Текст книги "Порочная связь (СИ)"
Автор книги: Лана Кроу
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)
– Я уверен, что Сандру, убил тот же, кто убил моего отца и меня… И ты, поможешь мне узнать ответы.
Глава 17
– С ума сошли? – шёпотом кричала я, чтобы не разбудить Джонатана.
Тогда Рейн начал спускать по лестнице, и я побежала за ним. Мы закрылись в гостиной.
– Вы хоть понимаете, о чем просите? Пробраться в морг и воскресить вашу мачеху?! Да это невыполнимо!
– У меня работает друг среди жандармов, он все сделает!
– Если вы подозреваете, что вашу мать убили, то требуйте некроманта! Они предоставят вам его.
– Не могу, Анна, я не знаю, кто убил. Когда отец умер, у него признали сердечный приступ. Почему? Он был еще молод, и Сандра точно в этом не участвовала, значит, кто-то свыше похлопотал.
– И вы думаете, кто-то свыше убил Сандру и вас? Но зачем ему это?
– Я сам очень хочу это узнать.
– Может вы кому-то перешли дорогу. У вас есть враги?
Рейн улыбнулся.
– У меня много врагов, Мышка, но никто из них не стал бы убивать мою мачеху. Я уверен, ее убийство выставят как самоубийство. Вот увидишь.
– Я не могу Рейн…
– Я знаю, что можешь.
Лорд взял мою руку и посмотрел в глаза. Как тяжело было находиться в такой близости с человеком, вызывающим у меня чувства, которые я еще не готова описать. И еще тяжелее понимать, что он тебя использует. Я прикусила губу и опустила взгляд.
– Сандра не была идеальным человеком, Мышка, но она была хорошей матерью и точно заслужила, чтобы ее убийцу наказали.
Я не могла отказать и не только из-за Рейна, меня переполняла жалость к маленькому лорду.
– Хорошо.
***
Анна раздражала меня. Я смотрел на нее в гостиной, и надеялся, что она откажется. Ну не может же она быть настолько глупой, чтобы рисковать своей жизнь ради мальчишки?
Я получил ответ на свой вопрос. Может! Я должен был радоваться, что все идет как нужно мне, но почему-то злился.
Если нас поймают и Анну выкинут к низшим, виноват буду я. Но какая мне разница? Почему меня беспокоит судьба деревенской простушки, которая порывается всем помогать.
Это меня и раздражало, и я мечтал вылить эту злость, но мне банально было не на кого.
Анну я не трогал, она и так нервничала и, выпив успокоительное, легла спать.
Софию посетил тот же лекарь, который осматривал Анну, и он тоже меня раздражал, но в перепалку со мной вступить не захотел. На мое замечание, что он полз сюда, словно у него вместо ног клешни, он лишь промолчал и продолжил осматривать бабушку.
София меня тоже раздражала, вместо того, чтобы отдыхать у себя в роскоши среди слуг, осталась здесь, чтобы надоедать мне.
Двадцать лет, которые я видел ее лишь мельком и вот она почувствовала свой долг и приехала.
Мне она не нужна. Я не переживал за нее, просто… Просто этот доктор раздражал. Поэтому я так внимательно следил за каждым его движением и словом.
– Сердечный приступ.
– Мы и без вас это поняли. Если вы сейчас посоветуете приложить к ней листик подорожника, я ничуть не удивлюсь.
Мужчина снова пропустил мои слова мимо ушей, он вытащил лист бумаги и написал состав для лечебного отвара.
– Вы позволите осмотреть мисс Анну? Как она себя чувствует?
Еще в прошлый раз я заметил его нездоровый интерес к Мышке и этот его вопрос окончательно вывел меня из себя.
– Не позволю.
В глазах мужчины появилось осуждение, смешанное со злостью. Оказывается, наш целитель не такой святой и сдержанный, коим хочет казаться.
– До свиданья, лорд Стентон.
– Надеюсь, мы больше не увидимся, мистер Лондж.
***
День прошел напряженно, а вечером я встретился со Стивом.
– Рейн Стэнтон, – прогорланил он, улыбаясь, – нашел свою Анну и забыл про старого друга? Ты так и не рассказал мне историю, с твоими похоронами. А я жду…
– Я с просьбой.
– Опять? – Стив выглядел обиженным, после войны мы редко виделись, ведь мы пошли по разным дорогам. Благородный служитель закона и любитель борделей не могут дружить.
Голос друга стал серьезным:
– В чем дело Рейн? Ты сам на себя не похож. Весь бледный и худой.
– Сандра умерла.
Стив подошел ближе и похлопал меня по плечу.
– Мне жаль…Ты держишься?
– Мне нужен доступ к ее телу, сегодня ночью.
Изумление на лице Стива было сложно передать.
– Это еще зачем?
Я не собирался врать другу и выдал как есть:
– Я приведу некроманта, и мы воскресим Сандру. Я подозреваю, что ее смерть связана с моим убийством. Возможно она сможет вспомнить последние часы своей жизни и назвать убийцу…
– Тогда сделаем все официально.
– Нет. Стив, я думаю, в этом замешан кто-то из высших.
– Чушь…
– Поверь мне.
– Кому из высших ты мог перейти дорогу, Рейн? Да им мы безразличны! Даже если мы поубиваем друг друга.
Скептицизм друга был предсказуем.
– Не я – отец, и я представления не имею кому. Пожалуйста, Стив, ну что тебе стоит?
Посмотрел на друга, и он, соглашаясь, вздохнул.
– Полчаса, Рейн, и под моим присмотром.
В этот вечер я возвращался домой пешком. Из-за Джонатана воспоминания накрыли и меня, я впервые искренне сочувствовал мальчишке.
Моя мама умерла, когда мне было четыре. Отец говорил, что она заболела…Я был уверен, что именно он убил ее.
Я помнил ее волосы, цвета шоколада и красивое лицо, и глаза такие же как у Рейна, но большие, добрые и любящие. Глаза, в которых всегда светилась любовь. Она читала мне сказки на ночь и каждый день водила в город.
Помню, как ей было тяжело, мама была Сукубом и прохожие часто тыкали в нее пальцем. Лидия Стентон – низшая, проститутка, которая магией приворожила лорда!
Обвинения сыпались на каждом углу. Но она была доброй, и помогала даже тем людям, которые говорили гадости за ее спиной.
Когда отец женился на моей матери, он безумно ее любил, настолько, что был готов отпустить высший свет. Но спустя всего пару лет его любовь остыла. Приглашения на званые вечера приходили все реже, а слухи звучали все чаще.
Высший свет не принял мою мать, и тогда отец тоже перестал ее принимать. Все унижения начались еще при ее жизни, когда он запретил ей выходить из имения. А она, любившая его до смерти, стала гулять в нашем саду в летней резиденции.
Моя мама любила розы, птиц и меня. Она пела так сладко, словно сама была птицей, и я мог слушать ее песни часами. Ее кончина стала ударом для меня и изменила жизнь, разделив ее на до и после.
Она была самой доброй и искренней женщиной, что мне доводилось знать. Ее не интересовал ни высший свет, ни их сплетни, и она была готова помочь каждому, кому могла.
Сейчас ее нет, и я четко усвоил, что такие люди не живут долго. Я видел это на войне. Люди со светлой душой и добрыми помыслами рождаются редко и только для того, чтобы посеять в наших душах частички надежды, что жизнь не такое дерьмо, как нам кажется. А потом они уходят, навсегда, оставив после себя лишь воспоминания, голос и добрую улыбку.
Глупая Мышка еще не понимает это, но настанет время, и в ответ на свою доброту она познает предательство, ложь и корысть.
Глава 18
Я ненавидела спать днем, потому что вечером сложно вставать и болит голова. Но это был единственный выход успокоиться, проснувшись я первым делом узнала у Генри, как себя чувствует леди София и Джонатан.
Оказалось, что бабушка лорда чувствует себя лучше, но вставать с кровати пока не может, маленький лорд и вовсе до сих пор спит.
Я постучала в дверь покоев леди.
– Входите, – услышала я слабый голос Софии.
Я вошла и села на стул рядом с кроватью.
– Как вы?
Она взяла меня за руку и крепко ее сжала.
– Анна, я так виновата! Послушай меня, умоляю. Иначе даже на том свете моя душа не найдет покоя.
– Вам еще далеко до того света, – постаралась успокоить Софию я, но она только крепче сжала мою руку и из глаз потекли слезы. – Вам нельзя волноваться! Я схожу за успокоительными каплями.
– Нет. Послушай, Анна, Рейн, он не виноват ни в чем… Это я виновата.
– Не говорите так, – смотреть на сломленную женщину было одновременно страшно и больно, и я не знала, что должна сказать ей.
– Я бросила его. Он был таким хорошим ребенком. Маленький такой, ангелочек с каштановыми волосами, и ярко-зелеными глазами. Он был добрый и открытый, верил во все, что я ему говорила, а я бросила его.
Софию затрясло, и я все-таки смогла вырвать свою руку из ее хватки и взять капли успокоительного со стола.
– Вы должны успокоиться.
Я накапала несколько капель в ложечку и поднесла к ее лицу, но леди лишь отвернулась.
– Когда его мать умерла, мой сын, Артур, запер Рейна. Он не разрешал ему выходить из дома, стеснялся его. Я старалась баловать мальчика, приносила ему сладости и новые игрушки, но Артур, он прогнал меня и запретил мне видеться с внуком. Я должна была бороться, должна была помочь моему ангелу. Но я сдалась. Я так виновата. Если бы вы видели, как уходила последний раз, Анна! Он цеплялся за подол моего платья, плакал и умолял, чтобы я не оставляла его. А я ушла...
Сколько боли и страданий отразилось на морщинистом лице, которое было залито слезами.
– Ради Боги, леди София, выпейте настойку.
– Не бросай его, Анна. Он совсем один с Джонатаном, не справится.
– Он не будет один, у него есть вы и Генри.
– Он не справится. Я вижу, как он угасает. Он живой лишь когда вы рядом с ним.
София снова взяла меня за левую руку, пока правой я держала ложечку с настойкой.
– Обещайте, что не бросите его!
По моему лицу уже текли слезы. Слишком тяжелый рассказ для меня, слишком слабая София.
– Умоляю, выпейте отвар.
София наконец приняла от меня свое лекарство.
– Анна, не бросайте нас, не бросайте Рейна.
Тяжело произнесла леди, с закрытыми глазами, а после уснула.
Я села в кресло, и обхватила руку Софии правой рукой. По моим щекам текли слезы и лишь тепло от руки этой женщины, успокаивало меня. Так я просидела около полчаса, прежде чем взяла себя в руки.
Как много боли в стенах этого дома.
Я вышла из покоев леди и направилась в уборную.
– Мисс Анна, – окликнул меня Генри, и увидев мое состояние продолжил, – накапать вам успокоительных капель, чтобы вы уснули.
– Благодарю, не нужно.
На самом деле я бы с удовольствием выпила успокоительное и уснула, но Рейн нуждался в помощи.
Я зашла в уборную и решила помыться. Сняла с себя все грязное и набрав теплой воды, залезла в ванную.
Лежа в теплой воде, я думала над всем, что произошло со мной за последние несколько дней. Это должен был быть лучший год в моей жизни, а вместо этого я получила столько испытаний.
Еще днем я хотела уйти в общежитие, а сейчас была уверена, что должна остаться. Кто-то должен помогать Генри и ухаживать за Софией и Джонатаном. Я не могла бросить их в такой сложной ситуации.
Даже на минуту не задумалась, чтобы уйти, ведь я бы не смогла простить себе такой поступок.
Так нельзя. Когда я была маленькой, и отец ушел от нас, матушка думала, что мы умрем с голода.
Три ребенка и одна слабая женщина. Мы бы и умерли, если бы не добрые люди из нашей деревни.
Матушку приняли на работу и обучили, а соседняя бабушка сидела с нами. Только благодаря доброте этих людей мы смогли выжить.
Однажды моя сестра сильно заболела и у матери не было денег вылечить ее. У нас были деньги только на еду, но на дорогостоящие лекарства и оплату лекаря не хватало. Афа и многие жители нашей деревни отдали последнее в тот день, чтобы мама могла оплатить лекарства.
– Если мы не поможем, то что мы за люди такие? – говорила Афа, когда мама рыдала, целуя ее руки. Быть человеком – значит быть человечным, значит помогать нуждающимся.
Поэтому я не могла поступить иначе.
***
Генри был талантливейшим дворецким. Пока я лежала в ванне, он успел забрать мои вещи из спальни и положить на их место свёрток.
Выходить голой и ругать дворецкого не хотелось и сама по себе забота, хоть и неуместная, в такие тяжелые времена не должна караться.
Одевшись, я вышла и встретила Генри, который предложил мне поздний ужин.
– У меня нет аппетита, – честно сказала я.
– Джонатан вас очень ждет, – умоляюще сказал он, и я, не раздумывая, пошла в обеденный зал. Сегодня ужинали мы вдвоем: я и маленький разбитый мальчик.
– Ты должен кушать.
– Бабушка выздоровеет? – спросил он совсем слабым, сорвавшимся от плача голосом.
– Обязательно выздоровеет. Но она очень расстроится, если ты не будешь кушать.
– Анна, вы не бросите нас?
Этот взгляд искренних больших детских глаз.
– Не брошу.
– Обещаете?
– Только если ты будешь кушать.
Джонатан опустил взгляд в тарелку.
– Я не могу кушать, мисс Анна, мне так грустно.
Я отложила ложку, встала и подошла к мальчику, прижав его к себе.
Он не обнимал меня в ответ, но и не отталкивал.
– Только Рейн может понять меня, ведь он до сих пор страдает.
– Рейн страдает? – как-то отстраненно спросила я, когда почувствовала детские слезы.
– Он скучает по своей маме. Он сказал, что нужно быть сильным, чтоб научиться говорить о своей боли, а он слишком слабый и поэтому молчит.
Я сжала ребенка крепче.
– Я хочу спать, мисс Анна.
Я посмотрела на этого маленького, но уже совсем взрослого ребенка.
– Иди.
Мальчик спрыгнул со стула и вместе с Генри пошел в свои покои.
А я продолжила сидеть и смотреть в свою тарелку.
– Анна, ты готова?
Услышать голос Рейна было неожиданным, и я повернула голову, до сих пор не веря, что вижу его перед собой.
– Анна?
Я встала со стула, подошла к лорду и обняла его.
– Мне очень жаль, – произнесла я. – Я хочу вам помочь, всем, чем смогу.
Рейн молчал. Мы простояли так несколько секунд, прежде чем он снял мои руки со своих плеч.
– Нужно идти.
Он развернулся и последовал к выходу, а я за ним.
***
Морг не лучшее место даже днем, а ночью оно выглядит особенно зловеще. Я бы испугалась пару лет назад, да что там, даже пару дней назад, но после того, как я тащила гроб Рейна на поле, это место уже не казалось таким пугающим.
В компании лорда мы подошли к зданию, где нас встретил красивый, подтянутый блондин в плаще.
– Стив Ирвин, а вы должно быть мисс Анна?
– Приятно познакомится, – вяло сказала я.
– Теперь мне понятно, отчего Рейн искал вас.
Он слабо улыбнулся, осмотрев меня с ног до головы, от чего Рейн крепче сжал мою руку.
– Ты долго будешь болтать? – раздраженно спросил лорд.
Раздражение было любимым чувством шатена.
Мы все прошли внутрь и направились по длинному коридору. Одну из комнат Стив открыл ключом и впустил нас. В нос сразу ударил резкий запах формальдегида для омовения мертвецов.
На столе лежала женщина, очень необычной красоты. У нее были черные волосы, которые вились локонами и темная кожа, которая и теперь не утратила гладкость; аккуратные черты лица. И хотя она уже много часов была мертва, было очевидно, что при жизни она была великолепна. Должно быть, она была южанкой, только этим можно было объяснить такой типаж – красота ее была необыкновенной.
– Можете приступать, – произнес Ирвин, и я только тогда поняла, что молодая женщина, лежащая на столе, была мачехой Рейна.
– Такая молодая, – с грустью сказала я, от чего Рейн только фыркнул.
Я достала из сумки остаток трав, от прошлого ритуала и разложила их вокруг тела. После начертила символы.
Я очень надеялась, что у меня получится. Произнесла заклинание и почувствовала мощный отток силы – я ощутила Сандру. Слышала, что такое бывает, когда мертвец очень хочет поговорить и тебе удается правильно поймать связывающую с ним нить.
Эта нить становилась толще, а силы уходили быстрее. Я покачнулась в сторону и меня подхватил Рейн.
– Анна?
– Рейн, – послышался шепот со стола и последним, что я увидела, была Сандра, которая пытались встать.
Я потеряла слишком много сил, и сознание пожелало отдохнуть, увлекая меня во тьму.
Глава 19
– У нее магическое истощение, – пояснил я Стиву. – Сможешь помочь?
Друг кивнул, и я положил Анну на пол, дав к ней доступ Стиву. Он обладал магией и мог исцелять, а вот я таким похвастать, увы, не мог.
– Рейн, – снова повторила Сандра и я подошел к мачехе ближе.
– Кто убил тебя?
Сандра грустно замотала головой.
– Я не знаю.
– Не знаешь?
– Я не помню, как умерла.
Это было знакомым, я тоже не помнил. Я слышал, что среди некромантов это частый случай. Сознание стирает из нашей памяти момент, когда мы умерли.
– Я была с мужчиной, – грустно продолжила Сандра. – Он клялся в любви. Красив, богат и статен.
– Как его зовут?
– Генри, но я думаю это не настоящее имя.
– И как он выглядел.
– Высокий, с бородой и серыми глазами. Он говорил, что занимает высокую должность и не хочет, чтобы мы афишировали отношения. Поэтому мы встречались тайком.
Мы со Стивом переглянулись.
– Рейн, прошу, позаботься о Джонатане, ты ведь знаешь, что у нас никого больше нет. Я так ждала, что ты придешь, я не могу отойти в мир иной, зная, что мой мальчик совсем один…
Сандра посмотрела на меня с мольбой, но я бы и так не бросил сводного брата.
– Обещаю, я присмотрю за ним, до его взросления.
Мертвые глаза женщины наполнились печалью.
– Передай ему, что я его люблю и всегда буду рядом.
– Передам.
– Тогда, я могу быть спокойна.
С этими словами тело Сандры преобразилось, и на ее устах заиграла последняя улыбка, потом бессмертный дух покинул свое пристанище.
Моя мачеха ушла, самостоятельно, она получила то, что держало ее дух рядом с телом. Теперь она может быть упокоена.
– Думаешь, кто-то из жандармов? – нарушил тишину Стив. Я подошёл к Мышке и поднял ее на руках.
– Думаю, намного выше.
– Насколько высоко?
– Я собираюсь посетить следующий бал у короля.
***
Проснулась я от очень тонкого голоса, который что-то бубнил не останавливалась. Открыв глаза, я увидела худого, маленького мужчина, который что-то записывал на бумажку.
– Купите это в лавке мисс Ронит. Довести себя до такого состояния, в такие годы.
Я пыталась подняться и встретила строгий взгляд зеленых глаз. У нас получилось? Кто разорвал мою связь с его мачехой? Что сказала Сандра? Куча вопросов, которые я не могла задать в присутствие целителя.
– Как вы себя чувствуете? – задал вопрос мужчина.
– Уже намного лучше, спасибо.
– Когда я в ваши годы учился, я тоже уставал, но умел контролировать…
– Мы все поняли, – резко перебил мужчину Рейн.
Целитель посмотрел на лорда осуждающе.
– И манеры у меня были намного лучше, – закончил мужчина, положил листок с рецептом на прикроватную тумбочку и вышел.
– Расскажите мне, что вчера было?
Я сгорала от любопытства.
– Сандра подтвердила мою догадку, скорее всего ее убили.
– Кто разорвал связь?
– Она сама…упокоилась.
Такое тоже бывает, иногда духи уходят сами, а иногда даже не приходят на зов самого опытного некроманта.
– У вас есть подозреваемые?
Рейн кивнул.
– И кто?
Мой вопрос был бестактным и Рейн вместо того, чтобы ответить наполнил стакан водой и подал его мне. Пить хотелось жутко, но это не усыпило мою бдительность.
– Так кто? – повторила вопрос я.
Рейн приподнял бровь.
– Никого определенного, но я уверен он из высших.
Я жадно осушила бокал и Рейн, взяв его из моих рук, снова его наполнил.
– Тебе нужно готовиться.
– Готовиться?
– Послезавтра бал у короля, и ты будешь моей спутницей.
Услышав данные новости, я подавилась водой.
– Но я… – я тщательно подбирала слова, чтобы себя не оскорбить. «Но я деревенщина, лорд Рейн, я не умею танцевать, не умею пользоваться столовыми приборами согласно этикету, я даже приседать в реверансе не умею. Я и подумать не могла, что придется отправляться на бал, к королю!»
Казалось балы канули в лету. Сейчас было больше принято устраивать званые вечера, балы мог позволить только король.
– Ну… – оторвал меня от мыслей Рейн.
– Но я не готова к королю… Да и как вы меня представите?
– Моей невестой.
Улыбка окрасила лицо Рейна.
– Я не согласна.
– Фиктивная помолвка.
– Лорд Рейн…
– Вы сами мне говорили, что готовы помочь. Раз так, то помогайте. Отдыхайте, Анна, а мне нужно в морг на опознание тела.
Рейн направился к двери.
– Подождите! – крикнула я в след уходящему Рейну, но он даже и не думал останавливаться. А я ведь хотела узнать, как себя чувствуют леди София и Джонатан.
Набравшись сил, я встала с кровати и направилась на поиски Генри. Искать долго не пришлось, ведь мы с дворецким столкнулись в дверях.
– Мисс Анна, лорд велел вам лежать.
Генри строго посмотрел на меня, и я ретировалась в кровать.
– Я хотела узнать, как себя чувствуют Джонатан и леди София.
– Леди София идет на поправку. Лорд Джонатан чувствует себя приемлемо, он также осведомлялся о вашем состояние. Я пришел узнать о вашем самочувствие и оповестить, что скоро будет завтрак.
Ответы Генри были сухими, но других, пока ни поправлюсь, я не получу. Придется пролежать весь день в кровати, но как только наступит ночь и меня перестанут держать в постели, вытрясу все ответы из Рейна.
***
До осени оставалось еще пять дней, а погода уже была прохладной. Дул холодный ветер и моросил дождь, стекая каплями по стеклу крытого экипажа. Должно быть, от этого я чувствовал себя с каждым удаляющимся от дома метром все хуже. Мне хотелось верить, что мое состояние результат мерзкой погоды, а не влияние расстояния на нашу с Анной связь.
Мы расставались с ней всего пару раз, один я чуть не лишился руки, а второй – я навещал Стива и чувствовал себя вполне нормально.
Кости ломило, и я чувствовал холод, который не чувствовал даже на фронте. Мы спали на холодной земле, жили под открытым небом, воевали и в дождь и в снег, но я никогда так сильно не мерз.
Когда экипаж, наконец, остановился, я обрадовался возможности вздохнуть полной грудью и пройтись, в надежде согреться.
Я пришел в назначенное время, поэтому на входе меня уже ждать.
– Лорд Стентон, – поприветствовал меня мужчина лет тридцать пяти, – мое имя Жак Ронс, я главный жандарм, на участке, где мы нашли тело вашей мачехи.
Я кивнул в знак того, что информацию понял. И мужчина пригласил меня следовать за ним.
Я уже знал куда идти и тогда мы вошли в комнату, точно знал, что на столе будет труп моей мачехи. Играть удивление не стал, никогда не любил притворяться.
– Вы подтверждаете, что перед вами Сандра Стентон.
– Да, подтверждаю.
Жак был доволен моим ответом, он достал свои бумаги протянул их мне.
– По нашим данным, ваша мачеха сбросилась с обрыва.
Я тщательно просмотрел бумаги, по которым я должен был согласиться с версией самоубийства.
– Я не думаю, что это самоубийство.
Посмотрел на жандарма, тот был спокоен.
– При всем моем к вам уважение, вами управляет горе.
– Похоже, что я горюю? – я улыбнулся и Жака передернуло.
– Все переживают потерю близкого по-разному.
– Мы не были близки. Сандра была высокомерной шлюхой. Но не была склонна к меланхолии, тем более самоубийству. Я настаиваю на дополнительном расследовании.
Мужчина вздохнул так, словно я его утомил.
– Тут каждый второй так настаивает. Если вы не подпишете бумаги, это сделают ваши слуги, служившие леди Стентон.
Жак улыбнулся, и я почувствовал насколько гнилая сущность у этого человека.
Я кинул бумаги на стол.
– Тогда, желаю вам удачи с их поисками.
– Всенепременно, – кинул мне в след мужчина, когда я отправился на выход. Руки ужасно болели, я бы все равно не удержал ручку. Да и облегчать работу этому уроду я не хотел. Пусть допрашивает слуг.
А я начну поиски таинственного убийцы, которому моя семья перешла дорогу. И начну я с бала у короля, там собираются самовлюбленные лицемеры, что готовы вгрызаться в глотки, чтобы доказать голубизну своей крови.
Решение взять Анну было правильным, окончательно я это понял, когда вошел в дом и весь холод и боль отступили.
Глава 20
Весь вечер бдительный дворецкий не выпускал меня из покоев и мне пришлось дождаться, пока весь дом уснет, и я смогу поговорить с Рейном.
Я знала, что лорд уже пришел, видела экипаж. Осталось лишь выбраться из комнаты.
Когда шаги Генри окончательно перестали звучать по всему дому, я встала с кровати и отправилась в гостиную.
Рейн, как всегда, сидел в окружение бутылок и смотрел на огонь.
– Добрый вечер, – поприветствовала я лорда. Тот окинул меня туманным взглядом и снова повернулся к камину.
Я подошла ко второму креслу, которое стояло рядом с тем, на котором сидел Рейн, и присела.
– Вы узнали что-то новое?
Рейн, поставил стакан и снял перчатку. Странно, что я сразу не заметила, что лорд снова их носит.
Его левая рука выглядел намного хуже, чем утром.
– Я вылечу, – вызвалась я и наклонилась над рукой, но Рейн спрятал ее от меня.
– Это не поможет, Анна.
– Поможет.
– И насколько долго?
– Вы сможете нанять для себя персонального некроманта.
– Он не сможет меня излечить.
Рейн снова натянул перчатку и взял бутылку. Он наполнил свой бокал и осушил его одним залпом.
– Вы не должны сдаваться, – пыталась подбодрить я лорда.
Рейн вскинул бровь и насмешливо хмыкнул:
– Я не сдаюсь, Анна…
Он встал с кресла и, подойдя, склонился прямо надо мной.
– Если бы я только могла вам помочь.
– И ты можешь.
Рейн заправил мне локон за ухо и от этого легкого прикосновения его руки по моему телу прошлась приятная волна мурашек. Место, до которого он так невинно дотронулся, начало гореть. Он наклонился еще ближе и мое сознание заставило вжаться меня в самую глубь кресла.
– Анна, – прошептал он мне на ухо, – зачем прятать свои желания, мы можем дать друг другу то, что хотим.
– Я хочу спать, – полушёпотом сказала я, не знаю почему я так понизила голос. Такое близкое присутствие Рейна делало со мной что-то, что не поддавалось объяснению. Даже от его шёпота я плавилась и мне хотелось податься вперед к красиво очерченным губам.
– Ты маленькая врушка, Мышка. Я чувствую твою энергию… Ты хочешь меня не меньше, чем я тебя.
Шепот на ухо сменили нежные поцелуи в области шеи. И в этот момент я забыла, как дышать.
Рейн оторвался от моей шеи и мягко поцеловал меня в губы. Этот поцелуй был такой нежный и невероятный, что мне захотелось сильнее почувствовать тепло его тела. В голове замелькали картинки и чувства, которые хотела забыть: то, как Рейн вошел в меня в амбаре, как жадно целовал и волна удовольствия, которая была одна на двоих.
Возбуждение разлилось по всему телу и сконцентрировалось в низу живота. Я жадно поглощала каждый нежный поцелуй Рейна и подалась вперед, чтобы ответить ему со всей страстью, но лорд отстранился.
– Сладких снов, мисс Анна, я буду ждать ваш ответ, – сказал он, хриплым голосом, целуя мою руку.
Я встала, как в тумане, и направилась в свои покои. Поверить не могу, что я так себя вела. Рейн сделал это специально, тонкий расчет. Но он сработал и в моей души зародились сомнения. Использовал ли он силу? Я боялась узнать ответ на этот вопрос, ведь он окончательно расставит все по местам.
***
Как только Анна скрылась, я снова снял перчатку и посмотрел на руку. Она была абсолютно нормальной.
На моих губах заиграла улыбка. Анна была неопытной и очень податливой девушкой, с ней будет проще, чем я думал.
Я устал ждать ее решения, и знаю, что могу дать ей то, что вскружит голову. То, что заставляло бросаться в мои объятья даже самых непреступных красавиц света. Я могу заставить ее кричать от удовольствия, могу делать то, что не сделает с ней никто другой. То, что в высшем свете назовут порочным и постыдным. Я знаю ее слабости, чувствую их, этого достаточно, даже без демонической силы.
***
Этот день начался совершенно не так, как обычно. Я проснулась от большого количества голосов и совершенно была не готова, что в мою комнату войдут сразу три улыбающиеся девушки во главе с Рейном.
Я притянула одеяло и посмотрела на довольного лорда.
– Успеете? – спросил он и одна из девушек кивнула.
– Лорд Стентон… – только и успела сказать я, вслед уходящему шатену.
Затем внимательно посмотрела на трех красавиц. У всех идеальные черты лица и светлые кудри. Они были безумно похожи, и сразу становилось ясно, что они сестры.
Было несколько отличительных черты: у одной была родинка над губой, та самая мушка, сводящая с ума всех мужчина высшего света; у других двух был разный цвет глаз – у одной они были темно-карие, а у другой ярко-голубые.
– Мисс Анна, меня зовут Анжелика, а это мои сестры – Жозефина и Аннета, – представила всех девушка с родинкой. Я кивнула, толком не понимая, что они от меня хотят. – Вы должны встать, чтобы мы могли снять мерки.
– Мерки? – кажется, мое сознание окончательно перестало понимать происходящее, и я еще ближе притянула одеяло.
– Ну, на бал короля нельзя явиться абы как! – возмутилась голубоглазая. – Необходим специальный наряд, нам и так предстоит ночь работы, чтобы ушить одно из платьев на вас!
Я медленно встала, прикрывая одеялом остаток своего достоинства и направилась на поиски Рейна.
– Мисс Анна, – поприветствовал меня Генри, осмотрев мой наряд из одеяла.
– Где лорд Рейн? – спросила я, стараясь оставаться спокойной.
Генри на вопрос не ответил, так как шатен сам появился в холле.
– Почему с тебя не снимают мерки? – раздраженно спросил он.
– Почему вы меня не слышите. Я не могу к Королю!
– Ты пойдешь со мной.
– Исключено! – зло прошипела я, поймав взгляд трех блондинок, что вышли из комнаты и наблюдали нашу с Рейном перепалку.
Рейн схватил меня за руку и оттащил в гостиную. Я еле поспевала за ним, кое-как перебирая ногами, путавшимися в одеяле, которое с трудом придерживала свободной рукой.
– Анна, наша связь нестабильна. – Рейн снова снял перчатку и показал совершенно здоровую руку. – И я не хочу, чтобы на балу короля меня скрутило от боли. Вы предлагали помощь. Так помогайте.
Его взгляд стал строгим, и я устыдилась своей выходки.
– Но я не знаю этикет, – в оправдание пропищала я.
– Я его не соблюдаю, мы вдвоем точно произведем фурор, – сказал Рейн, подталкивая меня к выходу из гостиной. – С вас нужно снять мерки, Анна.
– Лорд Рейн?
– Ну что еще? – как-то мученически произнёс шатен.
Если Рейн так боится отпускать меня далеко, то как же я буду учиться?
– У меня послезавтра учебное собрание. И я обязана там быть.
– Пропустишь пару дней…
– Нет! – жестко сказала я.
Стоит только вспомнить, как я намучилась ради поступления. Пропускать и дня я не намерена.
– Я пойду с вами на бал, а вы со мной на собрание.
Рейн удивленно улыбнулся. Шантажировать я не умела. Я бы в любом случае пошла с ним на бал, чтобы помочь, но стоило хотя бы попытаться.
– Хорошо, Анна, – как-то уж слишком быстро согласился лорд. – А теперь идите снимать мерки.
Довольная, придерживая свое одеяло, словно благородная дама платье, я направилась к трем девушкам, которые перешёптывались, стоя на лестнице.
Это будет сумасшедший день, как и вся жизнь в этом доме.
Глава 21
Казалось, снять мерки – это работа минут на двадцать, но нет. Я не просто стояла, девушки снимали мерки, когда я ходила, сидела, дышала и не дышала. Когда Жозефина сказала, что они сняли мерки, я подумала, что на мне нет и миллиметра, который бы они не измерили.
Мы начали подбирать цвет и фасон. Карминный или красный? Голубой или бирюзовый? На это ушла еще пара часов, после которых девушки наконец попрощались и довольные ушли из моей комнаты.
