Текст книги "Отель "У ведьмы", или ведьмы замуж не выходят! (СИ)"

Автор книги: Ксения Власова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Сердце болезненно сжалось при воспоминании о бывшем, и я торопливо отвела взгляд, уставившись на струи воды в фонтане.

– Сейчас не могу, но попозже – непременно, – пообещал Коул. – Нам все равно придется с тобой проводить как можно больше времени. Даже если ты не хочешь использовать эффект от резонирующей магии, близость ведьмака сыграет тебе на руку.

Я не успела ответить. До меня донесся шум, будто кто-то решил разнести мой отель по кирпичику. Дверь черного входа распахнулась и из проема вывалился один из близнецов. Покрутив головой, он увидел меня и замахал руками:

– Госпожа Офа! Скорее!

ГЛАВА 9

Я испуганно дернулась в сторону парня, на ходу перебирая варианты. Боже, что там стряслось: извержение вулкана, местная экологическая катастрофа, нашествие инопланетных тараканов? Может, петух каким-то образом превратился обратно в человека и теперь бьет посуду в качестве вендетты? Или Фандор сцепился со своим любимым врагом в страстном поединке на шпагах? Кровь, конечно, в отеле никто не прольет, но нервы потреплют, не без этого.

На мое запястье легла ладонь Коула.

– Спокойно, – проговорил он и ободряюще сжал мою руку. По коже тут же побежали мурашки. – Не случилось ничего, с чем бы ты не справилась. Ты теперь ведьма, не забывай об этом.

Я вскинула глаза на Коула и судорожно сглотнула. Было в его взгляде, в притаившейся на губах улыбке, в интонации и даже в самом жесте что-то такое, что заставило меня решительно расправить плечи и кивнуть с таким достоинством, которое, как я подозреваю, одобрили бы особы королевского дома.

На мгновение мелькнула мысль попросить Коула о помощи, но она тут же исчезла. Я же теперь и правда ведьма. Да и отель – моя головная боль. Я справлюсь! Хотя бы из желания доказать себе и окружающим, что мне это по плечу.

Наверное, на меня сильное впечатление произвели ведьмы – независимые, смелые, раскрепощенные. На их фоне хотелось и самой быть не хуже.

Не зря говорят, что сильный коллектив вытягивает даже самого слабого сотрудника.

– Что случилось? – строго спросила я близнеца и интуитивно бросила: – Шандор, да?

– Да, госпожа Офа, – подтвердил тот и расплылся в неуместной улыбке. – А вы нас уже различаете? Быстро вы!

Коул фыркнул, но как-то уязвленно. До меня донеслось его ироничное:

– Ну она же спит с вами…

Отреагировать на эту то ли шпильку, то ли простую констатацию факта я не успела.

– Родственники Бель нагрянули! – выдохнул Шандор. – Требуют выдать им беглянку.

Я выругалась сквозь зубы и попыталась осторожно освободить руку, которую все еще держал Коул. От его прикосновения по телу разливалось приятное, немного томное тепло.

Последний раз я такое чувствовала, когда в четырнадцать впервые влюбилась – безответно, как и полагается. Помнится, тогда у меня подкашивались колени от чисто цветаевского «случайно соприкоснулись руками».

– Нужна помощь? – ровно спросил Коул и разжал пальцы. Кончики его ногтей чуть царапнули мою кожу, и я меня окатило разочарованием. – Я могу вмешаться.

– Нет, – я покачала головой. – Я сама, но спасибо за предложение.

Коул чуть сощурился, но, впрочем, спорить не стал. Достав кольцо-портал, он окинул оценивающим, немного пугающим взглядом Шандора, а затем коротко бросил:

– До завтра, Офа! Всего хорошего, любовник номер два.

– До свидания, господин ведьмак.

Вспышка света озарила сад и унесла с собой Коула в неизвестном направлении. Шандор с облегчением выдохнул:

– У меня чувство, будто я ему не нравлюсь.

– Кому?

– Ведьмаку вашему. У меня чуйка на такие дела.

Я закатила глаза. По моему опыту, все эти чуйки – вещи сомнительного толка, в большинстве своем основанные на своих и чужих комплексах. Пока человек тебе в лицо не скажет, что терпеть тебя не может, можно особо не заморачиваться.

