Текст книги "Не беги от меня (СИ)"

Автор книги: Лана Шеган

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 16 Мила

У главы билансов Амелии Винрой не было постоянного места жительства или я о таком не знаю. Она всегда в движении, всегда в переездах, решает вопросы и создает проблемы всем, кто встает на ее пути. Она добрая, по крайней мере, глядя на нее, ты ни за что не скажешь, что она вампир. Слишком живы ее глаза, и сильна ментальная сила, которая успокаивает и дает ощущение защищённости. В конце концов, Амелия просто красивая женщина, которая до сих пор сводит с ума мужчин.

Сначала я позвонила секретарю Амелии и узнала, где сейчас находится старейшина, а потом помчалась туда, вернее меня повёз Макс, категорически отказавшись отпускать одну.

– Ты же сам нанял пенсарали меня защищать, так что можешь заняться своими делами.

Морн застыл на секунду раздумывая, потом его глаза сверкнули зеленью, а губы мягко улыбнулись:

– Представь себе, мне нечего делать.

– Ну чем-то ты занимался в свободное время, – не поняла я его удивления.

– Ничем, – Морн даже сел на стул, который стоял рядом, – В основном мы ходили с Росом по разным клубам и пили кровь. Так что я совершенно свободен.

– Мажор, – все-таки не удержалась я, – как же скучно ты живешь. Никаких трудностей, преодолений препятствий и морального роста.

– Ты говоришь о моральном росте вампиру, – хмыкнул истинный и вдруг оказался рядом, одним плавным движением притянул к себе и впился в губы поцелуем. Нежным и в то же время властным, который враз сделал мое тело податливым. Мир вокруг словно перестал существовать, его руки не просто прижимали к себе, но успевали обследовать тело. Пальцы порхали, находили самые эрогенные зоны и вызывали стон, который невозможно заглушить. Когда мы оторвались друг от друга, я ощутила во рту солоноватый вкус его крови, облизнула губы. То же сделал и Макс:

– Не смог удержаться, – сказал Морн, – ты словно магнит притягиваешь к себе.

– Тогда поехали, – я хихикнула, – пока все планы не полетели к черту. Отвезешь меня к Винроу и можешь быть свободным.

Морн не ответил, лишь проследил взглядом за Пикси, которая, превратившись в кляксу, прилипла к телу, превращаясь в красивую татушку.

Столько проблем, столько всего нужно решить, а у меня мозги плавятся и думаю я только об одном, как бы затащить в постель Морна и не выпускать его оттуда еще парочку дней. Не думала, что я так ненасытна, вот что значит правильно подобранный мужик.

Амелия встретила меня радушно в ее кабинете в одном из офисов. Консервативная обстановка с темной мебелью и толстым ковром на полу, создавала мрачную атмосферу, но лучистые глаза Винроу разбавляли угрюмость и давали силу выдержать это испытание.

– Дорогая Милания, – Амелия встала со стула больше похожего на трон и встретила меня на середине кабинета пахнущими дорогими духами объятиями, – как же ты выросла.

Ее глаза пронзительно посмотрели на мои мерцающие красноватым блеском радужки:

– Когда это произошло?

– Почти полторы недели назад, – вздохнула я, – у меня к вам просьба.

– Хорошо, – не выпуская мою руку, Амелия потянула к диванчику, на нем мы уютно устроились.

– Как поживают родители, – спросила она.

– Уже едут домой.

Амелия кивнула, поправила старомодное платье.

– Конечно, они должны сейчас отказывать тебе поддержку… так в чем же твоя просьба.

– Я обгрызок, – выпалила я, и чтобы Вироу не успела меня перебить, быстро затараторила, – Меня убили, а рядом оказался вампир и он меня обратил.

– Даже так, – Амелия замерла, что-то обдумывая, – Я так понимаю, его клан не станет жертвовать на тебя квоту.

– Это точно нет, – кивнула я.

Амелия поджала пухлую губу, сложила руки на груди,  обдумывая мои слова:

– Ты хочешь, чтобы я дала тебе квоту Милания, – спросила она, – не будешь дожидаться родителей.

– Не могу, Око висит у меня на хвосте и если метка не выдаст подтверждение, что я создана по квоте, могут упечь меня в свои казематы. Сами знаете, что я одна из подопытных вучон.

Амелия потянула носом:

– Ах да, что же в тебе интересного?Я очень боялась показывать ей, что я такое, но еще страшней было оказаться в лабораториях Око. По телу пробежалось стадо мурашек, волосы поднялись дыбом от одного только слова о лабораториях. А потом я взяла себя в руки и вызвали Пикси, которая уселась на мое плечо и нахохлилась как птичка.

– Я мышь, – обидчиво проворчал фамильяр, – а не птичка.

– Фамильяр, – охнула Амелия, ее рука потянулась к Пикси, потом она замерла и спросила, – Можно.

Я кивнула. Винроу погладила Пикси и зажмурилась.

– От нее веет силой, древней силой Мила, тебе повезло, кто тебя обратил?

– Это еще не все, – вздохнула я, не отвечая на заданный вопрос, укусила палец и призвала кровь, которая тягучей каплей застыла в воздухе и изменялась послушная моей воле.

– Магия крови, – зачарованно сказала Амелия.

– Вы знаете о таких, – спросила я и скормила каплю Пикси, которая довольно икнула. Фамильяр питался не только моей энергией, но и кровью.

– Невероятно, – Амелия подскочила и заходила кругами по кабинету, покусывая ноготь, – это сказки, есть такие легенды, в которых говорилось о магах крови, но ею владели только патриархи.

Я прикусила язык и решила, что магии крови и фамильяра с Винроу достаточно. Говорить, ей, что я могу изменять тело, как мне вздумается, не стала, приберегая на крайний случай.

– Хорошо, я дам тебе квоту прямо сейчас, – повернулась ко мне Амелия, – но с одним условием, – она опять присела рядом и взяла мою руку в свои прохладные ладони, – Ты останешься в клане Билансов. Дашь мне клятву.

Я в принципе не собиралась менять клан, навряд ли меня возьмут к нобилям, другие тоже не примут, кроме мостро, эти всех отщепенцев обязаны принимать.

– Я согласна, – кивнула Амелии.

Старейшина улыбнулась довольной улыбкой, приложила свою руку к печати, что стояла на моем запястье. Временная печать клана билансов, дается полукровкам, которые попадают в опеку клана.Запястье кольнуло, я почувствовала тянущую боль, оттого, что энергия тратилась на приживление метки к ауре. Через некоторое время Амелия кивнула, отпуская мою руку:

– Все, ты не обгрызок Милания, – Амелия встала и даже немного пошатнулась, – ну и горазда ты силу брать. Устав наш ты, итак, знаешь, ах вот еще, – старейшина подошла к столу и покопавшись вытащила стопку бумаг, сверкающую магией. Я стала видеть магию в предметах, интересно.

– Где же оно, нашла, твоё разрешение, – Амелия сверкая карими, почти черными глазами, подошла ко мне, все еще сидящей на диванчике.

Я взяла заговоренный бланк, который подделать невозможно, и пробежалась глазами по тексту. Там светящимися чернилами было указано, что Милания Старс имеет квоту для перехода в вампирскую расу, подпись Амелии, кровавый оттиск пальца и дата. Тут я застопорилась, дата была указана не сегодняшняя, а почти двухмесячной давности.

– Не поняла, – сказала я и подняла на стоящую надо мной Амелию удивлённый взгляд. Та весело рассмеялась и пошла к своему креслу, на которое элегантно уселась, расправила складки длинного платья.

– Ты меня обманула, – спросила я старейшину, – квота выписана давно.

– Вампиры все врут, – Амелия перестала улыбаться, – твои родители давно уже подали заявку, и я ее удовлетворила. Мне было интересно, какой вампир из тебя получится. Даже хотела дать свою кровь для инициации, но у тебя получилось даже лучше, чем я предполагала, урвать кровь нобиля, удача. Они истинные потомки патриархов, их кровь древняя и ты получилась сильным вампиром. Я тебя не зря спрашивала, не будешь ли ты дожидаться родителей, ты решила сама.

– Я не собиралась покидать билансов, – не сдержала упрека, – зачем было кружить вокруг.

– Ты научишься врать Мила, все вампиры врут... так что твоя честность и справедливость скоро из тебя выйдут. И еще, заканчивай работать в том баре, закрывай все дела. Я найду тебе работу в своем офисе, ты вроде бы любила копаться в компьютерах, так что найдем тебе занятие по пристрастию. Иди. – Старейшина взмахнула рукой, отсылая меня восвояси.

Я хмыкнула, спорить с Винрой себе дороже, сложила свое разрешение в нагрудный карман куртки. Призвала Пикси стать опять татушкой и откланялась, пока Амелия меня еще на что-нибудь не развела. Меня даже совесть теперь не мучает, что я не рассказала ей о еще одной своей особенности. Мы же все врем, так что начну постигать сущность кровососа с главного вампира нашего клана. А Брауны еще те «суперродители», не могли сразу успокоить, что у меня есть квота и все давно обговорено…

– Как все прошло, – спросил Макс, потом оскалился улыбкой, – старуха тебя приняла в клан и дала квоту, – сказал он, я поняла по сверкнувшим глазам, что он прошелся магией по моей ауре.

– Но-но попрошу не оскорблять мою старейшину, – выдохнула и улыбнулась фыркнувшему Морну, – оказывается, Брауны уже давно подали на меня заявку и Винроу ее одобрила.

– Даже так, – Макс перестал улыбаться и задумался, потом мягко нажал на педаль газа, срываясь с места, – Амелия хитра, ты ей все рассказала о своих способностях.

– Не про все, – покачала головой, – пусть будет небольшой сюрприз.

– Куда теперь? – спросил Морн.

– Ты будешь теперь меня все время возить, – я усмехнулась, – смотри, привыкну.

– Я готов, – Макс вдавил педаль газа ловко лавируя между автомобилями и не обращая внимание на звуки клаксонов.

– Нужно забрать мотоцикл и сказать Корвану, что я ухожу.

– Куда, – Макс перестал смотреть на дорогу и смотрел на меня.

– На дорогу Морн, – взвизгнула я, – я недавно уже умирала.

Макс уставился в окно, под кожей заходили желваки, показывая, что он злится.

– Ты хотел, чтобы я ушла с работы, я ухожу, но на другую, – хмыкнула, – Винроу, сказала найдет мне работу по специальности.

– Ты так спокойно согласилась с ее решением, а когда я тебе сказал, возмущалась.

– Не сравнивай, – я нахмурилась, – она предложила альтернативу, лучшую, а работать твоей домашней зверушкой меня не прельщает.

– У тебя будет все, что ты пожелаешь? – недовольно скривился Макс, – Что тебя в этом не устраивает?

– То, что я не буду решать сама, что мне делать Морн, – посмотрела на своего истинного, от которого  явственно шли волны недовольства и я их чувствовала.

– Мы будем вместе, разве тебе этого мало.

– Макс давай на этом остановимся, – я постаралась успокоиться, и не накручивать себя, – Я простила, что ты сдал меня в бордель, я даже признала, что мы истинная пара и пить кровь друг друга нам придется, но в остальном, я тебе не доверяю. Ты живешь своей жизнью в ней для меня нет места. Я живу так как могу, сама. Твои подачки мне не нужны.

– Что, по-твоему, подачки, – рыкнул Макс, скорость у нас была почти запредельной, но я тоже злилась и больше не испытывала страха.

–  Ты хочешь решить все за меня, говоря, что мне делать, – рявкнула ему в ответ, – Я не вчера родилась и понимаю, что у тебя клан, который не приветствует таких, как я, будь мы хоть сто раз истинные. Они не допустят, чтобы я жила рядом. Ты привык жить в неге, не желая что-то делать, пользуясь тем, что скопили твои предки, я это принимаю, но пользоваться вместе с тобой не буду, это не мое. Я привыкла сама отвечать за себя, жить так как позволяют мои финансы.

– Мы истинные, – Макс почти закричал, – ты не сможешь вдали от меня, я не смогу вдали от тебя, это связало нас. Какие могут быть разделения, если мы друг без друга просто сдохнем!Я сжала зубы, чтобы не ссорится дальше, и отвернулась в сторону окна, в котором мелькали по бокам строения, и люди, и машины.

– Мы скоро разобьемся, – холодно сказал Максу, – тогда точно ругаться будет не за что.

Остальной путь до моей работы, мы проехали молча. Казалось, воздух стал тяжелым, и таким густым, что было тяжело дышать, да его резать можно ножами, таким он был осязаемым. Это давило на психику, хотелось выскочить из машины и убраться подальше от Морна, так он сейчас бесил.

Да, он сказал, что отменил свадьбу, но что будет, когда его отец настоит на своем? Что будет, когда его обяжут жениться? Мы истинные, но кого сейчас это волнует. Только нас. Я украдкой посматривала на Макса и видела, что ему тяжело молчать. Да что там, он сжимал руль, как утопающий, спасательный круг. Злился, сверкая зелёными глазищами и тоже смотрел на меня, надеясь, что я сдамся и кинусь ему на шею. Ни фига, я считаю себя правой, а когда я считаю себя правой, я не иду на примирение первой. Такой уж уродилась.

Он высадил меня возле бара и шлифуя колесами асфальт, оставляя чёрные полосы, уехал. Я еще минуту смотрела вслед красному спорткару и чуть зубы в крошку не стерла:

– Ну и вали, мажор недоделанный, – сказала в сердцах.

– Мила, – услышала рядом, голос Корвана, – ты чего тут днем делаешь. Потом он задумался, и его взгляд перетек на мои руки и увидел то, что ему было нужно. Кольцо артефакт, который защищал меня от солнца, – У птички появился богатый спонсор, – хмыкнул Мэрис.

– Это не совсем то, что ты думаешь, – сказала я.

– Я ничего не думаю, – хмыкнул Корвас, – пошли в бар.

Я, вздохнув, пошла следом за боссом, который в ближайшее время перестанет им быть.

Пустой бар это непривычно, поэтому я зябко обняла себя за плечи и села на стул, указанный Мэрисом.

– Мила, сегодня, как только ты ушла, ко мне приходили, – после небольшого молчания сказал Мэрис, – И приходили они по твою душу.

– Кто? Что им было нужно? – спросила я.

– Не так быстро, – усмехнулся Корвас.

Налил из стоя́щей рядом бутылки, красный напиток. Выпил. Потом выдохнул:

– Мне не нравится, что в мой бар приходят те, которые могут меня прихлопнуть, как муху, птичка. Первые пришли из Око, они интересовались твоей работой и спрашивали, не заметил ли я чего странного за тобой, – Мэрис хмыкнул, – Не переживай, я не стал говорить о твоем переходе.

– Это не страшно, мог сказать, – сложила руки на груди, – я по квоте.

– О как, – Корвас опять хлебнул из стакана и погонял жидкость во рту. А мне очень хотелось стукнуть его чем-нибудь по голове. Его медлительность бесила, или это   сказывалась размолвка с Максом.

– Вторые были скорей всего из ищеек нобилей, слишком высокомерны и не знают, как работать с нами мостро, – Мэрис хмыкнул, – Они просто спрашивали о тебе, чем живешь, чего желаешь. Я сказал им все в общих чертах. Бедная девушка, в неблаговидном не замечена.  Третьи, – Корвас поставил стакан на стол и выдохнул, а мне стало не по себе оттого, что так много желающих знать обо мне, – пенсарали, тем нужно было знать, куда ты можешь пойти кроме дома.

Я сразу подумала на Норда, видимо, это тогда, когда они потеряли меня в клубе казино.

– Вижу, ты не удивлена птичка, – сказал Мэрис и внимательно посмотрел на меня.

– Нет, не удивлена, – я качнула головой, – у меня в жизни сейчас такие повороты, что ничему не удивляюсь. Я пришла сказать Корвас, что ухожу, старейшина дает мне другую работу.

Вампир понятливо кивнул:

– Я хотел просить тебя уйти, мне ни к чему лишние глаза, сама понимаешь, моя прибыль не всегда идет от законных сделок.

– Да, я все понимаю, – кивнула и встала из-за стола, – надеюсь, без обид,  я не буду отрабатывать положенную неделю, пока ты найдешь замену.

Мэрис покачал головой:

– Не в обиде птичка, – хмыкнул вампир, – залетай, если что.

Я кивнула и пошла к выходу, чувствуя на себе вычисляющий взгляд.

– Мила, – окликнул меня Корвас, я развернулась, – был еще один, – сказал он медленно словно решал говорить мне об этом или нет, – Но подходил не ко мне, а к Стешке. Богатенький, это видно, по одежде, лицо под личиной, хорошей личиной, если бы не артефакт, – Мэрис показал на свою руку с кольцом, – я бы не понял, что он в иллюзии. Так вот, он подкатил к Стешке, но все время спрашивал о тебе, потом они укатили на его машине. А вот машина по сравнению с одеждой очень дешевая, почти колымага. Это странно птичка, я поздно стал об этом размышлять и теперь переживаю о Стешке. Дура она, но я к ней привык.

– Надеюсь, что с ней все будет хорошо, – сказала я Корвасу и нахмурилась, и спасибо, что рассказал, буду на стрёме.

– Бывай, – бывший шеф поднял руку и махнул, прощаясь.

Я вышла из бара и оглянулась. Мой мотоцикл одиноко торчал на стоянке, я поторопилась к нему. Очень хотелось оказаться дома и немного перевести дух. Розалия прислала мне смску, что приедут они завтра, значит, сегодня я приведу себя в порядок и немного подумаю, как жить дальше. Мысль о Максе тут же привела к спазму в горле и приятной истоме по всему телу. Этот нобиль спас меня и в то же время испортил мне жизнь, и почему провиде́ние не послало мне истинного попроще.

Глава 17 Макс

Она меня бесила. Хотелось схватить ее за шею и склонить упрямую голову. Впервые я желал, чтобы девушка была со мной рядом после секса. Впервые я хотел засыпать и просыпаться с ней рядом, но оказался нагло послан. Ну ничего, я посмотрю, когда голод начнет ее терзать, приползет сама, как миленькая.

Я вдавил педаль газа до упора и гнал, как ненормальный, лишь звонок телефона отвлек меня от дороги. Пришлось сбавить скорость и ответить, надпись на дисплее не дала мне проигнорировать звонок. Отец.

– Здравствуй, – услышал холодный голос, – жду тебя дома через час.

Я еще пару секунд слушал громкие гудки, потом кинул телефон на соседнее сидение, скрежетнул зубами. Нужно успокоиться, я уже забыл, как сильны бывают эмоции, как легко можно выйти из себя, но наслаждался чувствами, даже отрицательными. Сразу вспоминаю Милу, ее сверкающие желтизной глаза, когда она хочет укусить. Запах ее тела, дурманящий сводящий с ума и лишающий сил сопротивляться. И почему она так упряма, нам же хорошо вместе, почему не жить рядом. Зачем ей работать, если я могу дать ей все, что она захочет.

Отец скорей всего узнал о моем отказе жениться на Дригассе. Нужно почитать законы об истинных, что там в нашем уставе сказано. Мила горда, и не захочет быть просто фавориткой. Хочу ли я жениться на ней? Она настоящая заноза в заднице, но я хочу жениться. Да я хочу, чтобы она была моей, чтобы никто не имел право касаться ее, смотреть на нее. А Фальеру я все равно пущу кровь, он не должен  поедать глазами мою занозу. Разговаривать с ней, смеяться…Замигал указатель бензина, показывая, что на нуле. Тут же завернул на бензоколонку, до гнезда не дотяну.

Дал карту заправщику, не выходя из машины. Наша заправка, семейный бизнес процветает. Может, мне станет интересно, и я пойду по стопам отца. Пока же в эти битвы в верхах меня не тянет.

– Я, конечно, извиняюсь, – сказал заправщик, и глаза его забегали, – но оплата по вашей карточке не проходит.

Я сначала не понял, о чем говорит этот низший, сердце от взрыва негодования застучало, как сумасшедшее, а когти и клыки сами по себе полезли наружу. Заправщик икнул, побледнел и что было силы побежал прочь в небольшой магазинчик при заправке. Я смотрел ему вслед и рычал. Отец сделал то, о чем всегда грозился, отрубил мне доступ к деньгам семьи, а я, как назло, свою карточку на которой лежали честно мною заработанные на гонках бабки, забыл дома.

– Рос, – сказал я в трубку, когда это засранец соизволили ее взять, – Я на пятой заправке, дуй сюда, захвати денег или карту, старик перекрыл мне доступ.

Рос, не подвел, приехал через полчаса улыбаясь во все клыки:

– Ты попал друг, твой папаша метал и рвал, когда Дригассы стали разрывать с ним все контракты. А чего ты ожидал? – сказал он, кинув мне свою карту, я передал ее подоспевшему заправщику, – Ты столько лет его игнорируешь, а тут еще сделку века срываешь.

– Наших денег хватит, чтобы Морны жили безбедно еще несколько веков. Зачем копить, если не тратить, – я реально был зол.

В нашей семье каждое поколение занимается своим делом. Прадед, насколько я знаю, разрабатывал шахты с золотом, дед занимался жемчугом, отец решил, что нефть даст лучшую прибыль и не прогадал, но я не собирался перенимать его дело. Почему он решил, что мне интересно то же что и ему? Я еще не определился со своим путем и имею право жить как хочу. Отец поступил со мной неправильно. К тому же он мог готовить наследником сына Алисии, как грозился.

У меня, как одного из Морнов есть начальный капитал, который лежал на счету банка, до момента пока я не решу начать свое дело. Это такой закон в нашей семье. Отец всеми силами хотел, чтобы эти деньги я вложил в его бизнес. Мне же это не интересно, поэтому я спокойно жил.Что теперь делать? Воевать с собственным отцом? Я еще не решил, чем заниматься, к чему меня тянет, а без нормального бизнес-плана, разработанного на пару лет, мои деньги из банка не выцапаешь. Предки в этом смысле были щепетильны. Взывать к ним, я тоже не решусь, никогда не знаешь, что у этих старых маразматиков на уме. Могу сделать хуже.  Пусть себе дальше будут подальше от меня.

Все семейство собирается лишь тогда, когда рождается новый Морн. Я их видел то один раз, когда Алисия родила своих близнецов. И больше такого желания не имею. Сила в них была огромная, она сминала мою волю, как бумажку и сгибала в поклоне. А я не привык никому кланяться.

Мне кажется, самый старший из дедов даже древнее нашего старейшины Мореро, но это не точно. Я познакомился только с двумя близкими, дедом и прадедом, хватило родственного общения. Я даже стал понимать отца и то, что на семейные праздники мы их не зовем. В связи с тем, что соблюдать тайну из существования вампиров  не нужно, теперь каждый из Морнов, если захочет, может жить в семейном гнезде. И слава всем богам, что такого желания у них не возникает. Хотя в усыпальнице стоит немало гробниц с телами предков и ходят слухи, что не все тела в них мертвы окончательной смертью. «Скелеты в шкафу» есть у всех вампирских семей.

– Как твоя заноза? – Рос сел рядом со мной, я очень хотел его послать, но пока решил, что его помощь не помешает.

– Ты со мной? – спросил его, игнорируя вопрос о Миле.

– Конечно, – Рос довольно оскалился в улыбке, – пропустить скандал века, да ни в жизнь. Буду потом своим потомкам рассказывать, как развалилось гнездо Морнов.

– Размечтался, – как всегда, шутки Роса меня веселили и давали взглянуть на мир с другой точки зрения, – я просто его выслушаю и пошлю подальше. – Так как заноза, – не успокаивался Рос, – может, плюнешь на эту истинность и завалимся в «Дикие волшебницы» там новые цыпочки, даже фейри появилась. Если очень постараться, можно купить ее кровь, – Рос облизнулся, глаза его блеснули.

– Ты неисправим, – хмыкнул я, – но мне это не интересно.

– Нужно сходить в темные кварталы и посмотреть тебя на приворот, может  это не истинность, – озабоченно сказал Рос, – И как теперь мне жить?! – возмутился он, – Я же буду бояться каждой новой девки. Не дай кровавый бог, она окажется истинной и перекроет мне доступ к другим вкусным телам.

Я усмехнулся, вопли Роса немного успокоили. Я даже перестал злиться на Милу. После разговора с отцом нужно ей позвонить. Она не привыкла быть вампиром и все еще мерит жизнь людскими мерами. А еще она не знает, что такое холод в груди, когда ничего не радует и жизнь становится скучной и гадкой. Она из человека перешла в вампира с истинной связью, и не заметила перехода. Для нее не было бесконечных часов голода, когда кровь кажется безвкусной и не насыщает. Не было желания убить всех, кто стоит рядом просто потому, что хочется ощущать адреналин в крови. А секс без эмоций, тупое занятие, где просто ждешь разрядки.

А я это помню, и мне все равно что Мила может выкинуть в следующий миг. Буду злиться с наслаждением, буду любить ее с безумством, потому что в ней заключена моя жизнь. Буду рядом, даже если она будет гнать меня прочь. В конце концов, впереди у нас вечность и рано или поздно она поймет, что лучше меня никого нет.

Думы об истинной заставили кровь быстрее бежать по венам, а горло сдавило от голода. Я чувствовал ее запах на моей одежде, ее вкус на своих губах и желание перекрыло все эмоции. Справиться с ним было очень тяжело. Я был готов развернуть машину и мчатся назад к своей занозе. Больших трудов стоило выровнять дыхание и взять себя в руки. – Морн, ты всегда был странным, – сказал Рос, – теперь вообще молчишь как истукан, уже пару минут, не отвечая на вопросы.

– С Милой все хорошо, – решил я все же ответить другу, – билансы ее легализировали и в Око на нее ничего нет. Кстати, как мое задание, выполнил.

Рос хмыкнул, и тут же полез в телефон:

– Конечно, я же не просто по барам бегал, я самый лучший в мире сыщик. Вот скидываю инфу тебе на сотовый, прими доки. Если кратко, ее нашли в возрасте десяти лет в лаборатории одного из вучон. Были такие раньше, думаю и сейчас есть, только лучше запрятаны. Там желали сделать из человеческих детишек супербойцов, внедряя в них модифицированные гены вампиров. Хорошо продвинулись в этом направлении. Того, кто держал лабораторию ни нашли. Были некоторые зацепки, но те оборвались. Вампир, который был под прицелом, полностью оправдался и даже работает теперь в Око.

Я нахмурился, от предчувствий  неприятно засосало под ложечкой.

– Удиви меня, – сказал я, выруливая на семейную стоянку, судя по автомобилям, вся семейка в сборе даже Алисия тут.

– Кристофер Норут, тебе о чем-то говорит? – спросил Рос.

– Это куратор Милы, – я скрипнул зубами, – ты подумал о том же что и я?

– Что он и есть тот самый ученый, – задумался Рос, – даже не знаю, в Око тоже не дураки сидят.

– Тогда мне нужна вся информация по семейке Норут, – сказал я.

– Ты думаешь, он кого-то прикрывает? – спросил Рос.

– Или его кто-то прикрывает, – покачал я головой.

Семья была в сборе, кроме них, тут присутствовали Дригассы. Им то что тут понадобилось? Я оглядел приемный зал, оформленный в темном готическом стиле. Мама превзошла себя, и обстановка показывала, что собрались тут хищники. Острые углы в мебели, темно-бордовый бархат в обивке, старинные гобелены, и состаренные канделябры по стенам. Приглушенный свет, хотя на улице еще день, но зашторенные тяжелыми портьерами окна, скрывали этот недостаток готического стиля.

– Всем привет, – вылез вперед Рос, – Что у нас сегодня на ужин?

– Росгард ты можешь быть свободен, тут семейный сбор, – холодно сказал отец.

Рос хмыкнул и хотел развернуться, но я задержал его за руку и посмотрел на отца:

– Я смотрю тут уже есть чужие, – мой взгляд перешёл на семью Дригассов, экс невеста прижала к груди руки, играя оскорбленную невинность, – так что Рос останется.

– Хорошо, – после некоторого молчания сказал отец и встал с дивана, на котором, остались сидеть мама и Алисия с мужем.

Надо сказать, сестра была бледна сильнее обычного, и ее взгляд мне не понравился. Раньше, еще до ее замужества мы могли понимать друг друга без слов, но потом она стала женой, а потом и матерью, ей было не до общения со мной. Я на неё злился. Даже у людей близнецы редкость, что ж говорить о вампирах. Так вот, лицо сестры выдавало  тревогу и немалую, отчего я тоже насторожился.

– Ты заблокировал мои карты и счета? – спросил я отца, когда сел на кресло, которое стояло не занятым, – решил, что я останусь без денег?

– Я хотел, чтобы ты приехал сюда, – разглядывая меня, сказал отец, – ты игнорируешь все мои пожелания Максимилиан, не хочешь принять мой бизнес и проживаешь бесполезную жизнь.

– Мы вампиры, отец, ты наверно перепутал нас с людьми, ау, – я помахал ему рукой, – Мы практически бессмертны, еще вагон времени. Кстати, у меня для вас хорошая новость. – Я не собирался скрывать, что у меня есть истинная.

– Это у меня есть что тебе сказать сын, – прервал меня отец. Рос, звякнул бутылкой из которой пополнял свой бокал, вот же ненасытный. Взгляды всех переключились на него, отчего он сразу отмахался:

– Не прерывайтесь, я тут с края посижу, – и занял неприметный стул возле оконных портьер с бокалом крови.

– Максимилиан ты вынудил меня к этому, – вдруг сказал отец и на меня сверху упала сверкающая сетка, ловушка, которая стягивалась с каждой секундой, не давая мне двигаться.

– Воу воу, полегче, что вы собираетесь делать? – чуть не подавился кровью Росгард.

– Марк, – отец кивнул зятю на Росгарда, который уже вскочил и бежал ко мне, – убери его отсюда.

– Вы зря это делаете, – пыхтел Рос, когда Марк скрутил его и тащил прочь из зала.

– Прошу тебя, – подала голос мама, – Себастьян, ты делаешь ошибку.

– Да, – кричал Рос, – вы делаете ошибку, – потом его голос затих, потому что Марк выкинул его из зала.

– Дорогая, ты сама видишь, что Максу мы не указ. Я не намерен ждать, когда он притащит к нам в дом нищенку из билансов.

Я все это время боролся с сеткой, сильная вещь, древняя, сделанная фейри для вампиров. Моя магия не смогла ее пережечь, а попытки выбраться приводили лишь к тому, что она сжималась, все сильнее сдавливая тело.

– Не пораньте мне зятя, – весело хмыкнул папаша Дригассе, – ему еще наследников делать.

Последнее, что я запомнил, прежде чем погрузится во тьму, бледное лицо сестры и губы, которые шептали, «прости».