Текст книги "Хрустальные цепи (СИ)"
Автор книги: Кейт Ринка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Хорошо, Джозеф, я поняла. Оставайтесь на связи, вернусь к тебе позже.
На этом она отключилась, оставляя Джозефа в недоумении смотреть на пустой монитор.
– Отлично! – нерадостно выпалил он, втыкая клинок в стол.
И что же в нем такое было, что заставило Сару отреагировать подобным образом? Только новых загадок ему и не хватало. Одна хоть прояснилась – Сара о Диких ничего не знала. Что дальше – оставалось только ждать. Отдав Филу ноутбук и наказав следить за Псами и за чатом, Джозеф отправился искать в доме ванную комнату, для начала на первом этаже. Засохшая на теле кровь неприятно стягивала кожу, к которой, к тому же, присыхала пропитавшаяся ею же футболка.
Небольшая комнатушка с душем, унитазом и раковиной нашлась в северном крыле здания. Джозеф зашел внутрь, на ходу снимая куртку, которую повесил на крючок. Снял наплечную кобуру и аккуратно отложил на раковину. Потом стянул с тела футболку и прополоскал под теплой водой. Выжал. Отложил в сторону и посмотрел на себя в зеркало, опираясь руками о края раковины. Волчьим взглядом на него смотрел обозленный мужчина, перепачканный в собственной крови, который никак не мог взять в толк – какого дьявола каждое воспоминание о нахальной незнакомке отдается в груди непривычным трепетом и бурной реакцией в паху?..
***
Вода окутывала тело приятным теплом. Все переломанные кости уже срослись, раны затянулись. Хайди чувствовала себя все лучше и лучше. Но лишь физически, когда внутри растекались малоприятные ощущения. Ненависть брата, который никогда ее не любил, не являлась чем-то неожиданным. А все равно было больно: больно от своего детства, которое не желало ее отпускать, больно из-за Била, больно за то, что они друг с другом сделали, что сделала она со своей семьей. Вопреки всем обидам и страданиям, она не могла себя не винить. Винила и злилась на это чувство. Она даже до сих пор не разобралась – жалеет ли о том, что нажала тогда на курок? Бил словно породил в ней болезнь под названием "противоречие", которая переросла в хроническую. Вся ее жизнь, все ее эмоции были сплошь созданы из различного рода противоречий. Без этого не обошлось даже в отношении Стенли. Она любила его, желала быть рядом, но никак не могла переступить свою ревность, это осознание, что он принадлежит ей не полностью, что думает о другой.
По щеке скатилась сиротливая слезинка. Хайди стерла ее мокрой ладонью и перевела взгляд на дверной проем ванной комнаты, где появился Стен. Он зашел внутрь и присел на корточки возле нее, складывая руки на бортике ванной.
– Как ты? – спросил мужчина, искренне озабоченный ее состоянием.
– В порядке. Как ребята?
– Тоже.
– А ты? – спросила она, замечая его дрожь.
Стен отвел взгляд, после чего посмотрел на нее и твердо произнес:
– Тоже.
– Ты никогда не умел врать.
– Мне нечего сказать нового.
Хайди отстранилась от бортика ванной и подалась ближе к ликану. Одна рука легка поверх его сложенных рук, вторая – зарылась пальцами в светлые волосы.
– Ты переживал за меня?
Она знала ответ, но нуждалась в том, чтобы его услышать.
– Ты хорошо это знаешь сама, – произнес он, подтверждая ее мысли, но совсем не так, как ей было надо.
Потянув за волосы, Ди заставила Стена запрокинуть голову, а сама придвинулась к нему еще ближе, нависая над его лицом. Ее грудь уперлась в его руки. Ликан сглотнул и ощутимо дрогнул. В воздухе повеяло вожделением. Это радовало – пусть он не любит ее так, как другую, зато хочет до ломоты.
– Скажи, – попросила она в полголоса.
– Перестань играть со мной, Ди, я и так на пределе, – сделал он резкое предупреждение.
Хайди слегка отстранилась, туже сжимая пальцами волосы. Она начала злиться. Ненависть его волка к ней была взаимна и обострялась сейчас. Этот гад стал сильнее мешать, вставая между ними уже почти физически. От этого она невольно гневалась и на самого мужчину, просто потому, что он рядом с ней не всецело. Пусть и не его в этом вина, но и она неповинна в том, что так безмерно желает невозможного. Резко отпустив ликана, Ди поднялась из воды.
– Не подашь полотенце? – холодным тоном произнесла она, не сомневаясь, что он услышит эти нотки.
Стенли поднялся. Отыскав в шкафу ванной полотенце, он подал его. Ди выхватила его так яро, будто ликан пытался отнять этот нужный ей предмет. Но наслаждаться ее негодованием ликан не стал. Просто взял и вышел из ванной комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. От этого злость Ди только начала набирать обороты. Тошно уже было от его внешнего спокойствия и стремлений добиться оного. Тошно от всей этой мнимой сдержанности, от которой никому не было легче. И от того, как он трясется над ней, да и только, не двигаясь дальше в своих желаниях – тошно! Хотелось встряхнуть этого ликана, наорать на него и все высказать. Она не фарфоровая кукла, которая не может постоять за себя даже перед его волком, если тому вздумается выйти наружу, пусть и боится его до жути. И она слишком живая, чтобы скрывать свои чувства где-то глубоко внутри так, как это делает он. А ведь Стен способен быть другим, она это знала, она это видела.
Хотелось... драки, крови или секса! И лучше бы всего и сразу. Усталость, прошлое, неудача, безответность – все навалилось разом, выводя из себя.
Так и не воспользовавшись полотенцем, Хайди вышла из ванной комнаты и решительно зашагала к Стену. При виде нее глаза ликана с подозрением сощурились. Но он вряд ли ожидал того, что она собиралась сделать. Подойдя ближе, Ди с размаху ударила его по лицу тыльной стороной ладони с такой силой, что голова Стена дернулась в сторону. Своего рода это была пощечина, та, которую способна отвесить женщина-воин, а не кисейная барышня. Зарычав и оскалившись, он шагнул вперед, грозно и предупреждающе. Плевать, причем даже на то, что его сильнее начала бить дрожь. Она с удовольствием подалась навстречу, упираясь носом к носу, стирая между ними последнее расстояние, и зарычала в ответ, с этим рыком выговаривая слова:
– Меня тошнит от твоей невозмутимости. До отвращения сдержан, а сам на меня слюной капаешь. Чтоб ты ею подавился!
– Я озвучил тебе причины... – прорычал он в ответ.
– Чушь собачья!
Эти слова его задели. Сначала Ди поняла это по глазам ликана, потом осознала, что же все-таки ляпнула. Стен перестал рычать и отстранился. Оглядев ее сверху вниз, обнаженную и мокрую, он обошел и зачем-то направился в ванную. Подняв руки, она прикрыла ладонями лицо, стараясь успокоиться. И какой бес в нее вселился? Она ведь прекрасно знает, как и в чем именно неправа.
Стен вернулся неожиданно быстро. В его руке был ее пистолет. Ликан злился. Это было видно по суровому лицу и плотно сжатым губам. Хотелось извиниться перед ним за свои слова, и в то же время она слишком хорошо понимала их причины, чтобы не делать этого. Сняв пистолет с предохранителя, мужчина небрежно отбросил его на кровать. Еще шаг – и оказался возле Хайди. Касание ладони обожгло кожу. А уже через секунду она лежала спиной на той же кровати, подмятая под мощное тело, одна тяжесть которого уже вызывала в ней удовлетворенный восторг. Ди едва успела вдохнуть, прежде чем его рот принялся терзать ее губы. Уже несложно было понять, зачем он принес оружие – для ее безопасности. Кто-то заботится о презервативах, а у них вот так, и никак иначе. Стон сорвался будто сам собой, сначала от удовольствия, потом от легкой боли, когда он прикусил ее нижнюю губу. Хайди сделала тоже самое с ним, смешивая во рту его кровь со своей в пряный коктейль. И вроде все было замечательно, как она и хотела, да только...
– Мне не нужно такое одолжение, – тихо произнесла она, когда саму трясло подстать ликану.
Ответа не последовало. Стен уперся локтем в кровать, чтобы удобнее было расстегивать джинсы. Глаза смотрели жестко, но с такой необузданной похотью на дне, которая заставляла ее трепетать от осознания своей значимости в его жизни. И все-таки... стоило головке его члена упереться в складочки ее лона, Ди сжала колени на его бедрах, не позволяя протиснуться дальше.
– Ты не слышал меня? – настаивала она на своем, понимая, что голос и тело ее сокрушительно предают.
Понимал это и Стен, иначе не было другого объяснения победной улыбке на его губах. Поддев носом ее подбородок, он заставил запрокинуть голову. Горячие губы нежно коснулись шеи.
– Это далеко не одолжение, – услышала она тихий низкий голос. – Пусти. Если, конечно, не желаешь иметь сейчас дело с моим волком вместо меня.
Ди прикрыла веки, облизала пересохшие губы.
– Пусть даже не собирается, – ответила, разжимая ножки и охая от резкого и глубокого вторжения.
Она обняла любимого, вжимая пальцы в кожу широкой спины, будто это могло сделать его еще ближе, чем был и так.
***
Вернувшись из ванной, Джозеф занял свое прежнее место за обеденным столом. За время его отсутствия ничего нового не произошло, как ничего и не изменилось. Разве что Фил окончательно пришел в норму. Неожиданным оказался какой-то глухой звук, доносящийся с потолка, который шел один за другим, отличаясь характерным тактом. Джоз также характерно выругался.
– Я действительно слышу то, что слышу? – произнес он, задавая вопрос то ли себе, то ли Филу.
Ликан лишь рассмеялся, весело и задорно.
– Напомни мне поговорить с Ветхими, чтобы они больше не посылали с нами Стена. Черт бы их побрал...
– Завидуй молча, – сказал ему парень, так и продолжая балдеть на кушетке. – Кстати, о какой такой дамочке ты говорил Саре?
– Фил, не тупи. Я говорил о Дикой.
– Значит, пока меня мутузил потный волосатый Пес, ты во всю развлекался с какой-то девахой? Черт, и где справедливость?
– Тоже хочешь нож в горло? Так иди сюда, – он поманил друга пальцами левой руки, держа в правой клинок. – Сейчас устрою бесплатно.
– Нет, спасибо. От твоей руки это будет не так приятно, как от женской. Кстати, на мордашку она хоть как была?
– Обычная, – соврал Джоз, не испытывая желание ее обсуждать.
Незнакомка и так до абсурдного занимала большую часть его мыслей, не хватало еще о ней говорить.
– Жаль, – с досадой произнес Фил.
А между тем глухая пляска кровати над их головами не прекращалась.
– Может, пойти разогнать? – подумалось Джозу вслух.
– Оставь их, – махнул рукой ликан. – Все равно у нас еще есть время.
– Зато кто-то страх потерял. Или список, кого бояться, – говорил, а сам думал о сладких губах дикой красавицы, которая одним махом заставила его забыться во время выполнения задания. Понимая, что мысли снова уплывают вслед за ней, Джоз тряхнул головой.
И все-таки ни одна женщина не способна вскружить ему голову настолько, чтобы отвлечь от главного. Сегодняшний случай не в счет. Но с той самочкой он обязательно еще разберется. И даже если не найдет ее он, та обязательно придет сама, придет за своим оружием. Так он думал, снова вертя в руке ее клинок с рукояткой ручной работы.
***
Ее тихие шаги по сырому коридору нижнего этажа были почти не слышны. Зато она хорошо слышала жалобный вой волка, доносящийся из одной из запертых комнат. Где-то впереди моргала перегоревшая потолочная лампа. "Нужно сказать техникам", – отчужденно подумала она. Наконец, остановилась перед нужной ей дверью. Заходить не хотелось, но было необходимо. Открыв дверь электронным ключом, Сара вошла внутрь. Здесь тоже перегорела лампа, скрывая от ее взора того, кто таился в тени. Оставшаяся – светила слишком слабо, также находясь на последнем издыхании.
