Текст книги "Бубновая гильдия(СИ)"
Автор книги: Ксения Баштовая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Две связанные девушки. Если им не помочь, они могут умереть.
Тролль окинул дона Герада долгим взглядом и поинтересовался:
– А откуда там взялись девушки?!
В голосе главы гильдии звучала неподдельная искренность:
– Понятия не имею, Ваше Высочество! До этого я видел там только Эрику, и, честно говоря, мне этого вполне хватило!
Девушка так до конца и не поняла, обидели ее или похвалили, а потому промолчала.
Тролль скептически хмыкнул…
Принц уже скрылся в воротах, когда Эрика, окончательно решив, что ее не волнует и не должно волновать, откуда взялась «лишняя» девушка, неожиданно услышала:
– Вы боялись, что я не отдам диадему…
Эрика медленно повернула голову. Дон Герад смотрел вслед наследнику престола, но десятке показалось, будто эльф замечает каждое ее движение.
– Почему… Почему вы так решили?
Бубновый туз невесело улыбнулся:
– Когда я заговорил о мародерстве, в ваших глазах вспыхнул страх…
– Но вы ведь отдали диадему! Так какой смысл говорить об этом?!
– Может, вы и правы… – вздохнул Ирдес. – Вот только… эта корона не создана для того, чтобы лежать в сокровищнице. Она должна быть возложена на голову той, кого любишь.
Эрику удивили слова бубнового туза. Они казались несвойственными его натуре. Девушка повернулась, надеясь встретиться взглядом с Ирдесом и понять, серьезно ли он это сказал, но эльф не сводил глаз с дороги…
Она вздохнула и тихо выдавила:
– Я… наверное, пойду?
– Идите, – улыбнулся он.
Эрика медленно спускалась по мраморным ступеням, на душе было муторно и противно. Она сама не могла объяснить своих чувств, но ей почему-то смутно казалось, что все должно быть совсем не так… В происходящем чувствовалась какая-то фальшь.
– О черт! – вдруг раздался за ее спиной голос Ирдеса. – Чуть не забыл! Эрика, а что вы делаете сегодня вечером?!
Девушка замерла. Медленно оглянулась.
Эльф стоял в дверях и, чуть склонив набок голову, в упор смотрел на нее.
– Ч-что? – выдавила она.
– Я спрашиваю: что вы делаете сегодня вечером? – четко повторил бубновый туз.
Эрика вспомнила все: и неприбранный дом, и разбитые окна, и выбитые двери, и до сих пор не убранную ткань… и выдохнула:
– Я – свободна…
– Какое совпадение! – мягко улыбнулся Ирдес. – Я тоже совершенно свободен. Может, прогуляемся по городу?
– Вы… серьезно?
– Совершенно! – В глазах Ирдеса запрыгали чертики. – Положение официальной любовницы вас не устраивает, а для положения официальных супругов мы слишком мало знакомы. Вот я и подумал, почему бы нам не исправить эту досадную оплошность? Кстати, может, нам стоит прейти на «ты»?
История вторая
Всего один день
Серебристая молния, скользнув по небосклону, на мгновение осветила темную комнату, в которой сидели четверо детей. Два тролля, речной эльф и человек. Трое мальчишек и девочка. Мальчики что-то торопливо раскладывали на полу, а примостившаяся на уголке стола девочка, болтая ногами, грызла яблоко. Мальчишеские развлечения ее как будто совершенно не интересовали.
Наконец приготовления были окончены. На пол из гладких отполированных досок осторожно поставили неглубокую плошку, почти до краев наполненную водой, а рядом с ней положили небольшой кентаврийский кинжал с кривым лезвием.
– Ну что, начнем? – неуверенно протянул детский голос, и через мгновение, словно одобряя вопрос, где-то вдали громыхнул гром.
Короткий обмен взглядами, и вслед за этим один из мальчишек – худощавый тролльчонок лет семи-восьми на вид, потянулся к клинку и резко, чтобы вдруг не передумать, кольнул острием ладонь. Несколько капель крови неохотно упали в плошку, смешиваясь с водой, и ребенок передал оружие следующему участнику.
Они познакомились около двух лет назад. Трое детей, живших в соседних дворах (это потом уже отец Найты решил, что не пристало главе купеческой гильдии жить в прибрежной части города, и переехал поближе к королевскому замку), играли на улице, когда рядом внезапно остановился проходивший мимо мальчишка лет пяти на вид и несмело спросил:
– А… мне можно с вами?
Новичка легко приняли в команду (чем больше народу, тем веселее!), а несколько дней назад Киринт, собирающийся стать наемником, рассказал об обряде смешения крови.
Продолжать обряд полагалось самому старшему, а потому тринадцатилетний Киринт осторожно взял миску в руки, сделал небольшой глоток и тихо заговорил:
– Я, Киринт Дерентел, смешал свою кровь и отныне клянусь в вечной дружбе…
– Я, Эльтше Крис, – вплелся в его речь голос эльфа, – смешал свою кровь… клянусь…
– Я, Дегарис…
Смолкли последние звуки древнего обряда, наступила неловкая тишина, а потом девчонка, настороженно следившая за действиями своих друзей (Найте тоже предлагали поучаствовать в обряде, но она отказалась), отложила в сторону огрызок яблока и произнесла:
– Закончили?.. Эльтше, проводишь меня домой? А то уже поздно…
Прошло шесть лет…
Утро
Высокие подкованные цокколи[1]1
Цокколи – обувь на подставках, значительно увеличивающая рост. Цокколи присоединялись к ботинкам ремнями и были необходимы как защита от уличной грязи и для увеличения роста.
[Закрыть] звучно выстукивали дробь по булыжной мостовой. Пройдя мимо конторы ростовщика, обозначенной висящими над дверью тремя золотыми шарами, и на пару минут задержавшись около лавки ювелира, обладательница этих самых цокколей – стройная девушка в голубом, шитом золотом платье, остановилась возле расположенного над самой землей открытого настежь окна.
Заглянув внутрь комнаты, можно было бы увидеть сидевшего на колченогом стуле худощавого паренька, лет семнадцати на вид (судя по чуть голубоватой коже – речного эльфа), который медленно примерялся, собираясь забить гвоздь в каблук.
Солнечный свет на мгновение заслонила тень, и сапожник, не поднимая головы, недовольно бросил:
– Отойдите, пожалуйста. Вы загораживаете солнце.
Девушка послушно отступила на шаг, обиженно протянув:
– А я так надеялась, что ты будешь рад меня видеть…
Паренек вскинул голову:
– Великий дух, Найта! Я уже и не надеялся увидеть тебя! Проходи… – Он мотнул головой в сторону расположенной неподалеку лестницы.
Сбежав по ступенькам в комнату, девушка замерла, не дойдя нескольких футов до эльфа, а потом, крутанувшись на пятке, так что пышная юбка взметнулась колоколом, поинтересовалась:
– Ну как я выгляжу?!
– Как всегда прекрасно! – торопливо заверил ее эльф, откладывая в сторону молоток и вставая. – Только… – на мгновение его голос стал сух и деловит, – кажется, на левом цокколе отскочила набойка.
Девушка только притворно вздохнула:
– Эльтше, ты неисправим! Ему говоришь о прекрасном, а он – о каких-то набойках!
Речной эльф согнулся в шутливом поклоне:
– Миледи, ну куда мне, бедному сыну сапожника, до вас, дочери главы купеческой гильдии Гьерта?! Дочери человека, чей род около двухсот лет назад получил герб из рук самого короля?!
Девушка, мгновенно помрачнев, опустила глаза.
– Ты опять за старое, да?
– Найта, – попытался улыбнуться эльф (правда, улыбка вышла какой-то натянутой), – ты ведь знаешь… Это бесполезно. Твой отец никогда не согласится на наш брак. Я всегда буду для него голытьбой…
– Прекрати! – перебила его девушка, зажимая уши. – Я не желаю этого слышать! Не же-ла-ю! – Из глаз хлынули злые слезы.
