Текст книги "Тёмный лорд моей корпорации (СИ)"

Автор книги: Лара Коваль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Глава 5. Канбан на вековых стенах

Глава 5. Канбан на вековых стенах

Глава 5. Канбан на вековых стенах (Часть 1)

Вообще-то, той ночью у колонны Северин свой собственный контракт всё-таки нарушил. Тридцать секунд на размышление? Да бросьте. Князь просто не оставил ей выбора. Его губы накрыли её губы – жестко, властно, с каким-то голодным, вековым отчаянием. И у Васи внутри будто главный сервер полетел. Полный системный сбой. Никаких логических схем, вообще ничего – только чистый, жидкий огонь, хлынувший по венам от этого сумасшедшего контакта. По идее, надо ведь было сразу активировать пункт три-дробь-семь! Заблокировать его Тьму, превратить в обычного человека, оттолкнуть... Но пальцы почему-то сами намертво вцепились в тяжелую бордовую ткань его плаща. Поцелуй вышел тягучим, горячим, со вкусом опасной магии и горького шоколада. Северин оторвался от неё так же резко, тяжело дыша, с потемневшими до черноты глазами. Процедил сквозь зубы что-то среднее между проклятием и восхищением и стремительно ушел, оставив Васю одну в пустом зале ловить губами прохладный воздух.

Внутренний монолог Васи в три часа ночи напоминал отчет о стихийном бедствии:«Так, спокойно. Это был... тактический поцелуй. Ну да. Скрепление партнерских отношений. Форс-мажорные издержки производства. Подумаешь, поцеловал. Он же Тёмный Князь, у них тут, небось, это вместо рукопожатия при сделках. Но почему губы до сих пор горят? И сердце... ну зачем оно так лупит в ребра? Всё, Василиса, спать. Завтра отчетный период».

Поэтому утреннее включение режима «железной леди» было для неё единственным способом не сойти с ума от воспоминаний. Знаете это непередаваемое чувство, когда вы выходите на новую руководящую должность, а старожилы компании смотрят на вас так, словно вы лично принесли приказ об их депортации на рудники? Примерно в такой атмосфере Василиса начала своё первое официальное рабочее утро в качестве управляющего партнера Тёмного Клана.

Главный тронный зал, веками видевший лишь пафосные казни, мрачные клятвы и слои первородной пыли, подвергся первому сокрушительному удару цивилизации. По приказу Василисы четыре двухметровых оборотня, отдуваясь и глухо матерясь, притащили и намертво вмонтировали в гранитную стену огромную, идеально отполированную доску из белого ясеня.

С помощью линеек, угля и разноцветных кусочков пергамента Вася за пару часов превратила этот реликт в классическую доску управления задачами. Она разделила её на три монументальные колонки:«В планах» ,«В работе» и«Готово» . Каждая задача крепилась к дереву изящными матовыми золотыми гвоздиками.

Матушка Аглая, застав эту картину, судорожно перекрестилась и прошептала молитву от лукавого, искренне считая цветные бумажки демонским расписанием. Но настоящий шок пережил воевода Бранко. Огромный волкодлак застыл перед доской, пытаясь переварить, почему кожаная табличка с его именем и надписью «Заготовка дров на зиму» была безжалостно приколота в самую нижнюю, позорную графу с надписью«Просрочено» .

– Хозяйка... – Бранко угрожающе зарычал, отчего факелы на стенах испуганно дрогнули. – Мои парни – лучшие воины Ночи. Мы держим в страхе половину континента! Почему какая-то щепка говорит, что я... просрочен?!

– Потому что отопительный сезон начнется через три недели, Бранко, а у вас склады заполнены всего на десять процентов, – Вася даже не повернула головы, аккуратно разглаживая очередной пергамент. – Вместо того чтобы пугать меня своим басом и точить топор, возьми плашку, переставь её в графу «В работе» и отправь резерв в лес. У вас теперь новая отчетность. Кто останется в «Просрочено» к пятнице – лишится премиальных пайков. Вопросы?

Суровый воитель Тьмы, способный в одиночку разорвать медведя, растерянно посмотрел на деревянную щепку, потом на Васю, и... аккуратно, стараясь не раздавить ясень когтями, передвинул задачу. Система начала работать.

Убедившись, что первый рабочий процесс запущен, Василиса отправилась решать личную, но критически важную для её продуктивности проблему. Без нормального утреннего кофе её антикризисный гений рисковал уснуть прямо во время совещания.

В лаборатории Благояра, нашего взъерошенного руководителя отдела магической безопасности и по совместительству главного IT-специалиста замка, пахло серой, сушеными травами и паникой. Алхимик сидел среди кипящих колб, судорожно пытаясь восстановить взорвавшиеся ночью маятники.

– Благояр, бросай свои игрушки, у нас экстренный проект, – Вася решительно вошла, швырнув на его заваленный хламом стол чистый лист пергамента.

– Василиса, пощадите, у меня вся защитная сеть замка висит на честном слове после ночной атаки! – взмолился парень, хватаясь за голову.

– Защитную сеть мы оптимизируем позже. Сейчас приоритет – утренний тонус руководства. Мне нужно портативное устройство для взбивания молока воздушным паром под высоким давлением. По сути – магический капучинатор. Вот чертеж.

Благояр уставился на рисунок, где Вася своей матовой ручкой безупречно вывела схемы клапанов, трубок и нагнетателей. – Но... зачем? Зачем взбивать молоко паром, если можно просто налить его из кувшина? – искренне не понимал маг.

– Затем, Благояр, что плотная молочная пенка, смешанная с нашим пряным суррогатом – это первый шаг к созданию уникального коммерческого продукта. Мы упакуем этот напиток, создадим бренд, и весь ваш суровый Тёмный Клан начнет зарабатывать на эльфах и светлых магах такие деньги, о которых твой Князь даже не мечтал. Это наш первый стартап.

При слове «проект» и при виде идеальных инженерных расчетов у Благояра загорелись глаза. В нем проснулся истинный фанат своего дела. Через минуту они уже вдвоем стояли у грифельной доски. Вася, закатав рукава своей бежевой блузки и слегка испачкав нежную ткань алхимической сажей, увлеченно объясняла ему законы термодинамики, а Благояр на ходу подбирал под них правильные огненные заклинания.

В полдень в тронный зал стремительно вошел Северин. Он был в ярости. До его покоев уже долетели слухи о том, что смертная девчонка заставила его личную гвардию играть в деревянные плашки.

Князь выглядел безупречно – его плащ сегмента «старых денег» из тяжелой бордовой ткани идеально сидел на крепких плечах, а гербовые пуговицы старинного золота на камзоле ловили редкие блики в полумраке. Но стоило ему увидеть ясеневую доску, закрывающую древний барельеф с изображением его великого предка, как лицо Северина потемнело.

– Что здесь происходит?! – Его голос ударил под сводами зала, леденящая душу темная аура начала стремительно разворачиваться, заполняя комнату густыми, удушливыми тенями. – Что это за бред на стенах моей цитадели?!

– Это не бред, Северин, это твой план-минимум на ближайшие дни, который нужно закрыть, – спокойно ответила Вася, не отрываясь от блокнота. – И не ори, у меня дедлайн по отчету Аглаи через полчаса.

– Хватит сыпать своими бессмысленными словами! – Князь сделал яростный шаг вперед, его глаза вспыхнули штормовым огнем. Он протянул руку, окутанную черным пламенем, собираясь в щепки разнести Канбан-доску. – Я уничтожу эту...

И в этот момент сработало оно. Соглашение о неразглашении, а точнее – подпункт номер 3 дробь 7, запрещающий токсичное доминирование и необоснованную агрессию.

Раздался тихий, почти комичный звук, похожий на шипение проколотого мяча. Черное пламя вокруг руки Северина мгновенно погасло. Устрашающая, давящая темная аура, которая заставляла королей трепетать от ужаса, просто растворилась в воздухе. Великий Тёмный Князь в одно мгновение остался без своих пугающих спецэффектов – просто невероятно красивым, атлетически сложенным, но абсолютно обычным мужчиной.

Северин застыл, ошарашенно глядя на свои ладони. Магия Клана внутри него спала, но внешняя сила никуда не делась. Князь резко развернулся и в один шаг преодолел расстояние между ними, буквально нависнув над Василисой и впечатав ладонь в стену прямо над её плечом.

Почему какая-то щепка говорит, что я... просрочен?!

Глава 5. Канбан на вековых стенах (Часть 2)

Глава 5. Канбан на вековых стенах (Часть 2)

Глава 5. Канбан на вековых стенах (Часть 2)

Подпункт о токсичном доминировании

Дистанция между ними сократилась до непозволительных нескольких сантиметров. Вася оказалась заперта между его сильным телом и каменной стеной. На запястьях обоих бешено, раскаленным железом пульсировал кровавый контракт. Магия крови, лишенная ментальной защиты Князя, хлынула между ними чистой, концентрированной волной первобытного притяжения.

По коже Васи крупными, обжигающими волнами покатились мурашки. Дыхание Северина – горячее, с нотками морозной хвои и дорогого табака – опалило её шею. Она заставила себя поднять глаза и встретилась взглядом с его штормовыми зрачками. В этой близости было столько дикого, чувственного напряжения, что у нее пересохло в горле.

Северин злился, его челюсть была упрямо сжата, но он не мог отвести взгляд от её приоткрытых губ. Время словно остановилось, превращая тронный зал в их личную, опасно наэлектризованную зону.

Северин тяжело дышал, и в этом его дыхании не было ни капли магии – только чистая, злая мужская сила.

Внутренний голос Васи просто капитулировал перед этой безумной геометрией:«Ну и зачем он так близко? Стены тут вообще-то ледяные, а от него аж жар идет. И ладонь его на камне... пальцы длинные, сильные. Сердце сейчас точно из блузки выпрыгнет. Главное – не смотреть на его губы. Ну вот зачем я на них посмотрела? Твердые такие, упрямые. Вообще-то у меня тут планерка через десять минут, а я стою и считаю чужие ресницы. Соберись, Василиса!»

Князь и сам чувствовал, как внутри всё ходуном ходит. Без привычной Тьмы он ощущал её близость в сто раз острее – этот тонкий аромат цитруса, мяты и шёлка. Ему до безумия хотелось сжать её сильнее, чтобы она хоть раз испугалась, выдала слабость, но эта сумасшедшая девчонка продолжала смотреть на него со своим вечным топ-менеджерским вызовом. Он видел, как отчаянно, часто забилась жилка у неё на шее, прямо в углублении под ключицей. Вася едва заметно сильнее прижалась спиной к граниту, выдавая себя с потрохами, и это её тайное, живое волнение пьянило Князя сильнее любого вина.

– Ты... хитрая, дерзкая ведьма, – тихо, с хриплой, вибрирующей бархатистостью прошептал Северин, наклоняясь еще ближе, так что их одежда соприкоснулась. – Ты связала меня по рукам и ногам.

– Я просто заставила тебя играть по правилам эффективного менеджмента, Князь, – выдохнула Вася, чувствуя, как внутри всё плавится от его близости. – Твоя аура вернется через час. А пока – отойди на шаг. Это нарушает пункт о личных границах.

Северин медленно, чертовски неохотно отстранился, но взгляд его продолжал жечь кожу Василисы осязаемым физическим теплом.

Князь уже собирался высказать ей всё, что думает о её правилах, подпунктах и личных границах, как вдруг тяжелые дубовые двери тронного зала распахнулись. Наступало время полуденной смены караула.

Северин приготовился к привычной картине: лениво бредущим оборотням, которые обычно выползали из казарм минут на двадцать позже положенного, попутно дожевывая мясо и ругаясь на ходу. Но то, что произошло дальше, заставило Князя онеметь.

Ровно в двенадцать часов, секунда в секунду, в зал идеальным маршевым строем вошел отряд гвардейцев Бранко. Бойцы были одеты строго по форме, их доспехи были начищены до зеркального блеска, а на лицах читалась суровая, почти паническая сосредоточенность. Каждый из них судорожно сжимал в лапе маленькие карманные песочные часы.

Они синхронно повернулись к Канбан-доске, и правофланговый боец подбежал к ней, быстро переставив плашку «Патрулирование периметра» из графы«В работе» в колонку«Готово» . После этого отряд выстроился по стойке смирно перед Васей.

– Госпожа управляющий партнер! Задача выполнена без потерь и задержек! Норматив перевыполнен на три минуты! – гаркнул оборотень.

Северин медленно перевел взгляд с идеально дисциплинированных воинов на Василису. В его глазах шок смешался с неохотным, но глубоким восхищением. Её безумная, чужеродная система, состоящая из цветных пергаментов и строгих дедлайнов, действительно работала лучше, чем триста лет его авторитарного страха.

Ближе к вечеру, когда замок погрузился в привычные багровые сумерки, Благояр робко постучал в дверь личного кабинета Северина. В руках алхимик бережно нес причудливый прибор из начищенной до блеска латуни и тонкого стекла, внутри которого что-то мелодично побулькивало.

Вася, сидевшая на диване среди отчетов, удовлетворенно улыбнулась. Первый прототип был готов.

Она поднялась, взяла у Благояра устройство и лично налила в чашку темный, пряный настой, а затем активировала магический клапан. С тихим шипением из тонкой трубочки вырвался направленный поток горячего пара, который за пару секунд превратил свежее молоко в пышную, густую, идеально глянцевую пенку. Вася аккуратно влила её в чашку, создавая безупречный рисунок.

– Попробуй, – она протянула чашку Северину, который сидел за столом, мрачно наблюдая за её манипуляциями.

Князь недоверчиво принял фарфор. Аромат обжигающего напитка – смесь корицы, острого перца, Тёмной магии и нежного молока – заполнил комнату, дразня рецепторы. Северин сделал первый глоток.

Его мир, привыкший к горькой и безвкусной средневековой бурде, перевернулся. Плотная, воздушная пенка сменилась глубоким, согревающим вкусом, который мгновенно разлился по телу благородным теплом, возвращая силы и проясняя мысли. Князь замер, глядя в чашку так, словно там было налито зелье бессмертия.

Благояр, переведя взгляд с блаженного лица босса на Василису, понял две вещи. Первое: капучинатор работает, и смертной казни за порчу имущества сегодня не будет. Второе: воздух в кабинете стремительно густеет, а Тёмный Князь смотрит на управляющего партнера вовсе не как на коллегу по бизнесу. Решив, что третья сторона в этом соглашении явно лишняя, алхимик на цыпочках, боком-боком, технично самоликвидировался за дверь, тихонько притворив за собой тяжелые створки.

Вася шагнула вперед, собираясь забрать пустую посуду, но Северин действовал быстрее. Его сильные пальцы молниеносно перехватили её тонкое запястье.

Магия крови между ними вспыхнула с новой, еще более сокрушительной силой. По телу Василисы мгновенно разлился жидкий, пьянящий жар, заставив её тихо ахнуть. Северин плавно потянул её на себя, заставляя опуститься на подлокотник его кресла. Его грозовые глаза сейчас горели не яростью, а глубоким, опасным и абсолютно хищным азартом.

– Вы чертовски опасная женщина, Василиса, – тихо, с интимной, вибрирующей низкоголосой бархатистостью произнес он, и его пальцы медленно, почти ласково очертили пульсирующую вену на её запястье. От этого прикосновения дыхание перехватило окончательно. – Что еще вы планируете перестроить в моем замке?

Вася преодолела дурманящую слабость, подняла подбородок и посмотрела ему прямо в глаза – дерзко, уверенно и с легкой улыбкой:

– Всё, Князь. Абсолютно всё.

Северин открыл было рот, чтобы ответить, но заговорить так и не успел. За порогом кабинета раздался такой оглушительный, вибрирующий гул, что фарфоровая чашка в руке Василисы жалобно звякнула. Вспышка багрового света за окном пробила сумерки, и по вековым стенам замка Черных Скал пробежала ощутимая дрожь. Магический контракт на запястье Васей отозвался резким, покалывающим холодом.

Тяжелые двери распахнулись, и на пороге появился бледный как полотно Благояр. В руках он сжимал треснувший следящий артефакт, который ядовито искрил.

– Владыка! – задыхаясь, выкрикнул маг. – Защитный периметр пробит! Сюда на полной скорости движется кортеж верховного ревизора Совета Кланов. Они будут у ворот через пять минут! Если они увидят эту доску задач и поймут, что ваша магия заблокирована в теле человеческой женщины...

Северин резко поднялся прямо из кресла, увлекая Васю за собой и заставляя её подняться с подлокотника. Он не выпустил её запястья, наоборот – рванул ближе к себе, железной хваткой прижимая её пальцы к своей груди, прямо туда, где под шёлком камзола глухо и мощно билось его сердце.

– Ну что, Советник, – его баритон прозвучал как леденящий, но пьянящий приговор. – Похоже, аудит откладывается. Сейчас нам придется выдать самый убедительный спектакль в своей жизни. Либо мы заставим этот Совет поверить в нашу безумную, страстную любовь, либо нас обоих казнят прямо на этом ковре. Готова к главному представлению в своей жизни, Василиса?

Глава 6. Интеллектуальный флирт в архивах

Глава 6. Интеллектуальный флирт в архивах

Глава 6. Интеллектуальный флирт в архивах

Пять минут на подготовку к спектаклю века – это критически мало даже для топ-менеджера международного уровня. Когда тяжелые кованые двери тронного зала распахнулись с оглушительным грохотом, Василиса едва успела сглотнуть ком, вставший в горле. В зал величавой, зловещей походкой вошел Верховный ревизор Совета Кланов – лорд Малакар. Высокий, сухой старик в глухом черном камзоле, от которого за версту веяло кладбищенским холодом и тотальной, беспощадной бюрократией. Его мертвенно-бледный взгляд моментально впился в Северина.

– Рад видеть вас в здравии, Тёмный Князь, – голос ревизора проскрипел, как несмазанные петли гроба. – До Совета дошли тревожные слухи. Говорят, замок Черных Скал растерял величие, ваша личная магия нестабильна, а по коридорам командует... человеческая девчонка. Надеюсь, это лишь глупые сплетни?

Северин отреагировал молниеносно. Прежде чем Вася успела хотя бы пикнуть, он резко притянул её к себе за талию, буквально вжав в свой бок. Его ладонь легла на её бедро – властно, собственнически, а пальцы другой руки мягко, но крепко переплелись с её пальцами. Кровный контракт между ними моментально отозвался бешеным, раскаленным током. Пульс у Васи улетел куда-то в стратосферу, а дыхание напрочь заблокировало.

– Слухи, как всегда, преувеличены, лорд Малакар, – Северин безупречно растянул губы в хищной, обманчиво-расслабленной улыбке. – Моя магия при мне. А эта женщина... – он наклонился и с пугающей, собственнической нежностью поцеловал Васю в висок, обжигая кожу горячим дыханием, – моя невеста. Будущая Хозяйка замка. Я просто немного потерял голову, признаю. Тёмная кровь порой требует безумств. Ведь так?

Внутренний монолог Васи в этот момент завыл сиреной:«Так, дыши, Василиса, дыши! Он просто играет роль. Но почему его рука на моем бедре такая горячая? И зачем он так на меня смотрит, у меня же сейчас блузка задымится! Ладно, подыграем этому кастинга ради...»

Вася нацепила на лицо самую элегантную, чуть утомленную улыбку и слегка склонила голову на плечо Князя:

– Лорд Малакар, прошу прощения за наш... излишне неформальный вид. В замке сейчас идет глобальная реструктуризация и оптимизация процессов. Мы с Северином слишком увлеклись обсуждением... совместных планов.

Ревизор прищурился, переводя взгляд с сияющего бордовым светом кровного контракта на их запястьях на тяжелое, прерывистое дыхание Василисы, которое она никак не могла выровнять после поцелуя в висок. Старый интриган цинично хмыкнул.

– Любовная лихорадка? Прелестно, Князь. Совет ценит сильные союзы, – Малакар сурово постучал костяной тростью по каменному полу. – Но одними чувствами империю не удержишь. Нам нужны гарантии вашей стабильности. Если вы так увлечены смертной, докажите, что экономика Клана не катится в бездну. Завтра ровно в полдень я жду на этот стол полный финансовый отчет за последние триста лет. Если показатели будут неудовлетворительными, Совет введет внешнее управление, а вашу... очаровательную невесту мы заберем на допрос в столицу. Всего доброго.

Когда ревизор в сопровождении охраны скрылся в гостевом крыле, Северин медленно разжал пальцы и отпустил Васю. Его грозовой взгляд полыхал настоящим пожаром.

– Три сотни лет документации, – процедил он сквозь зубы. – Моя канцелярия в полном хаосе. Мы обречены.

Вася поправила измятый манжет блузки, вернула лицу выражение жесткого кризис-менеджера и ледяным тоном отчеканила:

– Обречены – это когда налоговая блокирует счета в пятницу вечером, Князь. А это – просто внеплановый аудит. Показывай, где у тебя тут архив. Проведем эту ночь вместе с твоими долгами.

Если вы думаете, что финансовый аудит – это унылое перекладывание бумажек под монотонное бубнение бухгалтера, значит, вы никогда не пытались провести его в цитадели Тьмы, балансируя на полусгнившей стремянке. Тайная канцелярия замка Черных Скал больше напоминала поле боя после нашествия вандалов, чем архив благородного Клана. Помещение было забито огромными коваными сундуками, из которых веером торчали пожелтевшие пергаменты, а тяжелые свитки, перевязанные лопающейся от старости бечевкой, грозили в любой момент обрушиться на голову лавиной. Налоговая проверка не заглядывала сюда последние триста лет, и Василиса, засучив рукава своей нежной бежевой блузки, объявила этой вековой разрухе персональную войну.

Хаос здесь царил системный, фундаментальный: подати с местных деревень принимались по какому-то безумному бартеру – то мешками прелого овса, то «проклятым золотом», которое буквально шипело и плевалось багровыми искрами при попытке пересчитать его вручную. Книги учета населения не обновлялись со времен дедушки Северина, а инвентаризация запасов редких артефактов и драконьих яиц велась настолько безалаберно, что любой начальник подмосковного склада косметики поседел бы от ужаса за пять секунд. Вася работала как заведенный конвейер, безжалостно сдирая плотные слои паутины, сортируя документы по годам и категориям, и меча молнии взглядом в каждого, кто пытался ей помешать. Древнее колдовство, веками державшее в страхе целые королевства, оказалось абсолютно бессильно перед суровой, планомерной земной логистикой.

Северин соткался из темноты коридора совершенно бесшумно, словно сама ночь решила проверить, чем занимается его строптивая пленница. Его привело сюда не только глухое, пульсирующее покалывание кровного контракта на запястье, но и чисто мужское, обжигающее любопытство. Он шел с твердым намерением застать смертную девчонку в слезах и панике перед лицом нечитаемых древних рун, но застыл в тени массивного дубового стеллажа, напрочь забыв, как дышать. Василиса стояла на самом верху шаткой стремянки, упрямо пробиваясь к верхним полкам архива. Её волосы растрепались, пара непослушных прядей упала на лицо, в зубах она намертво, словно тактический кинжал, зажала свою матовую ручку, а на бледной щеке красовался дерзкий, смазанный след от старых чернил, похожий на боевой окрас амазонки. Князь стоял внизу, затаив дыхание, и его взгляд медленно, с хищным голодным интересом скользил по её фигуре. Ткань строгих черных брюк соблазнительно натянулась, подчеркивая безупречные, дразнящие изгибы бедер, а нежный бежевый шелк блузки струился по спине, повторяя каждое мимолетное усилие. Каждое её движение было наполнено такой дикой, концентрированной энергией, что Северин впервые поймал себя на мысли: эта женщина восхищает его до глубины души. В ней не было покорности местных дев, зато было столько огня и внутреннего стержня, что воздух вокруг неё казался наэлектризованным.

Вася потянулась к самому дальнему, запыленному углу, пытаясь вытащить огромный, окованный сталью фолиант с налоговыми соглашениями. Это движение стало роковым. Древнее дерево стремянки не выдержало нагрузки и с оглушительным, сухим треском лопнуло под её ногами. Стремянка ушла в сторону, тяжеленный фолиант выскользнул из рук, и Вася с коротким криком полетела вниз, приготовившись к жесткому пересчету собственных ребер о каменный пол. Но удара не последовало.

Северин сорвался с места с неестественной, сверхчеловеческой скоростью. Черная вспышка плаща, сильный рывок – и Вася на полной скорости врезалась в его железную, монолитную грудь. Он поймал её на лету, намертво заключив в тиски своих мощных рук, и они оба по инерции отлетели назад, навалившись на массивный письменный стол. Вокруг них с глухим стуком посыпались свитки, но ни один из них этого даже не заметил.

Наступила оглушительная, звенящая тишина, в которой бешеным набатом стучали их сердца. В эту секунду они столкнулись вплотную, и разность их природы жахнула по рецепторам чистым разрядом тока. От Северина веяло прохладой ночной бури, леденящим ароматом морозной хвои, дорогой кожей и покалывающей, опасной магией Тьмы. Вася же была сосредоточением чистого земного тепла, бешеного адреналина и горячей, пульсирующей жизни. Его космический холод врезался в её внутреннее пламя, и этот контраст был настолько сильным, что у Васи на мгновение подогнулись колени, а по спине пробежал отчетливый, вибрирующий электрический трепет. Дыхание перехватило, воздух в легких стал слишком горячим. Северин медленно опустил её на пол, но ладони так и оставил на её талии, судорожно сжав пальцы и прижимая девушку к себе так близко, что она чувствовала каждый изгиб его жесткого тела. Воздух между ними плавился и трещал, как во время грозы.

– Вы целы, Василиса? – Его голос упал до глубокого, вибрирующего шепота, от которого у нее внутри всё перевернулось и завязалось в тугой узел.

– В... в абсолютном порядке, Князь. Тест-драйв оборонительных рефлексов руководства прошел успешно, – Вася отчаянно пыталась вернуть себе деловой тон, хотя её голос предательски дрожал, а пальцы судорожно вцепились в лацканы его камзола. Она сделала шаг назад, разрывая этот удушающий контакт, и спешно повернулась к столу, на ходу поправляя воротничок блузки, под которой бешено колотилось сердце. – Раз уж вы здесь, давайте займемся делом. Нам нужно обсудить соглашение об аренде южных земель. Это не управление, это какой-то убыточный благотворительный фонд!

Они сели за огромный дубовый стол Канцелярии, но напряжение никуда не исчезло – оно просто сгустилось, превратившись в настоящее интеллектуальное танго на грани фола. Вася развернула древний пергамент, и Северин тут же наклонился над ней, практически касаясь своим плечом её плеча. Его длинные, бледные пальцы скользили по старинным рунам, то и дело «случайно» задевая её ладонь, и каждый раз в месте прикосновения вспыхивали невидимые глазу, но осязаемые кожей искры. Началась яростная словесная дуэль. Северин, привыкший к средневековым догмам, жестко давил авторитетом, заявляя, что право силы – единственный закон, и строптивые деревни нужно просто сжечь для профилактики. Вася в ответ буквально разносила его доводы в щепки, оперируя цифрами, графиками и понятиями чистой прибыли. Она доказывала, что партнерские отношения и снижение налоговой ставки принесут Клану в три раза больше золота без единой капли крови. Это был баттл двух равных, мощных интеллектов.

– Вы не понимаете, Василиса, – Северин раздраженно постучал длинным пальцем по карте. – Южные деревни не платят дань вовремя. Мой предок за такое выжигал половину поселения, и сбор увеличивался вдвое. Это называется эффективным устрашением.

– Это называется кассовым разрывом и уничтожением налоговой базы, Северин, – Вася даже бровью не повела, разворачивая перед ним таблицу расходов. – Если вы их сожжете, кто будет сеять овес в следующем году? Призраки? Мы снизим им ставку на пятнадцать процентов, но введем жесткий норматив по поставкам и поможем с логистикой до замка. Они сами принесут вам золото на блюдечке, еще и спасибо скажут.

Князь завис, переваривая эту инопланетную логику. В его мире проблемы решались топором и огненными шарами, а эта женщина предлагала победить его врагов с помощью... налоговых льгот. И, демоны его дери, в её цифрах была безупречная, убийственная красота.

Северин смотрел на то, как горят её глаза, как уверенно её матовая ручка чертит схемы на полях свитка, и чувствовал, как его прежнее раздражение окончательно сгорает в пепел. На его месте рождалось новое, темное, непреодолимое мужское влечение к этой невероятной женщине, которая не боялась его магии и укрощала его хаос одним лишь острым умом.

В какой-то момент Северин просто перестал слушать её аргументы. В Канцелярии, залитой косыми лучами пробивающегося сквозь узкое окно лунного света, время снова замедлило свой ход. Князь протянул руку и медленно, но абсолютно непреклонно забрал из пальцев Василисы матовую ручку, отложив её на край стола. Вася замерла на полуслове, её дыхание перехватило. Северин плавно развернул её кресло к себе и запустил прохладные пальцы в её растрепавшиеся волосы, обхватив ладонями её лицо. Её горячая кожа опалила его ладони. Грозовые глаза Князя потемнели до черноты, в них вспыхнул такой голодный, первобытный и опасный огонь, что Васе показалось, будто земля уходит у нее из-под ног.

Кровный контракт на их запястьях зажегся ослепительным бордово-золотым пламенем, требуя немедленно уничтожить оставшиеся между ними миллиметры пространства. Северин медленно наклонялся к её лицу, его губы находились в волоске от её губ, и Вася отчетливо ощущала пьянящий вкус его дыхания.

Внутри неё с оглушительным треском рушились последние барьеры самообладания, пульс бешеными ударами отдавался в висках, пальцы судорожно сжали край стола, и она, теряя остатки воли и контроля, медленно прикрыла глаза, готовая сдаться этому сладкому, запретному пламени и напрочь перечеркнуть все свои строгие корпоративные регламенты и правила.

И именно в этот звенящий, безумный миг за дубовой дверью Канцелярии раздался оглушительный грохот падающих доспехов, треск и полный первобытного ужаса, срывающийся на фальцет крик Матушки Аглаи:

– Владыка! Владыка, на помощь! Там оборотни из лесного патруля уложили половину гвардии и устроили кровавое побоище прямо посреди тронного зала! Они подрались из-за зеленых карточек на вашей новой доске задач! Бранко пытается разнять их топором, но они кричат, что не уйдут в графу «Просрочено»!

Сладкое наваждение разлетелось вдребезги с сухим металлическим звоном. Северин резко отпрянул от Василисы, шумно и тяжело выдохнув воздух через плотно сжатые зубы. Он со всей силы зажмурился, прижал ладонь к лицу и глухо, сдавленно выругался, проклиная всю гвардию, Матушку Аглаю, Бранко и весь свой Тёмный Клан до десятого колена. Вася молниеносно отвернулась к столу, судорожно хватая ртом воздух и пытаясь унять крупную дрожь в пальцах. Её щеки пылали кумачовым цветом, а сердце колотилось где-то в районе горла. Она спешно рванула воротничок своей блузки, пытаясь охладить горящую кожу, и отчетливо поняла: еще бы одна несчастная секунда – и вся её железная дисциплина, личные границы и выверенная годами стратегия полетели бы к чертям собачьим ради одного-единственного поцелуя с этим венценосным хищником. Все же при всей своей притягательности, ментально он оставался опасным и непредсказуемым мужчиной.