Текст книги "Осенний роман (СИ)"
Автор книги: Кристина Кандера
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
Богдан почувствовал, как обмирает сердце, и холод распространяется по венам вместо крови. Ледяной холод, обжигающий.
– Ты… – и голос отказал.
– Я, – Фомин поднялся, – все сказал. Если утром моя жена не будет у меня, ты свою кралю только по частям соберешь. А вот это, – он подхватил увесистую пачку бумаг, испещренных мелким машинописным текстом, потряс их в воздухе и, не размахиваясь, швырнул в лицо Богдану и Сергею Максимову, – можешь себе в зад засунуть.
Когда дверь за Фоминым захлопнулась, в кабинете повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь шорохом опадающих на пол и столешницу листов бумаги.
Богдан и Максимов сидели не шевелясь какое-то время. Затем Сергей Иванович нервно сглотнул и, оттянув галстук, словно бы тот вдруг стал его душить, прохрипел:
– Где Марина?
Богдан вздрогнул.
– Не знаю, полдня не могу ей дозвониться.
Максимов выхватил из кармана телефон, предусмотрительно поставленный на беззвучный режим, и принялся названивать племяннице.
– Отключен, – прохрипел он, два раза выслушав сообщение оператора. – А если так… – он набрал еще один номер, нетерпеливо постукивая ногой, дождался пока ему ответят. – Ирочка, привет. А скажи-ка… ой, что там у вас происходит? А… Антон своих проказниц подкинул. Ну-ну, он тебя не забывает. Скажи-ка мне, золотая моя, – голос его лился, точно мед. – А дочь твоя блудная, дома? Нет? А где она, а то у меня тут вопрос возник по ее части, проконсультироваться хочу, а она не поднимает. Да, телефон выключен.
Богдан сидел, напряженно вслушиваясь в голос Максимова. Внутри у него уже нарастала буря.
– Ясно, ну ладно, завтра позвоню. Мне не к спеху. Супругу привет передавай, да сама не скучай.
Сергей Иванович сбросил вызов и весь как-то сгорбился, голову опустил.
– Марины дома нет. Она, вроде встречается с подругой. Институтской. Где именно, Ирина не знает. Ушла около часа назад и… – он сглотнул и закрыл лицо руками.
Богдан тряхнул волосами, и набрал номер уже на своем телефоне. Долго вслушивался в длинные гудки – ему тоже никто не взял трубку.
– Лиза тоже не берет, – глухо отозвался он, когда звонок рассоединили.
– Я звоню Николаю. Пусть поднимает своих ребят. Это уже не шутки, Богдан Родионович. Совсем не шутки. Ввязывать во всю эту муть свою семью я не позволю никому.
Спустя полчаса на кухне в доме Максимовых собрались все участники этого разговора в купе с Николаем Ивановичем. Ирину Дмитриевну, супруг выпроводил из дома вместе с приехавшим за девочками Антоном.
– Помоги ему там, а то мужик один с двумя детьми… – напутственно произнес он вслед. – Сама понимаешь.
И Ирина поняла. Знала уже, что когда муж вот так говорит, сухо, коротко, отрывисто, то случилось что-то нехорошее, а приехавшие почти сразу после этого разговора Сергей и Богдан еще больше убедили ее, что дело неладно. И потому она нарочито весело принялась что-то рассказывать девочкам, подхватила под руку сына и почти силой вытолкала его из квартиры.
– Едем, Антош, едем. Поздно уже, девочек спать пора укладывать.
Николай же, дождался пока супруга и сын сядут в машину – проследил за ними из окна – и отъедут со двора, повернулся к брату и Богдану.
– А теперь рассказывай, во что ты втянул мою дочь, – и пусть он смотрел исключительно на младшего брата, ни у кого из мужчин даже сомнений не возникло, к кому именно он обращался.
***
Один коктейль. Второй. И третий. Громкая музыка и танцы. Марина хотела забыться. Выбросить из головы неприятности, а из памяти Богдана. Но не получалось.
Алкоголь, вопреки всему не приносил забытья и не спешил повышать настроение, неумолимо скатывающееся в яму. От громкой музыки разболелась голова, а череда сменяющихся партнеров стала раздражать.
Вывернувшись из слишком откровенных объятий какого-то парня, младше ее лет на пять минимум, Марина, пихаясь и расталкивая народ локтями, пробилась к бару. Хотела было заказать себе еще коктейль или, быть может, что-нибудь покрепче, но передумала. Отрицательно качнула головой предусмотрительному бармену и нетвердой походкой направилась к выходу. Надо было освежить голову. Проветриться и хоть немного прийти в себя.
Альбина давно уже потерялась где-то, но Марина не слишком переживала по этому поводу. Алька уж точно не пропадет. Может, ушла с очередным кавалером или встретила знакомых. Она сможет о себе позаботиться сама, не в первый раз.
Оказавшись в пустом и прохладном коридоре, ведущем куда-то к уборным, Марина выдохнула и, закрыв глаза, прислонилась к стене, не заботясь о том, насколько та чистая. От громкой музыки гудело в ушах, а выпитый алкоголь все же подействовал и мир вокруг слегка раскачивался.
– Пить больше не буду, – решила Марина и открыла глаза. Осмотрелась.
В коридоре на удивление почти никого не было, только в самом его тупике находилась какая-то парочка. Из-за приглушенного освещения, Марина не могла разобрать, что именно они там делают, только и успела, что заметить длинные светлые волосы девушки. Та дернулась, волосы рассыпались по плечам, до слуха Марины донесся приглушенный вопль:
– Пусти! Да чтоб тебя! Пусти, кому сказала! – блондинке все же удалось вырваться из объятий мужчины и, развернувшись, она бросилась от него прочь.
В другой раз Марина не обратила бы на это внимания. Просто развернулась бы и пошла своей дорогой, но сейчас что-то заставило ее остаться на месте и внимательно всмотреться в быстро приближающуюся к ней девушку. Ее парень, кстати, не остался в стороне и попробовал догнать беглянку. Марина прищурилась, мотнула головой… Что-то знакомое было в этой девушке, что-то…
– Лиза? – удивленно воскликнула Марина, когда девица оказалась на расстоянии в несколько шагов от нее.
– Марина? – Незабудка споткнулась и едва не полетела на пол, Марина в последний момент смогла ее подхватить.
– Что ты здесь делаешь? – вопрос они задали одновременно и вместо ответа ошарашено уставились друг на друга.
С сестрой Богдана Марина, конечно же, была знакома, но особо близких отношений они не поддерживали. Так, встречались несколько раз в той же «Пирамиде», болтали о пустяках, пока Арбенин занимался своими делами, но и только.
Приятель Незабудки уже догнал ее и слишком грубо ухватил за локоть.
– Ну все, – буквально прорычал он. – Набегалась. Идем, хватит…
– Да пусти же меня! – Лиза попыталась вырваться, но на этот раз мужчина держал крепко.
– Отпусти ее, – Марина не узнала свой голос. – Ну же, убери руки.
– Пошла ты… – выругался мужчина, дергая Незабудку на себя. Та пошатнулась и со всего размаху опустила каблук ему на ногу, одновременно вырывая собственный локоть.
– Бежим! – взвизгнула и, схватив Марину за руку, потащила за собой куда-то в переплетение коридоров. Вслед им неслись проклятия.
Они бежали недолго, Незабудка, судя по всему, прекрасно ориентировалась в клубе и уже совсем скоро, обе женщины выскочили на небольшой пятачок, обнесенный невысоким забором – парковка для персонала.
– Куда ты, ненормальная? – попыталась было утихомирить девушку Марина, но Лиза не слушала. Захлопнула за собой тяжелую дверь и принялась оглядываться по сторонам.
Здесь было относительно светло – фонари горели исправно, освещая задний двор и парковку. И их уже увидели. Несколько мужчин неподалеку обернулись и направились в их сторону.
– Вот же…! – выругалась Лиза и дернулась открыть дверь, но с той стороны их уже поджидал тот самый мужчина, от которого они собственно и убегали.
Отшатнувшись от него, Лиза изо всех сил сжала запястье Марины.
– Черт, и что теперь делать? – в голосе ее послышались слезы.
– Да что происходит? – Марина поежилась. Пальто, как впрочем, и сумочка, остались в гардеробе клуба. В карманах у нее был только телефон и деньги, ну и еще жетон из гардероба. Ночь была холодной и ветреной и Марина тут же замерзла.
– Пи…., что происходит, – выругалась Незабудка и всхлипнула. – Бежать надо. И быстро!
Но они не успели и шага ступить. На парковку с визгом вырулил автомобиль. Следом за ним еще один и еще. Мужчины, что уже были в трех шагах от девушек, резко остановились и оглянулись. Тот, которого Незабудка приложила в клубе, выругался и в два шага оказался подле девушек, снова грубо ухватил Лизу за локоть, дергая на себя:
– Будешь трепыхаться, кости переломаю, – прорычал он, низко склоняясь над ее лицом. – Поняла меня?
Лиза сглотнула. Марина чувствовала, как она дрожит, и сама уже не могла сдержать дрожи. Страх или холод – разбираться не приходилось.
– Отпусти, – резкое предупреждение заставило вздрогнуть всех: и Марину, и Лизу и того, кто ее держал.
– Слышь, – он, кстати, был единственным, кто не растерялся. – Шел бы ты отсюда, друг. А то не ровен час…
Договорить ему не дали. Спустя мгновение, он уже корчился на земле, слабо поскуливая. Марина перевела ошарашенный взгляд с него на подошедшего. Сглотнула. Посмотрела на Незабудку. На той лица не было. Синие глаза широко распахнуты, по перепуганной мордашке ручьями текут слезы, размывая макияж, губы трясутся – вот хоть сейчас в кино сниматься. В фильме ужасов, ага!
– Ну, здравствуй, Незабудка, – с ехидцей в голосе произнес незнакомый мужчина, приблизившийся к ним. Смотрел он исключительно на Лизу, улыбался даже. – Набегалась?
Девушка вздрогнула и сильнее вцепилась в руку Марины. От нее исходили такие волны страха, что даже Марине сделалось не по себе. Очень не по себе.
– Идем, – мужчина просто протянул руку, предлагая Лизе ладонь. – Сейчас здесь будет очень жарко.
Та судорожно вздохнула и сильнее сжала запястье Марины.
Драка на парковке набирала обороты, слышались крики, нецензурная брань, стоны и звуки ударов.
– Ну же, – незнакомец начинал терять терпение, – нет времени на твои сопли. Мне вот совершенно не катит с ментами тут разбираться.
И Лиза пошла за ним, так и не отпустив запястье Марины. Казалось, что сделай она это, тут же упадет и уже не сможет подняться. А Марина была настолько ошеломлена происходящим, что даже не подумала возмутиться или попытаться освободиться. Шла, словно сомнамбула, следом за Незабудкой. Молча села в незнакомую машину. И только вздохнула, когда та рванула с места, унося их и того странного незнакомца в ночь.
Лиза сидела точно заколдованная, смотрела прямо перед собой широко раскрытыми глазами, но вряд ли что-то видела, и только сильнее сжимала пальцы на запястье Марины. Молодая женщина поморщилась, и попыталась было освободить руку – не вышло. Незабудка всхлипнула несчастно, но разжать пальцы не сподобилась.
«Синяк будет, – подумала Марина, оставляя попытки освободиться».
– Куда вы нас везете? – спросила вслух.
12
Ответа не получила. А вскоре заметила, как автомобиль выехал из города. Эту дорогу Марина знала, правда, не так чтобы очень хорошо. В нескольких километрах впереди находился элитный поселок. Все как положено: ограждения, охрана, никого чужого на территории. Перспективы не радовали и молодую женщину начала затоплять злость.
Правда, выхода это чувство не нашло, машина въехала на охраняемую территорию и остановилась.
– Выходите, – незнакомец выбрался первым и открыл задние двери со стороны Марины. Даже руку подал.
Пришлось выбираться из автомобиля, вытаскивать на свет Незабудку, которая дрожала, как листик на осеннем ветру и все еще выглядела так, словно бы совершенно ничего не понимает.
«Может, она обкурилась? – мелькнуло в голове Марины. – На пьяную вроде не похожа, отчего тогда такая реакция?»
Но и эту мысль додумать она не успела – их провели в большую комнату на первом этаже. И первым, что отметила Марина, это настоящий камин, на дровах, и в нем ярко пылал огонь.
– Кайф, – простонала молодая женщина, приближаясь к источнику тепла и протягивая руки. В одном тонком джемпере она успела основательно продрогнуть.
Незабудка же просто рухнула на диван и так и осталась там сидеть. Незнакомец покосился сразу на нее, затем на Марину. Нахмурился.
– Попрошу приготовить вам чего-нибудь горячего, – произнес он, обращаясь к Марине. – Тут где-то одеяла должны быть, укройтесь. Только соплей ваших мне для полного счастья и не хватало. – И он вышел, оставив их вдвоем.
Марина передернула плечами и огляделась по сторонам. Обстановка впечатляла. Мило, уютно, как на картинках из журналов. Камин, деревянная мебель, пушистый ковер – ну просто кадр из кино.
Плед нашелся в одном из кресел и, подхватив его, она подошла к Незабудке, набросила сверху.
Девушка вздрогнула и словно бы очнулась. Обвела осоловевшим взглядом комнату, нахмурилась:
– А… где? – одними губами спросила.
– Без понятия, – пожала плечами Марина и уселась рядом с ней. Стащила обувь и пристроила ноги под пледом.
Лиза проследила за ее действиями и тоже сбросила свои сапоги на пол, поджала ноги к груди и уперлась в колени подбородком.
– Рассказывай, – жестко произнесла Марина. – Во что ты меня втянула и что вообще происходит.
Незабудка вздрогнула, покосилась на Марину и виновато опустила глаза.
– Долгая история, – прошептала в ответ.
– Ну, времени, как я понимаю, у нас предостаточно. Выкладывай.
– Да как-то все… Я просто невезучая. Определенно. Все, к чему прикасаюсь порчу. С самого детства. Я же поздний ребенок. Меня всегда баловали. И мама, и отец. Богдан вот тоже… всегда, – она всхлипнула. – А я… странно так. Все вроде как нормально было. Школа там, кружки разные, секции, друзья, вечеринки, парни. Меня никогда ни в чем не ограничивали: ни в деньгах, ни в чем другом. Я же родилась, когда отец уже в отставку вышел, начал бизнесом заниматься, деньги появились немаленькие. Да и потом… девочка, он меня и не муштровал особо. Нет, ты не подумай, папа он… хороший. И нас с Даном любит. Очень. Но… одно дело сын, а совсем другое – дочка, которая к тому же еще и младше первого ребенка намного. Мама рассказывала, что я для них вообще неожиданностью стала, они уже и не собирались больше детей заводить, а тут вот так…
Марина кивнула. Она и сама сталкивалась с подобным отношением. Николай Иванович был хорошим отцом, но… то что он мог простить любимой младшей дочери, никогда бы не спустил старшему сыну. И не потому, что любил его меньше, а просто… ну сын же, наследник, мужчина, который должен отвечать не только за свои поступки, но и за тех, кого последствия этих поступков коснутся. Так что ситуация в семье Арбениных была Марине знакомой не понаслышке.
– И что? – поторопила она Незабудку, которая, кажется, снова уплывала в мир собственных грез.
– Да ничего. До института все было более-менее, а потом… Появился он. Я влюбилась. Знаешь, Витя, он… он таким был… таким… я даже описать не могу, если честно. Мне тогда казалось, что я парю в облаках. Спать не мгла, есть не могла, если его не видела часа два – места себе найти не могла. Верила бы в магию, подумала, что он меня приворожил. Отец против был. Виктор меня старше на двенадцать лет и потом… из другого города. А я не слушала, мне все казалось, что они против меня и моего счастья настроены и вот…
– Вы сбежали, – припомнила Марина рассказы Вики.
– Ну, можно и так сказать. Витя все уговаривал, что я уже совершеннолетняя, что никто мне ничего запретить не может, что могу сама своей жизнью распоряжаться. Я и поверила. Уехала с ним. Замуж вышла. Отец бушевал, конечно, но что он мог сделать? Не средние века же сейчас, право слово.
– И что случилось?
– Влюбленность прошла, – вздохнула Незабудка. – Нет, не сразу. Сразу-то все хорошо было. Несколько месяцев я, влюбленная, как кошка вообще ничего вокруг, кроме него не видела. А потом… точно прозрела. Виктор Фомин оказался далеко не принцем на белом коне. Он самый настоящий Кощей Бессмертный, – и в ответ на удивленный взгляд Марины, пояснила со смешком. – Бандит он. Опасный. С ним мало кто связываться решался. Не спрашивай, чем он там на самом деле занимается, я не знаю и знать не хочу, но… так уж получилось, что чем дольше я с ним под одной крышей проводила, тем отчетливей понимала, что любовь моя, всепоглощающая давно прошла, а остался только страх. Хотела уехать домой, но боялась. Я его на самом деле боялась. Очень. А еще боялась, что он что-нибудь родным сделает. У таких как он ничего святого нет.
– Но ты сбежала, и он тебя нашел, – кивнула Марина, сделав свои выводы. – Дальше что? Вы не разведены?
– Пока нет. Этим Богдан занимается. Как раз сегодня должен был встречаться с ним. Он и Максимова как-то уговорил заняться моим вопросом, представляешь? Я когда домой вернулась, отцу все рассказала, он пытался связаться с Сергеем Ивановичем, но тот даже слушать не стал. А вот Богдану как-то удалось. И я даже поверила, что все получится. Максимов он же… ну, как бог в этих делах, – она взглянула на Марину. – Ты же про Сергея Максимова, адвоката, слышала?
– Ага, – кивнула Марина, чувствуя, как к горлу поднимается неприятная волна. Плакать вдруг захотелось и мысли… вот совсем уж нехорошие мысли в голову полезли. – Я же тоже Максимова, если ты не забыла. А этот твой гений от юриспруденции, Сергей Иванович, мой дядя. Родной.
– Ааа… точно, – закивала Незабудка. – Понятно теперь, как Дану удалось с ним договориться.
Марина судорожно втянула в себя воздух.
«Не плакать, не плакать, только не плакать, – твердила она про себя».
Верить в то, что Богдан мог оказаться настолько… подонком не хотелось совершенно.
Марина мотнула головой, отгоняя нехорошие мысли. Потом. Она подумает об этом потом, когда выберется.
– И что теперь? – голос звучал глухо и сдавлено, пришлось откашливаться.
– Не знаю, – шмыгнула носом Незабудка. – Я надеюсь на то, что Дан все-таки договорился с Витькой. Но… его амбалы меня в «Эльдорадо» нашли, значит, скорее всего, плохо все.
– Понятно, что ничего не понятно, – Марина нахмурилась. – А поговорить с ним ты можешь? Ну не зверь же он, вдруг получится миром договориться?
– Я к Витьке сама на пушечный выстрел не подойду, – затрясла головой Незабудка. – И Сергей Иванович тоже сказал, что мне с ним лучше не встречаться. Там же… все совсем плохо. Витька на меня много чего из своих предприятий переписал, активы какие-то, теневой бизнес… Не думаешь же ты, что я ему сама вот прям до гробовой доски понадобилась. Тут все сложнее в разы. И если кто вдруг узнает, то… боюсь, что не только я, а и все, кто меня хоть один раз видел, под расстрел пойдут. Богдан потому и отца с мамой отправил в Египет. Папа хороший и как бизнесмен вроде тоже неплох, но он… старой закалки, да еще и армия… он же столько лет служил. Чуть что – сразу шашку наголо и в галоп. Он и так много чего наворотил уже, пока Дан не приехал и сам не занялся этим вопросом. Хотели и меня спровадить с родителями, но Максимов сказал, что я могу понадобиться, вдруг подписать что-нибудь срочно потребуется или в суд явиться, если Витька миром не захочет вопрос утрясти.
– Так… ну хорошо, – Марина ничего не понимала. Она была далека от мира бизнеса и уж тем более мало что понимала в криминале, хоть и была дочерью полковника милиции. Отец как-то не очень стремился посвящать своих домашних в тонкости криминального мира. – Дальше-то нам что делать? Сюда нас какого черта привезли?
– Это из-за меня, – Незабудка снова всхлипнула и как-то поникла вся, голову опустила. – Говорила же, я невезучая. Вон и тебя втянула в неприятности. Богдан мне точно голову снимет за это, если Витька раньше не доберется.
– А чего ему добираться? Вон он, за горячим пошел, о тебе переживает, сопли утирать желания не имеет, – Марина стала язвить. Была у нее такая особенность: когда она чувствовала, что все плохо и выхода из ситуации нащупать не могла – просыпалась темная сторона ее натуры.
– А? – Лиза встрепенулась и непонимающе уставилась на Марину. Нахмурилась, пожевала губами, раздумывая, а потом выдала: – А это не Виктор Фомин был, если ты про Стаса.
– А? – пришло время Марине удивляться. – Какого Стаса.
– Ну… нас сюда не Витька привез, я ж сразу и не подумала, что ты Стаса за моего мужа приняла. Он нас, наоборот, у клуба от людей Фомина отбил.
– Что за Стас? – несчастным голосом поинтересовалась Марина.
– Станислав Исаев, – Незабудка снова шмыгнула носом и оглянулась заполошно, чуть подалась вперед и уже зашептала. – У них с Витькой какие-то совместные дела и…
– Предприниматель из соседнего города? – не поверила Марина.
Она только на днях случайно посмотрела новостной ролик, про этого самого Станислава Исаева. Что там да как, не запомнила, да и лица его не видела – переключила канал поздно, но имя вот осталось на слуху из-за комментариев Николая Ивановича:
– Раньше, таких, как этот Исаев пачками в Сибирь отправляли и бандитами называли, – ворчал полковник милиции. – А теперь предпринимателями называют и в новостях показывают. Тьфу, погань!
– Ты его знаешь? – Незабудка передернула плечами.
– Новости смотрю, – буркнула Марина. – А ты его откуда знаешь?
Лиза стала совсем несчастной и даже слезинки снова заблестели на ресницах.
– А меня мой муж ему в карты проиграл.
– А? – Марине показалось, что она недослышала что-то. – Как это?
– А я откуда знаю? У Исаева в том городе, где мы с Витькой жили большой бизнес: гостиницы, бары, игровое что-то, рестораны. Криминал там или нет, не знаю и не желаю знать, только… Вот представь, сижу я дома, спать уже ложиться собиралась, в одной ночнушке расхаживаю и тут вламываются в квартиру какие-то амбалы, меня в чем есть хватают, выносят почти на руках и в тачку запихивают. Я ору, ничего понять не могу. А потом оказываюсь в шикарной гостинице. Прикинь, они меня вот так, в этой самой ночнушке через весь город везли, а потом еще и через главный вход провели. И босиком, – она снова всхлипнула и утерла нос тыльной стороной руки. – Ну а там, казино… подпольное, скорее всего, в подвале потому что. И мужиков тьма и я вся такая… полуголая, зареванная… А мой благоверный пьяный вдрызг перед Исаевым хвост распушил и хвалится, что, мол, Фомин всегда карточные долги отдает и вот, мол, держи, владей и пользуйся, надоест, присылай обратно, можно бандеролью.
Марина выругалась. Вот как-то все рассказанное Незабудкой мало походило на реальные события, скорее на сюжет гангстерского фильма.
– И?
– И все. Я в истерике билась. Трясло всю. Исаев меня в какой-то номер определи, сидел возле меня полночи, сопли вытирал, успокоить пытался. А потом вышел куда-то, а я бутылку нашла…
– И? – Марине уже дрожи хотелось узнать, что же дальше-то было. И даже собственное положение то ли пленницы, то ли заложницы перестало волновать.
– И напилась.
– И?
– И не помню больше ничего, – Незабудка потупилась. – А утром, когда я проспалась, Исаев меня лично домой привез. Ну, сюда, к отцу.
– И?
– И уехал.
Марина вздохнула.
– И что?
– И все. Больше я его не видела и не слышала о нем ничего до сегодняшнего вечера.
– Тогда чего ты тряслась, как лист осиновый? – не выдержала Марина.
– Вот мне тоже это очень интересует, – Станислав Исаев стоял на пороге, прислонившись плечом к косяку, а в руках у него было две большие чашки с чем-то горячим.
Незабудка же призвуке его голоса опять сжалась вся и, если бы была на то ее воля, точно бы провалилась сквозь диван.
– И вот так всегда, представляете? – Исаев оттолкнулся от косяка и приблизился к дивану. Одну чашку протянул Марине, дождался пока она ее примет, вторую же поставил на пол рядом с тем местом, где сидела Лиза.
– Ужас, – не выдержала Марина, прищуриваясь, как кошка и втягивая в себя аромат глинтвейна. – И как вы с этим справляетесь.
– Пока никак, – качнул головой Исаев и уселся в кресло неподалеку. – Но я приму активные меры. Кстати, Станислав, – он кивнул Марине и выжидательно посмотрел на нее.
– Марина, – представилась молодая женщина и сделала глоток. И вот странно, то ли все дело было в алкоголе, выпитом в баре, то ли… Станислав Исаев на самом деле обладал такой же невообразимой харизмой, как говорили в том злополучном новостном ролике, но Марина уже не боялась. Вот совсем. Она даже поймала себя на мысли, что начинает расслабляться.
– Ну, – тем временем Станислав не сводил взгляда с Незабудки, – как скоро мне ожидать нашествия гостей?
– К-каких… – голос у Лизы дрожал, и глаза она все время отводила.
– А вы еще не успели сообщить родным, где вас искать?
– А… – Марина едва не расплескала содержимое чашки. А ведь и, правда, телефон-то у нее никто не отбирал, на замок не запирал. – Блин, – выругалась она, – вот же мы с тобой две идиотки.
Лиза только плечами пожала и осталась сидеть все в той же позе. Исаев покачал головой, вздохнул:
– Звони брату. Пусть едет сюда. Судя по тому, что творилось у клуба, ничего у него с Фоминым не вышло.
– А… – Незабудка покраснела, – я телефон в клубе оставила.
– Воспитанием наших детей буду заниматься я, – вздохнул Исаев, вытащил из кармана свой телефон и протянул его девушке. Лиза вздрогнула и посмотрела на него с таким ужасом, что Марина поперхнулась.
– К-каких детей?
– Совместных, – хмыкнул предприниматель. – Звони, ночь на дворе.
Лиза телефон взяла и даже сподобилась разблокировать экран, но… на этом все.
– Ну что еще?
– Я кажется… забыла номер Богдана. Из головы все вылетело и…
Теперь пришла очередь Марины вздыхать. Она отставила чашку на пол, вытащила из заднего кармана свой телефон и включила его. Привычным уже движением удалила все уведомления и нашла в телефонной книге номер Богдана. Протянула телефон Лизе.
Они появились спустя минут двадцать после звонка. Марина спрыгнула с дивана и бросилась на шею отцу.
– Папа! А ты как здесь?
– Все в порядке? – Николай Иванович сдавил дочь в объятиях с такой силой, что Марина поморщилась. – Ты как?
– Да вроде нормально все, – пожала плечами Марина. – Ничего такого не случилось. А как ты здесь? Зачем?
– Да вот, – поморщился старший Максимов, – эти олухи, приобщили к делу, – он кивнул на брата и Богдана, прижимающего к себе Незабудку. – Ну и наворотили же они дел.
– Я вообще плохо понимаю, что происходит, – со вздохом призналась Марина.
Она прижалась лбом к плечу отца и прикрыла глаза. На Арбенина старалась не смотреть, хоть и чувствовала на себе его взгляд. Но стоит отдать Богдану должное, на людях он не стал устраивать разборки.
– Что же, раз все в сборе, давайте ближе к делу, – Исаев взял с места в карьер. – Фомин ждать не будет, а мне только перестрелки для полного счастья не хватает. К тому же, здесь я на чужой территории.
Его деловитый тон и безапелляционность высказываний тут же развеяла радостную от встречи атмосферу. Женщин отослали подальше – на диван к окну, хорошо еще, что не заставили вовсе покинуть комнату, а мужчины уселись на диван и кресла.
Марина клевала носом. То ли от выпитого алкоголя, то ли от нервотрепки, но ее окончательно разморило, и следить за разговором мужчин становилось все сложнее. Они с Незабудкой сидели, поджав под себя ноги на узком диванчике и если Лиза, все же прислушивалась к тому, о чем говорили мужчины, то Марина все чаще и чаще ловила себя на том, что смотрит на Арбенина и просто выпадает из реальности.
– Нет, – слишком резкий, несвойственный Богдану тон, заставил ее встрепенуться. – Доводить дело до суда я не позволю. Не желаю, чтобы трепали нервы моей сестре. Единственная ее вина в том, что она вышла замуж не за того человека.
– Но тогда что вы от меня хотите? – взвился Николай Иванович. – Если урегулировать вопрос законными методами вы не желаете, то я могу предложить только один вариант. Я забираю дочь, и мы все дружно делаем вид, что ни я, ни Марина здесь никогда не были и ничего не слышали и не видели. Вы же понимаете, что даже тот факт, что я тут веду с вами все эти беседы, может закончиться плачевно и прежде всего для меня и моей семьи. И ладно, если только в отставку отправят – я свое уже отслужил. Буду, вон, на даче, помидоры выращивать. Но дело может закончиться тюрьмой, а подставлять свою семью я не собираюсь. Надеюсь, это вам понятно?
Богдан молча опустил голову.
– Коль… не руби с плеча, ты… – попытался было выступить Сергей Иванович, но старший брат его тут же осадил.
– Не руби с плеча? Да что ты мне тут пытаешься доказать, а?
– Мы без тебя вряд ли сможем хоть что-то сделать. Твои связи и…
– Мои связи? Так давай Лешке позвоним, а? Пусть и он бойцов подкинет. А что? Сядем в соседних камерах, будем друг с другом на морзянке переговариваться? Зато хоть скучать не придется.
– Успокойтесь, – Исаев потер руками лицо и откинулся на спинку кресла. Оглянулся на женщин, подмигнул Незабудке, улыбнулся Лизе. – Вопрос можно решить. До суда, само собой, дело доводить нет резона. Если Фомин попадется, то молчать он не будет. А я тоже не слишком заинтересован в том, чтобы он открыл рот. Но выход надо найти сейчас.
Марина почувствовала, как Лиза вздрогнула и теснее прижалась к ней. Это заставило ее отвлечься от разговора и посмотреть на Незабудку.
– Что? – тихонько спросила у нее.
– Он меня пугает, – одними губами произнесла Арбенина. – До дрожи просто.
– Странная ты, – пожала плечами Марина. – Одного боишься, второй тебя пугает. Откуда у тебя это? Вроде сама говорила, что родители любящие, семья вполне благополучная.
– Не знаю, – Незабудка вздохнула. – Но когда Исаев на меня смотрит, я даже думать связно не могу. И внутри все словно переворачивается.
– Слушай, – Марина понизила голос до шепота и подалась поближе к Лизе, – а может тебе с ним переспать? Глядишь, и страх пройдет.
– А? – Лиза отшатнулась от нее. – Т-ты… ты…
– А что? – пожала плечами Марина. – Как вариант.
– Ну ты и… И как только Богдан тебя терпит, – Незабудка покачала головой, но было видно, что она чуть пришла в себя. Даже улыбаться стала.
– Слушайте, – обе женщины были поглощены своим разговором, потому не следили за тем, как протекает беседа у мужчин, но когда заговорил вдруг Сергей Максимов, они обе присмирели и обернулись. – Я вот что подумал. Если Марина здесь, Елизавета Родионовна – тоже, то кто тогда у Фомина? – и на Богдана посмотрел вопросительно.
Арбенин вздрогнул. Нахмурился. Растеряно тряхнул волосами.
– Не знаю, – убитым голосом произнес он.
– Думайте, Богдан Родионович, думайте. Какая-такая неучтенная ваша женщина, попала в руки к Виктору Фомину?
Марина почувствовала, как ее сердце пропустила удар. Она не отрываясь смотрела на Богдана, но почему-то видела перед собой высокую стройную брюнетку в кожаной куртке с меховым воротником. Вот она выходит из машины Арбенина, поправляет и так идеальную прическу, чуть склоняется к его лицу и что-то говорит. Марина, точно наяву видела, как Богдан улыбается ей в ответ и захлопывает дверцу автомобиля, берет под локоть и ведет…
– Света? – полный отчаяния стон Арбенина заставил Марину вздрогнуть и вынырнуть из воспоминаний. Рядом судорожно втянула носом воздух Незабудка. – Этого не может быть? Она… да нет, – Богдан выглядел растерянным, и он не играл. Просто невозможно так хорошо притворяться.
