Текст книги "Экзордиум (ЛП)"

Автор книги: Крофт Эмери

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Крофт Эмери
Экзордиум

Тропы

– Кровнородственный инцест (отец и дочь)

– Груминг

– Dd/Lg (динамика «папина дочка/маленькая девочка»)

– Графические сексуальные сцены

– Графические сцены убийств (на странице)

– Кровавые сцены

– Одержимость

– Non-con / Dub-con (несогласованный /сомнительное согласие)

Разница в возрасте

Примечание автора

Дорогой читатель,

С возвращением.

Это лишь небольшая заметка перед началом.

«Эксордиум» – это короткая новелла, являющаяся приквелом к «Королеве Червей».

В этой книге довольно много запретных тем. Клео всего семнадцать лет, тогда как Ксавьеру – 43. История, как и предполагает название, рассказывает о её первом убийстве и начале их отношений. Учитывайте это.

С учетом сказанного, надеюсь, книга тебе понравится.

– ЭМЕРИ КРОФТ

Глава первая

– Ты что, блядь, ослепла, Клео?

Струйка пота сбежала по моей щеке, а челюсть непроизвольно дернулась. Мне хотелось смахнуть ее, но я глубоко вдохнула и снова закрыла левый глаз. Постоянно чувствуя, как острые осколки камня впиваются в кожу на животе.

Палящее полуденное солнце обжигало мою нежную кожу. Я сильнее подогнула правую ногу, пока ступня не коснулась левой голени, и снова уставилась в прицел винтовки R1. Я не стала менять положение рук.

Мой указательный палец подрагивал прямо над спусковым крючком. Блядь! Ксавьер накричал на меня, чтобы пощекотать мне нервы – я должна помнить об этом!

Я справлюсь! Я выровняла дыхание, и сердечный ритм последовал его примеру. Палец нажал на курок ровно настолько, насколько нужно, деликатно, и массивная винтовка резко дернулась в моих руках – как непокорный любовник. Приклад ударил во впадину между плечом и рукой. Я ожидала отдачу и подалась ей навстречу, когда прогремел выстрел.

– Да – последняя, и идеально!

Я ухмыльнулась и посмотрела снизу вверх на Ксавьера.

– Серьезно – ты думал, что у меня не получится?

Я положила винтовку и поднялась на колени. Я снова уверенно сжала винтовку и поставила ее на предохранитель. Ксавьер протянул мне бутылку воды.

– Конечно нет, Пуговка. Вот, выпей, а я разберусь с винтовкой.

Мы так хорошо работали вместе – мой отец и я. Все у нас было синхронизировано, как детали хорошо смазанного механизма.

– Мне нужно держать тебя в тонусе – школа делает тебя ленивой. Что скажешь, если мы вернемся и съедим те два стейка, что я припрятал в морозилке?

Я встала и отряхнула джинсы.

– Звучит как отличное начало выходных, папа.

Он внезапно прижал меня к себе, и его губы скользнули по моим в быстром поцелуе. Ладно, между нами все было ОЧЕНЬ хорошо! Почему бы и нет?

Я выросла с Ксавьером – никогда толком не знала маму, и я любила его. На мой взгляд, он был всем, чем должен быть мужчина.

Сейчас ему было 43. Высокий, сильный мужчина – бывший военный, и сексуальность из него просто сочилась. Его стальные голубые глаза совершенно меня обезоруживали. Впрочем, как и его короткие черные волосы, прямая челюсть и идеальный нос.

Ксавьер был идеален во всем, а я была впечатлительной 17-летней девчонкой. Я была влюблена в него до безумия и ни капли не стыдилась этого.

Я лгу – может быть, это было чуть больше, чем просто влюбленность. Но он был моим папой, и сколько бы мужчин ни приходило и ни уходило из моей жизни – он никогда меня не бросит.

Я также знала, что отец любит меня совершенно по-особенному, и меня это вполне устраивало. Потому что я чувствовала то же самое. Я была достаточно взрослой, чтобы понимать: то, что мы делали, было грязным и порочным – но, блядь, это было хорошо!

Оглядываясь назад, я восхищаюсь сдержанностью, которую Ксавьер проявлял в те годы моего становления. Потому что теперь я знаю, насколько сильно он на самом деле был одержим мною – все это время.

После горячего душа я спустилась вниз вприпрыжку – одетая в короткую ночную сорочку и теплые тапочки. Шла вторая неделя школьных каникул, но я уже скучала по своим друзьям.

Я расставляла тарелки и стаканы на столе, пока Ксавьер раскладывал наш ужин. Он поставил на стол пиво, а рядом с моей тарелкой – бокал красного вина. Я поморщилась. Я не особо любила алкоголь, и в свои семнадцать вкус к нему так и не привился.

– Пап, ну зачем – у меня от него голова болит.

Он рассмеялся и скользнул ко мне за спину прежде, чем я успела сесть. Его большие руки крепко обхватили меня. Моя кожа затрепетала, когда его губы чувственно задержались на моем плече. Он с наслаждением вдохнул аромат моей кожи, и по моему телу пробежала дрожь.

– М-м, Клео – ты так вкусно пахнешь.

Я почувствовала легкий твердый толчок в поясницу, когда он прижался ко мне. О? Папочка был голоден. Я поняла, почему он предложил мне алкоголь сегодня вечером – он снова хотел трахнуть меня.

Это неизбежно началось несколько месяцев назад, но Ксавьер держал нас в узде – даже в том, что касалось орального секса. Поверьте мне, я познала пик сексуального разочарования. Это была запретная территория, но я сомневаюсь, что его это беспокоило, потому что меня это точно, черт возьми, не волновало.

Его сдержанность, впрочем, работала на нас в обратном направлении. На самом деле она лишь усиливала сексуальное напряжение. Мы жили друг с другом, были близки настолько, насколько это вообще возможно, и нас связывал поток огненного сексуального электричества.

Каждое прикосновение кожи или поцелуй при встрече по утрам уже не были прежними. Я хотела большего, и он тоже! Влечение было неоспоримым. К тому же, я ничего не могла с собой поделать, едва вкусив запретный плод.

Мой отец был искусен в искусстве доставлять удовольствие, и я знала это не понаслышке. Я порочно ухмыльнулась, когда его жадные губы горячими толчками заскользили по моей коже, а большие пальцы ласкали соски. Я надеялась, что он не просто поцелует меня и уйдет, как он часто это делал. Он был мне нужен – может, даже больше. Поэтому я тщательно подбирала слова.

– Ты хочешь поесть... еду, папочка?

Он притерся членом к моей заднице, и его горячее дыхание коснулось моего уха. Я содрогнулась под его большими массирующими пальцами.

– Да, Пуговка, я хочу поесть – можно мне?

Я закрыла глаза и несколько мгновений не отвечала ему. Пусть помучается немного – почему бы и нет? Его губы сильно присосались к моей шее сзади. Я застонала от жгучего удовольствия. Его пальцы сжали и выкрутили мои твердые соски.

– Клео, пожалуйста!

Это прозвучало достаточно настойчиво.

– Да, папочка, ты можешь съесть меня, а потом трахнуть.

Ксавьер развернул меня лицом к себе, и его губы накрыли мои в горячем, сдавленном поцелуе. Он обожал мою грязную болтовню. Его язык жадно сплетался с моим, пока пальцы впивались в мою задницу.

Он втирал свой твердый пах в меня. Тихий стон сорвался с моих губ, когда его язык эротично скользнул по моему. Его член терся о мою киску.

– Блядь, Клео – я так хочу тебя. Иди в мою комнату!

Наконец-то! Я сделала так, как сказал папочка. Это был приказ, и я, разумеется, подчинюсь.

Глава вторая

Я с тревогой ждала на кровати Ксавьера, пока он запирал двери на замок и засов.

Мы были здесь совершенно одни по выходным, и мне нравилось, что мы могли делать все, что нам угодно, в уединении нашего дома.

Некоторые из людей Ксавьера иногда оставались, но это было в комнатах возле амбара.

Сначала он стянул футболку. Вау!

Это было мне в удовольствие. Я любила его тело.

Было что-то особенное в мужчинах, которые от природы были крепко сложены.

Он наклонился надо мной, и мои пальцы с восхищением скользнули по его прессу, а затем к груди.

– М-м, папочка.

Ксавьер пристально смотрел на меня, не касаясь.

– Снимай одежду, Пуговка. Папочка, блядь, голоден.

Я рассмеялась над его любимой фразой и стянула ночнушку – а затем и трусики.

Ксавьер навис надо мной, и должна сказать – его огромное тело пугало и возбуждало одновременно.

Его голова опустилась ниже, и губы задержались на моей груди.

– М-м, детка.

Его рот жадно накрыл мой сосок, и он высосал его до твердого пика.

А затем его рот перешел к другому.

Я похотливо выгнулась навстречу ему.

Он переходил от одного к другому – посасывая, пробуя на вкус и прикусывая с громким чмоканьем.

В то время как я извивалась под ним от нарастающего удовольствия.

– О да, папочка – так хорошо.

Он хмыкнул, и его пальцы целенаправленно двинулись по моему животу к киске.

– О, детка – такая гладкая.

Его пальцы порхали над мягкими складками – лаская и дразня меня, чтобы я шире раздвинула ноги для него.

Он снова щедро присосался к моим соскам, пока его большой палец прокатывался по моему клитору.

Мы застонали в унисон.

Вокруг клитора побежали мурашки, пока он тер его так нежно.

– Пуговка, мне это нравится. Я хочу сосать его, пока ты не кончишь. Позволишь мне?

Его большой палец задвигался по клитору быстрее, и сквозь меня прошили искры.

– Да, папочка, да!

Ксавьер сдвинулся вниз, и почти сразу же его губы прижались к моему клитору.

Он хмыкнул.

Он любил это больше всего, и у него это очень хорошо получалось.

Он посасывал нежную плоть мелкими, жадными лизками.

– О, папочка, да, о.

Раскаленное удовольствие пронзало меня с каждым движением его опытного языка.

Я грубо двигала бедрами навстречу его рту, и он ворчал.

Его язык скользнул в мою мокрую пизду и обратно.

Моя нога дрогнула. Это было в новинку.

– О, папочка!

Его руки скользнули под ягодицы, и он слегка приподнял мой таз.

Его язык снова глубоко вонзился в мою киску.

ХЛЮП! ХЛЮП! ХЛЮП!

Легкое покалывание головокружительно бегало внизу живота, и я знала, что ему не придется сильно стараться, чтобы заставить меня кончить.

– О, папочка – да, я хочу кончить.

Я умоляла его о быстрой разрядке.

Это было слишком быстро, но обещало быть взрывным.

В свое оправдание скажу, что я молода и жадна.

Ксавьер одобрительно застонал, и его язык снова щелкнул по моему клитору.

– О боже – да, именно так, папочка!

Мое тело дернулось, руки Ксавьера переместились на мои бедра, и он прижал меня к кровати.

Его губы сосали мой пульсирующий клитор, заставляя волны чистого горячего удовольствия пульсировать по моему телу.

Мои пальцы дико вцепились в его короткие темные пряди и удерживали его голову, пока он лизал меня сильнее.

– О боже – да, да!

Движения его чудесного языка усилились.

Хлюп, хлюп, хлюп!

Мое тело снова приятно дернулось, и я громко застонала.

Я потерялась в сексуальном тумане на эти несколько мгновений, пока мне не пришлось оттолкнуть его.

– О боже – папочка, это было так хорошо.

Ксавьер выпрямился и стянул шорты.

Вау!

Его член стоял, злой и готовый вытрахать из меня всю душу.

И я была более чем готова принять его.

Его массивное тело опустилось на меня, и он ткнулся головкой в мою киску.

– Раздвинь ноги, маленькая девочка. Папочка растянет твою тугую пизду.

О блядь – да.

Я любила грязно и жестко.

Левая рука Ксавьера уперлась рядом со мной, пока он сжимал свой член и медленно входил в меня.

Стон пророкотал в его горле, пока моя мокрая киска растягивалась вокруг его толстого члена.

– О да, детка, так охуенно хорошо!

Он двигал бедрами и погружался в мою киску короткими полутолчками.

Мои руки легли на его твердые плечи, и я посмотрела в его темные глаза.

На его шее вздулась вена.

Я чувствовала сдержанность в его мышцах, но мне нужно было, чтобы он трахнул меня.

Я жадно двигала бедрами навстречу каждому его медленному толчку, и он стонал.

Я притянула его лицо ближе к своему, и мои губы накрыли его.

– Папочка – трахни меня жестко, пожалуйста. Я хочу тебя всего.

Ксавьер замер и уставился на меня.

Его красивые голубые глаза впились в мои.

– Ты этого хочешь, детка?

Я кивнула и широко развела ноги.

У меня был очень высокий болевой порог – он знал это.

Я искала удовольствия.

Его челюсти были сжаты, когда он глубоко вонзился в меня.

О, вау!

Мои ноги дрожали.

Жгучая боль – а затем чистое удовольствие.

– О да – именно так, папочка.

Губы Ксавьера накрыли мои, и его толчки были восхитительно жесткими и полными.

Его стоны отдавались во мне, а мои руки скользнули к его напряженной заднице.

Я крепко сжала его.

– О, детка – твоя пизда такая, блядь, приятная!

Моя киска приятно вибрировала, пока твердый беспощадный член Ксавьера вколачивался в меня снова и снова.

– О да, трахни мою киску, папочка!

Ксавьер застонал, и его ритм ускорился.

Хлюп, хлюп!

Горячее жидкое тепло разлилось по мне в очередном быстром удовлетворяющем оргазме.

Мои ногти впились в его кожу.

– Да, сильнее, папочка – я кончаю!

Ксавьер схватил меня за бедра, впечатался в меня еще несколько раз, а затем замер.

Его член качал в меня горячую сперму, пока моя киска пульсировала от удовольствия.

Мое тело содрогнулось, и я крепче сжала его задницу.

Это было впервые, и чертовски хорошо.

Ксавьер никогда раньше не кончал в меня.

Теперь я принимала противозачаточные – специально для этого.

Завершение.

– О да – это так хорошо, папочка.

Его губы снова были на моих, пока его член продолжал истекать в меня.

Глава третья

На следующее утро я немного побаливала, но это было восхитительно.

Я была странной в этом отношении.

Если судить по моему телу, границы между болью и чистым удовольствием были размыты и переплетены.

Полагаю, мои постоянные тренировки с юных лет и суровое воспитание Ксавьера сделали меня такой.

Отец был занят разговором по телефону, когда я спустилась вниз.

Были выходные, и вокруг никого не было.

Суета с охранниками и машинами начнется только в понедельник.

Так что он был полностью в моем распоряжении.

Я решила приготовить завтрак и сначала налила чашку кофе.

Погода на выходных выглядела мрачной, шел дождь, но я не возражала.

Вообще-то я планировала подольше поваляться в обнимку с Ксавьером.

Я поправила свою короткую синюю юбку и вошла к нему в кабинет с чашкой кофе.

Темные волосы Ксавьера были растрепаны, а глаза сверкали синевой.

Он улыбнулся, увидев меня.

Я обошла его стол, и его глубокий синий взгляд пробежался по мне.

Этим утром я оделась специально для завтрака.

Вы сами увидите.

– Конечно, Ричард, – его пальцы медленно скользили вверх и вниз по моему обнаженному бедру. – Тогда заезжай сегодня вечером.

Я прищурилась на него, и он притянул меня ближе.

Уф! Я хотела побыть с ним наедине.

– Тогда до встречи.

Его пальцы порхали вдоль внутренней стороны моих бедер.

– Доброе утро, Клео. Мне нравится эта юбка.

Его пальцы скользнули под юбку и коснулись края белых закрытых хлопковых трусиков.

– Пап, кого ты пригласил в выходные?

Он улыбнулся – теперь все его внимание было приковано ко мне.

– М-м, а что у тебя есть для папочки на завтрак?

Я прекрасно знала, как поиграть с отцом.

Его глаза потемнели, когда он задрал мою футболку, и взгляд устремился на мою промежность.

Его пальцы одержимо бегали по выпирающему контуру моей киски.

– Милые трусики.

Я смотрела на его жадно приоткрытые губы, пока его пальцы блуждали по моей заднице.

О да, это должно сработать.

– Ты, блядь, соблазняешь меня, Клео.

Он был прав.

Я отошла к столу Ксавьера и стянула юбку вниз по ногам.

Я не хотела, чтобы он снова перестал меня трахать, поэтому настояла – тонко, конечно.

– У тебя есть какие-то жалобы?

Он покачал головой и наблюдал за мной.

Его рука переместилась к пробудившемуся члену, и он грубо сжал его.

Понятия не имею, почему ему нравились эти уродливые трусы, но они его чертовски возбуждали.

Он придвинул стул вперед и потянулся через меня, чтобы в спешке смахнуть бумаги со стола.

– Залезай наверх, Пуговка.

Его пальцы одержимо двигались по бугорку моей киски – сжимая пухлые губки через ткань трусиков.

– М-м, Клео.

Его пальцы ласкали толстый бугорок, пока один палец прочерчивал линию по впадине моей щелки.

– Блядь – твоя киска выглядит так аппетитно.

Он наклонился надо мной и грубо втянул носом воздух вокруг моей промежности.

Порочная дрожь пробежала по мне.

– М-м, так хорошо.

Затем он игриво прикусил ткань, оттягивая ее зубами.

Я запустила руку в его волосы.

– Ты такой грязный мужчина, папочка.

Понятия не имею, почему этот его фетиш меня возбуждал.

На белой ткани образовалось мокрое пятно.

Он ухмыльнулся мне.

– Ты даже не представляешь, насколько развращенным я себя чувствую рядом с тобой, Клео.

Его палец быстрее потер мой клитор.

– О, детка, ты становишься такой мокрой для меня.

Ксавьер схватил мои трусики и стянул их вниз по бедрам.

Затем он поднес трусики к носу и вдохнул их запах.

Он закрыл глаза.

– М-м, твоя пизда пахнет восхитительно.

Он схватил меня за волосы и притянул ближе.

Его губы скользнули по моим, и язык грубо засосал мой, пока он раздвигал мои ноги.

– Стяни топ вниз, детка.

Я спустила свою тонкую хлопковую футболку под грудь. Ксавьер застонал. Мои соски отвердели и были готовы к его рту.

Я наклонилась над ним и наблюдала, как его язык и губы поспешно терзали мои соски. Он прикусил их верхушки зубами, а затем толкнул меня спиной на свой большой стол из красного дерева. Моя кожа казалась разгоряченней на фоне холода твердого дерева под спиной.

Но у меня едва было время подумать об этом, когда Ксавьер закинул мою правую ногу себе на твердое плечо. Его язык жадно зачавкал по моей киске.

– О, папочка, м-м.

Ксавьер хмыкнул от удовлетворения, и его шумный рот лизал мои складки, а затем клитор, издавая сладострастные стоны.

– Съешь меня, папочка.

Его пальцы раздвинули мои складки, и язык мастерски лизнул и поласкал мой клитор.

– О, папочка.

Его движения мягко раскачивали меня взад-вперед на холодной деревянной поверхности. Его голова двигалась между моих ног, пока мои пальцы ласкали его мягкие волосы. Его язык скользнул в меня, и я громко застонала. М-м – снова это.

У меня определенно не было никаких жалоб, потому что мне это нравилось. Я медленно двигала бедрами – притираясь киской к жадному рту Ксавьера – катаясь на его порхающем языке. Мои ноги дрожали вокруг его головы.

– О да, ешь меня, папочка.

Ксавьер снял мою ногу с плеча и грубо раздвинул мои бедра. Его губы двигались по моей киске – пируя на ней с мокрыми жадными хлюпаньями.

Мой клитор пульсировал от непрерывного внимания. Мое тело восхитительно дернулось, когда он втолкнул большой палец в мою пизду.

– О да!

Его губы сосредоточились на моем клиторе, а палец входил и выходил из моей мокрой киски. Я быстрее двигала бедрами навстречу его рту, пока моя кожа горела от желания. Сомневаюсь, что меня можно было насытить в этот момент. Большой палец Ксавьера хлюпал внутри и снаружи.

Это в сочетании с его напористым сосанием заставило мои ноги трястись. Его стон стал для меня пусковым крючком, и мое тело забилось в сокрушительном оргазме.

– О боже – да, да!

Его палец вонзался в меня и выходил обратно сильнее – шумно толкаясь в моей влаге.

– Вот так, моя Пуговка – кончи для папочки.

Ксавьер встал, и его мокрые соленые губы накрыли мои. Его средний и указательный пальцы заменили большой. Его язык скользил по моему, пока пальцы безжалостно входили в меня.

– Твоя пизда такая, блядь, мокрая для меня!

Он быстрым легким движением стащил меня со стола и развернул.

– Хм, детка. Подожди. Сейчас я буду трахать тебя, как свою сучку.

Я наклонилась над столом, и моя грудь и живот легли плоско на твердое дерево.

– О да, папочка.

Рука Ксавьера раздвинула мои ноги, а пальцы развели ягодицы. Он хмыкнул, когда его большой палец несколько раз скользнул по моей дырочке.

– Блядь, детка, я с тобой еще даже не начинал.

Мое тело восхитительно задрожало. М-м, я могла только представить, что это значит. Его пальцы обхватили мои бедра, и я знала, что это будет быстрый жесткий трах. Его головка ткнулась в мою киску, и мое тело затрепетало в ответ. Ксавьер толкнул свой член глубже в меня – медленно. Затем он вышел и снова вонзился в меня короткими рывками.

– М-м, папочка – твой член ощущается так хорошо.

Член Ксавьера казался намного больше в этой позе – более полным и вкусным. Он застонал.

– Тебе нравится папочкин член, детка?

Горячие твердые глубокие толчки. ХЛЮП! ХЛЮП! Горячий шепот прошелся по моей спине.

– О да, папочка.

Мои пальцы подползли к дальнему краю стола, и я вцепилась в него для опоры. Толчки Ксавьера стали дико жесткими, и мои бедра горели, когда меня вбивало в край стола. Но это было так хорошо! Его рука переместилась на мое правое бедро, и он поднял мою ногу, закинув колено на край стола. Он вытащил член, а затем снова вошел в меня полностью – глубже.

– О да – блядь, твоя пизда моя, детка!

Толчки Ксавьера были восхитительно шумными и дикими, пока он приближался к кульминации. ШЛЕП! ШЛЕП! ШЛЕП! Его бедра ударялись о мои ягодицы, пока его палец круговыми движениями ласкал мою дырочку. Он застонал и вставил свой толстый член в меня.

– Блядь, Пуговка – я кончаю!

Он жестко толкнулся в меня. Раз, два, и потом замер. Теплое семя закачивалось глубоко в меня. Мой ненасытный отец крепче сжал мою талию и втер свой член в мою насквозь мокрую пизду. ХЛЮП! ХЛЮП!

– Не шевелись, детка, папочка хочет, чтобы вся его сперма была внутри тебя. Ах – это так, блядь, хорошо!

Я согласна – это было так неправильно, но так затягивало. Его горячее дыхание задержалось на моем плече, пока мои руки беспокойно блуждали по моему телу. Его член все еще пульсировал во мне. В конце концов он развернул меня к себе, и его губы накрыли мои.

– Ты понятия не имеешь, что ты во мне разбудила, Клео.

Я сосала его губы, а его полувозбужденный член продолжал тереться о мою мокрую киску.

– Расскажи мне, папочка.

Его губы переместились на мою шею, зубы и губы скользили по моей коже.

– Моя дорогая – скоро ты сама увидишь.