Текст книги "И солнце погаснет (СИ)"

Автор книги: Кармилла Де Виль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)

========== Пролог. Сын профессора ==========

Эта ужасная во многих аспектах история началась с разговора в пустом кабинете первого июня две тысячи пятидесятого года. Тайлер Осгуд, человек ещё молодой, но с усталым болезненным взглядом и первыми морщинами вокруг глаз, которые были признаками его тяжëлой судьбы, сидел в гордом одиночестве в кожаном кресле. На бледное лицо падал зелёный свет голографического экрана.

–… В результате были убиты двое человек. Никто из так называемой красной бригады, причастной к убийству, комментариев не даëт, – едва слышно прочëл Осгуд. Впрочем, было неудивительно, как подумал Тайлер тогда. Красная бригада была одной из любимых у премьер-министра Киллиана Кайдо, и он бы ни за что не допустил, чтобы их посадили.

От неприятных мыслей Тайлера отвлëк звук чьих-то шагов. Кто-то быстро приближался к двери кабинета. Осгуд прислушался. Первый шаг, второй, третий… На десятом неизвестный остановился, должно быть, чтобы поискать пропуск. Или взломать систему. Секретный штаб казался хорошо защищенным, но Тайлер никогда не был в нëм по-настоящему спокойным. К счастью, пришëл всего-то Ханс Гордон – глава банды, работавшей на Тайлера. Некая пародия на красную бригаду Кайдо, только, как считалось, приверженцы справедливости. Гордону было немногим больше двадцати, и в штабе его звали Разрушителем. Не за то, что он что-то разрушил, если не считать постройки и машины Киллиана, а за большой рост и мощное телосложение. Ханс носил плащ на голое тело, так что его широкая грудь и кубики пресса были видны хорошо.

– Мистер Осгуд? – спросил Гордон немного удивлëнно. – Разве сегодня Ваша очередь дежурить в штабе?

Тайлер отрицательно помотал головой и откинулся на спинку кресла. Его и Ханса отделял длинный белый стол с многочисленными компьютерами.

– Я просто задержался за изучением одного дела… – Осгуд быстро перевëл взгляд на единственный работавший в тот момент экран чтобы пройтись по статье в последний раз, когда случайно заметил одну строчку. – Подожди-ка. У Джона Ямано сын стал главой убойного отдела?

– Джон Ямано – это тот учëный, которого Кайдо похитил лет десять назад?

– Он самый, – Тайлер пропустил строчку про «Джон Ямано погиб в авиакатастрофе», потому что прекрасно знал, что случилось в небе в тот день. Осгуд пристально посмотрел в зелëные глаза Гордона и впервые за день улыбнулся. Улыбка вышла вымученной, но вполне искренней.

– Ты понимаешь, что это значит? – голос стал подрагивать от волнения. Тайлер не мог от переполнявших его мыслей, которые, казалось, полезут из черепной коробки, совладать с собой.

– Это шанс повернуть игру в нашу пользу, – ответил Ханс, полностью повторив то, что возникло первым делом в голове Тайлера.

========== Часть 1. Ахиллес ==========

Убойный отдел занимал подвальное помещение большого, но старого здания полиции. Он не считался престижным с тех пор, как в кресло премьера сел Киллиан Кайдо. В подвале постоянно пахло пылью и сгоревшей проводкой. В жару там было душно, а стоило наступить зиме, становилось холодно. Раньше в помещении хранили всякие пожелтевшие от времени бумаги, никому уже ненужные, диски, словно подарок из начала века, и старые компьютеры. В конце концов, всë это отправилось в мусор, но никто не удосужился устроить генеральную уборку. Роботы довольно редко ездили в подвал, потому что спускаться нужно было по крутой железной лестнице, на которой часто падали даже люди.

Ван Ямано занял свой маленький личный кабинет, больше похожий на кабинку туалета, первого июня две тысячи пятидесятого года. До того он работал за одним из многочисленных столов, стоявших в ряд в хорошо освещëнной широкой части подвала, и чувствовал себя тем компьютером, что перерабатывался сейчас где-то на заводе Токио. Впрочем, с переездом в кабинет чувства не изменились. Ямано лишь отгородился стеной от других, разделявших его мысли о собственной ненужности.

– Обустроился уже? – Кацу равнодушным взглядом лениво скользнул по маленькому деревянному столу, на котором еще ничего не стояло, и, усиленно делая вид, что он не при чем, достал из коробки фотографию Вана с отцом. Ямано молча пожал плечами. Он не хотел спешить. Кацу все понял без слов и ушел, напоследок бросив:

– Ты думаешь, что сможешь что-то изменить? Я сомневаюсь.

Ван действительно хотел. У него был план, как вернуть былую славу медленно угасающему отделу, но Кацу своими словами что-то внезапно перевернул. Никто не верил в Вана, и реплика Уокера в который раз это подтвердила. Все уже смирились со своим положением, а если не все, то большинство. Так уж устроен человек, что он к любому дерьму привыкает, теряя всякое желание что-то поменять, лишь бы не потерять оставшееся. Ямано, продолжая думать об этом, копался в коробке. Почти на самом дне, под дешифратором, лежал маленький, с ладонь, белый робот с желтыми глазами, красным плюмажем на шлеме и копьем в руке. Ван достал его осторожно, словно тот был хрустальной вазой, и долго смотрел. Воспоминания о прошлом хлынули быстро, как будто поток воды, прорвавшийся сквозь трещину в дамбе.

***

Вану было одиннадцать. Несмотря на наказ отца, он тихо вошел в кабинет и первое время не мог привыкнуть к темноте. Единственным источником света была настольная лампа, рядом с которой, сильно сгорбившись, сидел Джон Ямано.

– Что ты делаешь, пап? – спросил Ван, подойдя ближе. На столе лежали какие-то детали, инструменты, чертеж.

– Да так, ерунда, – Джон с улыбкой махнул рукой, Ван видел свое удивленное лицо в стеклах его очков. – Это тебе подарок. Его будут звать Ахиллес.

– Кто такой Ахиллес?

– Это великий воин прошлого. Мать сделала его неуязвимым, но было у него одно слабое место. Вот здесь, – отец указал себе на пятку, подняв ногу. – Туда его поразила стрела.

Ван тут же перевел взгляд обратно на чертеж. Он еще ничего не понимал, но ему уже хотелось увидеть этого Ахиллеса.

***

Ван поставил робота на стол и, сам не понимая этого, улыбнулся. Раз уж даже у такого великого воина было слабое место, оно есть и у системы Кайдо.

***

Домой Ван возвращался почти в ночь. Улицы Токио горели, все сверкало и сияло: вывески магазинов, фары мчащихся автомобилей, реклама, окна домов. Ямано жил в квартире на самом последнем этаже, которую купил сам после смерти матери. В старом доме все напоминало о ней, и ему казалось, что она сейчас вернется, а порой вечерами распространялся запах карри или жареной рыбы. Невозможно. Жить было невозможно. Ван сменил обстановку на тесную квартирку с новой мебелью.

Раздумывая о своëм новом жилище, Ямано не заметил, проходя мимо тëмного переулка, хрупкую женскую фигуру. Однако незнакомка прервала поток его мыслей самым наглым образом, точнее схватила за рукав и резко потянула на себя.

– Ван Ямано? – спросила она хрипло, будто после долгого бега ещё не смогла до конца совладать со своим голосом. Ван не успел ответить, как женщина продолжила, скорее всего, даже не нуждалась в подтверждении своей догадки, но не знала как иначе начать разговор.

– Слушай меня внимательно. Возможно, ты плохо меня помнишь, мой дорогой, но я Рина Ричардсон, секретарь твоего отца, – она ошибалась. Ван хорошо помнил тогда ещё совсем молодую Рину, еë добрую улыбку, ласковый голос, произносивший вечно в их разговорах «мой дорогой». Сквозь тьму переулка Ямано не мог хорошо разглядеть женщину, но где-то в глубине души уже понимал, что это она. Те же очки, те же тëплые нотки в голосе.

– Мисс Ричардсон… Но… Вы же…

А ещё Ван помнил, что она разбилась в той же авиакатастрофе, что и отец. Они летели вместе. Однако воспоминания уже настойчиво твердили: «Это Рина, это точно она», – а здравый смысл молчал, на то он и здравый.

– Твой отец любил капучино из «Старбакса», мечтал о старом «Форде» и подарил тебе Ахиллеса, – ответила Рина, ни разу не поколебавшись. Это была абсолютная правда, неизвестная отчасти даже его жене. – В той, скажем так, катастрофе мы с мистером Ямано выжили. Не буду вдаваться в подробности, у меня мало времени, но я попрошу тебя об одной услуге.

Рина вынула из кармана что-то маленькое и вложила в ладонь Вана.

– Здесь гибель всего человечества и маленький секрет Кайдо. Распорядись этим грамотно.

Где-то вдали, сквозь шум машин и гомон людской толпы, послышалась полицейская сирена. Рина напряглась.

– Я думала, у нас будет ещё время. Жаль, что ты переехал, мой дорогой, я слишком много времени потратила, чтобы разыскать тебя. Этого разговора не было.

Рина убежала дальше по переулку, а Ван засунул нечто, что она окрестила гибелью человечества, в карман джинс и отправился домой. Голова шла кругом. Ямано чувствовал, что у него выбили землю из-под ног. Он был уверен в том, что отец и Рина погибли больше, чем в том что два плюс два равно четыре. Хотя, если подумать об авиакатастрофе, которая произошла десять лет назад, находилось множество несостыковок. В силу возраста и накатившего отчаяния Ван не размышлял об этом. Отца нет – и всë. Но… Но об авиакатастрофе, где погибло столько учëных, довольно быстро забыли. Всего пара выпусков в новостях, странная запись с чëрного ящика, неподробная съëмка с места крушения. Возможно ли, что это всë инсценировка? Несколько журналистов уже выдвигало подобные теории, но впоследствии они отказывались от своих слов, находя новые аргументы против. Полиция официально заявила, что катастрофа была, и неверующие окончательно успокоились или ушли в подполье, потому что слишком уж большим был авторитет главы – Шейна Осгуда.

Зайдя в маленькую прихожую, заставленную коробками со всяким хламом, который давно пора выбросить, Ван включил свет. Единственная лампа под потолком часто мигала, но работу свою выполняла хорошо. Ямано вынул непонятную вещь, данную Риной, и долго разглядывал. Это был небольшой пузырëк из толстого стекла с горстью таблеток внутри. Ничего необычного, как казалось на первый взгляд. Убрав «подарок» в карман домашних брюк, в которые успел переодеться, Ван вышел в узкий коридор, а затем на кухню.

Если бы только мать, приверженец домашней еды, знала, что в двадцать девять Ван будет питаться чем попало, еë бы хватил удар. Ямано не мог ещё готовить сам, не вспоминая о ней. Да и времени и сил не всегда хватало.

Внезапный телефонный звонок отогнал мысли. Взяв телефон одной рукой, мужчина быстро посмотрел на дисплей – начальство.

– Да, мистер Аэрон, – ответил Ван. После смерти Шейна Осгуда главой полиции стал Дэвин Аэрон, человек невероятно спокойный и сдержанный, редко бывающий в плохом расположении духа. Он был полной противоположностью экспрессивному Осгуду, но при этом являлся ставленником Кайдо.

– Мистер Ямано, Вы наверное уже ушли, – на том конце послышался негромкий, но твëрдый низкий голос. – Хотел сказать, что отчëт по делу об убийстве тех трëх человек на Камадзава Дори я жду послезавтра.

– Хорошо.

Ван повесил трубку. Отчëт был уже почти готов, так что сокращение сроков на два дня не было препятствием.

***

Ночью спать не хотелось. Ван лежал на жëсткой кровати, смотря на то, как на потолке появлялись участки света от фар проезжавших автомобилей. День был настолько странный, что отключить мысли и заснуть казалось невыполнимой миссией. Что делать с капсулой? Что произошло тогда с самолётом, на котором летел отец? Вопросов очень много, а вот ответов нет совсем.

Немного погодя Ван резко подорвался с кровати, взял пузырëк и отставил его подальше в шкаф. Раз нет подарка от Рины, то нет и всего остального. Однако не помогло. В стараниях убедить себя, что ничего не было, Ямано провëл много времени, ворочась в кровати.

Прошло, казалось, несколько часов, но, взглянув на время, Ван понял, что всего два. Он накрылся подушкой, прижал к себе одеяло и, не выдержав, открыл шкаф. Пузырëк, вопреки ожиданиям, стоял на месте. Чëрт! Ямано занëс руку, чтобы разбить его, но не решился. Сам устрашился своего желания уничтожить то, что доверил ему отец. Как Ван мог вообще отрицать, что он жив? Дурацкая ситуация, вообще ничего не понять! Он почувствовал, как к ушам приливает кровь от злости. Хотелось что-то пнуть, что-то бросить об стену со всей силы. Под руку как раз кстати подвернулся стакан, Ван принëс его в жертву собственной ярости, и это помогло. Звон разбившегося стекла немного отрезвил.

Уже светало. Небо стало приобретать желтоватые оттенки, засверкали зеркальные небоскрёбы, отражая первые ещё робкие лучи. Ложиться спать не было смысла, хотя голова кипела, а от раздумий о новом дне руки опускались. Ван чувствовал себя опустошëнным. Он смирился с ситуацией, но это ему не нравилось. Нужно было действовать.

========== Часть 2. Состав смерти ==========

Аэрон

Аэрон занëс руку над старомодной деревянной дверью в кабинет Кайдо, с трудом сдержавшись чтобы не написать на ней ключом что-нибудь не совсем лестное. Однако не успел он постучать, как раздался голос:

– Войдите, мистер Аэрон.

Широкий кабинет премьера освещался одной-единственной настольной лампой, стоявшей на дубовом столе. У стен, словно не желая попадаться на глаза, безмолвно стояли огромные крепкие шкафы с бумажными книгами. Кайдо было за семьдесят, он ещё помнил те времена, когда люди не слишком доверяли электронным носителям информации. Сам премьер стоял, повернувшись лицом к окну, созерцая сотканную из света паутину, накрывшую Токио целиком.

– У тебя большие неприятности. Я полагаю, ты это знаешь, – голос Киллиана, отдававший сталью, всегда был ровным и не выдавал эмоций владельца. Возможно, Кайдо в принципе никогда ничего не чувствовал.

– Сейчас найти Рину Ричардсон для меня – первостепенная задача, – Аэрон умел сохранять спокойствие в любых ситуациях, пожалуй, кроме разговора тет-а-тет с премьером. Разочаровывать Кайдо было опасно.

– Это хорошо, – наконец Киллиан обернулся. Дэвин мог видеть его профиль, так напоминавший сейчас какую-то хищную птицу. Нос с горбинкой был похож на изогнутый клюв, а глубоко посаженные глаза, казалось, смотрели неотрывно. Кайдо улыбался, но его улыбка была страшнее, чем если бы он хмурился.

– Ещё я хотел поговорить о недавнем нападении на грузовик с… материалом, – премьер сложил руки в замок за спиной.

– Это дело рук всë той же банды Разрушителя. Я опросил водителя, но он ничего не помнит. Пролежал без сознания почти час.

– Ты ведь человек неглупый, вроде бы, и ты понимаешь, что я скажу тебе сейчас.

– Мы постараемся поймать эту банду до запуска беспилотной программы для автомобилей.

Кайдо в ответ только кивнул, и Аэрон, повернувшись, вышел. На ходу он столкнулся со своим коллегой – начальником Красной бригады, который криво улыбнулся вместо приветствия. За глаза этого маленького толстого человека звали Псом Кайдо, настолько он был предан хозяину и жаждал рвать глотки.

***

Ван

Ван пришëл в тот день на работу уставшим. Голова болела от перегрузки информацией и требовала немедленного отключения, но отдыхать пока было рано. Всю ночь Ямано думал о том, что произошло вчера и теперь казался сам себе полностью опустошëнным. От воспоминаний о встрече с Риной мутило. Просто надоело, хотелось забыть и жить с теми же убеждениями, в которые Ван верил ещё позавчера. Теперь всë разделилось на до и после, и между Ямано сейчас и Ямано из недавнего прошлого появилась пропасть.

У входа стоял Кацу. Выдохнув облако сладковато пахнущего дыма, он помахал Вану рукой.

– Выглядишь хреново, – заметил Уокер, нахмурившись. – Давно тебя таким не видел.

Ван развëл руками. Вывалить всë на друга хотелось, но не разрешалось. Никому нельзя было говорить о встрече с Риной.

– Устал немного, но я привыкну.

Казалось, Кацу поверил. Он похлопал Ямано по плечу и вновь затянулся.

Едва Ван вошёл, он увидел целый ряд компьютеров, за которыми, смотря в голографические экраны, работали полицейские. Их в убойном отделе было немного, большинство уволились. Ямано прошëл мимо и направился к неприметной автоматической двери.

– А, мистер Ямано, поздравляю с назначением. Простите, что не смог раньше, работы сейчас много, – лаборант в белом халате повернулся и тепло приветствовал Вана. – Чем обязан кстати?

Ван осмотрелся. Окон в лаборатории не было, солнечный свет заменял какой-то навороченный прибор да и то в тех случаях, когда это необходимо для хранения веществ, всë большое пространство занимали холодильник и стол с круглой металлической коробкой, подключенной к компьютеру.

– Спасибо. Мне нужен анализ вот этого, – Ямано протянул одну из таблеток. Лаборант загрузил еë в коробку и включил компьютер, принявшись что-то быстро печатать.

– Это новая дурь? Слишком сложный состав.

Ван наблюдал за тем, как на экране составлялась какая-то решётка. Вскоре компьютер выдал результат. Лаборант просмотрел состав таблетки:

– Не буду вдаваться в подробности, но эта фигня притупляет боль и возбуждает ярость.

– Ну что-то вроде дури, я полагаю, – Ван забрал таблетку и ушёл с ней в свой кабинет. Он не был экспертом в химии как отец, но хотя бы стало понятно, что делает эта «гибель человечества».

В кабинете уже ждали Кацу и ещё одна коллега – Ами Коэн, которая, несмотря на внешнюю хрупкость и доброту, показывала отличные результаты в рукопашном бою. Сейчас же эта машина для убийств с беспокойством матери смотрела на Вана.

– Не заболел? – Ами приложила маленькую ладошку ко лбу Ямано, затем к своему, подумала с минуту и выдала:

– Я так понимаю, кто-то не спал всю ночь. Ну так же нельзя, Ван! Ты хочешь работать, да, но подумай о здоровье, – спорить с Ами себе дороже, поэтому Ван молча кивнул. Кацу усмехнулся:

– Да ему нужно просто расслабиться. Может сходим сегодня вечером куда-нибудь? – Уокер незаметно подмигнул, но Ами всë равно увидела. Однако вместо лекции выдала только:

– Я с вами.

Отказаться Ван и не пытался. Отвлечься было неплохой идеей, хотя и пришлось пересиливать себя, так что, договорившись с Кацу и Ами встретиться после работы у входа, Ямано вернулся к отчёту. Ту таблетку он, особенно не задумываясь, спрятал в Ахиллеса.

***

Вечером Ван перекинул отчёт Аэрону и, взяв пиджак, поднялся по лестнице в главный холл – большое сияющее помещение с несколькими шкафами со стеклянными дверцами, где стояли совсем уж старые вещи. Затем прошëл через рамку. На улице уже ждали друзья. Кацу курил, а Ами, зажимая нос, ругала его, но выглядела при этом настолько комично, что Уокер смеялся.

– Идëм к Наварро? – спросил Кацу, и его друзья вместо ответа кивнули. Бар «У Наварро» был любимым для всех полицейских, а хозяева – милая семейная пара – всегда встречали с радушием, интересуясь, не загоняло ли снова начальство.

Бар «У Наварро» располагался в спокойной части Токио, до которой нужно было ехать с двумя пересадками в метро. Тихие, едва освещëнные улочки, были почти пусты. Должно быть, никому из тех, кто работал в центре, не хотелось тратить время чтобы добраться сюда. Между двумя обыкновенными, ничем не примечательными домами располагалось одноэтажное здание с электронной вывеской, с которой махал рукой улыбчивый русоволосый хозяин с широким открытым лицом. Кацу первым открыл дверь и вошёл в чëрно-белый огромный зал с рядами столиков и барной стойкой на противоположной стороне. Хозяин стоял в фартуке, с переброшенной через плечо тряпкой, рядом примостилась на высоком стуле его жена Сэнди.

– Какие люди! – Кен Наварро спохватился и тут же положил тряпку на место. – Что пить будете? Слышал, вы, мистер Ямано, начальником стали, поздравляю. Надеюсь, не сильно гоняете подчинëнных?

– Да он вообще зверь, – шутливо ответил Кацу, а Ами пихнула его в бок и, перебивая, воскликнула:

– Ван – отличный начальник.

Кацу заказал ром, Ами – текилу санрайз, а Ван обошëлся безалкогольным мохито. Пить сейчас не хотелось да и было довольно опасно. Друзья заняли столик у окна, благо пока посетителей не наблюдалось. Кен включил маленький проектор, и рядом с гостями возник новостной канал. В центре кто-то вновь бастовал против Кайдо, перекрыв движение. Сейчас ничего, кроме лëгкого раздражения, у других жителей это не вызывало. Ван только улыбался. Всë же некоторые ещё не сдавались, и это было хорошо.

– Кто-то ещё надеется изменить ситуацию пикетом? – не удержалась от риторического вопроса Сэнди. Кацу пожал плечами:

– Я вообще не вижу смысла хуярить против Кайдо, нужна революция, но вряд-ли у кого-то хватит сил и смелости еë организовать.

– Не нам еë организовывать, – Кен развëл руками и вернулся к протиранию стаканов. – Кто мы, чтобы нас слушали?

Никто не стал спорить, кроме Вана.

– В революции важен вклад каждого. Если каждый будет думать, что он ничего не сможет, Кайдо так и продолжит тиранию. Те, кто сидят на высоких постах, его люди, на них не стоит надеяться.

– Люди боятся, Ван, – вставила слово Ами. – Я не буду рассуждать, могу ли я начать это дело, но ты должен понять других. Им столько раз в новостях показывали, что случится с бастующими, что они не выйдут на улицу с плакатами «Мы против Кайдо». Кайдо своего добился, он запугал народ.

– И вы все боитесь? – Ван оглядел друзей, хозяев.

– Никого я не боюсь! – воскликнула Сэнди, гордо подняв голову и стукнув кулаком по стойке. – Если кто-то начнёт, я помогу. Сама я слишком экспрессивна для лидера, но могу стать правой рукой.

Кен обнял жену.

– Успокойся, Сэнди. Подумай, это слишком опасно, если ничего не выйдет.

Кацу же согласился, что он слишком боится, а Ами сказала лишь:

– Сейчас Кайдо в сильной позиции. Прежде нужно его ослабить.

Разговор прервал стук в стекло. Единичный, но громкий. Друзья резко и дружно обернулись, но по ту сторону никого не оказалось. Ами вернулась к своей текиле, а Кацу перемолвился словечком с Сэнди, когда стук раздался ещё раз. Тогда Ван и увидел Рину. На этот раз в свете фонарей. Ричардсон изменилась, но не настолько, чтобы Ямано не мог еë узнать. У Рины раньше были длинные синие волосы, сейчас ставшие короткими, круглое лицо, которое теперь похудело и осунулось, на нëм появились первые морщины. Наверное, жизнь Ричардсон помотала хорошо.

Коротко кивнув, Ван сказал друзьям, что должен ненадолго отойти, и вышел наружу, где секретарь отца стояла, напрягшись и озираясь.

– Я следила за тобой от работы, – сказала она вместо приветствия, – чтобы сказать одну вещь. Мне удалось найти тех, кто поможет в борьбе против Кайдо.

– Кто?

– Его зовут Тайлер Осгуд. Ты наверняка знал его отца, Шейна. Если хочешь, я могу организовать встречу.

Ван не думал долго. Он тут же согласился.

========== Часть 3. Ва-банк ==========

Sound it off, this is our call:Rise in revolution!It’s our time to change it all:Rise in revolution!©“Rise» Skillet

Тайлер не производил впечатление человека, который мог бы устроить революцию. Харизму он заменял серьëзностью и жëсткостью, больше похожий в этом на одного из последователей Кайдо, особенно не заботясь, что о нëм подумают. Ван убедился в верности догадки практически сразу, едва встретил Осгуда в кафе. Даже во всех движениях Тайлера, в том, как он поднялся из-за стола, была чëткость, доведëнная практически до автоматизма.

– Мистер Ямано, – Тайлер указал кивком головы на место напротив. Сразу в обсуждение дела с головой, никаких прелюдий. Ван сел за стол, прогнав мысли о том, что ему немного некомфортно. Некомфортно не только сидеть в кафе с Тайлером, но и в принципе в своей новой жизни. Возможно, Ямано ещё не успел привыкнуть, но такие резкие перемены заставляли сходить с ума ночью в попытках понять, где ещё его убеждения могут разрушить. Однако он был твëрдо уверен, что дойдёт до конца, стараясь подорвать авторитет Кайдо. Это то, зачем Ван и стал главой убойного отдела, – помочь людям осознать, что борьба с новым премьером не бессмысленна.

– Мисс Ричардсон помогла мне выйти на Вас, и я надеюсь, что Вы поможете нам, – Тайлер скрестил пальцы, положив руки на стол, и, опираясь на локти, чуть придвинулся к Вану. У Осгуда был усталый, но твëрдый взгляд, казалось, пронзающий насквозь и забирающийся в душу. Немного погодя, он продолжил:

– Для начала я хочу предоставить доказательства того, что та авиакатастрофа, в которой погиб Ваш отец, на самом деле фейк.

– Что Вы имеете ввиду? – Ван и без доказательств это понимал, после того как увидел Рину живой. На свету успев хорошо разглядеть еë, убедился. Определëнно это была мисс Ричардсон с той родинкой на шее, с теми же мельчайшими деталями, которые становятся заметны лишь тогда, когда узнаëшь человека лучше.

***

Джон Ямано расслабился в кресле, оторвавшись от иллюминатора. Лететь предстояло ещё пару часов, и, судя по безоблачному небу, пройти всë должно было спокойно. Он сидел рядом с Риной, немного волновавшейся ещё с приезда в аэропорт. Ричардсон не успела привыкнуть к частым полëтам на конференции.

– Можно чашечку кофе? – Джон жестом остановил улыбчивую стюардессу.

– Простите, мистер Ямано, но мы уже почти прилетели, – она была так уверена в своëм ответе. Джон взглянул на часы.

– Что Вы… – не успел Ямано закончить вопрос, как Рина, бесцеремонно дëрнув его за рукав, с ужасом указала на иллюминатор. К самолёту приблизились два чëрных, заслонивших солнце истребителя. Они двигались бесшумно, преследуя, подобно неотвратимой угрозе. Мысли стали вялыми, и мозг словно бы отключился, как компьютер, показывающий ошибку и горящий красным. Не зная куда себя деть и что делать, Джон запаниковал. Дышать стало труднее, сердце забилось быстрее, голова тяжелела.

– Что происходит? – голос дрожал, срывался, уходя на верхние тона. Он ещё не успел до конца понять и проанализировать ситуацию. Такого ведь не могло быть, да? Джон не верил или старался не верить.

Вокруг начался хаос. Кто-то стучал по иллюминатору, лишь бы сделать хоть что-то, а не сидеть на месте, кто-то от безысходности перебирал вещи. Некоторых пригвоздило к креслам, заставляя съëжится в них.

– Успокойтесь, – громкий голос стюардессы показался оглушающим. Все в удивлении остановились. Она была спокойна. – Вам предоставят все условия для работы в организации «Звезда ангела», финансирование при этом не ограничено. Вы будете совершать открытия для «Звезды ангела», но самое главное, над чем вы будете трудиться, это секретный проект, о котором вам расскажут позже. Для близких вы мертвы, этим вы сможете их обезопасить.

***

Ван громко выдохнул. Отца похитила «Звезда ангела»? Услышанное не укладывалось в голове. Подобно тому, как чувствовал себя отец десять лет назад на том самолёте, Ван встал, прошëлся вокруг столика и сел обратно. Руки и ноги тряслись, пол выбило из-под ног и, казалось, что он висел где-то в пустоте один на один со своими мыслями. Картины проносились быстро, сбиваясь в бесформенную непонятную кучу, скакали от момента к моменту. Ван тряхнул головой, напрягся, стараясь отвлечься. Хозяин, синеволосый высокий мужчина с украшавшей широкое грубое лицо бородкой, прекратил протирать стаканы и подошëл к Тайлеру. Но не успел он и слова сказать, как Осгуд воскликнул:

– Рен! Это он рассказал мне о том, что случилось. Рен был на том самолёте, но ему удалось бежать.

Хозяин протянул Вану крепкую ладонь:

– Рен Хияма, рад познакомиться.

Ван ответил. Рука у Хиямы была тëплой, а пальцы напряжены. Между тем, Тайлер достал из портфеля толстую папку и подтолкнул к Ямано:

– Здесь все доказательства. Мы держим их в бумажном варианте, чтобы если что сжечь.

Ван открыл еë и быстро просмотрел несколько первых листов. Тайлер явно пришëл не только об авиакатастрофе говорить, так что много времени он не даст. На бумагах были записи с чëрного ящика, из речи стюардессы, фотографии, возможно, сделанные Хиямой, на которых чëтко видно истребители, список учëных, несоответствие обломков описанию падения самолёта, показания тех, кто в тот момент находился неподалёку. Всë вполне явно указывало на наскоро склеенную историю, в которую верили лишь благодаря авторитету Шейна Осгуда.

– Я понял, мистер Осгуд, – голос Вана дрогнул, но он старался держаться. – Вам что-то нужно от меня?

Хотелось одного – увидеть отца. В своих ночных мыслях Ван прошёл все стадии: отрицание, гнев, торг, депрессию, принятие. Сначала он хотел всë забыть, потом злился на себя и, что более ужасно, на отца, за то что он не нашëл способа сообщить о себе, затем бродил среди фактов от одного к другому, не зная, верить ли, запутываясь и опуская руки, и, наконец, добрался до того, что лучик надежды затеплился в сердце. Ван верил, что сможет увидеть такого родного ему человека несмотря ни на что.

– Нужно, мистер Ямано. Я хочу пригласить Вас в КРО. КРО – это контрразведывательная организация, целью которой является свержение Кайдо.

– У вашей организации есть план как свергнуть Кайдо? – Ван в удивлении воззрился на Осгуда, а тот улыбался, довольный произведëнным эффектом.

– Да, но нам не обойтись без Вашей помощи.

– Я хочу помочь, – Ямано ответил без колебаний. Он готов был поставить на карту всë, особенно сейчас, когда отец оказался жив.

***

Секретный штаб КРО располагался под землёй. Въехав в полутьму парковки торгового центра «Токио», Рен поставил машину на нужное место и нажал какие-то кнопки на экране. Внезапно авто стало уходить под землю. Вход закрылся, и наступила абсолютная тьма. В тот момент в душу закралось волнение. Куда они едут? А если что-то сломается? К счастью, путешествие по кирпичной шахте не продлилось больше минуты. Дальше машину пришлось оставить и идти своими ногами по ровно освещëнному голубовато-серому коридору мимо множества автоматических дверей.

– Ван Ямано, да? – войдя в главный зал штаба, не успев даже толком осмотреться, Ван услышал насмешливый голос рядом. Опершись плечом о стену, стоял высокий парень с зелëными, собранными в непонятную, не слишком аккуратную причëску волосами и голым торсом, прикрытым лишь расстëгнутым плащом. Он протянул Вану руку, улыбнувшись:

– Зови просто Ханс. Тебе здесь понравится.

Ван пожал протянутую ладонь и наконец-то осмотрелся. Зал был длинный, и большую его часть занимал белый овальный стол с целой кучей парящих над ним голографических экранов, а у стен стояли компьютеры, за которыми работали немногочисленные сотрудники.

– Мистер Ямано, это штаб КРО, – Тайлер провëл рукой от стены до стены, словно король, показывающий свои владения. – Здесь постоянно дежурят сотрудники, ищут информацию по Кайдо. У нас уже готов план, который нам помогла составить мисс Ричардсон.

Ван Рину не увидел, но, скорее всего, она была где-то здесь. Спрятаться от Кайдо под землёй звучало как неплохой план.

– И в чëм же заключается этот план?

Тайлер сел за стол, закинул ногу на ногу и продолжил:

– Мисс Ричардсон рассказала о том, как в организации «Звезда ангела», с которой связан Кайдо, проводили опыты на людях. Однако, Вам это лучше знать, одних слов недостаточно, нужны доказательства. С Вашей помощью мы хотим попасть на «Звезду ангела», в серверной у них хранятся дневники исследований. Если мы отдадим их вместе с таблетками, выйдем на нескольких пострадавших и их родственников, можно начинать уголовное дело против Кайдо.