355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Иван Серый » Оружие миров » Текст книги (страница 10)
Оружие миров
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 16:30

Текст книги "Оружие миров"


Автор книги: Иван Серый



сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

Все звуки тонули в облаках эгоша. Тишина, навалившаяся со всех сторон, прямо-таки оглушила меня. Ну ладно, тишина, но я с трудом мог разглядеть хоть что-нибудь дальше своего не слишком длинного носа. Через некоторое время я начал озадаченно озираться – шел довольно долго, а цели все не было видно Мне стало страшно, я решил, что потерял дорогу и чувство направления. Шеллер, как всегда, «вовремя» оставил меня одного. Страх перед окружающей меня неизвестностью продолжал меня терзать. Через несколько минут, а может и часов, туман резко расступился в стороны, открыв идеально круглую площадку, покрытую сплошной каменной плитой. Плита была испещрена незнакомыми, но вновь понятными мне письменами…

«Я, Апоферон Никодарский, сын третьего Повелителя Тени Никодара, генерал Первой Армии Теневода, пишу эти строки на пороге обители смерти, в надежде, что отец еще придет сюда. У меня много врагов, и многие из них захотят осквернить мою могилу, даже эгош вряд ли остановит их… десять моих гвардейцев лежат рядом со мной, готовые растерзать любого, кто попытается добраться до меня… ты помнишь, на что они способны… но тебе, отец, ничто не угрожает. Не знаю, что тебе наговорила эта тварь – Шеллер, но… за что, отец? Верни меня к жизни, и я прощу тебя. Стражи не тронут тебя. Хочу, чтобы ты знал: моя армия похоронена глубоко в Тени Феншера, там, где нет места живым, но я смогу воскресить ее… когда, надеюсь, оживу. Отец, помоги мне!»

Я закончил читать и оторвал взгляд от идеально четких, будто только-только выбитых, букв. Круг очищенного от тумана пространства еще больше раздался в стороны. По его периметру стояли одиннадцать саркофагов. Десять никак не отличались друг от друга, но крышка одиннадцатого была украшена огромным, величиной с мою голову, рубином в простой стальной оправе. Рубин светился изнутри пульсирующим красным сиянием. Я сделал шаг к центральному саркофагу – рубин запульсировал чуть сильнее. Не скрою: этот довольно дешевый трюк, как ни странно, меня насторожил.

«Значит, генерал армии, да?.. – засуетились у меня в голове мысли. – Сын Теневода, так?.. Эт-то многообещающе, черт возьми! Десять гвардейцев… они и на меня набросятся, ведь я не папочка этого орла в гробу! Не стоит с этим связываться», – пришел я к правильному логическому выводу и развернулся…

И вовремя развернулся – мне в лицо летела чья-то гладкая подошва. Я успел довольно глупо закрыть голову руками. Меня бросило на землю, и что-то тяжелое надавило сверху мне на грудь. Надо мной возвышалась фигура в серебристых доспехах, облегченных для большей свободы движений и состоящих из шлема, легкой кирасы, поножей и браслетов, прикрывающих руку от кисти до локтя. Кроме этого, под всем этим железом красовалась идеально выкованная кольчуга, сотканная из тысяч мельчайших колечек. На грудной пластине кирасы красовался выгравированный знак черного солнца, восходящего над горизонтом. Через прорези шлема ничего нельзя было разглядеть, но вот буравящий меня холодный взгляд пробирал до костей. На грудь мне давила увесистая нога в черном кожаном сапоге. Что-то подсказало мне – это гвардеец, упомянутый в «предсмертной записке орла-в-гробу» с плиты, на которой я сейчас разлегся, а вокруг стояли еще девять таких же серьезных ребят.

«Доигрался! – с укором подумал я. – Зачем было совать свой нос, куда не надо. Теперь сам выкручивайся…»

Каким-то чудом мне удалось вывернуться из-под ноги, крепко припечатавшей меня к земле. Я вскочил, а кулак автоматически рванулся к физиономии гвардейца… я как-то запамятовал, что лицо у него спрятано ПОД шлемом… было очень больно!

Схватившись за кулак, я припустил к стене эгоша, стараясь убедить себя, что там я смогу спрятаться, и по пути подныривая под клинки впечатляющих размеров мечей молчаливых парней, окруживших меня. Моя рука уже начала проходить сквозь черный туман, как что-то оттолкнуло меня назад, и я плюхнулся на свой драгоценный зад. В мозгу появились чьи-то нахальные слова: «Не пропущу. Даже не пытайся».

– Ну это уже просто наглость! – крикнул я непонятно кому, хотя понял – это эгош, то есть сама Тень, решил позабавиться со мной…

Что-то до боли знакомое откликнулось внутри меня. Сначала нахлынула волна неконтролируемой ярости. Затем появилась ненависть. Потом эти два чувства сконцентрировали свое внимание на двух мыслях: меня жутко раздражали эти гвардейцы, к тому же меня вывело из себя капризное поведение Тени, тем более что она ведь являлась моим оружием, инструментом и вообще подневольной для меня вещью. Наконец остался один всезаглушающий голос, отдающийся в каждой жилке, клетке моего мозга, который, казалось, исчез после того памятного теста в Храме Тени… Но сейчас я точно знал – этот голос – неотъемлемая часть меня, без него я перестану быть ХОЗЯИНОМ Тени в полном смысле этого слова.

НАКАЖИ!

НАКАЖИ ИХ!

ОНИ ВСЕ ПРОСТО ЗАБЫЛИ, ЧТО ЗНАЧИТ ГНЕВ ГОСПОДИНА!

«Действительно, совсем от рук отбились! – поддакнул старый добрый Саня Горский, который все еще был где-то рядом. – Забыли: кто в доме хозяин! Щас напомним, елки-зеленые!»

ДАЙ ГНЕВУ ВЛАСТЬ!

СТАНЬ ТЕМ, КОГО ОНИ БУДУТ БОЯТЬСЯ!

Ну я и стал. Эгош испуганно отпрянул назад, а гвардейцы сделали несколько шагов ко мне и замерли. За всем происходящим я наблюдал как бы со стороны. Вот край нависающей вокруг тучи эгоша, будто провинившийся щенок, подполз к моим ногам, прижимаясь к самой земле. Я смело шагнул в него. Струйки черного тумана обволокли меня с ног до головы, и я не видел даже своей руки в этой непроглядной тьме. Концентрированное облако эгоша стало расти, как на дрожжах. А гвардейцы, похоже, поборовшие наконец страх и удивление, вновь двинулись в мою сторону, ощерившись клинками вороненой стали. Тут я перестал, так сказать, «оформляться». На том месте, где я только что стоял, возвышалось бесформенное Нечто – объемная упругая масса густого эгоша.

УБЕЙ ИХ В НАЗИДАНИЕ ДРУГИМ НЕПОКОРНЫМ!

Это, собственно, я и сделал. Неожиданно быстро «мне» удалось добраться до первого врага… Все, что от него осталось, не стоит и упоминания. Не успел коснуться земли падающий клинок первого противника, как мною были растерзаны еще двое.

Оставшиеся в живых гвардейцы быстро смекнули, что к чему, и не стали лезть на рожон, а опустились на одно колено и склонили голову.

КАЗНИ И ЭТИХ ТВАРЕЙ!

«А вот нет! Они сдались. Я не стану их трогать».

ЗРЯ.

«Нечто» быстро исчезло, и вновь появился я. Чувствовал я себя как выжатый лимон, правда через несколько мгновений ко мне вернулись силы. Оставшиеся семь гвардейцев по-прежнему стояли, преклонив колено, не смея бросить в мою сторону даже взгляд… Нет, все же иногда приятно почувствовать себя хладнокровным и жестоким тираном.

– Вы, парни, отныне будете служить только мне и никому больше! – громко и четко приказал я. – Ясно?

Ближайший ко мне «добрый молодец» поднял голову и ответил за всех:

– Теперь мы будем служить только тебе, Господин. Что прикажешь делать? Прости, мы не поняли, что это был ты.

– Пока убирайтесь куда-нибудь поглубже в Тень, но так, чтобы всегда были у меня под рукой. Мало ли что… – отдал я «четкие» приказания своим новым слугам, а сам быстрым шагом двинулся к гробику того, кто организовал все это.

«Личную стражу мог бы и не отбирать, а то мне немного обидно», – сказал мне чей-то насмешливый голос в трех шагах от саркофага с рубином. Красный огонь внутри камня сиял уже настолько ярко, что глазам было больно смотреть на него. С каждым моим шагом это яркое пламя разгоралось все ярче и ярче, а частота вспышек увеличивалась.

– Это ты сказал? – спросил я. – Если «ты», то… вылезай… оттуда.

«О, не все так просто! Я приверженец всяких ритуалов и обычаев древности. Подумай».

«Подумай»! Нет чтобы просто так вылезти! Может, ему еще принести в жертву девственницу?

«Ха-ха-ха… ох-хо-хехехе-ха! – громко и совсем неприлично заржал голос. – Да… Насмешил. Ну и фантазия у тебя! Но нет, таких сложностей не надо. Я все же хочу выбраться из могилы в ближайшие минуты, а не века… Просто скажи что-нибудь – умное, ладно?»

Последнее предложение поставило меня в тупик.

– Ну…

В голову, как назло, ничего умного не приходило. Наконец я произнес:

– Сивка-Бурка, Вещая Каурка, встань передо мной, как лист перед… этой самой… травой! О как!

Не спорю, придумать что-нибудь глупее этого сложно, но это помогло, черт побери! Огонь в рубине вспыхнул в последний раз и погас, а саркофаг в течение нескольких мгновений растворился у меня на глазах, превратившись в клубящееся облако эгоша метра два в высоту и столько же в ширину. Через секунду облако сжалось в фигуру человека, вернее, тени. Это оказался молодой парень, облаченный в распахнутую безрукавку поверх кольчуги, переливающейся серебристыми бликами, обтягивающие брюки из неизвестной материи и высокие сапоги из тонкой кожи. На широком поясе висел короткий клинок – небольшой, но достаточно внушительный. Все это, естественно, было соткано из черного тумана. На губах юноши-тени играла улыбка. Ноздри втянули воздух, глаза блаженно прикрылись. Лишь одно портило природную красоту парня – шрамы, пересекающие лоб и левый висок.

– Апоферон Никодарский… не ошибаюсь? – спросил я.

– К вашим услугам, – шутливо поклонился тот. – А ты, должно быть…

– Александр Горский, – Теневод, черт знает какой по счету, – улыбнулся я.

– Приятно, – коротко кинул мой собеседник и присел в насмешливом реверансе. – Должно быть, мой папаша все же не выдержал собственного дурного характера и решил повеситься. Да?

– Не могу знать… – протянул я, – тогда, когда жил мой предшественник, мое присутствие на этом свете даже не планировалось.

– Ну хорошо… но Шеллер-то наверняка переживет и вечность, если не помрет от передозировки врожденного сарказма. Где он? – спросил Апофеон.

– Даже если я здесь… что из того? – услышали мы голос невидимого кота.

Рядом со мной появился Шеллер в своем устрашающем теневом обличье. Все же не каждый день видишь перед собой иссиня-черную зверюгу с пылающими белым огнем глазами, которая в холке достигает твоей груди. Кот прямо-таки излучал недоверие к моему словоохотливому собеседнику. Тот почувствовал возросшее напряжение и прервал затянувшуюся паузу:

– Шеллер, зачем ты решил устроить демонстрацию собственных возможностей? Я прекрасно помню, что на этой глубине Тени ты особенно силен. – Апофеон взглянул на меня и усмехнулся. – Ну вот видишь: ты уже настроил Александра против меня! Как тебе не совестно?!

– Просто я прекрасно знаю, насколько легко ты предал собственного отца и Тень этого мира, Апофеон, – елейным голосом ответил мой слуга.

– Да брось ты! Я ж ничего не делал! – воскликнул Никодарский.

– А пока ты «ничего не делал», демоны выжигали и резали все живое. Без ТВОЕГО приказа ТВОЯ армия не тронулась с места и на пару шагов.

– Отец справился и без моей помощи…

Мир у меня в глазах потускнел, а затем и вовсе исчез. Перед моими глазами промелькнули картины прошлого…

Стены древнего Глуботара возвышались над полем битвы, как неприступная скала среди беснующихся волн бушующего океана. В роли волн выступали тысячи, если не сотни тысяч теневых фантомов демонов. На стенах города стояли плечом к плечу две тысячи воинов Великой Тени, ведомые в бой Повелителем Тени Никодаром. Им оказался широкоплечий бородатый гигант с крупными чертами лица, длинным хвостом слипшихся волос, пронзительным взглядом прищуренных глаз, короткой шеей и огромными кулачищами. На нем была тяжелая пластинчатая броня, закрывавшая торс от шеи до колен, руки были открыты. Их прикрывала лишь тонкая кольчуга, уже вся изорванная, как и броня, которая вообще словно побывала в руках усердного молотобойца. Правой рукой он поигрывал коротким клинком, в левой держал небольшой круглый щит с неразборчивым знаком на внешней стороне. Слева от него стоял в изуродованных доспехах и пробитом открытом шлеме молодой Алио Даларан, пока еще не наместник, а просто верный солдат своего господина. Справа сидел неподвижный, как статуя, Шеллер в своем теневом обличье. Вся его шкура была в неглубоких ранах, ссадинах и подпалинах. Орда под стенами готовилась к новому штурму.

– Шеллер, пошли за моим сыном. Пусть перебрасывает войска сюда. Нам не сдержать их.

– Да, Господин.

– Алио…

– Господин?

– Сколько воинов еще в строю?

– Две тысячи.

– Плохо.

– К оружию! – донеслось с противоположной стены. – Они наступают!

– Пли!

Черное облако стрел сорвалось со стен и обрушилось на ряды наступающих. На месте его падения остались одни трупы. Сотня убитых фантомов – капля в море, их были десятки тысяч.

– Товсь!.. Пли!..

Тритонообразные демоны ползли прямо по стенам. Вместо безобидных присосок на их конечностях красовались двадцатисантиметровые когти, легко врезавшиеся в каменную стену на пару-тройку сантиметров. Вот самые ретивые покорили стену только ради того, чтобы быть обезглавленными ожидавшими их появления воинами Тени. Но за первыми последовали все новые и новые твари. Один демон вывернулся из-под клинка, прыгнул и оказался среди защитников. Его когти распороли кольчугу одному, голень другому. Хвостом эта тварь орудовала тоже умело, и это она доказала, сбросив одного воина со стены. Но демон не был настолько быстр, чтобы уйти от стрелы, пущенной одним из защитников с пяти шагов. Чудовище упало замертво со стрелой в глазнице.

Неподалеку метался черной тенью Шеллер. Те невезучие твари, которые попадали под лапу взбесившейся кошки, слетали со стены, исполосованные ранами глубиной в указательный палец.

Алио вместе с горсткой воинов из последних сил держали угловую башню, где была лестница, ведущая со стены в город. Клинки воинов каждое мгновение наносили удары по лезущим со всех сторон тварям. Но вот одному молодому пареньку страшным ударом лапы оторвало пол-лица, другому насквозь пробили грудь и, подцепив за ребро, кинули под стену на растерзание беснующимся внизу демонам. Алио растолкал четверку обессилевших воинов, готовых упасть от усталости, и ворвался в толпу тварей, столпившихся на стене. Клинок двуручного меча резал плоть демонов, как бумагу…

– Где мой сын, Шеллер?!

– Он просил передать вам, Господин, что вы его не ценили!.. Мне… очень жаль.

– Неблагодарный мерзавец… Что же… у меня нет выхода. Надо спасти мир и его Тень любой ценой.

– Вы уверены, Господин?..

– Да.

Некодар стоял у ворот, отложив в сторону меч и щит, и прищурившись смотрел на орду у стен города. Его лицо растянулось в недоброй ухмылке обреченного человека. Губы зашевелились, беззвучно проговаривая какие-то слова. Его пальцы рук стали рисовать в воздухе замысловатые узоры, проявляющиеся желтыми росчерками в воздухе. Когда Теневод закончил, некоторое время ничего не происходило. Но затем…

– Они не простят мне правды. Скажи… это чернокнижники демонов?

– Да, Господин. Но…

– Вечное проклятие. Я знаю.

В одно мгновение эгош Тени собрался плотным кольцом вокруг Глуботара, поместив город в колодец со стенами из непроницаемо-черного тумана. Все замерло на секунды, а может, и часы.

Еще мгновение – черный туман обратился в ослепительную стену обжигающего огня. Секунда, и кольцо пламени ринулось от города, испепеляя все на своем пути. И демоны, и тени погибали, не успевая даже понять, что происходит. Выжили лишь те, кто находился в крепостях, где развевался стяг Великой Тени. На Тени мира Дэго появились страшные, незаживающие раны. Огонь не знал, что такое жалость или пощада.

– Мир будет умирать, Господин…

– У меня не было выхода.

– Что делать с вашим сыном?

– Казнить.

Глава 4

В чувство меня привел настойчиво-громкий голос Апофеона:

– Э-эй! Теневод! Ты припадочный или как? Что с тобой? Приди в себя. Освободи меня и делай, что хочешь.

Я еще несколько секунд буравил его взглядом, а затем просто двинул ему в челюсть, перешагнул через него и пошел в том направлении, где, по моему мнению, должно находиться святилище.

– Пойдем, Шеллер.

– Да, Господин.

– Ты – идиот! – донеслось нам вслед. – Ты не понимаешь, что я могу тебе дать! Ты получишь армию, власть… Сможешь построить свою собственную империю!.. Мерзавец!.. Ну освободи меня! Пожалуйста…

Некоторое время мы шли молча, вслушиваясь во все затихающие мольбы этого подонка, предавшего и отца, и Тень, и мир.

– Почему не казнили «наверняка»? – хрипло спросил я.

– Он успел вспороть себе грудь еще до моего появления. А я решил не возиться с его личными гвардейцами, взявшимися похоронить Апофеона.

– В принципе, в вечном заточении тоже есть своеобразный садистский смысл…

– Возможно, Господин.

…Через десять минут мои шаги стали неуверенными. Все-таки сколько идем, а святилища все не видно. Но Шеллер объяснял это очень просто:

– Иллюзия и обман – вот главное оружие Тени перед нежеланными гостями, Господин.

Цитадель-святилище выросло прямо перед нами настолько неожиданно, что я с трудом сдержал крик удивления. Башня высотой метров в двести, наверное, у любого живого существа могла вызвать только немое восхищение, хотя и была лишь идеально ровным обелиском с почти невидимой двухстворчатой дверью. Весь «обелиск» был покрыт светящейся белым светом гравировкой. Она изображала черное солнце с сияющими белыми лучами. Если долго смотреть на него, то казалось, что оно… настоящее… насколько может быть настоящим черное солнце.

Я застыл у входа, запрокинув голову, с отвисшей челюстью и чувством, что мои силы, оказывается, безмерны, если мне под силу ТАКОЕ.

Шеллер двинулся вперед своей мягкой походкой, но у самой двери остановился и оглянулся, уставившись на меня вопросительно-выжидательным взглядом. Я опомнился и нагнал его. Не хочется вновь повторяться, что в который уже раз я действовал по наитию. Моя рука легла на створки дверей. В тот же момент кожа моей пятерни потеряла привычный вид и стала резко меняться. Черный туман, эгош, с легкостью заменил то, из чего состоит тело простого человека, на себя. Непроглядная занавесь тумана дрогнула и потянулась ко мне. Когда первое щупальце эгоша впилось мне в спину, я почувствовал приятное и сладостное покалывание во всем теле. Весь туман, окружавший цитадель-святилище, а заодно накрывавший и всю площадь, за считанные секунды уместился в моем щупленьком тельце. Правда, это самое тельце приняло не совсем обычный вид. Я стал полноценной тенью, частью великой Тени. В этот момент мне стало абсолютно ясно, что считать себя Хозяином и уж тем более Повелителем Тени было глупо. Я всего лишь поводырь огромной, безмерно могучей, но слепой силы, способной в любой момент раздавить меня, как букашку. Но мне было не страшно, а уютно от сознания этого факта.

Пока я переваривал полученное «знание», двери цитадели распахнулись. Внутреннее убранство было таким же скудным, как и внешние украшения. Короткий коридор от дверей вел в семиугольный центральный зал. Под ногами – ровная матово-черная плита без единой царапины или трещины. Над головой точно такая же картина, если не считать белой сияющей прямой, разделяющей потолок ровно на две половины. Линия эта шла от створок дверей до конца коридора. Стены были покрыты изображениями благообразных людей самого разного возраста, от глубоких старцев до юношей в одеждах разных веков. Запомнилось только то, что среди них не было ни одного изображения женщины. Эти порталы не были подсвечены, но я их хорошо видел.

Эхо моих шагов кощунственно тревожило тысячелетнюю тишину. Когда ноги вынесли меня в центральный зал, эхо мгновенно и неожиданно исчезло. Зал также не отличался обилием украшений, но в центре его, на полу, было изображено все то же черное солнце с белыми лучами. Мой взгляд поднялся по стене вверх, и стало ясно, что это своего рода «колодец». Идеально гладкие стены центрального семиугольника поднимались ввысь до самой вершины башни. При этом «колодец» не был прикрыт люком-крышей. Вверху была видна далекая черная бездна, заменяющая в Тени небо.

Что делать дальше? Шеллер, как всегда, исчез, предоставив мне действовать самому… Делать нечего. Я решил просто пошататься по просторному залу. Когда меня занесло на его середину, стены вокруг на мгновение размылись, а затем и вовсе исчезли. Я оказался на вершине цитадели…

От настолько быстрого изменения положения в пространстве я несколько минут приходил в себя. Под ногами оставалось все то же «черное солнце». Сама вершина цитадели была плоской, как диск. Но вот вокруг…

Я осознавал себя одновременно Тенью, ее хозяином и маленькой ее частичкой, слугой. Я чувствовал все и вся в пределах Тени этого мира: и страшные кровоточащие раны, причиняющие почти физическую боль, и копошащихся букашек, демонов-охотников, чуждых этому миру, и там… где-то в глубине, где не знают, что такое «Жизнь», томление тысяч воинов Великой Тени, некогда подчинявшихся Апофеону Никодарскому, но покинутых и забытых… и тысячелетия ждущих свобод.

Но все но порядку. Раны. Черный провал, медленно, но верно растущий, пожирающий Тень. Из него лезли тысячи тварей самой разной «масти». От простых клубков щупалец размером с кулак до величиной с подростка с многочисленными конечностями, оканчивающимися различными орудиями убийства. Всех этих уродцев объединяло одно – жажда уничтожить все, что находится вне провала. Вокруг этих «ран» растянулись тонкие цепочки немногочисленных воинов Тени, еще способных держать в руках оружие. Они бились без надежды на счастливый исход, просто желая подороже продать свои жизни.

Я почувствовал, как живая сила начинает растекаться по миру, когда мне нестерпимо захотелось излечить Тень. Нужно было только слегка подтолкнуть ее. Что я и сделал. Над каждой раной стали собираться черные облака эгоша. Они сжались в упругие шары и полыхнули изнутри ярким белым огнем. Затем эти исполинские огненные шары рухнули в провалы. Тень вздрогнула, я почувствовал адскую боль, будто по всему моему телу одновременно прижгли тысячи свежих ран.

Источники заразы закрылись почти мгновенно, но сама зараза осталась. Растекшееся по Тени море тварей, не утерявших желания пожрать все. Хм…

Внутренний взор вернулся к заточенной армии Апофеона.

– Кто ты такой?

– Я ПОВЕЛИТЕЛЬ ТЕНИ, ВАШ ГОСПОДИН.

– Ты пришел освободить нас?

– ДА. НО ВЫ СТАНЕТЕ МОИМИ ВЕЧНЫМИ ДОЛЖНИКАМИ.

– Мы согласны! – взревел голос армии Теней. – Клянемся в верности.

– ОЧИСТИТЕ ЭТУ ТЕНЬ ОТ СКВЕНЫ.

В один миг появилось больше ста тысяч теней, жаждущих убить врагов своего нового хозяина… то есть моих врагов. Кровавая битва обещала затянуться надолго. Все-таки эта «инфекция» успела слишком сильно распространиться по Тени, укорениться. Ладно, здесь справятся и без меня. Еще одна проблема – демоны-охотники, безнаказанно бродящие по Тени. Скажу просто: их смерть была быстрой.

Я огляделся, обозревая практически новую, преобразившуюся Тень. Взгляд мой случайно поднялся к небу, и я вспомнил, что магические коридоры, протянутые демонами от своих миров к Дэго, еще никто не перекрыл. Я напряг последние силы. Паутина этих тоннелей опутала всю черную пропасть с огнями сфер иных миров, заменявшую здесь небосвод. Я выложился полностью. По небу прокатилась волна белого огня, сжегшая всю паутину сияющих коридоров-щупалец и закрывшая путь в этот мир вообще всем, а не только демонам. Передо мной предстала картина гибели сотен боевых кораблей демонов, перебрасывающих в мир Дэго тысячи воинов, жаждущих покорить его для своего императора. После этого мои ноги подкосились и я упал. Мне пришло в голову, что неплохо бы было немного отдохнуть…

Не знаю, сколько времени я провел без сознания, но, когда я открыл глаза, вокруг вновь были стены семиугольного зала цитадели. Рядом развалился Шеллер и мурлыкал что-то себе под нос.

– Господин, вы отлично справились с поставленной задачей, – громко прошептал он мне, – но это еще не конец. Слишком много демонов уже находится в Дэго! Республиканские войска по-прежнему отступают и будут отступать, если не прийти к ним на помощь. Надо спешить.

По коридору к нам торопливо шел Алио, чуть отставая от него на пару шагов, за ним следовали два воина гвардии наместника с эмблемами восходящего черного солнца. Они остановились на пороге зала и замерли. Рот Алио был растянут в радостной улыбке. Последние шаги он пробежал, остановился передо мной и протянул мне руку. Я принял помощь и встал. Мы молча постояли друг напротив друга. Алио радостно рассмеялся и сгреб меня в объятия. Мне показалось, что он помолодел на пару тысяч лет. Наконец, когда буря эмоций прошла, он с улыбкой обратился ко мне:

– Господин, благодаря вам мы вновь, впервые за века, почувствовали смысл жить и бороться. Спасибо… Мы в неоплатном долгу перед вами, Господин.

– Прекрасно, мой… старый друг. Я рад, что смог помочь! Надеюсь на вашу помощь в деле освобождения мира Дэго от демонов Декол-Гиша.

– Прошу вас, Господин, хотя бы выйдите поприветствовать свой народ.

– Не стоит, хотя… впрочем, ладно. Что я, в конце концов, теряю! – согласился я, слегка помявшись.

Алио энергичным шагом направился к выходу из цитадели. Когда мы вышли на улицу, я с удивлением обнаружил, что от дверей на площадь ведет лестница в несколько десятков ступенек, а вокруг, на площади толпятся несколько тысяч теней как воинов, так и простых жителей, женщин, детей. Как только я показался, вся эта толпа взревела воплями радости и счастья. Но площади прокатилось:

– Эльт'нар! Кир наг! Повелитель Тени вернулся! Слава Повелителю!

– Они рады вашему возвращению, Господин! – перекрикивая толпу, произнес Алио, вставший на ступеньку ниже.

– Это я уже понял! Надо, наверное, что-то сказать?!

– Зачем?! – отмахнулся наместник. – Улыбаемся и машем! Улыбаемся и машем!

Собственно, это мы и проделывали в течение еще минут двадцати, пока Шеллер не соизволил громко прошипеть мне на ухо:

– Господин! Нам следует спешить! Развязка близится, и пока она не в нашу пользу!

– Ну… Забирай меня отсюда! – крикнул я, широко улыбаясь, не сводя взгляд с толпы. – У меня уже рука отваливается махать.

– Хорошо…

– Что ты ска…?! – договорить я не успел.

– Так это и есть ваш хваленый Повелитель Тени?

– Не надо столько сарказма, господин Фонжар. Побольше уважения к тому, кто вас, возможно, спасет.

– Но я ожидал увидеть несколько… да, в общем, совсем другого человека.

– Ну извините! Мы Теневодов вручную не делаем, они сами приходят…

– Но…

– Конечно, вы думали, что увидите детину два на два в золоченых доспехах с клинком, который только на взгляд тянет пару центнеров, а уж на вес…

– Да я не о…

– А у нас тут, прямо скажем, не воплощение героизма…

– Да не об этом я!

– А о чем? И кстати, вы что-то упомянули об оплате расходов…

– Ну… я и так предложил вам ТАКУЮ сумму, что хватит на содержание маленького государства…

– А сейчас прикажете нам голодать? Просить милостыню? «Подайте двум бедным спасителям мира на пропитание и жилье!» Так, что ли? Где аванс?

– Уф…

– Сейчас вы, по-моему, не в том положении… Или это под окнами моей резиденции уже рвутся снаряды демонов?

– Хорошо-хорошо! Сколько вам нужно?

– Двести долтапов.

– Сколько?! Вы с ума сошли!

– Ну ладно… ладно, уговорили… только ради вас – триста долтапов.

– Я согласен на двести!

– Вот и отлично!

– О!.. Он, кажется, приходит в себя.

– Наконец-то… Господин, вставайте, а то вам, наверное, неудобно в ванне, согнувшись в три погибели.

Очнулся я действительно в очень тесной ванне, свернувшись калачиком. Причем в ванне не абы кого, а Верховного Канцлера республики, господина Фонжара Де'Кинью. Кстати сказать, для фактического правителя целого мира помещение оказалось более чем скромным, даже бедным. Канцлером оказался невысокий полный мужчина сорока восьми лет с аккуратными, но очень пышными усами, лысой, как бильярдный шар, головой и широко расставленными, цепкими, проницательными глазами. Выправка выдавала в нем бывшего военного, то же самое подсказывал аскетичный стиль одежды и сапоги военного образца. Фонжар изучал мое лицо и глаза с таким усердием, что мне показалось – вокруг не ванная комната, а допросная. Но взгляда я не опустил и, видимо, поэтому прошел проверку.

– Фонжар Де'Кинью, к вашим услугам, – кивнул мне канцлер и протянул руку. – Верховный канцлер и главнокомандующий армии мира Дэго.

– Александр Горский, или просто Повелитель Тени. А с моим слугой, – я кивнул на кота, – Шеллером, вы, похоже, уже знакомы.

Мы крепко пожали друг другу руки.

– Попрошу в мой кабинет, господа. Не думаю, что ванная – лучшее место для серьезного разговора, – сказал Фонжар, открывая дверь. За дверью оказалась небольшая спаленка с узкой кроватью, тумбочкой, на которой стояла фотография молодой девушки, и окном с прекрасным видом на перепаханную взрывами, но уже более или менее прибранную центральную площадь, некогда выложенную белыми плитами. Сквозь полупрозрачные занавески можно было различить блиндажи, ощерившиеся зенитками, солдат, быстро перебегающих от одного укрытия к другому. В центре площади возвышался небольшой желтый обелиск. Я просто физически почувствовал умиротворяющую силу, исходящую от него. Что-то подсказало мне – это источник питания магического щита, накрывшего всю центральную часть города и почти обезопасившего жизнь оставшихся в городе жителей.

Мы прошли через спальню, канцлер открыл одну из трех дверей, ведущих из комнаты, и мы оказались в маленьком кабинетике, прокуренном и погруженном в интимный полумрак. В нем еле умещались письменный стол, книжный шкаф, три жестких деревянных стула и пара пасторальных картин-пейзажей. На столе лежала открытая книга, блокнот и карандаш. Все это освещала небольшая настольная лампа.

– Присаживайтесь, – пригласил Фонжар, указывая на стулья перед столом.

Почувствовав запах табака, я рефлекторно сложил пальцы, будто держу сигарету. Через мгновение сигарета появилась в руке. Я вопросительно глянул на Фонжара, кивнув на сигарету. Он как раз забивал табак в трубку и еле заметно прикрыл глаза, «давая добро». Немедленно у меня в кулаке появилась зажигалка. Пару минут мы молча наслаждались курением…

– Ладно. Думаю, стоит, начать, – прервал он тишину. – Вам уже известно, что делать, Александр?

– Да. Спасти мир, – серьезно ответил я, а затем усмехнулся, понимая всю несерьезность сказанного, если наблюдать со стороны. – Точнее, остановить вторжение демонов и не допустить завоевания ими этого мира… Я правильно излагаю?

– Правильнее не бывает. И когда вы приступите к… работе?

– Я, собственно, уже приступил.

– Пока лежали в моей ванной? – В этой фразе так и сквозил сарказм.

– Практически… Или вы думаете, что демоны перестали перебрасывать войска и что ваш мир полностью изолирован от окружающих – простое совпадение или случайность?

– Предположим… Честно скажу, мне не верится, что вы способны поменять ход и, главное, исход этой войны. В существование Теневода я верил… верю, как в детскую сказочку, и прибег к услугам вашего шефа исключительно от безысходности.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю