355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ирина Булгакова » Ловушка для диггера » Текст книги (страница 3)
Ловушка для диггера
  • Текст добавлен: 5 мая 2021, 21:00

Текст книги "Ловушка для диггера"


Автор книги: Ирина Булгакова


Жанр:

   

Боевики


сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Глава 5

Некоторые люди патологически ненавидят чужие секреты.

Такой человек живет спокойно и безмятежно ровно до той минуты, пока уверен, что у тебя нет от него тайн. У него острая аллергия на слова: «не скажу», «как-нибудь в другой раз», «это мое дело». При возникновении подозрения, что от него что-то скрывают, такой человек покрывается красными пятнами, теряет сон и аппетит. Он худеет, нервничает, и не способен успокоиться до тех пор, пока тайное не станет явным.

Твое тайное, между прочим.

Любопытство не порок. Это диагноз. И в стадии запущенной лечению не поддавался.

– Как могло такое получиться? – София оторвала взгляд от экрана монитора и посмотрела на девчонок. – Я сообщение не открывала, а оно уже прочитано?

София остановила блуждающий взгляд на Дарье, сидевшей ближе всех, за соседним столом, хотя ответ уже знала заранее.

– Это значит, что кто-то уже его прочитал, – ответила Дарья, поскольку у нее спросили.

– Странно. И кто бы это мог быть?

Пауза повисла в воздухе. София молчала, чтобы дать возможность той, у кого совесть не чиста, признаться вслух.

Анна с Ларисой усиленно делали вид, что у них работы невпроворот.

К Ларисе претензий не было – не того полета птица. А вот Анна…

София задумчиво следила за тем, как напряженно девушка работала. Сколько экспрессии в перестуке по клавиатуре, какая сосредоточенность в карих глазах, почти скрытых за каштановой челкой! Прямо ходячая иллюстрация к плакату «Девушка, хватит на улице околачиваться, работа в офисе приятней и лучше оплачивается».

– А? Девочки? – София предприняла еще одну попытку добиться ответа. – Кто-нибудь подходил к моему компьютеру?

Все работали. Прямо обзавидуешься. Откуда столько работы успело взяться, когда еще пятнадцать минут назад все зевали от скуки?

Ладно. Пусть работают. Грех людям мешать. В конце концов, она сама виновата: оставила мессенджер открытым. Ей показалось, что за то время, пока она зайдет к выпускающему редактору уточнить вопрос с текстом, ничего не успеет случиться.

Делать нечего, приходилось пользоваться сэконд-хэндом. Послание пришло от нового знакомого. Разумеется, с сайта.

«Насколько я понял, ты девушка, склонная к приключениям, – прочитала София то, что до нее уже кто-то прочитал. – Ты во сколько работу заканчиваешь? Полшестого? В шесть я буду ждать тебя у ближайшей станции метро. Развлечемся. Я тебе обещаю».

Так и хотелось отписаться «большую и чистую любовь?» Но иронизировать не стала. Может, он только и ждет повода, чтобы свести знакомство к сексу.

Да уж. София поморщилась. Знаем мы эти чисто-мужские развлечения. Сначала комедия с шампанским в Ночном клубе. Потом драма с редкой альтернативой между: «поедем ко мне» и «не поехать ли нам к тебе». А в конце мелодрама с открытым тестом: «Я тебя ли не кормил? Я тебя ли не поил? А теперь, душа-девица, на тебе хочу жениться!» Нет, никто не спорит, бывают и исключения, все зависит от воспитания мужчины. Иногда дело заканчивается трагедией «ты что, за лоха меня держишь?»

Конечно, можно обговорить вопрос с пропитанием заранее. Если ты идешь за свой счет, ты лишаешь кавалера козырной карты. Но, как показывала практика, в таком случае представление начиналось с трагедии сразу. «Ты за кого меня принимаешь, что, я настолько плохо выгляжу, что за девушку не могу заплатить?!»