Он еще раз грустно улыбнулся и, подойдя к девушке и осторожно приобняв ее за плечи, попросил:
– Не сердись… Ты ведь знаешь, я не люблю твоих слез… Ну… Не хочешь, не будем говорить об этом… А хочешь, я покажу тебе Молнию?
– Твою кабил-ушти? – сквозь слезы улыбнулась она. – А как же работа?
Эльтше оглянулся на стол, на косо прибитый каблук, на художественную россыпь гвоздей и отмахнулся:
– Подождет. Срок выполнения заказа еще не скоро, а отцу давно пора нанять пару новых работников! А то что это за работа – я да еще трое! И у всех троих сегодня выходной! Представляешь?! – И он потянул Найту в сторону двери: – Пойдем, я покажу тебе Молнию.
– Только покажешь или… – лукаво поинтересовалась она.
Эльтше рассмеялся:
– И прокачу, конечно! Пошли!
Столица мало изменилась за два года, прошедшие с того момента, как Каренс посещал Алронд. Те же ровные улицы, освещаемые неверным полыханием магических фонарей, даже в этот предрассветный час, когда солнце только начинает выползать из-за горизонта, та же перекличка торговцев и многоголосица, журчащими ручьями струящаяся между домами, – все одно и то же…
Так что сейчас темному эльфу показалось, что он только вчера покинул город, заглянув на прощание в Семиглавый собор – один из крупнейших храмов на северном побережье Гьерта…
Но день только начинался, а значит, до такого далекого заката еще надо было заработать пару монет на ужин да ночлег, ну и соответственно найти место, где эти планы осуществить.
Каренс Дрей вздохнул и ускорил шаг.
– Не расслышали?! Так я могу повторить! – мрачно бросил мускулистый наемник-тролль. Он был молод, лет восемнадцати-девятнадцати, не больше, но свое дело знал – мечом владел хорошо, а потому мог себе позволить высказать собственное мнение покупателю: – Я доставил товар, но вы его получите лишь после того, как я увижу деньги.
Сказать, что Киринт Дерентел был зол, значит, не сказать ничего. Конечно, полученное и вполне успешно выполненное задание было простым. Только и надо было, что доехать до какого-то заброшенного храма в гоблинских джунглях да забрать оттуда небольшую статуэтку, представляющую, по словам вскользь обмолвившегося покупателя, большую историческую ценность. Ну а то что за время путешествия несколько раз приходилось отбивать атаки диких племен да храм был напичкан ловушками – это уже мелочи. Жизнь наемника всегда полна опасностей.
Хуже оказалось другое. С самого первого дня в гильдии наемников Киринт выучил простую формулу: «Сперва деньги – потом товар». Слишком уж часто на землях Гьерта попадались неблагонадежные заказчики. И если наемнику, не выполнившему заказ, грозили все кары небесные, то, если свое обещание по оплате не сдерживал клиент, крайним опять-таки оказывался не он, а исполнитель. И вот сейчас наниматель собирался, похоже, нарушить это более чем вековое предписание.
Иначе как объяснить и эту встречу, назначенную в одной из захудалых таверн у самого берега Даяры, в бедном рыбацком квартале, и бегающие глазки клиента, и присутствие мрачных собакоголовых телохранителей-бистивилахов. Ну и то, что, конечно, играло не самую последнюю роль, – требование отдать статуэтку, сопровождающееся крайне расплывчатым обещанием заплатить за доставку как-нибудь потом.
– Может, не стоит так грубо? – вкрадчиво поинтересовался заказчик – седовласый фавн.
– Не стоит, – легко согласился Киринт, – если вы сперва отдадите мне деньги.
– А если нет?
– Сами говорили, что статуэтка очень дорогая, – пожал плечами тролль. – Я просто-напросто найду другого покупателя.
Недовольно зашевелился один из телохранителей:
– Позвольте, я вышибу ему мозги… босс?
Киринт даже не посмотрел на говорившего.
– Скажите своему… холую, чтобы он не дергался. Если со мной что-нибудь случится, вы никогда не узнаете, где статуэтка.
Фавн тряхнул рукой, успокаивая бистивилаха, и довольно резко поинтересовался:
– А разве она не при вас?
– Разумеется, нет! – фыркнул тролль. – Я разве похож на идиота? После получения денег я отведу вас туда, где она хранится, либо, по вашему желанию, принесу ее сюда.
– Какая у меня гарантия, что, заплатив вам, я получу свой заказ?!
– Если я нарушу договор, меня исключат из гильдии, – позволил себе легкую улыбку наемник. – Поверьте, в наше время это значит очень многое.
Фавн некоторое время задумчиво грыз костяшки пальцев, а потом, словно опасаясь передумать, швырнул на стол небольшой кошель:
– Здесь ровно сто злотых, как договаривались. Можете не пересчитывать… Куда надо идти?
Тролль очень медленно, буквально по одной монете, словно издеваясь (да, пожалуй, так оно и было), пересыпал содержимое мешочка в свой кошель и резко встал на ноги. Лишь потом он удосужился ответить:
– Здесь недалеко. Следуйте за мной.
Бистивилах гневно фыркнул.
Едва договаривающиеся перешагнули порог таверны, выйдя на улицу, Киринт остановился и, вытащив из-за пазухи небольшую грубо сделанную из малахита статуэтку, изображающую гоблиншу, сжимающую в руках небольшой посох, передал ее фавну.
– Ваш заказ, – легкий поклон-кивок. – Приятно иметь дело с тем, кто выполняет условия договора.
И, развернувшись, тролль направился вверх по улице.
Когда он отошел уже на несколько футов и не мог слышать разговора, один из телохранителей, мрачно прищурившись, тихо процедил:
– Мальчишка слишком много на себя берет. Приструнить его, босс? – Рука собакоголового как бы невзначай прикоснулась к ложу висящего на поясе арбалета.
За то время, пока фавн молчал, телохранитель успел сдернуть самострел и, зарядив тяжелым болтом, поднять его на уровень глаз…
– Вот поэтому, Хэнт, ты никогда не поднимешься выше семерки, – рассмеялся, словно закашлял фавн, и телохранитель, опустив взведенный арбалет, покосился на хозяина. – Ты не умеешь смотреть вперед. Да, мальчишка самоуверен и нагл для своих лет, но он храбр. Взялся за то задание, от которого отказались очень многие… Кто знает, – протянул заказчик, вытаскивая из-за пояса и надевая на средний палец правой руки массивный золотой перстень с огромным гранатом в обрамлении мелких каплевидных рубинов, – может, когда-нибудь я захочу еще раз пополнить свою коллекцию безделушек.
Утреннее солнце неохотно заглянуло в солар[2]2
Солар – комната для отдыха, спальня хозяина дома, где он в случае необходимости принимал гостей.
[Закрыть], пробежало по стенам, обитым цветными материями, и, словно задумавшись, замерло возле резной дубовой колыбели, подвешенной на крюках между двумя опорными стойками. Неподалеку от люльки, осторожно покачивая ее, стояла молодая черноволосая девушка, тихо, нараспев разговаривавшая с ребенком. Она словно надеялась, что монотонная речь сможет его усыпить.
– А-а-а-а… А почему Лита морга-ает… А Лита хочет спать… Сейчас она заснет… И плакать не бу-у-удет…
Опыт общения с детьми у девушки был крайне мал, а все колыбельные, которые когда-то пела ей мать, она уже давно позабыла, так что сейчас брюнетка попросту говорила все подряд, надеясь, что это поможет.
– Великий дух! Вента, да придумай же ты что-нибудь новое! – страдальчески простонал из дальнего угла смуглый стройный парень, до недавнего времени листавший толстый фолиант с труднопроизносимым названием «Два-в-одном». – Это «Лита хочет спать» я уже сто пятьдесят раз слышал!
– Не нравится – уходи! – шикнула на него другая девушка, плетущая из нескольких ремешков небольшую куколку – по верованиям, она, положенная в колыбель, должна была отгонять от младенца злых духов. – Тебя здесь никто не держит!
