Текст книги "Неприкаянный 2 (СИ)"

Автор книги: Константин Калбазов (Калбанов)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 11

Эссен опять озадачен

«Ноль второй» легко встал на крыло и понёсся над водной гладью быстро набирая ход. Потеря сотни пудов веса на скорости сказалась самым положительным образом и мы неслись над водной гладью летнего моря. Пока не вышли за пределы японского охранения держали максимальную скорость, но как только опасная зона осталась позади, снизили её до крейсерских двадцати четырёх.

Едва встали на крыло, как я поднялся в небо на парашюте. Нужно же посмотреть, чего мы там наворотили. И увиденное мне понравилось. Город особо не рассмотреть даже с помощью мощного бинокля, однако невозможно не увидеть четыре серьёзных пожара. И это хорошо. Хотя то обстоятельство, что с борта катера разброс мин оказался слишком уж большим, уже не радует.

В Артур мы прибыли когда уже окончательно рассвело. Я зарёкся подходить к крепости ночью. Береговые батареи с завидным постоянством принимали возвращающихся за японцев и норовили открыть огонь. У артиллеристов это едва ли не самое любимое занятие. Ага.

– Разрешите доложить, ваше превосходительство, мичман Кошелев, – вскинув руку к обрезу фуражки, вытянулся я.

– Докладывайте, мичман, – милостиво разрешил контр-адмирал Лощинский.

– Катер «Варяг-02» из рейда вернулся. Во время выхода столкновения с противником не имел. Произведена успешная бомбардировка порта Дальний сотней артиллерийских мин. Посредством последующего воздушного наблюдения выявлено четыре серьёзных возгорания. Более точных сведений относительно нанесённого японцам ущерба не имею.

– Значит, стоящая оказалась идея с этим вашим миномётом в пять дюймов?

– Полагаю, что так и есть, ваше превосходительство.

– Как бы узнать о результатах?

– Тут нужен пленный, или шпион в стане японцев, а иначе никак.

Миновали те дни, когда я приплачивал Лощинскому за возможность воевать так, как мне вздумается. Впрочем и «ноль второй» теперь не был постоянно прикомандирован к отряду подвижной береговой обороны. Эссен ограничивался лишь выделением нашего катера под конкретные задачи. Я конечно согласовывал с адмиралом свои действия, но по большей части всё же скорее ставил его в известность, а тот предпочитал со мной соглашаться.

С чего бы мне такие вольности? Да с того, что благодаря мне его превосходительство получил возможность повесить себе на грудь парочку орденов, да засветиться непосредственно перед его императорским величеством. Уничтожение японского отряда канонерок приписали именно ему, и подобный успех не мог обойти вниманием лично император. Мне, к слову, две канонерки подорвавшиеся на минах в актив так и не пошли. Что же до другой парочки, то за их потопление меня наградили золотым кортиком с надписью на эфесе «За храбрость».

Не то, чтобы полностью из золота, но эфес имел позолоту, и я имел право полностью изготовить его из драгоценного металла. Чего делать не собирался. Я и позолоченное не носил бы, но тут уж не поймут-с.

А вообще, со мной всё ни слава богу. По сути, в запасе у командования остались лишь два ордена, Станислава первой и Анны третьей степени. Дальше только повышать в звании, что вообще ни в какие ворота, так как я в мичманах менее года. Хотя, как вариант, можно конечно шинелькой с царского плеча, или именьицем каким. А! Вот ещё! Титулом одарить. Короче, пусть ломают голову. Ага.

– Разрешите, ваше превосходительство? – заглянул в кабинет адъютант.

– Что у вас? – спросил его контр-адмирал.

– Сообщение о том, что в бухту Тахе вошли японские миноносцы для обстрела наших позиций. Армейцы запрашивают помощь, – доложил лейтенант.

– Ясно. Объявите сбор по отряду миноносцев. Готовиться к скорому выходу.

– Вы сами поведёте отряд? – уточнил адъютант.

– Да, я подниму флаг на «Выносливом».

