Текст книги "Алмазное сердце"

Автор книги: Ирина Шевченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

ГЛАВА 12

Джед

Когда я, выбравшись из колючек, кое-как дотащил дейни Поцелуй-Меня-Если-Жить-Надоело к дому нэны, Рик уже был там. Сидел у тлеющего очага, задумчиво теребил какой-то веничек из трав.

– Объяснишь, что все это значит? – спросил он, кивнув на сгруженную мной на лавку княжну.

– Это значит, что нельзя игнорировать предупреждения Судьбы, – ответил я, тяжело пыхтя. – И если некая девица польет тебя уксусом, а после надумает намазать ореховым маслом, сие есть верный знак, что от этой девицы нужно держаться подальше.

– Весело живешь, – хмыкнул унери. – И все же?

Я неопределенно покачал головой: рассказывать Ричарду обо всех перипетиях своего знакомства с княжной Дманевской я не собирался. Парень он, конечно, неплохой и сегодня помог… вернее, пытался, но именно из-за этого и не стоило. Хватит того, что Сану непонятно во что втянул. И после зажигательных во всех смыслах танцев ей вряд ли позволят переждать опасность в поселке, как я ранее рассчитывал. Придется искать моей непутевой лекарке другое убежище. Если только не случится чуда.

– Как думаешь, нэна сумеет заговорить дядьке зубы?

– Зубов у вожака полон рот, – напомнил Рик, – и на тебя парочка давно имеется. Но, быть может, виери справится.

– Размечтались! – в дверях стояла, подбоченившись, Яра. – Батя в Озерное послал, за унери, чтобы поглядели на твою плясунью. И дедко Мир по селу с пищалью бегает.

– А Мир тут при чем? – растерялся я: по мне, так и озерских унери хватило бы.

– Уй! – закусил кулак виконт Энсоре. – Это, кажется, по мою душу.

– Не, не по душу, – «успокоила» его Дияра. – Он тебе кое-что другое отстрелить грозится.

– Ты когда пришел? – поинтересовался я у побледневшего шамана.

– Сегодня, ближе к ужину. Хотел у виери остановиться, как всегда, но мне сказали, что у нее уже ты с подругой квартируешь, вот я к Миру и попросился.

У старого волка Редмира было три дочери…

– Только к ужину явился и уже успел… хм… И уже успел?!

– Долго ли умеючи? – пожал плечами Рик. – Но Мир-то откуда узнал? И именно сейчас?

– А ты подумай, – усмехнулась Яра. – Может, ты не ту девушку на танец пригласил?

– Вот дуры ревнивые! – Унери в сердцах стукнул кулаком по полу и вскочил на ноги.

– Дуры? – переспросил я ошалело.

Приятель раздраженно махнул на меня рукой, подбежал к двери и с опаской выглянул наружу. Не знаю, что он там увидел, но это что-то ему не понравилось.

– Все, я пропал, – запаниковал он. – Позор. Смерть… Хуже чем смерть! И я, единственный сын Энрике Энсоре…

– Сыну Энрике Энсоре давно пора начать думать головой, а не тем местом, за сохранность которого он так волнуется! – Ула вошла в дом, оттолкнув с дороги нерадивого ученика. – Как ты виери собираешься стать?

– Я? – опешил Рик. – Я не собираюсь.

– Что? – Нэна сняла со стены бубен и от души стукнула воспитанника по темечку. – Не собирается он! Я, мальчик мой, не вечная. И на кого я стаю оставлю?

– На кого? – спросил унери и снова получил бубном.

– Я сколько лет на тебя, горюшко, потратила? Думаешь зачем?

– Зачем?

Бумс!

Похоже, Рик еще не понял, что задавать лишние вопросы наставнице сейчас чревато.

– Нэна, – отвлекая шаманку от игры на голове Рика, вклинился я в разговор. – А что там? Что дядька?

– Дядька? – Бэмс! От моего лба звук получился немного другой. – Лютует дядька. Ты зачем людского мага в селение притащил?

– Нэна, я же…

Бэмс!

– После таких танцев только дурак не поймет про твою Сану!

– Я-то в чем виноват? – отбежав и прикрыв руками голову, выкрикнул я. – Это же не я ее напоил и в круг выпустил!

Бэмс! Все же настигло меня возмездие. Яра, о которой с приходом Улы все забыли, злорадно рассмеялась.

– Не виноват? – накинулась на меня нэна. – А как положено, к вожаку пойти, невесту представить, чтоб ни себя, ни ее не позорить?

– Какую невесту?!

– Это… ик… я! – помахала ручкой очнувшаяся княжна.

– Молчи уже, демон в юбке! – вызверился я на «суженую».

Бэмс!

– Виери… – нерешительно вступил Рик.

Бумс!

– Виери, что нам делать?

– Что делать, что делать… Уходить вам надо. Тропу откроешь?

– Тропу? – просиял молодой шаман, отчего-то сам не подумавший о таком решении. – Тропу открою!

– Ну и вперед! – Нэна всучила ученику бубен. – Погоди только минутку.

Она расстелила на полу скатерть, ту самую, в которой я заявился в селение, быстро обежала дом, хлопая крышками ларей, шурша бумагами и звеня монетами, и за минуту, не больше, собрала в тугой узел какую-то одежду, еду и, как я надеялся, деньги.

– На вот! – сунула она мне в руки какой-то конверт. – Потом поймешь.

– Нэна, ты же обещала меня к Унго вывести.

В мире людей без верного тайлубийца мне не обойтись.

– Сам выйдешь. Рик песню затянет, а ты рядом будь, об Унго своем думай, представляй его – так и выйдешь.

Ула помогла Сане подняться с лавки, обняла девушку, расцеловала в обе щеки – ее, не меня!

– Ты присмотри за моими мальчишками, – попросила она рыжее чудовище.

Присмотри! Это еще кто за кем…

– Возвращайтесь.

Нэна подтолкнула ко мне полусонную лекарку, и в тот же миг нас закружил зеленый вихрь. В нос ударил запах сосновой хвои, а в ушах уже звучала шаманская песня.

«Ликуй, о Великий Предок, дети твои идут по Тропе…»

В этот раз песнь оказалась на диво короткой. Я опомниться не успел, как лежал на траве, под звездным небом, а на мне, привычно шмякнувшись сверху, расположилась дэйни Лисанна. Создатель Предвечный, за какие такие грехи?

– Прошли! – радостным шепотом возвестил Рик. – Мы прошли!

– Какое счастье, – вздохнул я, когда шаман снял с меня недоразумение по имени Сана и, бережно прислонив оное к деревцу, помог мне подняться.

– Да-а-а, – протянул приятель, вдыхая воздух свободы. – Здорово. Всегда мечтал, чтобы виери дала мне свой бубен, – улыбнулся он, прижимая к груди подарок.

– Бубном, – поправил я.

– В бубен! – хихикнула не желающая трезветь княжна.

Хоть кому-то здесь весело.

– И где мы? – спросил я у шамана.

– Не знаю. В каком-то саду. – Рик сорвал с ветки большое яблоко и с хрустом надкусил. – Где-то между Велсингом и Депри… Мм… Вкуснота какая, только попробуй!

– Не хочу.

– Дэйни? – Виконт Энсоре галантно предложил княжне надгрызенное яблоко, и та, в силу своего состояния, не побрезговала.

– И правда вкусно, – сообщила она, сочно хрумкая. И вдруг выдала: – Усадьба Мэвертон. Самые вкусные яблоки в Вестолии.

– И самые злые собаки, – упавшим голосом закончил Ричард, откуда-то наслышанный об этом месте.

Я не был уверен, что Сана не ошиблась в выводах, а испуг Рика меня попросту позабавил.

– Мы ведь не боимся собак, брат?

– Этих? – Унери прислушался к далекому пока лаю. – Этих – боимся! Вестранские волкодавы!

– Что? – не поверил я.

Кто доверяет охрану сада этим зверюгам?

Данную породу вывели когда-то для охраны правителей Вестрана. Те хоть и жили в мире с андирскими стайниками, оборотней все же побаивались. Потом собачки расплодились…

– Дёру! – как в детстве, заорал Рик, вмиг отобрал у Лисанны недоеденное яблоко, зашвырнул в траву, сунул девушке бубен, подхватил ее саму на руки и бросился туда, где между деревьев виднелась высокая ограда.

Я едва поспевал за ним.

– Давай! – кивнул он мне на забор.

Бросив вперед себя узел, я перемахнул на ту сторону.

– Лови! – прокричал мне шаман, и над забором, радостно ухнув, взлетела княжна Дманевская.

– Поймал! – отрапортовал я несколько преждевременно, но в следующее мгновение действительно поймал… и, как и ожидалось, растянулся на дороге, нежно придавленный расплывающейся в счастливой хмельной улыбке лекаркой. Ну сколько же можно!

– Уф! – Рик приземлился рядом. – Пронесло.

Он отобрал у Саны бубен, поднялся с земли и отряхнулся.

– Куда дальше?

– Тут дилижансы ходят, – опередила меня с ответом Лисанна. – Можно до города доехать.

– Пешком пойдем, – решил я, встав на ноги и разминая все чудом не сломанное и не вывихнутое.

– А я тоже хочу на дилижансе, – послышалось со стороны.

Мы с Ричардом, одинаково ошарашенные, развернулись на голос: у обочины, подтянув к подбородку колени, сидела Яра.

Волчьи пляски вылились во что-то непонятное: мало было Лисанны, так еще и Бертранова дочурка на мою голову!

Только Рик удержал меня от того, чтобы не придушить увязавшуюся за нами настырную девчонку.

– Верни ее, – приказал я. – Немедленно.

– Не получится. Ближайшую пару дней я на Тропу не выйду.

– И что теперь делать? – взвыл я.

– Потом разберемся, – постановил шаман.

Откладывать все серьезные дела на потом, очевидно, было его жизненным кредо, а мне не хотелось спорить. Теплый угол и хоть часок тишины – таков был предел моих мечтаний в этот поздний час.

А за «углом» нужно было топать до города, так как дилижансы в это время тут вряд ли ходили.

Дияра дорогой не проронила ни слова, развеселая княжна, напротив, трещала без умолку, а потом вдруг заснула на полуслове и прямо на ходу – унери едва успел поймать ее, чтобы не упала, и дальше героически нес на руках. В связи с этим шансы дойти до города хотя бы к утру значительно уменьшились.

– Впереди жилье, – повела носом Яра, остановившись примерно через полмили. – Может, туда свернем?

Рик согласился, а я только рукой махнул. Правда, уже у самых ворот небогатого, одиноко стоявшего посреди поля дома принял у приятеля спящую девушку, доверив тому вести переговоры с хозяевами.

– Кто такие? – недовольно пробурчал выглянувший на стук детина.

– Бродячие комедианты, – не промедлил с ответом досточтимый виконт Энсоре, поиграв перед глазами мужика бубном. – Отстали от труппы, догоняем теперь. Пустите на ночлег, добрый дэй. Внакладе не останетесь.

– Комедианты? – переспросил хозяин, впрочем, без недоверия: на кого еще мы были похожи? – А девки с вами…

– Актрисы! – ввернул Рик, пока человек не сказал чего нелестного о наших спутницах. – Дэйни Дияра, отважная метательница ножей, и дэйни… Лауренсия, неподражаемая исполнительница экзотических танцев. – Похоже, имя «Сана» приятель счел неподходящим для чудо-танцовщицы. – Час назад дала последнее представление и очень устала.

– Экзотических… – отодвинувшись подальше от метательницы ножей, протянул мужик, не сводя масляных глазок с обнаженной ножки «дэйни Лауренсии», сладко спавшей на моих руках. – Ну проходите, что ли. Только в дом не пущу, у меня там жена… Кхм… Семья, говорю: женка, дети – самим места мало. На сеновал ступайте. Но плата вперед!

Сеновал, вернее, то, что им несправедливо назвали, не стоил отданного Риком грасса: хлипкий сарайчик и тощая кучка сухой травы. Но я был рад и этому.

Еще бы перекинуться и выспаться нормально!

– Не стоит, – предупредил мои намерения приятель-унери. – Вдруг хозяин заглянет? Зачем пугать доброго человека?

И то правда.

Кое-как разместив на сене девушек (Яра без споров устроилась рядом с так и не проснувшейся княжной), мы с Риком легли по краям. Я выбрал сторону Саны, не потому что хотел быть поближе к лекарке, а для того, чтобы держаться подальше от хищно поглядывавшей на меня волчицы.

Вспомнил о конверте, который дала мне нэна, вытащил из-за пояса, развернул. Звериного зрения хватило, чтобы прочесть послание, адресованное дэйне Урсуле Леймс. Его содержание не стало для меня новостью, но бросилась в глаза сделанная Улой приписка.

– Ох, нэна, – вздохнул я тихо.

Спрятал письмо, перевернулся на бок и уснул.

Не знаю, сколько времени длился сон, но разбудила меня тяжесть прильнувшей к плечу девичей головки и скользнувшая под рубашку рука.

Оказалось, Яра перебралась через тихо сопящую целительницу, отпихнула ту поближе к Рику и умостилась на моей груди. Мало ее дядька Бертран порол!

Я скинул с себя бесстыжую девчонку, дождался, пока смолкнет недовольное сонное мычание, и от греха подальше перебрался поближе к двери. Представил себя в волчьей шкуре, свернулся на земляном полу и снова уснул.

Лисанна

Мне снился удивительный сон: круг огня, чужие незнакомые танцы, красавец-шаман в золотом сиянии теплых искорок. А потом я сама танцевала, ведомая странным, неведомым доселе чувством…

Ясная ночь, раскинувшая над головой звездный шатер. Отблеск пламени в глазах стоящего передо мной мужчины. Звенящая тишина после радостного гама. Руки, обнимающие меня с нежностью.

– Джед, – прошептала я и, пользуясь тем, что это всего лишь сон, прижалась к оборотню сильнее.

– Рик, – поправил он.

– Джед, – повторила я упрямо.

Это мой сон, мне лучше знать.

Его губы легко коснулись моих…

– Рик?! – Я открыла глаза.

– Я так и сказал, – усмехнулся волк, на котором я практически лежала.

Создатель Всемогущий, это все на самом деле!

Джед

Проснулся я от истошного женского визга. Тут же вскочил и едва не был сбит с ног ринувшейся к двери Лисанной. На счастье, лекарка затормозила в шаге от меня, снова взвизгнула и бросилась в обратную сторону.

Возможно, она так и носилась бы кругами по небольшому сараю, не найдись в углу ведущая наверх лестница. И в следующие полчаса мы с Риком гадали, как снять некстати проснувшуюся и еще более некстати протрезвевшую Сану с ветхой крыши, чудом не проломившейся под ногами девушки.

– Плачет она там, – радостно сообщила взобравшаяся на лестницу Яра. – Горько так. Говорит, что она – падшая женщина и позор семьи. А что такое «падшая женщина»?

– Точно не Сана, – уверил я наглую девчонку. – А ну спускайся оттуда!

– И не подумаю. Тут интересно. Вот! Теперь она причитает, что ни один порядочный человек ее не то что в жены – даже в содержанки не возьмет.

– У порядочных людей не бывает содержанок, – проворчал я себе под нос.

– Да? – удивился моим словам Рик. – Жаль.

– А теперь она в монастырь собирается! – Счастью Дияры не было предела. – Потому что все глазели на ее ноги.

– Глазели? – прокричал я нарочито громко в надежде, что на крыше меня услышат. – Никто и не думал. Ричард, ты глазел на ее ноги?

– Конечно нет! – подыграл мне шаман. И добавил тише: – Хоть и было на что.

– Помолчите там, – шикнула на нас Яра. – Не разобрать ничего… О! О-о-о? Убивается из-за того, что с Риком целовалась…

– Что? – строго воззрился я на унери. – Ты ее целовал?

– Почти, – сознался тот.

– Почти? – усомнился я.

– Ну… почти, почти. Ты лучше думай, как будешь доставать свое сокровище, а не то на самом деле получим сейчас падшую женщину. И падет она одному из нас на голову.

Я догадывался, кому именно: не верилось, что в этот раз Создатель обойдет меня милостью своей.

– Слезай! – прикрикнул я на Яру. – Немедленно.

Обернулся к настороженно поглядывающему на потолок Рику.

– Прогуляйтесь пока оба… Да хоть вокруг сарая. Мне нужно сказать Сане два слова.

– «Будьте моей женой»? – с ухмылкой предположил шаман. – По-моему, это единственное, что может ее успокоить. Спасешь ее доброе имя и все такое…

– «Будьте моей женой» – уже три слова. А я приготовил лишь два. Уведи Яру, пожалуйста.

Дождавшись, пока Рик утащит сопротивляющуюся девушку «на прогулку», и убедившись, что они отошли достаточно далеко, я осторожно поднялся по шаткой лесенке, выглянул на крышу и, как и обещал унери, негромко сказал всхлипывающей княжне два слова, заставившие ее позабыть обо всех этих глупостях вроде разорванного подола, плясок у костра и поцелуев.

Всего два слова:

– Людвиг Менно.

Лисанна

Ула обо мне позаботилась, дала с собой новое платье взамен рваного, и, переодевшись, я почувствовала себя немного лучше. Совсем немного: голова болела, желудок скрутило в узел, тело бил озноб, а стоило вспомнить подробности минувшей ночи и пробуждения, и меня бросало в жар. Но Джед прав, все это мелочи в сравнении с нависшей над нами опасностью.

– Обуви, извини, нет, – вернулся он от хозяйского дома к скамейке под липой, где я присела подальше от Рика и Яры. – Хотел у хозяйки башмаки купить, но у нее ножища – у мужа и то меньше.

– Ничего страшного. Мне… Мне и так… – Как я ни старалась, голос срывался на жалобный плач.

– Доберемся до города и купим тебе новые туфли, – закончил метаморф. – И платье, самое красивое. Шляпку, чулки, перчатки – что там еще нужно прекрасной дэйни?

Он говорил со мной ласково, как с ребенком, и от этого хотелось разрыдаться еще больше, но я смогла взять себя в руки.

– Благодарю вас, дэй Джед, но туфель вполне хватит.

Волк посмотрел с недоумением, прищурился, словно искал шутку в моих словах, а поняв, что я вполне серьезна, вздохнул.

– Не стоит все усложнять, дэйни Лисанна. Но если такова ваша воля…

Я все же всхлипнула и замотала головой.

– Нет. Прости, я…

Все так перепуталось за эти несколько дней, что я уже и не знала, как должна себя вести, что говорить и что делать. На миг подумалось, насколько проще было бы оставаться послушной дочерью, вернуться после выпуска в Уин-Слитт, выйти замуж…

– Я могу понести тебя до дороги, – предложил мужчина. – А там дождемся какой-нибудь повозки, чтобы ты не сбила ноги.

– Спасибо, но это необязательно. – Я покраснела и отвела взгляд. – Мне не в новинку ходить босой.

– Да? – заинтересовался Джед, опускаясь на скамью рядом, и я смущенно отодвинулась на краешек. – И часто сиятельная княжна устраивает прогулки в селянском стиле?

– Каждое лето, когда бываю дома. Папа родом из Селстии, приехал в Вестолию лишь за два года до моего рождения, и порядки в поместье такие же, как были у него на родине, – все по-простому…

– Как у нас, – усмехнулся волк.

– Не как у вас. Совсем. – Я по-прежнему не смотрела ему в глаза. – Но крестьяне не удивляются, когда встречают на лугу босоногую княжну.

Как прекрасно было бы оказаться сейчас там! Но тот страшный человек, если он придет за мной, если придет в наш дом, то будет… как с Мартой…

– Ты дрожишь. – Джед обнял меня, и я задрожала еще сильнее. – Все еще нездоровится?

– Да, немного, – пролепетала я. – Скоро пройдет.

Я перехватила рассерженный взгляд наблюдавшей за нами со стороны Яры и будто невзначай сбросила со своего плеча его руку. Но оборотень разгадал мой маневр, фыркнул и снова обнял, заставляя повернуться к себе.

– Сана, послушай, – начал он негромко. – Это действительно скоро пройдет – я имею в виду твое болезненное состояние. Но я не хочу, чтобы ты продолжала изводить себя ненужными мыслями. Ночью все было… замечательно. Честно. И танцевала ты чудесно.

– Не напоминай, пожалуйста.

– Ты чудесно танцевала, – повторил мужчина вопреки моей просьбе. – И никто из видевших это никогда не подумает о тебе дурно. Напротив. Может быть, даже… – Он улыбнулся, словно задумал какую-то шутку. – Может быть, в Ро-Андире появится новая легенда о прекрасной девушке, победившей в танце юных волчиц и завладевшей сердцами многих волков в один вечер. И матери будут рассказывать детям перед сном, как племянник вожака и славный унери сошлись в поединке за сердце красавицы. А когда встретишь достойного человека, женой которого согласишься стать, расскажи и ему эту легенду: пусть знает, какое сокровище ему досталось.

Джед

Рик предложил свое решение проблемы Саны с обувью: дорвал платье, в котором лекарка танцевала у костра, и пустил его на онучи, плотно обмотав тканью стопы девушки. Пока дэй Энсоре занимался сим благим делом, княжна краснела и бледнела попеременно и с облегчением вздохнула, когда шаман наконец оставил в покое ее ноги.

Меня же больше волновала Яра.

Так уж сложилось, что мы с Бертраном были не в лучших отношениях. Дядька многого не мог простить нашей семье: и того, что Ула заняла место его покойной матери в сердце деда, и рождения моего отца, и того, что именно его, Рэйка, младшего сына, появившегося на свет без благословения Создателя, прежний вожак в открытую называл своим преемником… Очень многого. От дядькиной «любви» перепадало и мне, просто так, по наследству. Пока дальше насмешек и поддевок не шло, но то ли еще будет, если Бер-Рэн обвинит меня в похищении дочери. Нет, поймет, конечно, что Дияра сама виновата – девчонка всегда была с норовом да с причудами, – но шанса отыграться на мне, боюсь, не упустит.

А как выкрутиться еще и из этой ситуации, я пока не знал.

До города добрались без проблем и довольно быстро: по дороге попалась крестьянская телега, и возница не отказался нас подвезти, даже денег не взял. В качестве расплаты… то есть платы пришлось слушать рассказ мужика об урожае подсолнечника, окотившихся кролях и бабе-стерве. Зато доехали прямо к дверям трактира, в котором я когда-то провел два дня, зализывая раненую и обожженную уксусом ногу.

Остановившись под прогнившей шильдой, Рик почесал в затылке и обернулся ко мне.

– Надеюсь, ар-дэй Леймс не откажется ссудить старому другу пару сотен грассов? Не хотелось бы коротать время в этом клоповнике, когда тут наверняка есть приличная гостиница.

Несколько странное заявление после ночи на сеновале.

– Не думаю, что ты найдешь что-то получше, – покачал я головой. Городок, так и оставшийся для меня безымянным, вряд ли изобиловал подобными заведениями. – Но дэй Селан с удовольствием угостит виконта Энсоре обедом и оплатит ночлег.

– Селан? – переспросил шаман. – И давно?

– Третий год. Долгая история.

Слишком долгая. Когда-то давно, сорвавшись на поиски алмаза, я рассчитывал управиться за несколько дней, а не хватило и нескольких лет. Но я не собирался рассказывать о своих проблемах Ричарду. Главное он уже понял: мое прежнее имя осталось в прежней жизни. Джед Селан к вашим услугам. Даже отец уже привык и не путается, подписывая конверты с редкими письмами: так они скорее настигнут адресата и не затеряются в пути, разыскивая запропавшего где-то завсегдатая светских приемов, картежных клубов, винных погребков и дамских спален Джеда Леймса. Что при этом думал мой почтенный родитель, оставалось секретом, моей свободы он не ограничивал никогда и ни в чем, но со слов Улы я знал, что его тревожила моя «безответственность» и он имел планы моего возвращение на путь истинный…

– Так идем? – подтолкнул меня Рик: я выпал на несколько минут из реальности, размышляя, насколько чужие замыслы не вяжутся с моими и как это может осложнить жизнь.

– Идем. Дэйни, прошу вас.

Задумчивая едва ли не больше моего Лисанна и Яра, безуспешно пытавшаяся все это время испепелить не замечавшую ее княжну взглядом, прошли в распахнутые двери трактира. Я сразу же взял комнаты, пока две с двумя кроватями в каждой, хоть и предполагал, что девушки не захотят провести ночь вместе – по крайней мере, одна из них. После, как и обещал Ричарду, заказал обед.

На меня в одночасье навалилась куча проблем, среди которых новые туфли для Саны были наименьшей, но я и с этим не готов был справиться. Разузнал у трактирщика адрес сапожника, но был сразу предупрежден, что мастер в городке всего один, готовых изделий не держит, а заказ выполняет не меньше чем за седмицу. Тут же опустились руки.

На счастье, Рик оказался проворнее – купил у одной из служанок старые деревянные башмачки, самолично отмыл их с мылом, высушил и преподнес в подарок босоногой княжне. Лисанна зарделась, словно унери предложил ей кольцо с бриллиантом, а в придачу – руку и сердце, но дар приняла.

Что ж, одной проблемой меньше.

А от остального хотелось бежать сломя голову.

Злополучные бумаги нэна сунула в узел вместе с вещами и деньгами, но не хотелось к ним даже прикасаться, не то что голову ломать над их смыслом. Алмаз был где-то далеко, в лучшем случае – в сейфе маркиза Ликона, в худшем – успел опять сменить владельца, но, судя по моему самочувствию, не угодил повторно к гранильщику, и пока я решил удовольствоваться этим. Сана и Яра? Девушек не мешало куда-нибудь пристроить, в идеале – вернуть любящим отцам, но в случае с первой я опасался за ее жизнь, а со второй – уже за свою.

Ричард пытался отвлечь меня от моих бед, рассказав о собственных. Оказалось, унери сбежал в Ро-Андир в момент, когда одна его пассия почти застукала его с другой. Кроме того, еще две девицы страстно желали затащить его к алтарю, а отец подбросил третью кандидатку. Многие родители схожи как в своем стремлении осчастливить наследников, так и в методах достижения сей благой цели, и в чем-то они, должно быть, правы. Я сказал об этом шаману, чем неожиданно ввел приятеля в состояние полного уныния. Его хандра передалась и нашим спутницам, не желавшим остаться в своей комнате, а оттого оккупировавшим после обеда наши с Риком кровати. Наши гостьи забились по углам и не глядели друг на друга. Продолжать разговор при девушках было уже невозможно, и мы с унери сперва перешли на какие-то общие темы, а после и вовсе умолкли. Так мы и просидели до вечера все вчетвером, в молчании, в тоске, в полнейшей апатии…

Когда за окнами почти стемнело, взбодрившийся виконт Энсоре вспомнил об ужине, и я вызвался спуститься в общий зал и сделать заказ. Хоть что-то… Но чувство у меня было такое, что завтрашнего дня, окажись он таким же тоскливым и полным безысходности, я уже не переживу.

Лишь один человек мог помочь мне прийти в себя, вернуть надежду и заставить взяться за дело, и этот человек…

– Унго!

Тайлубиец – надеюсь, именно он, а не плод моей воспаленной фантазии – вошел в зал, раскланялся с трактирщиком, сгрузил на пол у одного из столов саквояж и раздутый кофр и приблизился ко мне.

– Добрый вечер, дэй Джед, – поздоровался он так, словно отлучался всего на час. – Как ваши дела?

– Прекрасно, друг мой! – возликовал я, не удержавшись от того, чтобы обнять чернокожего великана, кажется, впервые со времен своего детства. – Теперь уже прекрасно!

Замечательно было и то, что мы встретились внизу, а значит, можно было в ожидании заказанного на всю компанию ужина присесть за столик в углу и поговорить без свидетелей.

Нэна не обманула: сказала, что выйду к Унго, так и случилось. Правда, когда мы с Риком и Саной уже перебрались через забор усадьбы Мэвертон, тайлубиец еще добирался сюда на перекладных из Велсинга.

– Мне было все равно, куда ехать, дэй Джед. Лишь бы подальше от этого человека.

Не дождавшись меня в ту ночь, Унго пошел к дому Саны и узнал в спускавшемся с крыльца дэе Людвига Менно. Потому и не обратился ни в велсингскую стражу, ни, хвала Создателю, к отцу. А на следующий день в городе стало известно, что некий шаман метаморфов убил пожилую служанку, похитил ее хозяйку и ушел по Тропе.

– Менно с ума сошел? Выдвигать такие обвинения! – прошептал я ошарашенно. – Шаман-убийца – в каком свете это выставит стайников? Королева, покойный король и Вестранский дом всегда поддерживали союз с детьми Снежного Волка…

Сейчас я говорил почти как отец. Раньше и в голову не пришло бы, что мои похождения могут вылиться в политический скандал… Хотя раньше у меня и похождений таких не было. А в бумагах – испепели их Мун! – и верно что-то серьезное, раз Менно так рискует.

– Не волнуйтесь, дэй Джед. Велсингское представительство общины метаморфов сразу же выдвинуло протест, и он был удовлетворен королевским судьей. Пройти по Тропе, как известно, может любой из ваших сородичей… согласно легенде. Так что…

– Но они по-прежнему считают, что убийца – волк, – понял я.

– Да. И у них есть имя: Джед Селан. Вы ведь так назвались в гостинице. Но, мне кажется, дэй Людвиг знал это имя и раньше.

– Еще с Лазоревой Бухты, – подтвердил я. Хорошо, что новости еще не докатились сюда, а в трактире не нужно записываться в книгу прибытия, как было бы в гостинице, о которой мечтал Рик. – Все как положено? Листовки с портретом и суммой вознаграждения за поимку?

Отец с ума сойдет, если увидит хоть одну!

– Нет. Портрета у них нет.

Правильно, Менно видел меня сразу же после обратной трансформации – даже память мага не сохранит лица недавно перекинувшегося волка. Значит, если Вестранский Палач и помнил меня по прежним годам, Джед Селан для него никак не связан Джедом Леймсом. Только вот… Джед… Уж больно редкое имечко…

– Вас обвиняют в двух убийствах и похищении, – подвел итог Унго. – В похищении дэйни Лисанны Дманевской.

В этом уточнении скрывался вопрос, и я готов был на него ответить. Но прежде мне самому хотелось кое-что разъяснить.

– В двух убийствах? И кто моя вторая жертва?

– Эван.

Я стиснул зубы. Менно превзошел сам себя: добродушная стряпуха и безобидный старик-маг. Дальше начнет душить младенцев?

Но Эван знал о камне. Впервые упустив алмаз, я приехал в Велсинг к знакомому по столичной жизни чародею, удалившемуся на покой в провинцию, чтобы он разъяснил мне, как возможно было привязать мою жизнь к бездушному бриллианту. Когда тот же камень вновь привел меня в этот город, я порадовался, что старик не сменил места жительства, – он помог мне с подготовкой к визиту в дом Лен-Лерронов… Еще один невиновный человек, которого я втянул в эту грязную историю. Чудак-маг погиб из-за меня. А перед тем, как убить его, Менно наверняка вытянул из него все, что тот знал обо мне. Для Эвана я всегда был просто Джедом, и мое настоящее имя так и осталось для дэя Людвига тайной. Но нужно ли ему имя, если теперь он может просто найти алмаз?

– Возможно, старик и не сказал о камне, – угадал мои тревоги Унго. – Он многое забывал в последнее время.

– Возможно, – повторил я, цепляясь за хрупкую надежду.

Заказав чарку жженого вина, выпил за упокой Эвана и Марты и насколько можно было коротко рассказал тайлубийцу, каким образом Милисента Элмони превратилась в Лисанну Дманевскую, чего хотел от нас обоих Людвиг Менно, как мы с Саной ушли по Тропе и как весело провели время в Андирских горах, вследствие чего оказались в этом трактире в компании сумасбродной девчонки и любвеобильного шамана.

– О, значит, виконт Энсоре и дэйни Корделия тоже здесь?

– Кто? – растерялся я.

– Виконт Ричард Эмилио Энсоре, – терпеливо принялся разъяснять Унго, – ваш старый приятель, друг детства и ученик дэйны Урсулы, вашей досточтимой бабушки. И дэйни Корделия Дияра Леймс – ваша кузина.

– Корделия! – хлопнул я себя по лбу. Как только Унго держит в памяти полные имена всех моих знакомых и многочисленной родни? – С Корделией, приятель, отдельная беда.

– Я ожидал бы больших бед от дэя виконта, – улыбнулся тайлубиец. – А дэйни Корделия, когда лет пять назад приезжала с родителями к вам в усадьбу, была очень милой девочкой. Уверен, она такой и осталась.

– Угу, – буркнул я раздраженно. – Мила – сил моих нет.

– Вы со всем разберетесь, дэй Джед. А сейчас не пора ли нам подняться к вашим друзьям? Я скажу, чтобы ужин принесли в комнаты, и приду. Тут кое-какие ваши вещи, – кивнул он на свой багаж. – Возможно, что-то подойдет и дэю виконту. Вы с ним были примерно одного сложения, как я помню. Надеюсь, он не налегал эти годы на сладкое? Еще я позволил себе купить новое платье и туфли для дэйни Лисанны. Предположил, что после прогулки по Тропе ее наряд может пострадать…

– Унго, ты волшебник!

– Я лишь делаю свою работу, дэй Джед.

Он немало обидел бы меня этой фразой, будь она сказана серьезно. Но я видел тепло и участие в больших черных глазах и притаившуюся в уголках пухлых губ улыбку.