Текст книги "Порочный сексуальный полицейский (ЛП)"
Автор книги: Карли Филлипс
Соавторы: Эрика Уайлд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
Глава 5
Сара вздрогнула от соблазнительных слов Леви, особенно когда он подкрепил свой хриплый комментарий, проведя теплым, влажным языком по ее коже, одновременно спуская бретельку ее платья и бюстгальтера вниз по правой руке, обнажая больше возможности, чтобы попробовать ее на вкус. Еще одно длинное, медленное облизывание заставило ее бедра сжаться от покалывания, возникшего между ними, и когда Леви слегка впился зубами в сухожилия ее плеча, она застонала, вздрогнув всем телом от восхитительно возбуждающей боли от укуса.
Ее соски затвердели, натянув тонкую ткань платья, будто он ее щипал. Она завела руку за голову, чтобы провести пальцами по его волосам, но Леви крепко схватил ее за запястье, прежде чем она успела добраться до цели. Направив ее руку вниз, он прижал ее ладонь к краю стойки.
– Не двигайся больше. Единственные руки, которые могут касаться, – это мои, – низко и настойчиво прорычал он возле ее уха. – Просто расслабься и позволь мне доставить тебе удовольствие.
Расслабиться было невозможно, но поскольку Сара хотела испытать любое удовольствие, которое мог доставить Леви, она не сказала ни слова, просто позволила телу отдаться соблазнению, что было невероятно легко сделать… с ним. Она уже знала, что он был из тех мужчин, которым нравилось командовать, и быстро обнаружила, что она из тех женщин, которые охотно – и бесстыдно – реагировали на доминирующую сексуальность в его голосе.
Леви запустил руку в ее волосы, учащая ее сердцебиение, когда медленно и бережно накрутил пряди на пальцы, чтобы контролировать движение ее головы. Он потянул за локоны в сторону и немного назад, полностью открывая ее шею и линию плеча.
– Сара, открой глаза, – тихо приказал он. – Хочу, чтобы ты кое-что увидела.
Словно под чарами она повиновалась и подняла отяжелевшие веки, глядя перед собой, так как возможности смотреть куда-то еще не было. У нее перехватило дыхание при виде их отражения в кухонном окне. Из-за темноты снаружи казалось, будто смотришься в зеркало, где отражалось его невероятно мужественное лицо рядом с ее лицом – его напряженные черты и сверкающие глаза горели жаром и похотью.
– Хочу, чтобы ты увидела, какая ты красивая, – сказал он, покусывая ее мочку, а свободной рукой скользил по изгибу ее талии. – Вся такая нежная, желающая и нетерпеливая. Чертовски идеальная.
Нет, она вовсе не была идеальной. Отнюдь. Но прямо сейчас, в этот момент, она поверит, что является всем, чего хотел Леви. Всем, что ему было нужно. Эту фантазию она заберет с собой, когда уедет.
– Готова кончить для меня? – спросил он мрачным от обещания голосом.
Она понятия не имела, что он намеревался с ней сделать, но невозможно было остановить волну возбуждения, охватившую ее, и она не колебалась с ответом.
– Да, пожалуйста.
Он усмехнулся, порочный звук еще больше усилил предвкушение.
– Тебе не нужно быть со мной такой правильной и вежливой, потому что нет ничего приличного в том, что я хочу с тобой сделать. Сейчас главное – твое удовольствие, так что наслаждайся, милая.
Его губы снова коснулись ее шеи, сначала медленно и нежно, затем с возрастающим давлением. Сара почувствовала легкое царапание щетины, небольшую боль, вызвавшую у нее еще один бесконтрольный стон. Не в силах сдержаться, она закрыла глаза, чтобы насладиться каждым волнующим ощущением его рта – и, боже мой, этот мужчина был невероятно искусен в возбуждающих поцелуях в шею, которые превращали женщину в добровольную рабыню его желаний.
Она была податлива и уступчива всему, что он хотел с ней сделать. Даже когда отпустил ее волосы и обхватил рукой ее горло, а его пальцы слегка на него надавили (то, что с любым другим парнем стало бы предупреждающим звоночком), она позволила запрокинуть свою голову еще дальше, пока она не легла на его плечо. Вот насколько она ему доверяла.
Сара выгнула спину и вызывающе прижалась к нему бедрами. Сквозь тонкий материал платья она чувствовала очертания его толстого, твердого члена, скрытого за джинсовой тканью, когда он льнул к ее попке. Прижатая его телом к стойке, в сочетании с его грубой хваткой, Сара находилась в самом возбуждающем и мучительном капкане.
Губы Леви скользнули по изгибу ее шеи, посасывая и целуя, и овевая прерывистым дыханием, настолько горячим, что она не могла мыслить ясно. Будто этого было недостаточно, он добавил царапание и покусывание, стимулируя каждую из ее эрогенных зон и заставляя клитор пульсировать от потребности.
Ее груди так налились, что их стало покалывать, а соски затвердели до боли. И когда к ласкам присоединился его грешный язык, Сара тихонько захныкала. Ее бедра дрожали, между ними скапливался влажный жар, потому что теперь она понимала, насколько интенсивно будут ощущаться его рот и язык между ее ног. Лучше, чем любого мужчины, до него.
Внутри перемешалось так много плотских ощущений, что она начала задыхаться, почти оказавшись на грани кульминации… и как такое, вообще, возможно от простых поцелуев в шею? Невероятно эротичных поцелуев, но, тем не менее, так быстро возбуждаться для нее не было нормой. Опять же, когда еще другой парень тратил время и уделял внимание столь длительной прелюдии? Никогда. И это было чертовски великолепно.
– Леви, – выдохнула она, беспокойно ерзая ягодицами по тому, чего ей хотелось больше всего. Его члену. Внутри нее. Чтобы он облегчил боль, которую разжег. – С тобой я чувствую…
Она не могла заставить себя быть такой смелой и сказать что-то настолько откровенное.
– Со мной ты чувствуешь, что? – хрипло продолжил он, его губы и голос вибрировали на ее шее, в то время как пальцы вокруг ее горла нежно поглаживали линию ее подбородка. – Слабость в коленях?
– И это тоже, – Сара слегка усмехнулась и снова открыла глаза.
– Жар и возбуждение? – предположил Леви, а затем пососал и лизнул дорожку вдоль ее плеча, вызвав у нее стон.
– Да, и это тоже. – Она закусила губу, не зная, как долго сможет терпеть эту пытку.
– Как насчет влажности, моя сладкая?
Горячо дыша ей в ухо, он проник свободной рукой под подол ее платья и провел длинными теплыми пальцами по внутренней стороне ее бедра.
– Твоя киска скользкая, горячая и жаждущая? – Он дразняще погладил ближе к простым хлопковым трусикам, которые, несомненно, промокли. – Хочешь, чтобы я заставил тебя кончить?
Сара с трудом сглотнула и вцепилась в край стойки в поисках опоры. Было еще кое-что, к чему она совсем не привыкла, – грязные разговоры. Но из уст Леви они звучали горячо, сексуально и возбуждающе, и ей это нравилось.
– Ответь мне, Сара, – потребовал он низким, резким тоном, проведя пальцем по внутренней стороне ее бедра, чтобы привлечь внимание.
Она удивленно охнула, когда легкий импульс боли, казалось, отразился в ее клиторе.
– Да, – быстро сказала она. – О, боже, да.
– Да, что? – нетерпеливо спросил он, сжимая пальцы вокруг ее горла и скользя губами по ее щеке. – Я не прикоснусь к твоей нежной, трепещущей киске, пока ты об этом не попросишь.
Леви переместил руку к поясу трусиков и остановился там, жар его ладони на нижней части живота ощущался как клеймо на ее коже. Киска Сары так сильно пульсировала, что мысль о том, что он оставит ее в возбужденном состоянии, придала ей дерзости. Она опустила голову ему на плечо, чтобы посмотреть в его глаза, такие темные и жаждущие… ее.
– Коснись моего клитора, Леви, – отчаянно прохрипела она, зная, что менее порочной просьбы он не примет. – Прикоснись ко мне, ласкай, заставь кончить, пожалуйста.
– Хорошая девочка, – пробормотал он, будто она прошла какое-то негласное испытание.
Наконец, он дал ее телу желаемое: скользнул рукой в ее трусики и прямо внутрь, вызвав у нее испуганный вздох. Как только он коснулся скользкого, влажного жара, замерев пальцами в опухших складках, он застонал и заметно вздрогнул.
– Иисусе, Сара, – прерывисто выдохнул он. – Ты вся мокрая и такая чертовски нежная.
– Леви, не останавливайся, – умоляла она, отчаянно вращая бедрами с его рукой внутри, побуждая ее двигаться. – Пожалуйста, не останавливайся.
Он снова выругался, глубоко проникая пальцами в ее ноющую плоть, а затем вынул их, чтобы с нажимом потереть клитор, подталкивая ее к катастрофическому освобождению, лихорадочно нарастающему внутри нее. Другая его рука все еще обхватывала ее горло, и Сара запрокинула голову, чтобы еще раз встретиться с его бушующим взглядом. Его челюсти были сжаты, все тело напряжено, а необузданная потребность, пылающая в его глазах, была заразительной, заставляя и ее тоже загореться.
Она извивалась на его руке, доставляющей ей столько удовольствия, и отчаянно стонала, хриплые звуки снова и снова срывались с ее губ.
– Леви…
– Бл *ть. Вот, где я хочу коснуться тебя ртом, – прохрипел он с пылающим взглядом, безжалостно лаская ее пальцами. – Хочу лизать тебя, съесть и ощутить на языке твой вкус, когда ты кончишь. Затем я хочу так чертовски глубоко погрузиться членом в твою нежную, узкую киску, что ты будешь выкрикивать мое имя.
Это последнее, что она услышала, потом он притянул ее к себе и поцеловал, сильно и глубоко, не оставляя ей иного выбора, кроме как ответить взаимностью его покоряющим и пожирающим губам. Круговые движения его языка имитировали то, как его пальцы кружили по ее клитору, погружая Сару в самое приятное и изысканное забвение.
Она подалась к нему, дрожа всем телом, когда достигла столь сильной кульминации, что закричала ему в губы от спазмов удовольствия, перебрасывающих ее за грань, о существовании которой она даже не подозревала. И когда Сара, наконец, смогла мыслить ясно, она задалась вопросом: станет ли когда-нибудь снова прежней.
В конце концов, Леви прервал поцелуй и убрал руку с ее горла. Она обвисла, как тряпичная кукла, прислонившись к стойке и уронив голову вперед в попытке сориентироваться. Леви по-прежнему стоял позади нее, придерживая ее за бедра, нежно, но достаточно твердо, чтобы она не упала.
– Ты в порядке? – его глубокий хриплый голос пронизывало веселье.
– Ммм, наверное, – ответила она, ее пульс, наконец, замедлился, а дыхание вернулось в норму. – Это было очень… интенсивно.
– А ты была чертовски потрясающей. – Леви провел ладонями по ее талии.
Она только что насладилась феноменальным оргазмом, а его все еще твердая, как гранит, эрекция прижималась к ее заднице, и от одного лишь ощущения этого впечатляющего члена ей захотелось большего, чем просто его пальцы, доставляющие удовольствие.
Сара повернулась в его объятиях, и хотя он не предоставил для маневра достаточно места, но не отступил. Все еще стоял близко, самодовольно ухмыляясь.
Она знала, о чем хотела его спросить, но раньше никогда не делала предложения мужчине, и ей вдруг стало неловко, учитывая то, что он только что с ней сделал.
– Хочешь… хм, пойдем в спальню и…
Он сжалился над ее неуклюжей попыткой соблазнить его и покачал головой.
– Не сегодня. – Он нежно заправил несколько прядей ей за ухо, в его взгляде мелькнуло сожаление. – Но не думай, что я не хочу раздеть тебя донага и уложить в свою кровать, а затем вонзиться в тебя так глубоко, что тебе придется принять каждый мой дюйм.
Его слова вновь воспламенили ее, но и озадачили.
– Раз мы оба этого хотим, то почему бы не сделать этого?
Дело было в том, что другой ночи с Леви у нее, скорее всего, не будет. Она не просто так согласилась на одно свидание: так их отношения не усложнятся, когда ей придет время уезжать. Если не считать того, как сжалось ее сердце при мысли о том, что она оставит этого мужчину. Сара опасалась, что уже влюбилась в него.
– Ах, Сара. – Леви тихо вздохнул, проведя пальцем по ее подбородку. – Ты так мила и наивна, что я не уверен, готова ли ты ко мне.
Она непонимающе моргнула, глядя на него. Как он мог говорить такое после того, сколь отзывчивой она была с ним только что? Ее тело было готово, очень готово, и она не была девственницей, о чем ясно дала понять своими громкими криками.
– Я не наивна в плане секса.
Он выгнул темно-русую бровь, бросая ей тихий вызов.
– Наивна, когда дело касается моего типа секса.
– И что же это за тип?
– Скажем так… у меня есть проблема с контролем. Это распространяется и на спальню, и на то, что я хочу сделать там с тобой.
Сара облизнула нижнюю губу, ее воображение наполнили настолько горячие, возбуждающие и эротические картины, что ей пришлось подавить дрожь.
– Я не возражаю.
– Ты полностью уверена? Потому что я не нежный любовник.
Его губы изогнулись в почти извращенной улыбке, он снова схватил ее за бедра и притянул к своей эрекции, напоминая, как щедро он одарен… явно не как среднестатистический мужчина.
– Ты не возражаешь быть привязанной к моей кровати, в то время как у меня будет доступ к каждому дюйму твоего обнаженного тела, чтобы делать с ним все, что я захочу? И просто для ясности: я хочу, чтобы ты стояла на четвереньках, а я буду мять и шлепать твою задницу, так чертовски сильно и глубоко вколачиваясь в тебя, что отброшу на несколько футов вверх по матрасу, и ты забудешь свое имя. Я хочу, чтобы ты лежала на спине, с до неприличия широко раздвинутыми ногами, а я буду трахать тебя ртом, языком и пальцами, прежде чем проникну в тебя членом. И когда ты подумаешь, что больше не вытерпишь, мне захочется сделать это снова.
Ой. Мой. Бог. С каждой новой красочной деталью глаза Сары расширялись… от шока и, Господи помоги, от предвкушения испытать ту темную часть Леви, которая делала его таким непростым человеком. Теперь она это понимала.
Он поднял руку и провел подушечкой большого пальца вдоль ее нижней губы, прежде чем надавить, пока она не почувствовала вкус его теплой, солоноватой кожи.
– А твой сладкий, нежный, невинный ротик? Я хочу делать с ним грязные, порочные вещи. Хочу увидеть, как он поглотит каждый дюйм моего члена, пока я пробиваюсь к твоей глотке. Хочу чувствовать, как он высосет меня досуха, когда я кончу.
Из Сары вырвалось тихое хныканье, и ей пришлось подавить желание упасть на колени и позволить ему сделать эти горячие, непристойные вещи. Когда она успела стать такой бесстыдницей? Промелькнувшая мысль говорила ей, что причиной тому – Леви. Ни один другой мужчина никогда не заставлял ее чувствовать себя настолько раскрепощенной.
Его проницательный взгляд скользнул по ее лицу, и сексуальная, понимающая улыбка изогнула его губы.
– Твое затрудненное дыхание, раскрасневшееся лицо и затвердевшие соски явно дают понять, что твоему телу нравится идея дать мне все, что я хочу и в чем нуждаюсь.
Он судорожно вздохнул, показывая, что разделяет ее желание.
– Но не сегодня, – добавил он твердо, разочаровав ее своим решением. – Мы не будем этого делать, пока я точно не удостоверюсь, что ты морально готова и не испугаешься меня.
– Ты пугал других женщин? – спросила она не потому, что боялась, а потому, что ее пробирало любопытство.
Он гулко рассмеялся.
– Нет, но я всегда очень тщательно выбирал себе сексуальных партнерш. Ты, Сара Робинс, – исключение.
С этим откровением, повисшим в воздухе, он отошел от нее и засунул кончики пальцев в передние карманы джинсов.
– Сегодня я дал тебе более чем достаточно пищи для размышления, так как насчет того, чтобы отвезти тебя домой и вернуться к этому вопросу на нашем втором свидании?
Сара открыла рот, чтобы возразить, но Леви опередил ее.
– Прежде чем напомнишь, что ты не задержишься в Чикаго надолго, можешь ли ты остаться непредвзятой в отношении… нас? – Он встретился с ней взглядом, показывая, что его намерения серьезны.
Он был невероятно соблазнительный и уж точно не просил вечной любви. Черт, он только что очень подробно изложил ей, в чем именно заключался его интерес к ней. Он предлагал временную интрижку – хотя и очень порочную, где безоговорочно будет держать контроль в своих руках – и, прежде чем Сара успела передумать, бодро, но не очень определенно ответила:
– Возможно.
Леви рассмеялся глубоким смехом.
– Не совсем «да» и не совсем «нет». Но с таким ответом я, определенно, могу что-нибудь сделать.
Глава 6
Стоя на кухне, Леви провел рукой по подбородку, наблюдая, как Сара идет по коридору, ведущему в ванную. Ее отсутствие дало ему пару минут на осознание всего, что произошло за последние несколько часов. Не только поцелуи и оргазм, которые чуть не довели его до крайности в желании почувствовать эти пульсирующие сокращения вокруг своего члена, но и их глубокие, личные разговоры за ужином, общение, которое позволило ему лучше понять ее наполненную болью, трудную жизнь, и то, как его чувства к Саре Робинс нарастали с поразительной скоростью.
Эта мысль должна была пугать. Леви не позволял женщинам пересекать защитные барьеры его сердца, но с Сарой он уже испытал целую гамму эмоций. От кокетливого интереса, возбуждения и заботе к желанию защитить ее от всего, что могло ей навредить. С любой другой женщиной он мгновенно разорвал бы связь при малейших переменах в своих чувствах, но в Саре было что-то нежное и уязвимое, что побуждало Леви притянуть ее ближе, а не отталкивать.
Возможно, дело в сходстве их прошлого, в их детстве без родителей, которые могли бы воспитать и направлять их. По крайней мере, Клэй ему был образцом для подражания и тем, кто приложил бы все усилия, чтобы их троих не разлучили социальные службы, но у Сары… Мысль о том, что она потеряла любящих родителей из-за пожара в доме, а затем была брошена другой семьей, которая, по ее мнению, хотела ее удочерить, разбила ему сердце… и заставила хотеть быть тем, кто исправит все это.
Он знал ее почти шесть недель, и то, что началось с дружеских и кокетливых визитов в «Сёркл Кей», превратилось в желание большего. В сексуальном плане, да, он хотел разрушить ее наивность и сделать ее своей порочной девочкой, которая, без сомнения, пряталась внутри Сары. Она не вздрогнула и не уставилась на него с ужасом, когда он открыл ей свои пристрастия, и приняла его потребность в контроле. На самом деле, в ее взгляде он видел отчетливое восхищение, и, черт возьми, было почти невозможно подавить желание не утащить ее в свою спальню и не довести до конца все непристойные вещи, которые он ей предлагал.
Но это выходило за рамки простого влечения. Она была первой женщиной, которая затронула что-то глубоко внутри него, когда он искренне думал, что часть его сломлена и не подлежит исцелению. Его, несомненно, привлекала ее милая наивность, ее чувствительная натура, которая говорила ему, что она меньше истерзана людьми и их поступками, чем он, несмотря на то, через что ей пришлось пройти. Хотя он имел тенденцию выбирать женщин, от которых мог безопасно и легко уйти, одна мысль о том, что Сара уйдет от него, заставила желудок сжаться от слишком собственнического чувства.
Когда по дороге из магазина она мимоходом упомянула о своем плане уехать из города, ему пришлось намеренно сдержаться, чтобы внешне не дать ей увидеть панику, вспыхнувшую при мысли о том, что он потеряет ее до того, как овладеет ею. Затем, поняв, что она пытается не дать их отношениям слишком усложниться, он подтолкнул ее ко второму свиданию.
Леви резко выдохнул и прислонился бедром к стойке, молча коря себя за то, что он эгоистичный засранец – потому что, если бы в нем действительно была хоть капля порядочности, он бы отпустил Сару вместо того, чтобы преследовать ее дальше, и не только потому что она хотела уехать. Он не был способен дать женщине нечто большее, чем секс, так что же заставило его думать, что он сможет дать Саре то, что ей нужно в эмоциональном плане?
Даже за то короткое время пребывания здесь, она заслуживала лучшего, чем сломленный мужчина, несущий слишком большой груз горечи своего прошлого. Ему приходилось хранить от своих братьев ужасные тайны, которые ни один пятилетний мальчик не должен был видеть или терпеть. Он похоронил все эти отвратительные, тревожные воспоминания так глубоко, как только мог, но они всегда оставались где-то в глубине его сознания, преследуя, словно призраки. Как бы он ни старался забыть, гнев и обида никогда не уйдут полностью, и он без сомнения знал, что действия его матери не раз разрушали его способность верить в любовь.
Но даже зная, что он несет с собой чертову тонну багажа, Леви все равно не мог заставить себя отпустить Сару. И он не был готов к мысли о том, что она бросит его, пока не придет время, и он не будет вынужден это сделать.
– Я готова, – возвестила Сара, возвращаясь на кухню. Она взглянула на его лицо, и ее брови сдвинулись от беспокойства. – Все в порядке?
Боже, она уже так чутко улавливала его настроение, тогда как обычно он очень умело скрывал свои эмоции.
– Да, в порядке, – солгал он, желая оставить прошлое там, где емусамое место. Он взял ключи от грузовика и улыбнулся ей. – Давай отвезем тебя домой.
Несколько минут спустя они уже сидели в машине и только что выехали из его района, когда он бросил на нее быстрый взгляд.
– Где находится твой дом?
Она заерзала на сиденье, не смея посмотреть на него.
– Эмм, можешь просто подбросить меня до магазина.
Он не удивился настойчивости Сары довезти ее до «Сёркл Кей», откуда он забрал ее пару часов назад, но в ту ночь, когда его ранили, он, будучи полицейским, заметил кое-что, прежде чем зайти в магазин. Ни рядом, ни за магазином не было припарковано других машин, и, поскольку в тот вечер работала только Сара, он вспомнил, как задавался вопросом: где ее машина. А потом ситуация так быстро обострилась из-за ограбления, что об этом он думал в последнюю очередь.
Но теперь он не повезет ее к магазину, пока сначала не разберется в нескольких вещах.
– Ты оставила там свою машину? – Она замешкалась, и хотя он предполагал ее ответ, все же настоял: – Сара, ответь мне.
Она повернула голову к окну.
– Нет, у меня нет машины, но меня заберет подруга.
Слова вырвались в спешке – точно такое же оправдание она дала Клэю той ночью в больнице, когда брат предложил подвезти ее до дома. Если бы она сделала хоть малейшее усилие посмотреть ему в глаза, Леви, возможно, поверил бы ей насчет подруги. Но он проработал полицейским достаточно долго, чтобы распознать признаки лжи – ее запоздалый ответ, нежелание смотреть ему в глаза, нетвердый тон голоса – все это инстинктивно подсказывало ему, что она что-то скрывает. У него не в первый раз складывалось такое впечатление, и он готов был поспорить, что какие бы секреты она ни хранила, все они связаны с ее ужасной работой, за которую, несомненно, платили по минимуму, и ее необходимостью поскорее покинуть город, а теперь ее нежеланием, чтобы он отвез ее к ней домой.
– Я позвоню подруге, как только зайду в магазин, чтобы тебе не пришлось ждать, – сказала она, нервно сжимая и разжимая кулаки на коленях.
– Не надо, – сказал он, и хотя его голос был мягким, в его тоне нельзя было ошибиться.
Наконец, она взглянула на него, язык ее тела и широко раскрытые глаза были полны явной настороженности.
– Что не надо?
Бл *ть. Леви крепко стиснул руль. Его терпение висело на волоске, поэтому он нашел место на улице, где можно припарковаться и остановился на обочине. Заглушив двигатель, он всем телом повернулся к Саре, пытаясь держать раздражение на приемлемом уровне.
– Не лги мне, Сара. Никогда, – резко сказал он, желая, чтобы она доверяла ему во всем, что происходит в ее жизни. – Начни говорить правду прямо сейчас и ответь на мой вопрос. Как ты добираешься до работы каждый день и домой каждый вечер?
Полные губы, которыми он не так давно восхищался, слегка поджались, и она посмотрела ему прямо в глаза.
– На автобусе. – Она пожала плечами. – В этом нет ничего такого.
Для него это чертовски много значило, раз она выходила на автобусной остановке в дерьмовом районе, и ей все равно приходилось идти пешком до магазина или туда, где она, черт возьми, жила.
– Я отвезу тебя домой, потому что не позволю тебе садиться в проклятый автобус так поздно ночью. – Его сводила с ума мысль о том, что после полуночи она в одиночестве ездит на общественном транспорте и с ней может случиться что угодно. – Назови мне свой адрес.
Она покачала головой с упрямым выражением лица.
– Нет. Я долгое время была одна и могу позаботиться о себе.
Леви это знал, основываясь на ее недавних откровениях, но не мог отрицать защитного инстинкта, который она пробудила в нем. Будучи сотрудником правоохранительных органов, его обязанностью было защищать людей, но он никогда не вмешивался в жизнь женщины, с которой встречался, и не диктовал ей, как поступать. И снова Сара быстро стала исключением из всех чертовых правил, которые он для себя установил.
– Сара, у тебя нет выбора. – Его упрямство и упорство превосходили ее, и он не собирался уступать. – Я хочу убедиться, что ты благополучно доберешься до дома, поэтому иного пути нет. Где ты живешь?
Девушка пристально посмотрела на него и оборонительно скрестила руки на груди.
– Хочешь знать, где я живу? – задала она вопрос как вызов. – Отлично. Я тебе покажу.
Она назвала ему адрес в Энглвуде, который он спокойно ввел в навигатор, хотя в его голове звучало: «Иисусе, гребаный, Христос». Леви знал, что тот район представлял собой дыру, где водились преступники всех мастей, и он не был предназначен для жизни одинокой, уязвимой женщины.
Когда он снова взялся за руль, Сара предпочла молчание и отвела взгляд. Да, она злилась на него за его настойчивость, но когда дело касалось ее безопасности, ему было плевать. Ее благополучие было его главной заботой и приоритетом.
Он следовал указаниям GPS, пока маленькая стрелка вела их через нищий район, кишащий бандами, и приближала к месту назначения. За квартал от него Леви остановился на красный свет и посмотрел в лобовое стекло на то, что их ждало впереди, с правой стороны. Его замутило от стоящего там двухэтажного мотеля «Слиппи Тайм» и ярко горящей вывески «СВОБОДНЫЕ МЕСТА». Ниже светилось предложение для любой проститутки, наркомана и других сомнительных личностей: «принимаем почасовую оплату».
Охренеть. В этом захудалом мотеле он поймал нескольких наркоторговцев и проституток, и, Господи, ему хотелось верить, что этот адрес – ошибка, но когда загорелся зеленый свет и он поехал вперед, Сара подтвердила его худшие опасения.
– Можешь высадить меня у обочины перед мотелем, – тихо сказала она. – Оттуда я дойду до своего номера.
Леви бросил на нее быстрый, недоверчивый взгляд, изо всех сил стараясь оставаться спокойным и уравновешенным, когда все его тело вибрировало от ярости – не на Сару, а на ситуацию.
– Ни хрена подобного, – выпалил он бескомпромиссно, поворачивая грузовик на подъездную дорожку к мотелю. Он не выпустит ее из поля зрения, пока она не запрется в своем номере, и даже тогда он не знал, сможет ли уехать, оставив ее одну. – Где твой номер?
– Сзади. Нижний уровень. Номер 116, – сообщила она столь неохотно и тихо, что Леви едва расслышал.
Когда он проезжал через парковку, ему приходилось физически сглатывать желчь, подступавшую к горлу, при мысли о беззащитной Саре, живущей в этом опасном месте каждый божий день. Вдобавок ко всему, эта чертова помойка являла собой неизбежное напоминание всех тех случаев, когда его мать заставляла его становиться свидетелем ее отвратительного и презренного образа жизни. Она продавала себя за наличные, которые затем отдавала первому попавшемуся наркодилеру за дозу, вместо того чтобы накормить голодного пятилетнего мальчика, которого таскала за собой. Он присутствовал при всех тех мерзостях, которые она проделывала с незнакомцами, а затем угрозами заставляла его молчать и ничего не говорить братьям, иначе его заберут.
Да, чертовски классные воспоминания.
Леви подъехал к задней части тускло освещенного мотеля и остановился на парковочном месте. Заглушив двигатель, он повернулся к Саре и обхватил ее запястье, когда она попыталась отстегнуть ремень безопасности. Девушка пристально посмотрела на него, и даже в тусклом свете салона он разглядел ее покрасневшее лицо и то, как она злилась… внешне. Но за ее бурлящими эмоциями он видел настоящую правду: в ее глазах отражались стыд и унижение.
Он выругался себе под нос.
– Сара, какого черта? Почему ты живешь здесь?
– Это все, что я могу себе позволить. – Она дерзко вздернула подбородок. – Я просто пытаюсь перекантоваться еще несколько недель, пока не заработаю достаточно, чтобы уехать. И лучше жить здесь, чем на улице.
Как бы он ни восхищался ее силой и стойкостью духа, внутренне его убивало осознание того, куда она возвращалась домой каждую ночь. И по какой-то причине ей явно больше не к кому было обратиться. О семье, конечно, речи быть не могло.
– Сара, позволь мне помочь тебе. Если тебе нужны деньги или…
– Нет, – прервала она, вырвав руку из его хватки. – Мне не нужны ни подачки, ни твоя жалость. Я бывала и в худших ситуациях, и меня полностью устраивает это жилье.
Она отстегнула ремень безопасности, и Леви не мог придумать, как помешать Саре выйти из машины, если только не пристегнуть ее наручниками (что он серьезно обдумывал). Быстро открыв бардачок, он достал свой служебный револьвер, который положил туда ранее, прежде чем забрать Сару из магазина. Он никуда не ходил без оружия и обычно носил его в кобуре на боку под рубашкой, но не хотел напугать ее, если она к нему прикоснется, когда он ее поцелует, – потому что, да, он знал, что тот поцелуй на его кухне был неизбежен.
Ее глаза округлились при виде пистолета, и когда они поднялись на него, Леви пригвоздил ее твердым взглядом.
– Не смей двигать отсюда свою задницу, пока я не приду за тобой, – сказал он, не упуская раздражения, мелькнувшего в ее глазах.
Довольный отсутствием пререканий или вызова с ее стороны, даже если его приказ ее не волновал, он выбрался из грузовика и инстинктивно просканировал окрестности, затем засунул оружие сзади за пояс джинсов. В данный момент поблизости никого не было, но на парковке и асфальте вокруг его автомобиля валялись обертки от презервативов, использованные шприцы и приспособления для приема наркотиков.
Чертовски здорово.
К тому времени, как Леви добрался до пассажирской стороны и помог Саре выйти, он молча кипел от ярости – опять же из-за затруднительного положения Сары и ее упрямого отказа принять любую помощь. Держа ладонь на ее пояснице и прижимая к себе ее напряженное тело, он повел ее к номеру. Он стоял позади нее, пока она доставала ключ-карту и проводила ею, чтобы открыть дверь и войти внутрь.
Не успел Леви последовать за ней, как девушка приглушенно вскрикнула и внезапно попятилась назад, наталкиваясь спиной на Леви. Он удержал ее за плечи, но почувствовал, как она дрожит. Бросив быстрый взгляд на номер, освещенный тусклой лампой, стоявшей на тумбочке, Леви понял причину испуга Сары. В комнате царил погром: пружины выдернуты из матраса, подушки разорваны, ящики комода беспорядочно открыты и обшарены.
