Текст книги "Оказалась замужем за боссом (СИ)"
Автор книги: Ксения Фави
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
25
– Я не против и даже за, – Маша смущенно улыбается, – а тебе не нужно никуда?
– Нет, сегодняшний день хочу провести с тобой.
– Правда?...
Распахивает глаза, приоткрывает губки. Я забываю, о чём она, собственно говоря, переспросила.
Знала бы, как на меня действует, не была бы такой робкой. Хотя наглость не в ее характере.
– Правда. Я очень соскучился.
– И я….
Подходит, забрасывает руки на плечи. Тянется губами.
Так странно все это, но так естественно.
– А у меня на сегодня были планы.
Мы только разорвали поцелуй, и я не сразу собираюсь. Что она сказала? Смотрит своими выразительными глазками, прикусив губу.
– Какие? – поднимаю бровь.
– Встреча с прорабом по нашему ремонту. На квартире.
При всей хрупкости и нежности Маша – довольно целеустремленная особа. На нее обрушились наши странные отношения, выходка Елисея. Но она не забрасывает свои дела.
Чувствую гордость.
А ещё, что не слишком хочу этот ремонт.… Но куда деваться?
– Хмм.… Это обязательно сегодня?
– Мы уже переносили! – хочет вырваться из моих рук, но не пускаю. – И ты так удачно приехал. Скажешь свое мнение!
– Меня все устраивало, как было…
– Ой, не начинай! Я же сказала, мне совсем не сложно.
Вот и мнение. Но я и раньше не хотел спорить по этому поводу. А уж теперь…
Размяк, Броня.
В дверь стучат, девушка завозит тележку с завтраком. Говорю, что накроем сами и отпускаю с чаевыми.
– Ты всего назаказывал! – глаза Машеньки светятся. – Я такая голодная!
– Я тоже.
Смотрю на нее лукаво. Краснеет. Но глаза не опускает и правильно.
– Накроем вместе? – интересуется.
– Конечно.
Впрочем, делает в основном сама – я не мастер красивой сервировки. Голодным со мной не останешься, но финтифлюшки эти все… А вот жена это любит.
Так легко, в несколько движений, Маша накрыла идеальный завтрак.
В центре стола расположила омлет на плоском блюде. Рядом в корзинке круассаны и булочки. И тут же для контраста тарелку с фруктами – яркое цветное пятно.
Кофейные чашки, молочник и сахарницу из прозрачного стекла разместила симметрично. Возле каждой чашки – хлопковая салфетка в кольце.
И вроде ничего особенного, но всё так ровненько, гармонично.
– По-моему, дизайн – это твоё, – не удерживаюсь от комплимента.
Распахивает взгляд. Удивилась.
– Да?...
– Не верю, что ты не видишь свои способности.
Маша улыбается.
– Ладно, не буду включать ложную скромность. Хоть я много общалась с бабулей, но воспитана не так старомодно. Просто удивлена, что ты это сказал.
– Пришло в голову.…
– На самом деле, – она начинает рассказывать, а я слушаю с интересом, – я хотела быть только дизайнером. Ну вообще художником или скульптором в идеале, – усмехается, – но когда в школе мы проходили чертежи, я поняла, что мне легко дается. Гены.
– Твой отец был профессионалом?
– Да, – Маша кивает, – ммм.… Странно.
– Что?
Она замирает, и мне хочется к ней подойти. Я так остро чувствую эту женщину.…
Подхожу, беру в объятия, и она льнет ко мне с благодарностью.
– Мне так легко говорить с тобой о папе. Раньше я все держала в себе. Прости, если слишком много этой темы…
– Говори, – перебиваю, – мне интересно слушать о твоем прошлом. И вообще… Маш, мы ведь оба поняли, что лучше ни о чём не умалчивать?
– Ммм.… Да. Но и грузить тебя не хочется.
– У нас не так много времени на общение, увы. Так что, когда есть возможность, я рад тебя послушать.
– Теперь его будет ещё меньше? – она смотрит на меня, вздергивая бровь. – Времени поговорить…
– Почему? – не понимаю.
– Ну… Теперь мы можем не только разговаривать наедине…
Прикусывает губку. Вот лиса!
– С ума сводишь.
– И ты меня… – шепчет еле слышно.
Рывком целую. Чувствую, как начинаю заводиться от ее вкуса.
Так, надо сбавить обороты. Пока.
– Давай поедим.
Аппетит у Машеньки правда зверский. У меня тоже. И впервые ловлю себя на том, что мне приятно вместе с женщиной.… просто есть.
Может, так и должно происходить, когда находишь своё? Своего человека?
Хочешь разделить с ним не только постель, но и свой дом, свой быт, свою трапезу… Не знаю, какое слово ещё подобрать к поеданию пищи.
– Ты какой-то задумчивый, – Маша хмурит лоб, но её лицо тут же озаряет улыбка, – я так рада, что ты приехал!
– Я тоже рад, – приподнимаю уголки губ.
Столько произошло, а она банально радуется моему приезду. Значит ли, что я тоже её?
Ну, если меня спросить, то да. Весь. С потрохами.
– Нам надо немного поторопиться, чтобы Медведев был на квартире.
– Хорошо.
Михаил Медведев (его родители оригиналы или наоборот не сильно?) – мой лучший бригадир-отделочник. У него в подчинении несколько бригад, и он не проводит целый день на одном объекте.
Маша вполне могла поехать одна. Во-первых, она автор проекта. А во-вторых, Медведеву бы и в голову не пришло ее обманывать или относиться неуважительно.
Но раз она хочет меня и моё "мнение".… То едем вместе.
Для начала заглядываем к соседке снизу. Спрашиваем, нет ли жалоб и претензий. Пожилая женщина заверяет – всё в порядке.
Уже на выходе шепчет Маше на ухо – я так рада, что ты делаешь из него человека. Как будто я не слышу.
Хм-м-м.… Она ведь все эти годы считала меня холостяком-алкоголиком.
По дороге наверх жена нежно берет меня за руку и признается.
– Кстати, вещи, которые не увезли в отель, спустили вниз, в твою кладовку.
– Зачем? Почему не оставили коробки в другой комнате?
– Нуу…. Ммм…
Мы меняем кухню, гардеробную и санузлы. Большая комната, гостевая спальня, лоджия, в конце концов, – свободны!
– Ничего бы с ними не случилось в коробках.
– Ну…. Да.
За один лестничный пролет от нашей двери, Маша меня тормозит. Тянется, целует в уголок губ.
Чёрт, это, конечно, безумно приятно. Но как-то подозрительно!
Миша сам открывает. Делаю шаг и сразу понимаю, почему женушка была, как сахар.
Они переделывают квартиру полностью! То есть, снесли всё!
Не то что бы мне жалко денег, хоть я не привык ими раскидываться. Но блять, насколько ремонт затянется по времени?!
– Гордей Дмитрич, здаров! Ну? Делаем, как себе!
Михаил лет на пять моложе меня. Не тупой, но довольно простой мужик. И конечно, работа наложила отпечаток. Деловитости у него хоть отбавляй.
– Машенька….
Жена показала мне хвост и убежала в дальнюю спальню. Что-то там пробормотав – ту штукатурку они привезли?...
А у меня чуть слеза не наворачивается, глядя на мою холостяцкую берлогу. Ободрали всю!
Стены в цементе, везде пыль и разруха.
И сам я строитель. И за холостяцкий статус (чего уж теперь?) не держусь. А как-то.… тянет под ложечкой. Так и застреваю посреди прихожей.
Медведев, глядя на мое лицо, куда-то смывается. А вот Машенька выходит ко мне с самой довольной мордашкой.
– Немецкую штукатурку закупили! Оригинал! Сделаем под покраску, потом будет проще освежить или что-то поменять! Над цветом подумаем?
Моргаю.
– Потом будет легче? А сейчас? Машуль, скажи честно, на сколько лет мы застряли в отеле?...
– Ой, Гордей! – морщит носик. – Ты как будто не знаешь, что наши делают быстро. Когда хотят.
– Но такой объем работ.
– Ты не хочешь ремонта? – морщится ещё сильнее.
– А я ещё могу не хотеть?
Тяжело, я вам скажу, потакать жене. А уж если она архитектор и дизайнер по призванию!
– Гордей, я так хотела всё тут тебе показать…
Расстроена. Да, жизнь состоит из разных моментов, но.… Вспоминаю прошлую ночь и.… дьявол! Как я могу ее расстраивать сейчас?
– С отелем решим, – прокашливаюсь, – показывай.
Оборачивается, смотрит с подозрением.
Когда мама вышла на пенсию, она полюбила детективы, которые шли тогда днем. Приезжал, бывало, а она смотрит.
Чувствую себя героем такого кино.
– Правда, хочешь слушать?
Верный ответ может быть только один.