– Ладно, забудь, – отмахнулась я и зашагала в сторону черного входа. – Кстати, ведьмак не мой. Что там с родственниками нашей невесты?

– Ну, не зна-а-аю, – протянул Шандор и торопливо устремился за мной. – Он так на вас смотрит…

– Как?

– Как человек с аллергией на конфеты. Знает, что ему будет плохо, и потому сдерживается.

Я, застигнутая врасплох столь поэтичной формулировкой, едва не растянулась на пороге. Хорошо, что Шандор вовремя поймал меня, не дав клюнуть носом в пол.

Собственная неуклюжесть так разозлила, что я вдруг перешла на армейский тон.

– Так, отставить все разговорчики про ведьмака и конфеты! – рявкнула я. – Еще раз услышу… Заставлю кухню отмывать зубной щеткой!

Шандор тут же вытянулся по струнке и разве что честь не отдал. Хорошо, что не отдал, а то ведь он по-прежнему держал меня за талию. Уронил бы к чертям собачьим!

Я выпуталась из его объятий и вплыла в холл с административной стойкой в самом что ни на есть боевом настроении. Перед стойкой, за которой стоял Фандор и демонстративно поигрывал искрой на пальцах, собралась целая делегация: человек семь, не меньше. У каждого было что-то вроде оружия: вилы, лопаты, грабли. В основном гостями оказались тетки, но я заметила и пару мужичков. Если тетки излучали решимость, то мужики ежились – им явно было неуютно.

– Чем обязана, милейшие? – проговорила я, делая на последнем слове такой акцент, что и дурак бы понял: милейших тут и в помине нет. – Вы хотите снять номер?

Я потеснила Фандора и тот отодвинулся, но уходить не стал. Оставшись по правую руку от меня, он продолжил играться с боевым заклинанием. Слева же мрачным изваянием застыл Шандор и ненавязчиво принялся распечатывать невесть откуда взявшиеся письма канцелярским ножом.

На душе потеплело. Несмотря на показное спокойствие, толпа меня напугала. Имей я возможность обратиться к силе, чтобы защитить себя и постояльцев… А так, я всего лишь самозванка, не более.

Но об этом я точно никому не скажу!

Толпа при виде меня заметно притихла (я внутренне восторжествовала) и выдвинула вперед одну из теток. Та кашлянула:

– Госпожа ведьма, у вас тут моя дочь прячется… Ее жених обыскался, гости до сих пор ждут. Свадьба-то оплачена.

Я ярко представила себе сидящих за столом гостей и развеселого тамаду, который уже сутки развлекает гостей, пока родственники разыскивают сбежавшую невесту.

– Допустим, – равнодушно ответила я. – Мой отель – неприкосновенная территория. Если человек хочет здесь укрыться, это его право.

Меня даже гордость взяла. Прозвучало весомо, голос ни разу не дрогнул. Хотя сложно не занервничать, когда ковыряющийся в носу мужик как-то слишком жарко начинает прижимать к груди остро заточенные грабли.

Так, надеюсь, все помнят, что проливать кровь в отеле нельзя?!

Видимо, гости провалами в памяти не страдали, потому переглянулись между собой и решили пойти с козырей. На стойку администрации посыпались монеты, много монет – целый холщовый мешочек, вытащенный маменькой Бель из-за пазухи.

– Госпожа ведьма, – сладко улыбаясь, проговорила та. – Вы не серчайте на нас. Давайте договоримся полюбовно? Вы уж выдайте нам дочку, а мы больше вас отвлекать не станем. Чай не глупые люди, понимаем, что у вас полно важных дел.

Однако! Подкуп был настолько «в лоб», что мне даже неловко стало. Никакого изящества! Впрочем, судя по одежде и манерам, родственники Бель были из зажиточных крестьян. Даже удивительно, ведь сама девушка держалась с таким достоинством, что я посчитала ее обедневшей аристократкой. Впрочем, в каждой семье найдется своя белая ворона.

Я открыто взглянула в лицо маменьки Бель и отодвинула от себя монеты так медленно и осторожно, будто могла обжечься.

– Аннабель заплатила за комнату, и я не намерена выселять ее раньше времени.

