Текст книги "Сласти злодея (СИ)"
Автор книги: Катя Эрсель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
Глава 22
– Это правда обязательно?
– Мадам, если вы хотите присутствовать на балу в честь цветущей богине Диоксинии, то только в платье от Лакрис де Руа, никак иначе.
Я тяжело вздохнула. Кто сказал, что горничные – это тихие и милые существа? Покажите мне этого лжеца, и я лично заставлю его зашнуроваться не в один, а сразу в несколько корсетов!
Я с тоской выглянула в окно, застеклённое тёмным стеклом. Как я скучала по земному солнышку! А простой пляж не самой чистой речки и вовсе казался мне раем.
Неудивительно, что все демоны ходят с белой, почти полупрозрачной кожей. Или не демоны вовсе? Я всё думала, где они рога и хвост прячут, а оказалось артефакт Чужеземца не совсем корректно переводил расу, которой себя именуют жители Лоогаса. С привычными демонами, которые известны нам из сказок, их связывает только способность заключать нерушимые контракты.
Все обитаемые территорию были под специальным защитным куполом, а для дополнительной защиты окна делались из материала походившее на затанированное стекло. Если демон долгое время пребывал на незащищённых землях, то кожа его становилась красная, как спелое яблочко. А это местные считали хуже гнилых зубов и неприятного запаха.
С того дня, когда я умерла прошло уже три недели. Да, моё сердце и вправду остановилось, я находилась в безвременье. Хотя сейчас, когда лёгкие вновь наполняются воздухом, я могу говорить, думать и чувствовать, вспоминать о смерти странно.
Если бы меня просили описать, что кроется там…за чертой жизни, я бы без раздумий ответила пустота. Но перед ней боль, ведь поцелуй смерти несёт скорую агонию. Я чувствовала, как ломаются кости от падения, разрываются мышцы и связки, но не это звалось агонией. Ей были последние хрипы, в попытке вдохнуть побольше воздуха, надежда заставить сердце вновь качать кровь, неся её по организму. Мы не замечаем этих действий, потому что они заложены природой и именуются рефлексами, но в последние секунды, мгновения перед кончиной – тело уже погибло, а сознание ещё приняло это.
А потом пустота. Нет воспоминаний, бесед с божеством или предложений о перерождении. Вечная пустота, ничего и всё одновременно.
Однако контракты с демоном нерушимы. Зря, я бросалась словами о том, что его можно мгновенно разорвать. Люди ниже этой расы в какой-то неведомой мне иерархии. И если я низшее существо выполнила свою часть уговора, а высший нет – это нарушает божественный закон. Мне даровали жизнь взамен неисполненного договора. Сказала бы я, что мне снова повезло, но…
Часть меня теперь привязана к Империи. Даже, когда моё тело восстанавливалось, и я находилась в коме, меня неимоверно тянуло к месту смерти. Старый библиотекарь Лоогаса рассказал, что когда я вернусь на Землю, одна часть меня замёрзнет, превратиться в камень, и полноценно я смогу жить лишь в Империи. Всё же жизнь слишком большая цена, и боги или кто бы Вселенной не руководил, смогли восполнить лишь половину.
Умирать – страшно, но возвращаться к жизни ещё страшнее. Мне заново приходилось учиться сжимать и разжимать сердечную мышцу, дышать, наполняя альвеолы столь необходимым кислородом. Я чувствовала, как восстанавливаются некогда раздробленные кости, скрепляются нити мышц, слышала и понимала малейшее движение внутри тела.
В извращённом плане я переродилась.
Но была ближе к уродливому чудовищу, которого создал безумный учёный Франкенштейн, нежели к прекрасным бессмертным вампирам.
Мы с Дарио пересекались. Но я испытывала лишь опустошение и равнодушие. Меня уже не волновали прошлые связи и думы, метания. Библиотекарь, мудрый Ёку, сказал, что чувства возвращаются самыми последними. Но в книжке, которую я тайком украла, было написано, что они и вовсе могут не вернуться.
Однако часть меня жила.
Та вздорная, взбалмошная, неугомонная, сильная и независимая женщина. Правда теперь, создавалось ощущение, что со стороны на мою прежнюю сущность смотрит другое, новое существо. Спокойное, я бы даже сказала безучастное, в моменты ярости – жестокое. Та часть, которая досталась мне после смерти.
А может, это сам лик смерти?
Внешне изменились только волосы. Раньше я гордилась своей густой копной каштановых волос, теперь же у меня были тонкие, мягкие, а самое главное, белые волосы. Они напоминали шёлк, совсем как у Дарио.
Два дня назад лечащий врач сказал, что я полностью исцелилась. Я снова могла ходить, хоть для этого и требовались недели тренировок, как же приятно было самой плескаться в ванной или переворачивать книжную страницу.
Всё это время меня занимали мысли о девочках из пансиона, как только ко мне вернулась ясность мыслей, я стала участвовать в собраниях, где обсуждался план их спасения. Иногда приходили раздумья над тем, что сказал Жевон в последние минуты жизни. Как бы я не гнала эти мысли, они приходили перед сном и в голове, раз за разом повторялись:
«Не успело ему исполниться и двух месяцев, как моего сына нашли мёртвым в колыбели, за что тебя и лишили магии»
«Растворил сущность этой женщины, начисто лишённой и крупицы магии»
«Генерал-саламандра»
Прежняя я не удержалась бы от расспросов, но сейчас…я сомневалась, что правда принесёт мне успокоение. Слова Дарио могли сломать меня. Как уже сломало молчание.
Ведь если бы он…если бы он навестил меня. Или отправил весточку, хоть одну строчку, того ужаса получилось бы избежать. Если бы он не убил ребёнка…
Однако в последнем я сомневалась, потому что императрица Алерия относилась к Дарио с почтением и благосклонностью. Как относится правитель к генералу армии, и сестра к брату. Её доброта и расположение действовали и на меня. Иначе как объяснить целый этаж дворца, что выделили под мои покои? Ну, и покои Нинель, соответственно, которую почти сразу же перенесли ко мне.
Она кстати заметно взбодрилась после воссоединения с Дарио, но даже так, всё равно оставалась рядом. А ведь у неё была отдельная комната и штат прислуги!
Теперь мои личные горничные были полностью увлечены предстоящим балом. Мы с Дарио предстанем, как приближённые к императрице, а три его подчинённых «случайно» увлекутся тремя девушками, которых «случайно» выбрали для помощи гостям и пополнения закусок и напитков на фуршете.
В ночь бала уважаемые господа могли выбрать любую воспитанницу пансиона в качестве невесты, помолвка состоится только в случае добровольного согласия девушки.
Это правило развязывало нам руки. Остались лишь формальности, которые в случае осложнений юрист. Я же надеялась, что праздник поможет отвлечься от пожирающей скуки и уныния.
– Как насчёт кораллового? Этот цвет чудесно сочетается с вашей кожей, а волосы кажутся ещё белее. Вы будете светиться, госпожа. – пухленькая Мими с очаровательной улыбкой держала пышное, насыщенно-красного цвета, платье. Оно было без рукавов, а треугольный вырез доходил почти до живота, по всей ткани мерцали узоры из драгоценных камней чуть темнее коралла.
– Может, лучше примерите это? – сказала более дерзкая Зорин. Она вкатила в комнату манекен, на котором было более скромное платье. Оно подходило для юной, романтичной натуры, которая хочет, чтобы ей по вечерам читали стихи. Персиково-розовое, с тремя юбками, на каждом из которых повторяющийся узор цветов. Плечи открыты, но декольте отсутствуют, а ещё есть милые пышные рукава.
– Я выберу первое, – Мими хлопнула в ладоши, а Зорин недовольно хмыкнула. – Но лишь потому, что уже не так юна для розового платья. Зорин, не могла бы ты подобрать украшения и обувь?
– Конечно, мадам.
Служанки говорили, что я добра. Оттого всячески пытались угодить, и расстраивались, если я выделяла кого-то одного. Будто это было какое-то соревнование. Я же просто относилась к ним с благодарностью, ведь они сыграли не последнюю роль в восстановлении после смерти болезни.
Если честно, я бы с удовольствием пошла на бал в джинсах и свитере или на худой конец в своём белом платье. Все эти огромные пышные юбки не вселяли никакой уверенности, а от корсетов у меня уже начинала кружиться голова.
– Его императорское высочество, не сможет даже посмотреть в другую сторону. – Мими, которая укладывала волосы, наверняка, хотела этими словами подбодрить меня, но во мне всколыхнулась чистая, необузданная ярость.
– Замолчи.
– Простите, госпожа, я не хотела вас обидеть.
Я вздохнула.
Ненавижу эти бесконтрольные вспышки гнева. Дальше Мими работала молча, а когда причёска была почти готова, горничная начала всхлипывать.
– Я не хотела срываться на тебе, Мими, – мне захотелось вновь вздохнуть, но что-то я зачастила с этим. – Это последствия…болезни.
– Я понимаю, госпожа. – её пухлые губы скривились, как у ребёнка. – Мне не стоило упоминать о…генерале.
А мне не стоило лететь на свет пламени. Я вспомнила, как в прошлой жизни, отчаянно хотела найти любовь, «идеального мужчину», я даже думала, что нашла его. Сколько же глупости и наивности было в моей душе. Как я могла желать любви, если она приводит лишь к потерям и бедствиям?
Мими закрепила причёску душистой водой. Это был сложный аромат, но я безошибочно почувствовала запах лаванды и мёда. Затем началась самая отвратительная часть, именуемая «оденься, если сможешь». Слоев нижнего белья было так много, что я сбилась со счёта. Причём всё оно было полупрозрачное и такое лёгкое, что ничего не прикрывало и не защищало. А надевали его, видимо, лишь для галочки.
Зато платье по весу превосходило всё бельё вместе взятое. Я думала, что у меня подогнуться коленки в обратную сторону от его тяжести. Но Мими и Зорин работали ловко и быстро, и даже не давали мне разныться или разозлиться.
В последнюю очередь Зорин передала мне бархатную коробочку с белым бриллиантовым колье. Ну, или мне просто очень хотелось, чтобы это были бриллианты. Горничные подвели меня к зеркалу, и я ахнула.
На меня смотрела не Раиса Журавлёва, заместитель директора страховой компании (в прошлом, потому что меня с вероятностью 99% уволили), а герцогиня Ра Юса Лону Грандиэль герцогиня Экштевская и жена генерала главной армии Империи Лоогаса.
Я блистала, а Зорин и Мими крутили меня так и эдак, чтобы насладиться проделанной работой.
Интересно, Дарио понравиться?
Мысль кольнула не хуже толстой иголки. Я яростно помотала головой и под довольные вздохи горничных, покинула свои покои.
***
– Вы очаровательны, жена, – демон с нажимом подчеркнул последнее слово.
– А вы слишком любезны, муж.
Наверное, стоило сказать, что Дарио прекрасен в своём белоснежном парадном кителе с расшитым воротником и наплечниками. Мы могли бы сойти за принцессу и принца какой-нибудь второсортной сказочки, но никак не жену и мужа.
В такой роли представлять нас я боялась не желала.
Мы прошли в широкий бальный зал после того, как нас объявил церемониймейстер. Инстинктивно я покрепче прижалась к Дарио, когда большинство гостей посмотрело на нас. Наше положение заметно выделяло нас среди всех гостей. Неудивительно, что к нам практически сразу подлетела мадам Лионс.
– Ваша светлость, – она слегка опустила голову. – Чем могу быть обязана.
– Трое моих приближённых хотят расстаться с холостятской жизнью, кроме того они ещё и мои друзья, поэтому я не мог… – речь Дарио прервал с грохот упавшего подноса. Недалеко от нас Женьвьева отчаянно краснела от близкого контакта беседы с одним из тех самых «друзей». – Пропустить это событие. К тому же моя жена давно не выходила в высший свет.
Наверное, слова «высший свет» окончательно растворили тревогу мадам Лионс, она удалилась, пожелав нам хорошего вечера.
***
Я наслаждалась вкусными закусками и шампанским. А ещё наблюдала интереснейшее знакомство девочек и солдат из армии Дарио. Видимо, они не узнали меня или были слишком увлечены партнёрами, раз так и не подошли поздороваться.
Что ж, не гордая, сама подойду.
Только я проглотила клубнику в шоколаде и твёрдо вознамерилась пойти в сторону Лили, как передо мной возникла могучая фигура Дарио.
– Ты задолжала мне танец, – ухмылка, волосы небрежно зачёсаны назад.
– Тебе ли говорить о долге, демон, – я попыталась обойти его, но треклятое платье лишило меня всяческой манёвренности. – К тому же я не знаю, ни одного танца, все сразу поймут, что я фальшивая герцогиня.
– Я поведу, – он умудрился поймать мою ладонь и крепко сжать. – Больше подозрений вызовет то, что ты весь вечер простояла у фуршета.
Ну, хочешь потанцевать? Щас, мы с тобой попляшем. Только потом не жалуйся, что я тебе все ноги истоптала.
Похоже, Дарио услышал мои мысли, иначе как объяснить то, что его ухмылка стала ещё шире.
Зазвучала приятная медленная мелодия. Почему-то она больше напоминала мне песни для медлячка на школьных дискотеках, чем на классическую композицию для вальса. А ведь меня так никто и не пригласил, сколько не приходила на вечеринки, всегда на медлячке стояла в углу.
Одну руку он положил мне на талию. Прикосновение обожгло. Другая ладонь соединилась с моей. Действительно, классический вальс. Вспомнилось выступление в выпускном классе, где я на всеобщее посмешище танцевала сама с собой.
Снова этот опьяняющий запах, принадлежащий только ему. Я постаралась дышать не слишком глубоко, боясь, что теряю рассудок от одного пребывания рядом с этим мужчиной.
– Я говорил, что ты божественно выглядишь? – он прошептал, остановившись в паре миллиметров от моего уха. Дыхание опалило чувствительную кожу, и я едва смогла подавить вздох.
– Нет, ты лишь сказал, что я очаровательна.
– Это было недопустимым преуменьшением.
Мне, кажется, или воздух стал тяжелее. Он сгустился вокруг плотным паром, отделяя нас от остальных пар. Какая-то часть меня затрепетала, другая по-прежнему оставалась равнодушной, пока оставалось, потому что чуяла я, что с каждой секундой в душе оседают ядовитые капли гнева.
Надо предупредить девочек, успокоить и сматываться отсюда куда глаза глядят. Хватит пользоваться расположением императрицы и её брата. Я встретилась с небесно-зелёными глазами Дарио, мне пришлось покрепче ухватиться за его плечо, потому что из-за мимолётного зрительного контакта, я чуть не потеряла равновесие.
Пусть одна часть теперь навечно запечатана в Империи, я вернусь домой. В свою квартиру. Прямо сей…
Дарио резко уронил меня, в последний момент удержав другой рукой. Я от такого паса в конец рассвирепела.
– Достаточно, никто уже не станет сомневаться, что нас связывают более тесные узы, – я осмотрелась, как и прежде, никому до нас не было дела. – Мы уходим.
Но демон не отпустил.
Хоть и заиграла новая мелодия.
– Ты никуда не уйдёшь, пока мы не поговорим, – сказал он тихо, с притворным спокойствием.
– Нам не о чём разговаривать, – я ещё раз дёрнулась, но значительно уступала ему в силе. – Отпусти, а то…
– А то? – я и не заметила, как перешла на русский, но Дарио не стал меня поправлять, а заговорил на моём языке.
– Я тебе рожу расцарапаю, – горничные позаботились о моём маникюре, меняя цвет лака каждую неделю, даже несмотря на то что я никуда не выходила. Красавицы Лоогаса носили длинную, заострённую форму, поэтому моя угроза не была пустой.
– Также, как царапала спину на Форосе?
Наверное, он надеялся пробудить во мне страсть, ждал, что нахлынувшие воспоминания заставят броситься в его объятья…Честно я бы так поступила…поступила бы, если не умерла.
– Вот и узнаем, – в доказательство своих слов, я с силой надавила каблуком на его ногу. Жаль, сейчас в моде бальные туфельки, а не клубные шпильки. Дарио зашипел. Я уже думала, что он отпустит, но вместо этого демон повёл меня из центра зала в угол. К сожалению, не в сторону фуршета.
– Да, что с тобой? Я думал…думал… – он запустил пятернёй в волосы и шумно выдохнул.
– Думал, я люблю тебя? – теперь я сокращала расстояние между нами. Но вовсе не в порыве страсти, а гнева, который больше не могла сдерживать. – О, да, ты абсолютно прав, демон, я тебя очень любила, готова была всё что угодно отдать ради того, чтобы быть рядом. А потом…упс, – к несчастью для Дарио рядом пробежал официант, я опьянённая происходящим, взяла с подноса бокал шампанского и слегка опрокинула, пару капель скатились по плотной ткани мундира. – Ты бросил меня, – ещё одна порция напитка «попала» на моего «мужа». – Упс..меня похитили, – в бокале осталось меньше половины. – Упс…оказалось ты всего лишь использовал меня… – ещё немного вылилось ему на брюки, может, это поможет ему охладиться. – И в завершение, я умерла. Упс!
Я встала на цыпочки, вытянув губы, будто хочу поцеловать его, но лишь вылила остатки шампанского на макушку, прозрачные капельки зацепились за белоснежные пряди. Схватилась за плечи, чтобы не упасть, и шепнула напоследок.
– Я больше не та Раиса, – приблизилась к самому уху. – Ты убил её.
Глава 23
Всё фальшь.
Притворство.
Игра.
Его забота, сильное мужское плечо, доброта и честность, которые казались в нём милее всего. Разве можно было так убедительно играть? Взгляды, улыбки, смех, дурацкие несерьёзные споры, кто в «Санта-Барбаре» лучше…всё ложь.
Спектакль для дурочки.
Жевон был прав.
Генерал-саламандра.
Надо будет раздобыть книжку со сказкой и ознакомиться с первоисточником. Может, хоть тогда я пойму причину и взаимосвязь его поступков.
Зря, я переживала о девочках. Стоило догадаться, что люди Дарио сразу же предупредят их об операции. И раз они весь вечер избегали меня, значит держат обиду. Можно понять, я ведь их бросила…на своей шкуре знаю, как это неприятно.
Лучше получить отказ, чем пустое обещание.
Все процедуры, чтобы забрать их из пансиона заняли так много времени, что вернулись мы уже к полудню следующего дня. Портал прямо из бального зала открыть не удастся, нужно выйти за антиперемещательное поле и только после удастся попасть в Империю.
Я была вымотана настолько, что даже не стала препираться, когда Дарио помог мне взобраться в карету. По его лицу я поняла, что он расстроен, хотя на его месте я бы пылала яростью. Хотя, может, и сейчас демон играет роль, а как только мы окажемся наедине в карете, он придушит меня.
Я так устала, что едва ли смогу сопротивляться.
Вздрогнула, вспомнив холодные костлявые руки, сжимающие органы в предсмертной агонии.
Всё, чего я по-настоящему желала – это отдохнуть и вернуться в мою милую квартиру. Можно в обратном порядке, я не возражала. А уже после пробуждения, я поговорю с Лили, Женевьевой и Эвелин, мы обсудим их дальнейшую судьбу.
Под мерный стук колёс по брусчатке, я заснула.
После смерти мир снов закрывается. Не приснятся больше сладкие поцелуи красивого незнакомца, не вернуться близкие из прошлого, не разбудит жуткий кошмар. Сны походили на Лимбо. Хранилищ душ, где царствовала пустота и безвременье. С одним лишь отличием – ты понимал, что спишь. Сон ничем не отличался от поверхностной дремоты, когда тело не двигалось, но ты всё ещё пребывал в сознании.
Казалось прошло всего пару секунд, но вскоре кто-то мягко позвал меня. Дарио несильно сжимал моё плечо. Приехали.
– Думаю, нас всем не помешает хороший отдых, – сказал он. Солдаты кивнули, девочки такие же сонные, как и я, едва стояли на ногах. Демон открыл портал, пропуская всех вперёд.
Надо отдать должное, манеры у него безукоризненные.
Портал вёл на мой этаж. Я попросила разместить девочек в моих покоях, каждой была выделена комната.
Солдаты кивнули, прощаясь. От меня не скрылись те грустные взгляды, которые девушки бросили им вслед. Наверное, так распорядились боги или высший закон, иронично, если они решат связать эти души нитью судьбы.
Надеюсь, в этот раз нить окажется крепче.
***
Мир потихоньку восстанавливался.
Меня уволили с работы. Новость хоть и грустная, но на рынке труда сейчас такой голод, что уже через неделю я с лёгкостью устроилась в другую компанию. И не на должность заместителя директора, а главой отдела. Я всё же получила повышение, о котором грезила в прошлом году.
В свободное время девочки развлекали меня разговорами о будущем. Было так забавно знакомить их с техникой, а когда мы в первый раз сходили в кинотеатр на какую-то посредственную комедию, они ещё полночи не переставали говорить, что никогда не встречали подобных чудес.
Приятно было дарить сказку. Пусть эта сказка заключалась в простых мелочах. Прогулка в парке, поездка на автобусе, воскресные покупки на продуктовом рынке.
Расходы выросли, но не критично. Оказывается, в прошлом я была той ещё транжирой, тратя деньги направо и налево.
Чувства постепенно возвращались.
Первый всплеск чувств я ощутила, когда приехала к родителями. Папа стоял в моей комнате, и долго смотрел на статуэтку балерины, которую привёз мне из командировки. В детстве я думала, что стану балериной.
– Пап?
– Прости, просто, – в его светло-голубых глазах застыли слёзы, он начал быстро моргать, пытаясь смахнуть их. – Вспомнил, как ты каждую субботу устраивала нам представления, надевала пачку и танцевала.
Мне очень захотелось обнять его. Другая часть, приобретённая после смерти, воспротивилась и умоляла избегать любого проявления чувств.
«Сентиментальный бред», – кричала она, но я смахнула пелену, сделала пару несмелых шажков и обняла папу. Он такой большой, похожий на огромного плюшевого медведя затрясся. Плакал, словно знал, что мог потерять дочь. – «Уже потерял», – злобно ухмыльнулась тень.
– Мои вы цыпляточки, мои сюси-масюси, – к нам подошла мама, и мы ещё пару минут просто стояли вместе. Я чувствовала сладкий, резкий аромат духов и смесь машинного масла с лосьоном для бритья. В то мгновение казалось, что счастье переполняет меня до краёв.
Тень скребясь и изворачиваясь впервые отступила.
– Курочка моя, где осветлялась? Мастер на славу постарался, кажется, что это твой натуральный цвет! – мама затараторила, рассказывая всё нужное и ненужное. Второго больше, но у меня на душе было как никогда спокойно. – И что с тем иностранцем?
Поперхнулась чаем.
Всё это время я старательно игнорировала любые мысли о Дарио. Даже после всего, что произошло, часть меня тосковала по нему. Сильно и безнадёжно.
Словно болезнь, мысли о нём распространялись по телу, вызывая противоречивые эмоции. Тень довольно урчала, когда в голове я начинала прокручивать план мести, в конце которого Дарио будет мёртв. А прошлая часть меня хлопала в ладоши и радовалась, когда наперекор всему, я хотела встретиться с ним.
И похожа одна из частей преуспела, потому что через две недели после встречи с родителями, в гостиной образовался тёмно-фиолетовый портал. Ко всеобщему удивлению, потому что как раз в это время Эвелин и Лили смотрели «Любови и голуби», а Женевьева пошла в магазин за попкорном и чипсами. Я хотела разгрузить комод, но после работы, едва могла заставить подняться себя с кровати.
Ну, хоть какой-то толк от демона! Его появление взбодрило. Эффект сравнимый с энергетиком в пересмешку с крепким кофе.
После пребывания в Империи, непривычно видеть его в простой широкой футболке и джинсах. Прошлая я влюблённо вздохнула, как же меня это бесило. Наверное, пора уже в психбольницу с этим раздвоением личности.
– Чем могу быть любезна? – «Зачем ты припёрся?».
– Я… – демон посмотрел на испуганных девочек и осёкся. – Нам нужно поговорить.
– Я думала, мы всё обсудили на балу, – его щёки залились очаровательным румянцем, а вместе с ним тепло затопило всё моё тело.
– Это касается того, что сказал Жевон.
– У тебя пятнадцать минут, – девочки бросили взгляд на меня, потом на Дарио, и прямо в пижаме, футболке и длинных клетчатых штанах, поспешили удалиться…на улицу.
– Эмм…нам…это… – начала Эвелин, которую Лили тянула к входной двери.
– Я забыла сказать Жен, чтобы она купила газировки, – продолжила Лили за подругу. Благо, на улице ещё было тепло. Листва только начинала желтеть и последнюю неделю держалось бабье лето.
– Да, точно, газировка. – ушки эльфийки задёргались, а лицо теперь сливалось с цветом волос.
Дверь громко захлопнулась, оставляя нас наедине.
Тень продолжала настаивать, чтобы я схватилась за нож и всадила демону прямо в ... неважно.
Чтобы демон не имел ввиду, историю про убитого младенца или рассказ о том, почему он врал, что я обладаю магией, мне любопытно послушать.
– Обещаешь ли ты говорить правду, правду и ничего кроме правды? – сказала я голосом из мультика. Дарио притворно поднял руки, защищаясь. На мгновение я вернулась в прошлое, такое далёкое, когда в неведении я ещё доверяла ему.
– Ты изменилась, – сказал он, блуждая то ли насмешливым, то ли похотливым взглядом по мне.
– Тебе ли не знать, как смерть меняет людей.
Я понимала, что эти слова ранят, потому что…хотела его ранить. Причинить, хоть сотую часть боли, на которую он обрёк мою душу.
– Не знаю с чего начать… – он и вправду выглядел растерянным, похож на пятиклассника, который не знает где поставить запятую в диктанте.
– Мы можем помолчать ещё четырнадцать минут, и мирно разойтись, – кажется, демону такой расклад не понравился. Он недовольно хмыкнул и сел на диван.
– Помнишь, я говорил, что меня предали? – кивнула, не понимая куда он ведёт. – Не я убил ребёнка, уверен, это маркиз Хорхулл, который руководил армией до моего назначения, он как-то раздобыл чистый магический потенциал, по нему легко можно определить, кто причастен к делу. Жевону тогда нужен был только повод избавится от меня, и он лишил меня магии и отправил в место, откуда невозможно выбраться.
– А Алерия? Она как-никак лишалась ребёнка, которого ты предположительно убил, – задала я вопрос, который так давно мучил меня. – Почему она не выгнала тебя? Не отомстила?
– Это был не её ребёнок, – ноги подкосились, я не выдержала и рухнула на диван. С этими людьми существами вообще всё нормально? – У неё случился выкидыш на позднем сроке, но Жевон не мог оставить этого. Общий ребёнок был гарантией, ну, или скорее псевдогарантией, что он удержит власть. Когда пришло время «родов» он взял безымянного мальчика-сироту, мать, которого вскоре после его рождения умерла, а отец бесследно исчез.
– Он готов был…пожертвовать «чистотой» крови ради…ради чего?
– Ради хоть и призрачной, но возможности править Империей, – глаза Дарио помутнели, будто он находился не здесь. – Он не переставал держать Алерию в страхе, я думал, что она сойдёт с ума, поэтому хотел как можно скорее вернутся.
– И тогда ты попал в ужасный и без магический мир к самой отвратительной и жестокой Раисе, – раздражённо продолжила я его историю. Если он хотел разжалобить меня своим рассказом, то у него получилось, вот только жалость я испытывала к императрице и ни в чём неповинному ребёнку.
– Нет, я не могу объяснить…меня должны были заточить в вечные льды, так как проступок мой должен караться хуже смерти, – на последнем слове я побоялась, что у меня начнётся нервный тик. – Ты что-нибудь делала перед тем, как я появился?
Я возвела глаза к потолку, со стороны выглядело, будто я силюсь вспомнить действия новогодней ночи, но на самом деле я украдкой смотрела на чашу люстры. Она была тёмно-коричневой, почти матовой, поэтому мои красные стринги, едва ли были заметны. Но я знала, что они там. С той самой новогодней ночи.
Я покачала головой, стараясь не выдать правду.
– Не знаю, в чём причина, но я перенёсся сюда. Мир лишённый и крупицы магии. Думаю, Жевон узнал обо всём сразу же, но его устроил такой вариант. В прошлом Земля стала тюрьмой для большинства преступников магических измерений. А потом я встретил тебя…
На этом в его голосе появились хорошо знакомые бархатистые, нежные нотки, которые уже принадлежали мне.
Но я постаралась вернуть себя к самой интригующей части его рассказа. А именно обману ни в чём неповинной смертной женщины.
– Я обманул тебя, – наверное, правильнее было разозлиться, но в это раз и тень, и прошлую часть меня затопило чувство безысходности. – Сказал, что научу магии, хотя прекрасно знал чем это обернётся…
– Чем? – я слышала себя словно под толщей воды.
– Год жизни за каждый крупный скачок магии, – он выжидающе посмотрел на меня, будто хотел, чтобы я бросилась на него с кулаками. Я же не могла даже пошевелиться. Что-то во мне оборвалось, сжалось. Демон, прокашлявшись, продолжил. – В общем я украл у тебя около 12 лет жизни.
Перед глазами вспыхнули картинки счастливого будущего. Красивое слайд-шоу, где я нянчу детей, веду малюток в школу, делаю успешную карьеру, а потом всё это резко обрывает смерть. Даже не давая попрощаться.
Он украл у меня 12 лет жизни.
Практически сам вонзил клинок в сердце.
– Но вскоре я понял, что совершил. Однако уже не мог признаться, поэтому решил, что когда всё закончиться, то сделаю всё возможное, чтобы отдать тебе долг, потому что я полюбил т…
– Не смей, – я закричала. Слёзы заструились по щекам.
Боже, я так давно не плакала.
Думала, что уже разучилась.
– Не смей признаваться мне в любви после того, как обманул меня!
– Раиса, – он сжал мою руку в своей крепкой, горячей ладони. – Я люблю тебя. Я…чтобы ты не выбрала прими это, – Дарио поставил передо мной флакон с тёмной жидкостью, на свету она отдавала красным. – Это исцелит твою душу, также, как ты исцелила мою. Теперь ничто не посмеет украсть твою жизнь, потому что она навсегда связана со мной. Договор смерти высших переплёл наши судьбы, и если придёт конец одному из нас…
– Погибнет другой, – договорила я, уже слабо понимая происходящее. Обстановка душила меня. Я хотела придушить его, хотела ударить, хотела рассмеяться, хотела бесконечно плакать, хотела поцеловать Дарио…как же я хотела его поцеловать… – Сколько живут демоны?
– В среднем 250 лет, но встречаются долгожители, которые живут на сотню больше.
– Значит…я правильно понимаю, что потеряла 12 лет, но из-за нашей…связи, буду жить на лет 200 больше?
– Да, – Дарио сжал мою ладонь, так крепко, что я уже не решилась отбиваться.
– А что с Серциллой, кто она? Твоя жена? – не время таить, не время поддаваться, где же прячется тень, когда она так нужна.
–
– Моя наречённая, – сухо констатировал демон. – В наших кругах не место бракам по любви, я не стал исключением. В восемь лет меня обручили с Серциллой. Мы росли вместе, и хоть и не смогли полюбить друг друга, но стали лучшими друзьями. Она была нежна и невинна, светлая, как первый луч весеннего солнца, пока…пока не связалась с моим братом.
– Неужели он убил её? – к моему сожалению Дарио кивнул. Он рассказал длинную историю, как его наречённая полюбила Жевона, а тот лишь использовал её. Когда Дарио поднял восстание против брата, чтобы спасти сестру, он убил Серциллу прямо на его глазах.
– Я любил её. Не как женщину, а как самого близкого друга, как единственного, кто не считал меня монстром.
Бросила взгляд на циферблат, у Дарио оставалось меньше двух минут.
– Я делал плохие вещи, многим жертвовал во благо долга и семьи. Но встретив тебя, осознал, что могу быть другим. Лучше. Я понял, что силу, заключённую во мне можно направить в доброе русло, что я могу выбрать другую судьбу. Я люблю тебя настолько сильно, что готов отказаться, если ты прикажешь. Мне ненавистна мысль, что тебя будет целовать другой, что ты будешь улыбаться не мне, что я никогда не назову тебя женой, но…если ты будешь счастлива, я готов вынести эту пытку.
