Текст книги "Однажды и навсегда (СИ)"

Автор книги: Кристина Михайлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 44

Пробуждение утром под трель будильника было просто ужасным. Мне же не сорок лет, почему тогда голова так раскалывается?

Сегодня первый день стажировки, а начало дня просто «идеальное». Несмотря на такую рань, на прикроватном столике традиционно ожидало кофе. После вчерашних гулянок Айвис привез меня обратно в квартиру, видимо занес уже спящую и раздел, ибо эта часть вчерашних событий напрочь отсутствовала в моей памяти, остаются лишь догадки. Забота, стоит признать, на высшем уровне. Вот только от этого пока не сильно то и легче.

После быстрого душа, застала мужчину на кухне в домашних штанах и с чашкой кофе в руках, он внимательно изучал бумаги с какими-то громоздкими таблицами.

– Доброе утро, – миролюбиво решила начать я, вот только голос мой был отнюдь не доброжелательным.

– Рано еще, можешь выспаться после вчерашнего, – предложил он, продолжая активно изучать документы.

– Мне на стажировку, – пробурчала слегка.

– Как высшее начальство твоего начальства разрешаю на пару часов опоздать, – победная ухмылка заиграла на его лице, вот только взгляд все также был прикован к бумагам.

– Ты приобрел ютуб-канал? Но как?! – и вот тут я проснулась окончательно, новость подействовала лучше кофе.

– Всего лишь пакет акций, это ради твоего же комфорта и безопасности, если ты еще не поняла такую простую истину.

– Ты просто невыносим, – в сердцах ответила я, разводя руками в разные стороны.

– А как по-другому? – чуть нахмурился, но на повышенный тон пока не перешел, явно сдерживается, – компанию ты нашла себе сама, меня не послушала. Я согласился, пошел на уступки. Хочешь работать– пожалуйста. Вот только и я хочу спокойно работать, а не переживать вечно за твой зад.

– Хорошо, – просто устала, спорить больше сил нет.

– Маш, – на меня, наконец, посмотрели, – никто в компании не будет знать о твоем особом статусе. Я постараюсь сильно не лезть, мои люди будут только наблюдать, в остальном ты полностью свободна на своей работа, – и так он произнес это «на своей работе», что стало сразу ясно его отношение к моему выбору, а еще очень неприятно внутри.

– Хорошо, – как мантру повторила я, все равно без толку с ним ведь спорить.

– Пойми меня хоть раз, – прорычали мне вдогонку, – с университетом я тоже скоро все решу, самый оптимальным вариант– перевод в Московский кампус.

А вот здесь я уже не могу сказать свою утреннюю мантру. Ибо кто-то уже слишком сильно обнаглел со своей заботой.

– В Питере друзья, знакомые, одногруппники, квартира с вещами. Айвис, ведь нам не обязательно сожительствовать. Я могу к тебе приезжать каждые выходные, – рискнула вразумить я мужчину, но не тут-то было.

– Нет. – четкий и бесповоротный отказ.

– Хорошо, – не хочу снова спорить, это морально убивает.

Развернувшись просто отправилась в гардеробную.

Решила ли я сдаться? Однозначно нет.

Просто смысла с ним вести переговоры не вижу, а я не попугай чтобы повторять свои просьбы снова и снова. Главное, что для себя я уже точно решила – после месячной стажировки точно вернусь в Питер. Я хочу доучиться именно там. А эти непонятные отношения слишком стремительные и губительные. К такому я не готова, не выдерживаю видимо. Если чувства Айвиса настолько же сильны, как и мои сейчас, то мы сможем справиться, тем более Питер и Москва не Владивосток и Калининград, пару часов и мы вместе. Но объяснять эту истину парню мне не хотелось, потому что итак казалось все очень уж очевидным.

На прощание у самого выхода из квартиры мне лишь сообщили, что заберут лично после первого рабочего дня. В ответ последовало очередное «хорошо».

Было видно, как раздражает его мой монотонный ответ, но ведь сам так жаждал подчинения с моей стороны. Вот оно, получай дорогой.

Так, всё! Сегодня важный день, нужно перестать думать о личном. Вперед на встречу к незримой свободе.

Глава 45

Первый рабочий день пролетел незаметно. Пока вникала во все тонкости канала, знакомилась с коллективом, не заметила шести вечера на часах.

На телефон пришло сообщение «Жду внизу». Внутри все сразу же затрепыхалось, все-таки я сильно соскучилась по Айвису.

Спустившись, была впервые за неделю приятно удивлена – Айвис стоял, облокотившись о черную спортивную машину, с букетом нежно розовых роз. Картина маслом. Ни охраны, ни пугающих внедорожников. Только мой молодой человек, от которого слюнки текут, таким сладеньким он сейчас казался.

– Привет, – решила, как и всегда, начать беседу.

– Как первый рабочий день? – похоже кто-то забыл, что даме цветы нужно вручить.

– Очень хорошо! Это мне? – решила немного ему помочь, а то стоит бедный, да взглядом меня поедает. Хотя какой он бедный, ну да ладно.

– Ах, да, – впервые увидела легкое смущение на его лице, неописуемая картина.

– Спасибо, очень приятно, – вдохнула легкий аромат роз, пряча под ним свою довольную улыбку.

– Эти цветы ассоциируются у меня с тобой, такие же нежные, маленькие, но колючие.

Искренне улыбнулась ему и снова поблагодарила. Все же заметил мое утреннее состояние, постарался немного изменить ситуацию.

– В ресторан или домой? – предложил он.

– В ресторан, хочу отметить первый рабочий день.

– Как скажешь, маленькая.

По дороге мы обсуждали будни друг друга, выбирали кухню, а вот уже в самом ресторане, после заказа блюд, решила задать мучающий вопрос:

– Как сестра Борзого? Что решил с ней? – слегка волнуюсь, боясь услышать категоричный ответ.

– После того случая ночью, я потребовал объяснений. Она лепетала что-то про южные корни, ранние подъемы. Конечно, я не верю в эту чепуху, уж слишком рано она явилась на работу, да еще и в мой кабинет. Но, – легкая пауза, – развязывать с ней войну нам не выгодно. Поэтому я четко поручил работу с ее предприятием специальному человеку, так сказать посреднику. Тем самым минимизировал наше общение, мне и самому не нравится эта змея, от нее вполне можно ожидать удар, поэтому специальные люди следят за этой дамочкой.

– Ох, отлично, – и снова я искренне заулыбалась сегодня.

– Ревнивая, – легкая ухмылка.

– Даже скрывать не буду, – признала я, – еще Айвис, я бы все же хотела продолжить учебу в Питере.

– Маш…

– Послушай меня, пожалуйста, – чуть настойчивей начала я, – мне осталось доучиться всего ничего, там все условия для успешной студенческой жизни, а Питер и Москва – это ведь совсем рядом, в любой момент и я с тобой. Пожалуйста.

– Нет, – непоколебимый ответ, – я не хочу быть без тебя даже один день.

– Почему ты так думаешь? Мы ведь вместе…

– Маша, – Айвис начинал немного закипать, – я хочу возвращаться не в пустую квартиру, а к тебе. Хочу засыпать с тобой каждый день, готовить тебе по утрам кофе. Не хочу лишать себя этого еще на год, я итак достаточно ждал и достаточно много сделал для нашего воссоединения. Я могу пообещать тебе создать хорошие условия в Москве, перевод отличный вариант.

Казалось мы в тупике.

– Айвис, – чуть склонила голову вниз, чтобы не выглядеть еще более жалостливей, выпрашивая возможность учиться там, где хочется, – но я хочу продолжить учебу именно там.

– Заочка, – ведь знает, что на это я уж точно не пойду.

– Пожалуйста, – все же рискнула поднять глаза в последней надежде на его понимание. Нет, от учебы в Питере я точно не откажусь, но его шаг навстречу был очень важен для меня.

– Я подумаю, – кажется лед тронулся.

– Спасибо, спасибо, спасибо, – залепетала я, касаясь его ладони.

Да что тут ладони, я была готова всего его исцеловать, если бы не люди вокруг.

– Но это не факт, далеко не факт, – осведомили меня, чуть нахмурившись при этом.

– Я верю в лучшее, – честно призналась.

– Маленькая, – на его лице заиграла легкая, многообещающая ухмылка.

Остатки вечера мы провели очень тепло, Айвис старался давать мне все необходимое: свое внимание, легкое чувство свободы, сдержанность. Ну а после ресторана нас ожидало бурное продолжение ночи. Мы мирились, мирились и еще раз мирились после всех склочных моментов и ссор, отдаваясь друг другу без остатков.

– Тебе хорошо? – спросил он у самого ушка перед сном.

– Очень хорошо, – сейчас мне безумно комфортно с ним таким.

– Моя, ты только моя, – видимо уснуть мне все же не дадут сегодня.

Глава 46

Следующие две недели прошли как в Раю– тишина, комфорт, любимый человек рядом. По утрам мы вместе собирались на работу, а после окончания стажировки я спешила домой, чтобы порадовать Айвиса своими кулинарными шедеврами. Вечерами мы смотрели фильмы, засыпали в обнимку. Эта стабильность окрыляла, мой зеленоглазый больше не был как на иголках из-за своей работы, больше не было убийств на моих глазах, похищений, перестрелок. И уже даже свою любимую охрану я расцениваю, как дополнительную меру безопасности. Но нашему счастью не мудрено было длиться долго, работа моего любимого так или иначе дает о себе знать, бьет под дых своей жестокостью.

Все началось с сообщения сестры покойного Борзого, а ведь я только начинала забывать о случившемся… точнее старалась.

«Милая Мария, очень хотела бы лично с Вами побеседовать. Поверьте, этот разговор очень важен для Вас, и в Ваших же интересах не сообщать об этом Айвису, если действительно хотите узнать правду о своем молодом человеке. Приглашаю на чаепитие в полдень субботы, кафе «Аллегро» у Вашего дома.».

Интересное предложение, а самое главное вовремя. Айвис еще утром улетел на пару дней в командировку, уверена, что эта женщина знает о его отсутствии, возможно хочет этим и воспользоваться.

Поэтому принимаю однозначное решение для себя «Здравствуйте! За приглашение спасибо, но откажусь.».

После моего ответа уже прошло минут десять, решила заняться своими делами и дальше, но оповещение на телефоне дало о себе знать. Чем еще она хочет меня заманить, подумала я?

Фото.

Фото, от которого мои руки моментально задрожали, а ноги стали подкашиваться: снимок сделан в чуть приглушенном помещение, однако это не мешало четко разглядеть Айвиса, со спины обнимающего Машу, другую Машу… не меня. На левой руке у мужчины четко виднелись часы, его часы. Сомнений нет, это именно он так страстно прижимал ее.

Так все-таки встреча в офисе той ночью была не случайна? Он знал?

Зачем так со мной? Зачем?!

В добавок к фото, внизу красовалась приписка «Думаю теперь Вы захотите встретиться со мной.».

О, нет, стерва! Ты совсем ошибаешься, печатаю ей свой ответ: «Наоборот, после фото надобность с Вами видеться точно отпадает.».

Отправила.

И решила добить ее окончательно следующим сообщением: «У женщин, которые спят с чужими парнями, часто бывают проблемы с яичниками.».

Теперь точно все.

Между нами все.

Блокирую эту лицемерную парочку и иду собирать свои вещи. Перед глазами мокрая пелена, но это никак не мешает мне достать чемодан и хаотично заполнять его.

Как быть? Что делать? Как дальше жить?

Осела на пол возле кровати и решила дать волю слезам, иначе собраться не смогу.

Изменщик, подлец, подонок.

У прикроватного столика стояла чашка с кофе, решила выместить на ней свою злость. Швырок и нет больше чашки моей, нет больше наивности, нет больше нас.

– Нет, нет, нет! – кричала как истеричка.

Так, нужно включить мозг, нужно что-то решать.

До конца стажировки осталось десять дней, тут я точно больше оставаться не намерена. Настю и Катю снова обременять совсем не хочется, да и видеть сейчас я точно никого не хочу. Остается один вариант– гостиница.

– Вот и все, вот и решено, вот и к лучшему, – успокаивала я себя, собирая вещи.

У двери меня ожидала еще охрана, с которой тоже нужно было как-то справляться. Сил импровизировать не было, поэтому решила выдать все как на духу:

– Ребят, отвезите меня, пожалуйста, в любую гостиницу. Здесь я точно не останусь, – они поняли мое состояние без слов, все-таки хорошие оказались ребята.

По дороге все же не избежала телефонного звонка от Айвиса, Витька из охраны протянул с мольбой мне свой телефон:

– Мы расстаемся, – начала я с самого главного.

– Что за х*рь в твоей голове вечно сидит и главное, как только я за порог?

– Х*рь это крутить с двумя одновременно.

– Чего? – казалось даже искреннее удивляется, хорошо играет сволочь.

– Мне прислали фотки твоих обжимании с Борзой, – снова накатывает истерика.

– Какие бл*ть фотографии, что за ху*ню ты городишь, – все также продолжает он играть актрису погорелого театра.

– На руке были точно твои часы, – уже тихо для самой себя прошептала я.

– Маша, – слышу, как он старается взять себя в руки, закуривает сигарету, что раньше ему было не свойственно при мне, – маленькая, я не спал с ней, я вообще бл*ть после того как встретил тебя в кустах в том красном платье, ни с кем другим не спал, – грубым басом выдают мне.

– Плохая из тебя актриска, – ухмыльнулась теперь уже я.

– Значит так мелкая, либо ты сейчас возвращаешься домой, и завтра по прилету мы с тобой мирно все решаем и разбираемся в этом лживом говне, либо ты можешь и дальше самоуправствовать, вот только завтра, – угрожающее молчание, – завтра я вернусь и отшлёпаю тебя так, чтобы больше никакие сомнения в твоей голове не вы*бывали мне мозг. Я все сказал.

И отключился. Сам. Думает, что это я довела его. Но на самом деле на грани здесь только я. Посмотрела с решительностью на свою охрану и дала окончательные указания:

– В отель.

Глава 47

Ночь прошла как в тумане, я сидела на кровати в полной темноте и старалась проанализировать все происходящее. Сейчас, когда голова была более-менее ясна, во мне все же немного стали закрадываться сомнения по поводу этих злосчастных фотографий. Он ведь говорил, что передал все дела своему помощнику. Неужели нагло врал? Или у них были отношения до этого?

Раньше за ложью я его не ловила, когда не хотел говорить– просто молчал. Но и знаю Айвиса я не сто лет в обед.

Господи, о чем я?! Она же пришла к нему в кабинет глубокой ночью, когда меня он отшил по сообщению. Хотя тогда я видела его растерянный взгляд. Неужели так хорошо умеет играть? Но тогда зачем ему это? Зачем возиться так со мной? Если другая нравится…

Может есть свои мотивы? Или полигамность какая-нибудь? А может все-таки его просто подставили. Но тогда зачем?

Вопросы, вопросы, вопросы до самого утра одни вопросы мучали меня…

Голова дико раскалывалась, лишь к утру я смогла прилечь, но поспать мне так и не дали.

Тихий стук в дверь.

Меня он ничем не насторожил, ведь со мной теперь всегда охрана, поэтому не подумав, легко распахнула дверь, за что в ответ получила удар в солнечное сплетение.

Мир резко погрузился во тьму.

Боль, пронизывающая до костей боль и жуткая сухость во рту. Очнувшись, не спешила открывать глаза, стараясь хоть немного восстановить дыхание через боль в груди. Лежала я явно на холодном полу, но вот открытые, наконец, глаза мне никак не помогли, ибо вокруг царила кромешная тьма. Руки связаны, ноги связаны, тело ломит…

Запомнить нападающего я так и не успела, лишь черная кепка отразилась в моей памяти. Подавать голос было также страшно, неизвестно что меня ожидает. Решила просто дожидаться своего часа. Голова гудела так, что ни о чем думать я совершенно не могла, сил совсем не было.

Этот год можно смело назвать самым худшим за всю мою жизнь, лишь подумала я.

Спустя минут двадцать, дверной засов все же сдвинулся с мертвой точки, а в свете дневного солнца моему взору предстала стройная фигура моей тезки.

– Очнулась овца?

– А в сообщениях ты вела себя совсем по-другому, – ехидно приметила я.

– Ну надо же было тебя с*ку выманить как-то из берлоги, – какой отвратительный у нее смех.

– Что тебе нужно? – решила перейти к самому главному.

– Как что? За брата отомстить, ведь это из-за тебя он шкуру свою по глупости подставил.

– Почему тогда в открытую войну не объявила?

– Хм, созрел более интересный план. Видишь ли, мелкая дрянь, кровь пролить, как обычно мужчины делают, мы всегда успеем. А вот отомстить, разбогатеть, да еще классно пот*ахаться это искусство умного и хитрого человека.

– Ты хочешь избавиться от меня, утешить Айвиса и рано или поздно все у него отжать? – решила уточнить.

– В моих планах вообще не было тебя. Но ты так плотно засела в голове у Айвиса, что необходимо срочно от тебя избавляться, – выплюнула она мне свою главную претензию.

– Хотела меня выманить из квартиры, – поняла я смысл ее сообщений.

– Конечно! Он в этот момент был в самолете, связаться с ним ты никак не могла. Идеальная возможность тебя незаметно выманить, охрану твою дезориентировать. Вот только для пущей убедительности важно было, чтобы по камерам было видно, как ты сама покидаешь квартирку.

– Тварь, – прошептала я.

Опять этот отвратительный смех.

– Я все идеально продумала. Теперь, когда Айвис вернется, для него будет большой загадкой твое исчезновение. Куда это делась моя прекрасная Маша? – перекорчила она моего мужчину, – ну ты не волнуйся, записка в гостинице поможет ему ответить на этот вопрос.

– Что в записке?

– О, над запиской я тоже скрупулезно поработала. Пришлось даже проникнуть в дом твоих предков и стащить пару тетрадок, чтобы подделать почерк. Теперь ни одна экспертиза не прикопается к ней, – опять этот тупой смех оглушил все пространство.

– Что в записке? – уже менее спокойно повторила я.

– Да ничего интересного. Просто всеми любимая Машенька призналась своему милому, которого оказывается вообще не любила, что залетела от первого встречного в клубе еще два месяца назад. А с ним хотела быть, чтобы своего ребенка повесить. Но сейчас ее мучает совесть, а как теперь с этим жить она тоже не знает. Ей очень стыдно перед родителями и близкими, поэтому она пока решила побыть одна, в дали от всех. Просит ее не искать, улетела она далекооо. Для убедительности мы даже перевели с твоей карты большую сумму денег барыге, что подделывает паспорта. Ах да, еще парочку врачей подкупили. Так сказать, пустили по ложному следу.

– Все продумала, молодец, – что тут еще ей сказать.

– Ага, жди своего часа неудачница, скоро приедут арабы, я продала тебя.

Диалог с сумасшедшей закончился.

Радует и дает маленькую надежду лишь одно в этой ситуации, что по какой-то счастливой случайности мне все же удалось поговорить с Айвисом перед вылетом.

Остается только верить, что он догадается о неладном. Поймет, что плела ему чушь про фотографии и измену не просто так. Что подстава это все, одна большая подстава…

Глава 48

В темноте, холоде и полнейшей тишине я провела до невозможности долгое время. Никто не заходил, никто обо мне не вспоминал. Есть только маленькая надежда, что он ищет меня. Ищет ведь? Или может устал от моих истерик?

Этот малюсенький шанс позволял мне дышать, терпеть все мучения. Сырость, холод и накатывающее ощущение безысходности преследовали меня каждую секунду заточения. В такой тишине боль внутри тела еще сильнее ныла и давала о себе знать, такое ощущение, что мне переломали все ребра. Пить хотелось жутко, руки и ноги затекли от крепко затянутой веревки. Кажется, я умираю.

Наконец, собрав последние силы в кулак, я ели-как подползла к двери и начала стучать затылком о железное сооружение. Провести еще хоть минуту с жуткой жаждой просто губительно для меня.

– Я хочу пить, – стучала и кричала со всех сил.

– Пить, принесите мне воды, – такой увядающей и униженной я не чувствовала себя никогда.

Щелчок.

Лысый мужчина кидает в меня бутылку с водой и захлопывает дверь обратно.

Открыв не с первого раза драгоценный напиток, аккуратно принюхалась, вдруг подсыпали чего. Пахнет вроде нормально, на вкус сильно хлорированная, но мне даже это сейчас в радость будет. Спустя десять минут меня все же начало вырубать. Все-таки подсыпали что-то? Последнее, о чем подумала перед самой отключкой.

Я потеряла счет времени, не знаю ночь или утро сейчас, проснулась от жуткого холода и дикой паники, которая окутывала меня даже во сне. Вдобавок к боли в ребрах, прибавилась еще боль в желудке от сильного голода.

Примерно через час после пробуждения за мной все же пришли. Тот же мужчина схватил небрежно за локоть и как мешок потащил к выходу.

Меня вывели во двор, оказывается была глубокая ночь. Получается я тут больше суток уже. Какая сегодня луна красивая, манящая, с привкусом свободы. А вдруг я последний раз ей любуюсь? Надо насладиться вдоволь значит.

У внедорожника нас уже ждали. Эта продуманная тварь и еще какой-то мутный тип внимательно изучали ели живую меня.

– Как тебе товар? – съехидничала лживая с*ка.

– Красивая, беру, – на полном серьезе, без лишней лести ответил ей мужчина.

По возрасту он был лет тридцати, высокий, явно накаченный, в одежде стиля хаки, скорее всего тоже с турецкими корнями, ведь следующий их диалог мне был уже непонятен, но язык напоминал турецкий, я была почти уверена в этом.

– Отгрузка завтра, а девку я заберу сегодня, – будто уже для меня на русском произнес он.

Перехватив мой локоть у лысого, как куклу безукоризненно потащили в машину.

– Подожди, – залепетала сестра Борзого.

Легкий поворот в ее сторону, она подошла ближе, но не к нему, а ко мне и прошептала у самого уха:

– Гори в аду подстилка брата, в этой битве я оказалась сильнее, умнее и богаче, – разворот и с походкой победителя она направилась к дому.

Но не тут-то было, не могу же я просто промолчать и стерпеть такое унижение. Открыла рот, чтобы ответить этой стерве, но прискорбно поняла, что сказать то совершенно нечего. Говорить об Айвисе опасно, она может еще сильнее тогда запудрить ему мозги. Лучше сейчас промолчать и постараться выбраться, чем пойти на поводу эмоций. Надежда ведь умирает последней?