Текст книги "Измена. Не отнимай сына (СИ)"

Автор книги: Кристина Весенняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Глава 19

Наташа Гордеева

Я боюсь принять окончательное решение. Осколки моего сердца до сих пор любят Игоря. Он отец моего солнечного ребенка. Разве просто отказаться от надежды на семейное счастье? С ним я была счастлива. А сейчас мне нужно понять для себя, смогу ли идти с этим мужчиной по жизни. Готова ли каждый раз оглядываться и подозревать всю его округу в обмане?

– В том то и дело, что я не хочу возвращаться в ту точку, где у нас все рухнуло. Мы уже изменились. Надо думать о том, что наша задача – дать нашему сыну самое лучшее, но каждый при этом пойдет своей дорогой. – Мои слезы иссякли. Подруги говорили оставаться в качестве украшения рядом с мужем. Бороться за статус замужней женщины, но меня не волнует мнение общества. Пусть повсюду говорят, что у меня не вышло построить крепкую семью, но я не собиралась жить по чьим-то убеждениям. Я многое бы отдала за хоть похожее чувство, которое испытала рядом с Игорем. Позже, когда я оправлюсь после нашего расставания, найду в себе силы впустить в свою жизнь мужчину, который полюбит меня и моего ребенка.

Руки Игоря обессиленно опустились вдоль тела. В нем будто жизнь прекратилась. Стеклянными глазами он рассматривал меня. Наверняка, в его голове крутились разные мысли: от отрицания до принятия ситуации. Ему было понятно, что я говорила серьезно. Иначе не могла с нами поступить. Если бы осталась с ним, наши будни стали бы невыносимыми. Состояли бы из выяснений отношений и постоянных ссор. Мы уже отдалились друг от друга, когда ему кто-то понадобился на стороне.

– Поедем к Мишке. – Выдавил он из себя и мы сели в машину. В салоне никто из нас не заговорил до самого дома.

– Я никак не буду препятствовать вашим встречам с Мишей. Ты его папа и это никто не изменит. – Игорь не смотрел на меня. Шел прямиком к квартире, в которой мы с мамой сейчас жили.

Я постучалась в дверь. Время было позднее, и сынок уже сладко спал по своему режиму. Мама открыла нам дверь и удивленно уставилась на Игоря.

– Пропусти нас, мам. Игорь здесь, чтобы увидеть сына.

Мы прошли по коридору и я провела его к спальному месту сына. Игорь осматривался в квартире и что-то себе подмечал. Он попросил оставить наедине с Мишкой. Я позволила. Прикрыла дверь и пошла на кухню, где сидела моя мама. Ей не терпелось расспросить меня о сегодняшнем дне. А мне так хотелось забраться с ногами в кровать и укрыться от всех проблем одеялом.

– Наташа, почему тут Игорь? Ты же была уверена, что он намерен отнять Мишу! – мама не стала долго ждать и сразу же набросилась с расспросами.

– Оказывается, это была уловка Маргариты. Чтобы мы окончательно рассорились с Игорем. Она играла на моих материнских чувствах. – Мама ахала от удивления все больше и больше по мере моего рассказа.

– И что же, ей все сойдет с рук? – не унимается мама. Она жаждет расправы над стервой. Пожимаю плечами. Не хочу связываться с Маргаритой. Пусть она живет своей жизнью, проходит свои трудности, и никак со мной не будет связана.

– Не хочу о ней беспокоится. Мне и Мише она никак не навредит.

На кухню входит Игорь. Его взгляд затянут чернотой, словно за пару минут с сыном он принял для себя какое-то важное решение. Я встаю со стула и иду к чистой кружке, чтобы налить его любимый черный кофе. Мне хотелось разбавить напряжение между нами. Теперь мы должны поддерживать только родительские взаимоотношения.

– Я забираю Мишу из этой коммуналки. Ему здесь не место! – Игорь сказал тоном, не принимающим никаких возражений.

Глава 20

Из ослабленных пальцев рук падает наполненная кружка кофе. Оглушающий звон наполняет кухню. Я не верю в услышанное! Все перед глазами застилают подступающие предательские слезы. Сквозь них я упрямо смотрю на Игоря. Зачем он со мной так поступает? Я ведь доверилась ему!

Чтобы не рухнуть вслед за кружкой на кухонный кафель, хватаюсь за рядом стоящий стул. Игорь ничего от меня не оставит, если сейчас заберет моего ребенка! По щекам текут соленые слезы. Шмыгаю носом и сжимаю пальцы на твердой спинке стула.

Мы смотрим друг на друга. Безотрывно. Словно вокруг нет никого. Он даже не замечает, как моя мама кидается к нему с просьбой не поступать с нами по-скотски. Она заблуждается, если думает, что ей удастся призвать к его совести.

Я вижу твердое решение Игоря отнять у меня Мишу. Но почему? Мгновение назад это же не было его целью! Убеждал же меня в обмане Маргариты, а теперь забирает моего ребенка. Урок мне преподает – чтобы я, глупая, никому не доверяла.

Мне бы подать голос своего протеста. Как не хочу ему отдавать своего ребенка. Чтобы не разлучал меня и Мишу. Хоть что-то! Но я стою, как статуя, на месте. Все тело стало деревянным.

Мама, покинув кухню, убежала к Мише, оставив нас с Игорем наедине. Внутри меня рушится надежда в исправлении моего мужа. Он решает приблизится ко мне. Но с каждым его шагом я чувствую лютый холод к нему. Это чувство завладевает моим сердцем. Все то хорошее, за что я его уважала и ценила, исчезает. Я не смогу Игорю простить такую подлость. И не забуду.

– Почему ты не попросила моей помощи, если так нуждалась в деньгах? Не пришлось бы приводить нашего сына в эту яму! Ему здесь не место! – Игорь оказывается рядом. Почти вплотную. Его дыхание обжигают мои раскрытые губы. Но внутри меня ничего не откликается. Отболело к нему. – Как и тебе, здесь не место. Ты можешь уйти с нами. Вернись с Мишей в наш дом.

Горячие ладони мужа накрывают мои скулы. Это обжигает, но не вызывает прежних чувств. Глухо. Абсолютно ничего. Будто разучилась вмиг что-либо ощущать. Это страшно. Но его не волнует мое состояние. Он прижимается своим лбом к моему и закрывает глаза. Он думает, что я рада этому единению? Дает мне время на раздумывание? Но я за ним не последую. Мои руки неподвижно висят вдоль тела. Легкие разрывает от нехватки кислорода и мне приходится хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Еще немного и меня не станет.

Мы с Игорем стоим на небольшом островке, созданный моей иллюзией о перемирии. Как я могла доверять этому человеку? Сама привела его к своей крепости. Да только ее защиты хватило до решения Игоря все здесь уничтожить.

Молчу. Если последую за ним, то мне и моему ребенку будет угрожать каждый день опасность. Игорь не задумывается, как сильно способен причинить боль другому человеку, даже самому близкому. Это не любовь, а желание обладать моей жизнью. Чтобы никто и, даже я сама не могла решать, кто будет рядом со мной. Хочет мной манипулировать и нашим сыном.

– Рядом с нами это тебе не место! И, если сейчас ты отнимешь моего сына, я тебе этого не прошу. Через суд я заберу у тебя даже право видится с Мишей без моего согласия! Это все сбудется, если ты переступишь с моим сыном через порог этой квартиры! – Игорь отшатывается от меня и, удивленно раскрыв рот, разглядывает свою осмелевшую жену.

– Буду ждать тебя с сыном в нашем доме. – Прозвучал окончательный приговор без права на обжалование. Он потерял то крошечное, что зарождалось между нами. Наша тонкая нить, объединяющая души, оборвалась.

Глава 21

Наташа Гордеева

Я падала на бешеной скорости в пропасть. В ушах стоял звон, мучающий меня. Заткнула руками чувствительные уши и сильно зажмурилась, чтобы прекратить вращение пространства.

Мама кричала, когда Игорь вошел к ним с Мишей в комнату. Сын плакал навзрыд, пока я изнутри от его вопля сгорала. Двигалась медленно. Все кости скрипели, но я шагала к сыну. Мне надо было взглянуть на него. Я молилась о единственном шансе быть с ним.

Что для этого надо? Остаться с Игорем. С человеком, который сошел с верного пути. Отвернулся от меня, только чтобы достичь своей цели: удержать меня рядом с собой за счет нашего сына. Могла ли я такое позволить? Один раз и это будет повторяться из раза в раз.

Смотрю за тем, как Игорь одевает Мишу и просит собрать мою маму все необходимое для внука. Она закрыла лицо руками и разрыдалась навзрыд. Она этот день ему не простит никогда.

Я подошла и достала ту сумку, в которой уносила вещи сына в эту квартиру. Пальцы дрожали, но я отчаянно выполняла его требование. Мне нельзя было падать в его ноги или пытаться вырвать у Игоря из объятий Мишу. Это все могло напугать малыша.

– Не стоит плакать. – Я не понимала, для чего он это говорил. Издевался над моим истерзанным сердцем? Ему мало было слез моей матери, нашего сына и моих?

– Как ты собираешься о нем заботится, когда ты вечно в разъездах и на бизнес-встречах? – сейчас мне не нужна была истерика. Я должна была понимать, что он собирался делать с ребенком.

– Найду хорошую няню, но уверен, что к этому времени ты вернешься в наш дом. – В его голосе была несклоняемое убеждение в моей безвыходности. Он понимал, что держал в руках самое ценное, что было в моей жизни. И чтобы это не покалечить, я отпускала Игоря без скандала. Мне было страшно навредить Мише. Но это не означало, что я оставлю всю эту ситуацию без своего внимания.

Я давала ему инструкции на случай ночного пробуждения сына. Вложила в сумку баночки с грудным молоком. Поцеловала сына в волосатую головку и закрыла дверь за Игорем.

Мое сердце бешено колотилось, но я старалась удержать рвущиеся наружу крики. С сыном ничего не случится. Одну ночь он переночует с отцом, а дальше мы больше ни на мгновение разлучаться не будем!

– Вот, посмотри, что ты натворила! Привела его в дом, а он тут же забрал у нас Мишеньку! Нам надо было в полицию звонить, а не сумки собирать! На кой ты сына отдала? – мама сильно беспокоилась за внука. Она не могла принять факт того, что Игорь увез Мишеньку из нашей квартиры.

Я сажусь на корточки перед лужей разлитого кофе на кухне и, глотая слезы, вытираю пол. Что мне надо было сделать по ее мнению с Игорем? Накинуться на двухметрового мужчину и выбить из его рук своего сына? Это бы очень испугало только Мишеньку, но не как не Игоря.

– О какой полиции ты говоришь? Он отец Миши и может без согласия забирать у нас ребенка. Здесь нужно что-то другое придумать.

Моей маме было сложно уловить ход моих мыслей, поэтому она ушла плакать в постель, пока я разбиралась с уборкой пола кухни и прихожей. Физические упражнения хорошо прочищали мозг, но мне не удалось окончательно задвинуть глубоко в себя тревогу за сына. Легла на кровать с молитвой на устах о своем сыне.

Из сна меня вырвал звонок мобильника под подушкой. Я быстро разблокировала сенсорный экран и, не глядя, ответила на звонок, чтобы не разбудить маму, которая едва уснула.

– Алло, – сонно сказала я.

– Наташа, я отправил по твоему адресу такси. Садись в него, немедленно. Мише плохо! – на заднем фоне истошно кричал мой ребенок и это тут же взбодрило лучше любого будильника. Мой малыш в беде!

Глава 22

Игорь Гордеев

Я увидел слезы на ее лице. Что я творил? Кого я обманывал, прикрывая свою низость желанием обеспечить сына лучшими условиями, чем в этой коморке. Я отнимал ребенка у матери. Обезумел ее отказом. Так сильно хотел ей обладать. Той, что снилась мне ночами. Той, с именем которой я просыпался. Окончательно потерял рассудок, когда сидел с маленьким сынишкой и тасовал мысли в своей голове, прикидывая лучшие варианты, чем ее завоевать.

Все неправильно. Наташу не вернуть шантажом. Я не хочу быть скотиной в ее глазах. Только не для нее. Но механизм запущен. За ночь найду для нее просторную квартиру и помогу с переездом. Пусть неподалеку от нашего дома, но достаточно, чтобы она могла соскучится по мне. Я быстро уложу Мишку спать и кину запрос своему знакомому риэлтору. Пускай найдет несколько хороших вариантов квартир для моей жены и сына.

Ненависть во взгляде Наташи рвет на части мне сердце. Сжимаю челюсть и двигаюсь на выход. Завтра же я удивлю ее своим поступком для нее. Только вот примет ли она его?

Всю дорогу к дому меня терзала реакция любимой. Косякнул. Признаю. Но исправлюсь. Заглажу свою вину перед ней. Я привлек ее внимание. От ненависти до любви один шаг? Тогда мне не остается ничего, кроме как принять любые меры.

Миша капризничал всю дорогу. Он верещал в автокресле. И даже дома не замолкал. Будто сам прекрасно понимал, что у него отняли возможность быть рядом со своей мамой.

– Сынок, ты помоги папке вернуть маму. Мы ведь в одной команде! Подсоби разок косячному отцу. – Пытался отвлечь его своими рассуждениями и постоянно говорил, но сын не умолкал. Битый час я не мог понять, что же хотел мой родной сын. Памперс заменен на чистый и сухой, кормил из бутылочки молоком, укачивал и включал белый шум. Все без толку.

Как ловко с ним справлялась Наташа? Неужели она все время слушала непрерывный вопль нашего сына? И как ей удалось сохранить нервы и остаться адекватной мамой?

Я ничего не замечал. Работал днями и ночами, чтобы обеспечить нас, и что она делала по дому и для нашего ребенка, принимал, как должное. Ее забота и каждодневный труд просто не хотел замечать. Шел к своим поставленным целям и в один момент оступился. Даже не понял, как оплошал. Но сейчас я снова и снова оступался, но теперь без нее.

Усердно продолжал качать сына на руках, но тот старался повысить децибелы своего крика. Прикладываясь губами к его головке, понимаю, что у того жар. Тороплюсь на кухню и ищу градусник. Измеряю сыну температуру. Взволнованно нарезаю круги по замкнутому пространству. Где Миша мог простыть или подцепить вирус? Но я понимал, что все могло заключаться в том, что сам разлучил его с матерью.

– Я сейчас позвоню твоей маме и привезу ее к тебе. Сынок, только не волнуйся.

Набираю по памяти ее номер. Сонный голосом она отвечает мне. Хм, даже трубку взяла. Очень кратко объясняю ей ситуацию.

У Миши поднялась температура до тридцати восьми и пяти. Как помочь снять ему жар? Достал домашнюю аптечку. Начал в ней копаться, пока не вошла в дом встревоженная Наташа. Ее растрепанные волосы обрамляли бледное личико. Она мне показалась еще меньше, чем обычно. Напуганная, но чертовски любимая.

– Что с Мишей?

– У него температура, а я не понимаю, что из лекарств ему дать. – Она подошла к аптечке и вытянула ярко-оранжевый пузырек. На ложку налила лекарство и дала сыну. Тот после лекарства завопил еще больше. Хотел что-то вкусненького получить, а дали ложку чего-то противного.

Наташа взяла сына из моих рук и стала напевать ему песенку. Она хорошо справлялась с сыном. Я ошибочно думал, что с ребенком любой дурак справится, но раньше, больше чем десять минут не проводил один на один с Мишкой. Оказывается, здесь нужно большое терпение и опыт. Хоть и у Наташи не было ни младших сестер, ни племянников, она понимала, как стоит заботится о нашем сыне. Да и я никогда не был ярым помощником. Думал, что мне не нужно было вмешиваться. Какой кретин!

Беспокойство Наташи нарастало. Она мелкими перебежками то оказывалась у аптечки, то снова рядом с Мишкой. Но у него все равно не сбивалась температура. Мы приняли решение ехать в больницу.

Наташа ехала на заднем сидении с Мишей, пока я напряженно вел машину. Посматривал на них через зеркало и снова на дорогу. Я волновался за нашего сынишку и за состояние Наташи. Ее пальцы подрагивали, а лицо стало белее бумаги.

Врачи сразу забрали Мишу. Они брали анализы и просили нас ждать.

Наташа грызла ногти. Беру ее руки в свои горячие ладони. Она такая хрупкая. Чуть нажмешь и сломаю.

– С ним все будет хорошо. Легкая простуда, просто пощекочет нам нервы. Вот увидешь, тут, под присмотров врачей с Мишкой ничего не случится.

Из-за моих слов любимая расплакалась. Я перегнул?

– А вдруг с ним что-то серьезное случилось?

– Как такое возможно? Твоя любовь его всегда оберегает. С ним ничего плохого не произойдет.

Она утыкается носом в шею, а я ее крепко обнимаю. Хочу, чтобы она знала, что не одна. Глажу ее по напряженной спине. Пальцами считаю каждый позвонок.

– Прости, что меня не было рядом. Ты всегда была одна с Мишей. Совсем не получала от меня помощи. А я только сегодня понял, когда остался с ним один на один, сколько необходимо усилий и терпения на ребенка. Зациклился на достижении всех поставленных целей и напрочь забыл, что нужен своей семье.

– Теперь нет. – Жестко говорит она и пытается выбраться из моих объятий, но я не пускаю ее.

– Ты не перестаешь меня удивлять. Такая сильная и волевая. Я всегда буду благодарен тебе, что ты выбрала меня отцом Миши. Ни с какой другой женщиной я не хотел бы связать свою жизнь. Только ты. – На удивление, признание вырвалось из меня правдивым потомком. Я открыл для Наташи свое сердце. Мне казалось, что она нуждалась в этом. С самого начала должен был замечать ее старания и те усилия, которые она прикладывала ежедневно. Не был для нее хорошим мужем и сейчас не заслуживаю ее. Но я изменюсь ради нее. Стану тем, с кем ей будет хорошо.

– Зачем ты говоришь сейчас такие вещи? Ты не понимаешь, как делаешь мне больно? – она поднимает на меня свои заплаканные глаза. Я убираю прядь ее волос с лица. Моих губ касается легкая улыбка, а все потому, что сказанные слова тронули Наташу. Внутри нее была борьба: поверить моим словам или оттолкнуть окончательно. – Если тебе было хорошо рядом со мной, то почему ты переспал с Марго? Зачем все разрушил между нами?

Глава 23

Игорь Гордеев

Бьет прямо в голову. Идеальное попадание и тотальное уничтожение. Пульс зашкаливает. Готовился ли я к подобному разговору? Нет. Но нам стоило поговорить. Мне нужно было объясниться, в конце концов. Кажется, это была единственная возможность ненадолго ее задержать рядом с собой.

– Я облажался. Вложил в идею все деньги, но ни рубля не заработал, так еще серьезным людям задолжал кучу бабла. Как я мог зайти в дом, где у меня жила идеальная семья? Я больше не вписывался. Крупно спасовал. Не имел права делиться с тобой проблемами. Иначе, каким бы был мужиком в твоих глазах? Слабаком. – Голос осип. Задышал чаще, глубже. Мне потребовалось все мужество, чтобы выдержать ее взгляд. Она ненавидела меня. Я сам был виновен в этом. Решил, что способен привязать Наташу к себе нашим ребенком. Какой я на голову мудак!

Она всю себя отдавала в дни, когда была со мной. Эта волевая девушка позволяла мне делать ее счастливой. Наташа подарила мне сына, а я скатился до грязной скотины и попытался у нее отобрать малыша. Я противен себе. Сам ненавижу себя за подобное. Рядом с ней не должно происходить такое дерьмо! Она лучшее, что со мной случалось. Так я должен приложить максимум усилий, чтобы ее не потерять.

– Так длилось около четырех месяцев. Сжирал себя изнутри. А потом появилась Марго с крупным заказом. Это решило все мои финансовые вопросы! Мы праздновали. Мой бокал не успевал опустошаться. Не знаю, какую дрянь мы мешали. Как умудрился оказаться в доме твоего отца, я ни черта не помню. Затем Марго притащила ко мне в офис те фотографии. Мне сразу стало понятно, что я потеряю тебя, как только ты их увидишь.

Она смотрит в упор. Прицел профессионального снайпера. Вот-вот и мою грудину разорвет от волнения. Не отводил взгляда от ее лица. Я запоминал каждую черту. Манящие приоткрытые губы, в которые я мечтал впиться своими, почувствовать насколько они сладкие. Я был близок к тому, чтобы притянуть ее голову и столкнуться губами. Встретил бы я сопротивление?

– Ты мог прийти ко мне и все рассказать! – сколько в ее словах отчаяния за упущенное нами время.

– Но в моей голове совершенно не сохранился ни кусочка того вечера! С каким бы доказательством к тебе бы я заявился? С пустыми словами?

Ее взгляд оказался красноречивее некуда. Мне вдруг стало понятно, что эта сильная девушка боролась бы за нас. Докопалась бы до правды. Поверила бы моим словам.

– Я никогда не хотел ее. Ты мне веришь? – в попытке почувствовать между нами ту невидимую нить, я взял ее за ладонь и сжал. Но уже видел, как она далека от меня. Закрылась.

– Ты мне не доверился, когда оказался по горло в проблемах. Для тебя я была красивой куклой, выполняющей все твои прихоти, но так и не ставшей близкой и любимой. Ты ни во что меня не ставил, раз помчался к Марго. И теперь мне плевать, спал ты с ней или нет. После этой ночи ты стал мне безразличен. Я добьюсь полной опеки над сыном и на метр тебя к нему не подпущу.

Ее глаза наполнились слезами. Она будто себя убеждала в своих словах, а не меня. Но ранило это обоих.

Наташа выдернула свою руку из моей ладони и отвернулась к двери, из которой мы ожидали доктора. Ее спина была напряжена, а плечи расправлены в сторону. Идеальная осанка, словно, если даст себе слабину, то тут же развалится. Раскрошиться на мелкие кусочки и все из-за моей тупости!

Мне невыносимо было терять жену. Я хотел сбежать из этого места. Залить свое горе высоким градусом и забыться. Уплыть на волне жалости к себе. Но сейчас было не время. Пусть Наташа и отказалась от меня, я до сих пор ей был нужен. У нашего сына высокая температура и она, как и я, волновалась за его здоровье. Я останусь с ней рядом, как поддержка, пока она не прогонит.

Наклоняюсь корпусом вперед и вдыхаю аромат ее волос. На секунду жмурю сильно глаза, чтобы не позволить себе слабости. Оказывается, я совершенно не знаю Наташу. Использовал ее в прошлом. Любовался ей, как красивой статуэткой. А что давал взамен на ее любовь? Деньгами откупался. Задаривал дорогими побрякушками и не стремился что-либо о ней узнать. Мне было столько дано времени, а я все просрал из-за своего эго. Хотел кому-то доказать, что крут только потому, что владел такой красавицей. И не замечал, насколько Наташа умная и искренняя в своих чувствах девушка. Я полный кретин!

А сейчас могу только на расстоянии вытянутой руки находиться рядом с ней, но не касаться. Теперь она не подпустит меня к себе.

Мое тайное разглядывание за женой прервал вышедший к нам педиатр.