София немного подумала и отправила сообщение:

«Я не против встречи, Алекс. Но не сегодня. Сегодня я занята»

«Свидание, конечно?»

Странный все-таки народ, эти мужчины в сети. Какой ответ он рассчитывал получить – утвердительный? Ладно, не стоило злить парня. Авось и пригодится, когда совсем грустно станет.

«С подружкой договорились встретиться. Посидим, поболтаем»

«Во сколько дома будешь?»

Ого. Прыткий парнишка. Такое впечатление, что у них уже все было.

«Планирую к одиннадцати»

«Смотри, проверю».

И хоть бы смайлик добавил, чтобы звучало не так… по-семейному. Проверяющий нашелся. София отправила сухое «сонлайнемся» и отключилась.

Мужчина остается мужчиной. Хоть в реале, хоть в виртуале. Если ты проводишь с ним ночи в сети, он считает, что имеет на тебя право. Одиночество вдвоем действует на него расслабляющее. Еще бы! Вместо того чтобы заниматься по ночам любовью, ты отвечаешь на его сообщения. Значит, твой выбор очевиден: реал виртуалу не конкуренция.

В общем, подружка со школьной скамьи – Марина оказалась права: плохо слишком много думать, когда тебе двадцать четыре. У Софии просто не выдержали нервы. Она не смогла дождаться выходных, чтобы пожаловаться ей на свою жизнь.

Вчера вечером они с Мариной встретились в кафе.

Янтарное пиво пенилось в высоком бокале. Стеклянные бока запотели, и капли влаги бисером блестели на солнце.

Столик стоял у самого окна, и Марина время от времени щурилась, с любопытством разглядывая уличных прохожих.

София тоже повернула голову в сторону окна. Отвлечься не получилось: ее слишком занимали невеселые мысли.

Подруга долго молчала. София успела испугаться: а если настал тот час, когда Марине нечего сказать в ответ на долгий плач в жилетку?

– Сегодня ты дура-блондинка, завтра умница-брюнетка. Выбирай свой стиль, – вдруг невпопад сказала подружка. Она отвела взгляд от окна и посмотрела Софии в глаза.

– И что? – удивилась та. – К чему ты мне это говоришь?

– К тому, – горестно выдохнула подруга. – Все в твоих руках, зайчик.

– Сколько раз я тебя просила: не называй меня…

– Все, все! Забыла. Была не права. Зайчика беру назад. Другое животное подойдет?

– Ко мне никакое животное не подойдет. Я тебе битый час жалуюсь! И все, что ты можешь сказать в ответ: все в твоих руках!

– Не сердись, Софочка. Все в твоих руках – это точно. И тебе самой выбирать – быть тебе блондинкой или брюнеткой. Продолжать накручивать себя или успокоиться, наконец. Тоже мне, Америку открыла – придурков мало в сети? Да их с каждым годом только больше становится. А почему? Потому что всеобщая медийность идет рука об руку со всеобщей дибилизацией. Детки растут, а любимой игрушкой как был, так и остается гаджет. Это ты, бестолковая, по старой привычке книжки в сети читаешь и на умные сайты ходишь… Ну, мама тебя плохо воспитала, бог ей судья… А народ в сеть ходит тупо развлекаться. И будет развлекаться до последнего издыхания. И любому, кто будет мешать – голову отвернет и не почешется.

– Я все это понимаю, – София нахмурилась. – Что ты мне тут избитые истины объясняешь? Эта сволочь заходит в сеть каждый раз под новым ником и лезет ко мне в контакты. Вчера вообще, представь, описал мне со всякими анатомическими подробностями, как будет мой труп выглядеть через месяц после смерти. Я открывать, конечно, прикрепленный файл не стала, но догадываюсь, что этот гад достал мою фотку и отфотошопил по полной.

Марина неодобрительно качнула головой. Пряди светлых волос послушно упали на лоб. Прежде чем ответить, она подняла бокал, аккуратно отпила пиво, чтобы не оставлять на стекле след от губной помады.

– В таком случае, боюсь тебе даже советовать, – задумчиво сказала подруга.

– Знаю я твои советы!

– Ты погоди орать, – миролюбиво сказала Марина. Карие глаза с длинными ресницами зажглись неподдельным энтузиазмом. – Я же не говорю, что надолго, но попробуй посидеть без Интернета хотя бы… неделю.

 София фыркнула. С досады взяла свой бокал и выпила практически до половины.

– Неделю, – отдышавшись, сказала она. – Ужас. Знаешь, да? Эту шутку по поводу Интернет-зависимости?

– Вот именно эту шутку не знаю, – усмехнулась подруга.

– Да знаешь, наверняка, – махнула рукой София. – Как быстро определить, страдаешь ли ты Интернет-зависимостью.

– Ну, и как?

– Посчитай своих друзей. Если в виртуале их больше, чем в реале, я тебя поздравляю. Ты зависима.

– Простенький тестик, ничего не скажешь. С тем ажиотажем, которые некоторые пользователи устраивают в погоне за количеством друзей… Получается, что все мы зависимы… А поводу твоего сеттийного террориста, так тебе скажу: радуйся, подруга, что вас разделяют километры. Что он стучит по клавиатуре, а не в твою дверь.

София едва не поперхнулась пивом, которое успела поднести ко рту.

– Добрая ты.

– Это есть, – с готовностью согласилась Марина. – А все отчего? Оттого, что замуж нас никто не берет. Ни тебя, ни меня. Тебя этот твой… напомни мне, как называются чуваки, которых на поверхность даже Интернетом не заманишь?

– Хватит о нем.

– Так мы о нем сегодня еще не вспоминали. Может, глупо, то, что тебе я тебе предложу, но все-таки подумай. Некоторые с парашютом прыгают, чтобы обстановку сменить, а ты возьми и под землю с ним сходи. Будут у вас общие интересы…

– Смешно, – София улыбнулась. – Я – и под землей, среди тамошнего дерьма… Ладно, хватит о мужиках. Достали все. Брошу вот все и уйду в сеть. Навсегда… Расскажи лучше, как ты вчера в Ночной Клуб сходила?

– Хорошо сходила. Можно даже сказать, что весело. Прикинь, с мужиком познакомилась. Ничего вроде бы, стройный такой. Брюнет. И волосы длинные, как я люблю. Только геем оказался. Не знаешь, отчего геи стали на женщин кидаться? Видно и им тоже мужиков приличных не хватает.

– Подожди, Марина. С чего ты взяла, что он гей? Он что, прямо тебе об этом сказал?

– Нет. Рассказал.

– Загадочная ты наша. Ничего не понимаю. По порядку давай. Он рассказал тебе, что гей?

– Ему и говорить об этом не надо было. И так все ясно. Представь, рассказал мне про то, как в Испании был на корриде.

– И что?

– Слушай дальше. Говорит: выпустили на арену быка, а он пятиться стал. Пришлось тореадору за ним по арене гоняться. Упорный парень попался, загнал-таки бедное животное в угол и, как положено, нанес ему шпагой смертельный удар. Бык стал заваливаться набок… Вот теперь привожу тебе слова этого гомосексуала дословно: бык стал издыхать, завалился на бок и в предсмертной агонии как врежет копытом тореадору по яйцам. Мы все так смеялись.

Марина замолчала и выразительно посмотрела на Софию.

– Ничего не понимаю. И с чего ты взяла, что он гей?

– Ты никогда не замечала, как нормальные мужики реагирует вот на это самое – на удар между ног? Даже если это попадается в какой-нибудь комической нарезке?

– Нет, не замечала. А как они могут реагировать?

– А я вот специально, чтобы подтвердить свою теорию, сегодня в офисе эксперимент провела: рассказала эту историю сисадмину – он мужик что надо.

– И?

– Он сказал «ой». И ему было не смешно. И еще… по поводу твоего террориста тебе скажу, – вдруг без всякого перехода сказала Марина. – Поменьше о нем думай. Плохо много думать, когда тебе двадцать четыре стукнуло…

Да, так Марина вчера и сказала. Плохо много думать вообще, но что делать, если София никак не могла заставить себя работать с полной отдачей? Невеселые мысли не отпускали ее. Перед мысленным взором то и дело возникали красные строчки на черном фоне.

«Твоя кожа, о которой ты столько заботишься, почернеет и обтянет кости. А в трахее, через которую ты дышишь, изъеденной пятнами гнили, заведутся черви»…

Не собиралась читать! Только глянула на первую строку и удалила сообщение, но текст, независимо от желания, отпечатался в сознании. Как ни хотела оставаться в неведении, видно успела осознать то, что написал Зубастик – так она и называла его по первому ник-нейму, несмотря на то, что он менял имена как перчатки.

Еще хватило ума не открыть прикрепленный файл, хотя Зубастик послал его задолго до того, как она его разгадала. И мысль, остановившая ее от необдуманных действий, прозвучала просто: там могла быть порнография. Пару раз открыв такие послания от новых собеседников, она зареклась так поступать в дальнейшем. А теперь даже страшно подумать, во что он мог превратить ее снимок с помощью фотошопа!

Могла София, пользуясь советом Марины, исключить новые знакомства хотя бы на неделю? Наверное, могла. Даже больше – могла плюнуть на все, взять в офисе отпуск и махнуть в Соединенные Штаты, точнее, в маленький городок Карлсберг, который располагался недалеко от славного города Сан-Диего. Туда, где почти четыре года жили ее родители.

«Обрастали мясом», – как говорила мама.

Впрочем, родители – это сильно сказано. Настоящего отца София не знала. Мама от настойчивых просьб «расскажи о папе», открещивалась скупым «умер». Она оставалась неумолимой в своем желании раз и навсегда закрыть тему настолько, что София перестала задавать вопросы.

Шесть лет назад мама привела в дом отчима – Николая Васильевича. Они расписались. О тех двух годах, проведенных под одной крышей, София предпочитала не вспоминать. Все попытки отчима завязать с ней хоть какие-нибудь отношения, натыкались на прочную стену непонимания.

Вдвоем с мамой Софии было хорошо.

А втроем плохо.

Когда родители засобирались в Америку, девушке было девятнадцать. Второй курс Университета, друзья, знакомые, тусовки. Короче, ехать она отказалась. Позже мама призналась, что так было лучше для нее, потому что равносильной замены обучению, в то время она предложить дочери не могла – они с отчимом едва сводили концы с концами.

В итоге они уехали. Трехкомнатная квартира осталась в полном распоряжении Софии.

Девушка с уверенностью могла сказать, что поначалу никакого одиночества не испытывала. Двери квартиры не закрывались от наплыва приятелей, подруг и просто случайных знакомых. Вечеринка следовала за вечеринкой… И чего греха таить? Любовник за любовником.

Угар прошел года через полтора. Вовсе не потому, что в один прекрасный день София решила, что ей все это надоело.

Один прекрасный день, действительно, имелся в наличие, но связан он был с другим обстоятельством.

Однажды София вдруг поняла, что ей нравится знакомиться в Интернете. Завелась необычная, суетная жизнь, оторваться от которой, даже на сон, было до обидного непросто. «Обрастать мясом» – друзьями по интересам, с которыми можно было болтать сутками напролет – занятие на редкость волнительное.

Болото затягивало… Но, черт возьми! В этом болоте было так уютно, так приятно и тепло, что…

Откуда взялся этот сетевой террорист? Кого, и, самое интересное – настолько! – София могла разозлить, когда и врагов-то у нее не имелось? Ни в виртуале, ни тем более в реале.

Он-лайн случалось разное. Перекинутся, например, с каким-нибудь неадекватным товарищем парой «ласковых» слов и разойдутся по углам ринга. Сеть огромна, всем места хватает.

Как голову ни ломай, ответа все равно не найти. В природе не существовало человека, который во главу угла ставил бы месть такой безобидной девушке, какой считала себя София.

Из всех размышлений следовал вывод, который изначально девушке не нравился. А именно: если действия Зубастика не поддавались логическому объяснению, значит, она имела дело с человеком больным. Короче, психом. Ожидать от такого можно было чего угодно. Особенно, если он поставил себе целью достать Софию.

То, что Зубастик был психом, вовсе не значило, что в дурдом провели Интернет. Маньяк мог обладать рядом других «достоинств». К худшим из них, София относила хакерство.

Возможно ли человеку, который общается с компьютером на «ты, козел», вычислить реальное местонахождение Софии? Бывалые компьютерщики утверждают, что да. В таком случае, Марина права: оставалось только радоваться тому, что Зубастик стучит по клавиатуре, а не в ее дверь.

Ближе к концу рабочего дня офис опустел. Первой за дверь выпорхнула Анна. Очаровательно улыбнулась на прощание и пожелала всем приятных выходных. Были бы мысли материальными, она вылетела бы через окно от того взгляда, которым проводила ее София.

Следом поднялась из-за стола Лариса. Высокая, метр восемьдесят, в обтягивающих до хруста джинсах, в белой блузке, которая трещала по швам на груди. Лариса подцепила дамскую сумочку, висевшую на спинке стула, подошла к двери и остановилась возле зеркала.

– Девчонки, а вам бывает обидно, когда девушка оказывается и красивой, и умной? – неожиданно спросила она.

– Редкое сочетание, – усмехнулась Дарья. – Мне, например, все равно.

– А мне не все равно. Мне приятно думать, что я лучше. Хотя бы в одном. Или умнее, или красивее.

– И в чем же, в одном? – заинтересовалась София.

– Вот не знаю.

Дарья рассмеялась.

– Как это не знаешь? Ты сама какой себя считаешь?

– Сама я себя считаю… Это неважно. А вот муж вчера сказал, что не бывает девушек красивых и умных. Бывает все по отдельности. Вот я и думаю, а какой он меня считает?

– Спросить не пробовала? – сдерживая смех, спросила Дарья.

– А зачем? Правды все равно не скажет. По доброй воле. А пытать я не умею.

– Нужна тебе эта правда? – поморщилась София. – Он что, ни разу тебя умницей и красавицей не называл?

– Называл, – вздохнула Лариса. – Симпатичной называл. И еще умницей. Только в контексте.

– В каком контексте? – удивилась София.

– В таком: ты же умная женщина, сама что-нибудь придумай…

– Любовника заведи, – посоветовала Дарья. – Вот тогда наслушаешься про себя.

– Не хочу любовника. Я мужа люблю… Ладно, девчонки, пошла я. Удачных выходных.

Дарья дождалась, когда за Ларисой закроется дверь и только потом сказала:

– Это Анна лазала в твой комп.

– Я так и подумала, – София кивнула головой. – Чем мотивировала на этот раз?

– На этот раз вообще ничем. Я подняла голову, она от твоего стола уже отходила.

– Да уж, радости мало, – София подошла к шкафу, достала короткий желтый плащ. Надела, застегнула пуговицы и потуже затянула пояс на талии.

Девушка спускалась по ступенькам в подземный переход, когда мобильный телефон разразился забойной мелодией.

– Ты где?

Судя по официальному тону, это был еще не Валера, а Валерий Павлович. Любовник обладал редким качеством, которое София ценила: умением на досуге быстро переключаться с рабочего настроения на нерабочее.

– Иду ловить маршрутку.

– Не ходи. Стой там. Я подъеду через пять минут.

– Хорошо, – бросила в пустоту эфира. Ее собеседник дал отбой раньше, чем прозвучало согласие. Да и не нуждался Валерий Павлович в ее ответе. Его вполне устраивала позиция человека, диктующего свои условия.

Впрочем, София могла отказаться. Для этого ей потребовалось бы набрать его номер. Она не любила звонить Валерию Павловичу. Не потому, что рядом могла оказаться его жена. Случись скандал пару лет назад, она даже рада была бы всякому осложнению. Хоть какая-то надежда на сдвиг в отношениях. Независимо от результата.

Теперь Софию абсолютно не волновал вопрос, чем закончатся их отношения с Валерой. А нелюбовь к звонкам так и осталась.

Погода, как будто дожидалась того момента, когда София займет в машине место рядом с водителем. Заморосило.

Валерий Павлович оставил в покое руль, повернулся и поцеловал девушку в шею.

– Я соскучился.

София молчаливо приняла ласку. Хотела ответить «я тоже», но капли дождя, стекающие по лобовому стеклу, отвлекли ее.

– Тебя домой или заедем поужинать? – Валерий Павлович улыбался.

Он выглядел гораздо моложе своих тридцати пяти лет. Чисто выбритое лицо, короткая стрижка, упрямо сжатые губы и открытый взгляд. Жена никогда такого не отпустит.

И, слава богу. Что Софии сейчас делать с ним, когда любовь прошла?

– Ты сегодня скучная. Тебя кто-нибудь расстроил?

– Дождь.

Он улыбнулся и коснулся рукой ее обнаженного колена.

– Что-нибудь придумаем.

– С дождем?

– С тобой. Поужинаем? Я тут место хорошее открыл. Мой зам постоянно там обедает. Говорит, кухня неплохая.

– Я не хочу кушать, Валера.

– Просто так посидишь, я тебе шампанского возьму.

– Я не хочу сидеть просто так.

Валерий Павлович усмехнулся.

– Из любого правила бывают исключения… Вспомнил. Дочка тогда маленькая была. А я только с рыбалки вернулся, целое ведро живых раков принес. Она меня и спрашивает: кто такие раки, папа. Я вынимаю одного, кладу на стол. Вот, говорю, смотри, дочка. Раки, они всегда пятятся назад. И тут я вынимаю еще одного и этот подлец вдруг ни с того ни с сего как попер вперед!

София вздохнула.

– Сегодня мы не будем делать никаких исключений. Сегодня у нас правило. Отвези меня домой. Я устала.

– В твоем возрасте – и уставать, – он неодобрительно покачал головой. – Может, я смогу чем-нибудь помочь?

София молчала некоторое время, следя за тем, как ползут по стеклу капли дождя. Потом повернула голову и посмотрела на водителя, как будто у него искала ответа на вопрос.

– Нет, ты помочь не сможешь, – серьезно ответила она.

– Понятно… критические дни. Отсюда и плохое настроение.

«Что за дурацкая манера всему находить объяснение? Как будто без критических дней плохому настроению взяться неоткуда», – подумала она, но вслух ничего не сказала.

Валерий Павлович включил зажигание, и машина плавно двинулась с места.

Дорога прошла в молчании. София смотрела, как за окном мокнут деревья, и думала о своем.

Странное дело, даже перспектива провести сегодняшний вечер в одиночестве не пугала ее. Идет дождь. Сергей говорил, что в сильный дождь никто под землю не ходит. Может быть…

Не дотянуться к нему под землю, не схватить за отвороты куртки, не встряхнуть так, чтобы лязгнули зубы, не крикнуть в лицо: «Я не могу жить без тебя, не могу!!» Так крикнуть, чтобы эхо металось по подземелью, стократ повторяя вырванные с кровью слова. Чтобы хотя бы на секунду он почувствовал ту боль, с которой она просыпается, с которой ложится спать и живет. И если даже после этого ничего бы не изменилось, а все осталось как есть – тогда нет в мире ни сочувствия, ни сострадания…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю