Текст книги "Лекарь (СИ)"

Автор книги: Иван Булавин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Выстрел ударил по ушам, вспышка на секунду меня ослепила, но дело я сделал. Рука с ножом, метнувшаяся к моей шее, была уже рукой мертвеца. Клинок только слегка оцарапал плечо. Зная не понаслышке, что оружие может быть отравлено, я немедленно сунул в пламя свечи первый попавшийся металлический предмет. Им оказался столовый нож из серебра. Когда лезвие накалилось достаточно, я прижал его к глубокой царапине. Сморщился от боли, может, не стоило этого делать, но лучше перебдеть.

Распахнулась дверь и в комнату ворвались слуги, держащие в руках канделябры со множеством свечей, лучше бы оружие взяли.

– Меня пытались убить, – пояснил я, показывая на труп убийцы, – но не смогли.

Освещение позволило рассмотреть потенциального убийцу. Парень примерно моих лет, черноволосый, со шрамом на щеке. Одет в тёмную обтягивающую одежду, в руке кинжал с закрашенным сажей лезвием. Ни его внешность, ни оружие ни о чем не говорили, но это понятно, его и заказчики-то видеть должны два раза: сделать заказ и отдать деньги (или тоже тихонько прирезать).

До утра в моих покоях дежурили четверо гвардейцев с мечами. Их присутствие не слишком обнадёживало, но я, наконец, смог заснуть. Проспал часа три. Потом меня тихо разбудил слуга и сообщил, что меня хотят видеть мои люди. Люди выглядели… уставшими. Опухшие от пьянства лица говорили о том, что ночь прошла успешно. Под глазом у Эдмунда был довольно большой синяк, но больше никаких ужасных последствий не было видно. Если намотали что-нибудь себе на причиндалы, то вылечу, на то я и доктор.

Не вдаваясь в подробности ночи, я объяснил парням, что нужно отсюда сваливать, да поскорее. В королевской конюшне нас снабдили лучшими конями, а кроме того, выдали документ, позволяющий менять их на каждой почтовой станции. С одной стороны, это здорово повысит нашу скорость, но в то же время, мы, предъявляя документы будем обозначать свой путь от начала и до конца, позволив нас выследить тем, с кем бы нам не хотелось встречаться. Но, это решим уже в дороге. Сейчас, когда солнце только входило в зенит, мы впятером выехали за ворота, оставив позади себя столицу. Парни мои увозили с собой самые замечательные впечатления, чем я не мог похвастать. Действительно, это ведь не их сначала озадачил король, а потом пытались зарезать во сне. А то, что могут попасть под раздачу, путешествуя вместе со мной, их совершенно не заботило. На то они и наёмники, чтобы жизнью рисковать. Тем более, что платят им за это немало.

Глава четырнадцатая

Шёл третий день пути. Лошадей меняли дважды, сами отдыхали только один раз, ровно четыре часа. Короткие остановки для приёма пищи не в счёт. Все вымотались, глаза слипались и грозили закрыться насовсем. Путь наш шёл вдоль королевского тракта, но мы старались избегать движения по дороге. Благо, лес здесь редкий и препятствием для конного служить не может. Пару раз видели разъезды вооружённых людей, которые не были ни гвардейцами короля, ни разбойниками. В такие моменты мы забирались глубже в лес и огибали их по широкой дуге. Выходили на дорогу мы только при виде почтовых станций, справедливо полагая, что там на нас напасть не рискнут. Сменив лошадей в очередной раз и наскоро перекусив, мы продолжили путь. Всё бы ничего, но если Чёрный Герцог не дурак, а он, хоть и сволочь, но далеко не дурак, то ждать нас будет в самой Борке, где грамотно организует засаду. Вся надежда на скорость. У него нет телефона и радио, гонцы будут скакать с той же скоростью, что и мы.

Если удастся добраться до пещеры, прикажу своим людям лечь на дно, пусть спрячутся в ближайшем городе, когда вернусь, найду их.

Одна стычка всё же случилась. Нас нашли в лесу, пеший кордон вышел прямо на нас. Десяток солдат с пиками. Одеты в приличный доспех, ни разу нас не испугались, наоборот, показали мастерство, построившись и уперев в землю пики. Нечего было и думать смять их наскоком, в лучшем случае, мы стали бы пешеходами. Но и ждать было нечего. Слева и справа от нас была чаща, непроходимая чаща, где наши лошади гарантированно сломали бы себе ноги. Они знали, что делали, выбирая место для засады. Им, собственно, и геройствовать не нужно. Только задержать нас, а по кустам уже бежал посыльный за подмогой. Молодцы, только и у нас, точнее, у меня свой туз в рукаве имеется. Выхватив из чехла двустволку, я, почти не целясь, выстрелил два раза в тех, что присели впереди.

Картечь разнесла лица, не закрытые шлемами. Кровавые ошмётки разлетелись в стороны. Оба умерли не сразу, а долго ещё оглашали лес своими воплями, постепенно переходящими в хрипы и бульканье. Противник растерялся и дал мне возможность перезарядиться. После следующих выстрелов они сделали правильные выводы и убрались с дороги, побросав пики.

А мы, что было сил, гнали коней вперёд. Оставалось немного, знать бы, где следующая засада. На подъезде к Борке, я велел Оскару развернуться и уходить. Тот недоумевающе посмотрел на меня.

– Вам там нечего делать, будет засада, бери деньги, запас лекарств и отправляйтесь в город. В любой, лишь бы там народа проживало побольше. Да хоть в Виттенберг. Точно, туда и езжайте, я вас там найду. Если будут проблемы, обратитесь к капитану Францу, он, как ты помнишь, мне обязан. Пусть поможет вам укрыться. А я, когда вернусь, найду вас через него. Пойми, я в случае опасности пробьюсь к пещере и исчезну, а вы так не сможете.

– Хорошо, – он неуверенно кивнул, не нравилась ему мысль оставить начальника в минуту опасности, но и приказ выполнять нужно. А я хочу, чтобы к моему возвращению, все они были живы и здоровы.

Все четверо развернули коней и, вняв приказу Оскара, отправились по пути, отходящему под углом от нашего. Их путь тоже небезопасен, но там, по крайней мере не будет их ждать засада.

А мне ничего не оставалось, кроме как двигаться вперёд. С собой у меня было ружьё с запасом патронов и револьвер. Всё лишнее я отдал. В Борку я всё-таки заехал, предварительно пообщавшись с местным жителем, встреченным мной на окраине, на предмет наличия чужаков. Он сказал, что да, были чужие, но их было только трое и все были безоружные. Они выспрашивали про меня и предлагали серебро за информацию. Никто им ничего не сказал, – закончил он с гордостью.

Я отдал ему коня, а сам, вприпрыжку метнулся в сторону пещеры. Тут-то на моём пути и встали те самые «трое и без оружия». Оружие у них, представьте себе, было. Те самые зачернённые кинжалы, что имел при себе недавний ночной гость. Да и поведение их выдавало профессиональных убийц. Заказчик не стал устраивать войсковую операцию, как ошибочно предполагал король. Он решил, что если ему нужна смерть одного человека, то хватит и небольшого количества мастеров.

Их бы хватило за глаза. Только пока ещё секретное ноу хау в виде огнестрельного оружия остановило их. Два выстрела из ружья, причём снова картечью, убили одного наповал и ещё двоих ранили. Один был ранен легко и решил, что сил на меня у него хватит. Зря. Я пропустил два удара, но оба они пришлись в кольчугу, причинив адскую боль, но не убив меня. А третий удар я ему не дал сделать. Заученные мной некогда приёмы дали результат. Рука убийцы согнулась в другую сторону, сломанные кости порвали кожу и вылезли наружу кровавыми осколками. Результат довершил выстрел из револьвера.

А про второго я забыл. Тот, хоть и истекал кровью, сумел подползти ко мне сзади и полоснуть клинком по ноге. Как я и предполагал, сталь была отменного качества и заточка ей соответствовала. Нож легко разрезал сапог из толстой кожи и распорол икроножную мышцу. Падая, я успел выстрелить. Пуля пришлась ему в левый бок, но она была уже лишней. Потеря крови лишила его сознания, а умрёт он минут через двадцать. Я присел на землю. Боль была адская, но нужно было двигаться.

Нет. Так я далеко не убегу. Зарядив ружьё и револьвер, я оглянулся по сторонам и достал аптечку. Кроме основного мешка с лекарствами я хранил ещё и набор первой помощи для себя. Туда входили жгут, бинт, перекись водорода, доза антибиотика, нитка с иглой в стерильной упаковке и даже шприц-тюбик с промедолом из армейской аптечки. Всё это было сейчас как нельзя кстати.

Сняв сапог и закатав штанину, я рассмотрел рану. Глубокая. Сосуды сильно повреждены. Обработав её перекисью, достал нитку и начал шить. Руки тряслись, пришлось достать шприц и вколоть обезболивающее в бедро здоровой ноги. Так было лучше, хотя, по здравому смыслу, колоть его нужно было уже после. Но, где здравый смысл, а где я?

Облегчение наступило через пару минут, когда рана была зашита наполовину, несколько стежков и всё будет хорошо. Только бы эти не появились, вояка из меня теперь плохой. Нога, хоть и почти не болела, слушалась плохо, а после укола накатила эйфория и идти никуда не хотелось. Усилием воли заставил себя встать и, озираясь, пойти в направлении на пещеру. Я судорожно дёргал стволом ружья в разные стороны, пытаясь поймать на прицел воображаемых врагов. Но никого больше не нашёл. Вот и пещера, рану я плотно замотал бинтом, так что по кровавому следу меня не вычислят. Только ничто не мешает просто облазить все окрестности и найти то, что нужно. На обратный путь нужно что-то придумывать.

В свой мир я не прошёл, а просто вывалился. Язык был на плече, я тяжело дышал, наркотический кайф не справлялся с усталостью, ранением и напряжением нервов. Тем не менее, силы для того, чтобы переодеться, я нашёл, но стоило мне надеть спортивный костюм с кедами, как глаза мои сами собой закрылись и не открывались часов пять. Только когда я открыл глаза, в полной темноте, наконец, стало понятно, что я победил.

Фонарик помог мне собраться. Ружьё пришлось разобрать и бросить в сумку. Рана горела огнём, меня бил лёгкий озноб, но при этом хотелось есть – верный признак того, что выживу. Попытался встать. Стиснув зубы зашипел, но на ногах устоял. Шаг, ещё один, идти можно. На то, чтобы добраться до дороги, ушло часа два. Слабость валила с ног, но остановиться было нельзя. Надежда на благополучный исход появилась тогда, когда телефон засветился и показал пять процентов зарядки.

От радости я едва не вскрикнул, номер такси сам выскочил из памяти, я с трудом, переводя дыхание, объяснил, куда нужно приехать. После чего сел на лавочку внутри автобусной остановки. Таксист приехал минут через пятнадцать, открыл дверь и, увидев моё состояние, помог мне забраться на сидение. Дорога домой не заняла много времени, там таксист буквально оттащил меня на этаж и помог открыть дверь, я отдал ему все деньги, что у меня были и горячо поблагодарил. Дома, когда включил свет, мне полегчало. Самое страшное уже позади, теперь только бы самого себя вылечить. Я разыскал домашние запасы лекарств. Не торопясь наковырял из блистеров горсть таблеток, проглотил их все, запивая водой из-под крана. Этого мне показалось мало, я достал флакон с физраствором, ещё один с глюкозой и попытался поставить капельницу. С далеко не первой попытки игла нашла вену, и я откинулся на кровати, зафиксировав её кусочком пластыря. Капельница была с разветвлением, позволяющим капать сразу с двух флаконов. То, что нужно. На настенном бра были закреплены оба и медленно, по каплям обогащали меня живительной влагой.

Глаза мои снова закрылись, но теперь это было уже не забытье после ранения, не обморок от усталости и не наркотический угар, а всего лишь крепкий здоровый сон.

Открыл глаза я уже далеко за полдень. Чувствовал себя не то, чтобы хорошо, но озноба не было, нога болела уже меньше, а в голове было ясно. В кармане куртки, которую вчера бросил в коридоре, я нашёл заветный пакетик с образцами крови. Нужно отнести в лабораторию, но не сегодня, завтра, когда в себя приду окончательно. А сейчас буду лежать, вставая только чтобы поесть и сходить в туалет. Мыться мне пока нельзя, а бриться лениво. Прикинув, что сегодня рабочий день, я честно выждал до шести вечера и позвонил. Сначала Наталье, а потом маме. Мать расстраивать не стал, а вот Наташа узнала, что я ранен и мне нужна помощь.

Приехала она через десять минут, хотя работала довольно далеко о моего дома, а жила ещё дальше. Тут же началась забота о раненом. Она размотала бинт. Шов был красным, из-под нитей сочилась жидкость. Видимо, тот человек всё же намазал клинок какой-то отравой, а может, просто забывал его помыть. Тем не менее, скорую мы вызывать не стали, рана была отнюдь не смертельной, а небольшое воспаление легко вылечить в домашних условиях.

Лечение было тем успешней, что осуществляла его красивая и любящая женщина. Она промывала рану, бинтовала, давала таблетки, приносила чай и горячую еду, от которой я успел отвыкнуть. Потом, заявив, что я колючий, как кактус, отволокла меня в ванную и заставила помыться и побриться. Если бритьё никаких проблем не вызывало, то для помывки пришлось замотать ногу пищевой плёнкой. Но все проблемы решаемы, и вот я уже лежал на диване, чистый, побритый и почти здоровый, наслаждаясь поцелуями прекрасной женщины. В перерывах излагал ей свою историю. Она восторженно охала, когда я дошёл до поединка Эдмунда с волком, даже прослезилась.

Теперь нужно было выполнять задание короля. Я отдал ей оба шприца, которые ещё тогда подписал «Отец» и «Сын». Отсчитал денег, которых точно хватит и ещё останется и послал в лабораторию. Насколько знаю, анализ сразу не делают, это займёт несколько дней, так что, отлежаться смогу. Даже, наверное, приду в норму. Более всего меня беспокоило возвращение назад. То, что пещера будет под колпаком, сомнений не вызывало. И чего стоило королю послать человек двести, чтобы оцепили пещеру? Или он уже в стране не хозяин? Очень может быть. Он играет в политические игры, но вот уверенности в победе у него явно не хватает. Потому и не хочет начинать раньше времени боевые действия.

А что делать мне? Нужно будет пробиваться с боем, а как это сделать? Нужно как-то удивить противника. Как? Время есть. Нужно думать. Пещера тесная, там даже от огнестрела толку будет мало, ещё и самому прилетит рикошетом. Тогда что?

Пока я размышлял, вернулась Наташа. Она доложила, что анализ будет готов через неделю, а поскольку я никуда не собираюсь, то и она взяла на работе отпуск, чтобы быть со мной. Мотивировала она это, само собой, необходимостью ухода за моей ногой. Ну что ж, пусть будет так, а то хромым я действительно много не навоюю. Вставать и ходить на близкие расстояния уже мог, но при напряжении и усталости рана начинала кровоточить. К концу недели снимем швы, вот тогда и посмотрим, как я смогу двигаться. В конце концов, король ждал этого момента долго, подождёт ещё. А если даже не дождётся, найдутся люди, которые проведут церемонию без него.

Что ещё можно было придумать? Допустим, я прорвусь из пещеры. Стоит ли идти в Виттенберг, или пусть друзья отдыхают, а я лучше повторю морской заплыв, поднявшись потом по реке? Выходило, что в одиночку я не справлюсь с лодкой, придётся идти по земле. Оружие есть, но скорострельность вызывает большие нарекания, собственно, при наличии минимума ловкости смогу уложить восемь человек, а что будет, если их десять? А двадцать?

Тут всплыли в памяти её слова про Димку Столярова, который в армии. Я немедленно потребовал с ним связаться. Получилось быстро и уже этим вечером Димка, довольный и здорово растолстевший с нашей последней встречи, сидел у меня в гостях и наворачивая торт объяснял мне глобальные проблемы с воровством оружия у государства.

– Ты пойми, списание автомата – дело муторное, там недостаточно мне заплатить, там человек пять в коляске будут минимум. Расходники какие, патроны там, взрывчатку, – это я могу, в пределах разумного, естественно. А автомат не могу, нет его и взять негде.

– А патроны какие?

– Да какие хочешь. Хоть пистолетные, хоть двенадцать и семь. Мы их раз в году сжигаем в бочке. Представляешь, бочку по края в землю вкапываем, насыпаем патронов, солярку льём и поджигаем. Кому говорю, не верят.

– И ты можешь пару горстей сыпануть мимо?

– Естественно, только скажи, что нужно?

– Да мне больше не сами патроны нужны, без оружия от них толку нет. Мне бы порох из патронов, он мощный, в магазине такого не купишь.

– Легко. Принесу маслят, а дальше сам ковыряйся. Ещё что?

– Взрывчатка. Тротил. Сколько сможешь.

– Смогу килограмм пять, хватит?

– Вполне. Гранаты?

– Две Эфки, не самые новые, но рабочие.

На этом переговоры закончились. Взрывчатка, детонаторы, патроны в неустановленном количестве, две гранаты. Получив задаток, Димка скрылся в неизвестном направлении. Оставалось только ждать. Мы и ждали, попутно занимаясь собой. Это, надо сказать, было довольно приятное занятие.

Глава пятнадцатая

Наступил седьмой день моего отдыха. Швы на ноге были сняты, воспаление прошло, и только небольшая хромота напоминала о недавнем ранении. Прибыл Столяров и принёс всё, как обещал. Десять шашек тротила по четыреста грамм каждая, средства взрывания, полведра патронов разного калибра, две гранаты.

За это я заплатил ему примерно шесть его месячных зарплат. Немного, но его устроило. Обещал нести всё, что сможет добыть.

И самое главное, – был готов анализ, который показал, вроде как со стопроцентной точностью, что гражданин Б является отцом гражданина А, вот теперь можно топать в столицу, дело за малым, только пройти сквозь пещеру, где меня будут ждать с нетерпением пара десятков головорезов.

Наташа проводила меня до пещеры, там я поставил сумку с взрывчаткой, а сам, почти налегке собрался на прорыв. Она нежно поцеловала меня, после чего я велел ей уходить. Привычно переодевшись в средневековую одежду, я набрал воздуха в грудь и протиснулся сквозь камень.

Мои ожидания оправдались. Приняли меня быстро и качественно. Дюжина рук схватила меня за все части тела и надёжно зафиксировала. Ружьё сползло с плеча и было отдано кому-то за спиной.

– Где послание для короля! – грозно спросил высокий пожилой мужик в кольчуге.

– Если отпустить мою руку, то я его отдам.

Они отпустили мою правую руку, и я протянул ему «послание».

– Вот, в этом футляре, – объяснил я, зажимая выдернутое кольцо в руке.

Пока он рассматривал необычный футляр, отскочил предохранительный рычаг, а я, воспользовавшись замешательством противника, резко опустил руку и, нащупав тестикулы державшего меня воина, сжал их в руке и провернул, руки справа мгновенно разжались, процесс этот сопровождался визгом. А я в это время подсечкой сбил с ног того, что был слева.

Как проще всего нейтрализовать человека, которого приказано до поры не убивать? Да просто навалиться гурьбой и прижать к земле. Так они и поступили. Молодцы! Когда грянул взрыв, то я отделался сильной контузией, а все осколки достались им. Это было не смертельно, тем более, что половина была в кольчугах, но боеспособность они потеряли. Мне осталось только вытащить револьвер и расстрелять катающиеся по полу тела.

Отдышавшись, я вернулся в свой мир и прихватил сумку. Теперь нужно выйти, на открытом месте я буду куда более уязвим, нужно быть готовым отстреливаться. Двустволка почти не пострадала от взрыва, только несколько царапин на прикладе.

Но получилось иначе. Меня более никто не встречал. Зато я нашёл привязанных коней. С ними должен был быть коневод, да, видимо, страшный гром из пещеры его напугал до приступа диареи, теперь в кустах сидит. Главное, чтобы без арбалета в руках.

Выбрав скакуна поспокойнее, я быстро на него взобрался. Другому на спину привязал сумку. Лекарств в этот раз мало, а средств убийства много. Неторопливым шагом тронул коня с места. Посмотрим, что там, в Борке?

Каким же умным я себя почувствовал, когда вспомнил, что отправил друзей в Виттенберг. Борки больше не было. Обширное село, где проводились полноценные ярмарки и проживало под тысячу человек, теперь являло собой пепелище. О судьбе жителей догадаться было несложно. То тут, то там среди пепла проглядывали скелеты, а чуть поодаль, на деревьях были развешаны трупы. Многие из них были изуродованы ещё при жизни. Тела хранили следы пыток. Жестоких пыток. Выпущенные кишки, которые намотали жертвам на шею. Выколотые глаза, снятая лоскутами кожа. Нет, это не вороны, которые ещё налететь толком не успели. Это люди, хотя можно ли назвать людьми тех, кто делает такое. Меня затошнило, но не от вида мёртвых тел. К ним я привык. Ненависть захлестнула меня. Ненависть к огромному чёрному мудаку, которого я, правда, никогда не видел. Знай я сейчас о его местонахождении, плюнул бы на Виттенберг и наведался в гости. Хотелось не просто его убить, я сделать с ним хоть малую толику того, что испытали жители Борки. И его хозяина не забыть, тому тоже при случае выпишу.

Но я не знал, куда ехать, а потому, выбравшись на королевский тракт, направил копыта коней в сторону Виттенберга. Друзьям моим грозит опасность, я им нужен и не брошу их. Хотя, тезис этот весьма спорный. Как им будет безопаснее, со мной, или без меня? Пока было ясно, что герцог не отстанет, а если найдёт моих спутников, то обязательно убьёт их, подвергнув предварительно жестоким пыткам. А раз так, то лучше нам быть вместе и поближе к королю.

Конь двигался резво, новый всадник его не смущал. Я обшаривал глазами (и стволами) окрестности, но никого не обнаружил. Похоже, нагадив королю, люди Чёрного Герцога предпочли скрыться. И то верно. Борка и окрестности, несмотря на то, что были диким захолустьем, принадлежали к домену короля и платили дань в казну. Нападение на королевских подданных равно объявлению войны? Или не равно? Решится король поставить на место охреневшего вассала? А если решится, то какие будут последствия?

Ещё одна мысль не давала мне покоя, какого беса я, простой доктор-недоучка во всё это влез? Выходило, что судьба такая. Фатализм – убеждение идиотское, но, если прикинуть, то что-то же меня дёрнуло тогда податься в эту пещеру. Да и камень тот только меня пропустил, хотя многие пытались. Да и доктором я стал случайно. Да и в боевых действиях засветился не по своей воле. А результат – вот он, в столице сидит король и ждёт меня с посланием и клятвой. По стране мотается Чёрный герцог и старательно гадит королю во всём. Где-то сидит брат короля и готовит большую войну, соблазняя вассалов своими посулами.

Допустим, шоу с моей клятвой достигнет результата. Тогда все, кто будет в столице, окажутся на стороне короля. А те, кого не будет? Да и феодалы одни погоды не сделают, нужна пехота, хотя бы для того, чтобы замки штурмовать, в которых несогласные с политикой Его Величества могут годами отсиживаться. Теперь, правда, не отсидятся. Гномы с новым оружием не дадут.

Так думал я, а конь нёс меня в славный город Виттенберг, где меня ждал капитан Франц и (надеюсь) мои парни. Оттуда отправимся в столицу и сделаем то, что нам было приказано. До города мне примерно пять суток езды, это если быстро, а оттуда до столицы ещё дней десять. То место, где я сейчас ехал, принадлежало к королевскому домену, да только это не гарантия. Я прекрасно видел, как вассалы относятся к собственности и подданным короля. Однако, здесь можно встретить разъезды королевской гвардии, вроде того, которому мы однажды передали эльфийского посла. Я немедленно покажу документ, согласно которому я посланник короля и должен получать всестороннюю помощь, мне его выдали для получения лошадей на почтовых станциях, сообщу о сожжённой Борке и попрошу сопроводить меня хотя бы до Виттенберга. Оттуда уже сам доберусь.

Увы, патрули мне не попадались. Места здесь спокойные, гонять по лесам разбойников давно никому не приходилось. А потому ребята в латах сейчас сидят в своих лагерях и напиваются казённым элем.

Дорога, по которой я ехал, была, по сути, звериной тропой, удачно проходящей параллельно королевскому тракту. То, что протоптали её звери, было очевидно, следы их виднелись тут и там в большом количестве. Это были волки, медведи, кабаны. Рай для охотника. Только кто здесь охотник, а кто дичь, не всегда было ясно. Я привык уже прятаться от людей, мысль об опасности, исходящей от четвероногих, в голову не приходила. А зря.

Хищники – существа умные. Так уж эволюция решила. Жрать траву в поле могут и тупые создания, а если твоё меню включает мясо, то будь добр, поймай его. А не поймаешь – сдохнешь с голоду, не оставив потомства, а твою экологическую нишу займут другие, более умные.

К чему я это? А к тому, что был сильный ветер, не ураган, но дуло ощутимо. А медведь размером с Эдмунда зашёл против ветра. Лошадь его почуяла уже тогда, когда мощная лапа с когтями перебила ей хребет, а я кувырком летел в кусты. Вторая лошадь была прочно привязана к первой и оторваться не смогла. На месте медведя я бы отсюда не уходил до полного истощения пищевых ресурсов. Вот это праздник! Только я, успевший выдернуть ногу из стремени, а потому отделавшийся парой синяков, обломал косолапому всё удовольствие. Две тяжёлые пули ударили в мощную грудь, заросшую густой шерстью. Перезарядить я уже не успевал, поэтому, бросив ружьё на землю, выхватил револьвер. Этого не понадобилось. Огромный зверь упал и теперь бессильно перепахивал когтями землю в полуметре от меня.

Твою ж мать! Итого, минус две лошади, минус два патрона, плюс гора мяса двух сортов, которое мне абсолютно не нужно. Теперь пожитки переть на себе, скорость упадёт до черепашьей.

Я сел на тушу хищника и ещё какое-то время бессильно матерился вполголоса. Однако, оказалось, что не всё так печально. Скоро из чащи вышел человек в латах и с мечом на поясе. Я взял его на прицел, но тут же разглядел на плече королевский герб. У меня вырвался вздох облегчения. Наконец-то, патруль. Услышали выстрелы, и пришли посмотреть. Опередив все вопросы, я воскликнул:

– Я – посланник короля, мне нужна ваша помощь! – с этими словами я вынул из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и протянул его гвардейцу. Тот покачал головой.

– Я вам верю, господин, только читать не умею, подождите, я сейчас позову старшего, – с этими словами он скрылся в чаще, предупредив меня, чтобы я никуда не уходил. Куда я уйду? Свои пожитки на горбу мне не унести.

Старшего пришлось ждать почти час. За это время прибыли ещё двое гвардейцев и четверо крестьян. Они стали сноровисто свежевать всех трёх животин. Мне пояснили, что здесь, в этом захолустье, с провиантом туго, так что свежее мясо будет хорошим подспорьем для всего отряда. Читать не умели и эти шестеро. Увы, одно дело – гвардия столичная, набранная из безземельных рыцарей, совсем другое – вот такие провинциальные гарнизоны, набирают солдат сюда из отличившихся наёмников, а если попадётся среди них грамотный, то он имеет все шансы стать капитаном.

Когда, наконец, прибыло начальство, вопросы решились. Капитан был немолодым толстым мужиком с длинными, как у хохла, усами. Кираса, хранящая его необъятное тело, была явно сделана на заказ. Он поприветствовал меня и взял в руки документ. Тоже грамотей невеликий. Он примерно пять минут шевелил губами, но текст в итоге прочитал. Сразу словно подобрался и сделал попытку втянуть живот.

– Капитан Бергель, – представился он, – к вашим услугам.

– Не нужно почестей, капитан, – успокоил его я, – титул мой невелик, да и почести мне не нужны. Его Величество дал мне задание, от которого зависит покой в королевстве. Вы мне поможете?

– Всё, что хотите, господин доктор, говорите, что вам нужно.

Нужны мне были лошади и эскорт. Всё это нашлось быстро. Капитан не дружил с грамотой, но организатором был отличным. Очень скоро я, в сопровождении десяти конных бойцов, бодро скакал в сторону Виттенберга.

Не то, чтобы сопровождающие были великой силой. Десять профессионалов ничего не сделают с полусотней таких же. Вся надежда была на то, что люди Герцога (а может, и самого принца) не решатся напасть на королевский патруль. «Тот, кто поднял руку на английского солдата, поднял руку на английского короля». Помним, ага. Только что-то на практике наоборот выходит. А потому я не выпускал ружья из рук, надеясь, в случае опасности, пробить себе дорогу огнём и ускакать. Солдаты тоже были проинструктированы на этот счёт. Если враги превосходят числом, то их нужно задержать, пусть и ценой жизней всего отряда, чтобы дать возможность королевскому посланнику продолжить путь. Честный служака определённо заслужил повышение. Буду жив, замолвлю словечко перед королём.

Мы без происшествий преодолели довольно большой участок пути. Километров сорок, а потом, остановившись на почтовой станции, посетили харчевню. Сам я проголодался, а сопровождающие тем более. Деньги у меня были, хватило, чтобы до отвала накормить всех. А вот пить я запретил. Сказал, что мне они нужны только трезвыми. Наёмников отчего-то считают расхлябанными и недисциплинированными людьми. Но это большая ошибка. Человек, живущий продажей воинского умения, всегда постарается продать его подороже, а цена всегда и везде зависит от качества. Те, кто не выполняет приказы, подставляют, так сказать, всю войсковую гильдию. За это можно заплатить головой. Да и к королевским гвардейцам это точно не относилось. Наёмники, солдаты удачи, набранные из вчерашних крестьян и ремесленников. Им выпал счастливый билет, они попали на службу к королю. И пусть Его величество далеко, жалованье платят исправно, кормят, поят, уважают. Есть чем гордиться, есть, что ценить в жизни. Всё это заставляло меня верить, что в начавшемся бою, все солдаты полягут ради того, чтобы я спасся.

На отдых времени уже не оставалось. Сменив лошадей, мы попрыгали в сёдла и продолжили скачку. Лошадей-то мы меняем, а вот парни из охраны уже завтра начнут из сёдел вываливаться. Надо бы привал организовать, да так, чтобы никто нас не прихватил спящими. Когда сказал об этом старшему в группе, тот согласился. При этом он многоэтажно и витиевато выругался на тему, где это видано, чтобы королевские гвардейцы по лесам прятались?

При этом и он не мог не признать, что лучше быть незаметными. Уже неоднократно случались стычки с неизвестными отрядами, подозрительно напоминающими людей принца. Это было не страшно, но потери гарнизоны несли ощутимые, а подкрепление из центра прибывало с большим опозданием. В определённый момент порядком раздёрганные гарнизоны просто не смогут удержать те крепости, которые им вверены, и часть главных коммуникаций просто уйдёт из-под контроля короля.

На ночёвку мы встали в глубоком лесу. Солдаты развели костёр, справедливо полагая, что враг, если он и есть, слишком далеко, чтобы учуять дым или увидеть пламя. А горячая пища сейчас как нельзя кстати. Котёл оказался на огне, туда отправились куски медвежатины, свежесть которых вызывала у меня большие подозрения. Купленные в придорожном селе овощи, мелко порубленные, тоже последовали в котёл. Ближе к полуночи все стучали ложками, хлебая из мисок жирное варево. Медвежатину я ел впервые, но мне понравилось, наверное, просто от голода любая еда зайдёт на ура, а уж горячий суп точно.