Текст книги "Легенда космоса (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– А само корыто? – спросил приятель сержанта.

– Его придется уничтожить, надо максимально выиграть время.

– Жаль, хорошая посудина,– бросив на шлюпку оценивающий взгляд, расстроился тот, – я бы ее продал тысяч за пять.

– Не сегодня, – отрезал Арсений, – ты еще сможешь на нас заработать, но об этом после.

Трое человек, приехавшие с Грэгом, натужно кряхтя, начали переносить заранее упакованные в пластик трофеи с «Минска», при этом нехорошо косились на Арсения и автомат в его руках.

– Что там? – спросил один из них, как раз они тащили ящик с пультом, если в невесомости он ничего не весил, то при гравитации пришлось впрячься всем троим, чтобы закинуть его в кузов.

– Контрабанда, – не вдаваясь в подробности, ответил Лавр.

– Мы закончили, – доложил здоровяк с пистолетом на боку, обычный пороховой автоматический, какая-то европейская модель.

– Анна, поднимай это корыто, мы все.

Девушка задраила шлюз и запустила силовую установку.

– Она пилот? – глядя, как ловко подруга Лавра поднимает порядочно побитую шлюпку в воздух, спросил Грэг.

Арсений только кивнул. Анна набрала высоту и, разогнав доживающие последние мгновения агрегат, направила его на скалу. Через секунду она катапультировалась, а шлюпка, объятая пламенем из-за искусственно спровоцированной перегрузки силовой установки, врезалась в скалу и взорвалась, разбросав обломки в радиусе сотни метров.

Девушка приземлилась и, помахав Арсению рукой, быстро побежала к машинам. Первая часть была окончена, теперь надо было разобраться с остальным. Арсений краем глаза следил за людьми, которые приехали с Грэгом, меньше всего они походили на обычных работяг, нанятых для левой разгрузки, рожи у них были уголовные, все вооружены, но оружие обычное автоматическое, несколько дробовиков, автомат и пистолеты, у Грэга на поясе висела пара гранат.

– Вы поедите со мной и со своим добром, – забираясь в кабину грузовика, произнес приятель сержанта, – а они на второй машине следом.

Пока он вел себя нормально, но Арсений последние пять лет жил не слишком честно, и не питал иллюзий, что «нормально» среди подобного контингента длиться до момента, пока жадность не перевешивает здравый смысл, при этом у последнего победить в споре нет никаких шансов. За время работы с Димитрием Лавр подрастерял юношескую наивность и научился доверять своему чутью, а оно сейчас подсказывало, что надо держать ухо востро.

Грэг запустил мотор и захлопнул дверь, Анна запрыгнула и устроилась между мужчинами, это было заранее оговорено, поскольку с автоматом даже в такой просторной кабине не развернешься. Девушка незаметно сунула руку за пазуху и направила ствол в бок водителя.

Арсений смотрел вперед, изредка косясь в зеркальце заднего вида, в котором отражался пыливший следом грузовик. На «Садко» осталось довольно много вещей, но больше всего Лавр жалел о револьвере, который подарил покойный отец, на «Минск» он его не взял, отдав предпочтение более мощной армейской модели с увеличенным боезапасом. И теперь сильно об этом жалел. К тому же он потерял его, когда вскрывал перегородку. Анне пришлось отдать пистолет ее погибшего приятеля, а самому довольствоваться автоматом.

– Далеко нам ехать? – повернувшись к Грэгу, поинтересовался Арсений.

– Часов шесть, в Хельсинки нам нельзя, да и вообще в крупный город лучше не соваться. У нас есть небольшой поселок в сотне километров от районного города, там определим ваши пожитки на склад и подумаем, что делать дальше. Вряд ли вы останетесь здесь, значит, придется придумать, как вывезти вас и груз с планеты. Это потребует денег, – он вопросительно посмотрел на Лаврова.

– С этим мы разберемся, – ответил на незаданный вопрос Лавр. Еще когда он снимал деньги для Романа, то озаботился о наличке, вряд ли Грэг и его подручные будут иметь дело с чеками и переводами. Поэтому в кармане Арсений лежала довольно приличная сумма, даже ради нее уже можно было пустить человека в расход.

Пока вроде все шло нормально, приятель Ключа держался спокойно, машину вел расслаблено, если он и вынашивал в голове какие-то планы, то их реализация была отложена, хотя спрятать в этой глуши два трупа, было, с точки зрения Арсения, идеальным вариантом, здесь их никто не найдет.

Несколько раз пришлось останавливаться, грузовик идущий следом постоянно закипал. Когда это случилось в первый раз, Лавр решил, что вот оно, началось, и сейчас их попробуют убить, но ничего не случилось. Двое, покинув кабину, вытащили канистру с водой и, вскрыв капот, залили выкипевший радиатор. Пока стояли, покурили, потом снова заработали моторы, и все забрались обратно в кабины.

– Как здесь хорошо, прохладно, – облечено произнесла Анна, постояв на жаре под палящим солнцем, она мгновенно вспотела, и работающий кондиционер, гоняющий по кабине прохладный, насыщенный влагой воздух, который мгновенно остудил разгоряченное тело, приблизил девушку к экстазу.

– Да, – облегченно произнес Грэг, – здесь хорошо, а вот второй машине все не так замечательно. Там, в кабине, сейчас под сорок, а то и больше. Когда выехали, охлаждающая система накрылась, но возвращаться было уже поздно, поэтому парни сейчас не слишком хорошем настроении.

Еще несколько раз останавливались, процедура повторялась, но их спутники вели себя вполне прилично. Машины тащились по пескам медленно, в этой части континента не было дорог, и за два часа удалось пройти всего сотню километров.

– Сколько нам еще? – спросил Лавр.

Грэг бросил взгляд на навигатор.

– Часов шесть-семь, я бы скорость увеличил, но, думаю, второй грузовик совсем развалится. Если ты мне оплатишь его полную стоимость, то бросим его, не думая.

– Ага, каков хитрюга! – усмехнулся Арсений. – Этому металлолому красная цена сто рублей, а ты с меня срубишь две тысячи как за новый. Нет уж, дудки, потерпим.

– А ты как хотел? Должна же быть выгода, – парировал Грэг. – У меня еще корабль космический есть, грузовик средней дальности. Нужен?

– Оставь себе, – отмахнулся Лавров, – если и буду брать, то что-то сверхдальнее, с автономкой на три четыре месяца.

– Не, такого ты здесь не найдешь. Приятель продает нечто похожее, но это гражданская яхта бизнес класса безумно дорогая. Ей всего двенадцать лет, да и грузовой трюм всего ничего, зато пять кают, как номера в отелях с четырьмя звездочками, кровати там с балдахинами, подсвечники и канделябры, картины на стенах, короче, как в музее, только жить можно.

– Не, я человек простой, мне подобное не надо, – отмахнулся Арсений, – захочу в музей, схожу ножками, а жить в нем – увольте.

Так медленно, но верно, добрались до города. Планету колонизировал Евросоюз и она досталась финнам. Как бедные скандинавы жили в этих песках, непонятно, хотя, в принципе, это южная сторона планеты, северней, там, где расположен Хельсинки, намного прохладней, летом тридцать, а зимой до десяти.

До поселка добрались только в сумерках, второй грузовик сдавал на глазах и один раз встал чуть ли не намертво, задержав их на три часа.

– В ремонт его что ли загони? – предложил Арсений, глядя, как из «трактора» выползают уставшие, одуревшие от жары люди.

Грэг бросил на грузовик скептический взгляд и только покачал головой.

– Тогда на свалку дотолкай, – выпрыгнув из кабины, предложила Аня.

– Пожалуй, это выход, ремонт дороже обойдется, – согласился с ней Грэг.

Машины загнали во двор маленького обнесенного высоким забором участка, на территории которого стояли три ангара, собранных из различных кусков железа. Грэг распахнул ворота одного из них и сделал знак своим спутникам, те, поморщившись, принялись разгружать грузовик.

– Там внутри мой офис, – указал в глубину ангара хозяин, – останетесь ночевать здесь, в городе не должны знать, что вы тут, я под прицелом у местных безопасников, и если они прознают о вас, то заинтересуются. А этого нам не надо, так что отсюда ни ногой. Пару дней переждете, я выясню, что в официальных отчетах пройдет по теме упавшей шлюпки, а потом мы попробуем переправить вас с планеты. В любом случае, мне нужно будет пару-тройку дней, чтобы выправить левые документы.

– Сколько? – спросил Арсений, он примерно знал расценки.

– Три тысячи аванс и столько же после того, как получите их.

Выходило дороговато, не сильно, но Грэг, походу, увеличивал свою часть на две тысячи.

– Дорого. Пять! – чтобы совсем не сбивать названую цену, озвучил сумму Арсений.

Грэг сделал вид, что обдумывает, но на краткое мгновение его губы дрогнули в улыбке. Похоже, его часть была существенно больше, и он мог себе позволить немного скостить.

– Хорошо, – согласился он, – но две прямо сейчас.

Арсений кивнул и, запустив руку в карман, на ощупь достал четыре пятисотенных, которые быстро исчезли в кармане приятеля сержанта. Как выяснилось, Ключ спас во время войны жену и ребенка Грэга, когда экстремисты захватили городок и потребовали прекращения войны и капитуляции пояса. Правительство «красных» не стало заморачиваться, а просто взяло город штурмом. Тогда погибло больше двадцати тысяч гражданских. Но Рома спас нескольких, вывел их из-под обстрела, и вот теперь Грэг оказывал ответную услугу. Все это теневой коммерсант, не брезгающий скупкой и перепродажей краденого, мелкой контрабандой, поведал Арсению и Ане, пока ехали до города.

Беглецы расположились в офисе барыги, по ходу дела, тот часто оставался здесь ночевать, а может и рога жене наставлял, в задней комнате была вполне приличная двуспальная постель, на которой лежало свежее белье, а рядом располагалась душевая кабина.

– Просто вопрос удобства, – пояснил тот, когда показывал гостям, где что.

Арсений согласился с этим, не вдаваясь в подробности. Проведя экскурсию и выложив на стол целый пакет концентратов, хозяин откланялся, сказав, что заедет завтра.

– Ты ему веришь? – спросила Анна, когда они остались одни.

– Пока что, – ответил Арсений, разглядывая упаковки. – Пиццу будешь?

– А есть что-нибудь менее калорийное?

– Овощи.

– Давай овощи.

Ужинали молча, вроде бы все еще вместе, но какая-то трещина пролегла между ними. Анна снова стала подтянутым офицером звездного флота, Арсений же окунулся в привычную среду контрабандистов и теневых дел. Разговаривать не хотелось, вскоре они расстанутся, и, возможно, когда-нибудь именно Анна будет ловить его корабль в прицел, у них разные дороги, но одни перекрестки.

Через три дня все было готово, Грэг принес новые документы высшего качества на имя Славака Ибрагимовича и Татьяны Крон. Анна, ставшая Таней, вылетала на Ленинград вместе со своим пультом, который в документах был заявлен как прототип устройства управления. Там, уже на родной территории, можно будет связаться с Кронштадтом. А Арсений отправлялся двумя часами позже на один из крупнейших теневых рынков галактики Новый Амстердам, в компании контрабандистов, везших туда какой-то срочный груз.

– Ну что, пора прощаться? – произнесла она, стоя в дверях ангара. – Спасибо тебе за все, ты подарил мне чудесную неделю. Прощай. – И, поднявшись на цыпочки, она быстро поцеловала его. Горьким был этот прощальный поцелуй, Анна отвернулась и побежала к машине, возле которой ее ждал один из подручных Грэга.

– Может, увидимся, – негромко бросил вслед Арсений.

Но капитан Шахова уже запрыгнула в кабину и закрыла дверь, вряд ли она слышала его слова.

Глава четвертая. Гагарин (часть первая)

Арсения провезли на маленькое частное взлетное поле, на котором стоял старый переделанный в грузовик малый пассажирский транспорт, такие были сняты с производства еще в начале века, и этому старичку было уже явно за сотню. Арсений сразу очень сильно пожалел, что согласился именно на этот вариант.

– Капитан Ниманд, – представил сухого усатого бюргера Грэг.

– Славак, – пожав протянутую руку, назвал вымышленное имя Арсений.

– Ты такой же Славак, как я араб, – бросил усач.

– Сам-то таракан с именем Никто, – парировал Арсений.

– Туше, – ничуть не обидевшись, довольно произнес контрабандист. – Давай на борт, проследишь за погрузкой своих вещичек. Кстати, что там?

– Семечки, – усмехнулся Лавр, – русский наркотик.

Бюргер расхохотался и махнул рукой в сторону аппарели, на которою заезжал погрузчик, в тележке которого были аккуратно сложены капиталы Арсения.

– Ну что ж, Грэг, давай прощаться, – повернувшись к барыге, произнес Лавров. – Я рад, что наше знакомство ничто не омрачило, может быть, когда-нибудь еще увидимся.

– Прощай, – отмахнулся тот, – с тобой приятно иметь дело. Увидишь Таню, передавай привет.

– Обязательно, – грустно улыбнулся Арсений, – только это вряд ли, у нас с ней разные дороги, а общий перекресток позади. Ладно, бывай! – И, развернувшись, бывший лейтенант Красных штыков взбежал по трапу.

Трое матерых мужиков, члены команды, бережно укладывали в тайник его добро, Арсений проследил за процессом. Еще в ангаре Грэга он все перепаковал и теперь с ним летели три вместительных контейнера вместо семи мелких ящиков. Вскоре все три контейнера разместились в тайнике, и здоровяки с помощью небольшой кран-балки опустили на место плиту пола. Тайник выглядел надежно, даже зная, где, Арсений не мог отличить крышку тайника от остальных плит пола. Если, конечно, таможенная служба ввалится сюда с рентгеном, то тайнику жить до первого луча.

– Не найдут, – услышал он справа басок Ниманда, – у плиты специальная прослойка отражает сигнал и обманывает прибор, тот видит сплошной метал. Для этих у меня есть ложные тайники, которые вечно пустые.

Арсений кивнул, удовлетворенный объяснением контрабандиста.

– Пошли, каюту покажу, – произнес капитан «Верна».

– Кстати, почему «Верн»? – спросил Арсений, пока они поднимались на жилую палубу.

– Люблю древнюю литературу, – пожав плечами, ответил тот, – в детстве зачитывался Жуль Верном. Читал?

Арсений кивнул.

– Поэтому и имя такое выбрал? Ниманд, Никто, в честь капитана Немо?

– Молодец, – похвалил его капитан, – приятно разговаривать с образованным человеком.

– Не сложно, – отмахнулся Лавров.

– Это для тебя не сложно, а мне постоянно приходится объяснять это всяким тупицам. Ни черта не знают истории. – Он распахнул дверь каюты, – располагайся. Кают-компания дальше по коридору, ужин в восемь, обед в два, завтрак в девять. Живем по стандартному космическому.

– Ну, это можешь не объяснять, обычно правила везде одинаковые.

Ниманд, благосклонно склонил голову.

– Ты, Славак, парень тертый, на чем ходил?

Арсений отрицательно покачал головой.

– Не спрашивай и мне не придется тебе врать, странно, ты слишком любопытен для контрабандиста.

– Я старый прохвост, – усмехнулся на это бюргер, – и знаю, когда вопросы можно задавать, а когда можно получить лазерный луч в мой великолепный упитанный живот. – Он погладил объект, окруженный любовью и заботой. – Кок наш тоже немец, так что готовься, он любит работать в колорите: тушеная капуста, колбаски, шпикачки, Коруонблянц "Шаргач" (фаршированная телятина) – национальная кухня и мировоззрение. Весь экипаж с Берлина. Все натуральное, это тебе не «звездунский» фаст-фуд

– Нормально, – отмахнулся Арсений, – главное, не рыба. Хотя и из ихнего фаст-фуда я кое-что люблю. Как идти думаешь?

– В обход, – немного подумав, словно решая, говорить или нет, произнес Ниманд. – Амстердам в «звездунском» секторе, придется по дуге заходить через пустой космос, крюк в три дня, но риск того стоит, если мы попадемся с грузом, нас квадратовцы всех к стенке поставят. Кстати, у нас на борту еще два пассажира. Девица наемница, и мутный торгаш с небольшим грузом, ходит в балахоне черном, капюшоном лицо прикрывает, все время молчит, дерганый, постоянно за пистоль, что за поясом носит, хватается, поосторожней с ним. Я оружие на корабле перевариваю, пока оно лежит в каюте, – капитан покосился на «Хищника» в подмышечной кобуре Арсения, – но этот придурок дал две штуки сверху, чтобы я разрешил ему расхаживать по кораблю с пушкой.

– А мне?

– Ходи, – неожиданно разрешил контрабандист, – ты, я смотрю, парень разумный, если проблема возникнет, стрелять только в крайнем случае будешь.

– Бесплатно? – удивился Арсений.

– Сотня, чтоб карман не оттягивать, – мгновенно среагировал Ниманд.

– Годится, – Арсений достал купюру, которую тут же сграбастал бюргер.

– Ладно, все я пошел, мне еще старика «Верна» поднимать, – и капитан степенно и важно удалился. Мостик у такого типа кораблей располагался прямо посредине отдельной надстройкой.

Арсений зашел в предоставленную каюту – чуть больше чем та, что была у него на «Садко», но компоновка не сильно отличалась, только здесь были душ и туалет. Арсений швырнул сумку с одеждой на кровать, внутри, под бельем, скрывался лазерный десантно-штурмовой автомат «Рысь», правда, пришлось сложить приклад, иначе он бы просто не влез в небольшой баул. А через Грэга удалось за довольно приличные деньги раздобыть пару запасных магазинов и пятьдесят патронов, хватит минут на десять активного боя.

Арсений посмотрел на часы, день почти перевалил за полдень, вскоре силовая установка подаст мощность на двигатель и «Верн» выйдет в космос, если, конечно, не развалится в атмосфере, но Ниманд не похож на самоубийцу, вряд ли бы он сам летел на корабле, который может развалиться при взлете. «До обеда можно вздремнуть», – решил Лавр и, убрав сумку в шкаф, улегся на кровать. Но вместо сна начал думать об Анне, девушка летела обычным рейсом, к счастью, прыжковый пульт был небольшим и его без вопросов взяли в багаж. Арсений посмотрел на часы, сейчас она уже далеко, не пройдет и трех дней, как она приземлиться на Ленинграде. И если все будет идти согласно плану, к вечеру окажется на базе флота. Забудет ли она их маленькое приключение? «Не скоро», – ответил сам себе Арсений. И сам не заметил, как уснул.

Проснулся от того, что кто-то аккуратно постучал в дверь, после чего шаги раздались уже дальше по коридору. Бросив взгляд на часы, Лавр вскочил и умылся, было без пяти минут пять, старый корабль слегка вибрировал, полет начался и, судя потому, что его не разбудили раньше, старт прошел нормально, и СБ Хельсинки не село Ниманду на хвост.

Арсений сунул пистолет обратно в кобуру и вышел в коридор. Из каюты напротив появился человек в черном балахоне с накинутым на лицо капюшоном, было вообще неясно, как он передвигается и видит ли что-нибудь. Как оказалось, видит, капюшон повернулся в сторону стоящего у двери Лаврова, несколько секунд незнакомец изучал потенциального противника, видимо, его взгляд наткнулся на «Хищника», поскольку рука тут же рванулась к рукояти армейского кольта 2450, одной из последних разработок знаменитой фирмы, история которой сто лет назад перешагнула границу в половину тысячелетия. Арсений равнодушно посмотрел на дерганого в балахоне и, повернувшись к нему спиной, направился к кают-компании, хотя, чтобы проделать все это, потребовалась изрядная доля мужества, весь опыт отставного лейтенанта твердил, что спиной к подобным параноикам поворачиваться нельзя. Но балахон хоть как-то мог держать себя в руках, Арсений почти дошел до дверей кают-компании, когда сзади раздались торопливые семенящие шаги.

Все уже были здесь, небольшой экипаж контрабандиста сидел за отдельным столом и не торопился давать место пассажиру, девушка-наемница сидела спиной ко входу за отдельным столиком. Из оружия Арсений обнаружил только пару ножей с алмазной кромкой, которыми легко можно было вскрыть при должном умении даже боевой штурмовой скафандр, да и ножами эти короткие мечи было назвать с большой натяжкой.

– Посмотрим, что ты за птица? – буркнул себе под нос Арсений и уселся напротив девушки.

Та вопросительно подняла глаза, изучая нахала, посмевшего усесться за занятый ею столик без приглашения, но больше в этом взгляде было вопроса: «Тебя как разделать, чтобы ты сразу сдох, или что б долго жил, но по частям?»

– Славак, – представился Арсений.

Девушка промолчала. Лавров пожал плечами и посмотрел на кока, которого определил без особых проблем, тот был самым тучным в экипаже «Верна» и носил неизменный поварской колпак. Немец, нехотя, поднялся и принес две тарелки, что ж, Ниманд не обманул о пристрастиях бюргера. На первое был традиционный немецкий колбасный суп, а на второе горчичный картофель по-немецки с фаршированной рулькой.

– Не рыба и замечательно, – озвучил Арсений и принялся за еду.

В этот момент в кают-компанию вошел «балахон», все посмотрели на него, кроме девушки, которая сидела спиной, да и, похоже, дерганый ее мало интересовал. Видимо, такое внимание тому не понравилось, и рука рефлекторно потянулась к рукояти кольта. Но человек справился с собой, и рука легла на пояс. Окинув кают-компанию взглядом, дерганый устроился у дальнего столика лицом к двери и спиной к стене.

– На время полета это место мое, – возвестил он громко.

– Да можешь хоть все свободные занять, – хмыкнул кто-то из-за стола команды.

– Или свою тощую задницу на всех стульях разместить, – добавил другой голос.

Вся команда одобрительно заржала, только капитан позволил себе лишь слегка улыбнуться. Балахон же на это даже не среагировал, словно и не слышал. Кок поставил перед ним тарелки и с радостью избавился от своего поварского колпака, хотя какой в этом был смысл, Арсений не понял, в супе несколько раз ему уже попадались короткие волосы с бороды толстяка, видимо, колпак несколько сокращал их количество.

А вот действия непонятного пассажира его заинтересовали. Тот достал из рукава какой-то маленький приборчик вроде шприца и опустил его в суп. Через пару секунд на кончике загорелся зеленый огонек, после этого операция была повторена с картошкой и рулькой. Удовлетворенный результатом параноик принялся за еду. Но при этом Арсений увидел лицо кока, если у того до этого момента не было мысли отравить дерганого, то теперь она явно появилась. Еще одна такая проверка, и данная идея станет навязчивой.

Арсений усмехнулся и, бросив взгляд на свою соседку, которая равнодушно доедала второе, покончил с супом. Надо отдать должное, кок свое дело знал, в отличие от Рыбы, которого все хотели пристукнуть или выкинуть в скафандре в открытый космос, если, конечно, на «Садко» нашелся бы такой скафандр, в который смог бы влезть тучный азиат. За столом швабов было весело, они вели какую-то оживленную беседу на родном языке, которая изредка прерывалась дружными взрывами хохота, по-немецки Арсений знал всего десяток фраз, половина из которых была ругательствами, так что, о чем говорят немцы, можно было только гадать.

Наемница отодвинула опустевшие тарелки и, медленно встав, направилась к выходу. Проходя мимо стола немцев, она на мгновение остановилась и, склонившись к самому уху сидящего с краю кока, шепотом произнесла несколько слов. О том, что это не благодарность, Лавров понял по побледневшему лицу толстяка и по частым кивкам.

– Еще раз и больше ни разу, – уже громко и отчетливо произнесла она по-английски, и, ничего никому не объясняя, удалилась.

Вся команда посмотрела на бледного повара. Тот только отмахнулся, но, видимо, слова девушки воспринял вполне серьезно.

Арсений вытащил из картошки очередной волос. Похоже, он догадался, что примерно услышал кок, поскольку подобные мысли бродили и у него в голове. Готовил тот великолепно, но явно перестарался с личной секретной приправой. Если половину обеда доставать из еды короткие жесткие волосы, то теряется все очарование от процесса принятия пищи. Быстро прикончив свою порцию, он встал и направился к коку.

– Еще раз такое повториться и я подержу тебя, пока она будет потрошить, – прошептал Лавр. – Ты меня хорошо понял?

Кок снова побледнел и быстро закивал.

– Вот и молодец, – похвалил толстяка Арсений и направился к себе в каюту.

Ужин оказался великолепным, что придумал толстяк кок, чтобы избавить опасных пассажиров от волос из своей бороды, Арсений не знал, может, готовил в скафандре, но больше волосы в еде не попадались. Ниманд лишь ухмыльнулся, когда Арсений поблагодарил кока за великолепный ужин.

После еды Арсений заглянул на мостик, капитан сидел в своем кресле и что-то читал по коммуникатору. Увидев вошедшего Лаврова, он улыбнулся.

– Поздравляю, Славак, я шесть лет боролся с Дитрихом по поводу его волос в еде, вам с наемницей это удалось за двадцать минут. Сердечная благодарность от всего экипажа.

– Не за что, – отмахнулся Арсений, – что читаете?

– Жуль Верна, тридцать лет в руки не брал, а вот с вами поговорил и нахлынуло.

– А конкретно?

– «Таинственный остров». Садитесь, побеседуем. – Ниманд указал на пустое кресло штурмана по соседству.

Арсений кивнул принимая приглашение.

– Я так понимаю, мы ушли с оживленных маршрутов?

Бюргер кивнул.

– Мало того, мы ушли вообще со всех трас, еще два дня и мы исчезнем со всех даже самых мощных радаров, к тому же запущен модуль «Тишина», маскировка корабля почти шестьдесят процентов. Если что случится, нас уже никто не найдет. Тфю, тфю, тфю, – и контрабандист сплюнул через левое плечо.

– Да бросьте, Ниманд, – рассмеялся Арсений, – с коего времени немцы стали суеверными, только у русских куча примет и семьдесят процентов из них плохие.

– Я почти двадцать лет жил в Сталинграде, пока туда не пришла война, поэтому я так хорошо говорю по-русски и перенял много от вашего народа.

Арсений покосился на бюргера.

– С чего вы решили, что я русский? – в воздухе повисло напряжение.

– Да бросьте, какой вы чех? – снова усмехнулся немец. – Вы самый настоящий русский, причем, могу голову дать на отсечение, вы бывший боевой офицер.

Арсений недобро стрельнул глазами.

– Не беспокойтесь, я умею хранить тайны, для всех остальных вы останетесь Славаком, – заметив перемену в собеседнике, быстро произнес Ниманд. – Не мое дело, от кого вы бежите или что везете, вы честно оплатили ваш вояж на моем корабле. И если меня спросят, я честно скажу, что у меня в пассажирах был чех.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – наконец произнес Арсений, он несколько секунд решал, что можно сделать, и понял, что ничего. – Вряд ли меня будут искать под этим именем. Мне нужно было улететь с планеты и не засветиться, я это сделал. Вот и вся история.

Капитан улыбнулся, оценив реакцию Арсения.

– Вы приятный молодой человек, – вполне искренне произнес он, – мне бы не хотелось, чтобы мы с вами расстались врагами.

– Кто эта наемница? – спросил Лавр, сменив тему разговора.

– Ее зовут Марьям. Кто она по происхождению, сказать трудно, слишком много в ней намешено, но мать ее индианка с провинции Калькутта, что находится на одной безымянной луне. Это она попросила взять девочку в полет, та хочет продать свой контракт на Амстердаме.

– Отец?

Немец отрицательно покачал головой.

– Все, что я знаю, что он был наемником и воевал на стороне индийцев против тибетского образования. Говорят, что он то ли палестинец, то ли сириец, их почти не осталось, с земли ушли всего несколько кораблей из этих государств, есть несколько небольших общин на таких же карликовых лунах, но я там не бывал.

– Я бывал, и теперь вспомнил, где я видел такие ножи. Он палестинец, из Хамаса, они готовят наемников. Это единственный доход общины, ну, если исключить добычу довольно низкосортной руды. Но денег она приносит мало. Хамасовцев охотно берут в абордажные команды.

– Точно, как же я мог забыть, – усмехнулся он, – я же тоже видел ее ножи. Вот что значит военный.

Арсений проигнорировал это высказывание, он уже смирился с мыслью, что Ниманд знает.

– Забавная смесь, – усмехнулся он, – индианка и палестинец.

– Мать тоже не чистокровная, – вставил свое слово немец, – скорее всего, ее отец белый.

– Еще забавней. А девочка симпатичная.

– Ты бы с ней поаккуратней, я видел, как она дерется, ее тут попытались склеить в одном баре, человек пять наемных охранников, работают на мэра. Она их отделала так, что пришлось бармену вызывать «скорую», никто из пятерки не мог на ногах стоять. Да, наверное, они и сплюнуть бы не смогли. Хорошо я и Дитер ее удержали, а то она за свои ножи взялась, хотела ублюдкам яйца поотрубать.

Арсений промолчал, девчонка была ничего, но явно замкнутая, воспитанная в строгости, чтобы уложить ее в койку, пришлось бы потратить около месяца, а то и больше, а у него просто нет в запасе такого количества свободного времени. Через семь дней «Верн» должен сесть на Амстердаме.

– Странно, – продолжил Арсений тему Марьям, – обычно наемницы больше напоминают самок гориллы, были такие большие обезьяны на земле.

– Я видел фотографии, – кивнул немец.

– А тут такая изящная девушка.

– Она просто молода, – улыбнулся капитан, – ей восемнадцать, почти ребенок, в куклы не играет, но постоянно крутится у зеркала, выпросила у меня огромное, в твой рост размером, и теперь прихорашивается перед ним.

Арсений рассмеялся.

– Забавная у тебя подопечная. А чего к себе в экипаж не возьмешь?

– Мне не по карману ее контракт, – ответил немец честно, – две тысячи в месяц.

Арсений присвистнул.

– А чего так дорого, кто соплячке такой аттестат выдал?

– Имя Роберт Никсон тебе что-нибудь говорит?

Арсений кивнул.

– «Звездун», герой лунной войны, частная военная компания «Звездные рейнджеры».

– Он лично ее тестировал.

– Сильна малышка, и за что ей такая честь?

– Слушок ходил, что Никсон обязан был ее папаше, больше ничего не знаю.

– Так контракт дутый?

– Одноглазый старой закваски, он своему сыну контракт не дал, бездельник, хоть и умеет хорошо стрелять, но совершенно непутевый, завалил первое же испытание.

– Хм, – промычал Арсений, – мне бы такой человек в экипаже пригодился, но только, как и тебе, подобные расценки не по карману.

– Хочешь корабль прикупить?

– Хочу, – не стал скрывать Лавр. – Что-нибудь недорогое, класса исследователь, с переоборудованным расширенным трюмом.

– Это тебе влетит тысяч в пятьсот, а может, и больше, ну, и чтобы на ноги поставить еще триста, – быстро подсчитал в уме Ниманд.

– Я так примерно и прикидывал, – согласился Арсений. – Правда, думаю, чуть дороже выйдет. Да пока в бюджет не укладываюсь.

– Чем заниматься планируешь?

– Перевозки, то, сё, – усмехнувшись, ответил Лавров.

– То, сё, говоришь, – улыбнулся уголками рта, капитан «Верна», – за то, сё хорошо платят.

На мостике появился один из немцев, такой же усатый, как капитан, но сухощавый и высокий.

– А вот и Дитер, – обернувшись, поприветствовал подчиненного Ниманд. – Знакомься, наш пассажир, господин Славак, а это мой первый помощник и штурман Дитер Шпеер.

Арсений поднялся и пожал протянутую руку.

– Простите, я занял ваше место, – извинился Лавр.

На это помощник капитана лишь отмахнулся и принялся проверять журнал.

– Пойдемте, Славак, – поднимаясь, произнес Ниманд, – моя вахта закончилась, не будем мешать Дитеру.