355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Jager Eberhart » Арифурэта (том 3)(СИ) » Текст книги (страница 1)
Арифурэта (том 3)(СИ)
  • Текст добавлен: 18 марта 2017, 03:30

Текст книги "Арифурэта (том 3)(СИ)"


Автор книги: Jager Eberhart


Жанр:

   

Языкознание


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Eberhart Jager
Арифурэта (том 3)


Телохранители Аи-чан

Айко Хатаяма, 25 лет. Учитель обществознания.

Как учитель она преподавала узконаправленные знаниям своим студентам, также пытаясь улучшить их общий академический результат. Она не просто давала напутствия, а живые примеры. В самом деле, эти материи были для нее весьма значительны, но еще значительнее были ее «союзники»: те, кто видел в ней самую важную персону. Говоря конкретно, она была взрослым, на которого дети могли положиться за пределами круга семьи.

На это повлияло одно грандиозное событие в ее рабочие будни, но это мы оставим на воображение читателей. В общем, как союзник всея студентов вне их родного дома, учительская гордость Айко стало опорой поддержки тех, кто протягивал ей руку помощи как учителю.

В связи с этим, Айко была крайне разочарована текущим положением дел. Ни с того ни с сего, она обомлела от того факта, что их призвали в иной мир, слепо поставив перед тяжким выбором. Студент с величайшим шармом в классе продолжил переговоры вместо нее. После, она могла лишь наблюдать, как ее драгоценные студенты готовились к войне.

Неважно, каким образом, она все пыталась их переубедить, но уже выбранное решение потоком единых мыслей и желаний смело ее собственное желание и мнение, тщетны были ее усилия помочь своим студентам.

«Поэтому я хотя бы защищу!». Вот что она решила, но с ее редкими навыками, ее попросили остаться, дабы быть полезной в деятельности, никак не касающейся боя (улучшение и развитие фермы). Хоть она и отчаянно боролась против такого решения, ее принудили сами студенты. Айко не могла разумно оценить ситуацию, так как не обладала точкой зрения правильного человека в правильном месте.

Она проживала свои дни, в тревоге думая о своих студентах, сражавшихся вне ее поля зрения. Сопровождаемая рыцарями Храма Церкви Святых и имперскими солдатами королевства Херрлихт, она посещала ферму каждой деревни, каждый недоразвитый участок, но завершив работу и вернувшись во дворец, все, что ждало, это весть о смерти ее студента.

В то время она безостановочно ругала и ругала себя, виня в том, что не смогла заставить себя остаться возле них. «Все-таки, не зазналась ли я, строя из себя образ идеального учителя?!» Как-то так. Точно, Айко не могла прийти в себя потому, что не могла быть уверенной, изменится ли что-нибудь, даже будь она вместе с ними. Но тот инцидент врезался в голову Айко Хатаямы как учителя, другими словами, пробудив ее.

Тех студентов, что все еще не могли подняться из-за всепоглощающего чувства страха смерти, церковь и королевство просило возобновить приготовления к войне. Айко подумалось: «Как будто я допущу это во второй раз!», встав, чтобы возразить церкви и дворянам королевства. Используя свои способности и положение как щит, прокричала «Не подходите даже близко к моим студентам!», чтобы загнать тех в угол.

В результате этого, ей как-то удалось одержать вверх. Не было ни одного студента, отказавшего от участия в войне. Но настойчивость Айко тронула их сердца. К ее и так большой славе среди них, добавилось еще больше уважения. Хоть она и не хотела допустить войны, ироничным образом, некоторые из студентов так вдохновились, что взялись сопровождать по ее обязанностям везде, где только можно.

«Вам не нужно ввязываться в войну» и «со мной и так рыцари, ничего со мной не случится» – так она их убеждала бросить эту затею, но кое-какие студенты поднялись и громогласно заявили "Мы защитим Аи-чан, их речи были полны решимости. После этого ее саму переполняло чувство благодарности и так они последовали за ней по сельскохозяйственным угодьям. «Опять меня обуяли эмоции. Я такой жалкий учитель...» – думала она, пока ее эскорт неутомимо следовал за ней.