– Правда, Машуль.
Глазки жены опять загораются. Берет меня за руку и ведет в спальню. Частит с вдохновением.
– Я хочу придерживаться городского стиля, ведь это не частный дом. Стиль классический, чтобы не вышел быстро из моды. Оттенки – белый, холодный беж, пыльная роза, чёрный. Парящая кровать с небольшим изголовьем – так останется больше воздуха.
Не думаю, что ложе, у которого на первый взгляд не видно ножек, подарит нам кислород в центре Красноярска. Но киваю. Просто киваю.
Да и понятно, что Маша имеет в виду ощущение воздуха. Легкости.
В этом плане мы, на счастье, совпадаем. Что бы я делал, захоти жена роскошный интерьер в стиле Людовика? А ведь такое и в хрущевках делают. Что говорить о жилье нового поколения.
– У тебя есть пожелания к кровати? – разгоняет мои мысли Мария.
– Хмм.… – задумываюсь. – Достаточно просторная, чтобы ты меня не пинала. Ровный и средней жесткости матрас.
– Чтобы я что?! – распахивает глаза.
Усмехаюсь.
– Ну ты у меня такая активная. Во сне тоже наверняка куда-то бежишь и что-то делаешь. А тут муж попадется под горячую ногу.
– Ой, Бронников!
– Что у нас там дальше по плану, Бронникова?
– Гардеробную обсудим?
– Нет!
– Мне кажется, или ты всё-таки не хочешь ремонт? – Маша опять включает детектива.
Какая проницательность!
– Маш, к гардеробной у меня одно единственное требование – чтобы там была моя одежда. В остальном как твой начальник и муж я тебе полностью доверяю. Да и гардеробная – одна из самых стандартных комнат.
– Ну не скажи…. – Маша идет вперед, и я за ней. – Хозяйка одного из домов попросила нас установить в своей гардеробной маленький холодильник. И не для шуб, а для еды. Чтобы хомячить вредную еду втайне от детей и мужа. А другая включила в проект пилон. Это такой шест для стриптиза.
Я в курсе, но решаю эти свои знания перед женой не демонстрировать.
– А неплохая идея, – вскидываю бровь.
– Холодильник? Еду я прятать не собираюсь, а шубы не ношу. Гордей, по поводу трат на ремонт я как-то не подумала…
Мы уже пришли в гардеробную. Отсюда нас не видно и не слышно рабочим.
– Я про пилон.
Маша замирает посредине. Оборачивается. Аж ротик приоткрыла от удивления.
А что такого-то?
Честно, на стриптизерш не западал никогда. Ну, по молодости нравилось посмотреть. И было тогда модно.
Отношений с танцовщицами никогда не было. Фетиша или тайных желаний тоже. Воплотить бы не составило труда.
Но в исполнении Маши….
– Ладно, Бронников, я поставлю пилон, – ее очередь шокировать, – но танцевать мы будем по очереди!
Смотрю в темные глаза. В них огоньки юмора или мести?
Против воли представляю себя у шеста… Ой, бляяяя. Захожусь смехом.
Слышу, Маша тоже подхрюкивает.
– А наши дети будут лазить по нему, как по канату? – качаю головой. – Может, лучше будем все вместе тренить в спортклубе?
– У нас пока ещё нет детей, – Машенька щурится, – не переводи тему. Хотя… Ладно, так и быть, тебе не придется вертеться у шеста. Сэкономим на нем. И так я слишком потратилась…
Опускает ресницы.
– Гордей…. – Маша не дает мне ответить, подходит. – Пойми, оно как-то само собой вышло.… Я готовила проект частичного ремонта. Но одно за другим, одно за другим… Поверь, станет гораздо лучше!
– Да я не сомневаюсь.
– Только сейчас поняла, как это дорого! Просто как-то на автомате подумала, что для тебя не составит трудности.… Что тебе всё по плечу.
– Маш, ты правильно думала. Я не беден.
Как мужчина и практичный человек, я подумал о стоимости ремонта. Конечно. Не собирался жмотничать или Машу ругать, но мысль промелькнула.
А сейчас слушаю, как она верит в меня, и окончательно все эти мысли отметаю.
– Но тебя смутил масштаб?
– Масштаб да, но не денежный. Хм. Давай уже тему закроем? Содрать штукатурку – это как фарш, который не прокрутишь назад.
– Чего? – смеется.
– Иди сюда, пока никого нет.
Раскрываю объятия.
Пока Маша думает о тратах, в моей голове она крутится у шеста. Зритель, естественно, только один и других быть не может. Я.
Но сейчас никакого шеста нет, вокруг пыль. Так что могу взять ее под попку и заставить обвить ногами себя. Усаживаю её к себе на бедра. Целую.
Чувствую, как запускает пальчики в волосы на затылке. Ласкает.
Меня, бывало, упрекали, что я целуюсь только перед сексом. Но так и не хотелось больше. А сейчас хочется, но секса тоже сразу начинает хотеться.
– Дмитрич! Кхм….
Медленно ссаживаю Машеньку с бедер. Нас не видели, Медведев закряхтел раньше, чем вошел в гардеробную.
– Что там?
– Маленько не укладываемся в смету! Цены растут, как на дрожжах!
– Давай гляну. Но вообще смотри сам, чтобы всё было адекватно.
Миша знает, я могу доверять, а могу и проверить. Так что прошу не дергать меня из-за каждого лишнего рубля.
А в остальном. Ну ладно, я морально смирился с ремонтом. Только жилье надо пока подыскать. Может быть, за городом. Дам задание своей помощнице выбрать и отправить Маше варианты.
Из своих коттеджей. А может, снимем чего.
– Позвонишь ей? – жена морщит нос в машине. Моя секретарша не пришлась ей по душе.
– Вживую скажу. Сейчас заедем в офис. Есть немного работы.
– Я тогда поработаю у вас там с планшета. Там же есть какой-нибудь свободный кабинет.
– У меня и поработаешь. Заодно кофе выпьем.
26
Маша
Я и раньше могла взять день на удаленке. А сейчас начальник ни за что не позвонит и не спросит, где я.
Пока не было Гордея, на работу я ходила. Были встречи, да и не хотелось сидеть дома одной. Наш начальник отдела так надо мной и кружил. Хотел выяснить исподволь, нет ли у меня к нему претензий.
Если что, их нет.
А вот к кому у меня есть претензии, так это к рыжей Насте! Мне вроде и нечего ей предъявить конкретно, но…. Наше взаимное раздражение так и витает в воздухе!
Одно её лицо, когда она слушала указание босса составить подборку домов, чего стоит. Притом вроде она держала его…. Но я-то видела!
– Может, я сама подберу варианты? – говорю в кабинете.
– Зачем тратить время? Домов много, нужно проверять, какие не проданы и не сдаются. Настя быстрей сориентируется в системе.
– Жить нам….
– Окончательное решение будет за тобой.
– Вдруг там выбирать будет не из чего?
Бронников только посмеивается.
Тут как по заказу раздается Настин голосок по связи. Нас она, конечно же, не слышит. Но кое-что передает боссу.
– Гордей Дмитриевич, вам не может дозвониться сестра. Просила, чтобы вы ей набрали.
– Спасибо.
– Я пока выйду, позвоню бабуле.
Оставляю мужа одного. Да и бабушке я правда часто звоню, ведь она в возрасте.
Уединяюсь в пустом зале для переговоров. Он по соседству с кабинетом Гордея.
Зал просторный, в современном стиле. Металл, стекло. Большой стол и доска. Вот только окна маленькие. Из-за дизайна фасада.
Так что я подхожу и открываю полностью всю прямоугольную створку. В зале душно.
Звоню.
– Маруся, ты какая-то расстроенная.
Бабушке не нравится мой голос.
– Всё хорошо, ба, – спешу ее успокоить, – тут только.… Секретарь Гордея меня немного бесит.
Понижаю тон, чтобы никто не услышал. Хочется выговориться.
– Красивая?
– Да….
– Нахальная?
Хмурю лоб.
– Не знаю.… Но точно не скромная.
– Давно работает у мужа твоего?
– Понятия не имею….
– Так разузнай! – удивляет бабуля. – Если давно, теперь уже смирилась, что замуж за него не выскочила. Может кинуть шпильку или косой взгляд, но опасаться ее не надо. А вот если меньше года работает.… То может и охоту развернуть.
– Баб….
– Ну что? Вон помнишь мою Нину Афанасьевну? Приятельницу по театральному кружку? Она гримировалась и с секретаршами мужа вступала в разговор в курилке или в кафе. Выспрашивала всё.
Боже, я так и представила… Надеваю белый парик, линзы. Что там ещё? Прилепить накладную пышную грудь? И к Насте пристроиться за столик в офисной столовке.
Не могу сдержать смешок.
– Виталий, к слову, ей не изменял, – продолжает бабушка с легкой обидой в голосе. – Но самой ей так было спокойнее.
– Может, лучше йогу или чай травяной?
– А в отделе кадров у тебя знакомых нет?...
– На чай к ним пойти?
– Маша, ну какой ещё чай?! Узнать у них про секретаршу…
Бабушка давно на пенсии, и как сама признается, "грешит" просмотром сериалов. Особенно ей нравятся душевные российские и турецкие.
Что же, у каждого свои маленькие слабости.
Но я не в сериале!
– Ладно, бабуль. Пойду я поработаю немного. Пока.
– Отправь мне её Ф.И.О., я биографию поищу.
– Бабуль! Настя не мировая звезда, чтобы где-то была её биография! Созвонимся….
– Ладно, – вздыхает, – пока, доченька.
Улыбаюсь. Мне нравится, когда она меня так называет.
А вот мама давно не пишет и не звонит мне….
Отбрасываю грустные мысли и уже хочу закрыть окно, как слышу обрывок разговора.
Вернее, голос слышу только Гордея, и он зол.
– Ты права, я не могу диктовать, кого тебе звать на праздник! Но с чего вообще это празднование тут? Сама говоришь, Артур и дети приехать не смогут. Зачем собирать компании?!
Что это он так разошелся….
– Так я и говорю, посидим родными. Причем тут Наташка?... Самая близкая подруга? До сих пор?... Елисей вряд ли будет, ты его знаешь. И непросто сейчас у нас… Тамара? Вот она меня, кстати, совсем не дергает. Не звонит. Живет своей жизнью.
А она права…. Я думала, Тамара будет набиваться Гордею на встречи, звонить. Настраивать против меня. Действовать через родителей.
Но от бывшей ни слуху, ни духу.
– Я тебе последний раз говорю – Наталью не зови!
Что это за Наташа? Почему Бронников настолько против подруги сестры?
Встряхиваюсь и закрываю окно. Хватит слушать чужой разговор.
Хочу выйти из зала для заседаний и в дверях почти сталкиваюсь с полненькой блондинкой. В красивом голубом костюме, с укладкой. Мм, да это же директор по персоналу.
– Машенька! Добрый день, – радушно улыбается коралловыми губами, – вы здесь? Как дела?
– Добрый день, – отвечаю на улыбку, – всё хорошо. Заехала сюда с Гордеем Дмитриевичем.
– Прекрасно!
Ещё раз улыбаемся друг другу, и я уже собираюсь выйти. Но оборачиваюсь.
– Настя.… Анастасия – секретарь… Как давно она работает в компании?
Яркие брови собеседницы взлетают.
– Пришла ещё когда училась в колледже, офис-менеджером. Лет пять или семь назад, наверное…. И вот два года на должности секретаря генерального. Справляется.
Ухх, бабуля!
– Спасибо. Мне просто стало интересно, какой у нее карьерный путь.
– Конечно-конечно! Всегда пожалуйста!
Настю застаю за активной работой на компьютере. Видит меня, улыбается.
– Мария Олеговна, куда вам варианты домов сбросить? Подобрала самые тихие и уединенные.
Почему её улыбка кажется мне ехидной?... Моргаю.
– Отправьте, пожалуйста, в мессенджер. Гордей Дмитриевич уже поговорил?
– Не сообщал мне.
Киваю. Стучу в дверь и вхожу.
Бронников вскидывает серьёзный взгляд, но тут же расплывается в улыбке.
– Чего стучишь? С ума сошла….
Быстро встает, подходит ко мне.
Его руки на моей талии, на спине, на бедрах…. На выдохе жмусь к нему.
– Я не хотела мешать.
– Сумасшедшая.…
Губы на моей шее…. Меня окатывает горячей волной, и в голове лишь одна мысль – хорошо, что мы работаем в разных офисах. Глажу крепкие плечи.
Разъединяет нас только стук в дверь. Громкий. И после него пауза.
– Да, – разрешает босс.
– Гордей Дмитриевич, кофе.
На металлическом подносе только две белые чашки и сахарница.
Настя сервирует нам за столом Гордея не с самым довольным лицом. Или я опять придираюсь…
– Спасибо, – благодарит ее босс.
Секретарша дарит мне "косой взгляд", как сказала бы бабушка, и выходит.
– Я не знал, что ты хочешь кофе. Да и сейчас поедем на обед.
– Угу.… С сестрой поговорил? Настя сбросила мне варианты…
Слышу звук сообщения.
– Взгляни, пока пьешь.
– Угу.
Листаю. Дома неплохие, как и все нашей постройки. Так, локация….
– Гордей! – не могу удержать возмущение. – Они все очень далеко! Она специально?!
Его секретарша решила засунуть меня подальше от города!
– Дома, которые ближе к городу, активнее сдаются. И продаются. Логично, что свободными остались те, что дальше.
Бронников спокоен.
Надо бы мне тоже успокоиться. А то стану скоро как бабушкина ревнивая приятельница.
Для начала выпускаю пар из ноздрей.
– Ммм.… Ну это же неудобно? Каждый раз стоять в пробках на работу и с работы. А ты, если задержишься, вообще будешь дома очень поздно.
– Можно будет иногда ночевать в отеле в городе.
Вот!
– А если я буду в тот момент дома… Будем спать врозь? Мы ведь.… Мы так недавно.… Мы мало вместе.
Гордей задерживает на мне взгляд. Приподнимает уголки губ. Молчит, гипнотизирует.
– Что? – не выдерживаю.
– Я тоже теперь хочу ночевать только с тобой.
Ну вот теперь и я улыбаюсь. Про Настю думать забыла.
– Что касается дома, – Гордей продолжает, – твое слово будет решающим. Я и раньше не любил всю эту бытовую суету. А теперь у меня есть хозяйка.
– Хозяйка? – с улыбкой щурюсь.
– В доме, детка.
Я и не думала отбирать у него доминирующую роль. Но пофлиртовать с ним – отдельный вид удовольствия.
Раньше я вообще не любила всё это.
– Тогда я ещё повыбираю, – возвращаюсь к теме.
– Конечно, – соглашается муж, – мы проживем в отеле, сколько понадобится. Хотя если честно, не люблю жить там больше двух недель. Есть какое-то чувство несвободы.
– Я постараюсь не затягивать, – обещаю.
А муж вдруг предлагает.
– Иди сюда?...
– Ммм?
– Вместе со своим кофе.
Он отодвигается немного от стола, и когда я послушно подхожу с чашкой в руке, усаживает меня на свое колено. Как хорошо…
– У моей сестры день рождения, – муж поглаживает меня по бедру, – не круглая дата, тридцать восемь. И она решила для разнообразия отметить его здесь. С родителями, с нами.
– Замечательно…. – напрягаюсь. – Гордей!
Мои пальцы против воли цепляются в его плечо.
– Что, Маш? – хмурится.
– Я болтала с бабушкой по телефону в переговорном и услышала твой разговор с сестрой! Случайно! Окна были открыты.
– И что ты услышала?
– Про какую-то Наташу.… Честно, это получилось случайно!
Честность – это непросто. И надеюсь, она не будет мне во вред.
Бронников ставит чашку на стол, ловит мою руку и целует. Отпускает. Думает некоторое время.
– Спасибо, что не стала ломать комедию передо мной. Именно о Наталье я и хотел сказать.
– Что?...
– Это моя бывшая, – муж подтверждает догадку, – у нас были… Длительные, но не слишком серьёзные отношения. Говоря прямо – кроме секса я с ней ничего не планировал.
– А она? – снова догадываюсь.
– Она, как оказалось, строила планы, – Бронников вновь честен, – расставались мы не очень хорошо. Но любое общение между нами прекращено.
– Давно?
– Не так давно, но целиком и полностью.
Ух, можно сказать, свежеиспеченная бывшая! Да ещё – близкая подруга его сестры!
– Она будет на празднике?
Гордей раздраженно вздыхает.
– Попробую ещё раз достучаться до сестры. Или мы можем не идти на празднование.
– Без меня ты бы тоже не пошел?
Смотрю в его лицо. Между бровей мужчины появляется морщинка.
– Меня она мало волнует.
– Значит, меня тоже! – вздергиваю подбородок.
– Машенька….
– Гордей, я не хочу, чтобы ты портил отношения с сестрой! Хватит Елисея…. Прости.
– Если родственники не уважают мою личную жизнь, то по-другому никак.
– Но близкая подруга – это часть жизни твоей сестры. В конце концов, именно у нее день рождения. Давай пойдем на компромисс?
– Какой? – муж заинтересовывается.
– Придём, поздравим. Ты познакомишь меня. А если что, уйдем пораньше. Тогда твоя сестра сама поймет.
– Возможно. Хорошо, я подумаю.
