Текст книги "Страж Особого Назначения 2 (СИ)"

Автор книги: Катерина Дэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 24 страниц)

Шакал слегка покачал головой тем самым говоря – не знаю.

– Чужая? – нахмурилась Иви. – Чужая – означает «она», заметь не «он», а именно использовался женский род, – Иветта поднялась со стула и задумчиво расхаживала по комнате. – Чужая… ну для королевы все чужие кроме ее мерзких тварей.

– И идет за ней, – произнес Шакал.

– Королева же идет войной на всех.

– И еще за «ней».

– Ничего не понимаю, кто «она», которую «слышит» королева? Да чтоб она оглохла! – пробормотала Иви и ее взгляд вновь вернулся к кубам. Оторвав от них взгляд, она обнаружила, что Шакал наблюдает за ней. – Что?

– Как Рейз?

– Рычит, воет, ходит на четырех лапах. Бесит. Не желает оборачиваться, – Иви подошла к столу и с маниакальным интересом разглядывала кубы.

Кубы казались идентичными друг другу, но один был, тот, который нашел Шакал, со странными углублениями и выступами, которые – предположительно – выглядели как декоративные, поскольку иного предназначения Иви не видела. Она взяла оба куба.

Краем глаза она заметила, как Шакал подошел к двери и распахнул ее.

Иви обернулась и ахнула. Волк стоял на пороге и оскалил пасть в глухом рычании.

Они наблюдали за белоснежным волком, чьей мех отливал на солнце. Он вошел в дом прямо к ней, двигаясь с плавной грацией, от которой у Иви перехватило дыхание.

Она бросила кубы на стол и присела перед волком, поймав его морду между ладонями.

– Все в порядке, Рейз. Ты понимаешь меня? – и подняла взгляд на Шакала. – Я не позволю ему навредить тебе. Рейз… остынь. Мы работаем с кубами.

Волк издал низкое, глубокое, грудное рычание и напрягся, казалось, что его шерсть встала дыбом.

Иви почувствовала тревогу из-за внезапного агрессивного поведения волка. Ее пальцы сжались на нем. Волк присел для прыжка, желто-карие глаза сузились еще больше, до щелей.

– Все в порядке. Это Шакал.

Волк издал низкий, грохочущий рык.

– Это твой брат, – прошептала Иви дрожащим голосом, обвивая руками его за шею и обнимая. – Шакал, я не знаю, как буду защищать тебя.

Волк повернул голову и изучал Шакала в течение нескольких секунд и, наконец, сел, не сводя с него глаз.

– Он не набросился на тебя, это хороший знак, – гладила Иви волка.

Шакал бесшумно и легко приблизился к ним и присел на корточки перед волком смотря в его глаза.

Оба – волк и Шакал смотрели и не двигались. Казалось, что они безмолвно о чем-то говорили. Спустя несколько минут Шакал поднял руку и медленно дотронулся до головы волка.

Иви затаила дыхание, боясь, что Рейз цапнет его, но ничего не произошло. И буквально рот открыла в изумлении, когда волк позволил себя погладить и улегся на пол.

– Он принял тебя, как волк, – прошептала она.

– Он учуял нашу с ним общую кровь и признал меня. Его поведение зверя говорит об этом. Я ведь изучал повадки и «язык» животных.

– Вот поэтому серые восьмилапые твари тебя слушаются?

– Их я подавляю. Они видят во мне альфу. В случае с Рейзом, он принял меня, как своего. Я теперь в его стае, – Шакал протянул ладонь, и волк лизнул, затем потерся об него и замер.

– Он оставил на мне свой запах.

– Ааа... – протянула Иви, – вот почему он все время лижется и трется об меня, – и фыркнула.

– Так он тебя помечает собой, – тихо сказал Шакал.

Иви вновь вернулась к кубам, не обращая внимания на Шакала и волка, которые безмолвно познавали друг друга с помощью поглаживаний. Шакал встал на колени и тихо зарычал, затем потерся головой о бок волка.

Она изумленно на них поглядела и снова переключилась на кубы. Углубления по краям не давали ей покоя. С нарастающим волнением она подняла их со стола и изучала едва заметные углубления и выступы.

Покрутив кубы в руках, она повернула их так, чтобы углубления соприкоснулись с выступами. Раздался щелчок. Оба куба засветились и начали пульсировать золотисто-оранжевым светом.

Иви округлила глаза и схватив пластины, провела ими над кубами и те также засветились. Послышался треск…

– Бежим! – заголосила она и схватив куб, побежала из дому, боясь, что сейчас все спалит.

Вэн и Сэйл вскочили со своих мест, волк бежал за Иви.

И пока она бежала, то Шакал изловчился и в одно мгновенье выхватил из ее рук огромный куб, швырнув в сторону ближе к воде.

Куб пульсировал красным светом и искрил, а затем шипя потух.

Иви с блеском в глазах смотрела на Шакала.

– Думаю, ящеры используют куб в качестве источника энергии. Вроде батареи.

– Прости не совсем могу понять.

– Магия – это своего рода большой сгусток энергии, а в науке мы назовем это энергетическим потоком.

– И что нам это даст? – Шакал не понимал, как и парни, что стояли рядом.

– А вот это мы и узнаем, – до шепота понизила голос Иви. – Я не ученый, но придется методомтыкаи экспериментов разбираться…. Смотри… – чуть ли не закричала она, когда они склонились над кубом объединенного из двух, – он ожил, видишь, в нем как будто плывут маленькие, тонкие ручейки, словно вены. – Ты видишь….

Иви обратила на Шакала взгляд и обнаружила, что он наблюдает за ней. – Что?

– Я еще ни разу не видел тебя… такой воодушевленной.

– Разотри в порошок кусок панциря. Мы начинаем экспериментировать!

– Предлагаю сперва прочесть фолианты, – предложил Шакал. – Твой метод «тыка» подождет.

– Ты прав, – поднялась Иви с колен и отряхнулась. – Нужно начать изучение записей, но я надеюсь, что куб окажется источником энергии, и нам удастся его использовать или…

– Или? – парни дружно уставились на Иви, даже волк поднял морду смотря на нее.

Иви посмотрела на всех.

– Еще не знаю, – повела она плечом и стиснула зубы. – Но, надеюсь, что скоро мы это выясним.

Иви и Шакал разместились у дома в зоне отдыха на диване и принялись за фолианты. Вэн и Сэйл решили заняться предстоящим обедом, а волк расположился на лужайке в пятне солнца и развалился, жмуря глаза. Иви какое-то время отвлекалась на него и про себя злилась, что вместо мужчины своей мечты получила четырехлапого хищника, но потом она увлеклась рукописным текстом. Если у нее получалось вникать медленно, то Шакал читал словно проглатывал и час спустя уже взялся за вторую рукопись.

– Что скажешь? – захлопнула Иви фолиант посмотрев на увлеченного чтением Шакала.

– Мой наставник больше философствует нежели излагает конкретные факты. Он пишет о родине гидр. О положении в обществе. Зов королевы – это их религия. Амбиции преобладают над здравым смыслом, сострадание отметается, и все это во имя королевы. Ее Зов в обществе – это рычаг управления в ее руках, предмет желаний, который она жалует, чтобы еще более увеличить хаос, чтобы держать своих «детей» – гидр в пределах очерченного самозаточения. Дети? – усмехнулся Шакал. – Скорее, пешки, куклы, танцующие для Королевы, марионетки на невидимых, но крепких нитях ее Зова. Все стремятся доставить ей удовольствие – и рано или поздно становятся ее жертвами. Я, мои друзья и сородичи всегда проводили свои дни, постоянно оглядываясь, чтобы чей-нибудь кинжал не вонзился нам в спину, – с горечью сказал Шакал. – Такова наша жизнь. Мой наставник, учитель и друг ушел в забвение, и я ждал от него большего, чем он мог мне дать. Может быть, я напрасно ожидал совершенства от его измученной души? Он выдавал мне информацию порциями, учил осторожно. И сейчас я понимаю, что выбрал правильный путь.

– Смотри, здесь он пишет… – Иви протянула ему рукопись читая вслух:– «…Я живу, оплакивая свой народ и самого себя, и ничто так не сжигает сердце, как пустота от потери чего-то или кого-то. Я думал, что выжить вполне достаточно, я верил, что смогу быть в согласии с самим собой, со своими принципами и буду удовлетворен тем, что сделал единственный приемлемый для меня выбор. Но я подчинился тому безнравственному образу жизни, который ведет мой народ. Это не называется – жизнью. Мы выживаем и полностью зависим от королевы и ее желаний. Но я видел иной образ жизни. Общество людей, построенное и воспитанное на демократических ценностях и единстве, оказалось как раз таким, каким я всегда надеялся видеть среди своего народа. Люди не просто существовали, они жили, смеялись, работали. Все, что они добывали, делилось на всех, как и боль потерь, от которых они неизбежно страдали благодаря нам. Но такова наша жизнь. Жизнь – Гидр. Мы рождаемся такими. И всегда есть надежда. И она появилась. Последние Рожденные способны изменить ВСЕ!».

– Здесь обрывается, – Иви перечитала последнюю фразу. – Он обучал тебя и все делал не просто так. Твой наставник верил в тебя и в таких как ты. Может он оставил для тебя личное послание?

Шакал медленно покачал головой и уставился на куб.

– Вот оно послание для меня. Мы должны разгадать куб.

– Кто вложил в твою голову мысль, что нужно убить королеву?

– Мой наставник, но говорил это не прямыми словами. Я понял все, когда гидры стали уничтожать нас и, когда я пришел к вам, то уже знал, что должен сделать.

– Боже! – вскричала Иви. – Я поняла! – и вскочила с места. – Чужая… это Последняя из Рожденных и ее слышит королева. Конкурентка. Понимаешь?

Шакал потрясено смотрел на Иви.

– Ты хочешь сказать, что родилась королева среди таких как я и нынешняя слышит ее?

– Да! А иначе как объяснить ту фразу пленного? Ну… что думаешь?

– Ничего. И где ее искать? Мы не слывшим зов.

– И с чего это королева решила завоевать весь мир и особенно человеческий? – прищурилась Иви и тут же сама ответила: – Да потому, что Последние Рожденные примкнут к людям. Боже… если королева слышит ЕЕ, то и ОНА должна слышать!

Шакал нахмурился, – Если бы так было, то она объявилась бы.

– А может она… ну… слабая, испуганная, трусишка и не знает, что с этим Зовом делать. Напуганная до чертиков.

– Или еще пока не слышит Зов во всю силу, – прошептал Шакал и его алые глаза вспыхнули. – Вот как ее найти?

На поляне стояла мертвая тишина и все взгляды даже волка уставились на куб.

Первой пришла в себя Иви и схватив куб разъединила его.

– Мне нужна земля, вода и порошок из болотного жак'асса.

Иви посмотрела на парней, те были не только в не понимании, но и болтались около них, а сам волк внимательно следил за всем, что творилось вокруг и, когда она разложила на земле кубы, пластины и горстки нужных ингредиентов, все насторожились.

– Итак… попробуем, – почему-то шепотом произнесла Иви и медленно соединила кубы тут же получив яркую вспышку, затем быстро посыпала куб землей, порошком и вылила струйку воды.

И как только последняя капля упала на куб, то он вспыхнул с невероятной силой яркости, как вспышка энергии. Куб запульсировал и Иви ударило током так, что отбросило в сторону. Но она быстро пришла в себя, села и потерла ушибленный затылок заодно отводя от себя морду волка, который намеревался всю ее излизать.

– Боже… – на одном дыхании произнесла Иветта. Она никогда бы не поверила в происходящее, если бы не видела все своими глазами.

Перед ними появилась пространственная дыра с нее ростом.

Она подошла ближе. Рядом с ней в ряд встали мужчины, и волк преградил ее своим телом.

Перед ними, вернее в небольшом пространственном окне, распласталась красная безжизненная пустыня.

Песок. Песок. Песок, он был повсюду. Вдалеке красные горы. Совершенно неинтересные, не живописные и не привлекательные. Красные остроконечные горы. Над горами небо цвета песка, и потому хорошо, что горы есть – без них не поймешь, где кончается песок и начинается небо.

– Пустыня, – прошептала Иви подходя еще ближе к пространственному окну и закрыла лицо руками, когда ее обдало раскаленным жаром.

– Что за хрень? – прошептал Вэн.

– И почему это открылось именно в пустыню? – вопросил тихим голом Сэйл.

– Тихо! – приказал всем Шакал и, когда появились две мощные лапы ящера, он метнулся к кубу. Иви чуть не завизжала, когда горсть песка от удара хвоста влетела в их лица. Через секунду все исчезло, и Шакал держал в руках два разъеденных куба.

Наступила довольно долгая тишина, каждый соображал, что сейчас увидел.

– Мне кто-то объяснит, что это? – первым отмер Вэн.

Иви сглотнула и уставилась на Шакала.

– Это сокращенный путь к логову королевы, – тихо сказал он.

– Ты уверен? – переспросила Иви.

Шакал обвел всех взглядом.

– Да! Я уверен.

– Боже мой! – воскликнула Иви. – Нужно немедленно все доложить Ашару.

– И воплощать наш план в действие пока не поздно, – тихо проговорил Шакал.

– Без Кавера мы и с места не двинемся, – нахмурилась Иви и посмотрела на волка, – и без Рейза.

– Мы привезем Ашара сюда, – встрепенулся Сэйл.

– А я дочитаю оставшуюся рукопись наставника, – смахнул песок с лысой головы Шакал.

– А мне нужно срочно уехать, – встрепенулась Иви, вспомнив о Лике. – С кубом больше не экспериментировать. Ты меня слышишь, Шакал?

Он поднял на нее задумчивый взгляд.

Иви насторожилась, герои ей точно не нужны. Она решительно забрала у него из рук кубы.

– Заберу с собой.

– Иви… – окликнул ее Шакал, когда она направилась к дому. Но она его не стала слушать и войдя внутрь сложила все инопланетное «добро» к себе в сумку. Когда она вышла, то заметила, как Шакал сидел перед волком и гладил его.

– Вот и знакомьтесь, – улыбнулась она, и подумала, что Рейз будучи волком принимает своего брата. Это был благоприятный знак, но как он поведет себя к Шакалу, когда станет человеком? А станет ли? От этой мысли настроение Иви испортилось.

– Всем пока, – крикнула она, торопливо направляясь к кармобилю.

– Иви? – окрикнул ее Шакал. – Когда тебя ждать?

– Завтра. Нам с тобой еще есть что обсудить и завтра у тебя смена повязки. Скорее всего приеду с Ликой после обеда.

Шакал кивнул и Иви поразилась тому факту, что волк не двинулся с места оставаясь рядом с ним.

– Оно и к лучшему, – пробормотала она и вырулила на тропу. Иви мчалась в сторону клуба, где должна была встретиться с Ликой Вагнер.

Глава 26

– Куда ехать? – оживленно воскликнула Иви, когда Лика села в кармобиль.

Иветта подумала и решила, что не станет делать тайну из того, что поехала к Лике, тем более Рейза в образе волка не пустят на человеческую территорию.

Лика показывала направление куда ехать и вскоре миновав пост охраны, они проехали по дорожке и остановились около одноэтажного деревянного дома. Поставив кармобиль у забора, девушки вошли в дом.

Пройдя вдоль красиво отделанного небольшого коридора, Иви очутилась в просторной гостиной, во всей комнате находились подобранные со вкусом, мебель и вещи. Ничего лишнего, но не так шикарно, как в домах полукровок. Но самой изысканной изюминкой гостиной был встроенный прямо в стену большой мраморный камин, в котором уже ожидающе лежали несколько небольших круглых поленьев. По обе стороны от него уютно располагались два больших кресла, а на противоположной стороне диван с подушками и пледом. На каминной полке, и на столике, а также и во всей комнате были предусмотрительно расставлены красивые букеты свежих цветов. Изысканные шторы мягко колыхались от легкого ветерка, проникающего в комнату сквозь приоткрытые окна.

Лика пригласила Иви на кухню. Сама кухня оказалась небольшой, светлой и половина стены заставлена баночками и сосудами с травами.

Иви понравилось в доме Лики, было мило и уютно.

– Предлагаю выпить и перекусить, – Лика, как гостеприимная хозяйка шустро составила на стол тарелки с разными закусками, а посередине бутылку вина. – Я так волнуюсь и до сих пор не могу принять реальность, что мы с тобой с родной Земли.

– Представь себе, и я тоже, – согласилась с ней Иви.

Лика разлила вино по бокалам.

– За встречу, Иви!

Девушки чокнулись, выпили и уставились друг на друга.

– Никогда не думала, что со мной такое может произойти, – вздохнула Лика.

– Кто первый начнет рассказывать? А давай я, – Иви снова наполнила их бокалы вином и пустилась в свою историю, сперва она рассказала откуда родом, где жила, работала, потом как оказалась в Вепсском лесу и произошедшие с ней приключения. Она не особо вдавалась в подробности, но картина ее попадания и жизнь в Арионе, для Лики была ясна, потому как она не задавала вопросов, а только внимательно слушала лишь изредка уточняя некоторые моменты.

– Выходит, ты понимаешь язык ящеров и в этом твоя ценность, – задумалась Лика.

– Это меня и спасло, – кивнула Иви, – иначе меня отправили бы на человеческие земли и там бы король решал мою судьбу. Я ведь чужачка, и к таким в Арионе относятся очень плохо благодаря гидрам.

– И я чужачка, – тихо сказала Лика, – у меня нет никаких способностей, но местный язык понимаю, а письменности за год обучилась. Я не ценна для Ариона, и никто обо мне не знает.

– А обо мне знают практически все, – досадливо покачала Иви головой. – И очень сложно было скрыть свою суть живя в резервации. А как тебе удавалось? Я ведь обратила внимание на твои волосы и посчитала, что у тебя мелирование.

– Так и есть, а за год отросли, теперь нужно их остричь, а то и правда в глаза бросается, половина головы темная, а другая светлая, – занервничала она.

– А еще твои словечки «ядрофенин», – усмехнулась Иви, – придумала же.

– Я всегда следила за собой, – смутилась Лика, – и, прежде чем что-то сказать всегда думала, но в этот раз… этот парень никогда не разговаривал со мной и не смотрел так пристально. Его глаза…

– Ты боишься Шакала?

Лика некоторое время помолчала, – Нет, не боюсь. Но он странный. Я никогда не видела таких как он, только слышала о них. Этот огромный серый парень… он… и его глаза… рука... не знаю, но с ним мне как-то не по себе.

– Не стоит его бояться, он замечательный. И раз мы откровенничаем, то скажу тебе, что он брат Рейза.

– Да не может быть! – девушка потрясенно смотрела на Иви.

И Иветта рассказала о гидрах, о последних рожденных и о жизненной позиции Шакала.

– Я знаю историю оборотней, полукровок, читала о ниг'ассах, но все то, что рассказала ты, это потрясает.

– И их же собственная королева теперь уничтожает.

– Ему не просто будет. Он вроде как в своем мире, но все же чужак. А его жизненная позиция мне нравится, считаю, что такие как он имеют право на жизнь и свою территорию.

Иви улыбнулась, – Я рада, что ты так считаешь. Скажи, а «Лика Вагнер» твое настоящее имя?

– Настоящее. В отличие от тебя мне не пришлось менять фамилию, и я представляюсь, как Лика Вагнер. Да по сравнению с твоими приключениями мне еще повезло, я бы не выжила и не сообразила стать жуком. А вот твой переход через туман меня настораживает, хотя… – призадумалась она, – может и многое объясняет.

– А ты разве иначе попала в Арион? Не через туман? Раз ты из Ленинградской области, то слышала, что творится в вашем Вепсском лесу. Почему люди пропадали, а других голыми находили? Может правду говорят, что там чертовщина какая-то?

Лика усмехнувшись махнула рукой, – Россказни все это. И мы, сами местные все это и выдумали.

– Но зачем?! – оторопела Иви.

– Для привлечения внимания властей, чтобы начали благоустраивать наши поселки и деревни. Бежит молодежь в города, и деревни пустеют, а старикам и тем, кто остался, как-то жить же надо. Мы поля сеем, овощи выращиваем и на продажу в город возим, хотим, чтобы нам асфальтированную дорогу сделали, мосты построили и больницы, а также произвели капитальные ремонты. Есть же не только частные дома, а еще постройки со времен царя гороха, которые требуют полного ремонта и реставрирования. Вот люди и крутятся сами как могут особенно в деревнях. И именно такие забытые Богом и властями деревни начинают придумывать разного рода истории – мол, чупакабра завелась, русалка на камне отдыхала или снежного человека видели. А мы чем хуже? Вот наши местные и выдумали, что в Вепсском лесу есть деревня колдунов. Сработало и тебя с репортажем к нам прислали.

– Но правда, оказалась в том, что никакие колдуны там не живут, и вообще никто не живет, потому что стоящая среди болот деревня давно заброшена. Лично видела. Но, а как же слухи, что там пропала куча народу? И некоторые исчезали бесследно, а других находили мертвыми, при этом все покойники были абсолютно голыми. Хотя люди умирали ненасильственной смертью, никому до сих пор так и не удалось объяснить, что заставляло их сбрасывать с себя одежду, – говоря все это Иви вспомнила своего начальника, как тот с пеной у рта доказывал, что это все не мистика.

– Да выдумки все это, – улыбалась Лика. – Маркетинговый ход. Нам надо было, чтобы нами заинтересовались, появился интерес к поселку, а это же нашествие туристов и для местных заработок, кто квартиру или дом сдаст, овощи и фрукты с ягодами подороже продают, многие стали делать побрякушки и поделки для продажи, в магазинчиках товары стали появляться, а на въезде в поселок новую красочную вывеску установили. Да и ты не одна такая приезжала, чтобы репортаж заснять. А молодежи-то сколько приезжало, чтобы в Пейнтбол в Вепсском лесу поиграть? – улыбалась Лика. – Наши тут же смекнули и для развлечений такого плана быстренько все организовали. Городские денег не жалеют, а нам в радость и в процветание. А что касается про пропавших и голых, так это наши пьяные мужики напьются самосваренного самогона и начинается свистопляска. Были, конечно, случаи, когда люди на болотах пропадали, в основном не местные, которые места не знали, но многие возвращались, правда ничего не помнили, потому как отрезвели. Умные те, кто за грибами и черникой с проводником ходят. Местная полиция во главе с моим братом что только не делали с этими алкашами. Тьфу… А деревня, которая там опустела, ну, куда ты приехала, так в ней бомжи поселились и их потом гоняли. В общем, ерунда это все, нет там ничего мистического, но слухи о Вепсском лесе нам на благо только.

– Весело, – рассмеялась Иви.

– Главное, что действенно оказалось, правда я теперь не узнаю больше ничего, а ведь перед моим исчезновением к нам приезжала местная шишка и пообещала оборудование для больницы. Эх… – Лика наполнила бокал до краев и чокнувшись с Иви, выпила вино до дна.

– Лика, ты такими темпами напьешься, а мне еще столько хочется узнать о тебе. Вот ты говоришь, что без способностей, но ты целительница и работаешь у самого Саливана. Как ты попала в южную резервацию?

Иви решила, что пока не услышит историю Лики до конца, то никаких предположений строить не станет.

– А вот и моя история. Мое полное имя Вагнер Лика Игнатьевна и мне 27 лет. Дедушка мой немец и в войну в оккупированной деревне увидел мою бабушку. Они влюбились друг в друга, а дед помимо нее еще и в русскую землю. Так начался род Вагнеров. У меня большая семья – мама, папа, два старших брата, две младшие сестры и я посередине. Это я еще не озвучила родственников и всех двоюродных с троюродными, считай нас целый клан. Я и мои родные живем в одном большом доме с кучей живности. Шумно и весело, хотя и не обходилось без скандалов и ссор. Я, мама, папа – врачи, а бабульки мои знахарки и повитухи, есть еще тетушка, но она как ребенок, за ней глаз да глаз нужен. Старенькая она вот и в детство впала. Старший брат местный участковый и весь поселок контролирует, еще и соседние деревни, – фыркнула Лика, – второй братик тунеядец зависает в компьютерных играх, да страшилки разные смотрит иногда подрабатывает трактористом, поля пашет, а сестры еще мелкие, да и в голове у них полная каша. Одна фанатеет от Гарри Поттера и Властелина Колец, всю комнату обклеила белобрысыми эльфами, да скупает всякую атрибутику фэнтезийную, у нее сорок три волшебные палочки, – закатила Лика глаза, – а вторая сестрица мечтает стать оперной певицей. Весь поселок ставни закрывает, когда она репетирует и бренчит на рояле. Рядом соседи дом продали и съехали.

– Веселая семья у тебя и разносторонняя, – улыбнулась Иви.

– Даа… – грустно улыбнулась Лика. – Это когда я сюда попала, то поняла, что счастлива была и оценила все. Нет ничего дороже семьи, какие бы они не были. Я скучаю по ним и очень хочу вернуться домой, но понимаю, что «попала» я по полной программе и дороги обратной нет. Ты спрашиваешь, как я стала целительницей? Врачом я хотела стать всегда. Лет, наверное, с трех. В пять вполне прилично наложила повязку старшему брату, рассадившему ногу об острый камень. В семь научилась накладывать примитивные швы. Мои мама и папа единственные выездные врачи в нашем поселке, еще умудряются и в соседние ездить, да и к нам люди приезжают из дальних деревень. Короче говоря, люди в наших краях предпочитают в больницу не попадать, но если уж попадают – то по серьезному поводу. И я уехала из поселка, чтобы получить медицинское образование в Питере. Закончила институт, стала хирургом общего профиля – и ни разу не пожалела о своем выборе. После института работала год в поликлинике, потом полтора года в частном медицинском центре, но в итоге вернулась в родной поселок. Мне предлагали остаться, даже прибавку к зарплате, но я отказалась. Люди же страдают и мучаются по всей земле одинаково. Бедные, богатые, в городе, в деревне… И в морге все одинаковые – голые и с бирочками на ноге. Так вот, для врача все пациенты тоже должны быть одинаковы. И шикарная клиника здесь ни при чем. А в моей местной больнице все специалисты, хирург, стоматолог, две медсестры, анестезиолог, акушерка, детский врач и я. Я умею отрезать ненужное и сшивать порванное, а еще я прекрасно разбираюсь в травах благодаря своей бабулечке. Вот это умение и пригодилось мне в Арионе.

– Ну, а как ты на Арионе-то оказалась? – нетерпеливо спросила Иви.

– Вепсский лес для меня как родной, я там каждую кочку знаю. Я не только за грибами, да ягодами ходила, я там травы собирала, а потом по рецептам бабули разные действенные отвары варила. Потому что помимо науки есть еще и народная медицина, а меня, знаешь, как в больнице любили, – улыбалась Лика, – мои отвары и травки всем помогали. Бабуля всегда мне говорила, что у меня талант, мол,«цветочки да растения любят тебя Ликунчик». Год назад, вот как сейчас помню… раннее летнее июльское утро, тишина да благодать, ветерок, шумит листва, скошенной травой пахнет и я в лес пошла собирать травы. Бродила, собирала и мужчину повстречала. Сперва я испугалась так как он странно одет был, весь какой-то расфуфыренный – камзол, широкие штаны, сапоги и плащ, да еще его знатно так пошатывало. Думала, ну все… напился бродяга… тем более он свалился на землю и не двигался. Вид его не удивил меня, подумала, что городские снова на стрельбища пожаловали, а может еще чего празднуют вот и вырядились. Но когда он на землю как подкошенный свалился, я тут врача и включила, начала осматривать его и приготовилась первую помощь оказать, но он здоров, дышит, ран нет. Тогда я решила на помощь позвать так как на себе не унесла бы его, он высокий и тяжеловесный, и только бежать надумала, как он хвать меня за руку и говорит: – «Ты проводник мой». Вот тут-то я и заглянула в его глаза и… отключилась, а когда очухалась, то обнаружила себя связанной по рукам и ногам, а во рту кляп. И меня накрыл страх, я дергалась, вертелась, думала веревки ослабнут, да крепко, гад, связал. Страшно стало до чертиков. У меня все затекло и онемело. А когда он склонился надо мной, так у меня истерика случилась. Он не разговаривал со мной, а рядом прямо на земле разложил какие-то камни и нож. Представляешь мое состояние?

– Жутковато, – согласилась Иви.

– Да не просто жутковато, а меня паника накрыла и ужас до онемения. Я начала задыхаться, кашлять, хрипеть и он смилостивился. Вынул кляп и дал мне напиться. Я начала его умолять отпустить меня, но он сказал, что я его проводник, что он должен получить какие-то энергии, чтобы вернуться в свой мир. Потом он ругался, что я недостаточно сильна и я не то, что ему нужно. Страшно изрыгал ругательства и, вообще он весь страшный, даже не описать.

– Но выглядел, как человек?

– Да, – кивнула Лика, – рожа у него человеческая, это не ящер и не… ну, не такой, как Шакал. Словом, он другой.

– Пришелец с другого мира.

– Да, и он открыл портал, затянув меня в Арион.

– Погоди, ты встретила его в нашем мире?

– В нашем так как не было ни тумана и ни чудесного неба, которое ты видела. Я же говорю, что свой лес знаю, как дом родной.

– Получается, он был на Земле, – нахмурилась Иви.

– Получается, что так, и пытался вернуться в свой мир с помощью нужной ему энергии. Вот только я не могу понять – Арион его мир или нет?!

– Почему ты так решила? – насторожилась Иви.

– А потому, что дальше стало происходить что-то непонятное, он начал говорить на каком-то языке и камни закружились, затем он схватил нож и ко мне, а я что… не могу пошевелиться. Он срезал мне веревки и по запястью ножом полоснул, затем себе и руки наши соединил, не прекращая бормотать какие-то слова. Больно было до звезд в глазах, я кричала так, что охрипла, а потом все взорвалось, – эмоционально жестикулировала Лика, – вспышка такая яркая, что ослепила. Дальше ничего не помню я отключилась, но когда очнулась, то ехала в телеге, а ею управлял мужичок с женой своей. Они мне и рассказали, что нашли меня бесчувственной прямо на дороге и везут в свою деревню, там у них бабка-травница вылечит меня. Я сперва подумала, что мне сон приснился, да и колдуна того след простыл, ни камней и не ножа. Ничего. Но, когда шрам на запястье увидела, то все вспомнила, это теперь мне как напоминание, что я не придумала ничего себе, – и Лика загнула край рукава рубашки, показав Иви шрам. – Я чудом осталась жива и кровью не истекла, он же мне глубоко вену вспорол, да и порез этот болит до сих пор.

– А как ты на дороге оказалась?

– Я решила, что тот взрыв намного километров меня отшвырнул. Я начала прислушиваться, о чем говорили мужик с женой и до меня стало доходить, что еду я в телеге с людьми не со своего мира.

– Получается, тебя в Арион зашвырнуло?

– Да, – кивнула Лика, – а что с колдуном и куда он делся, не знаю.

– Странно это, не находишь?

– Наверное ушел в свой мир получив нужные энергии, и я оказалась не настолько слаба, – пожала плечами Лика.

– Скорее всего вас обоих зашвырнуло в Арион и раскидало, потому как три месяца назад открылся портал и уже я попала в этот мир! Но не встретила никакого мага, а оказалась в лесу один на один с тварями. И до утра я была в отключке, и за это время меня никто не сожрал и не нашел.

Девушки смотрели друг на друга и не могли даже самим себе объяснить все эти загадочности.

– Предположим, – заговорила Иви, – тот маг все же застрял в Ароне и его отшвырнуло от тебя не в другой мир, а скажем, на большое расстояние. Что там с ним происходило, неизвестно, но он на семь месяцев исчез, а затем спустя три месяца снова начал магичить, чтобы притянуть проводника и вернуться в свой мир. И так как я его не встретила, то он, выходит, притянул другого. То есть я и еще кто-то был в том лесу.

– Но мы этого не узнаем, – тихо сказала Лика.

– Есть вероятность, что мы можем быть не одни такие в Арионе.