355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кэролайн Кин » Нэнси Дрю: Исчезнувшая реликвия. Гонка со временем. Фальшивая нота » Текст книги (страница 4)
Нэнси Дрю: Исчезнувшая реликвия. Гонка со временем. Фальшивая нота
  • Текст добавлен: 11 октября 2021, 12:00

Текст книги "Нэнси Дрю: Исчезнувшая реликвия. Гонка со временем. Фальшивая нота"


Автор книги: Кэролайн Кин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

Вдруг один из таких коллекционеров узнал о яйце Фаберже – семейной реликвии, которую Симона не продала бы ни за какие деньги, – и твёрдо вознамерился прибрать его к рукам? И нанял профессионального вора, чтобы тот пробрался в дом и забрал желанное ювелирное изделие – именно его, и больше ничего. Потому что остальные ценности не представляли для этого богача интереса.

Я помотала головой. Нет, притянуто за уши. Сколько лет я наблюдала за тем, как папа разбирает свои дела, сколько загадок решила самостоятельно – уж кому, как не мне, знать, что самое очевидное заключение чаще всего оказывается правдой.

Вот только что это в данном случае? Напрашивались две основные теории. Первая: случайный прохожий заметил незапертую дверь, заглянул в гостиную, увидел яйцо в драгоценностях, быстро отыскал ключ и схватил добычу, а потом его спугнули, и больше он ничего взять не успел. Вторая: кто-то из обитателей или гостей дома – Симона, её племянник, один из его друзей – улучил подходящий момент и забрал яйцо.

«Возможно, на сегодняшней вечеринке мне удастся подтвердить или опровергнуть вторую теорию», – подумала я и снова покосилась на свои наручные часы. Успею забежать к соседям Симоны, чтобы собрать круг подозреваемых по первой теории? Можно будет прикрыться делом о кабачках, чтобы их разговорить, и как бы невзначай задать несколько вопросов, связанных с тайной пропавшего яйца Фаберже.

Я всё ещё стояла перед телефоном, когда он резко зазвонил, грубо прервав мои размышления. Не медля ни секунды, я подняла трубку.

– Алло?

– Нэнси! – крикнула Бесс прямо мне в ухо. – У меня ужасная новость!

Глава седьмая
Сбор улик

Душа у меня ушла в пятки.

– Что случилось?! Что такое, Бесс? Говори же скорее! Кому-то плохо? Кто-то пострадал?

– Нет-нет, ничего подобного, – ответила Бесс немного пристыженно, а потом продолжила: – Ты извини, что я так раскричалась. Просто мама меня попросила остаться дома на несколько часов, приглядеть за Мэгги – бедняжка подхватила желудочный вирус. Так что я не смогу прийти к тебе и помочь выбрать наряд для вечеринки.

У меня тут же отлегло от сердца. Для Бесс это было самое страшное горе на свете.

– Думаю, я это как-нибудь переживу. Уж постараюсь справиться сама и тебя не опозорить.

Бесс хихикнула.

– Извини ещё раз, что напугала. Чем займёшься до вечеринки?

Я пересказала ей свои соображения по делу Симоны.

– Так что хочу пообщаться с соседями. Проверю, знает ли кто-нибудь о том, что яйцо пропало, и в то же время попытаюсь выяснить, кто уничтожает кабачки.

Мы с Бесс поболтали ещё несколько минут, а потом её позвала мама, и она повесила трубку.

Я втайне радовалась тому, что сегодня у Бесс не будет времени изображать из себя модного консультанта. Раз она не придёт, можно со спокойной душой заняться расследованием.

За следующие несколько часов я успела посетить около шести домов на Блафф-стрит. Узнала всё и даже больше о камнях в почках мистера Карра, посмотрела вместе с Ньюбергами видеозаписи из их семейного архива, которые они сняли во время поездки в Лас-Вегас, полюбовалась на новый ковёр Уинтеров, занимавший всё пространство пола от стены до стены, но так ничего и не выведала по интересующим меня вопросам. Только то, что за последние дни пострадали кабачки и в других огородах. Вернувшись домой, я начала собираться на вечеринку.

«Почему злоумышленник расправляется исключительно с кабачками? – гадала я, вставая под душ и настраивая воду. – Чем они ему не угодили? Почему он не трогает помидоры, стручковую фасоль или лук?»

В то же время мне не давало покоя второе дело. Зачем вору пробираться в чужую гостиную ради одного-единственного яйца? Понятно, что это самое ценное из сокровищ Симоны, но ведь несложно было захватить ещё вещичку-другую и выручить за них довольно крупную сумму. Сунуть в карман браслеты с бриллиантами и жемчугом или стащить небольшую картину маслом, а может, антикварную безделушку. Как мне казалось, такую возможность не упустил бы ни профессиональный вор, ни начинающий.

Я мысленно отбросила теорию об одержимом коллекционере. Маловероятно.

Тут я осознала, что уже какое-то время неподвижно стою под горячим душем и напрасно трачу воду.

Выключив кран и понадеявшись на то, что всё-таки машинально помыла голову, пока строила свои теории, я вытерлась полотенцем, накинула свой любимый махровый халат и надела пушистые розовые тапочки.

Оказавшись в своей комнате, обклеенной жизнеутверждающими обоями в белую и жёлтую полоску, я снова задумалась над тайной пропавшего яйца Фаберже. Нет, всё-таки это была не обычная кража. Чем больше я над ней размышляла, тем сильнее убеждалась в том, что семейную реликвию забрал кто-то из обитателей дома. Другие теории казались мне шаткими, поскольку в них чересчур большое место отводилось случайным совпадениям. Провернуть ограбление среди бела дня казалось делом крайне рискованным.

Впрочем, у меня всё ещё не было ответов на самые главные вопросы: кто именно забрал яйцо и почему? Пожалуй, найти их можно было на сегодняшней вечеринке, до которой оставалось около часа. Только я хотела прийти подготовленной, поэтому села за свой письменный стол и включила компьютер. Пора было провести небольшое исследование.

Через пятьдесят минут я знала о яйцах Фаберже всё. Прочитала про российского императора Александра III, который впервые заказал у ювелира Карла Фаберже покрытое драгоценностями яйцо в качестве подарка на Пасху для своей жены, императрицы Марии Фёдоровны. Про сына Александра, Николая II, который продолжил традицию после смерти отца и каждый год дарил по яйцу матери и супруге. Пе́тер Карл Фаберже усердно трудился, всякий раз стараясь превзойти самого себя, и с помощью своих мастеров создавал уникальные яйца невиданной красоты из золота, серебра, драгоценных и полудрагоценных камней, цветной эмали. На изготовление одного яйца уходил чуть ли не целый год.

Русская революция жестоко прервала царский род Романовых, и традиция изготовления яиц ушла в прошлое. Из пятидесяти шести ювелирных шедевров на настоящий момент было известно о местонахождении лишь сорока четырёх.

Разглядывая страницу сайта с фотографиями драгоценных яиц, я случайно заметила время в правом нижнем углу экрана и ахнула. Нэд должен был приехать за мной уже через десять минут!

– Ой-ой, – пробормотала я и поспешно выключила компьютер.

Я носилась по комнате, словно золотисто-рыжий тасманский дьявол, быстро собираясь на вечеринку. Порывшись в шкафу, я извлекла на свет блузку и юбку, которые выбрала вместе с Бесс в наш последний поход по магазинам. Юбка оказалась тесновата, но выглядела прилично. К тому же мне не хотелось тратить время на поиски другого наряда.