Ну что же, удачи ваше превосходительство, а мне позвольте умыть руки. Получив жест позволяющий удалиться, я вновь вскинул руку к обрезу фуражки и сделав чёткий поворот кругом поспешил покинуть кабинет временного начальства, которое мне теперь опять не начальство. Пока.

Впрочем, на этот раз я надолго выбываю из обоймы. Корпус катера вновь нуждался в ремонте, и тот снова ляжет на мои плечи. Ну или на мой кошелёк. Хорошо хоть со средствами нет сложностей.

Я всё же прокатился в Инкоу за комплектом беспроволочного телеграфа для Артура. Теперь у крепости есть устойчивая связь с консульством в Чифу, через которое отправляются телеграммы в Россию. Очень надеюсь, что в этой реальности Владивостокский отряд крейсеров не угодит в переплёт.

Однако это вовсе не значит, что прекратилась бумажная переписка. И догадайтесь на кого возложили обязанности по доставке этой корреспонденции? Ну конечно же на самый быстроходный катер, уже успевший себя зарекомендовать настолько, что за ним началась целенаправленная охота адмирала Того.

Личным врагом командующий объединённым флотом меня не назвал, но высказал пожелание о моей скорейшей гибели. Ну и сам катер захотел заполучить для изучения японскими судостроителями. Так что, я теперь ходил и оглядывался, так как помню о наличии в крепости большого количества шпионов. Пока обходилось без покушений, но это не повод расслабляться.

Так вот, за прошедший месяц я уже дважды побывал в Чифу и однажды попал на игру организованную господином Ваном. Ну и разок скатался в Циндао, где отметился-таки в казино. Причём сорвал солидный куш, который не пришлось делить с представителем триады. Впрочем, справедливости ради, выигрыш вышел поскромнее.

С дугой стороны, это всего лишь одна поездка и нет нужды что-то подгадывать специально. Оказывается Циндао и его окрестности были довольно популярным местом отдыха и изобиловали пансионами, виллами и курортами. Вот уж никогда бы не подумал, и тем не менее, это факт. Так что, состоятельных господ готовых тряхнуть бумажником там хватало. К тому же, курортный сезон как раз в самом разгаре.

– Господин капитан первого ранга, мичман Кошелев…

– Полноте, Олег Николаевич, – остановил мой официальный доклад Эссен. – Присаживайтесь. Чаю выпьете?

– Не откажусь, Николай Оттович,– опускаясь на стул, ответил я.

Хозяин каюты деловито наполнил чашку из самовара, и поставил её передо мной. Зная о моей любви к выпечке, подвинул корзинку с ватрушками. Ну и сам отхлебнул из своей чашки. Время завтрака давно миновало, и несмотря на морской переход, мы так же успели принять пищу на борту катера. Это же, всего лишь перекус. Как я люблю говорить, не ради сытости, а настроения для. Вкусно же.

– Как всё прошло? – поинтересовался каперанг.

– Превосходно. Отстреляли сотню мин, затем я поднялся на парашюте и оценил результат. Ночью видно плохо, но не заметить четыре крупных пожара довольно сложно.

– Похоже, вы опять создали отличное оружие.

– Не буду скромничать, так оно и есть. Причём на этот раз достаточно дальнобойное и не только по сегодняшним меркам. Это оружие минимум на сотню лет.

– Настолько уверены?

– Более чем. Я знаю это.

– Поступили сведения, что японцы всерьёз навалились на позиции горы Хуинсан. В наступлении задействована чуть не дивизия пехоты. Подтянули для поддержки миноносцы. Лощинский вроде как выдвигается против них с силами подвижной береговой обороны, – сменил тему Эссен.

– Так и есть. Я был на докладе у его превосходительства, когда он отдавал этот приказ. Сам намерен выйти в бухту Тахе на «Выносливом».

– Ну, положим вы знали об этом ещё неделю назад, о чём мне и сообщили. Учитывая же ваши предположения о том же бое у Цзиньчжоу, я склонен верить тому, что горушку эту мы японцам уступим. Умоемся кровью в попытках вернуть, и не добьёмся успеха.

