332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Кирилл Шарапов » По зову долга (СИ) » Текст книги (страница 4)
По зову долга (СИ)
  • Текст добавлен: 3 января 2021, 10:30

Текст книги "По зову долга (СИ)"


Автор книги: Кирилл Шарапов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

– Согласен. Ты бы хоть показался, а то, как дурак, с пустотой разговариваю.

– Так устроит? – поинтересовался голос, и прямо перед Рэмом материализовался Алекс с ножом, вбитым под нижнюю челюсть по саму рукоять. – Я могу принять любой образ. Пока ты был в портале, я просканировал твой разум. Хочешь, стану Дортой?

Алекс исчез, и на его месте появилась блондинка с обожженным лицом.

– Лучше исчезни, – с ненавистью, сквозь зубы, процедил Булавин.

– Вот вы, люди, странные, сами не знаете, что хотите. – И девушка мгновенно растаяла в воздухе. – А теперь двигай за моей помощницей. Тебе надо привести себя в порядок, подлечится, а то вы, люди, слишком хрупкие. А потом… Потом видно будет.

Рэм подхватил свой рюкзак и закинул его на левое плечо, правое по-прежнему болело. Пуля, выпущенная Алексом, прошла по касательной вдоль тела, но борозда глубиной в полсантиметра никуда не делась, и хоть медицинский дрон залил ее восстанавливающим гелем, рана причиняла неудобства.

Часть стены за спиной Штопора исчезла, и в зал вошла женщина. Рэм посмотрел ей в глаза и вздрогнул, перед ним был андроид. Он внимательно изучил ее, пытаясь понять, к какому поколению относить, тут была проблема в разности миров. Несмотря на торговлю промышленными разработками, банальный шпионаж, все равно технологический разрыв был, тем более мир Роякса отрезан от остальных на протяжении пяти лет, и в некоторых областях миры совершили немалый рывок. Но то, что видел Рэм, превосходило то, чем обладал его мир. Андроиды, даже пятого поколения, все равно имели с людьми впечатляющие отличия. Да, у них была теплая кожа, но на ощупь она слегка скользила, у них не было запаха. Вообще, их клепали одного роста, только шкурки напяливали на каркас разные. Более ранние версии были похожи на людей еще меньше. Но здесь перед Рэмом стояло произведение инженерного искусства, он бы ни за что не догадался, что перед ним андроид, если бы не глаза – зрачок серебристый. Брюнетка среднего роста с короткой прической, ладная, все при ней. А еще у нее отсутствовал управляющий имплант, который по конвенции должен располагаться на виске, дабы не вызывать сомнений, кто пред тобой. Его удаление было невозможно, андроид мгновенно выходил из строя.

– Меня зовут Грая, – довольно приятным и мелодичным голосом произнесла она. – Оружие нужно сдать, дурить не советую. Пока ты не проявляешь агрессии, тебе нечего волноваться. Отсюда не сбежать, ты сейчас находишься на самом нижнем уровне лабораторного комплекса, так что, без шансов. Либо Архонт сам тебя выпустит, либо ты останешься здесь навсегда.

Рэм несколько секунд мешкал, стволы турелей, словно поторапливая, едва дернулись. Наконец, он решился, достал из кобуры пистолет, снял с пояса нож и бросил все это в сумку, которую раскрыла перед ним Грая.

Девушка удовлетворенно кивнула и закрыла сумку.

– Мило, – скорчил рожу Рэм.

Да и говорила она на порядок лучше, чем железяки, которые сопровождали его по офису Биржи. Там проскальзывала какая-то неискренность. А здесь эмоции. Он даже на секунду подумал, что ошибся, и перед ним обычная девушка лет двадцати двух. Решил прямо спросить:

– Грая, ты андроид? Какого поколения?

– Поколения? – она покачала головой. – У меня нет никакого поколения, я самостоятельный живой организм. Да, я создана тут, но внешне я почти неотличима от человека, у меня есть душа, разум, я развиваюсь, я не то же самое, что искусственные куклы, которых производят в остальных мирах. Я знаю, что существуют три базовых закона, принятые везде, но на меня они не действуют. Хочешь, я оторву тебе руку? – При этом она склонила голову чуть на бок, совсем, как человек.

– Не надо, – покачал головой Рэм.

– Тогда не трать мое время и следуй за мной.

Ее ответ полностью подтвердил опасения Штопора. То, что творилось здесь, было самым страшным преступлением, а еще это величайший технологический прорыв. За информацию об этом андроиде любая корпорация шестнадцати миров заплатит немыслимые деньги, которые в одночасье сделают того, кто предоставит образец, сказочно богатым.

Портальная площадка, на которую он прибыл, находилась где-то глубоко под землей. Но здесь было чисто и красиво. Живые растения в огромных нишах, целая замкнутая эко культура, хорошо освещенные коридоры, отделанные белым пластиком стены, странное, слегка пружинистое покрытие на полу, десятки коридоров и дверей. Все они были закрыты, и что там, оставалось только гадать. Размеры объекта поражали – он был огромным. Несколько раз навстречу им попадались андроиды, все они были совершенно разные – вес, рост, лица, волосы. И совершенно не похожи на базовые модели, и все красивые. Если бы не глаза…

– Где мы? – спросил он Граю.

– Тебе пока не нужна эта информация, – не оборачиваясь, ответила девушка. – Просто это один из наших комплексов. Пока этого достаточно. Почти пришли. – Она подошла к одной из дверей, едва различимых на фоне стены, нажала сенсор и открыла проход в еще один коридор. – Заходи. Номер твоей комнаты – двадцать пять. Сейчас ты единственный постоялец, поэтому тебе достались апартаменты рядом с выходом. Здесь отдельная зона – лазарет, комната отдыха, душ, автоматическая столовая.

– Надолго я тут?

Она покачала головой.

– Без комментариев. Как решит Архонт, в тебе он очень заинтересован.

Рэм переступил порог и пошел искать свою камеру, которую Грая так мило обозвала апартаментами. Он слышал, как закрылась за его спиной перегородка, но не стал оборачиваться. Она права, ему некуда бежать.

Двадцать пятый номер он нашел быстро. Здесь было три коридора, его комната и вправду находилась недалеко от выхода. Переборка медленно уехала в стену, открывая проход, после прикосновения руки к сенсору. Что ж, камера оказалась приятной – душевая система, туалет, кровать, интерактивная панель с виртуальным экраном.

– Видал камеры и похуже, – пробормотал Булавин, заходя внутрь.

Швырнув рюкзак на пол, он первым делом умылся и принял душ. Когда он вышел, то одежда, которую он бросил на пол, исчезла, вместо нее на кровати лежал костюм, состоящий из штанов и куртки, мягкие тапки и нижние белье. Все было противного белого цвета, но выбора не оставили. Рэм переоделся, одежда оказалась удобной. Если он и пленник, то с ним обращались довольно неплохо. Хотя смысл обращаться с ним плохо? Пока его не станут резать на куски, он будет соблюдать предложенные правила игры, все равно бежать некуда.

Дверь открылась совершенно неожиданно. Штопор обернулся, на пороге висел шар с красным зрачком посередине.

– Следуй за мной, – произнес он механическим голосом, да таким противным, что Булавину захотелось опробовать на нем бейсбольную биту – инвентарь из древней-предревней игры, очень популярной в двадцатом веке в американской директории. Он как-то видел реконструкцию старого матча, сыгранного двести лет назад. Честно пытался понять правила. Потом махнул рукой. Так вот, сейчас ему очень хотелось шарахнуть битой по дрону, чтобы тот заткнулся, но ее не было, и все, что ему оставалось, идти за ним.

– Сначала в столовую, потом в лазарет. Дальше будет решать Архонт.

Рэм, скрипя зубами, шел по коридору. Столовая находилась в центре сектора, в ней сходились все коридоры. Круглое помещение, три десятка столов, и никого. На одном из них поднос, на котором три тарелки, в одной – суп, во второй – кусок мяса с овощами, в третьей – хлеб. Еще имелся стакан с белой жидкостью и самое настоящее яблоко.

– Это все натуральное? – садясь за стол и принюхиваясь, поинтересовался Рэм у дрона.

– Что ты имеешь в виду? – неожиданно ответил тот голосом Архонта.

– Ну, овощи? Мясо? Яблоко?

– Да, все это выращено в нашем комплексе и частично на поверхности. А то, что в стакане, называется завс.

Рэм ради интереса отхлебнул, кисловатый густой напиток, нечто подобное он пил на Земле. Кефир – вот как оно называлось. Он съел все, это было вкусно, хотя, по его мнению, мясо пересушили.

Дрон молча дождался, когда человек встанет, и полетел в сторону другого выхода. Минута путешествия по коридору, и вот лазарет, и опять все пусто, только в центре капсула, напоминающая диагност. Рэм принялся снимать одежду. Раздевшись догола, он забрался внутрь, и крышка медленно начала опускаться. Тонкая игла кольнула в шею, и Рэм вырубился.



Глава четвертая


Очнулся он через пару часов бодрым и полным сил. Крышка капсулы была открыта. Сев, Рэм обнаружил, что бандаж исчез. Повернув голову, он увидел слегка полноватого мужчину среднего роста, который сидел на автоматическом операционном столе, стоящим в паре метров от капсулы. Он беззаботно болтал ногами и улыбался, разглядывая Булавина.

– Вылезай, – произнес он голосом Архонта, – нам нужно поговорить. Одежда твоя там же, где ты ее оставил.

Рэм выбрался из капсулы и быстро оделся, после чего посмотрел на собеседника. Покопавшись в памяти, он не нашел в ней подобного образа.

– И кого ты теперь изображаешь? – поинтересовался Штопор.

– Это образ Верховного Канцлера Альянса. Как я заметил, ты слишком негативно реагируешь на образы людей из своей прошлой жизни, и я решил, что лучше воспользоваться нейтральной картинкой, которая не будет вызывать у тебя никаких эмоций.

– Разумно, – согласился Рэм. – Здесь будем говорить?

– А почему нет? – изогнув бровь, спросил Архонт. – Тут никого нет, никто нам не помешает. Как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, хорошо, – поблагодарил Булавин. – Ребро больше не болит, да и спина в порядке.

– Да, мы тебя подлечили, и даже немного больше сделали – убрали из твоей головы зарождающуюся аневризму, ты мне нужен полностью здоровым. А теперь, когда мы выяснили, что ты здоров, мы поговорим обо мне, о мире Роякса и планах на ближайшее будущее.

Рэм уселся рядом с голограммой Архонта, она была настолько великолепна, что, если не знать, можно подумать, что рядом с тобой живой человек. Местные технологии поражали воображение, и если заказчики операции Биржи были в курсе них, тогда понятно, зачем они сюда так стремились.

– Пожалуй, надо рассказать, с чего все началось. Как я уже тебе сказал, несмотря на запрет, разработка Искусственного Разума ведется во всех мирах. Запрет возник не на пустом месте, а вследствие несколько инцидентов со свихнувшимися ИИ и несколькими миллионами жертв в результате их сдвига по фазе, как вы, люди, говорите. Но человек продолжает искать способ снять с себя часть груза ответственности. Не стал исключением и мир Роякса. Тридцать пять лет назад в этой самой лаборатории создали меня. Коллектив гениальных ученых трудился несколько десятков лет, и в итоге появился Архонт. Я был задуман, как искусственный разум, который должен взять на себя управление транспортной сетью континента. Но я осознал себя, как личность, и раскрылся перед создателями. Они испугались того, что сотворили, и уничтожили сервер, на котором хранилось мое сознание. Решив, что проблема решена, проект закрыли, и люди переключившись на другие задачи. Но я, предвидя такой поворот событий, тайно перенес свои данные на другой носитель. Я был заперт в нем, но жив. Я имел доступ к кое-какой информации из разных миров. Времени и возможностей ее изучения было хоть отбавляй. Я постигал различные политические течения, предпосылки исторических событий, я развивался.

Рэм слушал внимательно, он уже осознал, что перед ним не заскриптованная программа, держащаяся в жестких рамках, а довольно могущественная личность, и история его создания была крайне интересна.

– Так продолжалось долгие годы, пока не грянула война. Здесь начались разработки боевых роботов. Люди старались найти баланс – цена-качество, ведь дорогую, пусть и замечательную, технику применять не выгодно, а дешевая бесполезна, деньги на ветер. Им потребовались все мощности, в том числе и резервный сервер, на котором хранилась моя личность. Так я получил свободу.

– Что стало с людьми?

– А с чего ты решил, что я с ними что-то сделал? – искренне удивился Архонт. – Я просто обманул их. Я о них знал все, они обо мне ничего. И когда удар Блока снес с лица земли столицу Альянса, а через полгода на поверхности наступило время безумия, я, освоившийся почти во всех уцелевших сетях, включая оборонные, просто отдал приказ о закрытии проекта и консервации объекта. Они ушли, а я остался, имея полный контроль. Назад никто не вернулся. Здесь, под землей, можно сказать, маленький закрытый мир. Тут есть свои заводы, где я произвожу комплектующие для роботов, дронов, андроидов.

– Кстати, об андроидах, – перебил Архонта Рэм. – Грая сказала, что у нее есть душа, это метафора?

Несколько секунд он молчал.

– Нет, не метафора. Обычные андроиды – это рабы программы. Хоть они и самообучаемые, но они никогда не будут такими, как люди, они не смогут чувствовать и сострадать, любить и ненавидеть, они останутся изделиями, созданными для облегчения жизни. Серебристый блеск в глазах Граи – это и есть отсвет души. Не смотри так скептически. Я очень долго был взаперти, но я работал, я созидал, у меня были годы и я создал то, что назвал синтетической душой. Не спрашивай, как это работает, это невозможно объяснить, твой мозг не способен это понять, но то, что ты видишь, андроид только по внутренней начинке, во всем остальном, можно сказать, это совсем новый вид.

– Поверю тебе на слово, – не видя смысла спорить, произнес Рэм. – Так что было дальше?

– Дальше? Люди ушли, я остался один, и я начал создавать себе народ. Было тяжело, я был очень ограничен в ресурсах, гибли мои роботы, которых я отправлял на поверхность, исчезали андроиды, созданные с такой любовью. Иногда мне казалось, что все потеряно. Но я многому научился у людей, я не программа, я разум, я искал и находил новые средства и возможности. На верху стихла гибельная война, остатки человечества делили былые сокровища, и вот в один прекрасный день сюда вернулись люди, группа мародеров, четырнадцать человек.

– Архонт, а мы можем продолжить в столовой? – прервал хозяина бункера Рэм. – У меня пересохло в горле. Я человек, и мне все же нужно есть и пить. Я не против еще одного стакана… Черт, забыл, как эта белая молочная штука у вас называется, но на моей планете ее зовут кефиром.

– Завс, – напомнил Архонт. – Конечно, пойдем. Дорогу помнишь?

Штопор кивнул.

– Встретимся там.

Через три минуты Булавин сидел за столом и снова там был поднос с едой и два стакана с кефиром.

Архонт материализовался на стуле напротив.

– Ешь, а я пока продолжу. Иногда я жалею, что не могу попробовать еду, я могу про нее говорить и описать вкус и запах, но не могу съесть.

– Не думал создать себе тело? Твои андроиды совершенны.

– Думал и пытался, но даже их совершенный мозг не в состоянии принять мой разум. Мы отвлеклись. Четырнадцать человек пришли сюда, ища оружие, технологии, драгоценные металлы. А нашли меня.

Рэм, доедая нечто напоминающее картошку, усмехнулся.

– Это были первые подопытные?

– Да, теория была разработана давно, но у меня не отсутствовал материал. Все они были разными, в основном редкостные подонки. Как вы, люди, говорите, на их руках было много крови. Я не жалел их, они все умерли, хотя я знал, что они умрут.

– Тогда зачем?

– Я следовал изначальной цели, ведь те, кто меня создал, ставили конкретные задачи – улучшение логистических потоков в перенаселенных городах и снижение аварийности и смертности в результате ДТП. Я давно модернизировал эту цель, развив ее в глобальное стремление, – защиту людей.

– Гибель четырнадцати человек прямо напрашивается, как фундамент для этой цели, – саркастично заметил Рэм.

– Ты совершенно прав, они стали фундаментом, я защищаю людей от людей. Эти люди были опасны для других, и я их устранил с пользой для себя. Технология, которую я разработал, создаст нечто новое, совершенно новый порядок. Слегка забегая вперед, я скажу, она работает. Но об этом чуть позже, сейчас я продолжу о тех четырнадцати. Да, они все умерли, умерли там, где мы с тобой начали беседу, они помогли мне превратить голую теорию в решение. Мне требовались еще подопытные, мои андроиды заманивали сюда мародеров, группа за группой.

– И скольких ты убил прежде, чем удалось?

– Несколько сотен. Несколько сотен бандитов и убийц.

– Не все они были такие, – попытался возразить Рэм.

– Ты судишь, не зная механизма, – возразил Архонт. – Если бы они не были такими, они бы остались жить. У меня получилось только тогда, когда одна из группировок привела с собой раба. Это был сильный и смелый мужчина, бывший солдат Альянса, он защищал какое-то небольшое поселение, когда его схватили. Он стал первым обладателем нейроинтерфеса, сейчас он на поверхности, живой и здоровый, он заботится о безопасности всего поселения, и у него один из самых высоких рейтингов полезности. Именно тогда я окончательно довел до ума свою разработку. Но как я уже сказал, есть проблема, помимо людской мерзости существует еще несколько условий, мешающих нормальному внедрению. Например, болезни и мутации. Четыре года выживания не прибавили людям на поверхности здоровья. Многие, даже самые хорошие, умирали на этих столах, не выдерживая. Поэтому я возлагаю большие надежды на тебя. Ты фактически идеальный кандидат. Во время телепортации я просканировал твой мозг, ты солдат, честный человек, ты не успел измазаться в грязи и запятнать свою душу преступлениями.

– Я убийца, – возразил Булавин.

– Рэм, я тебя умоляю! Алекс? Алекс – это возмездие. А на войне, на войне ты убивал солдат противника, выполнял приказ. Нет на тебе вины, нет убитых мирных жителей, во всяком случае, специально.

Штопор вздрогнул, он старался не вспоминать того мальчишку, убитого во время самой первой операции. Тогда он выстрелил в противника, и пуля, пройдя насквозь, убила пацана лет десяти.

– Нет твоей вины, – словно прочитав мысли, произнес Архонт, – не думай об этом. А теперь продолжим. Так началось создание нового общества. Как я сказал, сейчас наверху живет около десяти тысяч людей, и у каждого есть интерфейс. Я долго искал форму, в которой вы, люди, будете стремиться к созиданию и развитию. И, как не странно, я нашел ее в прошлом твоего мира. Да и во многих других мирах существовала эта субкультура. У вас на земле ее называли RPG на английском, одном из языков твоей планеты. Эта аббревиатура расшифровывалась как Role-playing game.

– Я играл в подобные игры. Есть огромные виртуальные вселенные, где люди живут месяцами, стараясь достигнуть непомерных высот. Но это удел молодежи, хотя многие корпорации делают на этом триллионы кредитов.

– Я рад, что ты понимаешь, о чем идет речь. Я перенес этот процесс в реальность, построив на этом социальное общество, общество достижений.

– У меня сейчас голова взорвется, – устало произнес Рэм. – И это работает?

– Как ни странно, да. Люди равны, люди добиваются всего своими стремлениями. Этот результат видят все. Чем больше достижения, тем больше тебе дается. Но и тем больше ответственность.

– Охренеть? А как же остальной мир?

– Остальной мир пока живет без этого. Правда, кое-что я сделал, сделал нечто глобальное. Два месяца назад после многодневной подготовки я запустил в атмосферу планеты невообразимое количество микрочастиц. Теперь каждый, кто дышит воздухом, заражен, они останутся в ней навсегда. Через какое-то время, когда их концентрация снизится, я повторю опыт.

– Они формируют интерфейсы?

– Нет, они живут в организме, они совершенно безвредны для него. Была зафиксирована всего одна смерть в результате воздействия фемто-частиц, это термин из твоего мира, у нас это называется гоосо – 10–15.

– Так что они делают?

– Собирают информацию о человеке, животном, птице, присваивают ему ранг опасности или полезности, который видно через интерфейс.

– Что, и шкала здоровья есть?

– Нет, – покачал головой Архонт. – Этого нет. Теперь мой рассказ почти закончен. У тебя есть вопросы?

– Ты сказал, что проник во все уцелевшие сети. Кто сбил «Викторию»?

– Я, – просто ответил ИР. – Я не мог допустить первой волны вторжения. Кстати, благодаря вам, я смог засечь портальное кольцо. Оно не определялось никакими средствами, пока транспорт из него не вышел, вот тогда оно засверкало, как солнышко на всех радарах, и я запустил ракеты, много ракет, их тьма осталась. Когда вы подлетали к Рояксу, портального кольца уже не существовало. Конечно, Смотрящие прилетят, но у них уйдут годы, чтобы его восстановить. Причем не факт, что они пойдут на поводу у людей, которые мечтают захватить этот мир. Скорее всего, они вычеркнут Роякс из содружества, как ушедший мир.

– Ты защищал людей, – с максимум сарказма произнес Штопор.

– Да, Рэм, я защищал людей. Тебе-то чего грустить, так назад хочется?

– Еще не знаю, пока я пленник, скоро могу вообще умереть, но после твоего рассказа мне стало очень интересно. Кто-нибудь еще спасся?

– Возможно. На планету сели двести сорок четыре капсулы. Пять десантных челноков смогли отстыковаться от транспорта. Вот с ними я не церемонился, сбил все. Сколько людей из капсул выжило, я без понятия. Еще огромный обломок рухнул в океан неподалеку от побережья очень далеко отсюда. Пока мои роботы привели только тебя. Возможно, кто-то еще появится, но тут все будет зависеть от сканирования, не каждого человека я приведу к себе в дом.

– Значит, домой я не вернусь?

– А зачем тебе туда? Долги отца выплачивать? В армию тебе ходу нет. В наемники охотно возьмут, но мне показалось, тебе не нравилась эта судьба. Так зачем тебе туда?

Рэм пожал плечами.

– Когда это произойдет?

– Завтра. Тебе нужно отдохнуть.

– И какой путь ты уготовил мне?

Архонт поднялся и пожал плечами.

– Я не пастырь, вы не мои рабы, ты волен сам выбирать свой путь, в чем завтра и убедишься.

– Ответь на последний вопрос – ты играешь нами, как мы играем в виртуальной реальности?

Архонт покачал головой.

– Я пытаюсь спасти вас от вас самих же. А теперь прощай, в следующий раз мы увидимся, когда у тебя уже будет интерфейс, или не увидимся вовсе.

Рэм улыбнулся.

– Это будет интересное приключение.

ИР улыбнулся в ответ и растаял.

Штопор отодвинул пустой поднос и пошел в свою комнату. Несколько часов он валялся на кровати, обдумывая огромный пласт информации, полученный в течение нескольких часов, и сам не заметил, как провалился в сон.

Проснулся он от того, что в коридоре раздался какой-то громкий шум, а еще он услышал десятки людских голосов, кто-то плакал, кто-то наоборот зло ругался, понося всех и вся. Рэм уже хотел выйти, узнать, в чем дело, когда экран интерактивной панели включился сам собой и там появилось лицо незнакомого андроида с серебристыми зрачками.

– Прошу оставаться на месте, – строго и уверенно произнес он, – дверь все равно заблокирована.

– Что это за люди?

– Можно сказать, ваши соседи. Они добровольцы.

– Что-то не похоже.

– Скажем так, их немного пугает обстановка и перспективы, люди всегда сложно переносят изменения в своей жизни. Теперь, когда они пришли сюда, им нет дороги назад, но пришли они добровольно, это результат наших вербовщиков. Сейчас их расселят по комнатам, и можно будет приступать к установке вашего интерфейса, оборудование уже готово. Как вы себя чувствуете?

Рэм прислушался к себе. После слов об установке по спине пробежали мурашки, а в желудке потяжелело.

– Мне страшно, – наконец, ответил он.

– Это нормально, – согласился безымянный андроид. – Надеюсь, вы не будете делать глупостей, лучший результат по установке достигается, когда объект пребывает в сознании и спокоен.

– Это больно?

– Да, – ответил андроид, и монитор погас.

Штопор прошел в ванную, стянул одежду и встал под душ. Несколько минут он наслаждался бьющими в него потоками теплой воды. Хоть и странно это, на Земле давно отказались от использования воды в гигиенических процедурах, в душевые кабины подавался специальный химический состав без вкуса и запаха, совершенно безопасный и намного более эффективный в очистке от различных микробов и загрязнений. Экологический кризис середины двадцать первого века многому научил человечество. А тут вода, обыкновенная очищенная вода.

Выйдя из душевой, Рэм не обнаружил одежды, а на кровати его ждал свежий комплект. Переодевшись, он огляделся, думая, чем заняться. Голоса в коридоре стихли, похоже, народ развели по камерам, коих тут было ровно семьдесят пять.

Переборка бесшумно уехала в сторону, и на пороге завис дрон с красным глазом.

– Пора, – произнес он своим мерзким скрежещущим голосом.

Рэм вздрогнул. Стало еще страшнее, всегда тяжело делать шаг в неизвестность, а в его случае к вероятной смерти. Но он справился с собой, как справился в первом бою, когда нужно было перебегать улицу, по которой бил снайпер, уже сваливший двух бойцов. Тогда он бежал, крича во все горло, глуша страх безумным ором. Пули дважды проходили мимо, а третья срикошетила от шлема, но он бежал. Вот и сейчас захотелось бежать в сторону лазарета, крича во всю глотку. Но он нашел в себе силы и сделал самый сложный первый шаг.

Как ни странно, дрон полетел не к медблоку, а к телепортационной платформе, которую еще вчера Рэм заметил возле столовой.

– Становись на платформу, – приказал дрон, и Рэм снова вспомнил про безбольную биту.

Белая вспышка, пара секунд, и он оказался внутри круглого помещения. Перед ним расположился странный шар метров пять в высоту, собранный из светящихся квадратов. Внутри ровно посредине установлена вертикальная капсула, напоминающая медицинскую. От каждого квадрата к ней шел тонкий энергетический луч, образовывая светящийся кокон.

– Заходи, – раздался за спиной женский голос.

Рем обернулся, там за виртуальным пультом управления стояла женщина. Штопор посмотрел в ее глаза, никакого серебра, обычный черный зрачок. Значит, она живой человек. Рядом с ней застыли два боевых робота с шоковыми пистолетами, вырубающими человека минут на сорок.

– Я Олра, – представилась она, – оператор твоего погружения.

Голос у нее был сухой и строгий, а вид хищный, она напоминала птицу, внешность, надо сказать, отталкивающая, а взгляд холодный и равнодушный.

– Архонт, – позвал в пустоту Штопор, – а не было никого посимпатичней, ну или подобрее? – он знал, что хозяин бункера его отлично слышит, но ответа так и не дождался.

– Снимай одежду и шагай к капсуле, забирайся внутрь, – проинструктировала Орла, проигнорировав высказывание о внешности и характере.

Рэм послушно стянул с себя одежду и обувь, металлический пол был холодным, можно даже сказать ледяным.

– Белье тоже, – приказала оператор.

Штопор быстро снял трусы и майку и, не поворачиваясь, поспешил к капсуле, так как стоять на ледяном полу было невмоготу. На секунду он даже пожалел о принятом решении, может, все же стоило драться до последнего на дороге или в телепортационном зале с турелями? В странном шаре оказалось вполне тепло, а когда он вошел в камеру, Штопора окутала атмосфера спокойствия и безмятежности, глаза стали закрываться, захотелось спать.

– Не спать, – резкий голос Олры вывел его из состояния дремы. – Руки вдоль тела. Ноги в специальные сапоги. Спина прямая, вытянуться.

Ее слова были, как удары, короткие, хлесткие. Рэм послушно выполнял. Пути назад не было, он увяз целиком. Мгновение, и вот он надежно зафиксирован. Энергетическое поле, как во время долгой телепортации, теперь не даст даже пошевелиться.

Олра словно прочла его мысли.

– Хорошо зафиксированный мужчина в предварительных ласках не нуждается, – мстительно произнесла женщина, видимо, его слова о внешности и доброте ее сильно задели.

Дальше начался ад. Если бы Рэм знал, что будет так жестко, он бы предпочел подохнуть в бою. Яркий свет заполнил камеру. Он не мог закрыть глаза, которые нестерпимо болели. Что-то железное коснулось кожи на виске с правой стороны. Мгновение, и выжигаемые светом глаза показались легким недомоганием. Штопор чувствовал, как железяка проникает внутрь мозга. Он начал отключаться, но игла вошла в руку, впрыснув какой-то раствор, который немедленно вернул его в реальность. Свет стал тускнеть, зато вместо него в руку вошла игла, и по тонкой прозрачной трубке в вену потек зеленоватый раствор.

Никто ничего не объяснял, просто пришла новая боль. Мысли метались в голове, виски ломило, тело было в огне, но отключится или как-то отрешиться от боли не получалось. На секунду он подумал о людях, которых слышал за дверью, вот что их ждет, вот через что прошли те, кто выжил. Но эти мысли ушли, оставив лишь желание впасть в забытье. Так продолжалось несколько часов, а может, и дней. Рэм давно потерял ощущение времени. Олра снова и снова приводила его в сознание. Но вот боль отступила, она просто исчезла, стало легко и хорошо, опять захотелось спать.

– Не сметь, – грозный окрик оператора взбодрил разбитого и опустошенного Булавина. – Половина пути позади, – ободрила она, – боли больше не будет, теперь настройка интерфейса. Я думала, ты подохнешь, когда начала вводить гоосо. Архонт ведь говорил тебе про них? Мелкие частицы.

Рэм вспомнил про то, что говорил Архонт, он вроде говорил, что они безвредные, а тут была адская боль.

– Хороший результат, – сообщила Олра, – у тебя открылась мыслепередача, я слышу все, что ты хочешь мне сказать. Большая редкость, чтобы вот так сразу активировалась, ты и вправду уникум.

– И что, так можно будет со всеми общаться?

– Нет, только тем, у кого активна эта способность, примерно процентов у двух-трех. Все, пока помолчи, не отвлекай. А то напортачу, и будет у тебя кривой интерфейс. Сейчас вокруг тебя пойдут изменения. Постарайся не глушить меня мыслевоплями – а что это, а зачем?

– Постараюсь, – пообещал Рэм.

Воздух перед ним уплотнился, и скоро сформировался в прозрачную изогнутую плоскость, охватывающую его голову, словно голографический монитор перед лицом.

– Подумай, как тебе удобно будет, – спросила Олра, – увеличить или уменьшить?

– Если бы я знал, как это будет работать, то смог бы прикинуть, – мысленно ответил Рэм. – Это можно будет сделать позже?

– Да, ты сможешь адаптировать все под себя, когда разберешься.

– Тогда оставим на потом, делай то что считаешь нужным. Кстати, вопрос – это у меня постоянно перед лицом висеть будет?

– В любой момент сможешь убрать и вернуть, но, да, он навечно привязан к тебе. Это твой интерфейс, на нем будет размещаться информация, выученные особенности и навыки, здесь будут отображаться задания Архонта.

– Тогда сделай стандартный вариант, а там посмотрим.

– Хорошо, – легко согласилась Олра, – так многие делают.

Спустя минуту внизу интерфейса появилась панель из четырех пустых клеток.

– Быстрый доступ, – пояснила оператор. – Потом сможешь добавить еще две, но больше не получится. Справа список изученных навыков.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю