Текст книги "Ты моя, Пушинка! (СИ)"
Автор книги: Ирина Лисовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 11
– Присядь, пожалуйста.
Замираю и немею, с непониманием пялюсь в глаза Дана и снова мысленно прокручиваю его слова в памяти. Он… вежливо попросил? Не приказал? И даже не злым тоном?
Усаживаюсь просто потому, что на фоне шока подогнулись колени. Но дурное предчувствие уже копьем вонзается в грудь и мешает нормально дышать. А из-за легкой тревоги по телу прокатилась волна жаркой дрожи. Пытаюсь скрыть ее, но Дан пристально смотрит на меня, не моргая. Скользит глазами по лицу, будто на катке катается. Мягко, ласково, отчего ком встает в горле, а в груди начинает теплеть. В универе я могла бы все отдать только ради этого взгляда! Даже ради мимолетного! А сейчас не по себе становится, ведь я совсем не понимаю, с чего вдруг такая перемена. Дана будто подменили.
– Уля… – выпаливает с нервным выдохом, я же хмурюсь.
А он словно не знает, что сказать, как начать разговор. Разговор, в котором я не вижу вообще никакого смысла. Так и молчим некоторое время, но Дан, наконец, возвращает себя прежнего:
– Какие у тебя дела с Астаховым? – требует ответ, даже смотрит на меня с неприкрытой яростью.
– Вы же друзья, разве он не сказал тебе? – выгибаю бровь, а Дана буквально взрывает от моего «ответа»:
– Если бы подонок рассказал мне, я бы не спрашивал!
У-у-у, как все запущено. И вспоминаю, что Астахов не называл Макса другом. Как он там сказал: бизнес партнер и будущий родственник?
Молчу, облокачиваюсь на спинку стула и склоняю голову на бок. Дан кипит как чайник, аж пар из ушей валит, но я все еще помалкиваю. Чем, кажется, выбешиваю его до крайней точки и красных пятен по лицу. В конечном итоге жалею нервы мужика, а то скоро лопнет от ярости и меня всю забрызгает ею:
– У нас с ним нет никаких дел. Мне нужен был зал для занятий, а Максим предложил свой центр и бесплатный абонемент. От последнего я, конечно, пыталась отказаться… – меня перебивают:
– И это все? – не верит, но так оно и есть, поэтому уверенно киваю, а Дан продолжает: – Тогда соглашайся.
Давлюсь слюной от неожиданности и закашливаюсь, я точно услышала правильно?
– Соглашаться? – уточняю и сразу возмущенно добавляю: – Считаешь, что я не в состоянии позволить себе триста баксов за месяц занятий?
Именно столько стоил месяц занятий по расширенному абонементу, но я ни за что не признаюсь, что планировала приобрести самый дешевый. Нафига мне бассейн, баня и прочие мелочи?
– Не ершись, – подмигивает мне, из-за чего снова давлюсь и слюной, и рвущимися из груди возмущениями, – соглашайся только на абонемент от Астахова.
Он особо выделил слово «только», что мигом закрались сомнения. Так он знает о другом предложении или нет? Как бы там ни было, он брат Насти и неприятностей я точно не хочу. Если с абонементом Дан проблем не видит, то так тому и быть. Мне же лучше.
– Кстати, насчет машины… – наблюдаю со скепсисом, как мужчина достает из кармана штанов мой старый брелок и с легким стуком кладет ключи на стол, – не надо было издеваться над тачкой, я бы и так тебе ее вернул.
На этих словах Дан поднялся и подошел ко мне. В нос мгновенно проникает сладковатый аромат парфюма и туманит разум.
Осознаю, что Чернышов склоняется и обдувает горячим дыханием ухо до мурашек. Тяжело сглатываю из-за страстной нервозности и сцепляю пальцы в замок под столом. Я слишком остро реагирую на мужчину, до вздыбленных волос по телу!
– Жаль, что у меня не так много времени, как хотелось бы. Еще увидимся… Пушинка.
Дан уходит, а я даже пошевелиться не могу – парализована! Слова медленно проникают в сознание и взрываются там десятками питард. Оглушают на некоторое время, потому что не могу осознать произошедшее.
Как он меня назвал? Пушинка?..
Подскакиваю, на автомате хватаю свои ключи и нервно ору:
– Дан, стой!
Выбегаю из кафетерия, но Чернышова нигде нет. Ну и что мне его теперь, искать по всему центру? От раздражения топаю ногой и все еще не осознаю до конца сложность ситуации.
– Значит, узнал меня, – бормочу под нос, – и что будешь делать дальше?
Оглядываюсь, ведь не покидает зудящее ощущение, будто на меня смотрят в упор, но никого не вижу. Накрутила себя? Вероятно.
Убираюсь из центра, как от греха подальше. Лишь на улице избавлюсь от навязчивого чувства слежки, поэтому прыгаю в «матиз» и мчусь домой.
***
Даниил проводил опешившую Ульку пристальным взглядом со второго этажа и выдохнул, когда она покинула центр.
Пушинка… он больше не сомневался – толстушка и нынешняя Уля один человек. За прошедшую неделю Чернышов перерыл кучу инфы, но докопался до истины. Даже нашел то самое видео из универа, которое в свое время кто-то не поленился вычистить из интернет простора.
Просматривая его, у Дана возникло нестерпимое желание изобрести машину времени и вернуться назад, чтобы заткнуть рот себе молодому. Тогда в нем кипела кровь и, казалось, что море было по колено.
В целом, за пять лет мало что изменилось. С одной малюсенькой поправкой: он ждал все эти годы ту самую толстушку. После нее, ни одной девице больше не верил, хотя сам того не осознавал.
Только ее слова трогали душу, даже если это было банальное: «Даня». Но, какое это было слово! Нежное как перышко и ласковое настолько, что кровь закипала в жилах. Пушинка будто намерено мед ему в уши лила за те два месяца, пока они были вместе.
Он вспомнил, как снова услышал на той записи: «Даня, я люблю тебя!» и содрогнулся.
На этот раз Чернышов пропустил слова через себя и ощутил жгучий отклик на сердце. Оно забилось быстро-быстро, до потемнения перед глазами. До дрожащих пальцев и кома в горле!
Пушинка не лгала. Стоило только всмотреться в ее небесно голубые глаза, в которых отражалась целая гамма чувств: доверие, нежность, даже страх, но самым ярким было чувство радости. Наверное, от того, что девчонка рискнула признаться. Осмелилась и тут же напоролась на жестокую реальность.
Макс был прав хотя бы в том, что Дан слепой идиот и не видит дальше собственного носа.
Он долго думал, копался в себе и кое-что понял. Ему, на самом деле, нравилась Улька как тогда, так и сейчас. И дело не в ее охренительном похудении. Дело в ее нефальшивых эмоциях. Даже если это была злоба, но, как говорят: от души.
Пять лет назад из-за гордости Дан отказывался принимать действительность, поэтому потерял слишком много времени. Просрал его впустую!
– Как же тебя вернуть в состояние пятилетней давности? – спросил он, крепко держась за поручень.
Его мигом отрезвил горячий спор, доносящийся из кабинета Астахова. Макс! Что он опять мутит?
Дан шел искать будущего родственничка, потому что Настя, как оказалось, полчаса выжидала жениха в кабинете. А он, сука, в кафетерии с Улей!
Чернышов вскипел ревностью только от того, что увидел издалека.
Уля смеялась, да так искренне, что у Дана кишки выворачивались наизнанку. Ведь ее милый смех предназначался другому мужику.
Как он сдержался и не расквасил морду Астахову, до сих пор не понимает. И чтоб его молнией пришибло – Макс явно собирался отдать Ульяне свои два зала.
Чернышову не составило проблем найти вторую страницу Ульянки. Там, где она показывала свое преображение за полтора года усердной работы. Даже создал фейковую страничку какой-то полноватой девушки, фотку которой рандомно нашел в инете и подписался.
Полностью изучив страницу, Дан выяснил, чего на самом деле хочет его Пушинка. В офлайн режиме помогать девушкам в похудении, которые отчаялись и давно опустили руки. Которые столкнулись с неодобрением и насмешками в обществе.
Простой залов Астахова больше не казался странным для Чернышова, ведь Макс тоже был подписчиком на той странице! Дан бы хоть сейчас отдал несколько своих помещений Пушинке. Ради нее выплатил бы огромную неустойку арендаторам, но понимал – не примет от него ничего.
Одно он не понимал до сих пор: какое, к чертям собачим, Астахову дело до Ульки?
Сначала машина, потом помещения, бесплатный абонемент. Ему даже страшно подумать, что будет дальше. Нет, с этим нужно разобраться раз и навсегда.
Он отлепился от поручня и бесцеремонно ворвался в кабинет как раз вовремя: Настя ревела, а треклятый Астахов стоял столбом в сторонке, даже не удосужился сесть рядом с любимой, чтобы успокоить! Если она таковой являлась, вообще…
– Это я удачно зашел, – съязвил он, пока усаживался рядом с сестрой.
Притянул ее голову к себе и запрятал заплаканное личико на плече, а в Астахова метнул уничтожающий взгляд. Ублюдок выдержал его стойко, даже глазом не моргнул. Скотина, что он уже натворил? Если бы ни соплюшка рядом, Чернышов выместил бы на мужике всю ядовитую ярость, которая жужжала в нем агрессивными пчелами. Но сдержался, пока что.
Соплюшка немного успокоилась и даже слабо улыбнулась ему. После чего неторопливо встала и, не взглянув на жениха, выскочила из кабинета. Теперь Дану можно не сдерживаться:
– Почему моя сестра в слезах? – прогромыхал Даниил и вскочил с дивана, сжал пальцы в кулаки.
Как же отчаянно они зачесались! Но Дан решил не горячиться раньше времени.
– Как будто ты свою сестру не знаешь. Она ревет по любой мелочи. Слишком бурно восприняла мою занятость. – Придурок пожал плечами. – У меня нет времени выбирать с ней такую ерунду как приглашения, салфетки на стол и другие мелочи.
– Нет времени? – Переспросил Даниил с хмыканьем, он еле сдерживал в себе ярость. – А на флирт в кафетерии у тебя время есть, стало быть?
Тихо процедил сквозь зубы, не хотел, чтобы соплюшка услышала ненароком. Слишком зыбкая почва у них с Астаховым под ногами в отношениях. Видимо, настало время выяснить правду.
Макс не ответил, сделал вид, будто не понимает вопроса, а Дан не успел вытрясти у горе-друга хоть что-то, ведь вернулась соплюшка.
Умытая и без макияжа, с робкой улыбкой на лице. И до сих пор с обожанием в глазах к долбанному Максу. У которого отвращение было явно написано на лице.
– Не ругай Максима, – попросила сестра и добавила с твердостью: – это у меня уйма свободного времени, а любимый по уши в работе. Максик, я не злюсь, все нормально. Не буду тебя больше отрывать по пустякам. Пойду…
Сестра схватила шубку, сумочку и, шустро поцеловав Астахова в губы, умчалась. А придурок скривился так, словно его поцеловала не девушка, а жаба болотная.
Негодование надулось в Дане шариком и могло в любой момент лопнуть. И он бы с радость высказал «другу», куда ему пойти, но останавливал тот самый взгляд Насти. Такой же преданный, какой был у Пушинки в том треклятом видео.
В итоге, Дан подошел к Максиму и схватил его за грудки, встряхнул как следует, только после выплюнул в лицо:
– Если я еще хоть раз увижу слезы на лице сестры, я тебя в порошок сотру, дружище. Не посмотрю даже на нашу многолетнюю дружбу.
Астахов с гадливостью вырвался из захвата и не стал молчать в ответ:
– Вы достали меня оба. А, знаешь, что, – Дан жопой ощутил проблемы, ведь во взгляде Астахова появилась решительность: – я вдруг понял, что не люблю Настю. Так что никакой свадьбы не будет.
Б-а-а-м! Что-то щелкнуло в мозгу, и у него перед глазами вдруг ширмой повисла красная пелена.
Чернышов опомнился лишь, когда сквозь плотную вату в ушах расслышал скуление и тяжелые хрипы. Пришлось проморгаться, чтобы увидеть перед собой истерзанную рожу Астахова. И свои сбитые костяшки, с которых медленно капала кровь. Дан спешно отошел и попытался отдышаться. Не хватало еще в порыве бешенства прибить Астахова.
Ярость затуманила его разум, ведь он даже не вспомнит момент, когда набросился на гандона. Но не станет жалеть о своем импульсивном поступке, Астахов заслужил! Какой хуя урод понял только сейчас?!
– Ты два года дурил голову моей сестре, – рычал от досады, – даже добровольно сделал ей предложение и теперь смеешь заявлять, что не любишь Настю?
Понимая, что снова не сдержится, Даниил выскочил из кабинета и вошел в уборную, подставил руки под воду. Смыл следы крови, но она все равно осталась мелкими вкраплениями на одежде. Плевать! Отражение в зеркале могло бы испугать, ведь Чернышов разглядел в собственных глазах демонический блеск, а на лице застыла уродская тень. Да и желание прибить одну гниду все еще хлюпалось внутри ядом.
Поэтому ему пришлось вылететь из центра так резво, будто за Даниилом гнались черти из ада. Прыгнул в тачку, но руки все еще тряслись, не рискнул завести обожаемую малышку.
Прошло немало времени, когда он слегка погасил в себе неконтролируемый пожар. Дан сразу тяжело вздохнул. Жаль во всей этой ситуации безбожно влюбленную соплюшку. Урод же растопчет ее чувства, как… как…
Почему вдруг стало казаться, будто ситуация зеркально похожа на его поступок пятилетней давности? Конечно, не один в один, но явно прослеживалось некое совпадение. Месть? Да ну бред какой-то…
Понимая, что Даниил начинает загоняться, выехал с парковки и помчал домой к Насте. Вопрос времени, как скоро Астахов вывалит болезненную новость на голову соплюшки.
Глава 12
Резко бью по тормозам и, к счастью, успеваю вовремя остановить машину. От того, что внутри меня вспыхнул адреналин и потек кипятком по венам, сигналю с остервенением, чтобы девица перед моей машиной опомнилась и отошла с проезжей части. Я же ее чуть не сбила! Не задела лишь чудом, потому что только выехала с парковки фитнес центра и не успела разогнаться.
Девушка в шубке, не оборачиваясь на меня, пошла прочь от машины медленными и неуверенными шашками. Прямо, черт возьми, в сторону четырех полосной дороги. Незнакомка будто находилась в трансе и что-то мне это отчаянно напомнило… До вздыбленных волос на затылке.
Резво выскакиваю из машины и догоняю девушку. Хватаю ее за руку, а затем тяну незнакомку на себя как раз в момент, когда перед ней пролетает на большой скорости джип.
Глотаю возмущение, потому что всматриваюсь в знакомое заплаканное лицо и шокировано уточняю:
– Настя?
Она часто моргает, ведь слезы застелили глаза – ничего не видит перед собой. Стирает их тыльной стороной руки и снова втупляется на меня. Отчаяние слишком ярко вспыхивает в зеленых глазах, но Настя узнает меня:
– Ульяна…
Я даже спросить ничего не успеваю: она уже обнимает меня и рыдает на моем плече навзрыд, будто мы с ней давние подружки. Стою столбом, ведь не понимаю, как себя вести с ней и что делать. Вместо ответных объятий, постукиваю ее по спине и жду, когда пройдет истерика.
Сразу вспоминаю, что пока занималась в зале, до меня долетали некоторые обрывки сплетен об Астахове, но я предпочла надеть наушники и абстрагироваться ото всех. Нафига мне сплетни, своих проблем выше крыши.
Только вот никак не могу вспомнить: или Максима избили, или он попал в больницу из-за болезни. Слишком смазанная ситуация, но ни то, ни другое, не повод для подобной истерики.
– Настя, – хватаю ее за плечи и пытаюсь отлепить от себя, но не выходит, – давай я позвоню твоему брату и ты…
Она замирает, но спустя мгновение отчаянно трясет головой. Ну, а кому мне позвонить? Про Максима даже спрашивать не решаюсь и так ясно, что слезы из-за него. Хотя не вижу причин! Ну, избили… бывает. Или все-таки серьезная болезнь? Ой, короче!
– Тогда давай я отвезу тебя домой, – принимаю нелегкое для себя решение.
Но лучше так, чем снова отпускать девушку в практически коматозном состоянии. Знаю на собственной шкуре, сколько проблем можно навлечь на себя, пребывая в слезливом трансе.
– Да, точно! – Настя хватается за мои слова и за мой рукав, как за спасательный круг в открытом море: – Поехали. Ты ведь не бросишь меня, да? Останешься со мной?
Напрягаюсь, но киваю. Очень странная ситуация, но у меня нет выбора. Если отпущу ее, потом себе точно не прощу, если не дай бог что-то случиться. О том, что со мной сделает Даниил в таком случае, даже думать себе запрещаю.
Помогаю Насте усесться в машину, а затем шустро прыгаю за руль. Девушка не теряется: сразу объясняет мне, куда ехать и где свернуть, чтобы доехать быстрее. Можно сказать, что она успокаивается, но едва паркуюсь возле дома, как Настю снова начинает лихорадить. Дрожит так отчаянно, что даже я чувствую вибрацию в машине.
– Ты ведь не бросишь меня вот так? – снова странный вопрос, на который я не знаю правильного ответа.
Она мне никто, свое дело я сделала – довезла домой без происшествий. Но что-то больно царапается в глубине души, когда смотрю в глаза Насте и вижу там адскую боль.
– Пожалуйста, – девушка вцепилась мне в руку мертвой хваткой, поэтому пришлось кивнуть.
Нехорошее предчувствие преследовало меня, пока Настя отпирала дверь. А уж когда мы вошли в гостиную…
– О, не-е-е-е-т, – проревела она и сразу же унеслась на второй этаж.
Я же осмотрелась. Гостиная выглядела так, будто тут орудовали воры и искали кое-что конкретное. Все верх дном: ящики с комода, подушки с дивана, одежда разбросана, какие-то статуэтки, документы. Даже цветы с подоконника и те не пожалели!
Боже, ограбление среди бела дня? Я уже достала телефон, но пока не поняла, кому звонить: Дану или Максиму. Может, в полицию?
На втором этаже вдруг раздался громкий стук, будто что-то упало.
– Насть, ты в порядке?
Ответа не было, а чувство паники стало жалить кожу пчелами. Чувствуя, как до тошноты скручивает желудок, помчалась искать Настю. Нашла ее быстро по отчаянным всхлипам.
Девушка ревела у открытого полупустого шкафа купе и держала в руках разбитую фоторамку. Мне и присматриваться не нужно было: на фотке они с Максимом.
Что ж, тема с ворами отпала сразу. Но на смену страху пришло липкое чувство гадливости. Мне до горечи в горле стало противно от мысли, что Астахов бросил невесту. И это спустя три дня после нашего с ним разговора по душам! Совпадение? Я уже ни в чем не была уверена.
– Насть… – прохрипела, но заткнулась, ведь понятия не имела, что сказать.
Парадокс: я знала, что сказать в такой ситуации любой из моих полненьких подписчиц. Могла подобрать правильные слова и придумать мотивацию для успокоения. Но прямо сейчас перед Настей я впала в ступор. Девушка отошла от шока первой:
– А… а… а давай… давай напьемся, – и посмотрела на меня с отчаянием, у мня не хватило духу отказать ей.
Я не спрашивала ничего, не уточняла детали, как делала для других девчонок. Просто уселась за стол и со вздохом открыла бутылку вина. У Насти дрожали пальцы, она не сумела справиться с автоматическим штопором.
А у меня дрожали поджилки от ощущения, что это я стала причиной разрыва Насти и Максима. Почему так посчитала, даже задумываться не хотела.
– Уль… ну, почему? За что он так со мной? Я же люблю его… – Настя пила отчаянно много и быстро, будто завтра на всей земле пропадет алкоголь.
На языке для нее крутилось что-то вроде: «Может быть, все еще наладиться и Макс вернется», но прикусила себе язык. А рот заткнула малюсеньким глотком вина. В отличие от меня, Настя пила уже третий бокал и даже умудрилась достать очередную бутылку. Я же цедила красное сухое мелкими глотками, потому что пить совершенно не умела.
К тому моменту, как опустела третья бутылка, девушку прорвало на откровенный разговор:
– Астахов никогда не любил меня. Знаю, что наш типа брак был выгоден Максиму, но я в тайне надеялась, что он полюбит меня тоже… Полюбит, если буду заботиться о нем и… и… – она умолкла и полезла за новой бутылкой.
Я аж содрогнулась, услышав свои мысли из прошлого: «полюбит меня тоже». За что-то там.
Со вздохом пришлось отобрать алкоголь, потому что хватит с нее. И так уже язык заплетается, куда дальше? Да и стемнело давно, мне бы уехать домой, но сижу покорно. Не решаюсь уйти. Боюсь, что натворит дел! И Дану не осмеливаюсь написать, почему-то.
– Я не волновалась два года, – лепечет девушка, но сразу добавляет со злобой: – но теперь у него кто-то появился…
Тяжело сглатываю, ведь ощущение, что мне залепили пощечину. Спешу оправдаться, хотя моей вины тут точно нет!
– Ты видела их? С чего такие мысли? Вдруг Максим… – Настя перебила с досадой в голосе:
– Я слышала, как братик упрекал Максима в фля..фил…фли… ну, короче, – язык так заплетался, что она не сумела донести мысль.
– Во флирте? – уточняю и напрягаюсь.
– Угу, Данька их видел в тот день, когда я ждала Макса в кабинете. Он бы так не сказал, будь оно иначе.
Прозвучало невнятно, будто ребус, но я его отгадала с первой ноты, черт возьми! Дан увидел, как мы с Максимом смеялись тогда в кафетерии и неправильно понял! Ну и почему мне стало противно до изжоги? Да как я могла быть причиной их разрыва, если не давала Максиму никаких поводов? Может, дело не во мне? Ну, так бывает ведь, люди устают друг от друга…
Настя улеглась головой на стол и повернулась ко мне лицом:
– Макс не может меня бросить, – горько рассмеялась и добавила шепотом: – Данька же его уничтожит. Да и бизнес этот… все полетит к чертям.
– Бизнес?
– М-м-м, угу.
Кошусь на фитнес браслет и мысленно стону. Без десяти десять вечера. Что я здесь делаю? Но сижу и слушаю, может быть, на утро Настя ничего и не вспомнит? Было бы не плохо!
– Если бы не братик с инвестициями, все могло быть иначе, – она вздохнула со мной в унисон.
– Я думала, Астахов владелец фитнес центра, разве нет?
– Не-а, – охотно делится со мной: – от Макса там только земля и несколько помещений. Он директор, ну и акционер. Больше всех вложился братик и по малости еще несколько универских друзей. Вот такие дела.
Фиговые дела. Хорошо, что я отказалась от предлагаемой помощи Астахова! Во что я чуть не влипла? И что на себя накликал Макс – страшно представить. А, главное, зачем? Что им двигало?
Университетские друзья…
Меня вдруг как молнией пришибло. Я вспомнила Максима! И двух других друзей Даниила – Руслана и Стаса. Сразу скривилась, так как эти двое – демоны воплоти. Макс на их фоне мне всегда казался более дружелюбным и понимающим. Он держался в сторонке и помалкивал, поэтому я и не вспомнила его сразу. А вот двое других – их рожи никогда не забуду. Как и тошнотворные шуточки в мой адрес. Терпела их только из-за Дана, ведь была слепо влюблена в него. Молча глотала обиду, ведь Чернышов ржал надо мною вместе с ними… Как же сейчас противно от самой себя, словами не передать!
– Да, Макс еще вернется, – оборвала она мои мысли, – Дан устроит ему проблемы и тогда мы снова…
– Насть, – пришлось перебить ее бредни: – насильно нельзя заставить полюбить. Поверь мне, я прошла через разрыв намного болезненнее твоего. Пять лет назад я тоже была уверена, что моей любви хватит на двоих. Но в итоге моей ошибкой было влюбиться не в тот мальчика. Нужно было опустить планку и обратить внимание на кого-то из моей весовой категории. И я бы, наверное, сдалась, но тот парень внезапно тоже обратил на меня внимание. Ты и представить себе не можешь, какой окрыленной я себя ощутила. Реально поверила во все те любовные романы, где герой-красавчик влюбляется в полноватую и малопривлекательную героиню. Я отдала ему все: душу, сердце, девственность… А в ответ на признание в любви услышала: «я поспорил на тебя и выиграл «ламборджини»».
– А? – Настя аж икнула и привстала.
Уставилась на меня так, будто пыталась что-то вспомнить. Хоть глаза и казались опьянелыми, но в них все еще хлюпалась реальность происходящего. Могла ли она знать о споре брата?
– Ламбо… ламба…
Она зевнула, и я воспользовалась ситуацией: помогла встать и довела до комнаты. Не пришлось долго ждать, Настя уснула, едва голова коснулась подушки. Да и не удивительно, выпить практически в одиночку три бутылки вина!
Пока дурында посапывала, я убрала осколки от фоторамки, чтобы девушка ненароком не напоролась на них. Ну и чтобы исключить любой риск. Может, я и мерила Настю по себе, но лучше перебдеть, чем недобдеть.
Выключив везде свет, мышкой пробралась на кухню, как вдруг меня сцапали в крепкие объятия и отчаянно прижали спиной к мощной груди. А затем мужские руки скользнули по талии и сцепились в замок на животике.
Дан! Его запах, его руки, его тяжелое дыхание над ухом. И мои, черт возьми, мурашки по коже от узнаваемых прикосновений. Вот почему? Умом понимаю – бежать от него нужно, но тело не слушается команд. Оно живет отдельно от головы и не подчиняется никаким законам.
– Астахов ушел из дома, – выпаливаю, потому что хочу разорвать интимный момент тишины.
– Знаю, – шепчет на ухо и сразу добавляет: – почему ты здесь?
Точно! Почему я все еще здесь? Высвобождаюсь из слишком уютных объятий и сразу нащупываю выключатель. Свет медленно заливается в просторной кухне, я успеваю отвести взгляд и сразу замечаю сбитые костяшки Даниила. Не осознавая, что творю, хватаю обе ладони и пристально рассматриваю. Они поблескивают от выступившей крови, будто Чернышов… почему будто? Они точно подрались с Максом!
– Я надеюсь, он хотя бы жив, – произношу с иронией и быстро добавляю: – есть аптечка в доме?
Я этой семье явно задолжала в прошлой жизни. Почему бы не плюнуть и уйти? Ну, не знаю, порадоваться горю его сестры? Ведь проблема вернулась к Ченрнышову бумерангом.
Не могу… Настя не виновата только потому, что родилась Чернышовой. А Дан мог хотя бы банально извиниться предо мной, раз узнал.
– Вот, – поняла, что мысленно ушла в себя, ведь перед носом потрясли коробочкой с медикаментами.
Нахожу в ней ватные диски и перекись. Пока обрабатываю, все не покидает дурное ощущение, что Дан мог и сам позаботиться о себе. Но я какого-то черта смываю кровь с осторожностью, даже дую на ранки, когда мужчина тихо чертыхается под нос.
Ну вот и все, дело сделано. Критически осматриваю руки Даниила: кровь остановлена, но надолго ли? Поверх старых ран образовались новые, более рваные и глубокие. Дурно становится от мысли, что мужчины подрались. А еще не отпускает пагубная мысль, не могу удерживать ее в себе:
– Даня, послушай, – приходится вскинуть голову и заглянуть в его глаза.
Теряю нить разговора, ведь взгляд теплый, как летнее море. И такое же бескрайнее, что запросто можно потеряться в нем. В самой глубине зелени плещется что-то такое… странное и притягательное. Необъяснимое, но завораживающее дух. Околдовующее…
Моргаю и трясу головой, прогоняю прочь наваждение. Это же Чернышов! Бабник, каких еще поискать! Что ему стоит изобразить нежный взгляд?
– Я могу говорить с тобой откровенно? – спрашиваю, а он кивает и вмиг становится серьезным: – тогда, в кафетерии, ты все не правильно понял. Мы не флиртовали с Астаховым. Это просто стечение обстоятельств. А мой смех – защитная реакция на неудобный вопрос.
Произнесла так тихо, что сама еле разобрала слова. Но, мне не хотелось, чтобы Настя вдруг подслушала и тоже неправильно истолковала ситуацию.
Дан кивнул, но промолчал. Я же нервно несколько раз прикусила губу и решилась идти до конца. Пришлось привстать на носочки и потянуться к уху Дана, а он в ответ приобнял меня за талию.