– Ага, уйдешь с вами, как же! – фыркнул парень, с шумом захлопывая книгу. Ребенок недовольно захныкал, и Вента с утроенным усердием принялась покачивать колыбель, бормоча уже и ей надоевшие фразы. – Сразу родителям нажалуетесь, что я такой-сякой, что Пиковая гильдия для меня дом родной, что я за единокровной сестрой поухаживать не могу.
– Рихарэллис Герад… баю-бай… я уже сто раз вам говорила… баю-бай, – улыбнувшись, пропела Вента, – и повторю снова… баю-бай… вас здесь никто не держит… И если вас… баю-бай… в ближайшее время здесь не будет… баю-бай… мы с Хэлле будем только рады…
Лита, несмотря на столь юный возраст, явно заинтересовалась разговором и, перестав хныкать, поводила глазами, прислушиваясь к речи старших.
– Левентин Герад, – не остался в долгу юноша, – а не кажется ли вам, что вы слишком много на себя берете?! Если родители поручили вам пару часов последить за сестрой, то это не значит, что вы стали почтенной матроной и можете указывать, что делать брату, который старше вас на целых четыре года!
– Старше… спи, Лита, спи… не значит умнее… баю-бай… Так что не пошли бы вы, многоуважаемый брат… баю-бай… далеко и надолго…
Хэлле, заканчивающая плести куклу, тихо хихикнула.
– Что-то ты меня слишком уж упорно прогоняешь! – вспыхнул Рихар. – Может, ждешь кого, а я своим присутствием мешаю? Подожди, как звали того тролля… Киринт? Нет?
– А вот мои личные дела… баю-бай… тебя совершенно не касаются, – не меняя тона, сообщила девушка, и юноша, надменно фыркнув, выскочил за дверь. Правда, он при этом осторожно прикрыл ее, дабы не потревожить Литу.
Но, едва за Рихаром закрылась дверь, с лица Венты мгновенно сползла улыбка, и девушка, повернувшись к Хэлле, жалобно поинтересовалась:
– Ну почему он все время надо мной издевается?! Что я ему сделала?! Я же не спрашиваю, где он позавчера провел ночь, не напоминаю, что нам с тобой пришлось, чтобы мама не волновалась, пробираться к нему в комнату и сооружать в его постели подобие муляжа его спящего?! И я ж не интересуюсь, почему, когда он неделю назад вернулся в час ночи, от него пахло женскими духами и где он умудрился так странно поцарапаться на груди, словно кто-то полоснул мечом?! А стоит мне один раз пройтись под руку с Киринтом, так Рихар сразу издевается!
– Не обращай внимания, – посоветовала ей Хэлле, обрезая на кукле лишние веревочки. – Рихар просто считает, что раз мы не мужчины, то он обязан заботиться о нас… А то, что, например, я владею мечом наравне с ним, его просто не волнует. А ехидничает он… Ну просто характер у него такой.
– И в кого только пошел?! – недовольно пробурчала Вента. Лита беспокойно завозилась в кроватке, и девушка принялась вновь качать колыбель. – Я, например, за свои семнадцать лет ни разу не слышала, чтобы папа сказал маме хоть какую-то гадость! А Рихар…
– Не обращай внимания, – повторила сестра, пряча улыбку. – Я уверена, Рихар до старости будет таким, а лет через сто пятьдесят, когда он будет лежать на смертном одре, окруженный десятком вдов и полусотней внебрачных детей, на вопрос: «Папа, ты как?», последует ответ: «Не дождетесь!»
И девушка осторожно сунула под матрас детской кроватки бережно сплетенную куклу.
День
Молния – тонконогая водяная лошадка, показала за городом всю свою прыть. Конечно, каурые кабил-ушти, обладающие, в отличие от серых кэльпи, более спокойным нравом, проигрывали последним в скорости, но и их аллюра было достаточно, чтобы, когда Молния остановилась, Найта, спрыгнув на землю, восторженно повисла на шее эльфа:
– Эльтше, как здорово! Я и не подозревала, что такое возможно!
Сапожник рассмеялся:
– Что, в конюшне отца такого не найдешь?
– Ой, да как будто ты не знаешь! – скорчила огорченную гримаску девушка. – Он считает, что почтенным купцам не пристало мчаться по улицам с такой скоростью. Их кони должны ступать чинно и спокойно!
– Ну… – протянул эльф, – раз почтенным купцам не положено… Ездить на кабил-ушти будут нищие сапожники!
Надо сказать, насчет нищеты Эльтше преувеличивал. Его отец, уважаемый Шейн Крис мог себе позволить и нанять троих работников, и купить сыну быстроногую кабил-ушти… Вот только, у него был маленький недостаток: сумев разбогатеть, Шейн так и не удосужился вступить в гильдию, а значит, с точки зрения главы гильдии купцов, был никем, хотя он и смог вопреки сложной системе цехов добиться очень многого…
Каренс задумчиво подкинул на ладони серебряную монету. В столице темный эльф собирался остаться на неделю. Не такой уж большой срок, но… Дом, в котором можно остановиться, должен отвечать как минимум одному условию – там обязан быть запасной выход. Казалось бы, такая мелочь, но… Когда у тебя такая профессия, что однажды темной ночью на огонек могут заглянуть недовольные клиенты и потребовать возврата денег, наличие либо отсутствие задней двери приобретает новые оттенки!
В принципе, за те деньги, что уже успел заработать эльф (три злотых и пара сребреников), можно снять достойное жилье, и Каренс уже заприметил пару домиков, вот только… В общем, как и следовало догадаться, о запасных выходах строители не позаботились.
Эльф уже был готов сдаться, когда внезапно вспомнил о варианте, приберегаемом напоследок – неподалеку от гончарных улочек сдавала небольшой домик старушка-вдова. Пару лет назад Каренс оказал ей небольшую, почти законную услугу, так что теперь плата, за которую старушка была готова предоставить эльфу жилье, была практически символической. И именно из-за этого Каренс, понимающий, что вдове все-таки надо на что-то жить, не особо часто пользовался данным вариантом, но раз уж выбирать не приходится…
Высокий кованый забор Киринт преодолел легко, благо дорога была знакома. Мягко спрыгнул на узкую, присыпанную песком дорожку, чудом не приземлившись в цветник, и быстро осмотрелся по сторонам. А вот теперь надо быть настороже. Демоны его знают, какие новые охранные заклинания могут стеречь казалось бы короткий путь от забора до особняка.
Бросив по сторонам цепкий взгляд, наемник сделал первый шаг и остановился. По белоснежному, явно привезенному из Островной империи песку небрежно змеилась тонкая зеленоватая нить. Кто-то обронил? Не похоже… Медленный шаг…
Подумав, тролль осторожно, двумя пальцами сорвал высокую травинку, пробившуюся возле самой дорожки, и, на мгновение задержав руку над нитью, разжал пальцы.
Зеленый росток закружило ветром и медленно понесло над ниточкой…
Киринт было решил, что он чересчур уж мнителен, но в этот миг нить тонкой струной рванулась вверх и, хищно свистнув, рассекла травинку на множество мелких частиц. Хозяева дома явно не любили незваных гостей.
Немилосердно топча редкие дарские астры, колторские лилии и мэйронские крокусы, тролль по большой дуге обошел ловушку, а потом, убедившись, что поблизости нет никакой опасности, рванулся к раскидистому дереву, расположенному у самого особняка.
Ловкой кошкой взлетев на дерево, Киринт посмотрел по сторонам и, осторожно переступая по пружинящей ветви, направился к открытому окну. Шаг, еще один… А теперь резко рвануться вперед и вверх с подогнувшейся ветви, почувствовать, как та, распрямившись, бьет по ногам, уцепиться за раму и буквально влететь в комнату… А потом вдруг неловко поскользнуться на широком подоконнике – сиденье солара, с грохотом упасть на пол и услышать злое шипение:
– Ты еще громче мог?! Литу чуть не разбудил!!!
Ребенок заворочался в кроватке, но просыпаться не захотел.
Киринт с виноватой улыбкой встал на ноги, потирая слегка ушибленное плечо, и только смог выдохнуть, глядя в сердитые глаза Венты:
– Извини…
Конечно, можно было бы банально воспользоваться парадным входом, вежливо постучаться в дверь, – но ведь это неинтересно!
Девушка опустила глаза, пряча улыбку…
Все когда-нибудь кончается. Завершилась и эта короткая прогулка за город. Эльтше вел Молнию на поводу, рядом, крепко держа эльфа за руку, словно опасаясь, что он куда-то исчезнет, шла Найта. На несколько минут парочка задержалась у восточных ворот – Эльтше оставил кабил-ушти в конюшне отца, а потом они вновь пошли гулять, на этот раз по городу.
Найта после катания была погружена в свои мысли и молчала. Эльтше, наоборот: несмотря на прогулку, которая вроде бы должна была развеять все неприятные мысли, чувствовал себя как-то странно. Он, пожалуй, не мог сказать, что же конкретно ему не нравилось, но в какой-то момент на ум пришло нелепое сравнение: шумливая полуденная столица показалась ему похожей на… зверя. Дикую оскалившуюся росомаху, приготовившуюся дать последний бой разъяренному, прыгающему вокруг псу. Разговоры, что раздавались вокруг, казались чересчур громкими, наигранными, кое-где слышались странные шепотки. Но сапожник мотнул головой, и все вернулось на свои места: шепотки превратились в обыкновенные пересуды, натужный смех стал естественным.
Эльтше проводил взглядом тощего оборванца, нарисовавшего углем на какой-то двери размашистый крест, заинтересованно шагнул к этому странному знаку, но в этот момент Найта потянула эльфа в сторону:
– Эльтше, смотри, что там за толпа?
Отвлекшийся парень решил, что знак не так уж важен, краем глаза отметил висящую над дверью позолоченную монету – знак ювелира и глянул туда, куда указывала девушка.
Толпа действительно перегородила узкий переулок, выходящий на одну из главных улиц города. Удивленно переглянувшись, парень и девушка протолкались вперед…
По улице Сенпри проходило настоящее шествие. Иначе это, пожалуй, и не назовешь: ехали пышные кареты, мчались всадники…
– Что происходит? – осторожно поинтересовался Эльтше у соседа.
Тот, длиннорукий гоблин, только скорчил злую физиономию вместо ответа.
– С охоты возвращаются. Король да свита. У, тролли проклятущие, – с ненавистью в голосе протянул кто-то сбоку. – Пришли тут с севера! Все у людей отняли! Ничего, скоро эти желтые попляшут!
Эльтше только фыркнул, решив не заострять внимания на подобном, явно беспочвенном высказывании, а то с говорящего еще станется вспомнить, что первыми на материк «заглянули» эльфы.
Найта, ахнув, затеребила сапожника за рукав:
– Эльтше, смотри! Там, на белом коне!..
Эльф проследил за ее взглядом… Мир явно сошел с ума! Чуть позади кареты, украшенной королевским гербом, ехал…
– У девицы есть вкус! – пошловато хмыкнул кто-то сзади. – Заглядеться на принца короны!
Эльтше гневно оглянулся, но рассмотреть, кто высказался, не сумел.
– Эльтше, но ведь это он, да? – не отставала девушка.
Сапожник мотнул головой, отгоняя упрямое наваждение:
– Тебе показалось.
Найта потрясенно уставилась на него:
– Ты что?! Это же действительно…
– Показалось! – упрямо оборвал ее сапожник.
Пусть лучше считает увиденное простым обманом зрения! Даже если все обстоит совсем не так, что это даст, кроме бессмысленных и пустых надежд?!
– Так ты собираешься сегодня вечером к ювелиру?
– Ага, – безмятежно кивнула Вента. – Рихар обещал проводить.
Разговор в соларе велся на полупониженных тонах и периодически прерывался завываниями на тему «баю-бай», но Киринт решил, что лучше уж такое общение, чем никакого.
– А не поздно? Сходила бы с утра…
– Ой, – отмахнулась девушка, – да что мне может грозить? Во-первых, с братом я в полной безопасности, он, как и ты, может голыми руками открутить голову хийсу, а во-вторых, покажи мне того идиота, который решится поднять руку на дочь главы Бубновой гильдии?!
Ответить Киринт не успел: где-то внизу оглушительно хлопнула дверь – мгновенно проснувшаяся Лита заревела в полный голос…
– Родители пришли! – ахнула девушка. – Уходи, а то Рихар опять гадостей наговорит!
– До встречи! – Чмокнув подругу в щеку и улыбнувшись, наемник направился к двери.
– Ты куда?! – переполошилась Вента. – Ты же через окно…
– А какая разница? – пожал плечами тролль, аккуратно прикрывая дверь с внешней стороны.
Вента осталась в состоянии, близком к прострации.
Киринт же спустился по лестнице в прихожую, раскланялся с доном Герадом и его супругой и поспешно прошмыгнул на улицу мимо замершего в удивлении дворецкого.
– В чем дело, Лирас? – поинтересовался темный эльф.
– Понимаете, милорд… – медленно начал дворецкий. – Я готов поклясться именем Великого духа, что не впускал этого юношу в дом.
Бубновый туз задумчиво хмыкнул, а потом резко поменял тему:
– Лирас, усиль охрану и проверь все охранные заклинания.
– Ирдес, что-то случилось? С чего такой переполох? – встревоженно оглянулась начавшая подниматься по лестнице женщина.
Темный эльф задумчиво протянул:
– Не могу ручаться, но город неспокоен. Такое чувство, будто готовится что-то нехорошее. Эрика, будь осторожна… И, думаю, будет лучше, если дети перестанут покидать дом в течение ближайших нескольких дней.
Эрмиль зачарованно застыл перед огромной картиной, на которой был изображен рыцарь, поражающий копьем дракона. Сомнений не было: рыцарь – это же, конечно, папа! Кто ж еще может быть нарисован на таком великолепном полотне? А дракон… Что дракон? Мало ли что отец никогда не рассказывал о подобном? Может, просто речь никогда не заходила! А так… Вот Эрмиль вырастет, станет великим рыцарем и тоже победит своего дракона или демона. А может, еще кого-нибудь.
Благо ждать осталось недолго! Сколько? Ну это, конечно, неизвестно (особенно если учесть, что считать мальчишка пока не умел), но не так уж много – это точно!
– Вот вы где, господин Эрмилион! – Громкий голос, раздавшийся в конце коридора, «разбил хрустальную вазу спокойствия». Что означала эта фраза, мальчик не знал, но, подслушанная в речи заезжего мер… нер… барда, она звучала для него весьма внушительно.
Будущий великий рыцарь беспомощно оглянулся в поисках путей отступления, но было уже поздно.
– Я вас везде обыскалась! Слуги все переполошились! Да и граф с графиней уже прибыли, а господин виконт все смотрит на эту столетнюю мазню! Точнее, изучает картины великих художников! – Высокая, крепко сбитая няня-тролльчанка подхватила на руки трехлетнего мальчугана…
Эрмилю ничего не оставалось, как покориться судьбе. Победы над драконами и демонами откладывались на неопределенный срок.
Квартерон задумчиво перелистнул страницу фолианта, делая вид, что не расслышал вопроса сестры, так что ей пришлось повторять снова:
– Рихар, но почему?
– Вента, ну отстань, а? – наконец оторвался от книги брат. – Не могу я с тобой идти и все! Родители дали денег – вот и отправляйся, покупай себе безделушки, а меня оставь в покое! И вообще, чего-то боишься, так надо было учиться меч в руках держать, а то ты даже не знаешь, с какой стороны эфес!
Девушка раздраженно прошлась по комнате, а потом возмущенно фыркнула:
– Ну и пойду! Без тебя! – И выскочила из комнаты, хлопнув дверью.
Рихар проводил ее взглядом и мрачно протянул:
– Можно подумать, у меня своей жизни нет!.. Черт, а на сколько же Лия назначила? На девять или на десять?.. Нет, в десять встреча с Тиклой… Или с Миррой? – Вздохнув, пиковый валет отложил книгу. – Ну вот, вечно с этими сестрами одни проблемы! Задурят голову, а ты мучайся!..