К тому времени, хоть и тренированные рыцари-телохранители отговаривали студентов, те упрямо стояли на своем, говоря. Когда рыцари спрашивали, почему они им противятся, те заканчивали разговор одной лишь фразой:

-Как будто мы оставим Аи-чан с теми, кого не знаем!

Чувство опасности студентов было направлено не на разбойников с большой дороги или демонов, а, скорее, на предназначенных Айко для охраны рыцарей. Причиной этому было то, что все они были писаными красавцами. Стратегия высшего управления была – связать Таланты Айко на благо королевству и церкви. Одним словом, пока это был метод пряника. Один из студентов заметивший такое, проинформировал остальных и так было сформировано отделение «Группа спасения Аи-чан от смазливой стражи».

Однако их расчеты пошли крахом. Так называемое правило «охотник стал дичью». Чтобы заверить их, рыцари стали пуще прежнего их отговаривать.

Командир рыцарей храма и телохранителей, Давид:

-Можете не волноваться. Я защищу Айко. Она даже царапинки не получит... Айко... Для меня все.

Вице-командир храмовых рыцарей, Чейз:

-Ради нее я даже отброшу свою веру. Я готов отдать все ради Айко. Не полегчает ли вам после этих слов?

Королевский рыцарь Крис:

-Моя судьба уготовила мне встречу с Айко-чан. Думаете, я позволю избранному мне человеку умереть?

Королевский рыцарь Джейд:

-...Клянусь жизнью своей рискнуть... Не как королевский рыцарь, а как мужчина.

Тут же студенты опешили, подумав, «Что за ересь тут творится?! Их сердца подверглись заметным изменениям!» – вот так. Иными словами, первая мысль, которая у них была, это то, что Айко соблазнится красавцами-мужиками, послушав слова, которые те прокричали, «Мы не позволим незнакомцам прикоснуться к Ай-чан!», словно ее родители, что были не в состоянии от нее отказаться.

Примечательно то, что произошло между ней и рыцарями... Так как это длинная история, она еще будет представлена в будущем, но сейчас, безделье и вместе с тем врожденное усердие Айко-чан открывали ее слабости. Вкупе с ее честностью, просачивающуюся в каждый уголок окружающей ее среды, они стали сторонниками Айко, не успев и глазом моргнуть. Точно, это может стать совершенно новой историей... с завитками сюжета... разными его поворотами и прочим.

Так вот, студенты разделились на группу героя Куки, который продолжил упорно тренироваться внутри подземелья Оркуса и ее группы, улучшающей и развивающей сельское хозяйство. Их местом назначения являлся приозёрный город, Ул.

-Айко, ты не устала? Не нужно двигать себя вперед, если устала. Мы сразу же остановимся на отдых, ладно?

-Нет, я в порядке, Давид-сан. мы разве не делали остановку совсем недавно? Я же не настолько слаба, в самом деле.

Внутри широкой и вместительной повозки, встревоженный командир телохранителей Давид все никак не мог унять свое беспокойство. Ответ Айко шел вместе с кривой усмешкой.

-Фуфу, командир просто не может не волноваться о Айко-сан. Ведь до этого вы вымотались уже после дня дороги... Поэтому я беспокоюсь. Смотри, не напрягай себя, хорошо?

-Простите меня за недоразумение в тот раз. Это первый раз, когда я путешествую в повозке. Но сейчас я в добром здравии, так как постепенно привыкаю к такому. Спасибо за вашу заботу, Чейз-сан.

Сначала Аико выглядела крайне скверно, ведь ей предстояло узнать, что из себя представляет повозка, она тут же покраснела, вспомнив о недавнем, поблагодарив вице-командира телохранителей Чейза. Он же, он же, прикрыв рот ладонью в агонии, попытался взяться невольно так за руку Айко. «Гхм!» его рука замерла от легкого покашливания и острого взгляда. Та, кто его остановила, была школьницей, Юка Сонобе, присевшая диагонально к Айко. Она являлась членом «Группы». Так как их организация не знала, какие напасти могли приключиться с Айко внутри повозки, несколько ее членов также засело там, на случай непредвиденных обстоятельств.

Пока что внутри сидело 8 человек. Снаружи был отряд вооруженных рыцарей, старавшихся сдержаться от колкости в сторону командира и вице-командира – единственных дозволенных лиц, уместивших свои мягкие места внутри и ведущих повозку. Эти парни «на загляденье», изо всех придумывали оправдания, чтобы везти груз с драгоценной Айкой и не быть разлучёнными с ней.

-Ой-ой, я тут понаблюдал. На твоем лбу насобиралось столько морщинок, что как бы твое нежное личико не исказилось, а?

Проговорил Чейз, закрепляя свою речь улыбкой красавчика. Это привлекательная улыбка любую женщину бы вогнал в краску. Но реакцией Юки было «Тьфу!» – словно она сейчас по-настоящему плюнет ему в глаз.

-Не только Айко-сенсей, но ты и других женщин нежными называешь? Ай-чан, этот человек тот еще бабник, прошу, будьте осторожны, ладно?

Юка свято верила, что мужчина, говорящий другим женщинам «ласковая моя, нежная» ну никак хорошим человеком быть не мог. Они также осознавали, что их использовали их же хозяева, чтобы совратить Айко они также знали, что их внешность может заставить сердце любой женщины затрепетать в порыве возбуждения. Так как она это знала, Юку сбило то, как Чейз отважно улыбнувшись, посмотрел на нее, так что она немного «отступила».

-С-Сонобе-сан. Не будь столь враждебной. Хоть ты меня разок назвала наконец «сенсеем», сейчас ты упорно продолжаешь звать «Ай-чан»... Может, просто будешь звать меня Айко-сенсей?

-Так не пойдет. Ай-чан-сенсей это Ай-чан, поэтому ничего, кроме «Аи-чан-сенсей» здесь не проходит. Таков вердикт студентов.

-Ну как так, я не понимаю. Неужели это всеобщее восприятие всех студентов? Так думает ваше поколение? Гни спину, учитель, такова твоя цена за достоинство и право называть себя учителем! Я любой ценой должна понимать, что обо мне думают мои студенты!

Ай-чан, которая сейчас повторяла «Борись, тряпка!», Юка с Чейзом пытались неуклюже ей помочь, и общая атмосфера уюта и тепла снова воцарилась в их временном доме на колесах. Поэтому-то ее звали Ай-чан, но она этого просто не замечала. Тернист был ее путь становления достойным учителем.

И все же, что касается вопросов надежности, студенты сильно зависели от Айко. Даже увидь их незнакомец со стороны, сразу де приметил самого популярного у них взрослого. Признание ее наипопулярнейшей еще больше окрепло, когда она пошла против воли главы государства и главы церкви. Особенно тем студентам, кто был угнетен смертью Хадзиме, она стала психической поддержкой.

В действительности, у тех студентов, кто изъявил желание быть ее телохранителями, наполовину намерением было просто быть рядом с Айко-сан. Такде можно отметить, что кроме Юки Сонобе в телохранителях числились Таико Сугавара, Нана Миязаки, Нобору Айкава, Акива Кавахара, Атсуши Тамаи и Юкитоши Шимузу, всего 7 учеников.

Оттуда, они путешествовали в повозке в течение четырех дней.

Безупречновыглядящие вояки пытались подкатить к Айко, но она, думая, что они стараются лишь на благо своих работодателей, пропускала все их речи мимо ушей. Айко не заметила, что они на нее запали. Добавим к этому горстку студентов, которые зыркали на тех пуще прежнего, когда они пытались соблазнить ее, атмосфера между ними частенько накалялась. Но вскоре все остывали, когда Айко разлепляла свои уста и произносила речь, также являясь самой собой, чем доводила всех до седьмого неба... И в таком темпе группа наконец добралась до приозёрного города Ул.

Передохнув и сняв с себя усталость от путешествия, они стали исследовать пограничные фермерские угодья города Ул, планируя все здесь обновить. Хоть вокруг Айко тут и там вертелись множество любовных историй, отложим это на потом, дорогие читатели, а то автор уже задолбал.

Вскоре они стали видоизменять сельхозугодия, тогда « Богиня Плодородного Урожая» стало ее вторым именем, разнесшееся далеко от города Ул, тогда и произошел еще один случай, который сильно потрепал состояние Айко.

Один из ее студентов исчез.

Айко работала, как могла. Все на благо ее дорогих студентов. В конце концов, все что ее ждало, это ощутимое воссоединение, которое еще выльется в неблагожелательный результат.


И снова в Бруктауне

-Фуфу, все из-за вашего легкомыслия, а теперь вы мне покажете, как заведетесь сегодня!

Полумесяц скрывался за облаками, тем не менее, освещая темную ночь. Его сияющий лик глядел с небосвода из под облаков, двигающимися легким мановением ветра. Сияние также осветило определённое строение на земле. Точнее говоря, с крыши здания свисала веревка, а освещалась девушка, показывающая превосходный талант лазания, словно особые силы кое-откуда.

Шурушуру, спустилась она к верхнему краю окна определенной комнаты третьего этажа. Все еще торча вниз головой, ее лицо взглянуло в верхний краешек окошка.

-На благо родины, я вынудила Кристабель-сан научить меня техникам лазанья! Никогда бы не подумала использовать их в этом месте, кукуку. Теперь, какие бы сумасшедшие игры вы там не затеяли, я все увижу!

-Ха, ха – тяжело дышала взволнованная девушка, концентрируя внимание на комнате перед ней. Укрывшись, она нам одним описанием выдает одного человека: Суну-чан, девушку из таверны Бруктауна, «У Масаки». Позитивная и энергичная, всегда готовая вставить красное словечко в любой разговор, к тому работающая не покладая рук. Хоть ее особой красавицей не назовешь, девушка из таверны была просто прелестным юным дарованием, как расцветающий цветочек на подоконнике. Она даже уже успела стать целью некоторых одиноких мужчин в городе.

Эта девушка в данный момент использовала все свои знания и техники, чтобы подглядеть на определенных гостей всеми своими силами. Если бы те мужчины увидели бы ее выражение лица сейчас, их мечту бы словно рукой развеяли бы, ведь... лицом сейчас она мало чем отличалась от старика-извращенца.

-Ку, все же, темновато тут. Ничего не вижу. Еще бы угол обзора чуточку сместить...

-Вот так?

-Да, верно, такой угол в самый раз. Хотя, не слишком там тихо? Я ожидала услышать стоны...

-А можно же применить магию, чтобы повлиять на звук?

-Ха?! И такое есть?! Хитры, однако! Но я не сдамся! Проявление их легкомыслия я готова впечатать в свой мозг...

Еще раз повторим, окно было на третьем этаже. Даже будь она Суна полной идиоткой, она не никак не могла поверить в то, что слышала голос неподалеку. Мгновенно вспотев словно водопад, пробурчав «гигиги» и неуклюже повернувшись на месте словно заведенная машинка с ключиком. А там...

Висел, как статуя Ньо*, Хадзиме, хладнокровная улыбка расплылась по всему его лицу.

П.П. Ньо – один из стражей Будды, стоящих в настоящее время во множества его храмах.

-Эт-т-то не то что ты подумал, да? Дорогой клиент. Это, уммм, ремонт таверны!

-О~ Посреди ночи?

-Т-точно~ сам посуди, если я не буду какое-то время заниматься этим ночью, как и днем, ремонт так и останется незавершенным. А так как это таверна, можно ожидать, что время оставит на ней зазоры в разных местах, так?

-Даа, репутация наше все?

-В-верно! Репутация наше все!

-Кстати, подглядывающий кот пробрался в таверну. Ты ничего об этом не знаешь?

-Такое серьезные дела! Подглядывать же непростительно никому, да?

-Как ты и сказала, подглядывать непростительно?

-Э, эм, непростительно, так я думаю...

Хадзиме и Суна посмотрели друг другу в глаза, и «фуфуфу», «хахаха» вдоволь посмеялись. Однако, глаза Хадзиме не были подвержены веселию, и даже смеющаяся Суна, все больше дрожала, потея градом.

-Сдохни.

-Иии, извините.

Хадзиме вдруг вернул свой прежний серьёзный взгляд, металл сжал лицо Суны. С его пальцев послышались такие же металлические звуки. Суна, болтающаяся сейчас в воздухе, издала визг, моля о пощаде. Суна обычная девчонка. Поэтому Хадзиме настроил свою богатырскую силушку, чтобы не раздавить ее ненароком как переспевший помидор. Если бы это было первое явление ее извращенной натуры, он бы еще смягчился. Но в день, когда он вернулся с РГК, и каждую ночь, кою они пребывали в этой таверне, она неумолимо пыталась подглядывать, используя самые разные способы и ухищрения. Поэтому его мягкость постепенно давала слабину. Причем, причиной, по которой они все еще оставались в этом постоялом дворе, была довольно вкусная еда.

Хадзиме тяжко вздохнул, вынося Суну, которая могла лишь трепыхаться в его руках. Суна могла позволить себе вздох облегчения, когда ее лицо наконец отпустили. Но... Посмотрев вниз... там стояли демоны. Хоть на их лицах и были улыбки, этими людьми были ее родителями, а их глаза были те же самыми, что и у Хадзиме, радости они не передавали.

-Иииии!

Они заметили, что она их увидела. Она медленно спускалась по лесенке, пока ее родителя распростерли руки, чтобы обнять ее. Билет в один конец – ад.

-В этот раз, мы тебя так уж и быть простим, после ста шлепков по заднице.

-ИИИЯЯЯЯЯ!

Вспомнив, слова Хадзиме про «непростительно», она, наконец, осознала свое наконец, заверещав как свинья на заклание. Он был уверен, что на следующий день за завтраком, увидит ее потирающей подгорающую и саднящую задницу, с глазами-капельками. Каждую утро и ночь он мог лишь вздыхать при виде этих сцен.

***

Сдав Суну на приговор ее родителям, Хадзиме вернулся в комнату, плюхнувшись на кровать.

-...Спасибо за твой труд.

-Добро пожаловать домой.

Встречавшими его были, конечно, Ю с Шией. Помещение освещалось лунным светом, проходящим через окно, и благодаря ему было видно пару перемещающихся в пространстве фигур. Девушки, сидящие на противоположной кровати были Ю и Шией, вторая сидела в крайне бесстыжей позе. В одних домашних халатах, их внешний вид казался уж слишком распутным. Совмещая все это с их прекрасными личиками, словно сошедшими с картин кистью мастера, любой, даже второсортный писатель мог бы без преувеличения назвать их шедевром.

-О, ну чем, бога ради, руководствовался этот ребенок... Даже с крыши спустится, разве это нормально? Тихо шифером шурша, едет крыша не спеша... Как и предполагалось, как бы вкусны не были здешние яства, пора искать другую гостиницу.

Проговорил Хадзиме, дивясь нынешнему поколению детей. Шия, рассмеявшись, встала, и присела на его кровать. Ю также поспешно встала и села, вытянув коленки под головой Хадзиме. Так они стали его подушками.

-В самом деле, наши отношения зажгли пламя в душе Суны-чан. Тут ничего не попишешь, что она любопытна. Разве это не мило.

-...но она становится все искуснее и искуснее в своих стремлениях... Это меня терзает...

-Вчера она с помощью ручной дыхательный трубки спряталась на дне ванны... Когда я ее увидела, блестящей своими глазами, я чуть в ванне не перевернулась.

-Ум, и правда, недостойное поведение для дочки хозяина трактира... Пока что, она нацелена лишь на нас, но...

Пока они беседовали о эксцентричных выходках Суны, Шия тихо-мирно уселась к Хадзиме поближе. Она естественным движением протянула свою руку, чтобы взять руку Хадзиме и направить ее к своей груди. Лицо Шии было серо-буро-малиновым, когда она думала, что может случиться в такой ситуации.

Хадзиме мягко отставил руку Шии назад. Кию, он вложил в это больше сил, чем ожидалось, что заставило ее тело дернуться в ответ. Она была счастлива, поэтому и она в свою хватку вложила больше силы, Хадзиме не отступал и вкладывал в смертельную хватку «максимальную» мощь.

Кию... Пикьююю... Кьёёёё... Хуууу... ВЖАААХ

-Ва-! Хадзиме-сан! Сломаешь же! Ручка моя переломится ведь!

Мхия!

-Иии! Прости! Прошу прощения! Немного занесло, с кем не бывает! Так что отпусти! Сломается! Она перегнется пополам, если ты продолжишь!

-Каков твой замысел, когда ты вот так пытаешься посеять вокруг солнечное настроение? Да и твоя комната, следующая по коридору. Какого ты тут забыла?

Пока ее рука была плотно схвачена им, Шия пыхтела над тем, как бы высвободиться, дрожа, но не могла, все из-за его зажима наподобие клешней.

-Ну, я просто поинтересовалась~ могла ли я забраться в ту же постельку... вот так. Тем более, наши отношения дошли уже до стадии поцелуев. все нормально, если это всего лишь это.

-Держи карман шире. Это была лишь спасательная операция.

-А моя интуиция подсказывает, что Хадзиме-сан потихоньку становится дере! По сравнению с началом, ты стал таким «пушистым»! Потому что это факт, я... Гхехе, «ХРУМ» Не-ет! Она сейчас сломается!

Не имея ни малейшего желания слышать о грязных планах Шии, Хадзиме намеренно сжал хватку. Когда ее руку отпустили, она тряслась на краешке кровати, согнувшись и держа ручку, чтобы вынести эту неимоверную боль. Проигнорировав ее, Хадзиме направил свой взгляд на Ю. Ю сразу же посмотрела прямо на него.

-Вот что озадачивает, а не слишком ли ты снисходительна в последнее время, Ю? Твое сердце изменилось в какую-то из сторон?

Ю наклонила голову, размышляя над его вопросом. Как Хадзиме сказал, после возвращения с РГК, отношение Ю к Шии было сильно смягчилось. Раньше, прилипала Шия сразу получала кик правосудия, отправляющий ее в далекие дали, но с недавних пор, она и словом не обмолвилась об их интимной близости с зайцем. Хотя все же, и это выходило за рамки. Когда Шия, к примеру, пыталась поцеловать его, Ю сразу делала кислое лицо.

-... Шия постаралась на славу. С этого момента она продолжит настаивать на своем. Потому что любит Хадзиме и меня.

-Нн? Ну это так...

-...И я... ее не ненавижу...

-Что бы там не было, а вы хорошо уживаетесь вместе. Я при одном взгляде на вас это понимаю. Нн~

Главное, что прочитал Хадзиме в словах Ю, это что она была удовлетворена Шией, но нельзя сказать, что видела в ней кого-то важного.


Такова правда. Внутри РГК магическая интеграция была еще сильнее, чем в самом ущелье, так что Ю не смогла показать весь свой потенциал. То же касается и Хадзиме. Они могли лишь догадываться, через какие сложности им бы пришлось пройти, будь их всего лишь двое. Верно, Хадзиме смог бы его пройти, но вероятность использования одной или двух порций Святой Воды была высока. Прохождение без лишних затрат расценивалось как благодарность Шие.

Немногим ранее, Шия являлась существом, не имеющем никакой связи с мордобоем и битвами. Скорее даже, она недолюбливала их. Эта девушка однозначно была напугана и все время была как на иголках, но продолжила следовать за Хадзиме и Ю ни на что не жалуясь. Они вошли в адское подземелье, и стиснув зубы, она таки смогла достигнуть там небывалых высот.

Она целенаправленно делала это ради своей любви к Хадзиме и своей же дружбы с Ю. Так как она хотела остаться и быть с ними, Шия изменилась, возмужав и шагая дальше по дороге совершенства.

Ю, само собой охватила ревность, появилось даже желание монополизировать его для себя одной. Поэтому чувства Шии не были так запросто приняты, и, хотя сложно было в этом признаться... Шия, которая даже после любого злостного отношения продолжала звонко скакать, уже столько раз доказывала свои теплые чувства и дружбу по отношению к ним, включая то, как она действовала при покорении подземелья, что все это перестало быть лишь ее словами и стало реальностью.

Если подумать, у Ю не было на примете никого, кого бы она могла назвать своим другом. До того, как ее освободили, она была занята изучением политики. Никто не мог называться ее другом на равных правах... Иными словами, она была одна. Потому-то услышав крик Шии: «Мы товарищи!» – сразу, смотря прямо друг другу в лицо, исключая все раздоры с Хадзиме, она не могла ее ненавидеть.

Все это повлияло на ее восприятие и отношение к Хадзиме, "Что ж, раз это Шия, то совсем немножечко можно... – протянула Ю.

-И все же...

-Нн?

Ю, взглянув на Хадзиме, продолжая фразу. Ее глаза очаровали, в то же время, в них стояла честность, читалось уверенность и стойкая решимость. Вставляя сюда еще и ее сверкающую улыбку, подчёркивающую все остальное, она была настолько чудесна и хороша собой, настолько соблазнительна, что у Хадзиме невольно сперло дыхание. Он не мог отвернуть взора и лишь воззрился на нее в неимоверном обожании. Он еще раз вернул ей ее взгляд.

-...Сердечко Хадзиме уже мое.

-... ...

Кто бы там не любил Хадзиме, кто бы к нему не лип, номером один буду... я. Так она провозглашала. Провозглашение войны. Войны против тех, кто еще встретятся у них на пути с этого момента.

Хадзиме не мог прийти в себя. Он утонул в блеске ее очей, Ю еще раз заманила его в свои сети, забрав его взор на себя. Продолжая это, рука Хадзиме дотронулась до щеки Ю, она сделала то же самое своей рукой. Лунный свет отразил их тени на стене, тени приблизились друг к другу. Сейчас, уже почти встретившись...

-Кхм, ммм, может, вы хотя бы перестанете смотреть на меня как на пыль? Мне становится так неуютно, пусто и одиноко внутри... кхууу.

Шия сидела на углу кровати, прижав руками колени. Плача и утирая слезы, она смотрела, как Хадзиме с Ю создают мир лишь для них двоих.

Какой жалостливый образ. У Хадзиме при этом стало нехорошо на душе, и Ю попросила ее приблизиться. «Ю-с-а-а-ан», пробормотала она, ныряя той в грудь, хлюпнув носом. Головку Шии мягко погладили, а так как ей это было как бальзам на душу, она закрыла глазки, и стала засыпать прямо в таком положении.

Хадзиме, смотрящий на это шоу, мог лишь хмыкнуть, улыбнувшись проговаривая:

-Скорее, ты ей даже не как друг, а как мать?

-... Я предпочту быть таковой ребенку Хадзиме.

-... ...

-... Не стать ли тебе с Шией чуточку помягче?

-...Ну, я постараюсь.

-Нн... Люблю тебя.

-...Ум.

В итоге, с Шией по левую руку, с Ю по правую, их троица смогла безмятежно уснуть. После этого дня, Шия, получившая разрешение быть с ними в той же комнате, пустилась в пляс в экстазе, а как ее понесло и она стала нападать на Хадзиме каждую ночь, ее сразу же ждала суровая кара в виде кулака на десерт.

Кстати, пока Шия визжала от боли в сжатой им руке, Суна, слышавшая такое, еще глубже погружалась в пучину недопонимания, любопытства и своих иллюзий. Потом она стала девушкой из таверны с высокими навыками проникновения... Но это уже другая история.

***

ДЗАНЬ, ДЗАНЬ

Сопровождаемым звоном колокольчиков, дверь в приключенческую гильдию Бруктауна распахнулась. Три силуэта прошли внутрь, Хадзиме, Ю и Шия, уже ставшие знаменитостями за пару дней пребывания здесь. Внутри имелось кафе гильдии, где прохлаждались, как обычно это бывает, авантюристы, был там и кое-кто, кто поприветствовал их поднятием руки, как только их заметили. Мужчины, по своей натуре выпучились на Ю с Шией, затем посмотрели на Хадзиме, их взгляды были полны зависти, однако злобы в них не читалось.

В Бруктауне они провели неделю, находились люди, кто не учились манерам, и сотрясали воздух, так что приходилось вести с ними дуэль, чтобы заполучить Ю и Шию обратно, заодно и приструнить слабаков. В прошлом, преследовать Ю никто не осмеливался, ведь она стала известна как профи по разбитию «орешков», так как они вводила их в страх, люд пытался уже захватить Хадзиме и закопать за рвом.

Верно, малютка Хадзиме их вообще почти не трогал. Наконец, от «Сразись со мной!» он лишь палил из пушки уже при «сразись», чтоб неповадно было. Что выскакивало из пушки, была прорезиненная пуля, взрывающая при столкновении с головой очередного дуэлянта, заставляя его прокрутиться, как свинья на вертеле, в воздухе 3 раза, прежде он облегченно мог поцеловать землю.

В связи с этим, в городе, Ю, «разбивательница орешков» и ее любимый человек, были способны размазать любого врага в мгновение ока, прежде, чем начиналась дуэль. И Хадзиме, «сотрясатель поединков», представляли взрывную смесь, с которыми приходилось считаться. Хоть это не они придумали групповое прозвище, «Разбивные Любовники» уже далеко разнеслось окрест и Хадзиме, только лишь спустя какое-то время обнаруживший, что это прозвище над ними стиралось лишь на почтительном расстоянии. Это был новый для него опыт.

К тому же, Шия, уже на заднем фоне, стала замечать, что ее существование становится все тоньше, чуть ли не грозится стать за гранью исчезновения, из-за чего она проливала горькие слезы по этому поводу.

-Оей, ваша троица сегодня вместе?

Хадзиме и девушки подошли к стойке, по обыкновенью своему, тетя... Кэйтрин была там. Это она была той, кто их поприветствовал. В ее голосе можно было услышать удивленные нотки, ведь на протяжении этой недели, в гильдию приходил или один Хадзиме, или девушки парой.

-Ааа. Завтра мы покинем город, и так как мы вам очень задолжали, нам хотелось еще раз с вами встретиться. Мы также пораздумали над тем, чтобы взять вас с собой, если у вас есть дела в той стороне, куда мы держим путь.

Когда он сказал «задолжали», он имел в виду то, как он получил комнату гильдии задаром. Так как он таки заполучил гравитационную магию, ему хотелось поэкспериментировать: соединить ее и магию созидания, а для этого ему нужно было просторное помещение. Кэтрин, которой посчастливилось прослышать об этом, предложила использование комнату гильдии на бесплатной основе.

Надо заметить, Ю с Шией проводили эксперименты за городом.

-Ясно. Видеть, как вы покидаете нас, и на душе становится одиноко. Здесь было так оживленно, когда вы все-таки вернулись~

-Пожалуйста, дайте мне передышку. Извращенец в таверне, извращенец в магазине одежды, да я уже хожу по извращенцам, у которых гормоны повылезали сразу, как только Ю с Шией перешагнули черту города, и извращенус-сталкерус стали звать их «Сестры-ы-ы!», еще и идиоты, пытающиеся докопаться до меня, вызывая на дуэль... да был ли тот вообще кто-нибудь нормальный?! Все, господи, все кого я встретил, 70 % из них извращенцы, 30 % идиоты. Да что с этим городом...

Все, на что жаловался Хадзиме, звучало убедительно и было правдой. Вспомним хотя бы тот случай с Суной, каждый раз, когда Хадзиме видел шкафоподобного Кристабеля и она была рядом, она постоянно облизывала губы, словно они обветривались каждую секунду, смотря на него так хищно, что у него мурашки армией штурмовали его спину.

В довесок к этому, в Бруктауне появились 3 крупных фракции, соревнующиеся друг с другом каждый день. Одна из них была что-то вроде «Хотим быть втоптаны в землю ножкой Ю-чан!», другая «Мы – рабы Шии!» и третьи «Вали господина!». Каждая фракция обладала соответствующими им и только им желаниями, а соревновались они за право быть большей из трех.

Хадзиме и компания не в силах сдержаться, обрызгивали все вокруг своими напитками, ведь их имена стали мнением массы. Когда люди вдруг стали появляться и просить Ю на них наступить, она дрожала всем телом. Неизвестно, до каких крайностей то же доходило у Шии. Раса полулюдей дискриминировалась кем не попадя, так что то, что они хотели стать ее рабами, становилось ироничной шуткой, но она сразу же отказывалась, поскольку ей было неприятно глубоко вникать в суть такого. Последняя группа состояла лишь из женщин. В Хадзиме они видели помеху для Ю и Шии, отчего в основном пытались его уничтожить. Однажды даже, " Паразитирующую и вредоносную чуму на голову третьего лишнего! Я откручу ему шары!!!! – визжала девушка-недомерка, машущая ножиком одной рукой в его сторону.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю