Текст книги "Дело Черного Мага. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Ма… полковник Гвардии повернулся к эльфу и смерил того оценивающим взглядом. Будто действительно прикидывал насколько профитно будет проклинать лекаря. Последний, кажется, слегка побледнел, после чего произнес что-то на своем непонятном, певучем языке.

Дум когда-то пробовал выучить, но бросил.

Слух у него был отменный, а вот голос… при рождении, вероятно, на его голосовых связках ирландцы свадьбу праздновали.

А эльфы ведь, по сути, не говорили, а сразу пели.

– Нет, профессор Думский, не надо, – вынес свой вердикт Чон Сук. – Итак, господин целитель, что скажете про моего сотрудника.

Видимо и полковника задело это пренебрежительное “человек”…

– Повреждения серьезные, – эльф снова упер взгляд в планшет. – нам удалось восстановить кости, мышечный каркас и соединить нервы, но… все это держится, выражаясь более доступным вам языком, – долбанный сноб снова скосился на Алекса. – на соплях. Полное выздоровление ожидается не раньше, чем через месяц. Еще полгода уйдет на реабилитацию. И только после этого конечность снова можно будет нагружать.

Конечность?

О чем они говорят?

Все ведь нормально, у него был утренний стояк! А значит, он полностью здоров и…

Алекс снова покосился на принтер с отваром из дьявол знает чего.

Проклятый морфин.

Воспоминания начали постепенно возвращаться в сознание Дума.

Начало рабочей недели, захват Первого Магического террористами эсперами, взрыв, боль в ноге, пара трупов, магия Худу, снова взрыв, опять боль в ноге.

Кажется, её раздробило, разорвало и что-то еще. Но в данный момент она, закрепленная на подвесном ложе, выглядела вполне себе сносно. Никаких штифтов и прочей Франкенштейщины. Только несколько тонких шрамов напоминали о недавних приключениях.

Эльфы и их врачи… пусть ушастые и были ходячими денежными мешками и теми еще снобами, но за твердый кредит… сотню… тысяч, сотню тысяч твердых кредитов и мертвого из могилы поднимут. Причем в куда более презентабельной консистенции, нежели Алекс и его собратья по ремеслу.

Ну и сосестры.

Феминизм и все такое.

Главное не спутать с осетрами…

Шутейка огонь.

Ну или морфий… вода.

Блять.

Мозги набекрень.

– Рекомендации, – эльф провел пальцем по экрану и из отверстия внутри планшета вылетел официальный бланк. Ушастый ловко его подхватил и приземлил на прикроватный столик. Причем такой, что он куда бы гармоничнее смотрелся в дорогом публичном доме. Месте, которое Алекс всяко бы предпочел лечебнице. – Ногу не нагружать. Не бегать. Не прыгать. Желательно передвигаться в коляске. Если такой возможности нет, купите себе трость и не расставайтесь с ней в ближайший год. Вам вообще повезло, что мы успели вовремя и смогли сохранить конечность. Иначе… – эльф скосился на Чон Сука. – не уверен, что даже ваш бюджет, полковник, может позволить процедуру полного восстановления утраченной ноги.

Чон Сук улыбнулся и снова отпил из чашки.

– На этом откланиваюсь, – эльф выключил планшет и, развернувшись, отправился в сторону выхода.

Алекс вздохнул.

У него не было совести.

Это один из пунктов приема в тесный клуб черных магов и будущих властелинов мира. Идет сразу после любви к шлюхам и алкоголю.

Но, все же, он ведь под действием морфия. Так что, в случае чего, сможет отбрехаться от Совета Теней.

– Эй, док.

Эльф остановился.

– Спасибо, – Алекс сделал вид, что его одолел приступ кашля, но благодарность, все же, разобрать было можно. Пусть и с трудом.

Ушастый хотел что-то сказать, но, вздохнув, неопределенно помахал рукой и вышел за дверь.

Вернее, дверь, став прозрачной, попросту уехала в другую часть стены. А когда целитель покинул палату, то так же бесшумно вернулась на место и снова стала непроницаемой для взгляда.

Нет, честно, натурально космический корабль.

Как и в прошлый раз, Алекс и полковник остались тет-а-тет.

– Костюмчик на этот раз тоже принесли?

Глава 25

Чон Сук некоторое время сидел молча. Но Алекс достаточно хорошо разбирался в тактике ведения допроса, чтобы не распознать в молчании полковника своеобразную тактику.

– На вашем гардеробе мой отдел может и разориться, – задумчиво протянул азиат.

Дум понятия не имел какой силой обладал этот перец. Линзы по нему, понятное дело, никакой информации не давали, а подушечки пальцев даже не покалывали.

Это могло означать следующее:

Первое – либо Чон Сук простой смертной и не обладает магией от слова них… совсем.

Второе – их с Алексом разделяет такая пропасть в уровнях силы, что Дум даже примерных границ возможностей полковника почувствовать не может.

И, признать, Алекс понятия не имел какой из вариантов ему нравится больше.

Хотя нет, имел. Тот вариант в котором он сейчас лежал бы не на больничной койке, а на кровати в том заведении, которому бы идеально подошел этот проклятый столик, и попутно с этим имел бы сочную, молодую…

Морфин… все вселенское зло исходит от наркоты внутревенной и секса с обязательствами.

– Вас, профессор, штормит?

– Немного, – не стал отрицать Алекс.

– Это хорошо, – кивнул каким-то своим мыслям.

– С чего бы это вдруг?

– Не надо будет применять сыворотку правды.

Дум снова не понял, шутит ли Гвардеец или говорит правду. Но, опять же, почему-то ему не хотелось проверять. Инстикты самосохранения пока работали исправно.

Как и эрекция.

Что радует.

Или это уже было?

– А можно прекратить подачу этой дряни? – едва ли не взвыл Дум. – а то непонятно, сэр, то ли я вас хочу трахнуть, то ли отправить на тот свет.

– Разве это не привычное состояние для черных магов?

– Да, но обычно я его контролирую.

Чон Сук опять немного подумал, потом поставил чашку с блюдцем на подлокотник, поднялся и подошел к аппарату. Некоторое время он его внимательно изучал, после чего нажал на какую-то кнопку.

Полковник не успел вернуться обратно в кресло, как Алекс крепко сжал зубы. Боль была такая, что захотелось завыть. Но он терпел.

Жизненный опыт ему подсказывал, что лучше терпеть боль, чем испытывать помутненное сознание. Мозги – вот самое главное оружие и достояние человека.

– Итак, профессор, давайте восстановим картинку по порядку, – Чон Сук показательно сложил пальцы домиком и началась неприятная процедура распросов, граничащих с допросом.

Затянулась она на достаточный срок, чтобы в палате успел появится Грибовский. Поляк, не обнаружив еще одного плацдарма, куда он мог бы приземлить свою пятую точку, уселся прямо на кровать к Алексу.

Проигнорировав вой последнего, он разложил на белоснежном белье свою снедь, которую смог добыть в местном кафетерии.

– Значит все примерно так, как я себе и представлял, – пробубнил под нос полковник.

– А можно подробнее для неведающих? – процедил Алекс, которому помимо боли в ноге приходилось терпеть еще и то, что Грибовский жрал сэндвич с пахучим тунцом прямо под его носом и при этом крошил ему в кровать.

Дум терпеть не мог, когда ели в кровати.

Омерзительно.

– Эсперы явно выполняли чей-то заказ.

– Ну, эфо, пфи фем уфафении, – Грибовский сделал мощное глотательное движение, после чего откашлялся, постучал себя по груди и продолжил уже нормально. – и так понятно, сэр. Даже без рассказа Алекса. Теракт явно готовили давно и это не та акция, которую можно провернуть за пару дней.

– Значит, что мы имеем в сухом остатке, – полковник начал загибать пальцы. – взрыв у посольства наших инорасовых коллег. Один из зачинщиков работает в порте, где занимается контрабандой. При этом в альма-матер магии Атлантиды происходит атака эсперов, вооруженных списанной военной техникой. Жертвы с обеих сторон, но в итоге, из-за Тени, – Алекс успел заметить как при звуках прозвища, ну или очень гротескного имени одного из мутантов, изменился в лице Грибовский. – мы не смогли даже их лица зафиксировать. Все записи уничтожены. Все наблюдатели с трудом могут вспомнить во что были одеты в тот день. На лицо – прямое вмешательство в их разумы.

– Если таковые имеются, – вставил свои пять центов Алекс.

– Имеются, профессор, имеются, – кивнул Чон Сук. – ибо я понятия не имею, что за игру ведет наш противник и какой следующий ход собирается сделать.

Грибовский, будто школьник, поднял руку. Со всем те же сэндвичем. С тунцом.

Проклятый извращенец…

– Их действия выглядят очень хаотичными, – взял слово поляк. – что же до Тени… эта мразь и мать родную продаст за кредиты. Так что он, скорее всего, просто работает на них наемной силой.

– Не исключено, – не стал отрицать Чон Сук. – но обычно именно хаотичные действия, затем, в ретроспективе складываются в самые неприятные картины. Ладно… все это пока лишь мои мысли. Что по зацепкам?

Грибовский и Чон Сук синхронно обратили свои взоры к Алексу.

Адские колокола… как будто он не внештатный консультант, работающий за вполне себе неплохие чеки, а штатный сотрудник. Хуже того – сыщик.

Вот только в ищейки фараонские он записываться не собирался…

– Один из эсперов был орком. Носил имя Р’Хакан и…

– Мертв, – перебил Грибовский.

– Кто мертв?

– Брат его, – уточнил поляк и отвернулся. – Ты продрых почти всю ночь. За это время я успел смотаться в “Подземный Рай”. Лиго и компания на осадном положении. В прямом смысле. Не пустили меня даже на порог. А Тут’Хакан… он не пришел на смену. Лиго послал за ним своего человека. Ну, знаешь, орки и их сезонное охотничье обострение.

Алекс знал об этом не понаслышке. Осенью и весной в Хай-гардене было особенно дерьмово. И вовсе не из-за слякоти и того, что последнюю муниципальную уборочную машину там видели… никогда. А из-за орков и того, что те могли устроить разборки попросту из-за того, что им того хотелось.

– Тут’Хакана нашли у него дома, – продолжил Грибовский. – выпотрошенным как… – он посмотрел на сэндвич с тунцом, сглотнул и отложил его в сторону. – В общем, не в лучшей кондиции.

Алекс выругался.

Скорее всего Дэвенпорт решил раскрутить узел со своей стороны. И вышел на то, что у одного из его подручных был брат. А этот брат работал в баре, куда недавно наведывалась весьма колоритная личность и…

– Семья твоей сестры!

– Спасибо за беспокойство, – едва заметно улыбнулся поляк. – они уехали в отпуск. Отдохнут где-нибудь в теплых краях. Глядишь, и племяшка моя от болячек душевных вылечится.

– Иными словами, профессор, – подвел черту майор Чон Сук. – у нас почти не осталось никаких зацепок. Кроме…

И вновь оба гвардейца весьма выразительно посмотрели на Алекса.

Дум был кем угодно, но… он не был крысой. И доносить, даже на кинувшего его гнома, он не собирался ни в каком случае.

– Мы знаем о мистере Бромвурде, профессор, – добавил Чон Сук.

А это меняет дело!

Кажется, лысый гном ему задолжал. И задолжал сильно…

Глава 26

– А тебе идет, – Грибовский, прислонившись к своей развалине, по недоразумению называемой “машиной”, увлеченно ловил ртом разноцветные драже.

Дум, опустив подножку байка, грязно выругался и едва не приземлился лицом на асфальт. Под препаратами, которыми его напичкали эльфы, он не то что ноги не чувствовал, а вообще с трудом управлял телом.

Что не помешало ему сбежать из больницы, прикрывшись черномагическими чарами, обнести ближайший бутик, добыв там точную копию павшего в неравном бою костюма, а потом прыгнул на байк и приехать к магазину “Все для охоты и рыбалки” лишь немногим позже поляка.

И вот теперь, слезая с сидения, он тяжело опирался на простую деревянную трость-палку. Никакой не артефакт. Но, как говорится, что было, тому и рады.

– Теперь точно выглядишь, как профессор, – Грибовский закинул в рот очередной “Скитлз” и широко улыбнулся.

Ситуация явно доставляла ему удовольствие.

– Ой, иди ты в… – Дум поймал себя на полуслове.

– Да? Куда-куда мне идти? – улыбка стала еще шире.

Алекс закатил глаза.

– Куда хочешь, – ответил он и, все так же опираясь на трость, подошел к крыльцу. На улице светило солнце… ну, вернее пыталось это сделать, но не позволяли тяжелые, пасмурные тучи.

На дороге почти никого не было. Только бродили уличные псы и кошки, и первые, порой, бегали за последними. Лай, редкие отдаленные крики горожан, треск и шипение разбитых фонарей.

Так выглядел вымирающий днем Хай-Гарден, который оживал лишь к вечеру. Жившие здесь, работали на заводах и фабриках, расположенных за чертой жилых трущоб. Так что появлялись лишь к ночи, тогда-то самая злачная яма всего Маэрс-сити и оживала.

Думу было непривычно видеть район таким… мертвым. Хотя, возможно это связано с тем, что многие годы он вел вампирский образ жизни.

Не в том плане, что пил кровь женщин (хотя чего только не происходило в его сексуальной жизни), а просыпался лишь к полуночи, засыпая под утро.

Поднимаясь на крыльцо, он машинально очистил обувь о привычный и уже такой родной уступ.

– Не думал, что вернусь сюда так быстро, – вздохнул Дум. Когда-то это место он посещал чаще, чем те номера, которые снимал в отелях. А теперь…

Избавившись от легкого наплыва ностальгии, Алекс толкнув вперед дверь, удовлетворительно кивнул. Вместо пронзительного воя банши, который все это время служил в магазине вместо звонка, раздалась вполне себе мелодичная трель.

– Ну, хоть что-то, – вздохнул он.

– Мог бы и придержать, – процедил Грибовский, остановив створку прямо перед собственным носом.

– Мог бы, – согласился Алекс.

Хромая, чеканя ритм своей тростью, он сделал несколько шагов по “фасаду” одной из главных точек черного рынка Хай-Гардена. На стенах все так же висела всякая хрень, по типу зачарованных курток и штанов, ну и по мелочи на стеллажах под ними.

Напротив входа, метров через двадцать, расположилась касса с дубовым прилавком.

Бромвурд, учитывая его возраст, всегда любил делать все “под старину”, оставаясь при этом в своей зоне комфорта.

Адские колокола, у него даже касса до сих пор была простой счетной машинкой двух вековой давности.

– Эй, Стажер, – окликнул Дум. – давно не виделись, малец.

И не важно, что Стажер, который в последний визит Алекса угрожал ему пистолетом, был младше в лучшем случае на несколько лет, но Дум, кроме как ребенком, не воспринимал этого прощалыгу.

Кстати, о последнем.

Как обычно, тот сидел на своем барном стуле и залипал в планшет. Правда, выбившись из сил после… ну, чтобы он там не делал, теперь лежал на этом самом планшете лицом.

– Эй, проснись, – окликнул Дум, подойдя поближе. – давай, спящая красавица, нам нужно снова погов…

Дум коснулся плеча мальчишки и тут же отдернул руку. Подушечки пальцев закололо.

– Грибовский.

– Понял, – кивнул поляк.

Он вытащил зачарованный револьвер из кобуры и вышел из магазина – проверить периметр. Сработали здесь, конечно, чисто, но если кто-то остался на улице, то не хотелось бы попасть в ловушку.

Алекс же, в свою очередь, толкнул Стажера… тело Стажера.

То, по инерции, отодвинулось назад и расплылось на спинке кресла. Прошло еще не так много времени, чтобы оно успело закоченеть, но достаточно, чтобы запеклась кровь на лице.

Вновь мелодично просвистела свирель входного звонка.

– Там чисто и… Матерь божья! Дум, проклятье, ты совсем с ума сошел?!

– Стереотипы, – притворно печально вздохнул Алекс. – чтобы ты понимал, это сделал не я.

Встав рядом, они вместе посмотрели на то, что осталось от Стажера. Его нижняя челюсть была сдвинута в сторону. Сломана в нескольких местах. И единственное, что её удерживало от падения на землю, это несколько кусков кожи. Еще не до конца порванной кожи.

Зубы повылезали изо рта парнишки. Правый глаз повис на жиле и нервах, а левый закатился куда-то внутрь головы. Нос отсутствовал и вместо него зияла дыра, полностью забитая гноем и кровью.

– Ну, ты знаешь, не каждый день вижу такое… – Грибовский так и не нашел подходящего слова, так что просто замолчал.

– Надо кое-что проверить.

Алекс, не без труда, перебрался через стойку и встал вплотную к Стажеру.

– Только не говори, что собираешься его трогать… а, понял, собираешься, – Грибовский кивнул и, не убирая пистолет, отошел к урне, где склонился в рвотном позыве.

– А я думал у Гвардейцев желудок покрепче.

Продолжая извергать из себя снедь Детраила, Грибовский показал средний палец.

Алекс же, в свою очередь, вытащив из внутреннего кармана пиджака ручку (стянутую на ресепшене во все том же бутике. Ничего, раз Чон Сук костюм с собой не догадался принести, то пусть теперь эту кашу и расхлебывает. Жмот), Алекс попытался засунуть её в ноздрю Стажеру.

– Ой, полегча… – Грибовский, уже выпрямившись, увидел происходящее и снова начал общение с урной. Видимо у них был какой-то очень живой диалог…

– Хм… – протянул Дум. Ему не очень нравилось, куда все это клонило. Ручку он засунуть внутрь так и не смог… –Только не говорите мне, что…

Он поднял, все той же ручкой, запястье Стажера. Кости последнего треснули и кисть повисла плетью. На пальцах красовались длинные, желтые ногти. Как если бы парню было не около двадцати лет, а примерно около двадцати веков.

– Что за…

– Последствия одержимости, – ответил на незаданный вопрос Алекс и метко бросил ручку в ту самую урну, где та исчезла с громким “бульк”.

– Здесь был демон? – Грибовский взвел курок на револьвере.

– Ага, – кивнул Дум и посмотрел в сторону потайной двери, ведущей в пещеру Бромвурда. – Хотя, не совсем так.

– В каком смысле? – прищурился поляк.

– В том, что эта мразь все еще здесь.

И в этот момент снизу донеслись крики, в которых с трудом можно было разобрать ругательства на гномьем языке.

Алекс с Грибовским переглянулись и рванули вниз по лестнице.

Ну, вернее, рванул поляк, а Дум, предаваясь размышлениям на тему, что это уже вторая одержимость за неделю, что ровно на два раза больше обычного показателя, поковылял следом.

Глава 27

Еще только подходя к потайной двери, Дум поморщился от неприятного амбре горелой серы. Наверное это странно, учитывая его род деятельности, но он терпеть не мог этот пробирающий, несмывающийся запах. Он цеплялся к волосам, пропитывал одежду и, казалось, проникал в саму душу.

– Твою мать! – выкрик Грибовского привел Алекса в чувства. Морщась от резкой боли в ноге, он, как мог, сбежал по лестнице.

Поляка он обнаружил у небольшого поворота перед входом в пещеру Бромвурда. Красноволосый сидел на полу, лицом бледнее, чем первый снег. Втянув голову в плечи, он смотрел на свое отражение, которое точно так же вглядывалось в самого гвардейца.

– Это…

Гномы и их пещеры…

– Круг от пилы, – кивнул Алекс. Он щелкнул пальцами. Черно-зеленая искра слетела с них и, коснувшись стального листа, превратила последний в вязкую болотную тину, которая начала очень медленно сползать по волосам Грибовского.

Гномы, их пещеры и ловушки в оных.

– А иначе как-то нельзя было? – гвардеец кое-как пытался избавиться от липкой субстанции, но у него не очень получалось.

– Нет, – коротко ответил Алекс. – Готов?

Грибовский поднялся на ноги. Вместе, плечом к плечу, они стояли перед глухим завалом. Чтобы не происходило внутри пещеры, этого было достаточно, чтобы обрушить весьма крепкий свод.

Свод, который вполне успешно выдерживал демонстрацию заклинаний Дума вплоть до уровня Мистика.

– Валяй, – кивнул поляк, чьи волосы теперь приобрели совершенно непередаваемый оттенок. Некая смесь болота, ржавчины и пролитого вина.

Алекс поднял руку (не то, чтобы это ему было необходимо, скорее простая привычка),на ладони сформировалась печать, которая начала крутиться со скоростью недавней пилы, а затем из ладони Алекса вырвалась черная молния. Представ в образе вороньего клюва, она вонзилась в завал и тот разлетелся мелким щебнем.

Взрывная волна, натолкнувшись на всю ту же ладонь Алекса, разделилась на две половины и, буквально омыв визитеров с обеих сторон, унеслась вверх по лестнице, превратив теперь уже и саму лавку в некое подобие поля битвы.

[Внимание! Использовано запрещенное заклинание: “Ворон Черной Молнии” школы Тьмы и Темного огня. Потребление у.е.м: “недоступно”]

Алекс не успел подумать, что одно из самых базовых и банальных черно-магических заклятий попало в разряд запрещенных, как его обхватили крепкие руки и с криком:

– Вспышка спереди! – повалили на пол.

Краем глаза, Дум успел увидеть, как над ним пролетела красная полоса, внутри которой что-то постоянно взрывалось и переливалось всеми цветами радуги. И, пожалуй, даже теми, что не предоставлены в данном природном явлении.

И без запаха серы, Алекс моментально определил магию Хаоса. И тот факт, что кто бы ни оккупировал пещеру гнома, так легко разбрасывался такими заклинаниями, особенной радости не добавляло.

Полоса, врезавшись в стену, буквально оплавила её. С такой легкостью, будто ты не подвергалась адамантиевому опылению. Да, может это не такая же полноценная защита, как цельный лист анти-волшебного металла, но, все же…

– Слезь с меня, поганый мужеложец!

– Как не толерантно, – хмыкнул Грибовский.

Перекатившись в сторону, поляк поднялся на правое колено и, выхватив револьвер, крутанул барабан, ловко остановив его вращение на одной из нужных пуль.

– Приятного аппетита, мразь! – выкрикнул он и нажал на спусковой крючок.

Так уж исторически сложилось, что это был первый раз, когда Алекс собственными глазами видел действие зачарованного оружия.

Перед дулом револьвера, одна за другой, вспыхнули десятки огненных печатей. Подушечки пальцев не просто закололо – их будто в кипяток опустили. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что сейчас в полет сорвется заклинание полной мощи чертового Адепта. Не меньше.

И так оно и произошло.

С оглушающим ревом, излучая жар, точно так же спокойно плавящий каменно-адамантиеввый стены, по воздуху побежал гигантский огненный… не то лев, не то пума, а может и тигр. В общем, что-то немного кошачье и очень-очень сильно опасное.

Пещера Бромвурда и так выглядела будто побывала в центре урагана, но теперь к стихии воздуха добавилась еще и огненная.

Разбросанные бумаги, не успевая сперва даже пеплом стать, исчезали во вспышках розоватых искр. Деревянные обломки, некогда бывшие стойками и столами, оборачивались черными головешками, чтобы мгновением позже превратиться в ворох горячей пыли.

Даже железные осколки кузницы и каких-то станков, которыми пользовался гном – плавились, оборачиваясь кипящими лужами серебристой субстанции.

Огненная кошка, отталкиваясь от воздуха, оставляя за собой висящие в пространстве огненные следы, зигзагами мчала к своей цели. Закутанной в рваный, коричневый балахон, трехметровой твари.

С очередным ревом, от которого с потолка полился лавовый дождь, она огненным шаром врезалась в свою цель.

– Log’shak’mah, – прозвучал голос. Слишком низкий, и слишком… многоплановый, будто говорило сразу несколько людей. Такой нельзя спутать с человеческим.

Перед существом поднялась пелена того же хаотического сияния и огненная кошка буквально потонула в ней.

– Не может быть… – глаза Алекса расширились от удивления. А удивить опытного Черного Мага было достаточно сложно. Если не сказать – почти невозможно.

Видимо Грибовкий пришел к тем же выводам. Вновь подхватив ненадолго

опешившего Дума, он с силой оттолкнулся и буквально перелетел с десяток метров, приземлившись за единственным уцелевшим… нечто, что могло бы сойти за убежище.

Кажется, раньше это был офис гнома, но теперь от него осталась только одна стена из мутного стекла. И вот это самое стекло, как раз таки, и было с адамантиевой пленкой. Безумно дорогое. Такие, обычно, ставили в банках или магокарах первых лиц стран.

Алекс никогда не верил гному, когда говорил, что весь офис оборудован подобными. И не зря. Из четырех стен – только одна и та…

– Что это за хрень такая?! – Грибовский, высунувшись из-за углу, вновь крутанул барабан.

Алекс не видел, что там произошло, но учитывая, что пещеру, на мгновение, затопил белый свет, а подушечки пальцев вновь как в кипяток опустили, то револьвер поляка в очередной раз выдал заклинание Адепта шестидесятого уровня.

– Демон-колдун.

– А ты еще кто такой?!

Поляк, втянувшись обратно за укрытие (как раз вовремя – мимо пролетел пылающий хаосом оскаленный, клыкастый череп) приставил дуло пистолета ко лбу гнома.

Бромвурд выглядел не лучшим образом. Весь в саже, он тяжело дышал и придерживал квадратной лапой левый бок из которого толчками била густая сероватая кровь. Будто жидкий, мокрый камень…

– Кажется… ты говорил, что убьешь меня… при нашей… следующей встрече, Алуд, – прохрипел лысый.

– Именно, – кивнул Алекс. – так что не думай бросить кони быстрее, чем я отправлю тебя на свидание к чернобородому.

Броми слегка ухмыльнулся. Окровавленные губы сложились в нечто жуткое и пугающее.

– Камни и скалы… Алуд… это демон-колдун.

– И без тебя вижу, – кивнул Алекс. В его голове уже крутились шестеренки, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.

Увы, выход, кажется, был один.

И не самый приятный.

Ну, только, разумеется, если ты не самоубийца и не фанат накладывать на себя руки.

– Мне жаль прерывать ваш милый диалог, – Грибовский, только что выстрелив в третий раз, вернулся обратно за укрытие. – Но, может, кто-то мне уже пояснит, что за, проклятье, демон-колдун?!

– Маг, – ответил Алекс. – демон, которые владеет магией Хаоса.

– Типо – как ты?

– Да. Только на несоизмеримо высоком уровне.

– И что?

– А то, что эта тварь может в одиночку вынести отряд Адептов и даже не вспотеть, – сверкнул глазами Дум. – оперативник отдела демоноборцев Гвардии мог бы посвятить пару вечеров изучения матчасти.

– Вечера, обычно, я посвящаю тому, что спасаю задницу одного очень склочного черного мага, – огрызнулся Грибовский. – И по мне, пусть это будет хоть суккубу-нимфоманка, вопрос в другом – как нам его завалить?

– Никак, – прохрипел гном. – демоны-колдуны… это… убийцы. Камни и скалы… они… сама… смерть…

Алекс немного по-другому посмотрел на Бромвурда. Откуда у простого гнома-контрабандиста такие познания в иерархии Хаоса?

– Я видел смерть, – хмыкнул Алекс. – и, поверь мне, лысый, она куда симпатичнее этого ублюдка.

С этими словами Дум поднялся в полный рост и взмахнул рукой. В ней тут же появился черный, резной посох.

– Постарайся обойти демона, – сказал он Грибовскому. – а как я подам знак, то хреначь его всем, чем сможешь.

– И что это будет за знак? – поляк проверил количество патрон в барабане.

– Скорее всего…

– Его истошный вопль, – все с той же жуткой, кровавой ухмылкой, перебил гном.

Глава 28

Алекс хрустнул шейными позвонками. Не то, чтобы он был таким крутым гангстером, просто шея затекла.

Перед ним, на расстоянии, достаточном, чтобы в тебя кинули ножом и попали, возвышалась трехметровая тварь, в которой огневой мощи было достаточно, чтобы стереть Хай-гарден с лица земли.

И, самое паршивое, что вся эта огневая мощь – магия Хаоса, полностью нивелировала любую магию мира людей (ну и нелюдей). Это как если бы в каждое заклинание демона-колдуна был встроен килограмм адамантия.

– Ну и что ты можешь, ветошь? – Дум щелчком пальцев отправил в рот сигарету и, поймав губами на лету, слегка сощурился. Магия подчинилась его воле и папироса задымила ровным, серым столпом.

Краем глаза, Алекс следил за тем, как Грибовский, потихоньку пробираясь среди того бардака, в который превратилась пещера гнома, огибал демона.

– Ты… – из-под серого, рваного капюшона, прозвучал все тот же “многослойный”, не человеческий голос. – Человек… демон… Балтаил…

От звука имени своего персонального злого рока Дум дернулся, как от хорошей такой пощечины.

– А ты из разговорчивых, да? – ему нужно было потянуть время. Достаточно, чтобы поляк смог пробраться за спину демону. И если получится сделать это без обмена заклинательскими любезностями, то почему бы и нет. – В принципе, можем обсудить с тобой квантовую запутанность. Ты вот понимаешь принцип того, что фотон может одновременно иметь два спина? Лично для меня это все еще какая-то тарабарщина пусть и…

– Fach’nalosh! – демон поднял костяной посох и с силой ударил им о пол.

По некогда почти зеркальной плитке зазмеились глубокие трещины. Они хищными аспидами помчались в сторону Алекса. И изнутри каждого разлома поднималось красное, как губы восторженной групис, пламя. Такое же жаркое и обманчиво страстное.

В обычной ситуации Алекс бы активировал заклинание левитации в туфлях и сменил позицию, но это означало бы, что и демон-колдун тоже поспешил сократить дистанцию. Магия, все же, не осадная винтовка из которой можно палить на сотню метров…

Но из-за партизана ползущего среди обломков Грибовского сделать это не представлялось возможным.

– Заклинание Огненных Недров? – причмокнул губами Алекс. – Старовер, что ли? Ну, выкуси, тогда, новенького самодела от лучшего…

– Алуд! Ты, каменная башка, можешь прекратить болтать и просто прикончить этого уебк…

– Не матерись, лысый, а то нежные уши Грибовского не выдержат!

Все то время, пока Алекс был занят светской беседой, языки демонического пламени с жадностью лизали лоскуты тьмы, исходившей от посоха-накопителя Дума. И, если бы внутри этой тьмы, нет-нет, да не вспыхивали бы лепестки цвета чистого хаоса, то Алекс бы уже давно превратился в головешку.

Ну или во что там магия хаоса превращает нерадивых и очень разговорчивых черных магов.

– Добавим немного праха… может щепотку малефиция и, пожалуй, пару грамм чистой тьмы…

– Алуд! – гном явно кричал, пересиливая боль. – ты там что, новое заклинание выдумываешь?!

– Ну, знаешь ли, не каждый день махаюсь с демонами-колдунами, так что нужного арсенала не имею! – зеленые глаза Алекса сверкнули глазами. В его разуме с невероятной скоростью складывались нужные магические печати. Потоки разрозненных энергий сплетались воедино, подчиняясь несгибаемой воли темного мага. Волшебство, это как конструктор, который в руках умелого инженера может приобрести совершенно невероятный вид. – Выкуси, хвостатый!

– С чего ты… решил… что у него есть… хвост?

Ответа лысый так и не дождался. Теперь уже Алекс ударил посохом о землю.

[Внимание! Использовано неизвестное заклинание. Школы Проклятия, Некромантии, Тьмы и… ошибка№…]

Продолжение сообщения Алекс дочитывать не стал. Магические линзы только отвлекали его от поединка. Черная магия – это не то, к чему можно относится спустя рукава. Это верный друг, но и вечный враг, который не упустит своего шанса направить всю силу против обратившегося к нему.

Но воля Алекса была крепка. С её помощью он, забрав энергию из накопителя, заботливо выданного гвардией, слил её с энергией из своих источников и направил получившуюся смесь в десятки вспыхнувших вокруг него печатей.

Если бы это увидел кто-то из профессоров боевого факультета Первого Магического, то решил бы что ему мерещится. Один факт, что Дум создавал печати без помощи рук, уже считалось высшим пилотажем. Но то, что при помощи разума и воли, он воплощал сразу несколько – на такое были способны лишь лучшие из лучших.

Но Алекс таковым и являлся.

Лучшим из лучших.