Шли минуты. Сара понимала, что на молчание нет времени, как нет его и на трусость. Ей нЕчего и нЕкого здесь опасаться. По крайне мере физически. Пленник сидел в клетке, вмонтированной в стены комнаты, а также был скован цепями – для надежности. Отстранившись от двери, Сара подошла ближе, но лишь настолько, чтобы он не мог достать ее рукой.
Зазвенели цепи, невольно заставляя ее вздрогнуть. Привыкшая к мраку, Сара теперь смогла разглядеть мужчину. Нифер поднял руку к своему лицу и провел грязными пальцами по подбородку. Ей стало труднее дышать. Просто потому, что спустя долгое время они впервые оказались так близко.
– Чем обязан? – спросил он так, будто она пришла к нему на прием и при этом как-то не вовремя.
Сара кашлянула, чтобы прочистить горло и вернуть голосу привычную строгость.
– Ты соврал. Мне и Ветхим.
Мужчина издевательски рассмеялся:
– И в чем же именно?
Давным-давно, когда Ветхие устроили облаву на Диких, Ниферу поручили уничтожить их Стаю, которая собралась из последних выживших. Его самого проверяли на вшивость, поручив в доказательство преданности принести голову Альфы. Он справился, будто вовсе и не принадлежал сам к этому виду ликанов. А теперь...
– Я только что узнала, что Дикие все еще живы.
Под звон цепей мужчина поднялся и подошел к прутьям своей клетки, небрежно просунул через них руки, насколько позволяли оковы, и сцепил пальцы впереди себя. Сара инстинктивно сделала шаг назад. Пронзительные серые глаза впились в ее лицо.
– Ты расстроена? – спросил он.
– Речь не об этом. Сколько их?
– Почему ты думаешь, что мне это известно?
– Потому что все зависело только от тебя. Ты принес голову Альфы последней Стаи Диких Псов.
– Я сделал то, что был должен сделать, – ответил он.
– Тогда объясни мне, как так получилось? – едва не прошипела она, теряя терпение.
Он небрежно пожал плечами. Сара вскинула подбородок. Раз он не желает с ней говорить, она не станет унижаться и что-то выпрашивать.
– Хорошо, не хочешь говорить так, узнаем другим способом.
Она уже развернулась на пол-оборота, когда Нифер резко дернулся к ней. Холодный пот ужаса прошиб тело. Но волноваться ей по-прежнему было не о чем. Его грязная рука застыла в миллиметре от кожи ее плеча. Все, что он смог – это коснуться ее подушечкой среднего пальца, но даже этого прикосновения хватило, чтобы вызвать невыносимую, болезненную реакцию всего тела. Только ее взгляд оставался к нему безразличен, когда его – уже пылал эмоциями. Брезгливо оглядев его руку, она отвела глаза и вышла из комнаты.
Но стоило ей закрыть дверь, как за спиной раздался громкий, дикий и гневный рев. Стиснув зубы, Сара поспешила к лифту.
***
Они забыли, где находятся. Для него существовала только ОНА. Не остановились даже после первого раза, который был лишь способом, позволяющим сбросить напряжение. После него Стен спокойно мог в полной мере наслаждаться Хайди, всецело отдать ей себя в эти минуты. Он трепетно ласкал ее бархатную кожу: руками, губами и языком. Он облизал ее всю, с головы до ног, уделяя особое внимание нежному бутону меж стройных ножек и розовым набухшим соскам. В пылу Ди расцарапала ему плечи и спину, оставляя все новые борозды на заживающих ранах. В сладкой пытке он мучил ее удовольствием, играя на грани между нежностью и жесткостью. Иногда его зубы сжимались на ароматной коже, пуская кровь. Ей так нравилось. Очень. Особенно если в этот момент он неистово бился внутрь нее. Ди также нравилось, когда он брал ее сзади, грубо, словно ненасытный хищник. А Стен медленно сходил с ума от умопомрачительных движений ее бедер, когда она была сверху, когда в такие моменты терлась о его торс тугими сосками, когда он мог усилить ее ощущения в таком положении, вбирая в рот эти маленькие бусинки, терзая их языком и зубами.
Хайди пыталась не стонать и не кричать громко. Получалось плохо. Иногда Стен накрывал ее рот ладонью, позволяя кусать его пальцы, что самого доводило до экстаза. И даже после, вымотанные и удовлетворенные, они не спешили покидать объятия друг друга. Пистолет не пригодился, что радовало. Стен прижимал к себе Ди и нежно гладил по волосам, пытался успокоить. Она снова плакала, что для него было едва переносимо. Эта стойкая волчица, которая могла стерпеть страшные раны, теперь часто плакала из-за него.
– Что у тебя с этой сучкой?! – потребовала она ответа в приступе истерики после того, как он пришел в норму от огнестрельной раны.
Он не хотел ей врать.
– Ди, послушай меня...
Он потянулся к ней, протягивая руку, но она отшвырнула ту.
– Я задала вопрос! Ты любишь ее? И только не смей мне врать!
Не хотел...
– Да, – слетело с его губ острым лезвием.
– Господи, – выпалила девушка, хватая себя за волосы.
Он понимал, как больно это слышать. Понимал так, что самому было невыносимо от ее состояния, виной которому был только он. Да, Стен любил Лию, но уже давно смирился с ее безответностью. Он ничего не просил и не ждал, ни на что не надеялся, но и не мог просто взять и вырезать ее из своего сердца. Хайди же значила для него не меньше. Он плохо понимал, что чувствует к ней, сравнивая с чувствами к другой. Но точно знал, что Ди ему нужна, как глоток чистого лесного воздуха. Ни одна женщина не волновала его так, как это делала она. Он прекрасно понимал, что Хайди заслуживает большего, искренне хотел ей это дать. И именно поэтому считал, что она также заслуживает знать правду, если ее просит. Но в этом желании быть честным, он неосознанно загнал обоих в ловушку. Их отношения застыли, сердце девушки было им жестоко разбито.
От его слов у Ди началось обострение истерики. Стен пришел в ужас, когда она начала рвать на себе волосы. Он попытался ее остановить. Она сопротивлялась, старалась вырваться, ударить его. С большим трудом ему удалось стиснуть девушку в крепких объятьях. Все, что ей осталось – это кусаться, драть его когтями, и Стен ей это выносливо позволял, пока она не устала, пока не выдохлась, измазанная в его крови и своих слезах.
– Прости, – тихо и долго шептал он ей это слово, повторяя вновь и вновь, баюкая ее на своих руках.
– Скажи, что чувствуешь ко мне?
– Этого нельзя описать словами. Ты нужна мне не меньше... сильнее. Мне очень жаль, что мой волк так себя повел с твоей волчицей. Но для него все по-другому, понимаешь? Для него есть только Лия.
– Да что ты такое несешь? Ты и он – это одно целое.
Тогда она еще не понимала, о чем он говорит. Той, которая жила со своим зверем в полном согласии, было сложно понять иную ситуацию.
– Это не совсем так, точнее – абсолютно не так.
Она не поверила, не поняла, оттолкнула и устало, со злостью потребовала:
– Убирайся из моего дома.
В дверь аккуратно постучали, после чего к ним зашел Фил.
– Голубки, у вас есть пять минут, чтобы одеться и спуститься вниз. И советую не опаздывать, иначе Джоз вас порвет.
– Хорошо, спасибо, Фил, – ответил ему Стенли.
Ди крепче обняла его, сильнее уткнулась лицом в шею. У Стена перехватило дыхание от осознания, как же она в нем нуждается, как сильно любит. Только он хорошо знал, что эта ее слабость ненадолго. Повернув голову, он коснулся губами ее виска и прошептал:
– Я скучаю по тебе. Изо дня в день, каждую ночь.
После этих слов Ди поспешила отстраниться. Она их не переносила. Он знал это, но хотел, чтобы девушка об этом не забывала.
– Злорадно рада, что это так, – ответила она ему, прежде чем подняться с постели. – Прости за это.
Отвернувшись, она направилась в ванную комнату. Глядя вслед обнаженной нимфе, которая соблазнительно выписывала в воздухе бедрами знак бесконечности, Стен не вовремя понял, что снова ее хочет. Его желанию по ней никогда не было полноценного утоления. Но хотелось не только секса, а гораздо большего. Хотя бы чаще быть рядом.
Поднявшись с кровати, Стенли отыскал на полу свои джинсы. После того, как Хайди освободила ванную, он смог там привести себя в порядок. Натянул джинсы на голое тело. Верхняя пуговица по-прежнему отказывалась застегиваться. Уже у самой двери, когда они собрались выходить, Ди преградила ему дорогу. Обхватив ладошкой подбородок Стена, она поцеловала его, глубоко и страстно.
– Спасибо тебе, – нежно произнесла девушка. – За заботу и ласку, за все.
Стен сразу вспомнил ее недавние слова.
– Ди, черт возьми, это было не одолжение.
– Я знаю, – твердо произнесла она, после чего отпустила его, развернулась и пошла вперед по коридору.
***
Повторный разговор с Сарой проходил уже в присутствии всей команды. В окошке видеочата было хорошо видно седовласую женщину с худым лицом и тусклым взглядом серых глаз.
– Пока нам неизвестно, почему кто-то из Псов остался в живых, – отвечала она на вопрос Джозефа. – Но эта информация сейчас представляет для нас первостепенный интерес. Приведите кого-нибудь из них. Желательно девушку. При условии, что это будет кто-то другой, мне нужны ее фотографии.
Брови Хайди взметнули вверх. Кого это Сара имеет ввиду? Неужели она так много пропустила?
– Команда Билли уже выехала к вам на помощь, – продолжала Сара. – Они следуют за Псами. К вам же выслан вертолет. Так что ждите его и возвращайтесь с результатами домой. Все ясно?
– Вполне, – ответил Джозеф.
– Тогда, до связи, – произнесла Ветхая и отключилась.
– Кого она имела ввиду? Какую девушку? – не удержалась Ди от вопроса.
– Среди Псов была девушка, – пояснил Фил с загадочной ухмылкой.
Ликан сидел на краешке стола и уже почти дожевывал очередную спичку.
– А почему она им так интересна? – продолжала любопытствовать Ди.
– Я бы тоже хотел это знать, – сказал Джоз, почесывая подбородок ребром кинжала с замысловатым рисунком на рукоятке, большую часть которого скрывали его пальцы. – Стен, ее фотографии – твоя задача. Понял?
Стенли молча кивнул в знак согласия.
– И раз уж у нас есть время, – оживленно произнес командир, – я бы с удовольствием послушал, каким чертом вы двое, – он ткнул острием клинка сначала в Стена, потом в Хайди, – занимаетесь во время задания?
Ди опустила глаза. Гнев Джоза был ей понятен, но объяснять причины подобного поведения совсем не хотелось. Их не объяснишь просто так, не выдавая слабости обоих.
– Когда вернемся, будете наказаны, – заключил тогда ликан.
– Нет! – громко и твердо произнес Стен, подрываясь с дивана, на котором сидел все это время рядом с Хайди. – Это только моя инициатива, а значит, и отвечать одному мне.
– Стен, замолчи! – рыкнула ему в спину Ди, готовая поколотить за такое геройство.
Командир закатил глаза:
– Как вы мне оба надоели.
Ди встала на ноги. И уже собралась опровергнуть слова любимого, как неожиданно резко его ладонь накрыла ее рот, и пальцы стиснули щеки до боли. Ди засопела, уставившись в глаза Стена, которые смотрели на нее с небывалой угрозой.
– Молчи, – тихо сказали его губы для ясности.
Она даже растерялась. Потому и не стала настаивать. Пока что...
Дальнейшие события проходили по привычной схеме. К ним прибыл вертолет, на котором они отправились за Псами. В скором времени цель застыла на карте неподвижной точкой.
– Может, нашли маячок? – предположил Фил.
Но Стен развеял часть опасений:
– Не думаю. Псы остановились на стоянке придорожного мотеля.
Джозеф связался с командой Билли. Те уже добрались до цели и затаились неподалеку. До их приезда они могли лишь наблюдать.
– Трое мужчин и женщина заняли один из номеров, – передавал им информацию Билли. – Окна закрыты шторами наглухо, так что нам ни черта не видно, что происходит внутри. Следим пока за периметром. Вы скоро? А то мы уже скучаем.
– Скоро будем. Не расслабляйтесь.
– Ждем.
Неумолимо наступали сумерки. Пилот вертолета высадил их за несколько миль до мотеля в целях конспирации. Клей, член команды Билли, подобрал их на трассе и доставил на место. Дверь номера им открыл Леон, еще один член команды, пропуская в темную комнату, где единственным источником освещения была тусклая полоска света, пробивавшаяся из ванной комнаты через дверную щель. Все три ликана, которых прислали к ним на подмогу, были сбитыми крепкими парнями, отлично знающими свое дело. Короткое приветствие, и сразу о главном:
– Из номера никто не выходил и никто больше не заходил внутрь, – сообщил Билли, выглядывая на улицу через небольшую щелочку между песочными шторами.
Ди подошла к нему и попросила уступить ей место. Она сразу отметила, что ликаны выбрали очень удачную позицию. Из их номера хорошо просматривалась вся территория стоянки и большая часть других номеров двухэтажного мотеля. Был виден фасад круглосуточного кафе, а также благодаря высоким окнам видно всех его посетителей. Между столиками суетились официантки в красных передничках. Сейчас здесь было оживленно. На стоянке находилось около двух десятков машин и несколько фур. На заправку подъехал внедорожник, за рулем которого сидела женщина. С ней были дети.
– Ну и что будем делать? Здесь слишком много людей.
– Чего-то ждать – слишком рискованно, – возразил Билли. – Можем их упустить или спугнуть. Сейчас же наше преимущество это эффект неожиданности. Псов всего трое, плюс Питер, нас – семеро. Мое предложение: ждем, пока не стемнеет, потом идем к ним; Хайди берет на себя девушку; мы заранее распределяемся по парам, каждая берет на себя по одному из Псов, кто-то Питера. А дальше – по ситуации. Главное, действуем аккуратно и быстро.
Ликаны переглянулись, останавливая взгляд на Джозефе, чей ответ был решающим. Но озвучить его он не успел.
– Из номера вышла девушка, – сообщил Билли, который снова вернулся на свой пост.
– Стен! – выкрикнул Джоз, протягивая руку.
Стенли сразу же отдал командиру цифровой фотоаппарат, который все это время был у него в руке. Джоз подошел к окну и навел объектив на цель. Ди подошла к нему со спины. Уж слишком ей было интересно взглянуть на эту женщину Псов.
– Аппетитная зараза, жаль личика не видно, – прокомментировал Билли.
Ди увидела на мониторе хрупкую фигуру, но с довольно-таки пышными формами в нужных местах. Только вот на голову был наброшен капюшон короткой куртки, что не мешало Джозефу нажимать на кнопку затвора вновь и вновь.
– Лица действительно не видно, – прокомментировал она.
Словно дефилируя по подиуму, девушка подошла к автомату с газированными напитками, оказываясь к своим наблюдателям боком. Она бросила в аппарат монетку. В ожидании оперлась рукой об автомат и прогнулась в спине. Билли рядом присвистнул. Фил, Клей и Леон сразу же прилипли к окну, ютясь возле него в неудобных позах, лишь бы через какие-нибудь щелочки выглянуть на улицу. Через мгновение девушка низко наклонилась, не сгибая колен, и взяла банку кока-колы. Она открыла ее и принялась жадно глотать напиток. Каждое движение было пропитано сексуальностью, все небрежно и лениво, притом, что каждый жест не казался случайным. В воздухе повеяло вожделением, и в первую очередь не от остальных – от Джозефа.
– Мне одной кажется, что тут что-то не так? – только и успела спросить Хайди.
За спиной раздался треск и грохот – разбивая и круша противоположное окно, к ним в комнату влетел мужчина, перекатываясь на спине и вставая на одно колено с оружием наготове. Ди даже не успела выхватить пистолет, как Джозеф толкнул ее в плечо с такой силой, что она грохнулась за спинку дивана. Раздались выстрелы. Поднялась суета. Посыпались команды от Джозефа и Билли. Лежа на полу, Ди потянулась за своим пистолетом, замечая, как в разбитое окно запрыгивает еще один Пес, а следом за ним всовываются еще двое, прикрывая первых. Все четверо – мужчины, что уже не сходилось с их первоначальным расчетом по расстановке сил. Откуда взялись еще двое Диких?! И где вообще Питер? Пользуясь диваном, как укрытием, с мыслями о Стене, Ди начала в них стрелять. От громких и многотонных звуков закладывало уши, так что новые команды расслышать стало почти невозможно.
Диван пошатнулся, и на Ди свалилось тяжелое тело, придавив к полу боком, мешая дышать. Незнакомый запах сразу дал понять, что это чужой, а значит – враг. И она оказалась перед ним в очень неудобном положении для защиты. В ухо рычали, пока она нажимала на курок, уткнув дуло пистолета в чье-то брюхо. После второго выстрела ее запястье было свернуто одним легким движением руки. Открытая шея оказалась под угрозой, когда Пес раскрыл пасть, уже намереваясь нанести удар. Но кто-то пришел на помощь, очень вовремя стаскивая с нее тело. Это был Роб, на которого обратилась вся хищная злоба Пса.
Выстрелы уже звучали реже, чаще – звуки борьбы: рев, удары, хруст мебели, звон стекол. Стиснув зубы, Ди выправила запястье, но, чтобы срослись сухожилия и кость, понадобится время. Она встала на колени и высунулась из-за дивана, пытаясь отыскать глазами Стена. Ей пришлось уворачиваться от обломка стула. Внутри было уже трое Псов. Кто побеждал, пока сказать было сложно. Небольшая комнатка стала местом схватки, причем дерущиеся друг другу мешали, путаясь под ногами. Лица Псов были искаженны бешенством и одновременно удовлетворением, словно они получали какое-то садистское удовольствие. Ди даже не сомневалась, что именно так и было.
Не увидев в комнате Стена, Хайди начала сильнее волноваться. Отвлек Пес, кинувшийся на нее после того, как отключил Леона. Она вскинула пистолет в левой руке, целясь ему в голову. Пес ощерился, успевая оттолкнуть ее руку и всадить кулак в челюсть, отчего Ди на несколько секунд потеряла ориентацию в пространстве. Оружие выпало из рук. Грубые пальцы стиснули шею, в ответ на что она ударила его по ноге до хруста кости. Но тот даже не дернулся. Только лишь улыбнулся в оскале, посылая по ее телу холодок ужаса. Под носом стало мокро от крови, которая капала Псу на руку. Выхватив из-за пояса клинок, Ди вонзила тот ему под ребра. Потянулась за другим клинком. Пальцы на ее шее сжались сильнее. От недостатка кислорода в глазах заплясали черные пятна.
Помощь снова пришла со стороны, причем самая неожиданная. На спину Пса прыгнул волк, сжимая челюсть на стыке шеи с плечом. И в этом волке Хайди узнала Стена. Пес отпустил ее. Под весом тяжелой туши он упал на колени. Но их бой только начался. Двумя руками схватив волка за загривок, ликан наклонился вперед и бросил зверя спиной об пол к ее ногам. Ди едва успела отпрыгнуть назад, и стала лихорадочно искать поблизости свое или хоть чье-то оружие. Но волку не нужна была ее помощь. Извернувшись, он молниеносно прыгнул на Пса, врезаясь зубами в горло и начиная драть его резкими рывками. Пес поначалу обнял его тушу, намереваясь сломать кости позвоночника или шеи, но так ничего и не успел. До своего последнего вздоха Дикий смог только напоследок всадить ее клинок в бок зверя.
Повинуясь чувствам, Хайди отмела страх и подскочила к волку, чтобы вытащить клинок. Какие бы отношения у них не были, а этот зверь был частью Стена, и он только что ее спас. В груди зародилась крохотная надежда, что это все не случайно. Но все надежды мгновенно рассыпались прахом, стоило хищнику обратить на нее свое внимание, которое она привлекла, когда вытаскивала лезвие из его бока. Скалясь, он пошел на нее. Вся шерсть, вся морда были измазана в темной крови, которая с нижней челюсти стекала на пол мелкими струйками. От крови даже зубы казались красными.
