Текст книги "Драконья печать. Ты моя истинная уголек (СИ)"

Автор книги: Камелия Рав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)

глава 16

глава 16

Утро встретило меня пустотой и ледяным ужасом в душе. От Кайлана не осталось ничего, кроме смятой простыни, едва уловимого запаха дыма и пепла, и... воспоминаний, от которых горела кожа. Тело ныло, но не от боли – от странной, мучительной опустошенности. Как будто уходя, он унес с собой то, что принадлежало мне.

Я сидела на кровати, обхватив колени. Что теперь? Он взял меня, заявил права, оставил в смятении... и ушел. Его последний шепот: «Что ты со мной сделала?» – висел в воздухе ядовитым туманом.

В дверь осторожно постучали. Не дожидаясь ответа, как и тогда, вновь вошел Айзек. Он выглядел еще более уставшим, чем вчера, но в его глазах горел острый, испытующий огонек. Он мгновенно окинул взглядом комнату, меня, состояние постели, и губы его искривились в понимающей, но безрадостной ухмылке.

– Ну что, наша птичка свила гнездо? – спросил он, подходя к окну и отодвигая штору. Свет ударил в глаза, и я поморщилась. – Хотя, судя по виду, скорее, в гнездо врезалась драконья молния.

– Он был здесь, – бесцветно констатировала я.

– Я знаю. Весь замок знает. – Айзек обернулся, прислонившись к подоконнику. – По коридорам ходят слухи, что Король провел ночь не в покоях невесты.

– А как же Арая? Если до нее дойдут слухи… – с ужасом представила я.

– Арая в бешенстве. Она уже разбила две вазы в и зеркало в своих покоях. А вот наш ненаглядный дядя Мардред почему-то очень озабочен и суетится.

– И что это значит?

– Значит, оковы дали трещину. Ту самую, на которую я надеялся. – Он оттолкнулся от стены и подошел ближе. – Кайлан он... Ты ведь почувствовала? Тот яд, что его опутывал... он дал сбой. На миг, но дал. И теперь мой брат разрывается между долгом, который ему вбили в голову, и зовом крови, который ты разбудила.

– Он будет ненавидеть меня за это еще сильнее, – прошептала я, глядя на свои руки.

– Возможно. Драконы – существа гордые. Признать, что ими манипулировали, что их «истинная» – фальшивка... для Кайлана это хуже смерти. – Айзек тяжело вздохнул. – Но теперь у нас есть время. Немного. И кое-что еще. – Он вытащил из кармана плаща маленький пузырек с мутной сиреневой жидкостью. – Противоядие. Вернее, то, что должно освободить его разум полностью. Я добыл его.

Надежда, острая и опасная, кольнула меня в грудь и, резко подняв голову, я столкнулась с голубизной глаз Айзека.

– Как?

– Неважно. Важно, что теперь нужно заставить его выпить это. А для этого он должен быть рядом. Долженхотеть быть рядом. – Айзек пристально посмотрел на меня. – Ты стала для него теперь не просто подозреваемой, Айне. Ты стала наваждением. Болезнью. Он будет пытаться то избегать тебя, то снова приходить, чтобы «выжечь» тебя из себя. Доказать самому себе, что ты ничто для него.

Я кивнула, сжав зубы. Пусть ненавидит. Пусть использует. Лишь бы дожить до того момента, когда эта бутылочка окажется в его горле.

* * *

Решив отвлечься от всего, что произошло за последнее время, я позвала к себе Муро и выполнило свое обещание. Девчушка оказалась сообразительной и быстро схватывала знания налету.

– Ты молодец, – похвалила я ее, пряча письменные принадлежности.

– Это все благодаря вам, – они смущенно опустила голову и ее щеки налились яркой краской.

– Мне несложно, да и…

– Хочется сбежать куда подальше? – закончила она за меня.

– Да, – я мило улыбнулась ей в ответ.

– Я вас понимаю. Не очень приятно жить под гнетом госпожи Араи, когда она следит за вами попятам.

– С чего ты это взяла? – удивилась я.

– Так она… она… – Муро занервничала, вероятно, подумав, что сболтнула лишнего.

– Муро, – я положила руку ей на плечо, – мне ты можешь довериться.

– Госпожа подсылает своих служанок следить за вами. Я вижу их взгляды, как они смотрят на вас. Госпожа Мирааль все время потакает ей, но каждый раз, когда она видит, как я направляюсь к вам, ее лицо становится таким, будто на нее вылили ведро помоев.

Значит, старая карга заодно с этой стервятницей… Что ж, нужно будет доложить об этом Айзеку, пока они не создали нам лишних проблем.

Дверь резко распахнулась, ударившись ручкой о стену. Муро, округлив глаза, подскочила от страха и сразу принялась кланяться. На пороге стоял Кайлан. Он был в помятой тренировочной одежде, его плече прерывисто вздымались от сбитого дыхания. Вероятнее всего, он пытался справиться с нахлынувшими эмоции на тренировочной площадке, но это ему не помогло.

– Вон, – холодный безразличный приказ оглушил, как гром среди ясного неба, и Муро, не смея злить его еще больше, удалилась прочь, закрыв за нами дверь.

– Господин? – занервничав спросила, когда увидела в его взгляде пелену безразличия.

– Каждый день. Каждую минуту. Каждую секунду. Ты, ты, и только ты. – в его голосе было столько ненависти и ярости, что я заметно дрогнула, отступив. Но злость, что в нем кипела, была направлена не на меня. Он винил во всем себя. – Застряла в моей голове, словно мираж. Я будто одурманенный мальчишка, и виной этому ты! Мне следовала выкинуть тебя сразу же, как только появилась на моем пороге! – выкрикнул он в порыве гнева.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Я нужна вам, – тихо сказала я, сделав еще пару шагов назад.

– Нужна… – едкий смешок слетел с его губ. – Нужна, чтобы быть подстилкой, пока моя «истинная» носит нашего ребенка.

Кайлан, измученный зовом крови, ускоряется и вжимает меня в стену. Развернув спиной к себе, он задрал подол моего платья и безжалостно разорвал белье. Расстегнув застежку на брюках, он резко вошел в меня, укусив за плечо. Он еще сильнее прижимает меня к стене и закрывает мой рот рукой, чтобы заглушить мои стоны. Насладившись моим подчинением, он перевернул меня и подхватил на руки, используя стену как опору. Его действия были резки, но в пике он смотрел мне в глаза, и в его взгляде таилась не ненависть, а мука. Он чувствует, что драконий зов каждый раз ведет его ко мне, и я тоже чувствовала эту натянутую нить между нами. Расстегнув верхние пуговицы его рубашки, я положила ладонь на его метку, которая с каждым разом становилась ярче, и, наклонившись, оставила на ней легкий поцелуй.

Кайлан в этот момент резко содрогнулся и едва не уронил нас, когда его колени подкосились. Он осторожно опустил меня на пол и отстранился, потирая место, которое все еще пылало от моих губ, и скривился. Проклиная все на свете, он выбежал из моих покоев, громко хлопнув дверью, даже не позаботившись о том, что стоило спрятать хотя бы оголенный пах.

глава 17

глава 17

Дни слились в мучительную череду ожидания и коротких, взрывных визитов. Кайлан действительно сторонился всех. Даже Араю. Говорили, он запирался в своих покоях или пропадал в драконьем облике в горах. Но ночами... Ночью сила притяжения оказывалась сильнее, и я постепенно привыкла к нему.

Он приходил всегда неожиданно. Иногда – тихой тенью, иногда – с грохотом распахнувшейся двери. Иногда он был почти нежен, изучая мое тело, метку, как будто пытался разгадать загадку. Чаще – жесток и стремителен, будто наказывал и себя, и меня за эту связь.

Но в этот раз все изменилось. Очередные крики взбешенной будущей королевы разлетались по замку с молниеносной скоростью. Кайлан появился в моих покоях быстро, будто тень. Он закрыл дверь и прижался к ней лбом, простояв так около минут, а затем осторожно подступал ко мне. Его плечи дрожали, и он то и дело отводил взгляд в сторону, словно боролся с собой и сомневался в том, что он делает. И каждый раз, связь, что нас связывала, оказывалась сильнее наших сил.

– Я так устал… – тихо признался он, когда его руки больше не сжимали до боли, а нежно запутались в моих волосах.

Я научилась читать в его глазах ту самую трещину. Она расширялась. В моменты наивысшего напряжения, когда мир для него сужался до нас двоих, в его взгляде проскальзывала растерянность, почти детская. Как будто он просыпался и не понимал, где находится.

– Я знаю, – тихо ответила я ему в губы, когда он накрыл мои своими.

И не было злости, не было ярости. Было мимолетное смирение, от которого грудь пронзило будто молнией. Он медленно отстранился, перешел к моей шее, вновь разжигая пожар в бурлящей похоти по венам, но неожиданно для меня замер и уткнулся лбом в мое плечо.

Время на мгновение замерло. Дрожащей рукой я осторожно погладила его по волосам и почувствовала, как он нахмурился, а руки сжались в кулаки. Он не отстранил меня, я почувствовала небывалый прилив тепла и нежности, который резко захотела подарить ему.

Я повернула голову, придвинулась ближе и оставила легкий поцелуй на его виске, от которого он вздрогнул. Но когда попыталась приложить ладонь к его щеке, он резко перехватил мою руку.

– Нет, – с мольбой сказал он, отстранившись.

В его глазах промелькнул страх, и он тут же развернулся, покинув мои покои, вновь оставив меня одну. Я попятилась и села на кровать. Наклонившись, спрятала лицо в ладони и тяжело вздохнула, чувствуя, как в груди зияет пустая дыра, которую долгое время уже никак не заполнить. Каждый раз я молилась, чтобы это быстрее закончилось, и уже не знала, чего я хочу больше: чтобы все это закончилась или оказаться единственной для своего дракона?

Пока Айзек работал в тени, он старался хоть иногда появляться в поле моего зрения для того, чтобы я не волновалась, что он бросил меня. Он следил за Мардредом, подкупал слуг, искал доказательства. Атмосфера в замке накалялась. Арая, почуяв угрозу, становилась все более истеричной и нервной. Она бросала на меня откровенно убийственные взгляды всякий раз, когда мы случайно пересекались в коридоре.

Одним вечером, когда я возвращалась из библиотеки, меня в темном переходе окружили две тени. Это были те самые мужланы из дома Де’Лош, и как они оказались в замке, было для меня загадкой. От них пахло дешевым вином и злобой, которую они затаили еще с самых первых дней, когда наполняли ванну, пока я стояла обнаженной в доме утех.

– Хозяйка передает привет, – прохрипел один, хватая меня за руку. – Говорит, раз уж ты так возжелала драконьей плоти, они тебе ее устроят. На кухне, с мясницким ножом.

Вырвавшись из захвата, я бросилась бежать, сердце бешено колотилось о ребра. Позади раздался режущий слух смех, и мне уже было неважно, кем они были наняты Араей или само́й Де’Лош? Предупреждение было ясным.

Я рассказала все Айзеку, когда спустя время, он смог меня посетить. Его лицо стало каменным.

– Время кончилось. Завтра. На совете лордов я все подготовлю. Тебе нужно будет привести Кайлана сюда, в эти покои, после ужина, на котором ты тоже будешь присутствовать.

– Но как? – я засомневалась в его плане.

– Скажи... скажи ему, что хочешь поговорить. Он не сможет отказать.

– А если он не придет?

– Он придет, – уверенно сказал Айзек. – Трещина стала пропастью. Он уже почти наш.

– А что на счет Араи? Как я могу появиться на ужине высшей знати, не имея должного статуса? – я нахмурилась, чувствуя, как ладони вспотели.

– Об этом не беспокойся. Ты будешь моей гостьей.

глава 18

глава 18

Ужин в главном зале Дни слились в мучительную череду ожидания и коротких, взрывных визитов. Кайлан действительно сторонился всех. Даже Араю. Говорили, он запирался в своих покоях или пропадал в драконьем облике в горах. Но ночами... Ночью сила притяжения оказывалась сильнее, и я постепенно привыкла к нему.

Он приходил всегда неожиданно. Иногда – тихой тенью, иногда – с грохотом распахнувшейся двери. Иногда он был почти нежен, изучая мое тело, метку, как будто пытался разгадать загадку. Чаще – жесток и стремителен, будто наказывал и себя, и меня за эту связь.

Но в этот раз все изменилось. Очередные крики взбешенной будущей королевы разлетались по замку с молниеносной скоростью. Кайлан появился в моих покоях быстро, будто тень. Он закрыл дверь и прижался к ней лбом, простояв так около минут, а затем осторожно подступал ко мне. Его плечи дрожали, и он то и дело отводил взгляд в сторону, словно боролся с собой и сомневался в том, что он делает. И каждый раз, связь, что нас связывала, оказывалась сильнее наших сил.

– Я так устал… – тихо признался он, когда его руки больше не сжимали до боли, а нежно запутались в моих волосах.

Я научилась читать в его глазах ту самую трещину. Она расширялась. В моменты наивысшего напряжения, когда мир для него сужался до нас двоих, в его взгляде проскальзывала растерянность, почти детская. Как будто он просыпался и не понимал, где находится.

– Я знаю, – тихо ответила я ему в губы, когда он накрыл мои своими.

И не было злости, не было ярости. Было мимолетное смирение, от которого грудь пронзило будто молнией. Он медленно отстранился, перешел к моей шее, вновь разжигая пожар в бурлящей похоти по венам, но неожиданно для меня замер и уткнулся лбом в мое плечо.

Время на мгновение замерло. Дрожащей рукой я осторожно погладила его по волосам и почувствовала, как он нахмурился, а руки сжались в кулаки. Он не отстранил меня, я почувствовала небывалый прилив тепла и нежности, который резко захотела подарить ему.

Я повернула голову, придвинулась ближе и оставила легкий поцелуй на его виске, от которого он вздрогнул. Но когда попыталась приложить ладонь к его щеке, он резко перехватил мою руку.

– Нет, – с мольбой сказал он, отстранившись.

В его глазах промелькнул страх, и он тут же развернулся, покинув мои покои, вновь оставив меня одну. Я попятилась и села на кровать. Наклонившись, спрятала лицо в ладони и тяжело вздохнула, чувствуя, как в груди зияет пустая дыра, которую долгое время уже никак не заполнить. Каждый раз я молилась, чтобы это быстрее закончилось, и уже не знала, чего я хочу больше: чтобы все это закончилась или оказаться единственной для своего дракона?

Пока Айзек работал в тени, он старался хоть иногда появляться в поле моего зрения для того, чтобы я не волновалась, что он бросил меня. Он следил за Мардредом, подкупал слуг, искал доказательства. Атмосфера в замке накалялась. Арая, почуяв угрозу, становилась все более истеричной и нервной. Она бросала на меня откровенно убийственные взгляды всякий раз, когда мы случайно пересекались в коридоре.

Одним вечером, когда я возвращалась из библиотеки, меня в темном переходе окружили две тени. Это были те самые мужланы из дома Де’Лош, и как они оказались в замке, было для меня загадкой. От них пахло дешевым вином и злобой, которую они затаили еще с самых первых дней, когда наполняли ванну, пока я стояла обнаженной в доме утех.

– Хозяйка передает привет, – прохрипел один, хватая меня за руку. – Говорит, раз уж ты так возжелала драконьей плоти, они тебе ее устроят. На кухне, с мясницким ножом.

Вырвавшись из захвата, я бросилась бежать, сердце бешено колотилось о ребра. Позади раздался режущий слух смех, и мне уже было неважно, кем они были наняты Араей или само́й Де’Лош? Предупреждение было ясным.

Я рассказала все Айзеку, когда спустя время, он смог меня посетить. Его лицо стало каменным.

– Время кончилось. Завтра. На совете лордов я все подготовлю. Тебе нужно будет привести Кайлана сюда, в эти покои, после ужина, на котором ты тоже будешь присутствовать.

– Но как? – я засомневалась в его плане.

– Скажи... скажи ему, что хочешь поговорить. Он не сможет отказать.

– А если он не придет?

– Он придет, – уверенно сказал Айзек. – Трещина стала пропастью. Он уже почти наш.

– А что на счет Араи? Как я могу появиться на ужине высшей знати, не имея должного статуса? – я нахмурилась, чувствуя, как ладони вспотели.

– Об этом не беспокойся. Ты будешь моей гостьей.

был ледяным спектаклем. Кайлан сидел во главе стола, красивый и неприступный как статуя. Рядом, сияя ядовитой улыбкой, – Арая. Она каждую минуту касалась его руки, что-то шептала на ухо. Кайлан лишь кивал, его взгляд был пуст и направлен куда-то в пространство. Но когда его глаза случайно находили меня, которую по милости Айзека усадили за стол в дальнем конце, в них вспыхивала та самая знакомая борьба. Он смотрел на меня, как голодный зверь на недосягаемую добычу, и тут же отводил взгляд, сжимая кулак так, что кости белели, а сжатая вилка едва не сгибалась пополам.

На удивление Арая даже не возмутилась моему присутствию. Она показательно не смотрела в мою сторону. Только вот, даже не знаю, было ли это очередным спектаклем, показать Кайлану, что она может быть сдержанной и ей плевать на сплетни вокруг или спланированный план.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Айзек, сидевший напротив меня, едва заметно подмигнул. Все готово. Сердце колотилось так громко, что я боялась, его услышат все присутствующие. Когда ужин подошел к концу, я, по договоренности, вышла одной из первых. По пути в покои мне пришлось проходить через королевский сад. Там, среди запаха увядающих экзотических цветов, меня уже поджидала Арая.

– Ну что, шлюха, – ее шепот был сладок, как яд. – Натешился мой жених твоим дешевым телом? Думаешь, это что-то меняет?

– Я ничего не думаю, госпожа, – тихо ответила я, пытаясь обойти ее.

Она не позволила пройти, преградив мне дорогу.

– Он вернется ко мне. Он всегда возвращается. Потому что я – его судьба. А ты... ты случайное пятно в нашей с ним счастливой жизни. – В ее руке блеснуло лезвие маленького, изящного кинжала. – Мне сказали, драконы любят шрамы на своих игрушках. Давай сделаем тебе особенный.

Я отпрыгнула, но спина уперлась в колонну. Арая наступала, ее прекрасное лицо исказила гримаса безумной ненависти.

– Не сопротивляйся, я ведь делаю тебе одолжение. После этого он даже не вспомнит твоего имени... – смеялась она.

– Если от кого избавляться, то только от тебя! Ты одурманила его, ты и твой любовник!

– Я верна лишь Кайлану! – рассвирепела она.

– Да? А как ты тогда объяснишь то, что ребенок в твоем чреве от господина Мардреда? – я уклонилась от очередного удара.

– Как ты смеешь! – Она остановилась и тяжело дыша, направила лезвие на меня. – Плевать. – Тихо выдохнула Арая. – Ты все равно умрешь и все тайны вместе с тобой. Честно признаться, я удивлена, что ты смогла это понять.

–Несложно было догадаться, когда этот похотливый мерзавец зажал тебя между колонн и даже не постеснялся скрыться из виду.

– Это ничего не значит. В его руках могла быть любая девушка, а тебя подвести зрение, – огрызнулась она.

– Но не тогда, как он сладко шептал твое имя, пока его член ласкал твои бедра, – выплюнула я. – Этот ребенок ведь не Кайлана? Верно? Думала взойти на трон вместе с Мардредом, ведь ты оказалась его «истинной»?

Она промолчала, а значит, я попала точно в яблочко. Это, конечно, хорошо… Но мне нужно было придумать, как спастись от нее, иначе с жизнью можно было прощаться, а лучшей тактикой на данный момент было вывести врага из себя, чтобы он потерял бдительность.

– А как же Айзек? Что вы собирались сделать с ним? – я продолжала отвлекать ее, ища глазами путь к спасению.

– Младший принц недолго пробудет помехой. От него избавиться проще. Будет достаточно опоить его и одурманить, когда я стану законной женой Кайлана. Я убью его, а после инсценирую смерть Айзека как убитым горем братом, и тогда власть будет только наша. – Арая вышла из себя окончательно и напала.

– Так вот что ты сделала с Кайланом? Опоила его?

– Он принимал яд слишком долгое время, даже если ты и расскажешь ему это ничего уже не изменит! – выкрикнула она замахнувшись.

В этот момент в сад ворвался Кайлан. Он был бледен, его дыхание сбито. За ним, запыхавшись, бежал Айзек.

– Арая! Что это значит? – голос Кайлана гремел, но в нем не было уверенности, только смутное, нарастающее беспокойство.

– Я просто... навожу порядок в твоем доме, любимый! – завопила Арая, и ее кинжал взметнулся, целясь прямо в мое сердце, когда я обернулась на его голос.

Все произошло за мгновение. Айзек крикнул:

– Кайлан, пей! – крикнул Айзек, швырнув тот самый пузырек.

Кайлан, действуя на чистом рефлексе, поймал его и, не отрывая взгляда от сцены перед ним, опрокинул содержимое в горло.

Эффект был мгновенным и ужасающим. Кайлан издал сдавленный рык, упал на колени, схватившись за голову. Из его горла вырвался нечеловеческий рев, и по всему телу, разрывая кожу, поползла черная чешуя. Сад наполнил свет его истинной магии – темный как ночь, и пронизанный золотыми молниями.

Арая в ужасе отшатнулась. Ее кинжал выпал из ослабевших пальцев, так и не достигнув цели. Кайлан, встал с колен пошатываясь. В порыве ярости и боли, он в несколько шагов добрался до Араи и схватил ее за горло, с болью прижав к стене. Он был в гневе, от него исходила ярость обманутого дракона, волнами растекаясь по телу. Его драконья сущность на миг вырывается наружу, глаза горят адским пламенем, а воздух наполнился замахом гари. Она закряхтела в тот момент, когда он сжал ее горло еще сильнее, и она уже с трудом хватала ртом воздух, цепляясь за его крепкую руку.

– Ложь... – прохрипел Кайлан. – Все было ложью... Ты... и ты! – Его взгляд, теперь ясный и беспощадный, перешел на дядю, который как раз вбежал в сад с охраной. На лице Мардреда было написано поражение. Он понял, проиграл.

– Племянник... это недоразумение...

– Нет, дядя. Это измена. – Кайлан отпустил Араю, и та рухнула на землю, хватаясь за горло.

Чешуя медленно сходила, оставляя кожу, но в нем теперь была непоколебимая мощь и холодная ярость того, кто только что обрел себя. – Ты и эта... тварь. Ты одурманил меня. Подсунул мне подделку, чтобы самому править из тени, женив меня на своей подстилке. – Кайлан на мгновение замолчал, а после его лицо озарила такая ярость, что было страшно представить, какой смерти он мог подвергнуть предателя. – Ты убил наших родителей?

Последний вопрос прозвучал ледяным шепотом, от которого кровь стыла в жилах. Мардред попытался бежать, но охрана, видевшая все, уже слушала не его, а своего истинного короля. Его скрутили и вдавили лицом в землю.

Арая рыдала, валяясь в ногах у Кайлана, умоляя о пощаде, бормоча о любви, о ребенке... Кайлан смотрел на нее с таким отвращением, будто видел не женщину, а жалкого червя.

– Ребенок, – сказал он тихо, – у дракона может быть только от истинной. Ты не могла дать мне ничего, кроме лжи. Увести их. Заключить в башню до суда.

Когда их уволокли, в саду воцарилась тишина. Кайлан стоял, глядя в пустоту, его плечи были напряжены. Потом он медленно повернулся ко мне. В его глазах не было больше ни борьбы, ни ненависти. Была усталость. Глубокая, вселенская усталость. И вопрос.

– С возвращением. – Айзек положил руку ему на плечо, похлопав, а потом вышел, уводя с собой ошеломленных слуг.

Мы остались одни.