– Так мы о том и не просим, госпожа ведьма! – с готовностью откликнулась маменька Бель. – Мы люди простые, но не темные. Знаем, что вы не можете отказать постояльцу в ночлеге.

Я покосилась на Шандора и вопросительно вскинула бровь. Вот что мне нравилось в близнеце, так это сообразительность! Парень тут же понял, что я не в теме и с ловкостью опытного секретаря, до этого служившего в театре суфлером, склонился ко мне и шепнул:

– Любой, кто оплатит комнату, имеет право остаться в отеле. Таковы древние законы магии.

Я нахмурилась, обдумывая услышанное. Получается, я даже отказать постояльцу не могу, если тот с деньгами?

– Отель взбунтуется и перестанет слушаться, – уловив мои колебания, быстро добавил Шандор. – Традиции гостеприимства опасно нарушать.

Я задумчиво куснула щеку изнутри и снова обвела толпу незваных гостей мрачным взглядом.

– Тогда чего вы хотите?

– Сущего пустяка. Увидеться с дочерью, всего-то!

Ага-ага, а заодно путем шантажа и угроз заставить ее покинуть отель. В самом-то отеле Бель в безопасности. В относительной, конечно, но все же.

– Ничем не могу помочь, – холодно отрезала я. – Бегать по этажам и выискивать постояльцев я не намерена. У меня, как вы верно заметили, полно других, более важных дел.

Один из мужиков досадливо крякнул и тут же втянул голову в плечи, будто опасался привлечь ненужное внимание. Маменька Бель переменилась в лице. С него медленно стекала плохо напяленная маска опытной дипломатки местного розлива: той самой, что и с балагурами-самогонщиками разберется, и с властями вопросы порешает, и за столом самый цветастый тост скажет.

– Может, мало дали, госпожа ведьма? – все еще пытаясь удержать на губах улыбку, проговорила маменька Бель. – Ты вы не стесняйтесь, цену назовите. Мы за деньгами не постоим.

– Лучше бы вы за своей дочерью постояли! – в сердцах воскликнула я, не сдержавшись. – Не хочет она замуж за того, кого вы выбрали.

Видимо, терпение оставило не меня одну. Обстановка в холле накалилась настолько ощутимо, что даже у меня чуйка сработала, а Шандор и вовсе в канцелярский нож так вцепился, будто собрался им метать во всех подряд.

– Мала она еще, сама не знает, чего хочет! – ощетинилась маменька Бель. – Я ее родила, я ей самого лучшего хочу. Жених – богатый, молодой, красивый. Чего еще надо-то?

– Любви? – патетично вставил молчавший до этого Фандор.

Лучше бы он и дальше прикидывался изваянием, умеющим поигрывать искрами. От его замечания маменька Бель так взвилась, будто кот, которому дверью хвост прищемили.

– Любовь?! Да на что это чудо чудное? Любовь разве накормит в голодный год? Может, согреет в холодную ночь, а?

Судя по лицу Фандора, ему тоже на больную мозоль наступили.

– А как же единство сердец? – на полном серьезе спросил он и мордашку состроил как у лирического героя из телесериалов с «России-1». – Взаимопонимание, безусловная поддержка? В горе и в радости, раз и навсегда…

Повисла пауза. Даже я не знала, что тут можно добавить. С одной стороны, я была согласна с Фандором, но тот облек слова в такую пафосную и дешевую обертку, что кивнуть-то было неловко. А уж о том, чтобы раскрыть рот и поддержать, и вовсе речи не шло.

– Ладно, – маменька Бель демонстративно плюнула себе под ноги и, поставив тем самым точку в этом споре, отвернулась от Фандора. – Значит, госпожа ведьма, навстречу вы не пойдете? Недальновидно это с вашей стороны.

А вот уже и угрозы пошли! От подкопа до угроз разгон в две минуты.

– Это еще почему? – равнодушно бросила я, а внутренне напряглась.

Маменька Бель облокотилась на административную стойку и доверительно ответила:

– А зачем вам настраивать местных против себя?

В ответ я тоже оперлась локтями на стойку администратора и хмыкнула:

– Думаете, не стоит?

Маменька Бель чуть дернулась, отодвигаясь от меня.

– Не сочтите за грубость, госпожа ведьма, но вы ведь так молоды… И о вас прежде никто не слышал. Значит, вы не так уж и сильны. А раз так… к чему вам враги в деревне?

Я постаралась изобразить самую надменную улыбку из всех, что когда-либо видела, но в голове заметались панические мысли. Маменька Бель попала не в бровь, а в глаз. Вот только показывать этого нельзя. Я прекрасно понимала, что продемонстрируешь слабость, и все, сожрут. Это как с резюме: один раз оплошаешь и впишешь в него маленьких детей, и о возможности спокойно работать можешь забыть.

К тому же, я и правда не хотела выдавать этой своре гончих Бель. Девушка заслужила шанс на свое долго и счастливо. Именно на свое, а не на то, как это видится маменьке.

Краем глаза я заметила, как напряглись близнецы. Нож в руках Шандора дернулся уже вполне угрожающе, а искры на пальцах Фандора стали ярче и больше.

С этой молчаливой поддержкой братьев блефовать было легче.

– Милейшая, – протянула я и почти оскалилась, – вы можете считать меня неопытной и молодой. Признаться, мне на чужое мнение настолько наплевать, что даже для ведьмы это немного неприлично. Но вот что я вам скажу и посоветую прислушаться к моим словам, – я наставила на маменьку Бель указательный палец, словно дуло пистолета. – Если вы заставите Бель покинуть отель не по своей воле, я вас прокляну. Да так, что счастья не видать не только вам, но и всей вашей родне вплоть до седьмого колена! Уж поверьте, сделаю это с удовольствием. Сами понимаете, молодость… Решения принимаются на эмоциях.

Маменька Бель сглотнула и отшатнулась. Я с удовлетворением кивнула и, куражась, сделала вид, что стреляю из пальца, все еще наведенного на маменьку. Возможно, жест получился детским, но эффектным. Близнецы одобрительно фыркнули и расслабились. А вместе с ними и я.

Признаться, не знаю, откуда во мне нашлись силы так убедительно сыграть ведьму. Просто в какой-то миг я ощутила огромное желание защитить Бель. Никто не имеет права запугивать моих постояльцев!

В этот миг входная дверь распахнулась, а ворвавшийся внутрь порыв ветра опрокинул маменьку Бель. Родственники, все это время стоявшие соляными столбами, дружно ахнули и попятились. Выглядели при этом они более чем напуганными. Казалось, еще немного и они, отпрыгнув от маменьки Бель, заверещат: «мы не с ней, не с ней!»

Я покосилась на Шандора, памятуя, что тот владеет бытовой магией, но близнец покачал головой. Один взгляд на его близнеца убедил в том, что Фандор тоже ни при чем.

Неужели… мне помог отель?

Я не успела додумать эту мысль до конца. Мое внимание перетянула на себя маменька Бель. Она вскрикнула и, поднявшись на ноги, склонила голову, а потом и вовсе присела в неловком, быстром реверансе.

– Прошу прощения, госпожа ведьма! Я забылась!

Мне не оставалось ничего другого как принять правила игры.

– Да уж, милочка, – сквозь зубы согласилась я, стараясь не выпадать из образа. – Постарайтесь впредь сначала думать, а уже затем говорить. Для здоровья оно полезнее, знаете ли.

Моя мини-тирада имела успех. Близнецы ударили по рукам и подмигнули друг другу. Маменька Бель побледнела и закивала. Родственников за ее спиной как ветром сдуло. На полу остались вилы, грабли и даже одна лопата. Интересно, инструменты они зачем с собой тащили? В качестве морального давления? Только на кого – на меня, неопытную ведьму, или на Бель?

Я уже хотела развернуться и уйти, но маменька Бель меня остановила.

– Прошу вас, дайте мне комнату, – попросила она. – Я поживу у вас пару дней, не больше. Я обязана поговорить с дочерью.

Несмотря на смирение в голосе, глаза у маменьки Бель сверкали упрямством. Эх, сдается мне, не мытьем так катаньем, а эта настойчивая женщина своего добьется! Ее бы целеустремленность и в мирных целях…

Но отказать в ее просьбе я все равно не могла. Шандор сказал, что я должна предоставлять кров каждому, кто может за него заплатить.

Я еще раз окинула подозрительным взглядом притихшую маменьку Бель. Ладно, проклятием я ее припугнула. Вряд ли она решится на что-то большее, чем просто словесные угрозы и психологическое давление. А с этим пускай сама Бель разбирается. Заодно докажет, что действительно готова к самостоятельной жизни.

В ней, в этой самостоятельной жизни, еще не такое дерьмо случается.

– Хорошо, – проговорила я и, не глядя, бросила на стойку один из ключей. – Надеюсь, ваше присутствие не создаст проблем.

Маменька Бель быстро сгребла ключ.

– Конечно, госпожа ведьма, конечно.

С этими слова она поспешно скрылась, оставив на стойке все деньги, что так щедро вывалила до этого. Подумав, я решила не отказываться от внезапного богатства и смела монеты в холщовый мешочек. Мысли тут же настроились на деловой тон, и я вспомнила о своих утренних планах.

– Шандор, нам бы поговорить насчет твоих обязанностях в отеле.

– Конечно? Здесь?

Я поморщилась.

– Нет, давай лучше в моей комнате.

Мы миновали коридор и поднялись на второй этаж в мою спальню. По дороге я быстро просветила Шандора о том, что он должен будет взять на себя уборку всего замка. Парень, к счастью, изъявил готовность приступить хоть сейчас. Прикидывая объем работы, мы перешагнули порог. Я направилась к письменному столу, чтобы поискать в ящике лист бумаги и ручку, а Шандор уселся в кресло в ожидании дальнейших указаний.

В миг, когда я уже нашарила писчие принадлежности (на гелевую ручку тут надеяться не приходилось), тишину комнату разрезал сдавленный чих.

– Будь здоров, – на автомате пожелала я.

– Это не я! – с нотками возмущения откликнулся он.

Я резко обернулась, позабыв о наполовину выдвинутом ящике. Собравшийся, будто хищник перед прыжком, Шандор поднес к губам указательный палец, а затем почти бесшумно поднялся с кресла. В этот миг я впервые увидела в близнеце не балагура, а офицера, выходца из благородной семьи, который абсолютно точно знал, с какой стороны браться за шпагу.

Шандор подкрался к шкафу, из которого, судя по всему, и раздался чих, и распахнул дверцы. Я ожидала увидеть кого угодно: от нового претендента на должность любовника до одной из ведьм ковена, решившей проверить меня на стрессоустойчивость. К моему удивлению, в шкафу, сжавшись в комок, обнаружилась Бель.

– Привет, – ошарашенно сказала я. – А ты что тут делаешь?

Бель заморгала от яркого света, льющегося из окна, и жалобно ответила:

– От родственников прячусь. Они уже ушли?

Нет, ну почему мой шкаф кажется всем настолько надежным местом?

– Маменька осталась, – честно проинформировала я. – Она комнату сняла на пару дней.

Бель охнула и, видимо, чисто по инерции хотела захлопнуть дверцы шкафа. Шандор ненавязчиво ухватился за ручку, не позволив этого сделать. Наверное, считал шкаф своим, ведь он же первый придумал в нем прятаться. А тут всякие девицы его имуществом распоряжаются!

– Не волнуйся, – подбодрила я Бель. – Я пригрозила твоей маменьке проклятием. Так что насильно она тебя из отеля не выведет. Ну и ничего не сделает, пока ты тут.

– Вы плохо ее знаете.

С губ девушки сорвался тяжкий вздох, и я невольно прониклась сочувствием. В то же время в душе росло понимание, что если со свадьбы Бель сбежала на эмоциях, то теперь пришло время отстоять свою позицию уже вполне осознанно и с холодной головой. Не сумеем – значит, оно ей и не нужно.

– Слушай, – искренне откликнулась я, – если понадобится помощь, ты только скажи. Я сделаю все, что смогу.

Девушка оказалась не глупой. Она тут же уточнила:

– Но?

Я неохотно закончила:

– Но с маменькой проблему решать только тебе.

Бель закусила нижнюю губу и кивнула, а затем, приняв руку Шандора, выбралась из шкафа.

– Благодарю вас, госпожа ведьма! Вы очень добры!

Я чуть растерянно передернула плечами и проводила исчезнувшую за порогом Бель задумчивым взглядом. В мысли ворвался голос Шандора.

– Она права, госпожа Офа. Нам с вами очень повезло.

От его серьезного тона мне стало неловко и я поторопилась перевести тему.

– Сейчас мы начнем обсуждать твои обязанности, и ты изменишь свое мнение.

Он чуть склонил голову.

– Как скажете. Итак, что там с графиком?

Я поморщилась.

– Ах да! График…

Разговор быстро свернул на дела, и к личным вопросам мы в тот день уже не возвращались.

ГЛАВА 10

Утром меня разбудил стук в дверь. Замотавшись в одеяло на манер египетской мумии, я попрыгала открывать. За порогом обнаружился один из близнецов. Кажется, Фандор.

Его всегда выдавало излишне благородное выражение лица человека, готового спасать деву из беды.

– Госпожа ведьма, я пришел провести сеанс массажа. Вы готовы?

О как! Значит, дева в беде сегодня я. Ну что ж, пожалуй, не имею ничего против. Ролевые игры так ролевые игры.

– Заходи, – сонно ответила я и взглянула в окно, за которым только-только начал заниматься рассвет. – А ты чего так рано?

Фандор прикрыл дверь и деликатно отвернулся, ожидая пока я скину с себя ночную рубашку.

– Тори попросила помочь с закупками. Ей не хочется одной ехать в деревню, а Шандор занят. У него сегодня в планах уборка комнат постояльцев и бальной залы.

Я кивнула. Вчера мы успели не только составить график уборки с Шандором, но и обсудить с Тори список продуктов, которых нам не хватало на кухне. Теперь, когда у меня были деньги (спасибо маменьке Бель), я могла, не скупясь, заполнить полки кухонных шкафчиков и кладовых.

– Спасибо, что вызвался ей помочь, – искренне поблагодарила я и рухнула лицом в подушку. – Все, я готова.

Раздался тихий шорох шагов, а затем мне на обнаженные плечи легли ладони Фандора. Я вся напряглась в предвкушении освобождения от боли.

– Я скорее стараюсь помочь вам, а не Тори, – проговорил Фандор, осторожно разминая мои задеревеневшие мышцы. Я чувствовала себя, словно тесто в опытных руках пекаря. – Вы разрешили мне остаться в отеле, и я вам очень благодарен.

Я пробурчала в подушку что-то невнятное, обозначающее, мол, пустяки. В конце концов, моим самым правильным решением за последние два дня было заключить с близнецами деловое сотрудничество. Я с трудом представляла, как бы справилась без них. Даже вчерашняя стычка с родственниками Бель показала, что с такой поддержкой за спиной ничего не страшно.

Эх, жаль, что вчера у меня не получилось никого проклясть! Не в том смысле, что я жаждала кому-нибудь напакостить, нет. Просто меня волновала ситуации с моим ведьмовским даром. Он стихийно проснулся, когда близнецы принялись разносить отель по кирпичику, но затем притих. Я никак не ощущала его присутствия и нервничала по этому поводу. Понятия не имею, как я буду участвовать в ритуале, о котором постоянно говорят ведьмы.

Может, я побуду лишь зрителем на этом роскошном мероприятии?

– Вы только проследите, чтобы Теодор не покинул отель, пока меня нет, – попросил Фандор, вырвав меня из раздумий. – Он же, подлец, может скрыться!

Я фыркнула, представив Теодора прытко исчезающего в окне с чемоданом в тот миг, когда за Фандором захлопывается входная дверь. К слову, было бы неплохо посмотреть рану Теодора. На вчерашнем ужине мне показалось, что мужчина выглядит бледнее, чем прежде. Мне только внезапной смерти в отеле не хватало!

– Хорошо, – рассеянно пообещала я. – Но мне кажется, ты зря переживаешь. Не похоже, что Теодор намеревается покинуть отель.

– Это потому, что его армия никак не вернет порт обратно, – не без гордости ответил Фандор. – К тому же… Вы заметили, как он поглядывает на Бель?

Я не успела ответить. В дверь снова коротко постучали, а затем, не дожидаясь ответа, толкнули ее. Я мрачно приподняла голову, уже догадываясь, кого увижу на пороге.

– Твои любовники когда-нибудь спят? – с иронией поинтересовался Коул. – Солнце еще не взошло, а ты уже припрягла их к работе. Мое почтение, любовник номер один.

Интересно, как он так быстро научился различать близнецов? Даже я их временами путаю.

– Доброе утро, господин ведьмак.

Учитывая, что Фандор в этот раз был одет, я решила не юлить.

– Это массаж, а не то, что ты подумал.

Коул усмехнулся и, сбросив с себя черный кожаный плащ, под которым обнаружилась такого же цвета рубашка и узкие брюки, опустился в кресло.

– Ну, раз массаж, значит, мне не обязательно выходить за дверь, – беззаботно заметил он и закатал рукава рубашки по локоть, обнажив сильные руки. – Заканчивайте с этим, я подожду.

Фандор недовольно засопел, а я разозлилась. Что за грубое нарушение личных границ.

– Что б тебе с таким же хамством столкнуться! – вырвалось у меня.

В ту же секунду что-то произошло, но я не поняла, что именно. Ощущения были те же, что и в столовой, когда моя сила вырвалась наружу и столкнула близнецов. В комнате потемнело, запахло скорым дождем с грозой, а затем все это исчезло, будто мне привиделось.

Коул напрягся, но в его глазах сверкнуло одобрение.

– Проклятие, Офа? Неплохо, очень неплохо. Ты делаешь успехи.

До меня, как до жирафа дошло очевидное, и я раздраженно выдохнула:

– Специально меня выводишь на эмоции?

Коул не стал отпираться.

– Прости, но раз ты отказалась от наиболее эффективного метода пробуждения силы, приходится экспериментировать. Если что, я тоже не в восторге. Надеюсь, скоро надобность в этом отпадет.

Обиду смыло чувством облегчения. Кажется, Коул не мерзавец, обожающий эмоциональный абьюз и легко играющий словами, чтобы самоутвердиться за чужой счет. Он вполне осознанно злит меня и делает это ради дела.

Ладно, его можно понять. Но медали героя за подобного рода благородство он все равно не дождется.

– Хорошо, теперь, когда я прокляла тебя, можешь выйти за дверь? Я скоро освобожусь.

– Без проблем. – Коул действительно поднялся с кресла. – Только поторопись, пожалуйста. У нас сегодня большой день.

– Правда? – Меня кольнуло жгучим любопытством. – Почему?

– Сегодня мы отправимся в твой мир, чтобы найти тебе фамильяра.

На мгновение я опешила.

– Почему именно в моем мире?

Коул уже почти дошел до двери, но обернулся, услышав мой вопрос.

– Ты никого не нашла в зверинце Морганы. И скорее всего дело в твоем иномирском происхождении. Придется нам поискать кого-нибудь на твоей родине.

Почему-то я представила я себя с соседской собакой. Я вся такая пафосная, в коже и шелках, выгуливаю огромную черную псину. И сразу в голове заиграла старая песенка Глюкозы «Все секреты по карманам, я гуляю с доберманом!».

– Ладно, – пробормотала я, с трудом отгоняя от себя увиденную картинку. – Но мимо зоопарка мы гулять не станем! Еще крокодил какой привяжется! Мне их и в жизни хватает.

Уголок губ Коула дернулся, обозначая намек на улыбку.

– Хорошо, к зоопарку мы не пойдем, а из случайно встреченных крокодилов советую сделать ремень или сумочку.

С этими словами он вышел за дверь. Я фыркнула ему в спину. Тактично молчавший до этого Фандор, первым нарушил повисшую паузу.

– Значит, вы не отсюда?

Я с опозданием вспомнила, что разговаривала на эту тему только с Шандором. И он же советовал особо не распространяться об этой части своей биографии.

– Да, – со вздохом призналась я. – Могу я попросить тебя держать это в секрете?

– Конечно, – руки Фандора снова легли мне на плечи и принялись разминать их. – Я понимаю, почему вы опасаетесь огласки. Слишком многие захотят воспользоваться наивностью молоденькой ведьмы, не знакомой ни со своей силой, ни местными традициями.

– Спасибо, – я снова уткнулась лицом в подушку и расслабилась. – Кстати, если что, Шандор в курсе.

На мгновение ладони Фандора на моих плечах замерли.

– И мне ничего не сказал, шельма! Впрочем, он же слово дал…

Шандор тут же вырос в моих глазах. Мне всегда нравились люди, умеющие держать язык за зубами. Близнец, несмотря на образ шалопая, оказался надежным товарищем.

Следующие полчаса прошли невероятно продуктивно: я дремала, пока Фандор творил самое настоящее чудо с моей спиной.

Нет, с близнецами мне и правда повезло!

***

– Тебе еще не надоело кормить уток?

– А что, есть идеи получше?

Мы с Коулом были не в духе. Уже полдня мы слонялись по моему родному городу, заглядывая во все подряд зоомагазины, но все без толку. Я пообнималась со всеми дворовыми котами, которых встретила по дороге, и теперь меланхолично прикидывала вероятность того, что подхватила от кого-нибудь из них лишай. Помнится, в детстве такую проблему папа решил кардинально: он попросту выбрил мне голову. Надеюсь, с тех времен медицина шагнула вперед.

Я отщипнула кусочек от булочки, которую купила в киоске парка, и бросила крутящимся поблизости уткам. Знаю, что вроде как хлеб птицам не очень полезен, но они так выпрашивают его… В конце концов, фастфуд тоже вреден, но мы, люди, с удовольствием его едим. Может, у животных так же?

– Как тебе вон та ворона?

Я посмотрела в указанную Коулом сторону. Под деревом, в нескольких шагах от нас, сидела ворона. Она методично пыталась проломить клювом крышку пластикового контейнера. Мне даже стало интересно, у кого она его стащила. А еще, кажется, контейнер был пустой. Впрочем, с такого расстояния я не могла сказать наверняка.

– Ворона как ворона.

Коул досадливо поморщился.

В этот миг ворона, уставшая изображать дятла, подхватила контейнер, уселась с ним на ветку, а затем разжала клюв. Контейнер спикировал вниз и, ухнув на траву, распался: крышка откатилась влево, а сам контейнер – вправо. Ворона издала победный клич и устремилась вниз, чтобы через пару мгновений оскорбленно взмыть в небо. Как я и предполагала, контейнер оказался пуст.

Я невольно посочувствовала вороне: столько усилий, а результата ноль. Из такого сюжета можно и притчу сочинить.

– Ладно, – Коул оглянулся и кивнул на ближайшую лавочку. – Давай присядем и подумаем, что делать дальше.

Ноги уже гудели от долгой ходьбы, поэтому я с готовностью кивнула. Бросив последний кусочек уткам, плавающим в пруду, я отряхнула руки от крошек. После булочки дико хотелось пить. Да и день выдался непривычно теплым: я даже скинула толстовку и осталась только в джинсах и футболке. Коул тоже снял плащ, но, сдается мне, в кожаных брюках и темной рубашке с длинными руками ему все равно было жарко.

– Хорошо, – согласилась я. – Давай только купим воды? Пить хочется.

Вдалеке виднелась яркая, зазывающая вывеска киоска. Я уже хотела было направится к нему, но Коул остановил меня.

– Я сейчас принесу, – пообещал он и указал на лавочку. – Садись, тебе выдохнуть нужно.

Я с благодарностью шагнула к лавочке. После сегодняшнего забега по городу мысль о том, что придется преодолеть хотя бы сто метров, вызывала почти физическую боль. Приятно, когда о тебе проявляют заботу, пусть и в таких мелочах.

Впрочем, Коул тут же все испортил, добавив:

– Уставшая ты не услышишь зов фамильяра. У тебя и так проблемы с магией, а в случае физического истощения это все усугубится.

Я надулась, но обидеться по-настоящему не получилось. Коул был прав.

И тем не менее на душе остался осадок легкого разочарования. Возможно, причина была в том, что Коул на фоне мужчин моего мира выглядел особенно хорошо. Он выделялся прежде всего не внешностью и своеобразным выбором одежды (хотя и это тоже играло роль), а манерами. В том, как спокойно держался в незнакомой обстановке, способной напугать кого-нибудь другого. В движениях сквозила уверенность, в жестах – обходительность, идущая от сердца. Он пропускал меня вперед и открывал передо мной двери явно по привычке, просто потому, что был так воспитан. Он схватывал все налету, и достижения технического прогресса вроде метро или телефона не вызывали у него ни удивления, ни страха.