Текст книги "Опять беременна (СИ)"

Автор книги: Ирина Муравьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

День 81-82

Роберт вздохнул с облегчением. У них был номер. Добыть его было отдельной сложностью, но к счастью инспектор Бродрек отдал им его, после того как Роберт рассказал про их «день сурка» и , как положено в подобных случаях, подробно описал действия каждого в полицейском участке на момент времени. (Конечно, ведь это была уже не первая попытка достать заветные цифры).

Бродрек был человеком сухим, прагматичным. Он не верил в мистику и чудеса. Но тут, по странному стечению обстоятельств, именно «День сурка» оказался тем самым фильмом, на который он пригласил будущую жену на первое свидание. А этот Верлом, он знал столько( вернее был столь хорошо подготовлен) что Бродрек решил рискнуть, чтобы узнать в чем его игра.

По крайней мере так старый инспектор оправдывал свои действия, совершенные под странным желанием хоть раз оказаться в центре чего-то необычного. Того, во что он сам никак, конечно же, не верил.

И Роберт получил номер. Ровно за несколько секунд до того, как их с Каролиной день снова перезагрузился.

День 82

–И как мы теперь узнаем заказчика?– спросила Каролина, глядя на бумажку, где Роберт выцарапал заполненные им цифры.

–Можно снова обратиться в полицию,– рассудил Роберт,– Но я немного устал от этих ребят за прошедшие две недели. Поэтому предлагаю спросить у иного «профессионала». – и он многозначительно поднял голову наверх.

–Ты хочешь сказать что Курт может вычислить звонящего по телефонному номеру?– удивилась Каролина.

–Чем-то подобным он точно хвастался,-хмыкнул Роберт,– Можно и попробовать.

–Чур без меня,– мрачно ответила Каролина.

–Все ещё ревнуешь его к Веронике?

–Нет. Просто надоело смотреть на его голый зад.

Роберт пожал плечами. Мол : как хочешь. Каролина удалилась на кухню, а Роберт направился в спальню к «блудному брату»

–Тут-тук,– не утруждаясь стучаться по настоящему, произнес Роберт, облокачиваясь на косяк открытой двери брата.-Позволь оторвать тебя от этого увлекательного занятия, Курт.

Младший братик замер как был: в Веронике.

–Роберт,– рявкнул он,– Что ты себе позволяешь ?!

–Не столь много как ты,– холодно ответил Роберт,– Так ты позволишь себя отвлечь?

Вероника теперь уже стояла в позе собаки. Курт примыкал к ней.

–Что-то важное?– недовольным голосом спросил он.

–А сам как думаешь? Или считаешь мне интересно стоять тут и смотреть на тебя?

По тону брата Курт понял что все серьезно и ему правда придется отвлечься.

–Хорошо,– фыркнул он. Оторвался( во всех смыслах) от Вероники и принялся натягивать джинсы.

–Я не займу его долго,– улыбнулся Роберт опешившей даме,– Так что можете не менять позу.

Надев джинсы и рубашку, Курт вместе с братом вышел из спальни.

–Только давай быстро,– недовольно пробормотал он.

–Все зависит от твоего мастерства, братец,– улыбнулся Роберт.

Братья спустились на первый этаж и вошли в отцовскую библиотеку, где Курт сел за компьютер и стал быстро стучать пальцами по клавишам.

Роберт молча наблюдал за братом. Ему вспомнилось, что если он сам хотел стать пилотом, то Курт мечтал быть крутым хакером. Очередная мечта, разбившаяся о реалии семейного бизнеса, так как отец считал что его сыновья должны быть полезны семье. А это исключало хакеров и пилотов и списка возможных профессий. Впрочем, Курт все же преуспел в программировании, что можно было видеть по тому, как быстро сейчас мелькали данные на мониторе компьютера.

Спина младшего брата была напряжена. Глаза– следили за монитором. Было видно, что вся ситуация ему ничуть не нравилась.

–Зачем ты изменяешь Каролине?– спросил Роберт.

И тут же пожелал отрезать себе язык. Его главной целью было пробить номер, не разводить пустых разговоров с братцем. Но…одно «но» перечёркивает все: Роберт любил Каролину. Хотел видеть ее своей женой. Готов был бороться за счастье и любовь. Но! Курт все же был его братом. Ее женихом. И Роберту необходимо было знать, что между Куртом и Каролиной сожжены мосты.

–Я не изменяю,– огрызнулся Курт.

–А девушка в твоей спальне? Экстремальный тайский массаж?

–Очень смешно. Это просто подруга.

–Неужели?

–Роберт!– Курт развернулся к брату лицом. Губы его были плотно сложены. Глаза– неприятно сверкали.-Не лезь в то, что не понимаешь!

–Не понимаю?– фыркнул Роберт, мысленно осознавая что они уходят все дальше и дальше от изначальной цели,– На мой взгляд ты просто спишь с так называемой подругой за спиной у своей беременной невесты. По-твоему это не измена?

–Это просто секс. Каролине сейчас нельзя. А мне надо снимать напряжение.

–Конечно. Все так просто,– мрачно произнес Роберт, припоминая что такой разговор с братом у него уже был и закончился тем, что он набил Курту рожу. Благо сейчас тот об этом и не подозревал,– А о ее чувствах ты подумал? Что будет, если Каролина узнает?

–Она не узнает…

–Ты уверен?! И готов причинить ей эту боль?

–С чего вдруг такая забота о Каролине?-огрызнулся Курт,– Мне помниться, ты ее не слишком любишь.

–А ты любишь?

А вот этого вопроса Роберт ещё не задавал.

Курт хотел было что-то ответить, но замер на полуслове. Прошла минута. Вторая. В комнате царила полная тишина. Затем Курт ответил.

–Я не знаю. Тебя это устраивает?

Говоря это, Курт глядел куда-то в пол. Не на Роберта. Словно нашкодивший мальчишка. И Роберт вдруг вспомнил как младший брат разрисовывал его тетради с домашним заданием, как он сердился и жаловался няням что «Курт его достал», и как потом сам же играл с ним в его игры просто чтобы развеселить малыша. Как ночами Курт прибегал к нему в комнату, если ему снился дурной сон. Куда ушло все это? Ведь за последние годы это их с братом первый настоящий разговор.

–А тебя устраивает?– мягко спросил Роберт.

–Не знаю. -Курт пожал плечами,– Каролина неплохая девушка. Но все так быстро закрутилось. Ее беременность. Свадьба. Я не уверен что готов или же хочу.

–Почему тогда не скажешь ей?

–Не хочу ранить ее чувства.

–Думаешь она расстроится меньше застав тебя с Вероникой или какой другой барышней.

Курт снова хотел что-то возразить. Наверное про то, что других не будет. Но вовремя передумал, осознав, что это не правда.

Ещё некоторое время братья провели молча. Затем Курт вернулся к своему монитору. Голос его звучал бесцветно и устало.

–Я кажется понял, Роберт. Это все тупой прикол.

–Почему?– удивился тот.

–Это ты мне скажи. Ведь номер принадлежит моей матери.

День 83

У Роберта с мачехой были весьма прохладные отношения. Отец женился на ней когда мальчику было около шести лет. Вроде бы самый подходящий возраст чтобы попытаться завоевать сердце ребенка, не помнящего материнской ласки, но Синтия попыток к сближению не делала. Напротив, с маленьким Робертом она была подчёркнуто холодна, и очень скоро дала понять, что играть роль заботливой мамочки она не будет. Впрочем, злой мачехой она тоже не была. Никаких истерик что «сына ты любишь больше, чем меня», никаких попыток сослать ребенка в круглогодичный пансионат. Синтия просто выбрала совершенно параллельное от Роберта русло жизни. Она ублажала отца, появлялась на светских мероприятиях, занималась картинной галереей, которую папочка ей и купил. Даже Курта она родила словно по недосмотру, ну или чтобы стать милее мужу, но никак не ради создания уютного семейного гнезда, так как максимум в воспитание сына она выкладывала, когда заглядывала в детскую чтобы уволить очередную няньку.

Так или иначе, но отец Роберта любил ее. Эффектную, умевшую очаровывать всех вокруг: от его друзей, до деловых коллег.

Даже слишком очаровывать.

Измену второй жены, да ещё и с близким другом, мистер Верлом переживал тяжело. Курт был ещё маленьким, но вот Роберт хорошо помнил, как отец бродил по их огромному дому: небритый, помятый, со шлейфом алкоголя, тянущегося за ним. А затем, в один прекрасный день, отца переключило. Стараясь выбросить бывшую из голову, он полностью погрузился в работу. Так было и по сей день. А о Синтии после расторжения брака мало кто слышал.

Верлом-старший задействовал все свои связи, чтобы добиться преимущественного права опеки над Куртом, и хотя мальчик продолжал видеться с матерью, рассказывал он об этих встречах крайне редко.

И вот теперь оказывается, что Синтия могла быть заказчиком «несчастного случая» с Робертом. Зачем? Ответ лежал на поверхности: без старшего сына, мистер Верлом, так чтущий наследственность, передаст борозды правления младшему. Учитывая то, как мало осталось отцу, Курт мог очень скоро стать во главе объединенной империи. И вот тогда он точно не забудет о «мамочке».

Роберту было тошно. Алчность этой женщины привела к гибели невинной девушки, носящей под сердцем ее внука.

Первым желанием было убить тварь на месте. Но Каролина, выслушав всю историю, сочла, что с Синтией можно просто поговорить. По ее мнению насилием было не прервать этот день. Только вот что мог дать этот разговор?

Получив от Курта адрес новой картинной галереи, где работала его мать, Роберт с Каролиной, после дня раздумий и решений, все же направились туда.

Галерея оказалась небольшой. Чем-то похожей на дом хозяйки «Карт Тары»– так много места занимали в галерее работы коренного населения Ванкувера. Картины, поделки из дерева. Очень колоритное место, имей Роберт желание оценить его. Но подобного желания даже близко не было. Они с Каролиной вышли из машины. (Роберт все ещё недоумевая почему они едут поговорить, а не напрямую вызывают полицию). Об их приходе возвестил колокольчик на двери галереи. На встречу гостям вышла немолодая женщина с сединой в волосах и очень приятным голосом.

–Добрый день. Чем я могу вам помочь?– спросила она.

Это была не Синтия. Абсолютно точно.

Роберт хотел было спросить не могут ли им позвать госпожу Верлом, как раздался оглушительный выстрел и тело консультанта в картинной галереи с шлепком упало на пол, по которому тут же разлилась огромная алая лужа крови.

–Всегда убиваю ее в это время дня,– послышался бархатный женский голос.

Каролина, от ужаса не способная даже кричать, и Роберт мгновенно обернулись на голос. И там стояла она: Синтия Верлом– все ещё моложавая, золотоволосая как и ее сын, и с огромным ружьём на перевес.

–Кого я вижу! – воскликнула она,– Моя будущая дочка и бывший сын! Невероятно удачное стечение обстоятельств!– и Синтия сняла курок с предохранителя.

«Чужой сурок»

-Доброе утро, мисс Грейс!

Миловидная пухленькая помощница широко улыбнулась и продолжила разбор каталогов.

Было удивительно, как она до сих пор не уволила ее: такой раздражающий оптимизм. С другой стороны, Калли была одной из немногих, кто согласился работать в захолустной галерее на окраине за сущие гроши, да и дело свое она знала. Поэтому мисс Грейс сухо улыбнулась, подавляя желание скрыться обратно в подсобке, куда недавно завезли очередные «экспонаты». На сей раз много работ из дерева: в основном производства местных мастеров. Грейс эти вещи казались абсолютно пустыми: коряги, кости, кости, коряги, а ещё перья, какие-то ниточки… Полная белиберда. Но людям нравилось. Да и поддержать коренное население – считалось знаком хорошего тона. Поэтому следующая выставка в ее галерее была посвящена героям индейского фолка в искусстве и массах.

Грейс фыркнула. Было время, она выставляла совсем иные работы: ни один популярный художник не гнушался ее приглашением, на выставках ее галереи собирался весь высший свет Ванкувера. Сверкали вспышки фотоаппаратов, вокруг сновали официанты, разливалось дорогое шампанское…

Сейчас же…

Она потеряла все. Из-за такой ерунды как увлечение, которое она наивно спутала с любовью. При одной мысли об этом ее мутило. Или это от виски, с которым она вчера чуть переборщила? В любом случае утро было мерзким: безвкусные экспонаты, лишь портящие ее галерею, сладенькая улыбочка Калли и эта нудящая головная боль после выпитого. Как же она хотела чтобы день этот поскорее закончился.

-Доброе утро, мисс Грейс!

После того как прошел первый шок того, что день этот постоянно повторяется, Калли раздражала уже меньше. Теперь она просто бесила! Грейс проклинал то, что вчера допоздна заработалась в галерее, что чуток переборщила с виски, вспоминая свое печальное прошлое, что легла спать на диванчик в подсобке, а не поковылял а домой. Иначе каждое утро ей не пришлось бы видеть это раздражающе милое лицо.

–Вы выглядите озабоченной? Что-то не так с экспонатами?

Нет, что-то не так с этим днём! Он повторяется!– хотелось заорать ей, но Грейс с трудом сдержалась.

–Хотите я сделаю вам травяного чая? А ещё у меня есть таблетки от головной боли,– услужливо предложила Калли.

Такой тонкий и заботливый намек на то, что помощница знает о ее похмелье. Гадина. Уволить ее…хотя бы сегодня. Впрочем: почему нет?

-Доброе утро, мисс Грейс!

–Доброе утро, мисс Грейс!

–Доброе утро, мисс Грейс!!!

ДОБРОЕ УТРО, МИСС ГРЕЙС!!!

Калли увольняли, пинками выставляли за дверь, кричали катиться ко всем чертям– но все равно каждое утро начиналось с ее улыбки и этого милого приветствия. И день, этот проклятый день, все повторялся и повторялся. Раз за разом. Впрочем, порой были изменения. Иногда такие-что после ей не хотелось жить. Так, несколько раз бывший муж звонил ей чтобы сообщить, что ее мальчика больше нет в живых. И она рыдала, рвала на себе волосы, проклинал все, но на следующий раз снова и снова просыпалась на диванчике в своем так называемом «кабинете» в подсобке. Ее сын был жив. Но порой ей хотелось чтобы было не так. Все что угодно, лишь бы вчерашний день был последним в этой череде бесконечно повторяющихся дней. Но новое утро было очередным обманом. День перезагружаться заново. И она вновь и вновь видела Калли, ее вежливо-милую улыбку и это:

–Доброе утро, госпожа Грейс!

Не желая больше этого терпеть, Грейс вернулась в подсобку. Что делать? Как найти выход?

Случайно, взгляд ее упал на ружье, стоявшее в углу возле швабры. Трофей войны между ней и ее бывшим мужем. Тот коллекционировал эти игрушки. Грейс же, уходя, прихватила с собой одно– в память об ублюдке. Затем, после того как галерею один раз попыталась ограбить местная шпана, Грейс купила в ружье патроны. Самые настоящие. Правда шанса опробовать их более не предоставилось, зато теперь…

Грейс, чуть покачнувшись, взяла махину. Жадно пересчитала патроны. Отлично! На одну глупую курицу точно хватит!

-Доброе утро, мисс Грейс!

Калли даже не успела убрать с лица улыбку, как ее настигла пуля и девушка повалилась на пол. Грейс, крайне довольная собой, прислонила ружье к стене и направилась за чашечкой кофе. Ее галерея была не в самом многолюдном районе. И в такие дни как этот– в нее практически никто не заходил. Поэтому можно не беспокоиться о том, чтобы спрятать тело. Пусть лежит себе тут до следующего дня. Она же– отдохнёт в тишине.

Иногда она звонила ему. Попивая кофе и глядя на то, как по полу растекается кровь Калли. Красиво. Этой кровью она даже нарисовала несколько картин. Жаль шедевры не дожили до следующего дня. Но сегодня желания рисовать не было. Грейс пила кофе, смотрела на абстракционизм, рисуемый на полу, и звонила ему. Мужчине, из-за которого она потеряла все. Мужа, сына, положение в обществе. И пусть он уверяет что тоже потерял многое, но что такое уход жены, по сравнению с тем, на какое дно опустилась она.

–Алло, привет, Карл,– проворковала она в трубку.

В ответ повисло молчание.

Было интересно каждый раз слышать в трубке это молчание. Будто бы он не только не узнает ее, но и искренне думает(даже надеется) что абонент ошибся номером. А ведь они любили друг друга. Когда-то. Или по крайней мере она так думала. Настолько убедила себя в этой мысли, что разрушила столь старательно выстроенную жизнь. И ради чего? Чтобы от нее отвернулись. Считали ошибкой. Молчали в трубку, едва заслышав ее голос. От переполнявших чувств Грейс сжала трубку телефона до белых костяшек пальцев.

Наконец на той стороне раздалось холодное:

–Здравствуй.

–Не ожидал меня услышать?– прошипела Грейс.

Каждый раз говоря с ним, она испытывала смешанные чувства. Ненависти, боли, того, что некогда звала любовью. И каждый раз если она звонила– разговор шел по разному. В зависимости от ее настроения она могла либо выкинуть в его сторону все булавки, либо перевести все в более мирное русло и просто спросить как дела. Но в этот раз, к ее огромному изумлению, разговор начал он.

–Прости, мне сейчас некогда. Если у тебя что-то важное, то я перезвоню.

Некогда? Столько лет молчания, и сейчас ему некогда?! Грейс закипела, но тут на другом конце трубки, где-то возле него, послышался лёгкий женский голос.

–Ты можешь говорить, я пойду к себе.

Каролина. Его дочь. Но что она делает в этом дне? Ведь раньше во время ее звонков девушки никогда не было…

-Доброе утро, мисс Грейс!

Выстрел, вскрик, тело падает на пол.

Грейс привычно вернулась в подсобку. Налила себе кофе. После того как ей позвонил механик Роберта– все стало много более четко.

В этом дне изменяющейся переменной была отнюдь не она одна. Роберт– ее нелюбимый пасынок– тоже активно действовал. И Каролина– девушка, которую она помнила ещё малышкой, и которая не интересовала ее даже как невеста ее сына. Как ее затянуло в этот день?

С Робертом было проще. Если звонил Гилберт, то дело определенно было в маленьком сюрпризе, что Грейс припасла для мальчика.

Да, устроить автомобильную аварию было ее идеей. Ничего личного– лишь холодный расчет. Едва она через знакомых  узнала, что фирмы Верлома и Братса планируют объединение, и во главе корпорации встанет Роберт– это показалось ей ужасно не правильным. Ее сын был младше, но отнюдь не глупее. Развиться ему не давали лишь отец( умирающий, по сведениям Грейс) и старший брат, слишком активно перенимающий семейный бизнес. Курту же доставались лишь объедки в виде денег на содержание. Впрочем, как и ей. В процессе развода муж уличил ее в измене, брачный контракт был аннулирован, она осталась практически без гроша в кармане. Галерея не приносила доход, а скорее выкачивала деньги из ее хозяйки. Но все можно было изменить. Если только ее сын станет во главе компании, после смерти отца. Тогда он не забудет про мать. Стоило только убрать одну пешку.

Но что-то пошло не так. День затянул ее, Роберта и почему-то Каролину. Как: было хорошим вопросом. Однако не столь интересным как то, что же делать дальше? К тому же, если Синтия Грейс поняла все правильно, милый Роберт уже знал о ней. Оставалось лишь ждать, пока он заявиться в ее галерею.

Человек здравомыслящий непременно попытался бы поговорить с двумя другими «сурками». Попробовать вместе распутать клубок. Но Синтия Грейс уже давно потеряла остатки здравомыслия. И самым лучшим решением ей казалось поиграть с бывшим пасынком и несостоявшейся невесткой. Их отцы виноваты перед ней. Так пусть страдают: ведь что может быть страшнее, чем смерть собственного ребенка. Пусть даже и на один день.

Вернемся в день 83

Все было совсем не как Каролина планировала.

Когда-то давно, кажется в прошлой жизни, она думала познакомиться с матерью Курта на свадьбе. Жених всегда говорил что та очень славная.

Потом все это стало совсем неважно. Бешеный круговорот одного и того же дня затягивал, оставляя такие мелочи далеко позади.

Но когда Роберт выяснил что эта женщина была заказчиком его убийства, именно Каролина настояла на том, что сначала они поедут поговорить с ней. Все же она была матерью Курта… Наверное так, в глубине души, думал и Роберт. Иначе человек с его характером не стал бы давать убийце возможности оправдать себя. Но все пошло вовсе не так, как они планировали.

Кровь приятной улыбчивый ассистентки галереи залила добрую часть напольной плитки. Каролина тяжело дышала. Ее тело трясло. Пару мгновений назад Роберт скомандовал ей «Ложись!» и практически повалил ее на пол. Теперь они прятались за постаментом, на котором красовалась скульптура из каких-то кореньев. А шаги Синтии все приближались. И Каролина молила небеса чтобы день скорее перезагрузился.

Мозг Роберта тем временем усиленно работал. Пусть у них и сотня дней впереди, но он никак не собирался умирать в этот. Тем более он не намерен был давать Каролину в обиду. Только вот галерея находилась далеко не на оживленной улице, и шансов на скорое спасение было не так уж и много. Если только не… Они находились недалеко от двери, и если он отвлечет сумасшедшую, то хотя бы Каролина успеет скрыться.

–Я отвлеку ее, а ты – беги!– шепнул Роберт, и прежде чем Каролина успела сообразить, он выскочил из-за их укрытия.

–Привет Роберт,– улыбнулась Синтия, нацеливая на него ружье,– Спасибо что решил упростить мою задачу.

–Зачем тебе это?-спросил Роберт, слегка приближаясь к женщине.

–Это?– Синтия обвела взглядом галерею,– Для развлечения. Ты не представляешь, как мерзко коротать тут день за днём. И как славно, что вы пришли навестить меня…

–День за днём?– мелькнуло в голове Роберта, но, продолжая отвлекать женщину, он сказал.

–Подумай о последствиях. Тройное убийство…

Синтия расхохоталась, не дав ему закончить.

–Мне ничего не будет даже если я отрежу вам головы и вывешу их на рекламной вывеске моей галереи.

С этими ее словами ужасное осознание настигло Роберта и Каролину: эта женщина застряла в круговороте дня так же, как и они. Только Синтия не смогла выдержать, и психика ее сломалась.

–Синтия,– Роберт сделал ещё один небольшой шаг вперёд,– Я знаю что происходит. Мы можем помочь тебе.

–Помочь? Мне?– с издёвкой переспросила та,– Разве что побороть мою скуку.

Раздался выстрел и Каролина, вместо того чтобы бежать к двери, бросилась к Роберту.

Ружье, взятое безумной, было охотничьим. Огромная рана зияла в животе Роберта. Изо рта шла кровь.

–Роберт…

Глотая слезы, Каролина склонилась над ним.

Синтия перезаряда свое ружье.

–Каролина Братс. Как мне приятно встретить тебя,– бормотала она,– Если бы ты знала, как сильно я любила твоего отца, и как больно мне было, когда я оказалась лишь игрушкой между ним и моим мужем.. О, тогда бы ты поняла, с каким удовольствием я выпущу тебе сегодня мозги. И завтра. И послезавтра. Если подумать, это может стать моей новой традицией…

Женщина прицелилась. Хотела сказать ещё что-то, но тут резкая боль пронзила Каролину. Сжимая руку Роберта в своей, она переместилась обратно в то утро, когда он ещё был жив и с ней.