После этого я ринулась обратно в ванную. Волосы успели подсохнуть, и мне потребовалось всего несколько минут, чтобы уложить их с помощью фена и щётки для волос. Получилось довольно симпатично. Когда я наносила тени для век лёгкими взмахами кисточки, с улицы донёсся хруст гравия под колёсами автомобиля. Я подбежала к окну, чуть не потеряв равновесие из-за узкой юбки, и увидела у тротуара машину Нэда. Высунулась в открытое окно и крикнула:

– Подожди, я сейчас выйду!

Он посмотрел на меня и кивнул. Я ещё раз окинула взглядом свою юбку, гадая, не стоит ли переодеться, но решила, что на это уйдёт слишком много времени. Стараясь не шагать слишком широко, я подхватила с кровати сумочку, вышла из комнаты и спустилась по лестнице.

Нэд ждал меня на тротуаре.

– Всё, я готова, – произнесла я, отдышавшись. Мне всё-таки удалось сообразить, как ходить в этой узкой, прямой, как карандаш, юбке, и остаток пути я бежала бегом. – Можем идти. Ты как хочешь добраться, пешком или на машине?

Нэд опустил взгляд. Сначала я подумала, что он удивился моему выбору одежды. Не помню, когда последний раз наряжалась в юбку. Он, наверное, тоже. Вдруг Нэд показал на мои ступни и сказал:

– Если ты прямо так собралась идти, лучше всё-таки поехать.

– Ты о чём? – Я посмотрела вниз и обнаружила, что на ногах у меня так и остались пушистые розовые тапочки! – Ой, – выдала я, отчаянно краснея. Нэд рассмеялся. – Надо сбегать переобуться.

– Да ладно, зачем? – с усмешкой отозвался он. – Может, заведёшь новую моду. «Сонный образ».

Я игриво толкнула его локтем.

– Очень смешно! Не вздумай рассказывать об этом Бесс.

Я быстро переобулась в туфли, и всего за несколько минут мы с Нэдом добрались до дома Симоны. Нэд припарковал автомобиль, и мы вышли на лужайку. Тут на дороге показалась машина Бесс. Мы решили подождать девчонок, а потом все вместе направились к крыльцу.

Симона открыла дверь, и мне в глаза сразу бросились её яркая улыбка и стильная шёлковая юбка.

– Привет! – радостно воскликнула она. – Нэнси, Джордж, Бесс, как приятно снова вас видеть! А ты, должно быть, молодой человек Нэнси? – дружелюбно обратилась она к Нэду.

– Да, Нэд Никерсон, – представился он, протягивая руку. – Спасибо за приглашение.

– Тебе спасибо, что пришёл, Нэд, – любезно отозвалась Симона, пожимая ему руку. – Я Симона Валинковская. Все друзья Нэнси – мои друзья. Наверняка она тебе рассказала, что мне вчера довелось пережить. Так вот, Нэнси сразу ко мне пришла и поддержала добрым словом. Очень мне помогла.

Я собиралась немного подождать, прежде чем переходить к теме кражи, но раз Симона сама её подняла…

– Есть какие-нибудь новости о яйце? – спросила я.

Симона печально улыбнулась и ответила:

– Нет, к сожалению. В полиции говорят, что ищут его, но советуют на чудо не надеяться. Только я всё равно надеюсь… Ах, но что же мы стоим на пороге? Проходите, пожалуйста. Ребята нас ждут.

Мы прошли в гостиную, где уже собрались Пьер и его друзья. Всё было готово для вечеринки: на столе горели свечи и стояли тарелки с аппетитными угощениями. Из стереопроигрывателя лилась французская музыка, а Тео в шутку изображал замысловатый гавайский танец перед камином. Рене с Пьером наблюдали за ним, смеялись и хрустели картофельными чипсами. Только Жак выглядел понуро. Он сидел в кожаном кресле в дальнем углу и смотрел невидящим взглядом в одну точку. Рядом с ним на столике я заметила нетронутый стакан лимонада.

Когда мы вошли, все поспешили нас встретить, даже Жак. Симона представила Нэда, и ребята вежливо с ним поздоровались, но их явно больше интересовала Бесс. Честно говоря, этим вечером она выглядела как никогда сногсшибательно. Пастельно-голубое платье подчёркивало красивые изгибы её фигуры и хорошо сочеталось с кожей нежно-персикового цвета. Вскоре Бесс тесным кольцом окружили поклонники.

Нэд, восхищённый гостиной, уставленной всякими интересностями, разговорился с Симоной, и она решила устроить ему небольшую экскурсию по дому. Мы с Джордж подошли к столу, чтобы налить себе по стакану лимонада.

– Тебе не кажется, что Симона слишком весёлая для человека, которого недавно обокрали? – прошептала мне она.

Я кивнула, потому что подумала о том же самом.

– Может, она старается быть гостеприимной хозяйкой и не хочет портить всем настроение, вот и не показывает, как на самом деле расстроена.

Джордж пожала плечами.

– Может быть. Или она больше не грустит, потому что надеется получить щедрую выплату по страховке, которая покроет все расходы на переезд.

– Или так, – согласилась я, загребая горсть разных орешков из посеребрённой миски. – Правда, мы не знаем наверняка, было ли яйцо застраховано. Надо бы это выяснить.

После этих слов я целеустремлённо направилась к Симоне и Нэду, но чересчур поспешила и чуть не споткнулась из-за своей облегающей юбки. Нэд заметил мой провал и с трудом сдержал улыбку. Симона если что-то и увидела, то не подала виду.

– Надеюсь, ты хорошо проводишь время, Нэнси, – искренне сказала она, когда Нэд отлучился за напитком. – Знаешь, я ведь не преувеличивала. Вчера ты и правда очень помогла мне взбодриться и не впасть в уныние из-за кражи. Спасибо.

– Что ты, не стоит благодарности. Мне это было совсем не сложно, – заверила её я. – Слушай, я хотела кое-что уточнить по поводу случившегося. Если ты, конечно, не против.

– Нет-нет, спрашивай о чём угодно, – моментально ответила Симона. – Похоже, ты мой единственный лучик надежды в этом деле. Кто ещё поможет мне найти мою любимую фамильную реликвию? Полицейские считают, что яйцо не вернуть – говорят, оно «пропало бесследно».

Я шагнула в сторону и поставила стакан с лимонадом на небольшой столик. Правда, не для того, чтобы освободить руки. Я заняла более удачную позицию для наблюдения за Симоной, поскольку мне хотелось увидеть, как изменится выражение её лица после моего вопроса.

– Я понимаю, что такую вещь, которая передавалась в семье из поколения в поколение, ничем не заменить, но ведь она очень ценная, так что ты, наверное, получишь компенсацию по страховке?

Симону немного удивил мой вопрос, но никакие другие эмоции на её лице не отразились.

– Забавно, что ты об этом упомянула. Разумеется, оно было застраховано во Франции. Срок истёк незадолго до моего переезда. Я собиралась заново его застраховать в одной из местных компаний. У меня даже назначена встреча с оценщиком на утро понедельника. – Она пожала плечами и помрачнела. – Видимо, придётся её отменить.

Я похлопала Симону по руке.

– Извини, что завела этот разговор. Не хотела тебя расстроить.

– Не глупи, Нэнси. – Симона храбро улыбнулась. – Не ты меня расстроила. Это вина грабителя, а не твоя.

Тут к нам подбежал Пьер и позвал Симону на кухню, чтобы она помогла ему с духовкой, а я пошла к столу с кабачковыми оладьями, которые только что заметила. Вероятно, это были те самые оладушки из ресторана Сюзи Лин. Я попробовала штучку, и в самом деле: вкус был такой же великолепный, как и у всех её блюд.

«Ну как можно давить чудесные овощи, из которых получается такая вкусная еда? Кому такое могло прийти в голову?» – подумала я, мысленно возвращаясь к первому делу, незаметно слизнула с пальца крошку жареного теста и огляделась по сторонам.

Рене уговорил Бесс потанцевать с ним. Они лихо плясали перед камином, хотя их движения совершенно не соответствовали мелодии, льющейся из проигрывателя. Пьер уже вернулся с кухни и теперь болтал с Нэдом и Джордж, а Тео сидел за столом и перебирал компакт-диски с музыкой, выбирая, какой поставить следующим.

«Ладно, – решила я про себя, – раз все остальные заняты, поговорю сначала с Жаком. Вот только… где же он?»

Я снова окинула взглядом гостиную. Да, вот это загвоздка. Высокий, стройный Жак словно сквозь землю провалился. Я пожала плечами и вместо того, чтобы отправиться на его поиски, подошла к Тео.

– Привет. Ну как, тебе нравится у нас в Ривер-Хайтс?

Тео поднял взгляд. Только сейчас, когда мы оказались лицом к лицу, я обратила внимание на то, какие у него умные, красивые карие глаза.

– Очень нравится, мадемуазель Нэнси, – произнёс он с сильным французским акцентом. – Городок очаровательный, люди приятные. Все, кроме одного: того негодяя, который украл сокровище нашей любимой Симоны.

– Да, это ужасно, – согласилась я, стараясь не выдать свою заинтересованность. – Очень жаль, ведь оно было такое красивое. Сложно представить, что кто-то смог посягнуть на чужую фамильную реликвию.

– Вовсе нет, – возразил Тео, пожимая плечами. – Это ценный предмет искусства. Наверняка в мире много желающих завладеть одним из яиц Фаберже. Ещё когда Симона жила в Париже, я всё удивлялся, почему она так беспечно себя ведёт и выставляет его на всеобщее обозрение.

– Пожалуй, многие считают, что нет места безопаснее, чем собственный дом, – ответила я. – Хотя на самом деле это далеко не так. И преступники регулярно этим пользуются.

– Ты совершенно права… Впрочем, хватит о грустном! – Тео встал со стула и протянул мне руку. – Окажешь мне честь и потанцуешь со мной, милая Нэнси? Уверен, твой кавалер не будет против, если я украду тебя всего на один танец?

На моих щеках проступил румянец. Особенно застенчивой я не была, но не привыкла к тому, чтобы обаятельные французские парни забрасывали меня комплиментами.

– Думаю, не будет, – согласилась я и взяла его руку.

Мы присоединились к Рене и Бесс на импровизированном «танцполе», а через несколько минут вместе с нами уже танцевали и Джордж с Пьером. Тео оказался отличным танцором. К тому же он поставил один из моих любимых дисков с музыкой вместо французских песен, так что я отлично проводила время. Сначала Нэд наблюдал за нами, отбивая ногой ритм и улыбаясь, а когда заиграла следующая мелодия, подошёл к Тео и похлопал его по плечу.

– Прошу прощения, можно попросить назад мою даму?

Тео поклонился и изобразил сильнейшее разочарование.

– Ах, я знал, что эта волшебная минута не будет длиться вечно! – воскликнул он и вложил мою руку в руку Нэда.

Я хихикнула, чувствуя себя восхитительно популярной. А потом, танцуя с Нэдом, снова вспомнила о расследовании. Как же я могла забыть, что пришла сюда не развлекаться, а искать зацепки? Когда Симона вышла к нам с целым подносом горячей выпечки, которую только что достала из духовки, все позабыли о танцах и помчались лакомиться ароматными булочками. Я подула на свою, чтобы она немножко остыла, и обнаружила, что рядом со мной у камина стоит Пьер.

Я заметила, что он смотрит на пустую стеклянную витрину, в которой хранилось яйцо Фаберже. Дверцу закрыли, а в остальном она выглядела точно так же, как и вчера вечером.

– Полицейским ещё не удалось напасть на след вора? – как бы невзначай спросила я.

Пьер покосился на меня и ответил:

– Я бы особенно на них не надеялся. Они ясно дали понять, что яйцо вряд ли получится вернуть. Настрой у них был не самый оптимистичный. Они сами не верят, что найдут вора.

– Ну, что поделаешь. Жаль только, что переезд Симоны омрачился таким печальным событием. И как неудачно получилось, что яйцо украли вскоре после того, как приехали твои друзья. Правда, странное совпадение?

Пьер нахмурился.

– На что ты намекаешь, Нэнси? – сердито проговорил он, повышая голос. В эту минуту песня закончилась, музыка ненадолго затихла, и все в комнате услышали его слова. – Хочешь обвинить моих друзей? Знаешь ли, с таким же успехом можно сказать, что из всех жителей Ривер-Хайтс только ты и твои подруги знали, что у Симоны хранится ценная реликвия. Кто мешает нам подозревать вас?

Глава восьмая
Загадочный силуэт

Симона ахнула.

– Пьер! Разве можно так разговаривать с гостями?! Нэнси и её подруги – наши единственные друзья в этом городе. Тебе не стыдно обвинять их в преступлении?

– Извини, – пробормотал пристыженный Пьер и сложил руки в молитвенном жесте. – Пожалуйста, Нэнси… Нет, вы все меня извините. Я это сказал не подумав. Всего лишь хотел заступиться за друзей.

К сожалению, атмосфера успела испортиться. Всем стало немного неуютно.

– Ну ты мастер загубить веселье, mon ami[6]6
  Мой друг (фр.).


[Закрыть]
, – сказал Рене полушутя, обращаясь к Пьеру.

Тот покачал головой.

– Правда, это само с языка сорвалось. – Он взял меня за руку и посмотрел в глаза. – Со мной иногда такое бывает. Нэнси, ты же меня простишь?

– Конечно, – заверила его я. – Нет ничего плохого в том, чтобы заступиться за друзей. Я бы поступила точно так же. Да и я вовсе не думала ни в чём их обвинять.

Мне очень хотелось ударить саму себя по губам. Как же, провела расследование под прикрытием! Теперь у меня ни за что не получится ненавязчиво расспросить о вчерашнем остальных. Впредь надо вести себя осторожнее. Особенно если вор находится сейчас со мной в одной комнате. Наверняка теперь будет меня остерегаться.

Пьер подошёл к Бесс и Джордж, чтобы извиниться перед ними, и тут я заметила, как в гостиную вернулся Жак. Теперь он наблюдал за происходящим с растерянным выражением лица.

– Всё, мы снова друзья? – спросил Пьер, обращаясь ко всем сразу, и тем самым прервал мои размышления. – Прошу, скажите, что да, – или я никогда себя не прощу!

– Не глупи. – Бесс шагнула к Пьеру, положила руку ему на плечо и заигрывающе улыбнулась. – Хватит уже извиняться. Лучше потанцуй со мной! Иначе Рене снова попросит меня составить ему компанию, а у меня после танцев с ним уже ноги отваливаются!

Рене разразился хохотом, к нему тут же присоединился Пьер, и напряжение в комнате вскоре исчезло.

Я вздохнула с облегчением.

Нэд шагнул ко мне и прошептал:

– Любопытно, правда? Как думаешь, он так взбесился из-за того, что его гложет чувство вины?

– Не знаю. Возможно. Может, правда хотел заступиться за друзей. Всё-таки я, считай, обвинила их в краже яйца – по крайней мере, мои слова легко было расценить как намёк.

– Пожалуй, – задумчиво проговорил Нэд. – Всё равно он слишком остро отреагировал.

С этим я не могла не согласиться.

– Конечно, это следует учесть. Правда, чем ближе я узнаю Пьера, тем больше убеждаюсь в том, что он человек импульсивный и эмоциональный. Помнишь, я тебе говорила, что это он предложил устроить вечеринку в первую же минуту нашего знакомства!

Нэд рассмеялся и махнул рукой в сторону кухни.

– У меня горло пересохло после всех этих танцев. Пойду возьму ещё стакан лимонада. Тебе что-нибудь принести?

Мой взгляд упал на Жака, который шёл в прихожую.

– Нет, спасибо, – ответила я. – Мне надо поговорить с остальными подозреваемыми. Теперь уж постараюсь никого ни в чём не обвинять, пока не соберу больше доказательств.

Нэд усмехнулся и отправился на кухню, а я поспешила за Жаком.

– Нэнси, – сказал он, заметив меня. – Привет. Вы с Нэдом хорошо проводите время?

– Да, очень, – с улыбкой ответила я. – А ты? Пытаешься незаметно ускользнуть?

Жак рассмеялся, но вид у него был встревоженный.

– Нет-нет, ничего подобного. Я только вышел на минутку. Подумать. В тишине.

– О чём? – полюбопытствовала я, прекрасно понимая, что сую нос не в своё дело. Может, он думал о мире во всём мире или какой-нибудь ерунде – скажем, о погоде или о том, что забыл подстричь ногти на ногах… Только интуиция мне подсказывала: не всё так просто. Я подозревала, что странное поведение Жака как-то связано с делом об исчезновении яйца.

Жак удивлённо моргнул.

– О чём? Э-э… Выйди со мной на крыльцо, и я тебе расскажу. Мне… Мне необходим свежий воздух.

– Хорошо, конечно. – Я шагнула вслед за ним на широкие скрипучие ступеньки и затворила за собой дверь.

Оказавшись на улице, Жак полной грудью вдохнул тёплый вечерний воздух.

– Ах, так-то лучше, – проговорил он, глядя на дома через дорогу. – Какая чу́дная ночь!

Ночь и в самом деле была чудесная. С крыльца Симоны я видела, как мистер Трейси торопливо подравнивает лужайку в лучах заходящего солнца, и слышала весёлые крики детей, которые играли на заднем дворе дальше по улице. Мягкая летняя темнота покрывалом окутала город, и во многих окнах зажёгся свет.

Я терпеливо ждала, пока Жак ещё что-нибудь добавит, но он явно не спешил продолжать разговор.

– Ну что, – наконец произнесла я. – О чём ты думал? Ты обещал, что расскажешь, когда мы выйдем на улицу.

Я постаралась изобразить игривый, дразнящий тон, как у Бесс. У неё он всегда срабатывал. К тому же Жак выглядел таким отрешённым, что я готова была пойти на крайние меры.

Он повернулся ко мне, и я затаила дыхание. Выражение лица у него было серьёзное, чуть ли не мрачное. Неужели собирался сознаться в преступлении?

Ещё несколько секунд Жак не решался ничего сказать. А потом по его угрюмому лицу расплылась широкая улыбка.

– О, тебе это покажется глупым, но я думал о… о своей новой машине.

– Новой машине? – Не это я ожидала услышать. – То есть?

Жак рассмеялся и прислонился к перилам.

– Видишь ли, меня всегда завораживали американские ретроавтомобили, – объяснил он. – Так что, когда мы с друзьями сюда приехали, я подумал, почему бы не купить себе такой. Я же всегда об этом мечтал. Ну и купил.

– Ты купил машину? – в растерянности уточнила я.

Он кивнул.

– Она замечательная. Ярко-красная, с серебряными полосками, как гоночная, с изогнутыми рёбрами на бампере… Обошлась мне в целое состояние, и ещё придётся заплатить за то, чтобы её доставили во Францию. О покупке, правда, не жалею. В конце концов, я осуществил давнюю мечту. Машина великолепная.

– Не сомневаюсь, – вежливо ответила я. – Судя по твоему описанию, она и правда хорошая.

Его ответ меня разочаровал. Неужели это всё, что занимало мысли Жака? Всего минуту назад я была уверена, что он чувствует себя виноватым из-за кражи, но оказалось, что его всего лишь отвлекали размышления о новом автомобиле.

Я задумчиво посмотрела на соседний участок. За перилами крыльца тёмный дом мистера Геффингтона было почти не видно, тем более что он уже погасил свет. Зато я хорошо видела деревянный забор между участками, сад перед домом и даже часть огорода на заднем дворе.

Жак наклонился ко мне.

– Нэнси, не хочешь как-нибудь покататься вместе со мной? Уверен, моя новая машина придётся тебе по душе. Настоящая американская красавица – прямо как ты.

– Спасибо, – отстранённо произнесла я, увлечённая мыслями о расследовании. Комплимент в данный момент волновал меня куда меньше, чем дело о кабачках. – Да, конечно, я бы с радостью с тобой покаталась.

Жак кивнул и пустился в описание того, как красиво покрашен его автомобиль. Тут я вспомнила, что, пускай Жак и не сознался в преступлении, из него всё ещё можно вытянуть полезную информацию. Вполне вероятно, он знает какую-нибудь важную деталь, которая может мне пригодиться.

Пока я гадала над тем, как плавно подвести его к нужной теме, на заднем дворе мистера Геффингтона что-то мелькнуло. Краем глаза я заметила странную тень, которая двигалась в полутьме.

Я тут же напряглась всем телом и перегнулась через перила, чтобы присмотреться. На участок забрёл дикий зверь? Или вернулся ненавистник кабачков?

Необходимо было это выяснить.

– Извини, Жак, – выпалила я, – мне надо сбегать кое-что проверить.

Я уже собиралась перемахнуть через перила, но вовремя вспомнила, что на мне неудобная юбка. Мысленно проклиная себя за неудачный выбор наряда, я развернулась и спустилась по ступеням крыльца.

– Подожди! – выкрикнул растерянный Жак. – Куда ты, Нэнси?

– Сейчас вернусь! – бросила я, оборачиваясь и не замедляя шаг.

Всё ещё сердясь на себя за узкую юбку, я осторожно, но быстро обогнула дом, ступая по садовой дорожке. Если бы только я надела джинсы или штаны, можно было бы сразу пробежать по лужайке и перепрыгнуть через забор на соседний участок!

Впрочем, переживать тут было не о чем. Если повезёт, этот незваный гость – если тень и правда была человеком – не услышит моего приближения.

– Нэнси! – снова крикнул Жак, и его голос разнёсся по двору. – Подожди меня! Куда ты побежала? Это опасно!

Я поморщилась. О скрытности можно забыть.

Тяжёлые шаги Жака приближались, и я помчалась быстрее. Пробежав ещё несколько ярдов, я увидела бетонные ступеньки, ведущие на участок мистера Геффингтона.

Там я ненадолго остановилась и сощурилась, вглядываясь в темноту.

«Вот! – взбудораженно подумала я. Сердце стучало от приятного волнения. – Вот он, у забора!»

Я присмотрелась к похожему на тень силуэту. Сложно было сказать или хотя бы предположить, кто это. Неизвестный ходил по двору вдоль забора, скрываясь во мраке под невысокими деревьями. Похоже, он и не подозревал о том, что за ним наблюдают.

Меня приводила в восторг перспектива поймать овощного крушителя на месте преступления и своими глазами увидеть, как он колотит несчастные кабачки. Я снова ускорилась. Жак спешил за мной и уже почти догонял. Мне оставалось только молиться, чтобы ему не вздумалось ещё что-нибудь выкрикнуть.

Я понеслась вниз по ступенькам во двор. Перил там не было, и мне пришлось немного замедлиться, чтобы не сорваться.

Вдруг мои ноги почему-то оказались в воздухе, ночное небо перевернулось вверх ногами, и я поняла, что падаю…

А потом перед глазами всё почернело.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю