Текст книги "Тайна опозоренной жены (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 23

– Ее величество – дама очень щепетильная! – заметила тетушка, словно лично была знакома с королевой. – И принципиальная. Как только она увидит, что к ее визиту не готовились, может, развернуться и уехать! Такое уже было не один раз! Королева не терпит небрежностей!

Радио «Семейные ценности ФМ» продолжало свое нравоучительное вещание, которое сводилось к тому, как правильно их надо блюсти!

– К тому же здесь будет твой муж! Он, увидев в каком состоянии пребывает ваш дом, решит, что ты – плохая хозяйка! Запомни, мужчины любят возвращаться в красивые и уютные дома! – распиналась тетушка.

Сейчас мне хотелось взять молоток и добить остатки уюта своими уставшими руками.

С другой стороны, я понимала, что увидев остатки и останки роскоши, королева решит присудить ребенка отцу. Если тот, конечно, не конюх и не дворецкий.

Н-да… Дилемма!

– Помойте холл и лестницу, – выдохнула я девушкам, направляясь к столику с лекарством. Боль, хоть и в меньшей степени, все равно накатила, а я выпила несколько ложек, чтобы выспаться.

Отрубилась я почти сразу. Спала я тревожно. Мне все снилось, что у меня отнимают ребенка, вырывают из рук неведомые силы… Я старалась прижать его к себе, кричала, что не отдам.

– Вставайте! – внезапно обрушился на меня голос тетушки Мэйбл. Если раньше я была ему не рада, то сейчас он избавил меня от зацикленного кошмара. – Приличная девушка готовится к визиту с самого утра…

Я лениво осмотрелась по сторонам, видя, что комната прибрана. Богаче она не выглядит. Но главное, что чистенько.

– Вам нужно надеть новое платье! – произнесла со знанием дела тетушка Мэйбл. – Так принято! Королеве на глаза нельзя попадаться в старых платьях!

– У меня нет нового, – прошептала я, выбирая из оставшихся нарядов подходящее. – И вообще, для королевы все новое! Сомневаюсь, что она вместе с белками и ежиками наблюдает за мной вон из тех кустов и знает наперечет весь мой гардероб!

Я достала вполне приличное платье, встряхнула его, глядя на кружева и бантики.

– Ни в коем случае!!! – возмутилась тетушка, едва ли не выхватывая платье из моих рук. – О вас и так слухи нехорошие ходят! А вы хотите подтвердить? Обнажать руки нельзя!

Тетушка Мэйбл, с её строгими правилами и непробиваемым настроем, была непреклонна. Она уже достала из сундука несколько нарядов, которые, по её словам, были «абсолютно новыми» и «совершенно подходящими для такого случая». Я смотрела на её выбор, чувствуя себя немного ошеломлённой.

– Наденете вот это! – произнесла тетушка Мэйбл, протягивая какое-то уродливое платье. – Это – платье – вашей матушки!

– Так, давайте я сама решу, что мне стоит надеть! – возмутилась я, пытаясь в очередной раз поставить тетушку на место. Но тетушка явно не собиралась быть статуэткой, чтобы стоять на месте. Она предпочитала стоять на своем.

– А, впрочем, я останусь в этом платье! – отмахнулась я. И снова внутри все сжалось.

А что если королева посчитает меня недостаточно богатой, чтобы воспитывать Кристиана?

– Едут! – послышался крик и топот.

Я поняла, что переодеваться уже нет смысла. Сердце зависло над невидимой пропастью, когда в окне показалась целая вереница карет.

Карета мужа была зашторена все теми же плотными занавесками. А я вспомнила про то, как в ней кто-то был.

– У вас есть шанс примириться с мужем! – послышался суетливый голос тетушки Мэйбл. – И у вас снова будет семья! Если, конечно, ребенок от него!

Я спустилась вниз, чувствуя, как подгибаются ноги. На стук выбежала служанка и открыла дверь. В дом вошел мой муж, с которым я на мгновенье встретилась взглядами. О, сколько же презрения было в его глазах. Он шумно вздыхал, словно только что ему прилетела пощечина от судьбы.

Следом вошел Адриан. Я посмотрела на него с надеждой. Сейчас мне нужна была поддержка, как никогда, но Адриан старался вести себя сухо и официально.

Следом, в сопровождении чародеев в пестрых роскошных мантиях вошла маленькая темная фигурка. Росту в ней было метр сорок. Ну, мне так показалась.

Маленькая, кругленькая, в скромном темном платье, она сняла вуаль с лица, а ей тут же кто-то подал небольшую корону.

Кругленькая бабушка обладала цепким и острым взглядом. Он, словно булавки втыкался в присутствующих и в окружающую обстановку и вот ее взгляд остановился на мне. «Угу!», – кивнула королева. Что это значило, я не знаю. Она посмотрела на Адриана и снова вернула взгляд на меня.

– Ваше величество, – присела я в реверансе.

Надеюсь, я все делаю правильно.

– Прекрати, – сухо произнесла бабушка, остановив меня жестом. Голос ее был тихий, но в тот момент, когда он звучал, замолкали даже мыши. Мантии чародеев переставали шуршать, а их медальоны – звенеть.

– Не будем тянуть, – сухо произнесла королева.

– Да, ваше величество! – прошуршали голоса магов, Адриана и даже мужа.

И она стала с деловым видом целенаправленно подниматься по лестнице.

Откуда она знает, куда идти? В доме же столько комнат?

Но королева явно знала маршрут. Я уловила запах ландыша, исходящий от нее. Какая интересная женщина. В ее крошечных, почти детских руках, на которых сверкали перстни, сосредоточено целое государство.

– Прошу вас, ваше величество! – произнес солидный маг, открывая дверь в мою комнату.

Я тут точно нужна? Или как?

Все поспешили внутрь. Я тоже решила поспешить!

– Вон! – произнесла королева все тем же приглушенным голосом.

Тетушка Мэйбл, кормилица и две девушки, которые вязали новую шаль, тут же вскочили, как ошпаренные и устремились к двери.

– Приступайте! – произнесла она, стоя посреди комнаты. – Быстрее.

Я видела как маги осторожно взяли колыбель, придвинув ее к королеве.

Так наблюдала за ребенком.

Сердце повисло на волоске. А вдруг не он? Я посмотрела на мужа. Что тогда делать? Тут неизвестно, что хуже! Он или не он!

Один магов дал камень в руки Ландару. Тот подержал его, а сквозь его сжатые пальцы ударил свет.

Он раскрыл ладонь, а я напряглась, видя, как чародеи бережно, не касаясь камня, держась только за цепочку, положили светящийся камень на грудь Кристиану. Малыш протянул ручки к камню, а я напряглась.

Он стал тянуть его за щеку.

– Ваше величество. Мы готовы дать ответ, является ли ребенок сыном герцога Ландара, – произнес старый чародей.

Глава 24

Королева сделала шаг вперед. Она указала пальцем себе на ухо, где среди седых волос сверкнули дорогие серьги.

– Мне на ухо, – произнесла она.

Маг кивнул и подошел, склоняясь к уху королевы.

Я видела, как шевелятся его губы, но ничего не могла разобрать. Зато я увидела, как изменилось лицо королевы. Она нахмурила брови.

– Как я и думала, – наконец изрекла она, когда маг с поклоном отошел на место.

Что это значит? Почему никто ничего не говорит вслух?

Сердце гулко забилось в груди, а я почувствовала накатывающую слабость. Первой мыслью было крикнуть: «Ну что там⁈ Не молчите, прошу вас!». Но я тут же прикусила язык. Ведь такая реакция от матери только ухудшит ситуацию.

Мне оставалось только стоять и глубоко дышать, пытаясь себя успокоить.

– Вон, – кивнула она магам. Те послушной вереницей покинули комнату. Я тоже собиралась.

– Останься, – догнал меня голос королевы.

Я сделала очень глубокий вдох, поворачиваясь к ней.

Внезапно голос подал мой муж.

– Ваше величество, у меня было время подумать над вашими словами. Все королевство – тоже не мои дети. Но я буду обязан о них заботиться, – поклонился он.

Королева промолчала.

– Только пока я нуждалась в помощи, обо мне заботился посторонний мужчина! Он не прошел мимо моего горя! Он дал денег, кормил, лечил, возил в столицу по делам… И к доктору, – не выдержала я, глядя на «заботливого многодетного отца».

– Почему ты мне не сказал? – произнесла королева, обращаясь к Адриану.

– А зачем? – искренне удивился Адриан.

Королева подошла к колыбели, и впервые на ее лице появилась улыбка. Она погладила Кристиана по голове. В ее глазах промелькнуло что-то нежное. Крошечные ручки схватили ее за палец, и Кристиан захихикал.

– Я подумал, ваше величество, – произнес Ландар смиренным голосом, подходя к королеве поближе. – Вне зависимости от результата проверки, я готов отозвать прошение о разводе. К тому же у моей жены нет средств для достойного содержания ребенка.

– У нее есть голова на плечах. И друг. Я надеюсь.

Адриан склонил голову: «Как скажете, ваше величество!»

– От себя назначаю пенсию. По потере кормильца. Чтобы не сильно обременять друга, – заметила королева, бросив взгляд на Адриана.

– Это прозвучало обидно, ваше величество, – произнес Адриан.

Королева посмотрела на меня, а я почувствовала, как взгляд этой маленькой женщины пригибает меня в поклоне. Была в нем твердость и власть.

– «Да» на развод, – произнесла королева.

Глава 25

Неужели?

Неужели Ландар был прав, и ребенок не от него! Иначе бы королева не стала так таинственно молчать и одобрять развод. Она просто, видимо, не хочет выносить семейный ссор из избы.

Вот поэтому она смотрит на меня таким тяжелым взглядом.

Мне стало не по себе. Но я боялась что-то спросить, что-то сказать… Сейчас любое мое слово способно разрушить как мою жизнь, так и жизнь Кристиана.

– Почему развод? Ваше величество! Я же отозвал просьбу, – произнес Ландар резковато.

– А ты возомнил себя королевой? – негромко спросила ее величество. Она посмотрела на Ландара. Несмотря на то, что она была ниже его ростом, маленькая королева смотрела на моего мужа сверху вниз.

– Как зовут ребенка? – спросила она, выставив руку с кольцом в мою сторону, словно пытаясь опередить мой ответ. Жест был истолкован правильно. Я молчала. Молчал и Адриан.

Повисла тишина.

– Если ты ответишь правильно на этот вопрос, развода не будет, – пояснила королева, глядя на Кристиана.

Тишина усилилась. Она стала какой-то гнетущей, удушающей, тесной.

– Ландар! – наконец-то произнес мой муж, глядя на меня.

Королева усмехнулась.

– Однозначно. Развод, – произнесла королева. – А тебе…

Теперь она смотрела на меня.

– Когда в следующий раз будешь выходить замуж, думай своей головой, – произнесла королева.

Она положила руку на грудь моего сына, а ее кольцо засветилось.

Что? Что она сделала⁈

Королева направилась в сторону дверей, ничего не объясняя. Она даже не обернулась.

Маги ждали ее в холле.

– Но, ваше величество, – задыхался Ландар, бросившись ко мне.

Он резко схватил меня за плечи и тряхнул.

– Как ты назвала ребенка! – прорычал Ландар, глядя на меня. У меня чуть голова не отвалилась от такой тряски.

– Адриан, – произнес голос рядом. – Мальчика зовут Адриан. Как меня.

В этот момент Ландар отпустил меня, выбегая следом за королевой.

Я стояла, словно пришибленная. Сердце гулко стучало, а я опомнилась и бросилась к ребенку. Схватив его на руки, я прижимала кроху к себе.

Я слышала, как отъезжают кареты. И пыталась успокоиться.

– Надеюсь, вы простите мне маленькую колкость, – послышался голос. – Давно хотел, но не было возможности.

Мне снова захотелось крикнуть: «Чей ребенок!!!». Но потом поняла, что этот вопрос приличные матери не задают.

– Все хорошо, – шептала я, расхаживая с малышом по комнате. – Все хорошо. Я тебя никому не отдам. Никому, слышишь?

Адриан уехал последним. На столике, возле которого он стоял, лежал мешочек с запиской. «От друга».

– Спасибо, – прошептала я, давая ребенка кормилице и беря мешочек в руки. Карета Адриана уезжала последней.

– Спасибо. Ты – настоящий друг. Не то, что некоторые, – выдохнула я, вспоминая Ландара. А вот что было бы, если бы я назвала ребенка Ландаром? Тогда бы он угадал. И никакого развода не было.

Сейчас тоже не понятно. Удастся ли ему уговорить королеву повременить, или нет.

– Не хочу об этом думать! – простонала я, видя, как бледная Милдред, кормит Кристиана грудью.

Кушали мы с аппетитом. Еще и задорно чмокали. Самой бы сейчас не мешал бы перекусить.

– Вот! – послышался негодующий голос тетушки. – А я вам говорила, как назвать ребенка! Какой позор! А так бы развода бы не было! А развод – это… это… крест на вашей жизни! Все, ваша жизнь закончилась!

Я посмотрела вокруг.

– Не знаю, пока дышу! Разницы не чувствую! – ответила я. Остатки нервных клеток точили нож на тетушку.

– Теперь у вас одна судьба! Ребенка у вас отберут! А вы будете нянькой или экономкой у ваших родственников, кто согласится приютить вас. А приютят вас с неохотой. Никто не хочет навлекать позор на свой дом. И воспитание девочки вам точно не доверят. Чтобы вы не бросили тень на ее будущую репутацию! Вот к чему привели вас ваши глупые поступки. Вы не слушали мои советы. А теперь ждите, когда за ребенком приедет ваш бывший муж!

Глава 26

– Если все получится, то я смогу сама содержать ребенка! – произнесла я, глядя на тетушку, которой впору давать номинацию «Паникер Года».

Ну что ж. Королева дала развод! А я знаю, чем ребенок. Он – мой! И я не намерена сидеть, сложа амбиции.

– Девочки! – крикнула я, собирая служанок.

После визита королевы девушки выглядели так, словно их с креста сняли. Бледные, слегка напуганные, впечатленные по самые сплетни.

– Надо приниматься за работу, – выдохнула я, отказавшись от скромного завтрака. – Нам осталось понять, как мастер делал звезды! И тогда мы сможем связать первую шаль!

Я уселась в кресло, видя, как завтрак меня соблазняет. Он пытался парить вкусным запахом мяса, потом стекал аппетитной корочкой, а я рассматривала ткань, думая над тем, что это вообще такое.

– И, вроде бы, не бусинка, – ковыряла я, прищуриваясь. – Словно краска. Но такой я не видела! Прямо точечка на нитке. Как блестка… Может, это – какие-то блестки? Тогда где их брать?

Хотелось сопеть ежиком и обнимать колени.

– Где брать блестки! – выдохнула я, понимая, что времени у меня нет.

Взгляд блуждал по комнате, как вдруг.

– Сусальное золото! – подумала я, вспоминая, как однажды видела видео – урок. – У нас есть сусальное золото?

– Это что такое? – заволновались девочки.

– Это такая тонкая золотая пластина, которую… Ну как фольга… – пыталась объяснить я. На меня смотрели так, словно я древнее заклинание читаю. – Краска, короче из золота для подсвечников и…

– Рам картин? – спросила Анна. – Чтобы золотыми были?

– Да!!! – обрадовалась я, видя понимание в ее глазах.

– У нас где-то была… – задумалась Роза. – Сейчас поищу.

Она встала и вышла, а я едва могла усидеть на месте. Вскоре Роза вернулась с банкой. Я открыла крышечку, видя расплавленное золото.

– Оно! – обрадовалась я, хватая иголочку и обмакивая.

Я осторожно капнула малюсенькую капельку на нитку.

– Да!!! – обрадовалась я, видя, как точечка застывает.

Служанки радостно переглянулись.

– Итак, сейчас делаем конвейер! – выдохнула я. – Мне понадобится шаль. Я собираюсь поехать в ней во дворец!

– Какой дворец! – послышалось кудахтанье тетушки. – Разведенным, опорочившим свою репутацию нельзя выходить в общество еще два года! Только по истечении этого срока, дама с запятнаной репутацией, имеет появиться на званом вечере. При этом еще год запрещается танцевать…

Я слушала все это, понимая, что возраст опороченной в юности дамы подбирался к полтиннику.

– … десять лет с момента позора запрещено ярко одеваться или обнажать руки и плечи, – перечисляла чопорная тетушка. – Пятнадцать лет с момента позора вас не должны видеть в компании мужчин! Никаких! Двадцать лет с момента позора вам не полагается начинать разговоров первой, особенно с хозяевами. И только спустя тридцать лет, вы можете вернуться в общество, так сказать, в полной мере! Как видите, стоит один раз оступиться!

– Анна! В красильню! – скомандовала я, пропуская мимо ушей нравоучения. – Роза делает звездочки. Я тебя умоляю, главное, чтобы засохло.

Роза кивнула, а Анна уже была возле дверей.

– Мы с Милдред вяжем, – кивнула я. – Потом меняемся.

Роза тыкала точки, проверяя, засохла краска или нет. Мы же сели ей помогать. Пока что вязать было не из чего.

– Глядите, как красиво! – заметила Роза через час, сматывая клубок. Она любовалась им. Он сверкает!

Анна принесла новый клубок, а Роза села украшать его.

– Ну, поехали! – выдохнула я, вывязывая первый ряд. Выдохлась я на десятом ряду.

– Давайте сюда, мадам! – произнесла Милдред, вручая мне Кристиана. Пока она вязала, мы с Кристианом сходили и посмотрели, как тетя Анна красит. Получалось у нее ловко. И по лицу было видно, что она кайфовала от процесса.

В гулком зале, похожем на логово паучихи были развешаны нити и слышалось мурлыканье незамысловатой песенки про первый поцелуй.

– Госпожа! – заметила Анна. – Смотрите, что я придумала! Я беру ни одну нитку, а целых три сразу! Так получается быстрее!

Мы с Кристианом вернулись в комнату, где Милдред сопела над вязкой. Она вручила вязку Розе, а сама села ставить звездочки.

– Роза, дай-ка сюда… – прошептала я, видя приличный кусочек шали. Я положила две шали рядом и…

Роза сидела и улыбалась. Она заметила это давно, а я чувствовала, как меня переполняет гордость. У нас получилось!

– Еще нитки! – послышался голос Анны.

– Продадим первые две шали, – перечисляла я. – Наймем еще девушек! Ваша задача будет их обучить.

Я понимала, что дело оказалось намного проще, чем я думала. Самым сложным было – попасть в общество, которое сейчас осуждает меня со страшной силой. Я мысленно умоляла судьбу дать мне подсказку…

Как вдруг послышался стук колес. Я отогнула штору, видя, как к дому подъезжает карета и из нее выходит мой муж.

О, нет!

– Госпожа, что случилось? – спросила Анна, когда я быстро вручала ребенка Милдред. – Госпожа…

– Муж. Приехал, – прошептала я, а в мыслях было, что сейчас он заберет Кристиана!

Глава 27

Внутри все вздрогнуло, сердце поднялось в горле комом, а я стиснула зубы. Ребенка я не отдам!

– Это твой – последний шанс помириться! – послышался радостный голос тетушки Мэйбл.

Я посмотрела на нее взглядом Медузы Горгоны.

– Нет, – произнесла я, гордо расправив плечи.

Было слышно, как в дверь стучались. Каждый стук заставляла мысленно вздрагивать.

– Глупая! – засопела тетушка Мэйбл. – У каждой приличной женщины есть муж! Мужа нет только у женщины неприличной!

– Как у вас! – ядовито ответила я, раздражаясь от настойчивого стука и лекции про семейные ценности.

– Да! Как у меня! – дрожащим голосом произнесла тетушка, шумно втянув воздух. – Одна роковая ошибка молодости стоила мне счастья! И я не хочу, чтобы ты повторила мою ошибку!

Меня трясло при мысли, что муж не уходит!

– Я дверь закрыла, – прошептала Анна, а я посмотрела на нее с благодарностью. Но дверь – это слабая защита!

– Не глупи! – настойчивым коршуном – правильного воспитания, белым пальтишком от добродетели вилась вокруг меня тетушка. – Мудрость женщины должна заключается в умении делать вид, словно ничего не случилось!

– Я не люблю его. И не хочу иметь с ним ничего общего! – произнесла я, скрипнув зубами и нервами. О, как же действует мне на нервы этот настойчивый стук.

– Любовь! Пфе! – усмехнулась тетушка, глядя на меня. – Любовь – вот корень всех зол! Она разрушает семьи! Если бы не внезапно вспыхнувшая любовь, то мужчины бы не бросали жен, а жены, не убегали от мужей! Любовь только мешает браку, и никак не укрепляет его!

Я раздраженно дернула плечом, не желая слушать лекции о морали и нравственности.

– Ну, знаете ли! – произнесла тетушка Мэйбл, понимая, что ее слова для меня как жужжание комара летней ночью.

Она решительно взяла в свои сухонькие ручки подол платья и направилась к двери.

– А вы куда собрались? – спросила я, прищурилась я.

– Спасать жизнь и репутацию одной глупой и упрямой девчонки! – заметила тетушка, выходя за дверь.

Я поняла, что она идет открывать, и бросилась за ней.

– Нет! Я в этом доме хозяйка! – закричала я, чувствуя, что тетка настроена решительно. – И я приказываю вам сесть, прижать турнюр!

Тетушка Мэйбл ускорила шаг, выходя в холл.

– Девочки! – приказала я, ловя тетку. – Хватайте ее!

Мы схватили брыкающуюся тетушку Мэйбл, которая кричала, что все равно спасет наш брак.

– Запереть ее! – задыхалась я, видя, как резвая старушенция брыкается, как коза!

– Пустите! Немедленно! – послышался возмущенный голос. – Твои платочки– лоскуточки тебя не спасут! Я долго молчала, но теперь скажу! Ни одна приличная женщина из знатной семьи не опустится до того, чтобы быть торговкой! Ни одна! Ниже падать уже некуда! А ты решила уподобиться базарной девке, которая предлагает товар направо и налево! К тому же…

Тетка прокашлялась, а мы тащили ее в сторону комнаты.

– … ни одна приличная женщина ничего у тебя не купит! – кричала тетка. – Ни одна! Приличные женщины дорожат своей репутацией! Они могут спокойно покинуть бал, если вдруг увидят на нем недостойных людей! Я уже не говорю о том, чтобы ответить на приветствие какой-нибудь падшей женщины! А ты собираешься им платки продавать!

Анна открыла двери, а я втолкнула тетушку Мэйбл в шкаф, тут же бросаясь на дверь и прижимая ее плечом. Анна протянула ключик, а не сразу попала в замочную скважину.

Ключ провернулся, закрывая ее. А я выдохнула, отходя на несколько шагов.

– Выпустите! Вы… – начала тетушка. – Я сейчас потеряю сознание! Ой, мамочки! Я уже его теряю!

И правда! В шкафу послышалось «бух».

– Дверь не открывать! Ни одну, ни… – начала я, как вдруг увидела на пороге комнаты Ландара.

Анна побледнела, глядя на хозяина, и опустила глаза. Едва заметной стайкой девочки бросились из комнаты. Красавец смотрел на меня чарующим взглядом. Его аристократическое лицо казалось бледным, а губы дрогнули.

– Все-таки вошел! – негромко произнесла я, сжимая ключ от шкафа в руке. – Итак, чего ты хотел? Нет, скажу по-другому? Чего ты хотел после того, как опозорил меня на всю столицу?

– Наверное, помириться, – произнес Ландар негромким голосом. Он достал коробочку и открыл ее. В свете магических свечей сверкнул драгоценными камнями роскошный золотой браслет.

Глаза дракона скользнули по несомненно дорогой вещи, а потом по мне.

Я посмотрела на протянутый браслет, делая глубокий вдох.

– Я не возьму, – процедила я, скрипнув зубами и отвернувшись от подарка. – Я не собираюсь с тобой мириться.

– Понимаю, в твоей душе обида. Я был неправ, когда так поступил, – послышался голос, а я смотрела на резную замочную скважину шкафа. – Я хочу вернуть все назад!

– А сплетни ты вытащишь из ушей общества? – спросила я, нервно и насмешливо. – Хочу на это посмотреть!

Ландар обжег меня взглядом. Он положил бархатную коробочку на столик.

– Тебе достаточно один раз явиться в общество вместе со мной, и скандал тут же утихнет, – мягко заметил дракон, глядя на меня. – Недели не пройдет, как все забудут о нем и переключатся на что-то другое. Мы станем им больше не интересны. И чем счастливей мы будем выглядеть, тем быстрее прекратятся досужие сплетни. Делов то!

Странные мысли крутились в голове. Если я соглашусь, то моя репутация будет восстановлена. И тогда я снова буду считаться приличной женщиной и смогу наладить производство платков! Мы в шаге от успеха! Но беда в том, что такие платки не для горожан или крестьян. Они у нас лакшери, лимитед эдишн! Они для аристократов и богатеев. И если меня не принимают в обществе, то мои платки никто покупать не станет. Из принципа, чтобы не запятнать репутацию.

– Поместье будет восстановлено. Я уже дал заказ мастерам по отделке. Всех слуг, которые поступили так низко, найдут и накажут, – произнес Ландар, а я покрепче сжала ключ в руках.

Глупые! Глупые мысли! А с другой стороны – это повод сохранить ребенка…

– Мне очень жаль, что так вышло, – голос дракона стал мягче, а я почувствовала, как его рука скользнула по моей шее. Я стиснула зубы, словно по мне ползает ядовитая змея. – Я вел себя глупо…

Я отмахнулась, делая шаг в сторону. Рука Ландара застыла в воздухе. Дракон медленно опускал ее.

– Но я действительно был взбешен, – усмехнулся он, поднимая на меня красивые глаза. – А сейчас я понимаю, что должен был быть рядом… Прости меня…

Рука снова потянулась ко мне…

– Ты переоцениваешь волшебство слова «прости», – произнесла я, глядя на его руку. – Оно не способно творить те чудеса, которые ему приписывают! Оно не способно изгладить память, успокоить боль, вытащить из сердца обиду и злость.

– Я постараюсь загладить вину, – заметил муж, окинув меня взглядом. – Собирайся. Мы едем во дворец.