять лет, а не семнадцать». Слова мамы эхом отражаются от стен, хоть и слышу я их всего лишь в своём подсознании.

Какой он? Изменился? Стал лучше? Хуже? Так же сексуален? Господи!

Я прикрываю лицо руками. Мне стыдно за такие мысли. Когда снова поднимаю глаза на отражение в зеркале, мне хочется верить, что в этом чёрном строгом платье с кружевными рукавами и воротником, я смотрюсь неплохо. Оно немного выше колен. Его дополняют чёрные колготки и туфли на высоком каблуке того же цвета. Я беру маленькую сумочку, собираясь выйти из комнаты, но останавливаю себя, заставляя одеть маленькие жемчужные серьги. Алекс когда-то подарил мне их, только об этом никто не знает.

Пока я спускаюсь по лестнице вниз, у меня возникает десятки раз желание снять обручальное кольцо. Выбросить его к чертям.

Что ты несёшь?

Ади, прекрати это!

– Дорогая! – восклицает мама, качая на руках спящего Аарона.– Когда уже приедет Сара? Мы не можем опоздать. Это признак дурного тона.

Сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Забираю у неё сына и предлагаю ей навести макияж. Хорошо, что я это сделала. Потому, что в следующую минуту в дом врываются Мэгги и Елена. Они без багажа. Уже успели заглянуть к себе? От резкого шума Рон просыпается. Он смотрит на гостей. Елена и Мэг потрясённо разглядывают его.

– Бог ты мой!– почти что кричит Елена вместо приветствия. Да ладно! Мы же всего лишь восемь месяцев не виделись. Ерунда…– Как же он похож на него! Чёрт возьми, Адель, сколько же спермы в тебя вылил этот засранец??

Я мысленно велю её заткнуться, не в силах ничего сказать. Мэг толкает подругу локтем. Она собирается обнять меня, но внезапно раздаётся голос моего папы:

– Привет, девушки. – Он откашливается. Явно смущён.

Я забыла, что папа на кухне.

Кошмар!

– О, мистер Милтон!– Елена не теряется. Она практически набрасывается на него, и я начинаю беспокоиться, хорошо ли папа себя чувствует после таких тесных объятий.– Как вы поживаете? Ну, что расскажете? Как же давно не виделись! А вы похорошели! И живота почти нет!– Она бьёт старика в бок, от чего он чуть ли не сгибается пополам. -Спортом занимаетесь?

Мы с Мэг не можем сдержать смеха. Я передаю ей Рона. У неё выступают на глазах слёзы. Мэг гладит его по голове, постоянно твердя о сходстве сына с отцом. Как будто я сама этого не знаю…

Шаги матери раздаются наверху раньше, чем её ноги ступают на лестницу. Она мило здоровается с Мэгги, целуя воздух возле её щеки. А Елену приветствует на расстоянии. Кто бы сомневался! Папа предлагает выдвигаться. В городе возможны пробки. Мама от слова «пробка» снова начинает паниковать. Аарон плачет от её криков. Но приходит наконец-то Сара, и он успокаивается. Слава Богу!

Елена всё ещё обсуждает с папой урожай этого года, а он отвечает на все её вопросы.

Я удивляюсь иногда, насколько сумасшедшей может быть моя подруга…

Сколько лет же прошло! Я уже привыкла к тому, что Пола нет. Его нет. Нет…Нет… Как бы то ни было, тоска по нему не уменьшилась. Ни у кого. Его родители даже не смотрят на меня косо, они никогда и не знали, что Пол был в меня влюблён. Радуюсь ли я? Наверное…Чтобы было бы, будь они в курсе? Винили бы меня в его смерти? Даже думать об этом не хочу…

В церкви уже полно народу, но я не спешу заходить внутрь, боясь того, что Алекс уже там. Меня пробирает желание развернуться и уйти прочь. Как же я волнуюсь! У меня ладони вспотели. Мать просит меня пойти с ней, но я отказываюсь. Я прошу её дать мне время. Наверное, она думает, всё дело в моих переживаниях о Поле. Но это не так… Не совсем так…

Мэг треплет меня за руку и входит внутрь. Елена же остаётся со мной.

– Где Эштон? – говорю я.

– Ты точно хотела это спросить?– Она тихо смеётся.

– Да,– уверяю её.– Так где он?

– Разговаривает с Алексом,– отвечает Елена.– Я видела их за церковью. Может, они помирятся?

– Даже не пойму, почему они поссорились.– Я хмурюсь.– Они не должны были. За что Алексу таить обиду на Эштона? Он же ничего не знал.

– Потому что, Алекс – идиот,– фыркает подруга.

Не могу не согласиться. Но меня всю бьёт дрожь. Я увижу его. Увижу его. Увижу…. Сколько же волнения в душе!

– Ты хочешь с ним встретиться? – словно читая мои мысли, спрашивает Елена.

Я лишь киваю головой. Конечно, хочу! Только не могу признаться себе. С минуты на минуту сюда прибудет Говард. Я не смогу показывать, как я… что? Влюблена в Алекса? Нет, это не так. Он обидел меня, растоптал, унизил. Я просто…мне просто интересно, каким он стал. И всё.

– Елена, я дрожу,– признаюсь, и подруга обнимает меня.

Она заводит волнистые пряди волос мне за уши и заставляет посмотреть на неё.

– Всё будет хорошо, ладно? – произносит не спеша.

– Да,– соглашаюсь.

– Я не хотел этого говорить, Ади,– она мнётся пару секунд.– Но ты же и сама знаешь, что Говард тебе не пара.

– Елена…

Подруга обрывает меня:

– Ты это знаешь, и ты будешь жалеть, когда выйдешь за него замуж.

Она держит меня за подбородок пальцами. Я думаю, что заплачу. Но мне удаётся сдержаться. Хотя, мы же в церкви. Разве не самое место для отчаянных слёз?

Собираюсь сказать ещё что-то, но я даже рта не успеваю раскрыть. Из-за угла выходят Эштон и Алекс. Оба в чёрных костюмах. Они кажутся спокойными. Кажутся…Пока сине-голубые глаза Алекса не находят мои. Он останавливается, как вкопанный напротив меня. И он…удивлён. Разве Алекс не знал, что я буду здесь? Или он до сих пор сердится? Думает, я не имею право находиться в такой день вместе со всеми?

Мы не говорим ни слова. Алекс не отводит взгляд, как и я. Я просто не в силах. Он так же хорош. Нет, он стал ещё лучше. Я не могу этого не заметить. А какой он считает меня? Боже! Ади, о чём ты думаешь только? Выброси его из головы!

Я хочу опустить глаза, но моя голова поворачивается влево, как и голова Елены. К нам бежит Говард. Он поправляет серый галстук. В его руке рабочий портфель. Я смотрю на Алекса, он разглядывает моего жениха. Потом меня. Потом снова его. Говард наклоняется ко мне, целуя в щёку.

– Привет, любимая! – Громко возглашает, не замечая, что на нас смотрят.– Прости, что опоздал. Это всё Глория…

Дальше я уже не слышу его… Он что-то говорит и говорит, и говорит…Но мне настолько наплевать, что даже места для стыда не остаётся. Алекс хмурится так сильно, как это возможно. Я буквально чувствую, как он сжал зубы. Эштон извиняется, проходя в церковь. Елена продолжает стоять рядом.

Мир для меня всё ещё вертится, он всё ещё есть вокруг меня. Я всё ещё признаю его существование, пока глаза Алекса, те, в которые когда-то я не переставала вглядываться, опускаются и не замечают обручальное кольцо на моём пальце.

***

Алекс

В номер гостиницы я врываюсь слишком громко, возможно даже «соседи» из другого номера сейчас ненавидят меня. Но мне всё равно. Я выпил немного виски в баре, и это придаёт мне смелости. На всякий случай заказал ещё немного выпивки. Мне это нужно, как никогда раньше. Эштон сказал, Адель обручена. Обручена! Почему он меня раньше не поставил в известность? Мы решили снова стать друзьями, и он говорит мне об этом в церкви, когда я уже увидел кольцо! Ублюдок хренов! Он от меня не отделается, пока не поможет завоевать Адель обратно! Я просто так не сдамся! Я был козлом. Я был не прав. И я не сдамся.

Телефон. Где мой телефон? В кармане брюк. Чёрт. Я достаю его. Провожу большим пальцем по сенсорному экрану, набирая номер Джорджа. Мне плевать, что уже ночь, и мой помощник, наверняка, спит. Он должен ответить. Гудки. Гудки. Они меня убивают. Но Джордж наконец-то берёт трубку.

– Да? – произносит охрипшим сонным голосом.– Алекс?

– Привет, дружище! – бодро говорю я.– У меня к тебе дело.

– Я же сплю,– стонет он.

– Уже нет,– смеюсь, как ненормальный. После откашливаюсь.– Прости. Правда. Но это важно. Я обещал, что прилечу завтра, но это не так. Послушай, Джордж, передай совету директоров, что меня не будет пару недель. На этой неделе у нас совещание, проведите его без меня. Оставляю тебя за старшего.– Мой язык заплетается. Я сглатываю.– Договорись с нашими клиентами из «Destiny», и перенеси встречу, ладно?

– Алекс, но это же важная…

– О! – перебиваю я.– И ещё передай Вэнди, пусть она сама закончит отчёт. Хорошо? И главное, Джордж,– говорю, прежде чем отключить вызов.– Держите меня в курсе всех событий. Спокойной ночи, друг.

Я бросаю телефон на кровать. Протираю лицо руками. Нужно думать здраво, нужно думать здраво, Алекс. Но я не могу. Я думаю лишь о том, какой красивой Адель стала! Ещё красивее, чем раньше. Она изменилась. Стала увереннее. И …она обручена, твою мать!

Но это ненадолго.

ОНА БУДЕТ МОЕЙ!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю