![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vnebrachnyy-rebenok-generalnogo-si-377109.jpg)
Текст книги "Внебрачный ребёнок генерального (СИ)"
Автор книги: Ирина Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
17
Отскакиваю от Титова, как ошпаренная. Что за помутнение рассудка у меня? Стоит только Олегу меньше на меня обращать внимания как я «по уши» растворяюсь в нем. Так нельзя. Мне, в конце-то концов, давно уже не восемнадцать. Еще не хватало мне, чтобы нас увидели вместе и поползли слухи о том, что у нас с генеральным нечто большее, чем рабочие отношения.
Хватит и того, что нас видели вместе на дне рождении Ибрагимченко. Я облазила все социальные сети, перелистала тысячи аккаунтов, вводила в поисковик и свое имя, и Титова. Мне страшно было увидеть фотографии, где я стою в объятиях Олега, еще и не дай бог в момент нашего поцелуя. Но все что я смогла найти это свою спину, которую обнимают руки Петра. Выдохнула тогда с облегчением. Пронесло. Но второй раз подставляться так не стоит.
В приемной появляются трое мужчин и одна женщина. За ними следом топчутся юрист и бухгалтер клуба. Все одеты как в строгие деловые костюмы, как и Олег. В сравнении с ними я в своей кремовой рубашке и юбке-карандаш, которая ниже колен, выгляжу, кажется, чересчур вызывающе. Мужчины одаривают меня мимолетной улыбкой и кивком головы.
Единственной женщине из этой компании, исключая меня, на вид лет сорок. Рубашка застегнута на все пуговицы, ее каре идеально уложено, ни одной выбивающейся пряди. Лицо худенькое, острый подбородок, невысокий лоб, маленькие губы, аккуратный прямой слегка вздернутый нос. Пара морщинок возле глаз показывает ее немалый жизненный опыт и придают ей некого шарма. По моему субъективному мнению, она очень красивая.
Взгляд автоматически переходит на Олега. Мне хочется знать, как он реагирует на эту женщину. Сейчас я всех представительниц женского пола автоматически рассматриваю как соперниц. Но ведь не борюсь за сердце Олега, какая мне должна быть разница?
К моей радости, все внимание Титова сосредоточенно на седовласом мужчине, который находится чуть впереди всей честной компании. На вид ему лет пятьдесят. Узко посаженные глаза, маленький рот и небольшая россыпь веснушек на лице, зелёные глаза. Мужчина явно иностранец. Остановившись напротив Олега, он едва достает макушкой до его плеча. Они с улыбками приветствуют друг друга.
– Добрый день, Олег! – с явным английским акцентом, но по-русски здоровается с директором этом мужчина.
– Приветствую Вас, Алекс! Рад наконец-то встретиться в вами лично.
Оба пожимают друг другу руки и хлопают по плечам.
Что сказал Олег? Алекс? Тот самый Алекс, которого мы должны были встретить на дне рождении чьей-то там жены? Значит Олег не соврал? Алекс Робтон существует и вот он передо мной стоит. Делаю выдох и сразу становится легче.
Он не врал мне. Все было правдой.
Хотя… Стоп! Стоп! Стоп!
Алекс Робтон же англичанин и должен разговаривать на английском, так? И Титову для этого нужен был переводчик, так? То есть нужна была я? Но ведь мужчина прекрасно разговаривает на русском языке. И обман все-таки был. Олег хотел, чтобы я обязательно пошла на это мероприятие вместе с ним. Для того чтобы что? Показать мне роскошный банкет и впечатлить? Поматросить и бросить? Тогда почему прекратил всякие поползновения в мою сторону? Совесть замечала, когда узнал, что у нас уже было однажды?
Всё совещание мне пришлось присутствовать в конференц-зале с Титовым и гостями. Подносила кофе, чай. Записывала на автомате ту информацию, которую просил запомнить Олег Юрьевич.
– Как и говорил я с тобой по телефону, назначенная вами сумма меня не совсем устраивает. – долетают до моих ушей обрывки фраз.
О чем вообще сейчас разговаривает сейчас эта пятёрка не имею ни малейшего понятия. Все мои мысли заняты тем, что я окончательно запуталась в себе.
– Сколько вы хотите, Алекс? – это уже голос Олега.
– Дело не только в деньгах, Олег. Мы знаем друг друга достаточно давно. Поэтому отвечу тебе честно. Мне неинтересна такая работа. Поиск новых талантливых молодых парней занимает достаточно много времени, а нынешний состав уже, к сожалению, растратил свою мотивацию. Перспективных уже давно выкупили. А оставшиеся дармоеды просиживают штаны на поле, а не бегают, чтобы забить гол.
Кажется, сегодня переговоры проходят не в пользу Олега. Желаемый тренер отказывается работать с клубом Олега.
Вижу, как Титову неприятно слышать эти слова. Он старается не показывать вида, но его пухлые губы то и дело сжимаются в плоскую линию. И вена на виске пульсирует отчетливее, выдавая в каком напряжении находится её обладатель.
Всю оставшуюся часть переговоров сидела как на иголках. Казалось, что Олег вот-вот не выдержит и выскажет все что думает о своём давнем знакомом.
Но у него оказывается отменная выдержка. На более-менее спокойной ноте спустя два часа заканчивается эти переговоры. Заканчиваются все тем же отказом Робтона.
Проводив гостей до дверей лифта, надеюсь на то, что смогу сейчас спокойно выпить чаю и съесть подаренную недавним посетителем мне шоколадку. Презент за то, что смогла найти окно в расписании Титова и помогла им встретиться.
Но, как всегда, Олег нарушает все мои планы на поесть. Вызывает меня в кабинет. Он зол и взвинчен. Видимо совершенно не так о себе представлял итог сегодняшней встречи.
На меня посыпались задания, как из пулемёта. Позвони туда, собери тех, отправь письмо, продублируй отчёт, собрать на завтра всех игроков на совещание, организуй досье на всех членов команды, подготовить статистику последних игр команды, сделай кофе, закажи доставку еды, пригласи нынешнего тренера и так далее.
Я бегала по зданию на каблуках как заведенная игрушка. То в юр. отдел, то в отдел кадров, то к финансистам. Хотела еще забежать в столовую за обедом, но так забегалась, что совсем забыла.
К шести вечера я еле выползла из-за стола. Во рту не было ни крошки, кроме той утренней шоколадки. Ноги гудят от количества проделанных сегодня шагов. Интересно сколько километров я набегала сегодня на каблуках? Жаль у меня нет на руке фитнес-браслета или часов, которые это могут отследить. Голова раскалывается от количества проведенные за день телефонных звонков. Я устала настолько, что забыла вообще обо всем.
У самого выхода меня нагнал сам Титов, обмениваемся парой общих фраз. Он предлагает меня подвести до дома. По-хорошему, надо бы отказаться, но открыв дверь проходной ахаю. На улице разразился настоящий ливень. Сплошная стена из дождя. Я открываю рот, чтобы принять предложение Олега, но сквозь шум дождя мой слух улавливает свое имя. Я слышу, как меня окрикивает Самсонов.
– Яночка, дорогая, я тут. – Андрей спешит ко мне с большим зонтом. Подходит ближе. Целует в щеку. – Привет. Поехали.
– Извините, Олег Юрьевич. – пожимаю я плечами глядя на Олега. Мне неловко от этой ситуации.
– Я понимаю. – Олег кивком головы приветствует подошедшего ко мне вплотную Самсонову, – Добрый вечер, Андрей.
– Добрый, Олег, – мне кажется или я услышала, как у Андрея скрипнули зубы, когда ему пришлось поздороваться с моим боссом. Как они вместе в суде находятся, если между ними витает такое враждебное напряжение?
Я чувствую, что и Олегу не приятно, что Андрей появился сейчас.
Еще утром я дала согласие на этот ужин. Глупо будет отказываться прямо сейчас. Особенно, потому что Олегу это не нравится. Мы с ним никто, чтобы предъявлять друг другу какие-то претензии.
Позволяю Самсонову довести под зонтом меня до его машины и посадить меня на переднее сидение. Пока Андрей оббегает машину, мой взгляд целиком и полностью направлен в сторону Олега.
Дождь размывает его силуэт. Вижу, что он стоит на том же самом месте. Знаю, что смотрит в нашу сторону. Чувствую, что взгляд его прикован ко мне.
Секунда. Капли дождя барабанят по стеку. Ничего толком не видно. Все вокруг размыто. Но я точно знаю, что мы с ним смотрим друг другу в глаза.
Кто из нас моргнет. Кто сдастся.
Олег первым разрывает наш странный немой диалог и бежит без зонта к своей машине, припаркованной у входа. Визг шин и внедорожник Титова срывается с места и уносится в ночь.
18
– Как твой день прошёл? – интересуется Андрей, едва мы выехали с парковки футбольного клуба.
– В суматохе, – устало отвечаю я. Не поворачиваясь к нему, разглядываю в боковом окне мелькающие огни машин, проносящихся мимо нас, горящие неоновые вывески магазинов в домах.
Не хочу особо разговаривать. Мне необходимо чуть-чуть побыть наедине со своими мыслями. Надо морально подготовиться к серьезному разговору с Андреем. Благо он оставляет всякие попытки завести со мной беседу до самого ресторана.
Для сегодняшнего ужина он выбрал небольшой ресторанчик «Верде» в самом центре города. Я здесь не была ни разу. Но проходя мимо него каждый раз заглядывала сквозь панорамные окна на их зал утопающий в зелени.
Окна ресторана выходят на главную площадь города. Внутри среднее по размерам помещение с кирпичными фактурными стенами, выкрашенными в светлые цвета, деревянные столы, плетеные кресла, мох и точечно выставленный свет. Эдакое смешение стилей: эко и лофта.
На входе нас приветствует симпатичный парень-администратор в костюме с эмблемой ресторана.
– Столик заказан на имя Андрея Самсонова.
– Прошу, следуйте за мной.
Администратор проводит нас в конец зала. Наш столик находится в некотором уединении от всех остальных. И это не из-за наличия стен вокруг или перегородок. Всего лишь игра теней и света позволила визуально оградить каждого посетителя, сидящего за соседним столом, от остальных.
За моей спиной находится стена, покрытая настоящим мхом. Я даже осмелилась дотронуться до него рукой, чтобы убедиться в том, что глаза меня действительно не обманули. Мох действительно настоящий. Мягкий и прохладный. Прям как в лесу.
Так и хочется поинтересоваться у здешнего персонала, как им удается поддерживать его жизнедеятельность. Я еще тот горе-садовод, у меня даже кактус засох. Который, как обещала мне флорист в местном цветочном магазине можно поливать пару раз в месяц. Вранье. Надо чаще.
Улыбаюсь Андрею, который выдвинул для меня стул-кресло и терпеливо ждет, пока я налюбуюсь зелеными красотами.
– Здесь очень красиво. Спасибо, что пригласил.
– Я рад, что тебе понравилось. Последнее время то и дело ловил себя на мысли, что ты не очень рада любым моим действиям или словам.
Подошедшая девушка-официант избавляет меня от неловкого ответа. Не хочу прямо сейчас начинать с Андреем серьезный разговор. Особенно делать это до того, как нам принесли еду.
– Добрый день. Меня зовут Светлана. Я сегодня буду вашим официантом. Я вам предоставлю меню. Как только вы будете готовы делать заказ, нажмите вот эту кнопку, – она указывает на стоящие на столе декоративные часы, сверху которых находится та самая кнопка, – И я тут же подойду к вам.
– Хорошо. Спасибо, – синхронно отвечаем мы с Андреем.
Долго выбирать, чтобы такого поесть не пришлось. Урчащий желудок тут же активизировался, как только мои глаза увидели эти аппетитные фотографии здешних блюд. Вот это я понимаю мотивация для посетителей. Уйти отсюда, не попробовав ни одного блюда, просто невозможно. После таких-то сочных картинок.
Решила остановить свой выбор на рулете из кролика с беконом и анчоусами с картофельным пюре и базиликом и салате из свежих овощей и зелени. Андрей же выбрал стейк Рибай средней прожарки.
– Вина выпьешь? – предлагает, как всегда, Самсонов. Сам не пьет ничего крепче кофе, так как сегодня за рулем.
– Нет, спасибо, я ограничусь водой без газа. Мне еще с Тимуром делать школьные задания, что он пропустил из-за болезни. Поэтому моя голова должна быть ясной.
– Идет на поправку?
– Если судить по степени его ворчливости, я бы сказала он уже давно здоров, – рассказы о сыне всегда вызывают у меня улыбку, – Но кашель еще остается. Поэтому мы все еще на домашнем лечении и обучении.
Приносят наш заказ и некоторое время мы поглощены поеданием вкусных блюд. Андрей, видимо, как и я достаточно голодный, потому что с половиной стейка справляется за какие-то пять минут.
– Почему ты не берешь больничный? Или Титов такой тиран и на работе, что не отпускает никуда? – он будто плюется, произнося фамилию моего босса.
– В смысле, и на работе? – колкость в сторону Олега не могу оставить незамеченной.
– Да так. – Андрей уходит от ответа, завуалированно съехав на должностные обязательства, – хоть Олег больше и не мой клиент, но разглашать информацию о нем не я не имею права. Извини, вырвалось с языка. Больше не повторится.
– Вы больше не работаете вместе? – Олег передумал работать с Андреем из-за меня что ли?
– Да, Олег решил прекратить сотрудничество.
Решаю не развивать тему дальше, так как вижу, что Самсонов уже напрягся. Хотя сам же и вспомнил об Олеге.
– Не беру больничный, потому что мне необходимы деньги на аренду квартиры. Сама себя она, к сожалению, не оплатит.
– Давай я помогу. Ты ведь знаешь, что мне это ничего не стоит.
– Спасибо, Андрей, но не стоит. – теперь уже напрягаюсь я.
– Или, Ян, я понимаю, что это может прозвучать достаточно неожиданно, – Андрей прикрывает рот салфеткой, откашливается, – Переезжайте с Тимом ко мне. Будем жить втроем. Вместе. Тебе не нужно будет платить за жилье, не нужно будет возить Тима на другой конец города к твоим родителям. Моя квартира недалеко от них находится.
– Андрей, подожди, – негромким голосом стараюсь остановить предложение Андрея.
Я вижу, как он волнуется, сильно сжимая в руках вилку, когда на эмоциях произносит все эти слова.
– Яна, да чего ждать. Мы уже два года встречаемся. С твоим сыном у меня прекрасные отношения. С тобой у нас тоже все серьезно. Да, возможно, частично я предлагаю это именно сейчас, потому что ревную тебя.
– Андрей…
– Я начал более активно проявлять к тебе заботу и внимание. Но это лишь от того, что мне не нравится, что ты работаешь помощницей Титова. Да, я сам виноват, что посоветовал тебе попробовать пойти к нему. Но тогда я не видел, как он на тебя смотрит.
– Да никак он на меня не смотрит, – пытаюсь возразить ему.
– Мне как мужику виднее, Яна. В идеале, конечно, мне бы хотелось, чтобы ты, после переезда ко мне, ушла с этой работы. Чтобы из нашей жизни исчез источник моей ревности, и мы спокойно жили с тобой, как и раньше, – Андрей на пару секунд замолкает, видимо подбирая слова, которые даются ему труднее всего, – Но я приму любое твое решение. Если хочешь продолжать работать там, то я пойму.
– Остановись, пожалуйста. Я не дала тебе согласия на переезд тебе. В принципе я еще не успела тебе ничего сказать.
– Ты отказываешься от моего предложения?
– Послушай, – я стараюсь очень сильно, чтобы смотреть в лицо Андрею. Но слова будто застряли в гортани, пока я вижу в его зрачках свое отражение. Все-таки отвожу взгляд немного в сторону. Фокусируюсь на пустом столике за спиной Самсонова, – Я не могу согласиться на твое предложение, как минимум по одной причине. Мой переезд к тебе никак не уберет из нашей жизни твою ревность. Дело ведь не в Титове. НА меня может посмотреть не так любой другой мужчина – Иванов, Сидоров, Петров. Не важно, на самом деле. Дело ведь не в них, а во мне, правда? Ты не уверен во мне. Я сама в себе не уверенна. Это правда. Мне очень хорошо с тобой, Андрей. Но я не готова к такому шагу, как переезд. Мне комфортно с сыном вдвоем. И я думаю, что нам не стоит переходить эту черту.
– И ты не хочешь большего?
– Прости.
– Ответь честно, это из-за Титова? Он тебе нравится.
– Андрей, пожалуйста. Дело не в Титове. Дело во мне. Я запуталась и хочу оставить все как есть.
– А если я хочу большего? Хочу больше нас?
– Прости меня… – как я не храбрилась, но у меня не выходит сдержать слез. Я не хочу делать Андрею больно. Но мне приходится.
Самсонов и тут ведет себя достойно. Он подает мне салфетку, чтобы я могла вытереть бегущие по щекам слезы.
– Андрей, я правда очень дорожу тобой. Я тебя люблю как родного человека. Но я правда не готова. И не хочу, чтобы из-за моей неопределенности ты изводил себя ревностью, злостью. Не хочу заставлять тебя нервничать.
Какое-то время мы оба молчим. Просто смотрим друг на друга. Каждый понимает к чему идет разговор.
Я не могу сказать. Не могу поставить точку. Боюсь сделать больно ему. Он хороший мужчина и заслуживает, чтобы его любили. Не хочу, боюсь сделать шаг и остаться одна. Боюсь оставить его одного. Не в состоянии.
– Наверно, нам стоит отпустить тогда друг друга? – Самсонов и сейчас берёт самую тяжелую часть на свои плечи.
– Я не знаю, Андрей, правда, не знаю. Не хочу тебя терять из своей жизни. Но прекрасно тебя пойму, если ты перестанешь со мной общаться после сегодняшнего ужина.
– Теперь уже и я не знаю, Яна. Но думаю, нам действительно необходимо на какое-то время прекратить общение и перестать видеться. Чтобы окончательно понять, как дальше быть.
– Прости меня, еще раз, Андрей.
Ладонь Самсонова накрывает мою лежащую на столе руку, в знак поддержки и понимания моего решения.
На душе больно и гадко. Я готовила себя к тому, что он будет ругаться, обвинять, а в реальности он еще меня успокаивает и пытается поддержать. Надеюсь, я не пожалею однажды, что отпустила его.
Мы еще какое-то время сидим молча в ресторане. Каждый думает о своем. Стараемся не смотреть друг на друга.
Андрей, как и обещал, после ужина отвозит меня к родителям забрать Тимура. Спокойно отказывается от настойчивых приглашений моей матери посидеть попить чаю. Ловлю укоризненный взгляд матери. Кажется, мне не удалось от нее скрыть своих красных заплаканных глаз.
Уже стоя у подъезда, не могу решиться, чтобы подойти и попрощаться с ним. Отдаю ключи Тимуру и отправляю его в квартиру, чтобы тот не стоял и не смотрел на нас.
Мне даже кажется, что если бы Андрей курил, то сейчас непременно бы закурил, лишь бы деть куда-то свои руки. Впервые вижу его растерянным. Стоит у машины, спрятав руки в карманы своего пальто. Стоит и просто смотрит.
В любой другой день, он бы проводил меня до самой двери, но только не сегодня.
Делаю несмелый шаг к нему.
– Можно я тебя обниму? – осторожно спрашиваю я.
– Нужно. – он раскрывает свои объятия, и я тут же ныряю к его груди. Обнимаемся на прощание.
– Спасибо тебе, – шепчу ему на ухо, – ты еще встретишь ту самую, Андрей. Не сомневайся.
Самсонов лишь усмехается мне. Сжимает крепко-крепко, как и я его.
– Все, беги домой. Я подожду, пока ты не появишься в окне. Увижу, что ты нормально добралась до квартиры и сразу поеду.
– Хорошо.
У двери подъезда еще раз оборачиваюсь и смотрю на Андрея. Очень надеюсь, что у него все в жизни будет хорошо.
Прощальный взмах рукой, и я скрываюсь за тяжелыми железными дверями.
Через пару минут оказываюсь в квартире. Слышу, как работает телевизор в комнате Тима. Но я спешу на кухню к окну.
Как и договаривались, выглядываю в окно. Он машет мне.
Увидел. Все хорошо. Пока. Садится в машину и неспешно покидает мой двор.
Надо бы напомнить сыну, что пора садиться делать уроки. Но вместо этого я просто сижу на кухонной табуретке у окна, рассматривая уличный фонарь, и плачу.
19
Расставание с Андреем мне далось не так легко, как я полагала. Все же я сама приняла такое решение. На деле вышло, что отпускать спокойно я не умею.
Всю ночь порывалась взять сотовый, набрать номер Самсонова и нажать кнопку «вызова». Зачем? Сама не знаю. Просто чтобы услышать его голос, просто чтобы знать, что он не пропал из моей жизни и что мы все еще можем общаться как друзья.
Но я смогла этого не сделать. Смогла сдержаться. Потому что понимаю, этим звонком дам ему лишь пустую надежду. Надежду на возможное совместное будущее. Ни к чему хорошему такой звонок не привел бы. Я бы успокоилась, а он, наоборот, нет.
Я запуталась в себе. В своих чувствах, в желаниях, в мужчинах.
Оставшись наедине с самой собой, задаюсь одним жизненно важным, как мне кажется, вопросом. Как меня угораздило в достаточно взрослом возрасте поддаться давно забытым своим же чувствам? А вот так бывает в жизни. Особенно когда видишь в глазах того самого «некогда дорогого тебе человека» ту самую искру. Тот самый огонек в глазах. Огонь желания.
Слышать от своей тайной первой любви слова, что ты красивая, что он хочет тебя поцеловать или обнять. Да, даже услышать банальные намеки на близость, пробуждают внутри меня гамму невероятных чувств. От стыда и злости до смущения и возбуждения.
А если эта любовь, он же красивый, популярный парень еще и вырос в солидного, богатого, обаятельного, и чертовски притягательного мужчину, то тут прям попадание по всем фронтам.
И да, я прекрасно осознаю, что ничего конкретного Олег мне не предлагает. Это чистое физическое влечение. Мы не знаем друг друга от слова «совсем». Даже та крупица информации, которая была мне известна в университете теперь не имеет никакого смысла.
Но все равно меня тянет к нему. Это факт.
Что дальше? Как дальше? Я понятия не имею. Может быть правда про существование у него сына отдалит нас друг от друга. А может и нет. Лотерея пятьдесят на пятьдесят. Просчитать, узнать наперед невозможно.
С таким ворохом мыслей я сражаюсь практически до пяти утра. Еле уговариваю себя поспать хотя бы оставшиеся пару часов. Ведь вставать мне уже сегодня в семь утра.
***
На ощупь нахожу звенящий возле уха будильник. Сбрасываю и дальше проваливаюсь в сон. Все равно еще темно.
Но будильник мой упрямый. Звенит и звенит.
Да, что же это такое. Я же выключила его.
С трудом открываю глаза и вижу, что это не будильник, а кто-то пытается до меня дозвониться. Но я не понимаю кто. Все расплывается. Веки самопроизвольно закрываются. Приходится по памяти провести пальцем по экрану мобильного, чтобы принять звонок.
– Алло. – хриплю я звонящему.
– Яна, где ты? Что случилось? – сквозь гул в голове слышу раздраженный голос своего начальника.
– Дома сплю. Что случилось? Зачем так рано звоните? – мой голос хрипит, пытаюсь откашляться. Горло адски болит. Кашель раздирает гортань.
– На часах уже почти десять. Ты что заболела?
– Как десять? – голос практически насовсем пропадает. Рука тянется к шее, чтобы потрогать. Точно. Лимфатические узлы на шее увеличены и придают дискомфорт. Дыхание мое затруднено. Мое тело дрожит. А лоб, наоборот, очень горячий под моей же рукой.
– У меня, кажется, температура.
Пытаюсь подняться с постели, чтобы взять градусник, но моя голова начинает кружиться, и я заваливаюсь обратно на подушки. Сил не вообще.
Олег пытается у меня что-то еще спросить, но я не могу ничего ответить. Меня просто душит кашель. Ощущение, будто я сейчас выкашляю не только свои легкие, но и вместе с ними и желудок, и почки, и печень.
В комнату входит сонный Тимур.
– Мам, ты заболела?
– Кажется, да, малыш. – собираю волю в кулак и смотрю затуманенным взглядом. Мне болеть нельзя. – Маме что-то не здоровиться, родной.
Опять душит приступ кашля.
– Теперь похоже мы с тобой оба на больничном. Можешь подождать с пол часика. Мне немного надо собраться с силами, и я приготовлю тебе твои любимые сырники.
– Мам, не надо. Я уже кашу съел. Я нашел на полке пачку овсянки. Прочитал на коробке как ее приготовить. Представляешь, стоит только залить горячей водой из чайника, чуть-чуть подождать и она готова.
– Какой ты у меня молодец, Тим. – все что я могу произнести сыну.
– Мама, может тебе чаю сделать? Я сейчас. Ты только никуда не уходи.
Да куда я уйду. У меня сил нет даже чтобы встать и дойти до ванной комнаты.
Спустя пять минут сын действительно приносит мне кружку горячего чая на подносе. А еще к нему же принес варенье вишневое, масло сливочное, сыр, булку, печенье и конфеты, те самые свои любимые.
– Спасибо, мой хороший.
Мне бы очень хотелось провести с сыном вместе день в кровати, смотреть мультфильмы его любимые, но понимаю, что не стоит пока ему находиться рядом со мной. Он только пошел на поправку сам. Поэтому отправляю его в свою комнату смотреть мультфильмы.
Я же решаю еще немного поспать, после горячего напитка. Болезнь отбирает все силы. Надо восстановиться. Но моему сну мешает настойчивый звонок в дверь. Тим успел позвонить бабушке что ли?
– Мам, к тебе гости. – Тим медленно открывает дверь моей спальни и позади сына я вижу взъерошенного Олега с кучей пакетов фруктов и лекарств.
– Спасибо, Тим. Дальше мы сами. – Олег жмет Тиму руку и проходит ко мне в комнату.
– Ну здравствуй пропажа. Ты почему телефон выключила?
Я выключила? В голове туман. Я помню, что звонок Олега меня разбудил. Но о чем мы говорили и где мой телефон теперь? Рыскаю руками по постели. Ищу вокруг себя. Нахожу аппарат под подушкой. Пытаюсь включить, но он не включается.
– Прости. Он похоже разрядился. – снова кашель, – Я не сильно соображаю сейчас. Голова ватная. Не знаю когда я успела так заболеть. Еще вчера все было прекрасно. Мы… – замолкаю, так как понимаю, что информация о разговоре с Андреем Титова не касается.
– Ты вызвала врача? – единственное что интересует Олега.
Отрицательно машу головой.
– Понятно, – он толи злится, толи беспокоиться. Не могу определись его эмоции.
В моей голове только одна пульсирующая мысль: Олег у меня дома. Олег у меня в квартире. Рядом с сыном. Со мной.
Он садится у моих ног на кровать. Мои руки интуитивно тянутся к волосам. Пытаюсь их расчесать или хотя бы пригладить пальцами. Страшно даже подумать, что там за гнездо кукушки образовалось за время сна.
– Женщины такие женщины. Сил нет, кашель душит, а она за прическу переживает.
Мои щеки становятся пунцовыми. Жар, кажется, становится выше. Он замечает каждую деталь во мне.
– Почему ты здесь? – сиплю я.
– Да вот, решил проверит что с моей помощницей. Которая мало того, что не явилась на работу, так еще и сбросила телефонный звонок.
– Я уволена?
– Почему такие выводы?
– Ты зол.
– Абсолютно нет. И ты не уволена. В диагнозах я, конечно, не силен, но сдается мне, что врач, которого мы сейчас вызовем, подтвердит, что ты серьезно заболела. Поэтому и не вышла на работу. Я ж не изверг или тиран какой-то, который ждет что все работники должны приползти на рабочее место в любом состоянии. Это только в идеальном мире удается сначала предупредить руководителя, что ты не выйдешь на работу, а потом заболеть. В реальности же может произойти все что угодно. Поэтому предпочитаю сначала разобраться, а потом рубить шашкой.
Упоминание про тирана вызывает во мне улыбку. Поведение Олега со мной очень контрастирует с характеристикой Самсонова на его счет.
– Я что-то смешное сказал?
– Нет.
Врач скорой помощи, увидев меня, начала было с порога возмущаться, что зачем их вызвали. Идите к своему семейному врачу и пусть он назначает лечение.
– Вы что не знаете, как пить жаропонижающие? Или не можете купить какой-нибудь препарат в аптеке для разжижения слизи и помощи в отхаркивании при кашле.
С каждым новым ее упреком, мои глаза, не смотря на тяжесть все больше округлялись и округлялись. Вот так и вызывай скорую медицинскую помощь. Окажешься еще и виноватым, из-за того, что тебе стало плохо.
Смотреть на этот цирк нет никакого желания. Прикрываю глаза. Немного легче от того, что яркий свет не раздражает.
Вдруг слышу, что врач замолкает и принимается делать свою непосредственную работу. Расспрашивает мои данные, симптомы болезни, меняет температуру, сатурацию, слушает легочное дыхание через стетоскоп и так далее. Интересно как ее утихомирил Олег? Одним взглядом что ли? Ведь никаких слов от него я не слышала. Или он все же что-то говорил, но я бесконечное количество раз проваливалась в дремоту?
Итог проведенных мероприятий – острый бронхит и на фоне этого еще и ларингит.
Олег подсовывает работнице скорой пакет с купленными уже лекарствами. Пусть определит, что из этого можно принять прямо сейчас. Судя по объему пакета, Олег скупил не меньше, чем пол аптеки. Так за меня волновался?
Оставив необходимые инструкции по приему имеющихся лекарств, и теми, которые стоит докупить, работники скорой помощи покидают мою комнату.
Очень хочется еще поспать. Силы все так же на исходе. И еще принятые лекарства клонят в сон.
– Отдыхай. И ни о чем не переживай. – последнее, что я слышу перед тем, как провалиться в царство Морфея.