Текст книги "Темные воды"

Автор книги: Лана Янг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

– Может, останешься здесь? – предложила женщина, заранее зная ответ девушки. – Скоро будет Соломон.

– Хорошо. – сонливо кивнула Кристина, вставая со своего места, бросила в рот мятную пластинку.

– Инга, – Ира обняла подругу, даря ей холод. – Спасибо. Если к тебе придут, не скрывай, слышишь, не скрывай, где я. Скажи им всё.

– Что?! – возмутилась Инга, в шоке глядя на подругу, но та была серьезна. – Я не смогу.

– Твое геройство того не стоит. – раздражённо сказала Ира и к ним зашёл Соломон.

– Нам пора.

Ехали они молча всю дорогу до автовокзала. Инга вроде задремала, Кристина следила за дорогой и поглядывала изредка на Иру, которая не спала всю ночь, но постепенно с неё уходила усталость, в то время как мужчина за рулём выглядел больным, но старался держаться. Понимала ли Ира как влияет на мужчин и, что с ними делает, Кристина не знала, но Соломона было жаль. Он понимал, почему ему плохо.

– Прекрати. – неожиданно прошептал мужчина, переводя взгляд с дороги на Иру.

– Я не могу. Мы скоро будем на месте и всё прекратится. – равнодушно произнесла Ира. Чувствовала ли она вину? Нет. Ей нужны силы, а в мужчине их много.

– Как будете в Москве, поезжайте по этому адресу. – Соломон протянул клочок бумаги Кристине, достав его из кармана куртки. Ему не хотелось касаться Иры. – Это мой хороший друг. Он многое знает, возможно, вам поможет. И вот ещё. – мужчина протянул пистолет и девушка моментально его спрятала в сумке.

– Спасибо. – улыбнулась Кристина, Ира лишь кивнула в ответ, чувствуя тепло, значит, надо к человеку, что указан в записке.

Дальше опять тишина, лишь сопение Инги её нарушало. Говорить не хотелось, да и не о чем по большому счету. Ира хотела только тишины, хотела чувствовать холодный покой, что овладевал ею временами и ей хотелось вновь выпить тёмной воды, что делала ее сильнее и смелее. Она хотела вновь погрузиться в сон, где её обнимет тёмная жидкость, что проводит её в видения. Ей необходим этот покой, но до него ещё долго.

На вокзале было шумно, толпа людей собралась у большого двухэтажного автобуса, на лобовом стекле которого ярко горела вывеска "На Москву". Кто-то плакал, провожая родственника в другой город, кто-то разговаривал по телефону, кутаясь в пальто от сильного ветра, кто-то просто стоял и скучающе смотрел на остальных.

Кристина молча прошла в салон автобуса, занимая место у окна, Ира задержалась у дверей ещё раз обнимая Ингу.

– Спасибо за всё. – девушка улыбнулась, они прощались и уже друг друга не увидят, Ира это точно знала, Инга поняла по её взгляду.

– Береги себя. – единственное, что могла сказать женщина и скрылась с Соломоном в автомобиле.

– Они хорошая пара. – заметила Кристина, когда Ира села возле неё.

– Да, главное Инге это понять.

– Что мы будем делать, когда приедем?

– Дай мне записку. – Ира взяла клочок бумаги в руки, где записан телефон и адрес некоего Жоржа. – Попробуем найти этого товарища.

– Хорошо. – пожала плечами Кристина, тоскливо улыбнувшись. – На моём месте должен был быть Шаман.

– В данный момент мы все на своих местах.

Ада молчала всю дорогу до деревни, где жила Ведьма, она не обмолвилась ни словом с Максом. Он видел мешки под её глазами, оплакивала своего хозяина, а вот Влада принять не могла, так как увидела, что он сделал, едва его коснувшись. И видела безразличие Макса. Но ему действительно всё равно, у него иная цель, а, что делает власть ему не интересно. Власть слабела, она чувствовала это. Может, молодость даст сил?

К Ведьме она не хотела ехать, но и оставаться в особняке тоже, выбрала меньшее зло, но, чем ближе они были к деревне, тем мрачнее становилась Ада. Макса это волновало, с её силами она была непредсказуема и его способности могут не помочь.

Они заехали в деревню, состоящую из десяти домов, окна у всех закрыты ставнями, на улицу вышло несколько взрослых в окружении детей, они неотрывно наблюдали за их автомобилем. Стояла гробовая тишина, только ветер играл листьями на деревьях. Что взрослые, что дети одеты в одинаковую рабочую форму темно– синего цвета, на их головах кепки, между собой они не общались, только взрослые держали детей за руки. А дети… их пустой взгляд будет долго преследовать Макса.

Им навстречу ехал черный джип, тонированный, с купленными номерами, он проехал мимо, поднимая пыль с грунтовой дороги.

– Еще одного привезли. – глухо отозвалась Ада.

– Кого?

– Ребенка, у нас в стране много детей пропадает. – Ада посмотрела на мужчину затравленным взглядом и остановила автомобиль. – Иди прямо до упора, там одноэтажный дом, в нем живёт она. Я дальше не поеду.

– Хорошо. – кивнул Макс и, выйдя из салона, пошёл в указанном направлении. Он старался не обращать внимания на то, что за ним шаг в шаг шло человек двадцать детей. Они ступали тихо, изредка под маленькими ножками ломалась палка, но те будто не замечали. Дети держались за руки, не нарушая связи между друг другом. Максу стало не по себе, он хотел убежать отсюда, но ему нужна информация. Ему не нравились безликие образы детей, что за ним следовали, в их глазах не было жизни. В них не было ничего.

Макс подошёл к дому, где на пороге стояла женщина лет сорока, за руку она держала мальчика, на вид тому было не больше десяти, впрочем, как и остальным детям. Завидя мужчину, она подозвала к себе жестом старика, что стоял чуть поодаль и передала ему ребёнка. Этот мальчик боялся, его трясло, но он ничего не говорил. Совсем как …

– Здравствуй, Макс. Меня предупредили о твоём визите. – женщина подошла ближе, её внешность была ничем не примечательна: русые волосы, светлые глаза, тонкие губы, что были слишком красные на бледном лице. Одетая в белое шерстяное платье, выделялась на фоне синих одежд остальных обитателей деревни. – Дети, играть. – дала она команду группе за спиной Макса и те вмиг разошлись.

– Это ваши дети? – почему-то ему было важно.

– Все мы чьи-то дети. Заходи. – она жестом пригласила мужчину внутрь дома. – Она не захотела заходить?

– Нет.

– И это благодарность за силу. – хмыкнула Ведьма, когда они прошли в светлую комнату в доме.

– Вы дали Аде силы?

– Нет, но я их удвоила ей. Хотя, она заплатила за них.

– Чем же? – он не хотел знать ответ на вопрос. Но поздно.

– Ирма! – позвала женщина и к ним со стороны кухни подошла девочка – подросток, она посмотрела на Макса пустыми глазами. – Это её плата. – женщина погладила худой рукой девочку по голове. – Тогда у меня появился ещё один ребенок. Иди. – девочка ушла, а Макс почувствовал как у него вспотели ладони.

– Я помогу тебе укрепить связь с сосудом и посмотрим, где он.

– И как я должен заплатить?

– Не надо, уже привезли, что мне надо. – женщина сладко улыбнулась и кивнула в сторону окна, где старик всё ещё держал мальчика.

– Начнем?

– Не так быстро, дорогой. Мне нужно приготовить напиток для тебя. А ты пока отдохни часик.

– Не хочу. – он хотел сбежать, ему не нравилось отчаяние, что царило в деревне.

– Придется. – жёстко сказала Ведьма. – Не нравится здесь? Но именно благодаря детям я могу помочь. Ирма! Приведи двадцать первого. Раз не хочешь отдыхать, поможешь. – и Макс пожалел вновь о своём выборе.

Через минут пять пришла Ирма, за руку она вела худенького мальчика, тот послушно шёл за ней, не понимая, что происходит вокруг. Он отсутствующим взглядом уставился в угол комнаты, его бледная кожа буквально просвечивала и виднелись все вены на хрупком тельце. Ведьма поставила на стол чашу, а рядом положила нож, Максу стало нехорошо от понимания, что будет дальше.

Женщина подозвала к себе мальчика, нежно обняла его и тихо прошептала ему что-то на ухо. Тот как заворожённый внимательно слушал её голос и как она закончила, взял со стола нож тонкими пальчиками. Она улыбнулась. Ребёнок полоснул себе по венам на кисти руки и черная кровь вытекала из неё. Ведьма схватила чашу и одновременно руку Макса и поднесла их к струйке, что текла из руки ребёнка. Тёмной жидкостью она заполняла чашу, Ведьма шептала заклинание на непонятном языке, а мужчина не мог оторвать глаз от бледнеющего мальчика, которого уже шатало из стороны в сторону. А глубине взгляда Макс увидел понимание мальчика, что он умирает, но не видел страха, а лишь облегчение. Тёмная кровь забурлила в чаше, источая запах металла и заполняя им всю комнату, мужчина почувствовал тошноту. Ребёнок посмотрел затуманенным взглядом на Макса, женщина отпустила маленькую ручку и мальчик в тот же момент упал на пол, из руки кровь уже не шла. Маленькое тело стало ещё меньше, губы его посинели, взгляд стал стеклянным, а вокруг стало пусто.

– Пей, пока тёплая. – женщина протянула ему чашу, что пахла кровью и сыростью. – Пей. – настояла Ведьма. Сам виноват, она его гнала, а он решил остаться.

Макс поднес чашу к губам, стараясь не дышать, не вдыхать аромат смерти ребенка. И сделал первый глоток. Вязкая кровь обожгла его горло своим теплом, вкус металла проникал в его нутро с каждым новым глотком, и с каждым глотком он чувствовал холод и тоску сосуда. Она в дороге. Она едет в Москву. Она не боится. Она не чувствует ничего. И сейчас он завидовал ей. Инга. Неожиданно он ухватился за это имя. С последним глотком имя засело в его мозгу.

Макс поставил чашу и вытер рот ладонью, Ведьма насмешливо смотрела на него.

– И как?

– Я чувствую. Больше, чем обычно.

– Отлично. – женщина кивнула и перевела взгляд на труп ребенка, в её взгляде ему показалось сожаление.

– Сможешь замедлить сосуд? – спросил Макс, на что Ведьма кивнула.

Они ехали уже часа четыре, Кристина уснула тревожным сном и что-то бормотала во сне, Ира же смотрела фильм, что показывали по маленькому телевизору в салоне. Основная масса пассажиров дремала или же смотрела в окно. Ира выходила на каждой остановке, чтобы выкурить спасительную сигарету, она никак не могла унять дрожь внутри тела. Тепло не разливалось уже по телу, ею овладевал холод и он её сковывал уже как час. Ей на что-то намекали, но Ира не могла понять. Они к чему-то приближаются, что не несёт с собой ничего хорошего. Пса рядом не было, но девушка чувствовала его присутствие рядом, стоит только злу замаячить на горизонте и он будет рядом. Но в данный момент она только чувствовала отголоски опасности.

– Мама, мама, смотри. Тетя курит. – маленькая девочка бесцеремонно тыкала пальцем в сторону Ирины на очередной остановке, мать густо покраснела от слов ребенка.

– Маша, сколько раз говорить, что так нельзя себя вести. – Ира хмыкнула на слова женщины и подошла к ним.

– Почему не слушаешь маму? – обратилась она к ребёнку, выкидывая сигарету в урну.

– Курить вредно. – просто сказала девочка, потрогав Иру за длинную прядь волос. – Я тоже такие хочу.

– Боже, извините нас. – женщина виновато улыбнулась. – Она всю дорогу смотрела на ваши волосы.

– Вырастешь и у тебя обязательно будут ещё длиннее. – пообещала Ира, потрепав легонько ребенка по голове.

– Это долго. – захныкала Маша, надувная губки.

– Быстрее, чем тебе кажется. – улыбнулась девушка и девочка расцвела:

– Ты красивая.

– Маша… – вздохнула мать девочки, Ира рассмеялась откровению ребенка.

– Машенька, ты намного красивее. – с этими словами Ира прошла обратно в салон, а затем и все остальные, так как автобус начал отправляться.

– Друг. – объявила девочка, глядя на Иру, когда они с матерью садились на свои места позади девушек.

– И ты мой друг. – кивнула Ира, прикрывая глаза.

Ира никогда не думала о детях, не рассматривала себя в качестве матери. Материнство казалось чем-то эфемерным, то, что никогда её не коснется. Хотя, так и случилось. Они ни разу не была беременной, не делала аборты, в отличие от той же Инги. Бывало они даже с Андреем не предохранялись, но тело её не принимало факт, что она может стать матерью. Она не умела ладить с детьми, боялась их, не желая идти с ними на контакт. Находясь в компаниях с детьми, Ира держала дистанцию и лишь сдержанно улыбалась на проказы малышей. Дети – слабость. А она нужна сильной, без единой точки страха, на которую можно надавить, которой можно манипулировать.

– Ты решила завести друзей? – насмешливо спросила Кристина, сонно наблюдая, как Маша им машет в который раз.

– Мне было скучно. – Ира протянула воды девушки, но та отказалась.

– Мне ничего не хочется. Рядом с тобой одна усталость.

– Я не просила ехать со мной.

– Шаман сказал, что ты защита. – девушка оторвала взгляд от ребёнка. – А ты не устала? Столько всего за пару дней.

– Мне нельзя уставать. Что тебе рассказывал брат о воде?

– По большей степени ничего. Он держал меня подальше ото всех событий. Говорил только, что всё правильно. Что нужно подчиниться темноте. Злу…

– И получилось?

– Ира, я не знаю. Я только сейчас понимаю, что делал Шаман, как он сподвигнул всё к тому, что происходит с тобой. Я его люблю. Любила… но считаю, что не всё должно быть так.

– А как? – Ира внимательно посмотрела на Кристину, в той читалось смятение.

– Нам не нужно ни добро, ни зло. Нужно просто дать жить. – просто ответила Кристина, встретившись с тёмным взглядом Иры, видя, что та в корне не согласна. Зло постепенно овладевает ею.

– Кто– то или что-то должен быть, иначе будет хаос.

– Возможно, мы и жили в хаосе, не зная порядка все годы. Века. – девушка ждала ответа от Иры, словно она единственное верное мнение, что может быть. Но Ира не могла дать ответ, у неё был порядок всегда и во всём, но, был ли порядок у Кристины? В её семье наврятли. Хаос их второй дом.

– А что для есть порядок? Отсутствие хаоса? – неожиданно пару минут спустя спросила Ира.

– Покой. Что мы так долго в семье добиваемся. – Кристина вновь отвернулась, смахивая слезу с глаз.

Первое, что заставило оживиться пассажиров автобуса, это запах гари. Но автобус не горел, горело что-то впереди. Транспорт начал медленно останавливаться и как только встал на обочине, недалеко от поворота, водитель вышел из салона. Все сидели тихо, то ли принюхиваясь, то ли прислушиваясь к движению на дороге. Вслед за ними остановился весь поток, автомобили изредка сигналили друг другу, но никто не выходил. Ира почувствовала холод, её начало трясти, а ладони сжались в кулак.

– Дорога перекрыта, там крупная авария, микроавтобус с детьми попал в ДТП. – объявил водитель автобуса, как только вернулся в салон.

– Дай пистолет. – прошептала Ира, дёргая за рукав Кристину, та молча протянула ей оружие и девушка спрятала его в куртке. – Пойдём.

Ира прошла по салону, дверь им открыли, понимая, что пассажирам хотелось размяться, но вышли только они двое. Тишина. Звенящая тишина вокруг. И запах гари. Ира поежилась от порыва ветра, что пронизывал до самых костей. Она попыталась вызвать пса, но клеймо молчало.

Машины больше не сигналили, всё заглохло. Пассажиры автобуса и люди в пробке продолжали сидеть внутри автобуса и смотрели куда-то вдаль. Девушки зашли за поворот и встали на месте. На Иру обрушился холод новой ледяной волной, накрывая её полностью, овладевая каждой частичкой тела. Ей хотелось бежать и как можно быстрее, но, она не слушая внутреннего протеста, пошла прямо, сняв с предохранителя пистолет.

Кристина шла следом, часто моргая, надеясь развидеть картину перед ними. Впереди был перевернут микроавтобус белого цвета, перед его помят стоящим напротив камазом, из которого так никто и не вышел. Бока микроавтобуса помяты, видимо, его переворачивали в разные стороны. Еще три машины врезались друг в друга, блокируя проезд на трассе, они горели, источая черное пламя. Дети. Дети вылетели с микроавтобуса и их окровавленные тела лежали по дороге, человек десять, не меньше. Их синие одежды пропитались кровью, в воздухе вперемешку с гарью пахло свернувшейся кровью. Кристину замутило, но проглотила тошноту, цепляясь за руку Иры. Кристине хотелось бежать.

Вокруг не было полиции, не было зевак с остановившихся автомобилей, словно замерло всё. Ира остановилась и резко обернулась, за ними шли три ребенка с автобуса, в том числе и их новая знакомая, и несколько детей с автомобилей. Их стеклянный взгляд приковал к месту девушек, Кристина перестала дышать, она почувствовала леденящий страх.

Сердце отбивало бешеный ритм, настолько оно пульсировало в ушах, что казалось его может слышать Кристина, но та окаменела, часто дышала и боялась сделать ещё шаг. От холода дрожали зубы, тело бил озноб, а она как завороженная шла к лежащим детям на асфальте. Девушка смотрела в их кровавые лица, где не было жизни, трогала их остывшие тела и не понимала, почему нет помощи. Хотя, понимала. Её заманивают, а она не может противиться. Ира встала посреди тел детей, оказавшись в их кругу, дети с потока машин тоже встали вокруг неё.

Краем глаза Ира заметила движение слева и, повернувшись, увидела как один из детей встал с асфальта, оставляя после себя кровавый след. Он встал позади живых. На заднем фоне Ира услышала крик Кристины, словно ожил фильм ужасов про восставших мертвецов. Вслед за первым встали остальные десять, их мертвые глаза обращены на Иру, а она дрожащими руками пытается целиться в детей, ожидая нападения. Взрыв покрышки заставил девушку вздрогнуть и посмотреть в сторону Кристины, та тоже окружена детьми и ее лицо исказилось от ужаса.

Тишина. Запах гари. Мёртвые глаза. Кровь на маленьких телах. Страх. Холод. Всё смешалось в один ужас.

– Ты не выживешь. – вдруг сказала Маша, не моргая, она смотрела на Иру, в ее глазах отражалась женщина сорока лет со светлыми волосами. – Переходи на нашу сторону. Добро поможет тебе.

– Нет. – отшатнулась Ира, наведя пистолет на ребенка. – Что за добро, которое убивает детей.

– Зло не лучше. А для добра нужны силы, а сила в молодости.

– Кто ты?

– Воин тебя найдет и ты умрёшь. – женщина будто не слышала её, говоря голосом девочки. – Подумай и приходи к нам. Добро всех принимает. Мы дадим тебе покой.

Дети начали обступать девушек плотнее, сужая круг и протягивая к ним красные от крови руки. Ира посмотрела вновь на Кристину, та молилась, громко читая 'Отче наш '. Он здесь не помощник.

– Приходи. – прошептали дети хором, разрушая тишину на трассе. Черный дым заволок все вокруг, ничего не видно, кроме детей и Иры, даже Кристина скрылась в дыму.

– Нет. – Ира посмотрела в глаза ребенку, они не выражали ничего, в них не было чувств, только безразличие и безнадежность.

– Жаль. – сказала девочка, шагая решительно на Иру. Вновь крик Кристины, полный ужаса и боли. Неожиданно один из детей укусил девушку за голень, вонзая маленькие зубы в мышцу. Ира взвизгнула и оттолкнула другой ногой от себя ребенка. Медлить было нельзя, иначе, их сожрут заживо, плотоядный взгляд Маши не сулил ничего хорошего.

Она не чувствовала, что поступает неправильно. Выход только один. Она для этого здесь. Она должна сделать сама. Ира посмотрела в пустой взгляд маленькой девочки и нажала на курок. Громкий выстрел рассеял тишину. Запах пороха проник в нос, заполняя собой разум. Машино лицо окрасилось алой кровью, что тонкой струйкой стекала из середины лба, в глазах удивление и боль.

С выстрелом остальные дети упали мертвыми телами, живые испуганно заморгали и озиралась по сторонам, они даже не могли заплакать. А Ира смотрела на тело упавшей Маши, чувствуя разливающееся тепло внутри. Оружие жгло руку, она поспешила его убрать обратно в куртку и взглянула на Кристину, что продолжала молиться и в ужасе смотрела на Иру.

Ирина перешагнула через тело Маши, тишина рассеялась, везде гудки автомобилей, вой сирены слышится вдалеке, крики матерей, что зовут своих детей.

– Пошли. – дернула Ира за руку Кристину, но та не двинулась с места.

– Ты убила. Почему не позвала пса?

– Так нужно и он не пришёл. – тихо сказала Ира, как она могла объяснить, что внутреннее чувствовала, должна сама всё сделать. Пес здесь бы не помог. Только она. Холод не дал бы.

Они прошли в салон автобуса, где мать Маши искала её, ещё не подозревая, что нужно искать в другом месте и результат ей не понравится. Ира забрала вещи свои и Кристины и поспешила выйти вон на улицу.

– Дальше на попутке.

9 глава. Предательство

Макса тошнило второй раз за обратную дорогу от дома Ведьмы. Его рвало черной кровью ребенка, на лбу выступил пот, а рвота всё не кончалась. Рядом стояла Ада и с укором смотрела на него, но ничего не говорила. Макс прополоскал рот и сел на землю, облокотившись на колесо автомобиля.

До сих пор перед глазами Ведьма с детьми, как она каждого ребенка целует в губы и они послушно идут в микроавтобус, а дед ждёт за рулем, чтобы отвезти их на гибель. В их глазах не было даже страха, тупое повиновение силам Ведьмы, а она пила их жизнь. Навсегда запомнит маленькую девочку, через которую действовала проклятая женщина, голубые чистые глаза ребенка закрылись навсегда, выстрел прервал жизнь. Макс до конца не верил, что сосуд смог сделать столь жестокий шаг. Иначе бы сожрали. Его вновь замутило, но он подавил рвоту водой. Чёртов запах крови пропитался в кожу, сколько бы Макса не тошнило, от него не избавиться.

Звонил настойчиво сотовый, мужчина вздохнул и ответил на звонок:

– Слушаю, Влад.

– Мы разослали по вокзалам ориентировки на сосуд, всё МВД Москвы на ушах стоит, разыскивают опасного преступника. Теперь за вами осталось узнать точно, куда они едут. – голос его был спокоен и холоден.

– Мы как раз направляемся к её подруге, она ей помогла. – хрипло ответил Макс, в ответ глава Высших Сил положил трубку. – Сука! – мужчина швырнул телефон под ноги, чем вызвал ухмылку на лице Ады. – Что ты смеешься?

– Ты так не восстановишь покой. – она достала из кармана куртки флягу с коньяком, что был всегда с женщиной. – Выпей и отдохни. Через час будем на месте.

Макс отпил несколько глотков из фляги, мягкий привкус коньяка разлился по рту, заглушая запах крови. Понятно, почему Ада пьёт, алкоголь спасает, не даёт сойти раньше с дистанции в борьбе. Мужчина выпил половину, тело налилось приятной тяжестью, голова на удивление просветлела, мысли о детях ушли прочь, уступая место покою. На данный момент Макс видел четкий план как ему поступать и, что делать дальше. Хотелось одного, быстрее все закончить, выполнить миссию и остаться в одиночестве, но внутренний голос ему говорил, что даже ещё не середина пути.

Инга лежала на мягком диване и смотрела в потолок, в который раз прогоняя события прошедшего дня, хотелось стереть всё из памяти. Она хотела вырвать образ пса, забыть холодную подругу, её холод до сих пор в ней, он обжег Ингу, оставляя следы в душе. Забыть разговоры о Добре и Зле, уверенная, что всё серо, она не хотела разрушения своих мифов. А потом один звонок незнакомки о том, что подруга в беде и всё разрушилось.

Женщина гнала от себя предчувствие беды, после предостережения Иры, оно ее не покидало. Сутки она ждала, что кто-то придет, постучит в дверь и расправится с ней. Инга боялась смерти. Боялась уйти рано, ведь столько многого не сделано, столько желаний не исполнилось. Она не хотела туда, где никто тебя не помнит и ты никому не нужна.

Звонок в дверь заставил Ингу вскочить на диване. За ней пришли. Она знала точно. Знала по дрожи в теле, по гнетущей обстановке в квартире, что появилась сразу, после звонка. Опять звонок. Нужно открыть, ей никуда не деться. Она не выпрыгнет в окно, не спрячется под кроватью и не закроется в комнате. Инга подошла к двери и резко открыла ее. На пороге стояли мужчина и женщина, они уставились на нее, словно ждали большего колебания от неё. Инга встретилась с жестким взглядом мужчины, он смерил ее с ног до головы и, толкнув женщину, прошёл в квартиру. Блондинка встала рядом с Ингой:

– Проходи, дорогая, в комнату. Нужно поговорить. – она прошла вслед за мужчиной, Инге ничего не оставалось как дрожащими руками закрыть дверь и на ослабших ногах пройти за незваными гостями.

Мужчина принёс стул из кухни и сел напротив дивана, куда пригласил жестом сесть Ингу. Блондинка встала у балкона и отпивала что-то из фляги. Инга устроилась на диване, встретившись с тяжёлым взглядом мужчины, она их боялась, страх полностью овладел ею, даже дышать старалась реже.

– Где сосуд? – раздраженно спросил незнакомец, скрестив руки на груди.

– Кто? – не поняв, спросила Инга, две пары глаз испепеляли её.

– Подруга твоя. – процедил сквозь зубы мужчина.

– Я… Я не знаю. – Инга сама не поняла как солгала, чем разозлила гостей. Она ожидала, что её ударят, пригрозят, что-то сделают с телом, но ничего не последовало, только давление в области горла и лёгкие зажгло, отчего она не могла сделать вдох. Из глаз брызнули слёзы, Инга схватилась за шею, с мольбой смотря то на женщину, то на мужчину. Инга считала себя смелой, но сейчас она трусила, готова сказать все, что попросят, лишь бы выдернули из объятий предстоящей смерти. Женщина готова сказать, где Ира, где Соломон и на кого он работает, готова рассказать все о своей жизни, кого любила, кого ненавидела, только бы дали сделать вдох.

– До сих пор не знаешь? – мужчина откинул стул и навис над Ингой, от него веяло опасностью, гневом, силой, что заставляли его бояться. Женщина отрицательно помахала головой и вмиг смогла вдохнуть. – Говори, Инга!

– В Москву. Ей адрес дал Соломон, я напишу его. – выпалила на одном дыхании Инга, наслаждаясь своим дыханием. А пока она дышит в ней есть еще жизнь.

– Это другой разговор. – кивнул гость и протянул ей лист и бумагу, что передала ему блондинка. Руки женщину не слушались, пока она писала адрес, мысленно просила прощения у Иры, проклинала себя за слабость. С последней цифрой адреса Инга возненавидела себя, ругая за жажду к жизни.

– Молодец. – похвалила её блондинка бархатным голосом, а Инга хотела прыгнуть в окно, не вынося своего предательства.

– Поехали. – мужчина решительно направился к выходу, гостья больше не смотрела в сторону Инги, словно её не существовало больше для них. За ними хлопнула входная дверь, женщина вздрогнула от звука и прошла на кухню налить воды. Страх не отпускал и отпустит ли? Ей до сих пор казалось, что они рядом, что снова придут и лишат ее жизни.

Она предатель. Достойна ли жизни? Этим вопросом она будет задаваться всю жизнь.

Дрожащими пальцами Инга набрала номер Соломона, она должна хоть что-то сделать.

– Да, Инга. – его голос ласкал слух, она так хотела к нему.

– Я предала ее, я предала.

Смотря на дуло пистолета, пожилой мужчина вышел из своей семёрки. Уставшим и испуганным взглядом одновременно он смотрел на темноволосую женщину лет тридцати, что наставила на него оружие. Да, поездка в город ему запомнится надолго. Он медленно вышел из автомобиля, ругая себя, что не послушал жену и не остался на даче, а решил вечером поехать в город, чтобы утром получить пенсию. Теперь не до пенсии, тут бы в ящик не сыграть. Вторая, что помоложе, села молча на заднее сиденье, она не смотрела в их сторону, уставясь в окно.

– Машину, дед, заберешь в Орехово-Зуево на вокзале. Она мне не нужна, но к ментам не обращайся. – голос женщины обдал его холодом, от чего он поежился.

– Х-Хорошо. – закивал дед, согласный на все, ему хотелось выйти живым из ситуации, что сложилась. Мысленно он клялся, что никогда в жизни больше не остановится голосующему на дороге.

Ирина кивнула, убрала пистолет и, сев за руль, тронулась с места, поднимая клубы пыли колесами. Кристина не говорила с ней с того момента, как она сделала выстрел в ребенка. Девушка не сказала ей, что её укусили за руку, только потом Ира увидела и завязала ей рану, болеть будет долго. Но Ира не волновалась за нее, её мало, что волновало в данный момент. Её опять начала мучать жажда и, чем ближе они к Москве, тем мучительнее она становилась. А с жаждой пришла тоска, Ира готова отдать всё, чтобы они исчезли, она устала от чувства неудовлетворенности, что они несут за собой. Она боролась с желанием нажать на педаль газа до упора и впечататься в ближайшее дерево, только бы исчезли жажда и тоска. Она думала, что привыкла к ним, но нет, с каждым разом они ломали её с новой силой.

Ещё Ира ощущала присутствие воина, он стал сильнее, зло старалось ее укрыть от его сил, но тот отдал жизнь другого, чтобы стать сильнее и он шел за ней. Он чувствовал её. Как и она его. Ира чувствовала его ненависть, его стремление уничтожить её, покончить со всем. А ещё его покой. У Иры нет подобного покоя, у неё только безразличие, жажда и тоска, больше ничего не осталось. Ей не было жаль убитого ребенка, не жаль мать, что похоронит своё дитя, не жаль Кристину, что осталась одна без брата. Ира себя не жалела, она лишь сосуд, что нужно заполнить. И данная ясность придавала ей сил. Ей нравилась четкость и понятливость смысла ее существования. И безразлично, как все кончится.

Москва встретила их городскими огнями, ночным дождем и свободной, на удивление, дорогой. Ира гнала старый автомобиль в сторону Орехово-Зуево, так как ее туда тянуло, будто кто-то за руку тянет. Клеймо горело огнем, что больно ладонь, в боковое зеркало Ира увидела очертания пса, что бежал за ними, значит, опасность идёт рядом. Добро не дремлет. Оно идет по пятам.

Кристина сверлила Иру глазами, перед ней до сих пор лица погибших детей, лицо девочки, что получила пулю в лоб от ее спутницы. Как только она закрывала глаза, сразу видела их перед собой, а в ушах голос матери, что зовёт дитя, в надежде найти ее. Но тщетно. Шаман был не прав. Ира не даст ей защиту, зло в ней утянет Кристину за собой в бездну отчаяния. Она не хотела туда. Не хотела видеть крови, за столь малый промежуток времени, Кристина увидела слишком много.

На вокзале Ира припарковала машину, и, не обращая внимания на дождь, вышла на улицу. Кристина поморщилась и сделала тоже самое, рядом с ними стоял пес. Ирина всматривалась в темноту, лёгкое тепло коснулось её, значит, она все верно делает. Нужно что-то или кого-то найти. На остановке, возле фонаря, она увидела мужчину, в куртке и под зонтом он держал табличку с крупными буквами ее имени. Показалось странным, Кристина испуганно на нее посмотрела, но Ира с псом сделала первый шаг по направлению к мужчине. Женщина шла решительно, игнорируя дождь, что лил на них как из ведра, не обращая внимания на ветер, что холодом проникал под одежду, не замечая Кристины, что семенила рядом, неосознанно прячась за Иру.

– Откуда вы меня знаете? – сразу спросила Ирина как только подошла к мужчине. Кавказец. Приятной внешности с недружелюбным взглядом, его немного била дрожь, видимо, ждёт давно.

– Соломон звонил Жоржу и сказал, что вас сдали. Меня отправили вас встретить, но ваш автобус задерживается. – мужчина с неприязнью осматривал Иру, ему было не по себе рядом с ней, он начинал ощущать слабость. Мужчине говорил об этом Соломон, также про пса рассказал, что стоял рядом с девушками. А он думал, что его уже не удивить.