Текст книги "Гувернантка для дочери дракона (СИ)"

Автор книги: Катрин ле Брок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

«Кто же ты такая, моя таинственная гувернантка?» – подумал я про себя и спрятал клочок бумаги в брюки. Я обязательно с этим разберусь, а пока нужно ехать во дворец.

Воины превращались в драконов, брали в лапы перепуганных девушек и взлетали с корабля в небо. Я подошел к гувернантке и спросил:

– Вы полетите со мной. Простите, забыл ваше имя.

– Оливия, – ответила она, – а это не опасно?

Её пронзительные карие глаза смотрели со страхом и вызовом одновременно. А мой зверь опять начал к ней принюхиваться, что за? Меня невеста вообще-то в замке ждёт, но дракон не прекращал и на мои доводы не реагировал.

И вместо того, чтобы взять её в лапы, после оборота он завис в воздухе около корабля и протянул ей крыло. Это что-то новенькое… Она подошла и с опаской потрогала крыло, а потом погладила его, и я услышал, как мой зверь начал урчать, да так громко и с таким удовольствием.

Я повернул морду в её сторону, чтобы оценить её реакцию, и удивился. Она стояла, продолжая гладить крыло, и улыбалась, так открыто и искренне, что я залюбовался.

Попытался послать ей мысленный посыл, что пора лететь, хотя самому нравились её действия, но король ждать не любит, но не был уверен, что она его получит. И какого же было моё удивление, когда она мне ответила.

– Николь, зайка, твой папа просит, чтобы мы залезли к нему на шею, нужно лететь.

Её голос дрожал, я чувствовал, что ей страшно, а у меня разлилось тепло под чешуёй такое странное и непривычное. Она подняла Николь на руки и помогла ей взобраться на крыло, а после стала подниматься сама, помогая моей малышке удобно устроиться перед собой между наростами и прижимая её к себе.

Ни одна женщина, кроме Вирджинии, не относились с такой заботой к Николь. Я тряхнул головой и взлетел, окутывая теплом своих наездниц. Может, она та, кто сможет стать Николь мамой, нет, глупости, меня в замке ждёт Карин и как только я со всем разберусь, поеду к ней и буду долго вымаливать у неё прощение за то, что оставил её одну так надолго. Надеюсь, она меня поймёт.

Долетев до королевского дворца и разместив Николь и Оливию в своих гостевых покоях и приставив к ним служанку, я пошел к королю. Брамс был уже в кабинете.

– Ну, – начал король, – рассказывайте.

– Пленные сейчас в темнице, – ответил Уилл, – и я бы хотел присутствовать на допросе.

– Я тоже хочу присутствовать на допросе, – сказал я резко, – а ещё лучше участвовать в нём, потому что среди похищенных девушек была и моя дочь.

– Вот как, – ответил король, – раз так, даю добро.

В этот момент в дверь постучались, а после разрешения короля в кабинет вошёл советник Скунис.

– Ваше Величество, мне стало известно, что генералы поймали преступников, – заискивающе начал он, кланяясь королю, – они проделали огромную работу, может теперь допросом займутся те, кто должен, а наши отважные генералы наконец отдохнут?

– Советник прав, – ответил король, – не думаю, что за ночь с арестованными что-нибудь случиться. Идите отдыхать, а завтра с утра начнёте допрос.

Поклонившись, мы вышли из кабинета и пошли в свои покои. Вот только допроса утром не состоялось, потому что пленники лежали на полу в своих камерах с перерезанным горлом, в принципе, как и охраняемая их стража лежала тут же.

Глава 12 Полёт на драконе во дворец

Оливия

В бочке воняло перегаром, видимо, здесь хранилась какая-то брага, но нам повезло, что они оказались пусты. Кое-как разместившись внутри, я прижимала к себе Николь как можно ближе, страх, что бочка может развалиться, не покидал. Не хотелось, чтоб нас так быстро нашли. От страха дрожали и руки, и ноги. В ушах стоял звон, поэтому мыслить ясно не получалось.

Я прижала Николь к себе ещё сильнее, потому что снаружи послышались шаги. Как же было страшно, внутри всё скрутило тугим узлом, мешая нормально сделать вдох. Послышалось шуршание, потом женский визг, и что-то упало.

– Нашёл, – раздался мужской крик, в этой тишине он показался оглушительным.

– Поднимайтесь наверх, с вами больше ничего плохого не случится, – вещал всё тот же мужской голос.

Девушки что-то ему отвечали, а я не могла разобрать, даже из бочки вылезти не могла от страха. Николь сама ко мне прижималась, дрожа всем тельцем.

И вот над нашей головой пробился лучик света – крышку сняли, и показалось мужское лицо. Гладковыбритое, с прищуренными серыми глазами и мягкой улыбкой.

– Вылезайте, вам больше ничего не угрожает, – сказал мужчина и подал руку.

А у меня ноги онемели, я даже пошевелить конечностями не могла, не то чтобы встать. Я попыталась подняться с Николь на руках, но у меня не получилось. Тогда мужчина протянул руки к малышке, но она вцепилась в меня ещё сильнее.

Тогда он просунул руки в бочку, взял меня за попу и стал поднимать наверх. Я терпела это ровно до того момента, пока он нас не вытащил и не стал мою пятую точку наглаживать.

Вот тут я уже не стерпела и влепила ему звонкую пощёчину. Правда, тут же испугалась последующей реакции от него. Но он только мотнул головой на выход и прикрыл щеку рукой. Я пропустила его вперёд, совершенно не зная, куда идти.

Прижала к себе Николь сильнее и пошла в сторону лестницы. В нос ударил морозный воздух вперемешку с тухлятиной, а когда поднялась на палубу, то увидела, что повсюду валяются мёртвые тела в луже крови.

Я прижала Николь к себе так, чтобы она не видела этих ужасов, и закрыла глаза, представляя себе, что я нахожусь где-нибудь в другом месте, чтобы подавить подступающую тошноту, но выходило плохо, хотя главное, чтоб малышка этого не видела.

– Николь? – услышала я знакомый мужской голос и открыла глаза.

Напротив нас стоял граф. Николь завозилась в моих руках, а когда повернула голову, проговорила едва слышно, почти пропищала:

– Папочка.

Мужчина бросился бежать к нам, но остановился в двух шагах и стал внимательно осматривать наш внешний вид, закипая при этом от злости.

– Папочка, мне было так страшно, как хорошо, что ты нас спас, – сказала Николь и потянулась к отцу. Мужчина хотел взять её, но потом попросил меня закрыть ей уши и повернулся к двум мужикам, видимо, это были пленные, которых я сразу не заметила.

– Ключи, ублюдки, а то я вам сейчас буду отрывать конечности, пока не найду, ну? – сказал граф, а я аж вздрогнула от его голоса. Вроде бы не кричал, а у меня мороз по коже прошёлся.

– Ваше Величество, мы нашли похитителей, – услышала я, как один из мужчин, по комплектности похожий на графа, со светлыми волосами с кем-то разговаривал, – что теперь делать?

– Всех во дворец! – ответил ему властный мужской голос. У них что, и телефоны есть? Может быть, я смогу позвонить родным и сообщить, что со мной всё в порядке, чтоб не переживали.

Пленники заерзали, к ним подошёл один из мужчин с защитными пластинами на одежде, забрал ключи у одного из пленных и стал расстёгивать кандалы и ошейники. Граф взял на руки Николь, чтоб нас тоже освободили от оков, аккуратно прижимая её к себе, чтоб не касаться содранной кожи на ручках и ножках. Она обвила его своими маленькими ручками и ножками, как обезьянка, уткнулась ему в шею и заплакала, а у меня сердце сжалось оттого, что я ничем не могу ей помочь. Была бы моя воля, я бы взяла на себя её страх и боль.

– Арррррр, – я вздрогнула от прокатившегося как будто бы рёва дикого зверя, но я никаких животных здесь не увидела.

Я видела, с какой ненавистью он посмотрел на пленников, но сдержался, видимо, их хотят допросить. И тут я вспомнила про книгу, которую нашла в тайной комнате, куда мы с Николь спрятались, думаю, графу стоит её почитать, ведь там было написано про Николь и её магию.

– Подождите, – крикнула я мужчине, вытаскивая книгу из кармана платья и протягивая графу, – вот, думаю, вы должны её прочитать. А потом пошла догонять остальных. Совершенно никакого желания не было здесь задерживаться.

Двое мужчин подошли к борту корабля и, повернувшись к девушкам, о чём-то с ними начали разговаривать, а после вокруг них появилась дымка, и уже через пару секунд в воздухе зависли огромные… драконы. Как такое возможно? Между тем девушки подходили к драконам с опаской, а те осторожно брали их в лапы и взлетали, пленников также в лапы взяли, вот только с ними никто церемониться не стал.

Затем подошли ещё мужчины и, превратившись, подхватили оставшихся девушек и взлетели. А я смотрела с замиранием сердца на эту картину, ведь драконов я видела только по телевизору, а тут живое величественное существо. Хочется и спрятаться, и взгляд при этом отвести невозможно.

И пока я стояла и смотрела, как величественные существа взмывают в воздух, ко мне подошёл граф.

– Вы полетите со мной. Простите, забыл ваше имя. – Я опять вздрогнула от неожиданности. Честное слово, ещё немного, и я буду дёргаться и заикаться на постоянной основе. Перевела взгляд на мужчину и ответила, задав интересующий меня вопрос:

– Оливия, – кажется, я уже срослась с этим именем, хотя оно мне нравится больше моего, – а это не опасно? – я посмотрела в сторону улетающих драконов.

Но мужчина не ответил, передал мне Николь и отошёл. Я приготовилась к тому, что меня также понесут в лапах. Но вот дымка прошла, а дракон завис около борта корабля и не спешил меня хватать, а только выставил крыло. А я зависла, рассматривая его, и мне до одури захотелось потрогать его крыло и чешуйки. Я терпеть не могу змей, их холодные неприятные тела, но от крыла шёл жар, и я начала водить по нему рукой, ощущая, как меня тянет к нему прижаться, а дракон в ответ начал урчать, напоминая большого кота, которому добрая хозяйка решила за ушком почесать.

Я улыбнулась, ну до чего же милота. А потом в своей голове услышала, как граф просит меня поторопиться. Я сперва думала, что мне послышалось, но, когда он повторил, я поняла, что я каким-то странным образом его слышу, а потому обратилась к Николь:

– Николь, зайка, твой папа просит, чтобы мы залезли к нему на шею, нужно лететь.

Малышка кивнула, я помогла ей забраться по крылу и удобно устроиться между наростами, а сев сзади неё, ещё и крепко её к себе прижала. Она откинула на меня голову и затихла, а я почувствовала, как будто бы мы оказались в тёплом коконе.

Прилетев к дворцу, дракон приземлился на открытое пространство, а после принял человеческий облик. Я хотела обнять и поцеловать графа в щёку, тем самым поблагодарить его за спасение, но передумала в последний момент, что у него есть невеста, о поступках которой он не в курсе. Но я не хочу навязываться, пусть сперва с ней разберётся.

В сердце кольнуло, я что, ревную? Да ладно, глупости всё это. Я, может, не сегодня-завтра домой вернусь, а он найдёт себе другую невесту. Он граф, а значит, и невеста должна у него быть знатная, а не какая-то попаданка без роду, без племени. Так, не нужно грустные мысли в голове собирать и копить.

Я тряхнула головой, сухо поблагодарила графа за спасение, и мы молча пошли, судя по окружающей обстановке, через чёрный ход. Граф открыл неприметную дверь, и мы вошли в тускло освещённое факелами узкий каменный коридор. Мужчина шёл молча, держа на руках Николь, а я семенила за ним следом.

Пройдя коридор, по которому гулял сквозняк, мы подошли к лестнице, по которой стали подниматься на более светлый этаж. Здесь даже красные ковровые дорожки лежали с каким-то странным замысловатым золотым рисунком, на стенах висели гобелены с изображением величественных драконов, каких-то битв и охоты, а ещё были красивые праздничные гобелены, где все были очень красиво одеты и поднимали кубки за большим накрытым столом.

Пройдя ещё немного по коридору, мы остановились около дверей, когда граф открыл их с использования магии, мы вошли в просторное помещение. Здесь всё было просто: камин, который мужчина тут же затопил, аккуратно передав мне перед этим малышку, большая кровать, сверху застеленная синим покрывалом, балдахин со струящейся лёгкой синей тканью, шкаф и дверь, которую я сразу и не заметила.

– Сейчас подойдёт служанка, – сказал граф, подходя к двери и открывая её, – располагайтесь и будьте как дома. С этими словами он вышел, а я попыталась разбудить Николь.

– Малышка, давай я тебя помою, и мы ляжем спать, хорошо?

Она слабо кивнула, я положила её на кровать, а сама пошла исследовать то, что было за неприметной дверью. Как я и думала, здесь находилась купель. Пока я думала, как открыть воду, в покои зашла служанка, набрала воды, и пока я мыла Николь, она сменила постельное бельё, оставив нам ночные сорочки и лёгкий перекус.

Аккуратно намыв Николь, стараясь особо не задевать её болячки на ручках и ножках, я стала их обрабатывать мазью, которую оставила служанка, и перевязывать мягкой тканью, видимо, вместо бинтов. После перекуса мы забрались с Николь в кровать. Я её обняла, и она быстро уснула, но, когда я сама стала засыпать, прижалась ко мне и закричала:

– Мама, мамочка, не бросай меня. Я так сильно по тебе скучаю, вернись ко мне, мамочка.

– Не плачь, моя хорошая, всё будет хорошо, – пытаясь успокоить, говорила я и гладила её по голове, а у самой текли слёзы из глаз. И на душе в этот момент как будто плотину прорвало, я обняла её, прижала к себе и, глотая слёзы, произнесла:

– Я с тобой, моя девочка, я тебя никогда не брошу.

И в этот момент комнату озарило золотое сияние, а потом так же быстро пропало, только мерцающие золотые искры медленно опустились на нас и исчезли, будто бы в кожу впитались. А малышка успокоилась в моих объятьях, перестала плакать и засопела, а следом за ней уснула и я, почувствовав себя на своём месте.

Глава 13 Враг сбежал, но ненадолго.

Ричард

Выйдя из кабинета короля, мы с Брамсом разошлись по разным направлениям в сторону своих гостевых покоев. У меня остались некоторые вопросы к гувернантке Николь, которые не давали мне покоя на протяжении всего времени, а потому я собирался ей их задать, вот прямо сейчас.

Около покоев стояла охрана из моих воинов. Отдав мне честь, положив правую руку на грудь в районе сердца, двое воинов расступились, давая мне возможность войти. Но, заглянув внутрь, почувствовал, что допроса сегодня не будет, так как Николь и Оливия крепко спали на кровати. Осторожно прикрыв дверь, я прошёл к дивану, вытащил книгу и сел читать.

Это оказалось не книгой, а личным дневником моей жены Вирджинии. И чем дальше читал, тем понятней становилось её состояние. Оказывается, пока меня не было рядом, она решила провести ритуал, по которому вся её магия переходит к Николь, чтобы она смогла стать драконницей. Я слышал об этом ритуале, но Я слышал об этом ритуале, но не слышал, чтоб его кто-нибудь проводил. Теперь понимаю почему. Маг, решивший провести такой ритуал, теряет всю магию и умирает.

Значит, Вирджиния это сделала, пока меня не было, ведь я бы ни за что не позволил ей этого. Она решила подарить Николь крылья ценой собственной жизни. В сердце неприятно заныло, я поднялся с дивана и шагнул к кровати, где мирно спали Николь и Оливия. Наклонился, осторожно, еле касаясь, погладил Николь по волосам, чтобы не разбудить, и поцеловал в макушку.

От Оливии исходил тонкий нежный аромат каких-то незнакомых мне цветов, но очень приятный, отчего дракон решил взять инициативу на себя, вот только я с огромным трудом перехватил её и решил покинуть покои, пока не наделал глупостей благодаря моему зверю, который очень странно реагировал на эту девушку, как будто она моя истинная, вот только этого просто не может быть. Истинность давно покинула наше королевство.

Дав распоряжения воинам, я направился к покоям Брамса, нужно было перекинуться парой слов и обсудить план допроса. Уилл сидел на диване и читал разные донесения. Увидев меня в дверях, он поднялся с дивана.

– Что, не спится? – спросил у меня Брамс и подошёл к столику с подносом, на котором стояла квадратная бутылка с красной жидкостью.

– Я и не пробовал ложиться, – ответил ему, присаживаясь в кресло, что стояло рядом с диваном.

– Будешь? – спросил у меня Брамс, наливая себе в небольшой квадратный стакан рубиновую жидкость, в которой отражались огоньки от огня в камине.

– Давай, – согласился я, – что-то нервы ни к чёрту.

Он налил и мне рубиновую жидкость и протянул мне квадратный стакан. Я взял его и смотрел, как от наклона стакана в нём переливается жидкость от свечей.

Проговорив ещё немного и наметив план допроса, я уснул прямо в кресле, а утром меня разбудил какой-то шум в коридоре. Я подскочил, в принципе, как и Брамс, вот только за окном было ещё темно. Мы оба выбежали в коридор, а оттуда побежали в темницу. Какое-то недоброе чувство поселилось в душе.

Рассвет поднимался, а мы стояли и рассматривали трупы тех, кого только вчера привели во дворец и планировали сегодня допросить. Они лежали в луже собственной крови с перерезанным горлом, каждый в своей камере, а рядом с решёткой лежали те, кто должен был их охранять.

У одного из охранников на руке была странная наколка: перечёркнутый круг, что это означает, я не знал, но вспомнил, что уже видел такой знак, а потому тихо отвёл в сторону Брамса и рассказал ему об этом. А после мы тихо двинулись в другое крыло подземелья, туда, где держат тех, кто должны отправить на казнь.

Мои подозрения сбылись, в камере, куда я сам лично запер трёх убийц, сейчас лежал только один, с точно таким же знаком на руке и с перерезанным горлом. Сомнений не осталось, кто-то вместо охраны поставил уголовников, заранее перерезав им горло. Мы опять зашли в тупик.

– Пойдём поговорим с девушками, – предложил Уилл, – может, они прольют свет на всю эту ситуацию.

– Давай попробуем, – ответил я. – Они сейчас находятся в крыле слуг.

Мы поднялись по лестнице из подземелья и побежали в сторону крыла слуг. Те слуги, которые нам попадались по дороге, в страхе вжимались в стену, уступая дорогу. Добежав до нужной двери, открыли и ворвались внутрь, перепугав и без того напуганных девушек. Они лежали на кровати, а вокруг них суетились целители. В этом небольшом помещении пахло травами и страхом. Свет от камина и свечей окутывал это место таинственностью.

– Простите, – начал Брамс, выставив перед собой руки ладонями вверх, давая понять, что ничего плохого делать не собирается, – мы пришли просто поговорить.

Девушки кивнули неуверенно и попытались сесть в своих импровизированных кроватях. На самом деле они лежали на тюках с соломой, шкурах, а сверху было брошено что-то, что напоминало бельё когда-то.

– Вы знаете тех, кто вас похитил? – спросил я, когда девушки более-менее были готовы отвечать. Хотя я и так знал на него ответ, но спросить должен был.

– Нет, я видела этих людей впервые, – ответила рыженькая девушка и шмыгнула носом.

– Я тоже этих людей раньше не видела, – ответила блондинка и опустила голову.

Поняв, что тут мы ничего интересного не узнаем, мы покинули помещение и пошли к королю.

– Есть у меня одно предположение, – ментально обратился я к Брамсу, – очень хочется его проверить.

– Это какое же? – спросил Брамс также ментально.

– Советник Скунис, походу, замешан в этом, – ответил я, продолжая общаться ментально. – Уж очень он всё время вовремя появляется.

– Согласен, и что ты предлагаешь? – спросил меня Брамс.

– Хочу сейчас сообщить королю, если там будет советник, что мы взяли человека, который в прошлый раз от нас скрылся, и теперь хотим его допросить. – ответил я. – Скажем, где он находится, и приставим воинов проследить за Скунисом, уверен, он клюнет на наживку.

– Идея хорошая, – согласился Брамс, – тогда пошли быстрее.

Мы зашли в кабинет короля, предварительно постучав.

– Ваше Величество… – начал я, но меня перебил король.

– Я уже всё знаю, – сказал он хмуро, – советник мне уже всё рассказал, и я очень вами недоволен.

– Почему, ваше величество? – спросил я, вопросительно посмотрев на Брамса. – По рекомендациям советника вы отпустили нас отдыхать, чтобы мы могли с новыми силами допросить пленников сегодня. Кто же мог предположить, что их убьют в королевской темнице.

– Ты нарываешься, генерал, – ответил король. – Я не давал позволения так со мной разговаривать.

Раздался стук в дверь, и в кабинет вошёл советник Скунис собственной персоной, куда же без него. Он заискивающе посмотрел на короля и произнёс:

– Уважаемые господа генералы, я даже представить себе не мог, что такое может произойти. А потому нижайше прошу простить меня.

– Я думаю, можно начинать спектакль, – обратился я ментально к Брамсу, ставя блоки от короля, чтобы он раньше времени не смог понять, что это обман.

– Вполне, как раз и советник здесь, – ответил Брамс так же ментально. – Начинай.

– Ваше Величество, мы получили сигнал от наших людей, что они нашли местоположение одного из сбежавших вчера наёмников, он сейчас находиться в одной из таверн. – начал я рассказывать выдуманную легенду, косясь на советника. – Можно нам отправиться на место, чтобы пленить пойманного бандита и допросить его.

– Даю добро, – ответил король, – и побыстрее, я тоже хочу узнать, кто в моём королевстве ворует, а потом продаёт девиц.

Мы с Брамсом поклонились королю и вышли из кабинета, оставив его с советником.

– Я сейчас добегу до своих покоев, усилю охрану и хочу слетать туда, где мы вчера оставили корабль. – ответил я, направляясь в сторону своих покоев, отмечая, что вчера забыл помыться и переодеться.

Ладно, отмоюсь, когда вернусь. Надеюсь, мы поймаем того, кто промышляет живым товаром. С этими мыслями я дохожу до своих покоев, приоткрываю дверь и заглядываю внутрь, там так же тихо, значит, ещё спят. Закрываю дверь, запечатывая её магией, чтобы ни одна тварь не проникла. Вызываю ещё одного воина, теперь их трое.

– Смотреть в оба, и чтобы никто не входил и не выходил без моего на то разрешения! – приказываю я. – Понятно?

– Так точно, генерал!

Я киваю и иду по коридорам к лестнице на выход из дворца, где меня уже ждёт Брамс. Находим отдаленное открытое пространство, и нас окутывает серебристая и чёрная дымка, а после появляются два дракона: серебристый – мой, и чёрный – Брамса, и мы взлетаем, держа курс на вчерашний корабль. Чуйка подсказывает, что там сейчас кто-то есть, и нам этот кто-то сейчас очень нужен.

Погода портится, воздух становится влажным, а значит, в скором времени пойдёт снег. Держим курс на корабль, что замаячил чёрным пятном на горизонте. Как можно тише меняем ипостась на человеческую и озираемся по сторонам. На палубе пусто, а вот откуда-то снизу слышны негромкие, но очень недовольные голоса.

Мы идём по верхней палубе в сторону лестницы, чтобы понять, откуда именно раздаются голоса. Мы с Брамсом сюда вчера не спускались, но отчётливо чувствуется страх, с которым девушки вчера находились здесь, пока мы их не спасли.

Вонь от тухлой рыбы так и стоит, но я стараюсь об этом не думать, хотя даётся мне это с трудом, драконьи чувства работают на пределе, улавливая и запахи, и разговоры. Вот только слушать их дальше нет никакого желания, тем более, у меня во дворце дочь, и я хочу как можно быстрее оказаться рядом с ней.

– Вы кто? – спрашивает у нас с Брамсом один из наёмников, видимо главный, – мы не передаём товар…

Договорить ему не даёт Брамс, точным ударом в морду он вырубает его, и тот падает кулём на пол. Двое вытаскивают очередные ножи-зубочистки и направляют их на нас. Да, эффекта неожиданности больше не получится, но, с другой стороны, где можно будет ещё вот так размять кости. Через пару минут оба наёмника без сознания валяются у наших ног. Взяв обоих за шкирки, волоком тащу по лестнице, чтобы выйти на верхнюю палубу, Брамс тащит третьего и улыбается.

Взлетаем и тащим наёмников в лапах, чтобы долететь до дворца и тут же своим воинам приказать отправить их в допросную. Придя в себя, это уроды смотрят с насмешливым взглядом и молчат, как будто воды в рот набрали.

– У них стоят ментальные блоки, – сказал Брамс, задумавшись, – магов-менталистов сюда, – обратился он уже к стражнику.

Пока ждали магов, наёмники скалились, а как только вошли два мага, улыбки пропали с их рож, и они побледнели. В общем, всё как я и думал. Скунис замешан был в этом деле и снабжал наёмников всевозможными артефактами, правда, чаще всего одноразового действия. А вот кто был с ним ещё, это предстояло узнать.

Но это позже, а пока мне нужно проверить Николь. Выбегаю из темницы, оставляя полный контроль на Брамса, договорившись о том, что после того, как я увижу свою малышку, мы пойдём к королю и всё ему выложим о его советнике.

Бегу к своим покоям, пытаясь не врезаться в слуг или аристократов, что попадаются мне на пути, и останавливаюсь около двери, где так же стоят мои воины. Убираю магию, вот только когда захожу внутрь, там пусто. Никого.

Глава 14 То, о чём даже думать не смел

Оливия

Я валяюсь на кровати, и мне совершенно не хочется вставать. Даже глаза открывать не хочу. Честно, я уже не помню, когда последний раз так сладко спала, и даже то, что всё моё тело затекло от неудобной позы, потому что на моей руке лежит голова Николь, а сама она прижалась ко мне, всё равно очень хорошо.

Я даже не понимаю, почему я больше не думаю о доме, о своём мире и о своих родных, а ведь они переживают обо мне. А я даже не могу им весточку послать, что я жива и здорова. Мама, наверное, извелась вся, но, главное, что я им продукты купила, теперь не пропадут. Может быть, и я вернусь к новому году. Хотя, если честно, я не хочу отсюда уезжать.

Чувство, что это мой дом, почему-то крепнет с каждым днём. А ещё я совершенно не хочу расставаться с Николь. Я думала, что после Ксюши вообще детей не полюблю и своих у меня никогда не будет, а эту малышку я полюбила искренне и всем сердцем, и теперь не представляю, как с ней расставаться буду. В груди всё сжимается от горькой обиды, вот почему так, а?

Наверное, я сюда прибыла защитить эту малышку от козней злобной невесты графа, очень надеюсь, что он поверит нам и она не станет мачехой для Николь. Я прижимаюсь к ней плотнее, чтобы запомнить её родной запах – мороз с цитрусом. Он так глубоко проникает, что я никогда её не забуду. А ещё я буду скучать по графу и его дракону. Страшно в этом признаваться даже самой себе.

Я бы ещё раз полетала на его драконе. Снаружи он такой грозный, а внутри такой лапочка. Ладно, не буду себя расстраивать. Я оглядела помещение, в котором мы вчера с Николь были вынуждены ночевать. Огромная кровать и резной шкаф выполнены из красного дерева, панели на стене, ковёр на полу в тон мебели, портьеры коричневого цвета плотно закрывают окно, не пропуская солнечного света. Чисто мужское гнездо. А ещё огромный камин, в котором уже давно погас огонь, и даже угольки уже не тлеют. Ужасно не хочется вылезать из этого мягкого тёплого кокона.

Николь заворочалась в моих руках. Вспомнив о её ранах, стараюсь сильно не прижимать к себе, чтобы не потревожить. У самой болит, поэтому не буду травмировать её.

– А где папа? – ещё даже не открыв глазки, спрашивает Николь.

– Не знаю, зайка, – отвечаю ей, – как вчера нас сюда привёл, так я его больше и не видела.

– Я кушать хочу, – жалобно произнесла она.

Я бы тоже не отказалась от приёма пищи, а то за всё время наших злоключений поесть нормально не получалось. Для начала решила умыться и переодеться, вот только с одеждой была беда.

Её просто не было. Всё, что было, – это ночные сорочки, длинные, до самых пят, что нам вчера служанка принесла.

– Можно? – раздался вопрос из-за двери, а потом просунулась голова вчерашней служанки.

– Конечно, – ответила я и увидела мужчин, что стояли за дверью в чёрных одеждах с пластинами на груди.

– Это ваша охрана, – произнесла служанка и закрыла за собой дверь, когда уже была в комнате.

– А можно покушать? – тихо сказала мне Николь.

– Простите, я здесь впервые, поэтому не особо ориентируюсь, – начала я, – но нам бы одежду и что-нибудь поесть, если можно.

– Да, простите, сейчас принесу, – ответила служанка и вышла в коридор, тихо закрыв за собой дверь.

– Не переживай, малыш, сейчас мы с тобой умоемся, поедим, я намажу твои ранки, а потом мы переоденемся и поиграем.

Николь кивнула, и мы принялись ждать служанку. Она пришла примерно минут через двадцать. Принесла еду на подносе и свёрток с вещами.

Мы поели, и я стала обрабатывать раны Николь, но не успели мы переодеться, как воздух в помещении задрожал, а после стена с камином отъехала в сторону, и оттуда вышел мужчина лет пятидесяти, с тёмными с сединой волосами и тёмными глазами.

Я спрятала Николь себе за спину, не ахти какая защита, но всё же мне так немного стало спокойней.

– Не знаю, кто ты, но так даже лучше, – прохрипел мужчина и направился в нашу сторону, – с вашей помощью я попытаюсь сбежать.

– Вы кто? – спросила я, пытаясь понять, кто этот мужчина и что ему от нас нужно.

– Кто я – это не важно, важно другое, что вы мой билет отсюда, – ответил он и протянул руку, – идите сюда обе, и попрошу без глупостей.

Я дёрнулась, а мужик запустил в меня какую-то круглую штуку, которая упала на пол около моих ног и закрутилась, а потом из неё стала подниматься зелёная дымка, которая стала окутывать меня с головы до ног.

Рот стиснулся, как будто бы туда кляп вставили, руки и ноги сковало, будто верёвками привязали, хотя на мне ничего не было. Что за?..

– Не надо сопротивляться, леди, – сказал мужик, – вам нечего бояться, если генерал сделает всё, как я ему скажу, то уже к вечеру вы будете дома, ну а если он будет сопротивляться, то и я буду играть по другим правилам. И боюсь, леди, они вам не понравятся.

Почему-то у меня в груди зрело чувство, что он в любом случае попытается от нас избавиться, чтобы ему нужно ни было. Но мне надо как-то отвлечь его на себя, чтобы он Николь не поранил. Эта маленькая заноза и вредина достаточно натерпелась, чтоб ещё в этих играх играть. В голове от страха было пусто, только сердце гулко грохотало и гоняло кровь по венам.

Мужик схватил Николь, пока она смотрела на меня большими круглыми от страха глазами, и зажал ей рот рукой.

– Ещё раз дёрнешься и сильно пожалеешь об этом, – зашипел он Николь прямо на ухо, она вжала голову в плечи от страха, и из её глазок полились слёзки, но я услышала и помотала головой, чтобы она не пыталась сопротивляться. Попробовала улыбнуться, не получилось. Он подошёл с Николь к проходу, где раньше был камин и который зиял теперь чёрным провалом, щёлкнул пальцами, выпустил ещё один кругляш, нажал на какую-то кнопочку, и я оторвалась от пола. Плавно парив в воздухе, я подлетела к проходу, мужик толкнул меня, а после раздался треск и щелчок, видимо, проход закрылся, почти как у Николь в комнате.

Я то и дело задевала шершавые стены то одним плечом, то другим, пока парила над полом, достать до ступеней у меня не получалось. А сзади был очень злой мужик, который всю дорогу недовольно сопел. Спустившись вниз, мы оказались в тупике, оглядевшись, я других проходов, коридоров или тоннелей не видела.