Текст книги "Старая Республика (СИ)"

Автор книги: Катерина Соколова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 26 страниц)

Затем я вернулся к Кандерусу:

– Нашел что-нибудь?

– Вот, лишь пара бластеров и карабин.

– Неплохое оружие, – отметил Кандерус. – Большего сказать не могу, надо испытывать.

– Думаю, раз их припас для себя Дэвик, это должно быть что-то хорошее. Спрошу у Траска, когда он придет в себя.

– Парень разбирается в оружие?

– Траск-то? Да, он хоть и аристократ, но оказался крайне смышленым.

– Это радует. Но я бы не сильно рассчитывал на то, что выбрал Дэвик. Хотя он и был главной преступного мира, выбор у него был так себе. Чаще полагался на чужое мнение, чем на своё.

– Как же он тогда стал главным?

– На том и жил: всех слушал и поступал так, как наиболее выгодно.

– Разве это плохо для лидера?

– Думаю, что нет. Мандалор Наивысший поступал также, ведь у него был Кассус Фетт, тот, кому принадлежали все идеи. Наверное, хороший лидер должен уметь слушать.

– Тебе не нравилось работать на Дэвика?

– Сложно сказать. Платил хорошо и ни в чем не притеснял. Разве что я сам чувствовал себя как в клетке, но это только из-за того, что я мандалорец. Должен сказать, что таких удобств, как у него, я не испытывал никогда. Святой Арасуум, каково это, когда десяток твилечек массируют тебе всё тело во всех местах на протяжении нескольких часов. Эх, жаль, что их всех похоронило под обломками, я бы забрал себе такой гарем...

Его слова ещё раз напомнили мне о том, что мы находимся на войне. Республика ужасна, так как позволяет таким, как Дэвик Канг, жить и править, но ситхи ещё более ужасны, они просто убивают всех без разбора.

– Эти девушки… они были рабыни? – спросил я.

– Конечно. Дэвик подмял под себя почти все потоки черного рынка рабов на Тарисе. С ним конкурировали немногие, среди них были Вулкары и гаморреанцы, но и они часто заключали с Дэвиком взаимовыгодные соглашения. Не думай, что я одобряю рабство.

– Мандалорцы всё решают силой оружия, а ненужных – убивают.

– Таковы наши обычаи. Мы куем свою славу в битве, слабым не место среди нас.

Я поглядел на Кандеруса, он гордился за свой народ, но одновременно и что-то его тревожило. Отводя взгляд, он продолжал разбирать мой доспех.

– Знаешь, когда ты говоришь о том, что значит быть мандалорцем, ты словно восхищаешься этим. Но ведь в традициях мадалорцев не оставлять после себя ничего живого. Вы разоряете то, что не можете забрать. Стоит вспомнить Серроко: шквал ядерных бомб уничтожил города невинных стеребов вместе с солдатами Республики.

– Мандалор посчитал, что Саул Карат поступил нечестно, разместив военные лагеря рядом с мирными городами.

Я припомнил, что тогда ещё Саул Карат воевал на стороне Республики и лишь позже, после того как Реван организовал Империю ситхов, перешел на сторону врага.

– Хотя это и не было гуманным решением, но точно являлось эффективным в военном плане. Кто знает, возможно, на месте Мандалора я бы поступил также. Однако рассмотрел бы и другие варианты. Признаюсь, от моих рук погибли тысячи разумных и теперь меня иногда терзают тревожные мысли, но у всего есть цена и это моя плата.

– Говоришь, как подобает мандалорцу.

Повисло молчание, я размышлял над словами Кандеруса о том, что возможно и мне придется принимать непростые решения. Неизвестно как бы поступил я, если на одной чаше весов – уничтожить врага и сохранить своих людей, а на другой – отправить солдат в бой и неизбежно кого-то потерять.

– Что ж, я подлатал твой доспех, – отвлек от мыслей Кандерус. Броня внешне почти не изменилась, разве что он вернул на место несколько пластин. – Но её нужно ремонтировать, многие трубки, которые идут под броней, замяты и требуют замены.

– Это лучше, чем ничего, – я кивнул. – Мы летим на Дантуин, там спокойно, но кто знает, как скоро нас ждет следующий бой.

– Тоже верно. Кстати, твоя броня промаркирована, принадлежала некому Антосу Вайрику. Не знаю, кто это такой, – он показал мне маркировку. – Лишь шлем не от этой брони.

Я же хорошо знал, кто такой Антос Вайрик:

– Демагол. Помнишь его? Ставил опыты на джедаях для Мандалора.

Кандерус задумался:

– Что-то такое было в Точке воспламенения...

– Именно там и находилась его лаборатория. Не единственная, следует заменить. С его помощью Мандалор пытался создать мандалорских рыцарей.

– Джедаи-мандалорцы? Звучит дико.

– Вся галактика такого же мнения, но Дорджандер Кейс однажды покинул Ревана и присоединился к вам со своими рыцарями, поэтому это не есть что-то новое.

– Если джедаи и мандалорцы объединятся, это станет чем-то необычным, – Кандерус усмехнулся, – появится самая непобедимая армия в галактике. Но для такого как минимум нужно провести множество реформ.

– Правильно подмечено. Обе эти культуры крайне специфичны и имеют определенные корни. Уберешь эти корни, и не будет уже джедаев или мандалорцев, а будут просто люди.

– Далеко у тебя заходят мысли, Джейкоб, – подметил Кандерус.

– Я лишь рассуждаю. Иногда мысли наши противников заходят и дальше. Ты знаешь, что Демагол даже успел захватить Малака и проводил над ним ряд своих экспериментов? Тогда нашего ситха звали Алек, он был совсем другим, другом и сторонником Ревана.

– Забавно получается, – заметил Кандерус, – что теперь его броня помогла тебе в борьбе с ситхами. Как это принято называть у джедаев… Сила? Стечение обстоятельств?

– Верно. Сила. Суд над Демаголом проходил в Зале Сената, что на Корусанте. Тогда Алек выступал в качестве свидетеля. Его пламенная речь принесла немало очков Реваншистам. Многие после этого захотели присоединиться к войне.

От разговора нас отвлек проснувшийся Навик, он зевал и потягивался. Поглядев на свой фургон, родианец произнес:

– Оо, ты починил крыло!

Далее на родианском:

– Чтн рулиен стка вен, и выправил рулевую рейку! Олкуоно дег апрефарон, Кандерус.

Мандалорец заулыбался, довольный похвалой.

– Не за что, мой зеленокожий друг, – ответил он.

– Эй, я аспидно-серый!

Взглянув на Навика, я постарался определить цвет его кожи, но по мне он выглядел как обычный родианец, разве что чуть темнее.

– Так вот, что я хочу сказать тебе, – вновь обратился ко мне Кандерус, продолжая свою мысль, – если тебе нужна настоящая броня, найди бесбе’адара. Сможешь его уговорить, тогда у тебя будет хороший комплект. Всё остальное – это Девликкам на смех. Хорошую броню не купишь в магазине, её нужно создавать индивидуально под носителя.

– Пф, – усомнился в словах мандалорца Навик, – такая броня нужна лишь солдатам. Обычно хватает лёгкого нагрудника, я предпочитаю сохранять маневренность.

– Но ты и не участвуешь в битвах, – остановил Кандерус своего друга.

– Тоже верно, потому что я считаю, что ум и хитрость – вот лучшее оружие.

Ещё какое-то время понаблюдав за перепалкой, я решил, что следует их оставить.

Навестив Траска и проверив, что всё в порядке, я направился в рубку. Карт дремал в своем кресле пилота и прижимал к груди бластер. Черный модифицированный D-12 выглядел серьезным оружием. Бастила пребывала в медитации. Гудроу, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди, с полузакрытыми глазами следил за показателями на панели приборов.

– Всё в норме? – спросил его я.

– Да, кэп. Всё идет по плану, – ответил Гудроу.

Мне показалось, что он не настроен говорить, я же не стал его расспрашивать.

Побродив по кораблю и осмотревшись, я зашёл в комнату связи, которая находилась за рубкой. Помещение пестрело многочисленными непонятными мне приборами.

Затем я вышел в главный зал и смерил его шагами, он оказался достаточно просторным. Тут располагались множество сидячих мест и большая круглая консоль в центре для проведения брифингов. В углу зала находился небольшой трюм, набитый хламом.

От главного отсека во все стороны вели длинные коридоры, по левому и правому бортам находились спальные помещение. Ближе к кормовой оконечности располагалось машинное отделение, в котором находились двигатели и гипердвигатель. В этом же проходе был и медпункт. Гараж находился по правому борту в корме, склад – по левому борту.

Т3-M4 несколько раз попался мне на глаза, дроид торопился и вовсю старался чинить неисправности. Коротко он успел сказать на своем бинарном языке о том, что посадочные опоры исправить не удалось.

Побродив ещё какое-то время, я вернулся к Кандерусу. Мандалорец тем временем чистил своё оружие.

– Где Навик? – спросил я.

– Аа, ушел опять спать, – отмахнулся Ордо.

– А ты не устал?

– Нет. На войне мы не спали по несколько суток, я не привык долго лежать в кровати.

– Ясно, – ответил я и решил изучить верстак.

⠀

В оригинальной игре было возможно улучшить своё оружие. Мне пришла идея, что я мог бы в этом разобраться.

Достав свой бластер, я стал разглядывать его со всех сторон и пытаться разобрать. На бластере была маркировка «WL-29», производитель указан не был.

Повозившись с ним какое-то время, я смог отделить расщепитель луча от основного корпуса. Но после того, как услышал хруст, я подумал, что следует отложить мои изыскания, пока что-нибудь окончательно не нарушил.

Решив, что Траск может стать отличным учителем в этом деле, я оставил модификацию оружия до его выздоровления.

Вернув всё на место, я водрузил сверху найденный мной прицел – это было несложно, он просто вставлялся в специальный замок.

Посчитав, что и на том я молодец, вновь заговорил с Кандерусом. Мандалорец всё также начищал свой пулемет, который, кажется, уже блестел и без солнца.

– О чем задумал, Кандерус? – спросил я его.

– О доверии, – он отложил в сторону оружие.

– Поясни, – вот это поворот, подумал я. Чтобы это значило.

– Думаю над тем, насколько могу доверять тебе и твоим людям.

– Считаю, что можешь.

– А разве ты можешь мне доверяешь?

– Ну, допустим, я доверяю тебе. Родианец кажется мне неплохим парнем.

Кандерус усмехнулся:

– Зря ты так думаешь. Он же родианец! Даже я ему не доверяю, – затем он добавил, – шутка конечно. Навик – хороший парень. Наверное…

Я решил, что это какая-никакая положительная оценка друга.

– По поводу Гудроу – не уверен, пока присматриваюсь. Ты что о нем думаешь?

– Пилот Дэвика, – мандалорец пожал плечами, – я мало с ним общался. Насколько я слышал, он неплохой специалист, работал на Дэвика из-за долгов или каких-то проблем с законом. Но поговаривали, что у него какой-то конфликт с Дэвиком.

– Подробностей не знаешь?

– Нет, я не люблю лезть в «семейные дрязги».

– Так почему ты заговорил о доверии?

– Боюсь, что кто-нибудь из вас сдаст нас властям.

– О чем ты?

– Возможно, тебе я начинаю доверять, всё-таки ты наемник, а вот твоим друзьям республиканцам...

В этот момент в гараж вошла Миссия, мы оба замолчали. У девочки был разбитый вид, похоже, что сон не особо пошел ей на пользу.

– Как Траск? – спросила она.

– В порядке, я не так давно был у него, – ответил я.

– Оставлю вас, – буркнул Кандерус и вышел.

Миссия выглядела совсем грустной.

– Что-то не так? – мягко спросил я.

– Я всё думаю о Тарисе. О том, что прошлого. Тариса больше нет. О том, что многих из тех, кого я знала... Их просто нет...

– Не волнуйся, Малак заплатит за это.

– Да, знаю. Джедаи расправились с Реваном, дни Малака сочтены. Но… это уже не вернет тех, кого я знала, не вернет Тарис.

В этот момент, я поистине не знал, что ей сказать. Мне ещё никогда не приходилось видеть, как уничтожают всю планету, на которой ты вырос.

– Возможно тебе стоит поговорить с Картом, – предположил я. – Ему пришлось пережить нечто подобное, он потерял семью на Телос IV.

Миссия округлила глаза:

– Это ужасно, не представляю, как возможно такое пережить.

– Не сказал бы, что ему удалось. Он сильно изменился с тех пор, но ты должна понимать, на этом жизнь наша не заканчивается. В том месте, откуда я, говорили, что всё в мире предрешено и происходит по какому-то определенному сценарию, придуманному одним человеком. Насколько это правда – не знаю, но иногда, думая об этом, мне было легче пережить какие-то тревожные события моей жизнь. Может быть, в этом и есть какой-то смысл. Одно могу сказать с полной уверенностью: отчаиваться бессмысленно. Нам дано не так много лет, чтобы провести их в этом мире, глупо тратить время на разочарование и печали. Что произошло, то произошло. Когда придет время, у нас будет момент об этом задуматься, до тех пор я предпочитаю действовать.

Мне показалось, что Миссия повеселела. А я в этот момент подумал, что не мидихлорианы были истинной силой Ревана, не его умение фехтовать повело за собой людей. А его умение убеждать, говорить с людьми, понимать их – вот истинная ценность лидера, джедая.

От мыслей меня отвлек голос Карта в громкоговорители:

– Скоро прибываем на Дантуин, приготовьтесь… – голос Карта звучал уставшим.

По лицу Кандеруса я понял, что он по-своему воспринял команду «приготовиться». Последние его опасения о том, что Бастила или Карт могу попытаться сдать его властям, не были безосновательны. Я и сам не знал, как повернется сюжет.

Вернувшись в рубку, я увидел, что «Черный ястреб» выходит из гиперпространства. Перед нами показалась зеленая поверхность Дантуина.

– Домой, – тихо произнесла Бастила.

Я подумал над тем, где же теперь мой дом...

Часть 2. Интерлюдия. Неспокойный сон

Вандар Токар проснулся рано утром, когда свет Дин лишь начинал сиять на заре, заливая тёплыми лучами бескрайние равнины Дантуина. Этой ночью ему приснился ужасный сон, события которого теперь всплывали в его памяти. Он пытался воспроизвести в мыслях кошмар прошедшей ночи:

– Сила пробуждается, – произнес он тихим смиренным голосом и прикрыл глаза, стараясь почувствовать волнение надвигающейся бури.

Если его сон был правдив, то в скором времени судьба джедаев окажется на волоске от гибели. Вандар как никто другой знал, что Сила часто лишь предупреждает о том, что может случиться, посылая видения, тем не менее некоторые из пророчеств джедаев оказывались правдой.

Магистр даже подумал связаться с Эйтрис, хранительницей архивов Ордена, и поинтересоваться, не видела ли она что-либо в древних голокронах, что могло бы подтвердить опасения. Возможно, у кого-то из джедаев прошлого уже был подобный сон. Но от Эйтрис давно не было вестей.

Тени нависли над Республикой. В его видениях два могущественных ситха разделили Галактику на враждующие части, перечеркнув всё известное пространство пополам, как будто пылающий алым огнём меч рассек свою жертву.

Вандар сморщил лоб, его вновь стали посещать тяжелые мысли. Он вспомнил, что Реван исчез на Тарисе, и пока что все поиски безуспешны. С ним исчезла и Бастила. Ему не страшно было потерять Ревана, на долю секунды он даже словил себя на мысли, что его смерть стала бы для него облегчением, но он поспешил отбросить от себя подобное чувство. Желание чьей-то смерти – это путь темной стороны. Гибель Бастилы, напротив, стала бы большой утратой для Ордена.

Магистру уже донесли об ужасной бомбардировке Тариса, устроенной Малаком. Ученик Жара Лестина превратился в настоящее чудовище, должно быть, ему тяжело воспринимать столь безвозвратную потерю.

Джедаи почувствовали колебания в Силе раньше, чем пришли разведданные. Множество людей погибли на Тарисе, и, несмотря на это, Вандару казалось, что Реван не погиб. Если его видение было верно, кто-то очень похожий на Ревана должен был ещё сыграть большую роль в судьбе Галактики. И неизвестно было, окажется ли эта роль спасением или проклятием.

Вновь он подумал о том, не совершили ли они ошибку, сохранив Ревану жизнь. Что если бы прошлому Ордену джедаев удалось пленить Экзара Куна, поступили бы они также? Сохранили бы ему жизнь? Вандар наморщил лоб ещё сильнее.

Свет Дин уже стал так ярок, что озарил небольшую комнату мастера-джедая, расположенную на втором этаже Анклава. По соседству с ним жил Врук Ламар. Обычно он просыпался рано и посвящал большинство своего времени чтению отчетов, пришедших с войны. Малак захватывал всё новые рубежи, поэтому каждый раз сводки с войны были всё более тягостными.

Вандар решил навестить своего друга. Когда-то им вместе уже пришлось противостоять ситхам и откровенной тьме, ранее скрывающейся в тени. Во время орбитальной бомбардировки Корусанта им обоим пришлось выступить против Хаазина, послушника Кринды Дрей. После этих событий они довольно сильно сблизились, хотя по-прежнему нередко занимали разные точки зрения в Совете джедаев. Например, Врук выступал за то, чтобы убить Ревана или поместить в стазис. Также он считал, что Митра Сурик неизбежно падёт на тёмную сторону.

Странно, почему Вандар вспомнил о ней именно сейчас? В его сне был кто-то похожий на Митру, но он не мог уловить её в Силе и потому не знал, была ли это она на самом деле. Митра – славная девушка и истинный джедай. То, как самоотверженно она служила Ревану, лишь доказывало, что в ней живут искренние мотивы. Она всегда была сторонницей Светлой стороны. Вандар никогда не смог бы поверить, что Митра может связаться с тьмой. Судьба обошлась с ней иначе: ужасные события на Малакор V лишили её Силы. Эйтрис рассказывала, что читала о подобном в архивах, но это были редкие и исключительные случаи. Ничто не могло жить без Силы в Галактике, но Митра каким-то образом смогла.

Вандар негромко постучал несколько раз в дверь магистра Врука. Толстый металл зазвучал гулким эхом. Мастер не спал, как и ожидал Вандар, и пустил его к себе. Невысокого роста джедай медленно проковылял внутрь. У Врука в комнате всегда было идеально чисто: кровать заправлена, словно её никто и не касался; все предметы уложены по линейке – это всё лишь отражало, какой высокой дисциплинированности придерживался магистр Врук Ламар.

– У джедая плохой сон – жди беды, – произнёс Врук грозным голосом, басистым, как звук барабанов, и резким, как песнь водного органа.

– Беды не покидают нас, – ответил Вандар, усевшись на диван, стоящий в углу, и скрестив руки на коленях. – Послушник Кринды Дрей предал нас когда-то, затем пришли мандалорцы, затем Реван и Малак, и всё это так или иначе несёт на себе тень ситхов. У джедаев всегда было и будет множество хлопот, поэтому и сны наши не всегда спокойны.

Врук поглядел на своего невысокого друга серьезным взглядом, будто подозревал его.

– В чём-то ты прав, Вандар, – отрешенно произнес он и, сев в своё рабочее кресло, он вернулся к отчётам.

Магистр читал датапад, Вандар наблюдал за ним, а затем спросил:

– Как обстоят дела на войне?

– Плохо, – отрезал Врук, – мы потеряли Дералию, авангард Дарта Ворена захватил планету. Им даже не потребовалось наступление основных сил, – лицо Врука стало хмурым как ночь. Затем он добавил: – Кейто-Неймодия оставили Республику и перешли на сторону Малака.

– Это тревожная новость, магистр Врук, – Вандар теперь понимал, почему его друг так мрачен с утра.

– Предали Республику под предлогом сохранения своих богатств. Скоро остальные неймодианцы могут поступить также, тогда у Малака будет прямая дорога к верфям Куата, – Врук пристально посмотрела на Вандара. Похоже, что на этом плохие новости не заканчивались, – Малак планирует нападение на Ондерон. Раньше Реван всегда обходил эту планету стороной.

– Малак – это не Реван, – ответил Вандар.

– В этом ты прав. Ученик превзошел своего учителя, – сильнее нахмурился Врук, – он даже кровожаднее мандалорцев. Я всегда удивлялся, почему Реван оставил Ондерон, но теперь ход сделан. Малак собирается объединить свои разрозненные силы, полагаю, следующий удар последует в Куат. В этот раз мы не сможем одержать решительную победу при Комменор. Проклятые неймодианцы! – Вандар заметил, что в магистре вспыхнул гнев, но Врук в ту же секунду подавил его. Это было столь незаметно, что любой другой и не обратил бы внимания, но Вандар знал мастера-джедая давно.

– Это лучше, чем бесконечные попытки захватить Корусант, – Вандар попытался его утешить.

– Дважды они одержали поражение, один раз при Паланхи, другой при Василиска – оба раза всего в шаге от Корусанта.

– Совет джедаев покинул Корусант, – заметил Вандар.

– К сожалению, после этого многие сочли, что мы трусы, – Врук поглядел в окно, яркий свет Дин предвещал жаркий день.

– Непростое время для джедаев, – добавил Врук.

«То ли ещё будет» – подумал Вандар, но не произнес вслух, вместо этого спросил:

– Как дела на Дальнем рубеже? – он имел в виду Кореллианский путь, который теперь был разделен на две части группировкой ситхов, расположенной в секторе Тинна.

– У нас почти нет связи с Каваром, – мастер-джедай и член Совета воевал на дальней стороне с начала войны, – но я думаю, что всё в порядке, – заверил Врук. – Ботаны при поддержке родианцев смогут выстоять.

Вандар закивал в ответ.

В душе магистра нарастало беспокойство, но внешне он не подавал виду. Вандар прикрыл глаза, Сила шептала ему, он пытался разобрать голоса. В этот момент в комнату постучали.

– Этим утром слишком много гостей, – недовольно произнес Врук и направился открывать дверь.

Вандер открыл глаза. Сила подсказывала ему – он знал, что сейчас произойдет, наблюдая за каждым действием Врука..

Всё происходило так, как он и предвидел: Врук открыл дверь, на пороге был мастер-джедай Болук.

– Магистр Врук, – поклонился твилек, – мне было велено сообщить, если поступит важная информация.

– Ближе к делу, – ворчливо отмахнулся Врук, не обращая внимания на любезность. – У меня и так неспокойное утро…

– Прибыл корабль. Запрашивает разрешение на посадку в Анклаве джедаев, – Вандар стал внимательно прислушиваться к его словам, твилек говорил очень медленно и мягко, – им владеет некто Джейкоб Каар, а с ним Бастила.

Лицо Врука Ламара побелело. Вандар понял, что его шокировало вовсе не возвращение Бастилы.

– Это замечательная новость для всех нас, – поспешил занять паузу Вандар. Он слез со своего места и подошёл к Болуку, уводя его за руку, – следует предупредить других магистров о её возвращении. В столь сложное время Бастила – это настоящий луч света для всех нас.

– Безусловно, магистр, – поклонился Болук и ушел.

Вандар напоследок взглянул на своего друга, Врук вернулся к своему рабочему месту и судорожно перебирал пальцами по столу, лицо его было бледным.

– Я собираю Совет, – произнес невысокий мастер-джедай, на что Врук кивнул. – Предупрежу магистра Дорака и магистра Жара, – затем Вандар вышел.

Первое предсказание сбылось.