– Это всего лишь навсего анализ имеющихся сведений и не более того. Я ведь вам говорил, что гора Хуинсан имеет стратегическое положение, – проглотив очередной кусок ватрушки, произнёс я.

– Но с чего вы взяли, что всё пойдёт наперекосяк и в этот раз? Не удержался от вопроса Эссен.

– А разве может быть иначе, когда личные амбиции, ревность и зависть стоят на первом месте. Полагаю, что Кондратенко попытался убедить Фока в необходимости укрепления обороны, но не преуспел в этом. Белый предложил выдвинуть миномётную батарею, и был послан самым вежливым образом. Потому что посылать его в грубой форме, чревато, казак такое не спустит.

– Так и было, – недовольно поморщился Эссен.

– И коль скоро ничего не изменилось, то гора Хуинсан будет взята японцами. Согласие достигнуто так и не будет, и в результате потери господствующей высоты, нашим придётся отступить с занимаемых позиций. Роман Исидорович наверняка с этим не согласится, и попытается контратаковать, Александр Викторович станет вставлять ему палки в колёса и в результате всё обернётся напрасно пролитой кровью русского солдата.

– Говорите так, Олег Николаевич, будто точно знаете как этого можно избежать, – заметил Эссен.

– И вы знаете, Николай Оттович. Однако, тут есть несколько нюансов. Полагаю, что ни пограничников, ни меня с миномётами Фок не допустил бы на свои позиции, как открестился и от генерала Белого. В таком случае остаётся бухта Лунвантань и мой новый стодвадцатимиллиметровый миномёт. Используй я его высадившись на берег, и уверен, что высоты удалось бы отстоять.

– И что вас останавливает?

– Я израсходовал весь боезапас прошлой ночью при бомбардировке Дальнего.

– Отчего же вы так поступили, зная о предстоящем?

– Как мне кажется, Николай Оттович, я не заслуживаю вашего осуждения. Если бы миномёт на борту «ноль второго» был бы единственным средством отстоять Хуинсан, я бы принял этот упрёк. Но даже сейчас имеется как минимум восемь трёхдюймовых миномётов с необходимым боезапасом, способные решить ровно эту же самую задачу. И заметьте, шесть из них построены и обеспечены минами за мой счёт.

Я теперь набрал кое-какой авторитет в глазах будущего адмирала, чтобы позволить себе вот такой разговор, не нарвавшись на отповедь и быть услышанным. Не факт, что понятым, но всё же это уже не идёт ни в какое сравнение с тем, что было в недавнем прошлом.

Да одна только модернизация гребных винтов чего стоила. Шутка сказать, но если инвалид «Севастополь» с повреждённым винтом едва выдавал тринадцать узлов, то сейчас уверенно держал максимальную скорость в семнадцать. А это плюс полтора узла к результату показанному на мерной миле при приёмке корабля, с новыми котлами и машинами.

Правда, в каждой бочке мёда непременно найдётся своя ложка дёгтя. Так и тут, мою инициативу обрубили к Бениной маме. В том смысле, что скорость «Полтавы» сочли достаточной, а модернизацию винтов и, де-факто, вывод из строя эскадренного броненосца в существующих условиях нецелесообразной. В принципе, он всё ещё способен выдать свои шестнадцать с небольшим узлов. Да и чёрт бы с ним. Потому что мои основные планы связаны всё же с Эссеном.

– М-да. Трудно вам возразить, Олег Николаевич. Что есть, то есть, на вас одном свет клином не сошёлся и возможности по-прежнему имеются. И какие ваши дальнейшие планы?

– Николай Оттович, мне бы «ноль второго» на стапеля поставить. Опять заклёпки разболтались, появились течи, и деформации в силовом каркасе. И миномёт оказался той ещё брыкающейся бестией. Вроде и укрепили палубу, но сотня выстрелов бесследно не прошла, – я извлёк из портфеля рапорт, и выложил его перед командиром.

– Сколько же вы уже на ремонт затратили, Олег Николаевич?

– Лучше не спрашивайте, Николай Оттович, – вздохнул я.

С одной стороны, соотношение затраты-эффективность вроде как вполне приемлемые и даже более того. Но с другой катер требует всё больших и больших средств на ремонт. Достаточно сказать, что за уже потраченные деньги можно построить ещё два таких же паровых катера. До переделки, конечно же.

Эссен честно пытался выбить средства на ремонт, но ввиду нештатной конструкции «Варяга-02» попытка оказалась безуспешной. Тогда он вышел на Лощинского, дабы выбить средства через его отряд подвижной береговой обороны. Тот согласился взять катер на баланс, но при условии, что я с катером и экипажем перейду под его руку на постоянной основе. И даже подмасливать старого пройдоху не нужно, чует полезный актив.

Вот только я лучше буду содержать катер за свой счёт, чем окажусь на привязи. Понятно, что с Михаилом Фёдоровичем найти общий язык несложно. Но в этом случае я окажусь прикованным к Порт-Артуру, а у меня есть кое какие планы на «Севастополь», и в момент боя в Жёлтом море мне желательно оказаться на его борту.

– Надо, значит надо, – пересев за рабочий стол Эссен подписал мой рапорт.

– И ещё, Николай Оттович, взгляните пожалуйста, на это, – я достал из портфеля очередные листы, и выложил перед ним.

– Что это?

– Мои предложения по увеличению скорострельности нашего главного калибра. Предлагаю установить на затворах электропривод, как это сделано у тех же японцев и англичан. Получим два выстрела в минуту, против одного сейчас.

Поршневой затвор при запирании необходимо не просто закрыть, но ещё и провернуть, для чего на нём имеется соответствующая червячная передача. На запирание требуется двадцать семь оборотов, на что затрачивается от двадцати до тридцати секунд. И проделать эту операцию необходимо дважды, при открытии и закрытии затвора.

– Электромоторы, я так полагаю, изготовят в мастерской Горского? – поинтересовался Эссен.

– Один привод уже готов, два других изготовят в течении пары недель. Причин для спешки пока нет, – подтвердил я.

– А это вам откуда известно? Полагаете, что в ближайшее время нам выход в море не грозит? – хмыкнул Эссен.

– У генерала Ноги нет возможности начать полноценное наступление. Если он и раскачается, то к середине лета, не раньше. Пока же нас не прижмут к укреплениям по периметру крепости, и не начнут обстреливать гавань, наша эскадра так и не выйдет в море. Отдельные вылазки флота для поддержки сухопутного фронта в расчёт брать не стоит. А для работы по сухопутным целям высокая скорострельность и не нужна. Да и не отправит никто броненосцы. Побоятся потерять, при их медлительности, – не удержавшись хмыкнул я.

– Находите это смешным?

– Я обеспечил эскадру средством дальнего наблюдения и парашюты себя отлично зарекомендовали. Уж в условиях-то хорошей видимости загодя обнаружить большие силы японцев и отойти под защиту береговых батарей, всегда можно. Вот только, кто бы воспользовался такой возможностью.

– У вас всё, Олег Николаевич? – несколько нервно спросил каперанг.

Понимаю. Злость его так и распирает. Он и сам видит всю абсурдность происходящего, и ничего поделать не может. А тут ещё и мичманец масла в огонь подливает. Оно конечно по делу. Но от этого как-то не легче.

– Так точно, – вытянулся я.

– Более вас не задерживаю.

– Есть

Покинув командирскую каюту я направился прямиком в город. После ночной вылазки мне и экипажу полагался отдых, вот и решил воспользоваться этим. Тем более, что Нина, зная о моём ночном дежурстве, специально поменялась сменами на госпитальном судне «Монголия» и сейчас должна дожидаться меня дома. С одной стороны, оно вроде как и бессонная ночь позади, но с другой одним адреналином сыт не будешь, хочется ласки. Пусть и не по любви.

Броненосец стоял у причальной стенки, поэтому я сошёл прямиком на набережную. Прошёлся чуть дальше где был пришвартован «ноль второй» и окликнул боцмана.

– Андрей Степанович, парней в увольнительную, согласно графика. Катер в минный городок, там уже всё договорено.

– Слушаюсь, ваше благородие, – кинул ладонь к обрезу бескозырки Харьковский.

Вообще-то, оно бы и раньше встать на ремонт. Но не срослось. Миноносцы постоянно участвуют в боях и, как результат, нуждаются в ремонте. Не то, чтобы они имели приоритет перед моим катером, уж что, что, а нашу эффективность под вопрос никто не ставит. Но свободных мощностей у мастерских Невского завода раньше не оказалось, а у Горского нынче профиль не тот.

Хотел было поймать извозчика, но потом вспомнил, что их сегодня в городе попросту не осталось. Все пролётки реквизировали, а возниц забрили в армию. В смысле они так и остались в своей одежде, формы тупо не хватает, и при своих экипажах, но теперь уже на службе. На рикше ехать не хотелось. Вот и решил пройтись пешком. А пока иду, мысли разные в голову лезут.

К примеру, та же ответка от старухи. Черные дни адмирала Того? Нет, она об этом ничего не слышала. Всё ограничилось гибелью одного лишь броненосца. Крейсера «Ёсино», который должен был погибнуть и таранивший его «Касуга» после этого отправившийся в ремонт, я лично наблюдал не далее как пять дней назад на траверзе Артура. И перепутать их с другими я не мог. Не мой случай.

Авизо «Миако», так же наблюдал, но этот уже в Чифу. В тот раз началось волнение, да и мы шли гружёные порохом и боеприпасами как мулы, а потому я даже не помышлял об атаке японца. Более того, уходили мы скрытно, так чтобы японец за нами не увязался. А то ведь даже если избавились бы от груза, толку не было бы. Четыре балла это слишком много для того, чтобы выйти на крыло.

Канонерку «Осима» наши наблюдали у северного побережья Квантуна, в районе бухты Ин-чэн-цзы, где она с другими судами участвовала в обстреле наших позиций. Мало я этих артиллерийских лоханок потопил, нашлись и другие.

К слову на их уничтожение отправили отряд миноносцев под командованием капитана второго ранга Елисеева. И вот тут уж всё случилось как по писаному, пусть и с задержкой в пару недель. Зато в остальном один в один.

«Внимательный» оказался невнимательным и сел на мель. Попытки снять его успехом не увенчались. Тогда его торпедировали, но так спешили и опасались встретиться с японским отрядом, который на секундочку и отправились уничтожать, что не проверили результат. Торпеда же, не достигнув миноносца сдетонировала на мелководье.

Японцы обнаружили русский мононосец через пару дней и попытались снять нечаянный приз. Но пока возились, начался шторм, корабль сорвало с камней, отнесло на глубину, где он и затонул. Вот такие пироги с котятами…

– Нина, я дома! – возвестил я, войдя в прихожую, и уловив приятный запах готового завтрака.

– Раздевайся и мой руки, кормить тебя буду, – выглянув из столовой, произнесла она.

Вообще-то я не голоден. Но ей об этом говорить не стал. Она ведь точно ещё не ела. И вообще, не горит же, в самом-то деле. Позавтракаем, поспим часика три четыре. А там с новыми силами можно будет и пошалить. Так-то для неё это работа, но она и не думает отказывать себе в получении удовольствия. Живая ведь, и ничто человеческое ей не чуждо. Отчего нет, если клиент только один и не вызывает отвращения.

Глава 12

Штурм Хуинсана,

За спиной скороговоркой и вразнобой гулко ухают четыре стодвадцатимиллиметровых миномёта, посылая снаряды высоко в небо. Максимальный заряд забрасывает их высоко по крутой траектории, и миновав пик они устремляются к цели, с каждым мгновением набирая всё большую скорость.

Пудового снаряда с замедленным взрывателем хватает на то, чтобы пробить мягкий верхний слой грунта и рвануть уже внутри. Если попадание придётся по перекрытию блиндажа, то оно с большой долей вероятностью не выдержит, и погребёт под собой находящийся там личный состав. Разумеется если перекрытие не в два наката. В этом случае без второго попадания не обойтись.

Снаряд дважды в одну воронку не попадает? Враньё. Это всего лишь закон больших чисел. Если долго и упорно бить в одно и то же место, то прилёт непременно случится. А подчинённые генерала Белого останавливаться явно не собираются. И артиллерийских мин у них предостаточно. Если что, то по пять сотен на ствол. И это не всё, что миномётчики собираются вывалить на самураев.

Помимо крупного калибра работают по вершине и трёхдюймовые миномёты. Этим с фортециями не управиться, зато выставленные на минимальную чувствительность мины вполне себе пробивают дощатые козырьки взрываясь непосредственно в траншеях. А там солдат хватает, и при таком массированном комбинированном обстреле потери должны быть большими.

Затея более чем дорогая. Если трёхдюймовая мина обходится в пять рублей, то стодвадцатимиллиметровая уже в двадцать. Две тысячи штук соответственно в сорок. И ни кому-то там, а мне любимому. Война штука дорогая, и ввязываясь в драку лучше прекращать считать деньги. Как только начнёшь прикидывать траты, практически уже проиграл. И яркий пример у меня перед глазами. Причём выводы не будут сделаны и в будущем, когда страну втащат в Первую мировую.

Впрочем, не о чем говорить, коль скоро я вполне могу себе позволить подобные траты. Не молиться же мне на свои капиталы. Как говорится, легко пришло, легко ушло. И тем более не жалко, если на дело. А лично я в успехе не сомневаюсь. Это не десяток другой выстрелов морским калибром, что способен предоставить флот, а сосредоточенный массированный обстрел. К тому же, здесь и сейчас самураи не в состоянии этому помешать и миномётчики отрабатывают как на полигоне, совершенно не опасаясь ответки…

Как я и полагал, Кондратенко всячески убеждал Стесселя в необходимости организации контрудара и отбитии горы Хуинсан, являвшейся ключевой точкой обороны в Зелёных горах. В итоге ему это удалось.

Двадцать шестой полк его дивизии занимал позиции на правом фланге Зелёных гор. Под начало его командира, полковника Семёнова, был передан временно сформированный отряд, в состав которого вошёл четырнадцатый полк полковника Савицкого и мортирный взвод, в составе двух шестидюймовых мортир, подпоручика Кальнина, из четвёртой дивизии генерала Фока. Эти орудия должны были усилить атакующих при штурме высоты.

И всё бы ничего, но полковник Савицкий и подпоручик Кальнин получили едва ли не прямой приказ генерала Фока всячески саботировать подготавливаемый контрудар. Открыто об этом не говорили, но шепотки по подразделениям ходили.

Вот тут-то и пригодились мои новые миномёты. Они оказались куда эффективней медлительных мортир, и Кондратенко намеревался этим воспользоваться. А тут ещё и я предложил ему тактику артиллерийского наступления. Признаться, я не ожидал, что Роман Исидорович отнесётся к моей затее с большим таким скепсисом.

Хорошо хоть помимо крупнокалиберных миномётов в деле участвовали ещё и трёхдюймовые, да порядка тридцати полевых пушек. Командовать этим артиллерийским кулаком взялся лично генерал Белый, которого затея увлекла. Мы даже успели отработать кое-что на спешно устроенном полигоне.

Сам я так же не собирался оставаться в стороне. Предложил подготовить из двух стрелковых рот штурмовиков. Понятно, что времени слишком мало, и на значительный результат рассчитывать не приходится. Но с другой стороны, вложить в солдат и офицеров азы мне вполне по силам, и времени на это хватит. Благо народ был уже в той или иной степени обстрелян.

И… барабанная дробь! Мне пошли навстречу. Выделили четыре сотни пограничников. М-мать! Нет, я к Кондратенко со всем уважением, но он меня даже слушать не стал. Какие рейды по тылам. Всем известно, что для этого нужна кавалерия. Диверсии на коммуникациях противника? О чём вы вообще вещаете? Нужны штурмовики? Так ведь у пограничников наилучшая подготовка, превосходные бойцы, в большинстве своём из казаков пластунов.

Согласен, эти парни не рядовые стрелки. Но отправлять их в лобовой штурм высоты… нет, я этого не пойму никогда. Да только кто бы меня слушал. Мои попытки достучаться до Романа Исидоровича ни к чему не привели. Для начала, он не одобрял подлые методы ведения боевых действий. Да-да, именно так! Указал на то, что я молод, глуп и не видал больших зал… м-да. Ткнул в то, что незачем наскоро готовить штурмовую команду, и отправлять в бой недоучек, когда под рукой имеются хорошо обученные кадры. Ну что сказать, насильно мил не будешь, поэтому биться головой о стену я не стал.

Радовало хотя бы то, что уж с Белым-то проблем как раз не возникло. Он взялся лично командовать артиллерией в этом деле. Уж больно много нового было предложено мною, как уже опробованного, так и лишь в качестве теории. Повезло мне, что Василий Фёдорович не закостенелый консерватор, и ни разу не чужд новаций. Иное дело, что ему палки в колёса вставляет тот же сват, Стессель который, но если есть возможность обойти его не вызвав недовольства, то отчего бы и нет.

А там, глядишь получится свести потери к минимуму. А ведь могли и запретить. Ничего смешного. Плевать, что всё это произведено на мои средства. Изъяли бы для обороны крепости, заплатив или выписав расписку о выплате компенсации после войны. А уже использовали бы так, как это видится им. То есть, никак…

Наблюдая султаны земли вздымающиеся на склоне и вершине горы, я покрепче сжал дробовик прикидывая насколько серьёзным окажется причинённый ущерб. По идее должен быть неслабым, потому что по сегодняшним нормам плотность стрелков в траншеях высокая. Да и я в полевой бинокль наблюдал порой вздыбливавшиеся обломанные брёвна, разлетающиеся обломки досок и щепу.

Отчего при мен дробовик? Ну, так намечается ведь бой накоротке, потому и вооружился я соответствующим образом. А на случай стрельбы на среднюю дистанцию имеются у меня стреловидные пули. Их изготовление наладил Горский в своей мастерской. Не сказать, что такие пули по точности сравнятся с нарезным оружием, но на четыреста шагов я уверено попадаю в грудную мишень. А там уж, ранение или наповал, не имеет значения, в любом случае рана получится серьёзная и человека свалит от болевого шока.

В рядах пограничников так же имеется пара дюжин помповых дробовиков. Успели распробовать когда гонялись за хунхузами и портили кровь самураям, пока им не запретили подлые методы ведения войны. Плюсом к этому успели обзавестись трофейными кавалерийскими карабинами и раздобыли мосинские. Так что, теперь чуть не две трети зелёных фуражек вооружены не пехотными оглоблями, а более оборотистым оружием. Впрочем, меня это не радует, потому что про микроскоп я уже говорил.

– Ну и что скажете, Олег Николаевич? – спросил меня подполковник Бутусов.

Поначалу-то он воспринимал меня как и остальные. Молодой, много о себе думающий выскочка, поучающий взрослых дядек много повидавших на своём веку. Но со временем его отношение сильно изменилось. Уж больно много проистекало от меня необычного, невероятно полезного и неизменно эффективного.

О Кондратенко я уже говорил, но даже Эссен, выказывая мне поддержку, своего недоверия не растерял. А вот главный пограничник вполне себе проникся и теперь не считает для себя зазорным посоветоваться. Жаль только не смог отстоять свою независимость. Как только крепость отрезали, так Стессель сразу всех под себя и подмял не считаясь с принадлежностью к министерству финансов или внутренних дел.

– Полагаю, пора выдвигаться, – высказал своё мнение я.

– Вот и я так думаю. Еропкин, как связь? – спросил он связиста, с катушкой телефонного кабеля на боку, и полевым телефоном в руках.

– Связь, есть, ваше высоко благородие, – ответил рядовой.

Использовать связь в атакующих цепях тоже моё предложение. И видит бог, мне было ох как непросто добиться, чтобы под это дело выделили как сами аппараты, которых было до крайности мало, буквально единицы, и полевой провод для них.

Ещё рвались мины у вершины Хуинсана, когда цепи пограничников поднялись и пошли в атаку. Тихо, без криков, и без надрыва, не бегом, а скорым шагом. Я каких-либо сложностей с подъёмом в гору не испытывал, так как за прошедшее время успел привести это тело в хорошую физическую форму. При случае и взбежать по склону могу. Правда без последствий это не обойдётся, и если дойдёт до рукопашной, то боец из меня выйдет аховый. Потому и наступаем мы без надрыва.

До траншей оставалось шагов двести, когда до нас стали долетать комья земли и небольшие камни. Видя это Бутусов отдал по цепи приказ остановиться. Но именно в этот момент один из камней с глухим звоном тюкнул меня по темечку. Спасибо каске. Их пока изготовили всего лишь дюжину, на команду «ноль второго», и командование не спешило проникнуться необходимостью защиты голов солдат.

– Вы как, Олег Николаевич? – обеспокоенно спросил шедший рядом Бутусов.

– Не было бы этого котелка, пришлось бы туго, а так, в полном порядке, – жизнерадостно сообщил я постучав по каске, и добавил. – Пора бы переносить огонь миномётов на противоположный склон.

– Уже связался. Сейчас долетят последние, и дальше в дело вступят пушки, – согласно кивнув, ответил Бутусов.

Ещё несколько увесистых разрывов, и всё стихло. Правда ненадолго, практически сразу послышался отдалённый грохот полевых пушек, а затем вой подлетающих гранат. С блиндажами им не управиться, не то могущество заряда, зато получится прижать пехоту, чтобы самураи не высовывали своего носа.

– Пошли! – поднявшись в полный рост выкрикнул подполковник, и сам двинулся в первых рядах.

Храбрый, умный, честный и дурной. Со мной всё понятно, у меня кровушка застоялась и хочется встряхнуться, море всё же не моё. Там всё больше на дистанции, да и думать больше приходится о своих людях. А вот здесь, когда предоставлен самому себе, совсем другое дело. Но Пётр Дмитриевич… не дело командиру в первых рядах в атаку бегать.

Первую линию мы взяли практически без боя. Обнаружившихся немногочисленных японцев перебили едва ли не походя. Я так и не успел ни разу выстрелить. Спрыгнул в траншею, и в сердцах от души матернулся.

– Что случилось, Олег Николаевич? – спросил меня Бутусов.

– Да обидно просто, Пётр Дмитриевич. Учиться нам у самураев ещё и учиться. Вы посмотрите на эти окопы, что они успели выкопать всего лишь за десять дней. У нас и через месяц ничего подобного не наблюдается.

– Это да, японцы народ трудолюбивый.

– Да не в трудолюбии дело. Просто драть солдата нужно не за грязную гимнастёрку и плохие строевые приёмы, а за нерадение в службе. И в первую голову, спрашивать с офицеров, за их наплевательство в обучении солдат военному делу, и отсутствие требовательности. И пуще иного, за жалость к нижним чинам, которые потом за свою лень и такое сердоболие платят кровью.

Бутусов согласился со мной, но разводить полемику мы не стали. Оно и не время, и не место, да и начали прибывать посыльные от командиров с докладами. Каждому нашлось чем заняться. Подполковнику командовать, мне двигаться дальше. Я же сюда за дозой адреналина пришёл, а не вот это вот всё.

Пограничник вновь вооружился телефоном, связываясь с генералом Белым. Получив новые ориентиры, тот перенёс огонь в глубину, а штурмовики начали продвигаться вслед за огненным валом. И похоже японцам пришлась не по вкусу их же тактика массированного артобстрела. Впрочем, выдвижение атакующих непосредственно за отодвигающимися разрывами, сквозь ещё не осевшую пыль, и не рассеявшиеся газы сгоревшей взрывчатки, для них пока в новинку.

Я кивнул подполковнику, мол счастливо оставаться, и побежал по ходу сообщения, вверх по склону. Сейчас я простой стрелок, а не офицер, даже одет в специально пошитую свободную форму цвета хаки, кожаные наколенники и налокотники, на торс надет шёлковый броник, со стальными вставками толщиной в два миллиметра. От винтовочной пули не убережёт, от штыкового удара и большинства осколков, вполне.